home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава восемнадцатая

ВРЕМЯ КРОВАВОЙ ТРАПЕЗЫ

– Ах-Губа, пора! – не без раздражения сказал вождь шестого клана карликовых гоблинов Мель-Назл одному из своих помощников, который временно заменил травмированного Хе-Назла.

Нужное время действительно наступило. Костер, разведенный на берегу озера Сецц, прогорел, и теперь пышущие жаром угли, казалось, мечтали выполнить свое предназначение – хорошенько поджарить то, что окажется над ними. Поджариваться над углями должны были два человека – магистр Ордена монахов-рыболовов Женуа фон дер Пропст и студент первого курса факультета рыболовной магии Итдфик. Они находились тут же, на берегу, только не среди кагов, по кругу обступивших костровище, а стояли крепко привязанными к кольям, воткнутым глубоко в песок.

Глядя на угли, магистр Пропет размышлял над тем, что все-таки было бы лучше в сложившейся ситуации: чтобы их просто подвесили поджариваться на этих кольях или сначала проткнули бы заостренными деревяшками (так же, как шампурами пронзают куски мяса), тем самым умертвив мгновенно. С одной стороны, при поджаривании имелся шанс, что веревки, связывающие его руки, перегорят раньше, чем сам он превратится в шашлык. И тогда он наконец сможет произнести заклинание, сопровождаемое магическими пассами, и уж как-нибудь да избежит уготованной ему нелепейшей смерти, заодно спасет Итдфика, а для полного удовлетворения посчитается с зеленым убийственно-вредным народцем. Но, с другой стороны, веревки могли и не перегореть…

Вообще-то поджариться на костре и превратиться в пиршество для племени кагов они могли еще вчера вечером. После того как у Хе-Назла не получилось справиться с клюнувшей рыбиной, которая оборвала леску, лишив рыболовов единственной приманки. Но Итдфик вовремя спохватился, что в запасе у них имеется еще один тройник, а Пропет напомнил вождю, что по уговору он обещал наловить рыбы не позже, чем через два часа после восхода солнца, и речь шла о следующем дне.

Неожиданно на защиту пленников от проголодавшихся и готовых наброситься на них кагов пришел Хе-Назл. Наверное, в короткие мгновения борьбы с подводным соперником что-то произошло с мозгами племянника вождя. Возможно, он успел почувствовать себя рыбаком и, возможно, даже осознать, что ни один настоящий рыбак никогда не оставит в беде товарища по увлечению. Как бы то ни было, после эмоциональной речи Хе-Назла, обращенной к вождю и всему племени, великанам предоставили еще один шанс поймать рыбу.

Но как ловить с одним-единственным тройником и не очень большим запасом лески? Да к тому же ловить не своими руками!

Идею подсказал Итдфик. Первокурсник предложил расклепать тройник на три отдельных крючка, на двух, оставшихся без колечка, сделать лопаточки, чтобы можно было надежно привязать леску, грузики заменить медными пуговицами с его же рубашки, вырезать рогатки из веток прибрежного кустарника, а вместо живца найти другую насадку, к примеру червей или каких-нибудь жучков.

Выполнять все это пришлось Хе-Назлу. Вождь ни в какую не соглашался отдать приказ развязать пленникам руки и вместе с остальными кагами предпочел роль наблюдателя. Хе-Назл в одиночку принялся за работу.

Дольше всего пришлось повозиться с тройником, превращая его в три отдельных готовых к применению крючка. Помучился молодой каг и с привязыванием лески к крючкам, имеющим лопаточки вместо ушка, но под руководством магистра Пропста в итоге справился и с этой задачей. Солнце клонилось к закату, когда вконец вымотавшийся Хе-Назл закончил оборудовать все три примитивные конструкции, состоящие из метрового колышка, к одному концу которого привязана леска, к леске – рогатулька, вокруг которой намотана леска с грузиком-пуговицей и крючком. Пока каг занимался жерлицами, Итдфик, побродив по берегу, отыскал трухлявый пень и, разбив его ногами, обнаружил целую кучу личинок жуков-короедов. Проблема с насадкой была решена. Оставалось пробить лунки и установить снасти.

Магистр Пропст долго ходил по льду в поисках подходящего для лунок места и, казалось, ничуть не торопился указать следовавшему за ним по пятам Хе-Назлу, где пустить в дело топор. Только когда начало смеркаться, указал кагу на ничем не примечательную точку. И пока тот старательно долбил лед, магистр Пропет шепнул обеспокоенному Итдфику, что, если они не хотят очередных обрывов, на ночь снасти ставить не следует, да и вообще, судя по обитающим в озере экземплярам рыб, не очень толстая леска навряд ли окажет им достойное сопротивление и, скорее всего, лопнет. Поэтому самым разумным для пленников было тянуть время, ожидая помощи друзей, или самим искать пути к спасению.

Третью лунку Хе-Назл долбил уже почти в полной темноте. С первыми лучами восходящего солнца он же, под руководством магистра Пропета, выставил у трех лунок, находящихся метрах в сорока одна от другой, три снасти с личинками жуков-короедов на крючках.

В распоряжении пленников осталось ровно два часа. Но поклевки могли произойти в любой момент, и, чтобы их не прозевать, Пропст оставил Хе-Назла у центральной снасти, сам занял место у ближней к берегу, а Итдфика послал к дальней. И не успел первокурсник до нее дойти, как с криком: «Сработала!» – со всех ног припустил к быстро вращающейся рогатульке. «Бегом к нему!» – закричал магистр Хе-Назлу и побежал сам – довольно неуклюже из-за связанных за спиной рук.

Эх, если бы только руки были свободны! Оказавшись первым у сработавшей снасти, Итдфик не придумал ничего лучше, как зажать коленями рогатульку, тем самым прекратив сброс лески и остановив продвижение попавшейся на крючок рыбы. Но хозяином положения он оставался недолго. Где-то там, в глубине, рыбина, неожиданно ощутившая сопротивление, рванула так, что Итдфик не удержался на ногах и свалился. Подниматься времени не было: увидев перед своим лицом вновь начавшую вращаться рогатульку, он сделал выпад, схватил ее зубами, словно собака кость, и… Подбежавший к обескураженному первокурснику магистр Пропст не без горечи усмехнулся: впервые за его многолетнюю практику не рыба перекусила леску, а сам рыболов!

Следующий сюрприз не заставил себя долго ждать. Пока бегали к Итдфику, средняя снасть, за которую отвечал племянник вождя, тоже успела сработать, а схватившая наживку рыба размотала с рогатульки всю леску. Повинуясь указаниям магистра Пропета, Хе-Назл хорошенько подсек, но вместо живой тяжести на другом конце снасти почувствовал тяжесть мертвую. Такое порой случалось, если рыболовы оставляли снасти на льду на ночь. Попавшаяся рыбина успевала зайти куда-нибудь в коряги и запутать в них леску – либо просто освободиться от крючка. Оказалось, на дне озера Сецц коряг тоже хватало, и, как ни старался Хе-Назл, снасть в итоге пришлось оборвать.

У магистра Пропста и первокурсника Итдфика осталась последняя надежда на снасть, поставленную ближе всех к берегу, на откровенной мели, где рассчитывать на крупную рыбу не приходилось. Но теперь поймать хоть что-нибудь для пленников было важно принципиально.

Два человека и карликовый гоблин обступили жерлицу, уставившись в неподвижно висящую рогатульку. С берега на рыболовов в нетерпеливом ожидании смотрело племя кагов. Впрочем, не все племя – кое-кто был занят заготовкой дров, которые пригодились бы в любом случае: либо для приготовления рыбы, либо для поджаривания великанов…

Время неумолимо истекало, а поклевки не наблюдалось. Все больше и больше нервничавший Итдфик предложил переставить снасть на любую из двух свободных лунок, но магистр засомневался, – если уж там случились неудачи, не стоит вновь испытывать судьбу.

– А вдруг хищная рыба совсем не выходит на мель? – не унимался Итдфик. – Или выходит только вечером, да хотя бы и после обеда. Нам-то уже будет все равно, мы сами в обед превратимся!

– Все может быть, – пожал плечами Пропст. – Хе-Назл, возьми-ка рогатульку в руку и держи покрепче.

– Переставляться будем? – с надеждой спросил Итдфик.

– Пока нет. Я просто собираюсь один вариант проверить, – сказал магистр, отходя от лунки на несколько метров и увлекая Итдфика за собой. – Провокационный…

– Что за вариант?

– Понимаешь, обычно рыболовы стараются вести себя на льду спокойно, не шуметь. Я же хочу все сделать наоборот, то есть побежать в сторону нашей снасти, громко топая. Если вдруг хищная рыба подумает, что кто-то сверху торопится отнять у нее добычу, она инстинктивно попытается опередить конкурента. Ну как тебе вариант?

– Какой-то слабо реальный! Сомневаюсь, что сработает.

– Все равно мы ничего не теряем. – Пропст остановился и с криком Хе-Назлу: «Держи рогатульку покрепче!» – побежал к нему, часто и громко топая. Итдфик поступил точно так же.

Для обычного рыболова со стороны это должно было выглядеть, по меньшей мере, нелепо. Но собравшиеся на берегу каги взирали на непонятные действия великанов скорее с опаской и даже с откровенным страхом, засомневавшись, не принялись ли те колдовать столь необычным способом. Послышались беспокойные выкрики, некоторые каги взяли на изготовку копья, чтобы по приказу вождя метнуть их в приближающихся к Хе-Назлу великанов.

Хе-Назл и сам готов был закричать от нахлынувшего страха, как вдруг рогатулька начала вырываться у него из рук. Он вцепился в нее и потянул на себя, ощущая бойкое сопротивление.

– Спокойно! – заорал подбежавший, запыхавшийся толстый великан. – Перехвати леску пальцами! Если будет сильно рваться, потихонечку отпускай, только не давай слабины!

Перехватывая леску, Хе-Назл с удивлением увидел, как трясутся его руки, и, кажется, даже услышал стук собственного сердца. Он с трудом понимал слова великана и действовал скорее инстинктивно.

– Так, так, молодец, подтягивай, только плавненько, плавненько, – с жаром шептал ему в самое ухо магистр Пропет.

И Хе-Назл трясущимися руками подтягивал то, что было подо льдом, испытывая ни с чем не сравнимое чувство упоения своим превосходством над соперником.

– Сильно не тяни, – прошептал магистр, когда в воде мелькнуло зеленовато-золотистое пятнистое тело, – сама должна в лунку вылезти!

Толстый великан оказался прав, – натянутая леска поддалась, и из лунки вдруг высунулась длинная, ощерившаяся двумя рядами белоснежных треугольных зубов пасть рыбины.

– Это маскинонг! – узнал Итдфик рыбу, виденную раньше лишь на картинках. – Высокогорный маскинонг!

– За глаза хватайся! – не обращая на него внимания, заорал Пропет. – За глаза, за глаза!!!

Не понимая, зачем это надо, Хе-Назл тем не менее выполнил приказ магистра Пропета, вот только схватился не за глаза рыбины, что, с точки зрения опытного рыболова, было само собой разумеющимся, а за свои собственные. Леска при этом провисла, и рыба, уже на одну треть вытащенная на воздух, начала медленно погружаться обратно.

– Хватай ее! – взревел магистр Пропст. – Не себя, рыбину хватай!

Для пущей убедительности Итдфик отвесил растерявшемуся кагу хорошего пинка. Тот наконец догадался о своей промашке и, чтобы исправить положение, не нашел ничего лучшего, как сунуть руку маскинонгу в пасть, которая моментально захлопнулась, словно капкан. Открыв рот в немом крике, зеленый коротышка обратил умоляющий взор на Женуа фон дер Пропста, который и сам потерял дар речи.

Теперь тащить добычу на себя было равносильно продиранию руки сквозь частокол обломанных лезвий. Но и такого шанса рыбина не оставила, неожиданно резко опустившись вниз, вынудив кага так же резко наклониться и утащив руку бедолаги в лунку по самое плечо.

Самым обидным было то, что находящиеся рядом Пропет и Итдфик, даже не будь они связаны, все равно ничем бы не смогли ему помочь. Казалось, под действием тянувшей вниз силищи Хе-Назл вот-вот невероятным образом сложится и весь протиснется в лунку, но вдруг все кончилось. Каг перестал «протискиваться» в лунку и начал медленно подниматься на ноги, вытаскивая из лунки руку. С момента, когда он угодил в капкан-пасть, племянник вождя не издал ни звука. Компенсацией этому стал его разнесшийся по округе вопль, когда Хе-Назл полностью вытащил руку. Пасть высокогорного маскинонга все еще сжимала его кисть, вот только кроме головы и свисающих окровавленных внутренностей от огромной рыбины ничего не осталось, – подо льдом ею полакомился кто-то покрупнее…

На этом рыбалка закончилась. Дело было даже не в том, что не осталось ни одного крючка. Глядя на израненную руку Хе-Назла, с которой сняли рыбью голову, никто больше не горел желанием выйти на лед озера Сецц порыбачить. Ну а развязать пленникам руки вождь так и не решился.



* * * | Как я играю! | * * *