home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 9


– Сочувствую, Джеймс.

Кирк обернулся, взглянув в серые глаза Миры Колес.

– Насчет коммандера Спока, –продолжила она.

– Этого бы не случилось, если бы я прислушался к вашим советам.

– Я бы так не сказала, –она отвела взгляд. – Если наше солнце пострадает, и наш мир тоже, мой народ будет искать, кого в этом можно обвинить. Они знают, что за вами стоит Звездный Флот, но моя судьба будет полностью в их руках. Они вспомнят, что Аристоклес и я настаивали на том, что один из нас должен быть здесь, чтобы помочь в изучении мобиля, и что я была здесь как советник. Многие вспомнят, как я всегда старалась упрочить связи с Федерацией. Того, что вы не послушали меня, будет недостаточно, чтобы снять мою вину в их глазах.

– Наверное, вы проиграете следующие выборы, –он сказал это так мягко, как только мог.

Уэсли Варрен шагнул ближе к ним. – Это будет наименьшая из проблем, капитан, – проговорил молодой человек. – Когда тиртасианец совершает преступления против общества – и поверьте мне, это происходит очень редко, – то наказание – изгнание.

– Изгнание? –переспросил Кирк.

Казалось, Варрену неудобно об этом говорить. – Обвиняемый отвечает перед шестнадцатью присяжными, – монотонно произнес он. – Он сам говорит в свою защиту. Любой, кто пожелает, может выступить свидетелем, либо за, либо против него. Если большинство голосов против него, преступника ссылают на северный континент. Там очень суровый климат. Ему дают немного провизии, инструменты и оружие. Если человек сможет выжить там пять лет, то его вина считается искупленной и он возвращается назад в общество. Пока что только одному человеку удалось вернуться живым. – Варрен помедлил. – Мы, тиртасианцы, очень практичны…такой способ проще, чем строить тюрьмы или изобретать еще какие-нибудь методы наказания. А если кто-нибудь выживет и заработает прощение, то он демонстрирует другим недюжинную стойкость и уверенность в себе.

– В ваших записях нет ничего об этом виде наказания, –заметил Кирк.

– Конечно, нет. Зачем? Если преступник изгнан, лучше забыть о нем. Если он оправдан, зачем хранить запись о его преступлении? Я же сказал, мы практичные люди.

– Некоторые предпочитаю не бороться, –сказала Мира. – Ходят слухи о нескольких самоубийствах в первые месяцы изгнания. Самоубийство становится их финальным актом самоопределения.

– Мира… –Кирк положил руку ей на плечо, но не сказал ни слова.

Спок погибнет, а тиртасианское солнце будет затронуто. Даже тяговый луч не сможет остановить объект, движущийся с ускорением больше двухсот километров в секунду. Лучшее, на что можно надеяться – что звезда поглотит инопланетный корабль без вредных для себя последствий. Тогда он избежит трибунала, а Мира – изгнания. Но она потеряет все – без сомнения, она проиграет следующие выборы, а возможно, и конфликт с теми, кто хотел основания новой колонии, но по крайней мере, она сохранит жизнь. А он…он потеряет знания, которые скрывает мобиль…и ближайшего друга.

Ну уж нет, сказал себе Кирк. Этого я не допущу.

Он снова сел в капитанское кресло.

– Спок, ты меня слышишь?

– Да, капитан.

– У меня появилась дикое предположение. Если мобиль может сопротивляться фазерному огню и удару фотонных торпед, возможно ли, что он сможет выдержать температуру внутри солнца?

– Возможно, капитан. Но внутренняя часть корабля нагреется до предельных температур, разве что здесь есть неизвестные нам системы охлаждения. В лучшем случае, если предположить, что он сможет бесконечно долго поддерживать нормальную температуру и давление, и останусь заперт внутри без провизии и снаряжения.

– Да, конечно, –тихо сказал Кирк, снова ощутив навалившуюся безнадежность. Он ничего не мог сделать – да и никто бы не смог, наверное. Ну уж нет, снова повторил он. Признать поражение сейчас – значит только приблизить его.

– Я попробую еще один вариант, –сказал Спок, – пока еще есть время. Я намерен вернуться к узкому проходу без защитного костюма, и попытаться проникнуть во внутреннюю область мобиля. У нас все еще остается шанс обнаружить приборы управления и изменить курс корабля.

– Хорошо. –Любые действия были лучше, чем просто сидеть и ждать. – Мы пока попробуем еще раз толкнуть его импульсным ускорителем. Это лучше чем ничего. Скотти, ты меня слышишь?

– Есть, капитан. Выполняю.

Люди на мостике замерли; минуты тянулись как часы.

– Не сработало, –сказал наконец Скотти. – Объект продолжает двигаться к солнцу.

– Тогда попробуйте столкнуть его с курса нашими тяговыми лучами, –сказал Кирк.

– Это может слегка сдвинуть его с курса, но кончится точно так же. Он вернется на прежний курс, а мы только истощим наши запасы энергии.

– Мистер Скотт прав, –сказал Спок.

– Все равно, попробуйте, –повторил Кирк. – Это приказ, Скотти.

– Готовлю тяговый луч, –произнес Скотти.

Кирк оглядел мостик. Дженис Рэнд и Тони Бэрроуз вместе стояли у дверей турболифта. Обе старшины, наверное, беспокоились о Споке, но Кирк догадывался, что это было не единственной причиной. Они хотели знать, как выдерживает такое дикое напряжение капитан. Старшина Рэнд подошла ближе к Маккою; старшина Бэрроуз встала справа от командирского кресла.

– Тяговые лучи нацелены на цель, –доложил Скотти.

– Подтверждено, –откликнулся Зулу.

– Половина мощности, –приказал Кирк.

На экране все было по-прежнему.

– Полная мощность.

– Полная мощность, –подтвердил Зулу.

– Не получается, –донесся голос Скотти из инженерной. – Он сопротивляется!

– Продолжайте, –Кирк взглянул на Маккоя. В глазах доктора было сочувствие, к человеку, который тщетно пытается оживить мертвого.

– Он даже не шевелится! –выкрикнул Скотти.

– Выход за границы безопасности, –приказал Кирк. – Направьте всю энергию в генератор лучей.

– Есть, сэр, выполняем, –ответил Скотти.

– Держитесь. Скотти, мы можем активировать еще один луч?

– Только не на таком близком расстоянии, капитан!

– Тогда дайте нам всю энергию!

Неожиданно, огни на мостике потускнели, и немедленно разгорелись вновь.

– Не выйдет, –произнес Скотти. – Даже если мы сможем сдвинуть его с курса, он просто скорректирует его.

Главные огни снова потускнели.

– Джим, ты как? –тихо поинтересовался Маккой.

Кирк кивнул ему, потом Дженис Рэнд. – Все нормально, – сказал он, пытаясь контролировать свой голос.

– Невероятно! Он упорно хочет попасть в ад! –выкрикнул Скотти з инженерной.

Кирк расслышал досаду и боль в голосе инженера. Досада – из-за невозможности решить, в общем-то, техническую задачу. Боль – из-за Спока.

Спок снял защитный костюм, затем отстегнул рюкзак и оборудование. Прикрепив к поясу коммуникатор и бесполезный теперь фазер, он взял в руки трикодер, поднял рюкзак и направился туда, где наиболее сильны были показания жизненных форм. Он подошел к сужению коридора и начал протискиваться внутрь, стараясь не застрять между стенами. Остановившись, снял с пояса коммуникатор, установил необходимый подпространственный канал и нажал вызов.

– Капитан, –сказал по связи Спок, – я достиг прохода.

Стены прохода были скользкими, почти влажными, и казалось, что они вот-вот или совсем сойдутся, или же превратятся в широкий коридор. – Стены обладают странной текстурой, но они облегчают мне путь дальше.

– Понятно, –ответил Кирк. – Спок, мы… – капитан помедлил.

– Капитан?

– У нас осталось два часа на изменение курса.

– Понятно. Конец связи.

С трудом преодолев проход, он проверил трикодером показания температуры. Он ожидал увидеть повышение, но указатель застыл на прежней отметке. Около солнца эти черно-зеленые коридоры станут геометрическим адом. Вулканцы могли выдерживать куда более высокую температуру, чем люди, но и их возможности были, разумеется, не беспредельны. Когда мобиль войдет в солнце, он будет далеко за всеми границами.

Впереди, он заметил странный отблеск – странный, потому что к обычному зеленому примешивался легкий голубой оттенок. Он сузил глаза, внимательно изучая почти неуловимое различие – или этот лишь иллюзия? Снова закрыв глаза, он продолжил свой путь, и внезапно почувствовал, что был рядом с – чем?

Открыв глаза, он увидел прямо перед собой открытый вход, овальной формы. Быстро просканировал его трикодером. Живые существа – и показания стали еще сильнее.

Шагнув вперед, он снова активировал трикодер. Хотя этот зал казался круглым, в действительности, в основании его лежал овал, и в центре его располагалась семиугольная панель, выступающая над черной поверхностью пола, около четырех метров в ширину и полметра в высоту. По ее поверхности проносились огоньки. Именно здесь, согласно данным трикодера, находился источник показаний о живых существах.

Огоньки то появлялись, то исчезали, что заставило Спока предположить, что они способны проходить сквозь твердый материал мобиля. Тогда это может объяснить прежние показания трикодера. Живые существа внутри семиугольной панели могли быть тем, что осталось от прежних хозяев мобиля. Или возможно, они то, что осталось от его создателей, которые сами преобразовали себя в такую форму.На миг Споку показалось, что эти существа живут в субъективном вечном аду, запертые здесь целые эры, но наконец они смогли взять под контроль свою древнюю тюрьму, чтобы освободиться или умереть…

Кирк сидел в центральном кресле, обдумывая, что же еще можно попробовать.

– Массоуд, –спросил он, – можно ли проделать дыру в поле?

– Это неразрешимая задача, сэр, –ответил Массоуд. – Через такое поле луч транспортатора просто не пройдет.

– Это практически безнадежно, –прибавил Скотти. – Мы не можем рисковать.

– Ну тогда придумайте, что мы можем сделать! –сказал Кирк.

– Да, сэр, мы попробуем.

– Мы должны проверить все варианты, –настаивал Кирк. Мира Колес, не отводя взгляда, пристально рассматривала его; старшина Бэрроуз придвинулась ближе к тиртасианке, будто бы приготовившись удерживать ее. Но Мира не собиралась сейчас давать выход чувствам; казалось, обстоятельства наконец переиграли ее – как могли скоро переиграть их всех.

– Пошлите Споку фазер, –приказал Кирк. – Он может понадобиться.

– Мы готовы, сэр, –пришел ответ Кайла.

– Кирк Споку, –сказал Кирк. – Мы отправляем тебе посылку.

– Я на прежнем месте, капитан.

Кирк поймал взгляд Уэсли Варена; в глазах молодого человека читалась симпатия. Кирк представил, что может случиться в недалеком уже будущем6 Спок будет мертв, мобиль вызовет изменения в системе, он и Мира погрязнут во взаимных обвинениях, когда будет созван трибунал. Она будет настаивать, что он не должен был пытаться высадить группу внутрь мобиля, что это он вызвал к жизни защитные механизмы, проигнорировав ее советы. Возможно, она окажется права, но ей придется очень потрудиться, чтобы спасти себя от правосудия своих людей.

Но изучение неизвестного, в частности, инопланетных артефактов, было целью Звездного Флота. И может оказаться, что мобиль все-таки не затронет солнце Тиртауса 2.

Он коснулся переключателя на подлокотнике.

– Кирк Споку.

– На связи.

– Вы получили нашу передачу.

– Да, капитан, и фазер на первый взгляд не поврежден.

– Мистер Скотт, слушайте внимательно –в качестве последней попытки, мы можем поднять Спока на борт, при полной мощности транспортатора и разрешения сканеров?

– Я бы не стал, –ответил Скотт. – Слишком велик риск.

– Но он в любом случае умрет, если останется там.

– Верно, капитан, –сказал Спок. – Полагаю, в настоящий момент любое действие или же бездействие равно ведут к моей смерти, – он на мгновение замолчал. – Я должен доложить, что фазер, который вы мне спустили, лишен энергии. Проникновение сквозь поле почти разрядило его.

– Тогда все, –пробормотал Скотти.

– Спок, –продолжил Кирк. – Мы можем попробовать поднять тебя на борт на последней минуте. Попробовать?

На мгновение воцарилось молчание.

– Это твое решение, –добавил Кирк.

– Отрицательно, капитан. В лучшем случае, я превращусь в беспорядочный поток информации в буфере транспортатора.

– Ради всего святого! –вспыхнул Маккой. – Ты что, предпочитаешь бесспорную смерть?

– Почти бесспорную смерть, доктор, –поправил его Спок. – Существует шанс – очень маленький, но тем не менее шанс – что мне удастся найти контрольную панель.

– Капитан, –прервал Скотт, – Плотность поля растет, а ускорение мобиля увеличивается на пять единиц в секунду!

– Спок?

Ответа не было, и он уже понял, каковы будут следующие слова Скотти.

– Поле вырубило субкосмическую связь, капитан, –сказал главный инженер. – Мобиль обгоняет нас. Он врежется в солнце меньше чем через час.

Спок стоял перед панелью, заново изучая показания трикодера. Солнце было уже очень близко, но температура внутри мобиля оставалась прежней. Спок знал, что когда мобиль войдет в солнце, то начнется абляция «примечание: охлаждение путем уноса массы», и будет продолжаться до тех пор, пока не затронет внутреннюю оболочку. В любой момент температура может увеличиться скачком, и весь мобиль сгорит дотла. Астероид вспыхнет, как попкорн, превратится в облачко пара еще в верхних слоях солнечной атмосферы.

Не так уж много времени осталось.

Его разум продолжал настаивать, что единственный шанс на выживание был скрыт в этой панели – если она была контрольным центром.

Спок положил ладонь на панель, и неожиданно в зале потемнело. На овальной поверхности, полностью заполнив ее, появилась панорама космоса. Солнце Тиртауса 2 занимало почти четверть этого "экрана". "Энтерпрайз", висящий рядом, все еще держался рядом с мобилем, но скоро он вынужден будет отвернуть назад. Изображение на экране было тусклым, черно-белым. Еще один признак того, насколько непохожими на людей и вулканцев были создатели этого корабля. Совершенно очевидно, что экран был рассчитан на существ с качественно другой зрительной физиологией.

Странно, хотя солнце на экране поглощало все больше и больше места, показания температуры по-прежнему застыли на одной отметке. Он проверил еще раз, хотя и был уверил, что трикодер полностью исправен; и в конце концов заключил, что это – временный эффект из-за неизвестной ему инопланетной технологии. Даже если мобиль сможет сопротивляться дезинтеграции, накопление тепла внутри его невозможно остановить – по крайней мере, известными ему охлаждающими системами.

Учитывая прочность этого артефакта, подумал Спок, он проживет достаточно долго, чтобы увидеть – изнутри солнца – как весь овальный экран заполнит бурлящий, обманчиво холодный огонь. Он продолжал всматриваться в гладкую поверхность. Точка, изображающая "Энтерпрайз", в конце концов отвернула назад, и он знал, что конец уже близко…

– Капитан, –выкрикнул из инженерной Скотти, – эта чертова посудина все ускоряется, как будто это дротик, запущенный в солнце!

– Скотти, насколько близко мы сможем подойти?

– Еще немного сможем, но какой смысл? Мы ничего не можем сделать.

Ничего, подумал Кирк – разве что пропустить Спока через бумагорезательную машинку.

– Скотти, мы еще можем транспортировать что-нибудь через поле?

Пару мгновений инженер молчал.

– Нет, капитан. Теперь уже ничего. Это сплошная стена.

Кирк опустился в кресло и сделал глубокий вздох. Даже эта слабая надежда ушла.

– Отходите назад, мистер Зулу, –приказал Кирк, его голос прервался. – Больше мы ничего не можем сделать.

Зулу выполнил приказ.

Темная точка мобиля на фоне ослепительного сияния солнца уменьшалась с каждой секундой.

Затем мигнула – и пропала с экрана.

Дженис Рэнд опустила голову.

– О, нет, –прошептала Тони Бэрроуз. Кирк почувствовал на плече чью-то руку – не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что это был Маккой.

На мостике стало тихо, за исключением непрекращающегося гула приборов. Кирку упорно лезла на ум глупая мысль, что все сейчас обернется этаким космическим спектаклем – что-то вынырнет из темноту и прервет это трагедию. Он подумал о том, что сейчас чувствуют Мира и Уэсли Варрен. То, что может случиться с их солнцем, теперь нельзя предотвратить. Обычная рутинная миссия обернулась настоящим адом, а рядом с ним не было Спока, чтобы подсказать решение.

И что же дальше? Эвакуация колонии; трибунал; конец его карьеры; и слишком-человеческая горечь, которая останется с ним до конца жизни.



ГЛАВА 8 | Сердце Солнца | ГЛАВА 10