home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


* * *

Поначалу Посланник Богини решил, что на его зов не придет никто. Они прожили в пещере, освещенной весной лампой и с постоянно работающим дистиллятором, одиннадцать дней — и ни один дикарь так и не появился под отвесной скалой.

— Они не желают добиваться своего права на жизнь сами, — пробормотал он вслух, закрыв глаза и окинув мир ментальным восприятием. — Ни единого огонька. Наверное, они надеются, что все случится само собой, если хорошенько потанцевать перед мягкой стеной и проорать пару громких песен.

Он сбился со счета, пытаясь разобраться в количестве снов, в которых можно измерить длительность обхода горных ущелий, но племен они посетили семнадцать. В большинстве случаев встречи обошлись мирно: Найл произнес неизменную речь, «приобщил» всех к себе курагой, приказал явиться на битву и ушел. Пять раз пришлось сражаться с вождями и один раз — сразу с десятком мужчин. Разумеется, одетый в кирасу и вооруженный мечом, Найл без труда победил всех. Рубился он без всякой жалости. Правитель понимал, что слухи о его поведении неминуемо расползутся по всем родам — а значит, все должны знать о его решительности и серьезности обещаний.

Но сейчас… Найл успел выспаться уже десять раз, но в назначенное место сбора пока еще не явился никто.

— Боюсь, если в плен сдаться, — задумчиво произнес он, — могут близко к рубке и не подпустить. Что тогда делать? Орехи до конца жизни собирать? Надежнее до Золотого Мира дойти. Там меня наверняка помнят. Придумаем чего-нибудь на пару с ныряльщиками…

Как раз в этот момент на грани ментального восприятия он заметил изменения. Последние месяцы приучили правителя пользоваться «мысленным оком» практически постоянно, а потому появление множества алых точек в нескольких часах ходьбы остаться незамеченным не могло даже сейчас, когда он находился на свету и спокойно возлежал на постели из рыбьих шкур. Большую их часть пришлось выбросить — но для трех человек хватало и оставшегося уголка.

— Скользкий Плавник! — приподнялся Найл. — Тебе придется спуститься и встретить гостей. Иначе они заблудятся в здешней темноте.

Не успели подошедшие первыми дикари добраться до скалы Окраинников, как правитель успел заметить еще один движущийся отряд, потом еще и еще.

— Назия, — мысленно вызвал он дрейфующую где-то наверху, над головой, флотилию. — Надеюсь, корабли успели вернуться из города? Скоро мне понадобится весь груз! — Они здесь уже третий день, мой господин.

— Тогда приготовь еду и воду для насыщения команды двух судов. Мне понадобится покормить примерно сто человек.

— Слушаюсь, мой господин.

Теперь уже не требовалось посылать дикарку встречать новые отряды — подходящие справа и слева племена натыкались на обширный лагерь и просто примыкали к нему.

Посланник Богини не знал, откуда, к каким родам принадлежали те, кто решился встать под его знамя. В первом отряде насчитывалось человек тридцать. В двух, подошедших немного позднее, — примерно по пятнадцать. Потом пришли еще около тридцати человек.

Всех их объединяла надежда на то, что странный гость, явившийся в их дома, действительно знает способ изгнания живых камней. Но почти все дикари продолжали сомневаться в этом и постоянно вспоминали о том, что в любой момент можно вернуться назад, в свою родную пещеру.

«Что же, — решил Найл, завязывая на лице маску. — Настала пора показать чудо».

Он вышел из-под стены, подошел на край обрыва и спрыгнул вниз, сразу ощутив, как повернулись к нему десятки голов и заинтересовались десятки сознаний.

Прожившие под водой всю свою жизнь и получившие немало полезных навыков от своих предков, дикари неплохо ориентировались по колебаниям воды, представляли себе общую окружающую обстановку. Они «увидели» спустившегося со скалы человека. Но, естественно, не могли узнать, кто он такой.

— Я хозяин мертвых, — послал в их стороны направленный мысленный импульс Найл и сразу ощутил возникшую среди двуногих панику: они поняли, что их новый вождь способен разговаривать под водой!

Это было хорошо и тоже входило в план правителя Южных песков. Пусть знают, что он действительно наделен сверхъестественными, по их понятиям, способностями. Тогда в них появится больше веры. Веры в него, в возможность победы, в прекрасное будущее здесь и бесконечные удовольствия — в случае гибели в битве.

— Идите за мной, я сотворю для вас пищу и воду. — Посланник Богини отвел поднявшихся со своего места дикарей на пару сотен шагов от гор и приказал:

— Сбрасывай припасы, Назия!

Вскоре дикари своим «ушным» зрением обнаружили, как из ничего вдруг начали появляться большие мешки и падать вокруг людей, а иногда и просто им на головы.

— Здесь еда, — поднял Найл один из мешков, развязал, — и мягкая фляга с водой. Отдыхайте, набирайтесь сил. Скоро они нам понадобятся. И не забывайте про детей. Обратного пути не будет, мы войдем в Дом Света и останемся там навсегда.

Он ненадолго смолк, вглядываясь в мысли туземцев, а потом добавил:

— Если у кого-то дома остался ребенок — сходите за ним, пока не поздно. Если ребенку не хватает маски — поднимитесь в дом Окраинников, я дам ее. Но все вы должны быть вместе. Иначе нельзя.

Два чуда подряд, явленные дикарям, сразу внушили им должную веру. Колебания остались позади, желание убежать назад, в пещеры — тоже. А еще правитель рассчитывал на то, что часть туземцев успеет сбегать в родные ущелья и позвать с собой тех, кто еще сомневался, забрать оставленных подальше от бед малышей. Простояв общим лагерем несколько дней, его маленькая армия увеличится еще хоть на десяток воинов. А это весьма существенно, когда число бойцов измеряется не тысячами, и даже не сотнями мечей.

Теперь Найл мог быть относительно спокоен и в том, что подходившие один за другим к лагерю горстки воинов сразу оказывались среди тех, кто уже верил хозяину мертвых, а потому и сами постепенно заражались общей уверенностью в вожде и неизбежной победе.

За масками подошли всего несколько женщин. Посланник Богини думал, что таких будет намного больше. Увы, жестокие законы подводного мира требовали, чтобы мать, родившая девочку, либо победила в поединке одну из женщин племени и забрала маску у нее, либо отдала малышу свою маску, а сама покинула пещеру… Если рождался мальчик — на бой выходил тот, кто считался покровителем матери.

Изредка, когда ребенок казался слишком слабым или вождь преследовал какие-то свои хитрые планы, схватка откладывалась на потом. Малыш либо умирал, позволяя пещере сохранить взрослого члена рода, либо подрастал, и тогда свою маску отдавал тот, кто хуже владел ножом…

Скользкий Плавник чуть не заплакала, видя, как хозяин мертвых с легкостью раздает величайшую драгоценность Холодных гор, но перечить не посмела.

— Зато у тебя будет столько детей, сколько ты захочешь, — пообещал Найл. — И тебе не придется драться ни за одного из них.

Нефтис отвернулась и отошла к дистиллятору, куда раньше правителя успев понять, чем ему придется расплачиваться за подобные неосторожные слова.

— Я подарю тебе много детей, хозяин мертвых, — согласилась Скользкий Плавник, опускаясь рядом с правителем на шелестящие рыбьи шкурки.


ГЛАВА 11 МОЛИТЕСЬ ЗА КАСТЕРА МИЛЬНА | Подводник | * * *