home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


3

Рассказ

Красные Мокасины толкнул Тага, и тот проснулся. Кричащий Камень был уже на ногах и собирал вещи.

– Какого черта…

– Пора удирать, Таг, – прошептал Красные Мокасины.

Пока им удалось затеряться в дебрях огромного лагеря, но это убежище кратковременное.

– А это еще кто такие? – прошипел Таг, тыча пальцем в индианку и русского.

– Потом расскажу.

Вокруг них бурлил хаос. Ружейная пальба неслась впереди новостей, и здесь, на окраине лагеря, воины понимали, что их атаковали. Получивший Пощечину и его люди, держа в руках оружие, недоуменно следили за сборами Красных Мокасин и его крошечного отряда.

– В Солнечного Мальчика стреляли, – пояснил Красные Мокасины. – Там, в центре лагеря, всадники, не знаю из какого племени.

– Кто этот человек? – Получивший Пощечину кивнул в сторону русского. – Почему он закован в цепи?

Красные Мокасины ответил ему по-французски:

– Сейчас тебе лучше закрыть глаза.

Получивший Пощечину, ничего не понимавший по-французски, нахмурился.

Красные Мокасины закрыл ладонью глаза индианки и сам зажмурился. Все вокруг вспыхнуло и засияло так ярко, ярче солнечного света. Важажи закричали.

Пока Получивший Пощечину и его люди, ослепленные, катались от боли по земле, Красные Мокасины и Таг, прикрыв руками глаза, помогли русскому забраться в седло. Кричащий Камень и индианка сами вскочили на коней, и пятерка, пользуясь всеобщей суматохой, пустилась в бегство.

И русский, и индианка уверенно держались в седле, что не могло не порадовать Красные Мокасины.

Они уже почти выехали из лагеря, когда наткнулись на десяток всадников – низкорослых и смуглых. Их возглавлял юноша в зеленом кафтане. Русский что-то выкрикнул, и весь его отряд повернулся в сторону беглецов. Несколько всадников нацелили на них свои ружья, остальные подняли устрашающего вида луки.

Красные Мокасины собрал всех детей своей Тени и бросил их в атаку на неожиданно возникшего противника. И в ту же секунду он почувствовал себя так, словно его чем-то очень тяжелым ударили по голове, и он едва удержался в седле. Он ощутил во рту привкус крови, а из глаз брызнули искры.

Взгляд прояснился как раз вовремя: он увидел скальпированного воина. Тот с нечеловеческим криком, размахивая над головой боевым топором, несся прямо на него.

Грохотали выстрелы, окрестности освещали вспышки крафтпистолей, но Красные Мокасины ничего этого не замечал, он видел одного лишь скальпированного воина. Впереди него, подобно огненным пчелам, летели духи – облака дыма с пламенеющими глазами. Они накинулись на детей Тени. Один из них сразу же погиб, разорванный духами на части. У Красных Мокасин было такое ощущение, будто он потерял часть своей души, хорошо, что только часть. Его охватило невыносимое чувство жалости.

"Зачем жить?" – простонало сердце.

Красные Мокасины выхватил боевой топор, моргнул, стряхнув с ресниц кровь. Откуда кровь? Сейчас для него это было не важно.

Он помчался навстречу бешено несущемуся скальпированному воину. Их лошади столкнулись. Ярость затмила душевную муку. Если ему суждено умереть, он умрет не один, а заберет с собой источник своих страданий. Индеец чокто схватил скальпированного воина за одежду и резко дернул, но боевой топор опустился под углом, и он почувствовал, как лезвие, обо что-то ударившись, соскользнуло.

На мгновение они оказались лицом к лицу, глаза скальпированного воина горели красным огнем, рот скривился в презрительной усмешке. Их лошади закружились. Красные Мокасины разжал пальцы и выпустил одежду врага. Они кружились, подавшись вперед, каждый выбирал момент, чтобы нанести удар. Брызнула кровь, когда скальпированный воин попал топором по плечу. Прикосновение металла к кости вызвало у Красных Мокасин странное ощущение. Вокруг них нити молний потустороннего мира свивались и кукожились, словно горела и ежилась плотная сетка паутины. Зарычав, Красные Мокасины нанес ответный удар, и острое лезвие его топора скальпировало воина во второй раз.

Тот выхватил пистолет и кричал, крик его делался все громче и громче. Красные Мокасины выхватил свой пистолет.

Гром выстрелов грянул одновременно. И все исчезло.

Красные Мокасины пришел в себя и почувствовал боль, в ушах звенело, в нос бил запах паленого мяса. И он прежде, чем сумел овладеть своими чувствами, закричал. Вернее, попытался – в рот был вставлен кляп.

Над ним склонилось улыбающееся лицо Тага:

– Что, очухался?

Красные Мокасины поднял голову, мутным взглядом посмотрел на дымящееся черное пятно на плече. Чуть ниже набухла от крови тряпка, которой была перевязана рана от топора. Левой рукой он стащил тряпку.

– Что ты сделал, Таг? – едва смог выговорить Красные Мокасины.

– Прижег рану порохом. Твой русский посоветовал так сделать.

Красные Мокасины поморщился. Врачеватели Старого Света, похоже, любят не столько лечить раненого, сколько усиливать его страдания.

– А теперь полежи спокойно, пока доктор Таг спустит немного крови. Думаю, у тебя жар. Мы уже удалили немного зараженной крови.

– Нет, – категорически отрезал Красные Мокасины. Он сел, тело ощущалось как нечто пустое и беспомощное. – Что произошло? – спросил он.

Они находились где-то среди прерий, ни лагеря, ни воинов нигде не было видно. Солнце стояло высоко.

– Пока ты там развлекался с этим несимпатичным парнем, мы разобрались с остальными ребятами. Девчонка, которую ты подобрал, половину их спалила из своего волшебного пистолета.

– Ты хочешь сказать, что нам удалось сбежать?

– А что, похоже, что мы в турецкой темнице? Эх, ты, простофиля, ну конечно же, мы сбежали. Они же видели, как вы с этим чудовищем сшиблись, словно два исчадия ада. Ты что ж, думаешь, у них после этого появилось желание преследовать нас? Так вот, говорю тебе, ни в коем разе. Мы их здорово напугали.

– Думаю, ненадолго. Нам нужно как можно быстрее двигаться дальше.

– Ну, мы не против.

– Хочу поблагодарить тебя. – Слова были сказаны по-французски. Красные Мокасины повернулся и увидел русского, который, присев на корточки, протянул руку. – Ты спас мне жизнь.

– Ты пытался убить себя.

– Лучше смерть, чем та судьба, которую они мне готовили.

Красные Мокасины пожал протянутую руку.

– Меня зовут Петр Алексеевич, – сказал русский. – И отныне я твой должник. Проси, что хочешь.

Красные Мокасины скрыл удивление.

– Тронемся в путь, – сказал он, – и я начну вас расспрашивать. Особенно меня интересует Солнечный Мальчик и армия, которая его сопровождает.

– Я расскажу тебе, – пообещал Петр Алексеевич.

– Спасибо. Я рад, что мне выпала честь спасти вас, ваше величество.

Петр Алексеевич хмуро усмехнулся:

– Меня уже и здесь знают? Что ж, я тоже рад знакомству с тобой.

Красные Мокасины обнаружил, что ему тяжело сидеть в седле. От полученных ран у него болел весь бок, но кроме того, сильно кружилась голова от потери слишком большого количества детей его Тени. Поглотив в Венеции Длинное Черное Существо, он стал необыкновенно сильным, возможно самым сильным хапайя в мире. Помощниками ему служили не духи, а частички его собственной души. Но когда он лишится Тени, когда он всю ее истратит, это окажется хуже смерти. Его тело продолжит жить, но внутри будет только пустота. Но что еще хуже, пустоту может заполнить нечто отвратительное, не человеческой природы.

– Как вы здесь оказались? – спросил он Петра, чтобы отвлечь мысли от телесных страданий. – Это ваш разбитый корабль попался нам по дороге?

– Да.

– Далековато от России.

– Ты знаешь, кто я. Ты знаешь, где находится моя страна. К какому племени ты принадлежишь?

Красные Мокасины вздохнул:

– Царь, когда вы вели бой в Венеции, в котором погибли ваши воздушные корабли, я тоже там был – на стороне ваших врагов.

Лицо царя потемнело, но уже в следующую секунду он сухо рассмеялся:

– Я чувствовал, что в Венеции против меня ополчился весь мир. Теперь я это точно знаю. Это случайность, что мы с тобой встретились, да?

– Нет, не случайность, – ответил Красные Мокасины. – Находясь далеко отсюда, я ощущал присутствие Солнечного Мальчика, я проделал долгий путь, чтобы увидеть его собственными глазами. И еще я чувствовал нечто такое, что имеет отношение к вам.

Царь на мгновение задумался, глядя на него, затем сказал:

– Одно время меня сопровождало некое существо, ифрит, он разговаривал со мной. Несколько раз он спасал мне жизнь.

– Но потом он стал вашим врагом.

Царь кивнул и посмотрел куда-то вдаль.

– Я понимаю, почему монголам здесь нравится.

– Монголам?

– Это степные кочевники. Долго рассказывать.

– А у нас впереди путь не близкий, – заметил Красные Мокасины.

– Погоня, – прервал их разговор оглянувшийся назад Кричащий Камень.

Туча пыли застилала горизонт.

– Я знаю, – ответил Красные Мокасины. – Но пока что мне хватает сил удерживать их на расстоянии. Мы не можем гнать лошадей во весь опор. – Вдруг его осенило. – Я убил скальпированного воина?

Кричащий Камень пожал плечами:

– Я не проверял, дышит он или нет. Он лежал трупом, но и ты тоже казался мертвым.

– В любом случае, ваше величество… – пробормотал Красные Мокасины.

– Пожалуйста, называй меня Петр. Я здесь не царь.

– Петр, расскажите, что с вами случилось. Ведь происходит что-то важное.

Петр кивнул:

– Вполне возможно. – Он поерзал в седле, пытаясь сесть поудобнее, подстраиваясь под ритм конского хода. – На протяжении многих лет моя империя расширялась не только на запад и юг, но и на восток. Пока мир не перевернулся с ног на голову, я хотел торговать с Европой. Покупать там корабли, товары, знакомиться с новыми научными открытиями. Кроме пушнины, мы мало что могли предложить самодовольным и пресыщенным купцам запада. В погоне за пушниной население перемещалось дальше на восток, вглубь Сибири, Монголии, и наконец добралось до Китая. Китайцы долгое время не хотели вести с нами никаких переговоров. У нас с ними было несколько вооруженных стычек, китайцы многих захватили в плен, но по-прежнему отказывались признавать нас и вести с нами переговоры. Мы подобрали к ним ключик только после того, как наступили эти странные времена.

– Вы хотите сказать, что завоевали их?

– Завоевали? Нет. С меня хватит войн. Я хотел наладить с ними торговлю. Ключик, который мы к ним подобрали, как раз и заключался в том, чтобы предотвратить войну. Первоначально они относились к нам как к варварам, примерно так же, как и к коренному населению Сибири. Но затем мы узнали о монголах. Они завоевали Китай еще до того, как это пыталась сделать Россия, правда на короткое время, но все с той же целью – вести торговлю. Маньчжуры, которые сейчас правят Китаем[31], сами еще несколько поколений назад были как монголы. И хотя они сейчас считают себя китайцами и ведут себя как китайцы, они понимают, что точно так же, как они когда-то отняли Китай у китайцев, так же и монголы могут отнять у них Китай. Вам известно, что на Англию упала комета?

– Я собственными глазами видел яму, оставшуюся от падения, – ответил Красные Мокасины.

Царь удивленно вздернул брови:

– Ты обязательно должен рассказать мне о себе. Это естественно, что мои агенты видели следы падения кометы. Но чтобы индеец побывал и в Англии, и в Венеции – это что-то невероятное.

– Расскажу, – пообещал ему Красные Мокасины.

– Должен заметить, что этой кометой французский король не только уничтожил Англию, но и нарушил равновесие во всем мире. Мои философы объяснили мне, что комета была очень низких температур и остудила воздух на Земле. Что бы ни было тому причиной, но в течение первых пяти лет зимы значительно удлинились, и сейчас, особенно в Сибири и Монголии, они суровее тех, что были раньше.

– Правда?

– Да. И монголы, и мои казаки ясно понимали, что есть только два пути: либо погибнуть от холода, либо завоевывать Китай. Мои агенты донесли мне, что у маньчжуров на юге возникли неприятности по каким-то своим причинам. И тогда мы спасли их от несчастья в обмен на торговлю и дружеское расположение.

– И каким образом?

– Десять лет назад мой капитан Беринг перелетел на воздушном корабле через всю Сибирь, устремился дальше и открыл Западное побережье Америки. Он сообщил мне, что там много земли, и на следующий год мы основали там маленькую колонию. Я предложил переселить туда монголов при условии, что они примут российское покровительство, а Пекин возьмет на себя большую часть затрат по переселению. Китаю пришлось забыть о своей спеси и согласиться. И мы получили все, чего добивались, – торговлю с Китаем, новые территории и мир с монголами.

– А потом что-то пошло не так?

– Да, там, где меня нет, все начинает идти не так. Я всегда это знал, но, кажется, с возрастом я стал слишком доверчив. Я любил путешествовать и по морю, и по воздуху. Я не принадлежу к тем царственным особам, которые сидят в тепле своих дворцов. Я человек движения, познания, действия. Я чуть не заболел, засидевшись во дворце, и сказал себе: "Хватить гнить от безделья". И сразу же снарядил корабль и отправился сюда посмотреть, как идут дела в моей колонии, как тут живется.

Глаза Петра засверкали.

– Но здесь я столкнулся с коварным предательством. Назначенных мной губернаторов кого убили, кого настроили против меня, И все сплотились вокруг этого Солнечного Мальчика. В центре всех этих событий стоят староверы, они давно имеют на меня зуб. Они переманили на свою сторону монголов, и индейцев тоже.

Они попытались захватить меня в плен и вывести из строя мой воздушный корабль. Мы сбежали, но они пустились в погоню. Нам не удалось найти дорогу назад в Россию. Нас загоняли все дальше и дальше вглубь страны, и в конце концов я решил облететь вокруг Земли и таким образом вернуться домой. Это было бы первым в мире кругосветным путешествием на воздушном корабле. И тогда ангел, который направлял мои действия, восстал против меня. Он начал уговаривать меня присоединиться к этой армии, возглавить ее и вести на завоевание новых земель.

Царь замолчал, но Красные Мокасины не торопил его. Люди говорят только тогда, когда томящееся в душе просится наружу.

– Моя Катенька была со мной, – выдохнул Петр, и Красные Мокасины заметил, что на глазах сурового царя блеснули слезы. – Она никогда не желала со мной разлучаться. Однажды в Персии ей пришлось остричь свои роскошные волосы, там было невыносимо жарко, но она хотела остаться со мной… – Он снова замолчал, а затем продолжил: – Я похоронил ее. Если ты видел мой корабль, то ты видел и могилу рядом. Когда я отказался подчиняться ангелу, то сразу понял, кто кем управлял. Они искусно играют роль наших слуг: великий царь сделал то, великий царь сделал это; на самом деле мы им служим, и все по причине собственной глупости. Я должен был догадаться об этом, когда они помогли мне одержать верх над староверами. У них и в мыслях никогда не было помогать нам, они желали только одного – использовать нас. – Он повернулся к Красным Мокасинам. – Когда я отказался повиноваться ангелу, он попытался убить меня. Но один из моих философов – женщина – сделала мне подарок. Она им тоже полностью никогда не доверяла. И я смог убить ангела, ну, или, по крайней мере, от него избавиться. Но он отомстил мне. Он отпустил ифритов, которые поддерживали мой корабль в воздухе, и корабль упал на землю. – По щекам царя продолжали бежать слезы, но голос звучал ровно. – Это было такое падение… Но я остался жив, к сожалению, и они захватили меня в плен, и как у нас таскают по ярмаркам для потехи медведей, закованных в цепи, так и из меня сделали игрушку, – с горечью произнес царь. – Я покажу им, какую глупость они допустили, не убив меня. Я на своем веку подавил не один бунт. Головы стрельцов падали, как яблоки с яблони, если ее хорошо тряхнуть. А их кровью пропиталась земля. А сейчас вода в реках Америки станет красной от их крови.

Красные Мокасины криво усмехнулся:

– Вы расправитесь с бунтовщиками с помощью армии в пять человек, имеющей в запасе всего одну свежую лошадь?

На мгновение лицо царя сделалось пунцовым, но он тут же рассмеялся, да так громко и с такой мукой в голосе, что все обратили в его сторону встревоженные взгляды.

– Да, да, верно. Небольшое затруднение, как-то я о нем не подумал, – сквозь смех произнес он, но тут же взял себя в руки. – Мой бедный, бедный сын, он был прав… Благослови Господь его душу и покарай меня. Эти существа в ангельском обличье на самом деле дьявольские отродья, и я разгадал их планы. Они хотят уничтожить нас всех – русских, французов и индейцев в том числе. Они стравливают нас, чтобы наступил Апокалипсис, и, да простит меня Господь, я так долго был орудием для осуществления их планов. Мы подошли к самому краю пропасти, мой друг, и Господь отвернулся от нас.

Боль пронзила Красные Мокасины, и он стиснул зубы, затем пристально посмотрел на царя.

– Я думаю точно так же, как и вы. Я забрался сюда, так далеко от моего родного дома, чтобы удостовериться, действительно ли на нас надвигается великая смерть.

– В таком случае прими мои поздравления, – сказал царь. – Ты нашел доказательства.


2 Тайный сговор | Империя Хаоса | 4 Маркграф