home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


3

Модернизация лаборатории в «Кент Фармацевтикалз» означала прежде всего систему дистанционного управления всеми опасными экспериментами, подобную той, что использовалась для работы с радиоактивным материалом. Джеззарда и троих его помощников отделяла от самой лаборатории герметичная стеклянная стена, по периметру которой располагались многочисленные рычаги управления искусственными руками, поблескивавшими по ту сторону стекла, словно никелированные ноги огромного паука. Две другие стены были заняты компьютерными терминалами, дисплеями и множеством приборов, которые Клиффорд видел впервые.

Джеззард сидел спиной к пневматическим дверям, сосредоточенно изучая стопу карт Великобритании, исчерченных голубым мелком.

— Не обращайте на нас внимания, — сказал Рон, входя. По его поведению никто бы не догадался, что совсем недавно он потерял жену. До тех пор, пока Чума воспринималась лишь как интеллектуальный вызов, оставался шанс добиться объективных результатов. Клиффорд восхитился его умению держать себя в руках.

Джеззард оторвал взгляд от карты;

— Вернулся, Рон? О, Клиффорд! Какими судьбами?

В первое мгновение Клиффорд удивился тому, что Джеззард, с которым они встречались лишь однажды, сразу узнал его, но затем вспомнил, что неоднократно слышал о его великолепной визуальной памяти.

— До меня дошли слухи о вашем успехе с К-39. Это с ним вы сейчас работаете?

— Со всей К-серией. — Джеззард кивнул на стеклянную стену. — В общей сложности шестьдесят семь производных. Но К-39 — самый перспективный вариант из всей серии, здесь вы правы.

Он снял очки, быстро протер их рукавом халата, и, немилосердно отогнув уши, вернул на место.

— Ну как там, Фил, варится? — спросил он у одного из помощников, который неотрывно наблюдал за чем-то в бинокуляр. — Знакомьтесь: это Фил Спенсер, а это — Сесил Клиффорд.

Молодой ассистент, взлохмаченный и довольно утомленный на вид, ответил со сдержанным оптимизмом:

— Я полагаю, закипает!

Он оторвался от бинокуляра, чтобы внести данные в компьютер, жестом приглашая Клиффорда занять его место. Прильнув к бинокуляру, Клиффорд стал фокусировать его, пока не увидел знакомые очертания чашки Петри, наполненной розоватой питательной средой. На ее поверхности виднелись четыре группки бактерий, расположенных симметрично под прямым углом к кусочку золотистого кристалла кризомицетина.

Он потянул на себя рычаг манипулятора, и объектив плавно переместился к соседней чашечке Петри, затем к следующей. Это была серия К-39 — девять чашек, в каждой из которых содержалась микробная масса на разных фазах развития и выросшая в разной питательной среде. Клиффорд заметил, что, независимо от фазы, размножение шло довольно-таки вяло, а в центре возле кристалла оно не происходило вообще.

Впечатленный, он вернул бинокуляр Спенсеру.

— Весьма многообещающе! — сказал он Джеззарду.

— Если бы не один маленький недостаток, — кисло ответил тот.

— Только что вы видели девять десятых всего существующего в мире ДДК.

— Девять десятых чего?..

— ДДК! Ди-декстро-кризомицетина. Того самого вещества, которое и дает эффект, насколько я понимаю. Исходная молекула содержит два левосторонних радикала, которые не только не наносят вреда бактерии, но даже утилизируются ею. Весь фокус состоит в том, чтобы активизировать пару правосторонних радикалов. Но ДДК не существует в природе, а синтезировать его невероятно трудно. В результате синтеза получается в лучшем случае четверть процента чистого вещества, а отделить его кажется просто невозможным! И все же придется это сделать. Потому что это единственный просвет в темном туннеле, который затягивает всех нас…

Он потянулся и зевнул в голос.

— Кстати говоря, Рон, — продолжил он, — я рад, что ты вернулся. Этот малый из Балтимор Латимер напомнил мне об одной гипотезе, которую и я собираюсь проверить. Знаешь, что это такое? — он постучал по карте на столе.

— Похоже на карты Министерства Здравоохранения, где они ежедневно отмечают распространение эпидемии, — ответил Рон.

— Верно. Но, как известно, они начали публиковать их только через две с половиной недели после начала эпидемии, когда число жертв уже перевалило за тысячу. Вот эта — первая, — он вытащил одну из карт, на которой мелом были отмечены Лондон и Бирмингем. — Я как следует рассмотрел их, а компьютер как раз заканчивает анализ тенденций, на которые они указывают. А что, если нам попробовать экстраполировать эти тенденции в обратном направлении?

Он нажал кнопку, и на небольшом мониторе появилось изображение карты, которое начало быстро меняться. Нанесенные мелком линии стали таять, сжиматься, превращаясь в скопление точек, все более и более изолированных друг от друга, пока на карте не осталась одна-единственная точка.

Джеззард присвистнул.

— Черт меня побери! — сказал он. — Я и не думал, что с первого раза так получится! Смотрите, эта точка находится в пределах… даже меньше, чем за десять миль от Балтимор Латимер!

— Вы хотите найти первого носителя? — не вполне понимая, спросил Клиффорд.

— Можно сказать, что так, — согласился Джеззард.

— Минутку! — воскликнул Рон. — Людям из министерства пришло в голову заняться этим в первую очередь, но потом они пришли к выводу, что в разгар эпидемии разброс случаев был слишком велик…

— О, я исхожу не из официальных отчетов, — оборвал его Джеззард. — Я же сказал, что хочу экстраполировать тенденцию назад. И вот результат, — он указал на оставшуюся точку. Кроме того, кто сказал, что был один-единственный носитель?

— Как думаешь, Клиффорд, есть что-нибудь в этом? — с сомнением спросил Рон.

— Думаю, есть, — ответил Клиффорд, вспомнив свой недавний разговор с Теккереем. — Мне кажется, что нужно, немедленно сообщить обо всем этом в Министерство.

— О’кей, я позвоню им и поручу кому-нибудь переписать твои выкладки, — сказал Рон Джеззарду. — Если, конечно, ты не возражаешь.

Джеззард так дернул головой, что очки едва не слетели с его носа.

— О Боже! Не думаешь ли ты, что я озабочен первенством в публикации этого материала? Тем более сейчас, когда мы столкнулись с чем-то абсолютно новым?! Ты, должно быть, шутишь!

— Ты уверен, что это нечто абсолютно новое? — спросил Клиффорд.

— О, это нечто настолько новое, что я даже сомневаюсь, могло ли оно развиваться на нашей планете. Да, очень может быть.

На мгновение повисла тишина, затем Клиффорд подал голос:

— Но не могло же оно попасть к нам из космоса. Сейчас в моей палате выздоравливает один астронавт, и я знаю, насколько основательна его поправка. Кроме того, сегодня я разговаривал с полицейским, который…

— Знаю, знаю, — недовольно замахал на него руками Джеззард. — Я не то имел ввиду. Я хотел сказать, что оно не могло развиться на нашей планете само по себе.

Он с вызовом взглянул на каждого из собеседников.

— Сами подумайте: нам не удалось заразить этим вирусом обезьян! И в то же время, он легко распространяется среди людей. Если бы этот микроб попал на Землю из космоса в виде споры, он обязательно поразил бы какое-нибудь животное, разве не так? Но получается, что он живет и размножается только в человеческих тканях! Сопоставьте это еще и с тем, что до сих пор эпидемия ограничивается Великобританией, и…

— Ты хочешь сказать, что этот вирус создан искусственно? — не выдержал Рон. — И что он был намеренно распространен?

— Не такая уж смешная идея, — заявил Джеззард. — Тебе же известна заболеваемость на данный момент: примерно каждый десятый.

Из них еще одна десятая часть умирает. Если так будет продолжаться, мы потеряем один процент населения — шестьсот тысяч! Это уже начало сказываться на экономике, потому что даже те, кто остается в живых, около месяца проводят в стационаре, и еще два месяца длится восстановительный период…

— Ради Бога! — взмолился Рон. — И кто же, по-твоему, этот злодей?

— Есть у меня кое-какие догадки… Весь этот век мы живем в неблагополучном мире. Зная, что мы разоружились, демобилизовали большую часть наших вооруженных сил, враг мог… — он смущенно умолк.

— Твоя работа — искать средство против Чумы, — неожиданно начальственным тоном сказал Рон, — а не выдумывать параноидальные теории на эту тему! Надеюсь больше никогда ничего в этом роде не слышать от тебя. Нам пора, Клифф, уже почти пять, а они хотят поскорее освободиться и уйти домой.

Покраснев, Джеззард возразил:

— Что касается меня, то я не спешу уйти отсюда. Я собираюсь оставаться здесь до полуночи с перерывом на ужин.

— А я думал, что сегодня дежурит Дилис, — сказал Рон, кивая в сторону девушки.

— Так оно и есть, — отозвалась та, не поднимая головы. Но я буду рада компании.

— Дело ваше, — пожал плечами Рон.

Когда пневматическая дверь бесшумно закрылась за ними, Кент смущенно сказал:

— Не придавай этому значения. Джеззард — один из лучших наших специалистов, хотя ему и свойственны некоторые причуды. Он происходит из старого военно-морского семейства, и наш психиатр считает, что Джеззард воспринимает борьбу с Чумой как настоящий крестовый поход, сублимируя таким образом свойственную его натуре тягу к насилию. Я думаю, на нем сказывается напряжение последних недель. Но что касается его теории в целом, то должен признаться, что она звучит адски правдоподобно, не находишь?

Клиффорд собрался что-то ответить, но из кармана Рона раздался сигнал. Пробормотав извинения, он вытащил рацию и слушал с полминуты.

— Не слишком веселые новости, — заметил он, кладя рацию обратно в карман и поджимая губы.

— Что стряслось на этот раз? Новая вспышка эпидемии?

— Очень может быть. Как бы то ни было, министерство обратилось во Всемирную Организацию Здравоохранения с просьбой объявить Великобританию зоной бедствия.

— В самом деле? Что, это значит, что мы сможем запросить дополнительный медицинский персонал…

— Но с другой стороны — ни туризма, ни экспорта, ни космических полетов… Сам знаешь, какие меры предосторожности принимаются в таких случаях.

— Знаю, — вздохнул Клиффорд. — По-моему, впервые целая страна объявляется запретной зоной.

— Такой величины, как наша — да. Хм! Я рад хотя бы тому, что буду вне пределов досягаемости для Джеззарда, когда он узнает новости, потому что они чуть ли не подтверждают его правоту!

Они снова оказались у двери кабинета Рона и, остановившись, повернулись друг к другу. Клиффорд хотел было предложить ему пообедать вместе, но внезапно остро и болезненно осознал, что его долг перед пациентами отодвигает на второй план даже такую давнюю дружбу. Они с Роном познакомились еще в колледже, потом вместе работали в госпитале, и, возможно, одновременно поднялись бы на следующую ступеньку карьеры, если бы неожиданная смерть отца Рона не сделала его главой фирмы. Клиффорд был свидетелем на свадьбе Рона и Лейлы…

Которой теперь нет в живых…

Рон избавил его от мучительных попыток найти нужные слова.

— Почему ты так и не женился, Клифф? — резко спросил он. — Может быть, потому что боялся, что когда-нибудь с тобой случится такое?

Он развернулся и вошел в кабинет, оставив Клиффорда мрачно уткнувшимся в полированный стол.

«Нет, — тихо сказал он белым стенам — нет, не поэтому…»


предыдущая глава | ФАТА-МОРГАНА 8 (Фантастические рассказы и повести) | cледующая глава



Loading...