home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ГЛАВА 16

— Поверьте, я не…

Тело Вячеслава Юрьевича, еще несколько секунд назад занимавшего пост главврача одной из больниц Москвы, обмякло. Смирнов отстранился, окинув взглядом кабинет. Преемник наверняка переделает здесь все по-своему. Но, это Смирнова мало волновало. Он вышел в приемную.

— Уже уходите? — поинтересовалась секретарша.

— Да, пойду, пожалуй.

Судя по безмятежному выражению лица, посетитель остался доволен исходом беседы. И девушка уткнулась в экран монитора, продираясь сквозь хитросплетения очередного пасьянса.

Алексей Иванович вышел на улицу и в нерешительности остановился. Очень хотелось начать действовать немедленно, но он понимал, что это по меньшей мере глупо. У намеченной жертвы явно есть охрана, и действовать днем слишком рискованно. Иное дело ночь. Когда домочадцы и многочисленная прислуга спят, а секьюрити невольно клюют носами, уткнувшись в экраны мониторов.

Хоть и немного, но все же главврач знал о планировке дома. Хорошенько «порывшись» в закоулках его сознания, Смирнов вызвал в памяти несколько лиц охранников. Стоит ему встретить одного, и все сразу станет ясно.

Поставив свое средство передвижения на платную автостоянку, Алексей Иванович неторопливо побрел вдоль улицы, присматриваясь к стоящим возле домов редким машинам. Пожалуй, этот «Фольксваген-Гольф» подойдет. Достаточно неприметен, чтобы не привлекать внимания, и в то же время надежен. И можно не опасаться, что заглохнет где-нибудь на полпути, подвергая намеченную операцию угрозе срыва.

Подъехав к воротам, над которыми пришлось изрядно попотеть кузнечной артели, Смирнов покинул салон автомобиля.

— Вам назначено?

Невесть откуда возникший страж буравил гостя взглядом.

— Да нет, я ищу Сергея. — В памяти всплыл образ охранника, запечатлевшегося в памяти главврача. Смирнов принялся описывать предполагаемого знакомого: — Высокий такой, со светлыми волосами. И на тыльной стороне руки родимое пятно.

— Ну, предположим, все мы тут немаленькие, — ухмыльнулся секьюрити. — А вот с родинкой и впрямь только один у нас.

Приезжий не вызывал опасений, явно не вооружен, а то, что знал одного из коллег, заставило охранника немного расслабиться. Все же при всей кажущейся простоте хлеб цепного пса нелегок. Иногда становится скучно и хочется поболтать, перекинувшись хоть парой слов с таким вот случайным гостем. Ведь он как бы из их маленького мирка, и перед ним не надо изображать сурового и неприступного цербера, которого большинство важных шишек просто не замечают, считая чуть ли не неодушевленными предметами.

— К сожалению, его сейчас нет. Их смена только что уехала на выходные. — Охранник, движимый любопытством, спросил: — А что надо-то?

— Да, понимаешь, сестра у него деньги одолжила. Сама отдать не смогла, в Австрию на гастроли укатила. Вот и попросила меня передать три сотни.

С трудом поборов искушение действовать напролом, Смирнов на ходу выдумывал повод. Но, возвращение долга, видимо, было сочтено уважительной причиной. И словоохотливый страж продолжал трепать языком:

— Так вы к нему домой слетайте. Он в Переделкине живет. Дом семнадцать, квартира шестьдесят пять.

— Спасибо. Когда, говоришь, ему на работу?

— Так через два дня. Мы сутки через двое дежурим.

Конечно, начни он стрелять или вызови хоть малейшее подозрение, на подмогу моментально выбежали бы товарищи. А так, ну чем может повредить выполнению долга возврат взятой взаймы суммы? Секьюрити вернулся к своим мониторам, а Смирнов поехал домой к Сергею. Тому просто не повезло, что запомнился приметной родинкой покойному Вячеславу Юрьевичу.

Безусловно, в его годы совершать подобные глупости было ребячеством. Но, его женщину посмел оскорбить кто-то из этих слизняков. Да никто из них не стоит кончика ее мизинца, и за каждую пролитую слезинку придется держать ответ. Да и давно он никому не мстил. Охотился — да. Убивал ради дела — тоже. В последнее время довольно часто. Но, вот чтобы мстить, такого удовольствия Смирнов не испытывал, пожалуй, лет тридцать. Тогда, в семьдесят третьем, теперь уже прошлого века, произошел случай, подобный нынешнему. На Алексея Ивановича попытался наехать чинуша из местной администрации. Ему приглянулся дом, в котором, по мнению маленького бонзы, гораздо лучше чувствовала бы себя его любовница. Была в те времена такая порода комсомолок-активисток, обслуживавших партийную знать и зарабатывавших тем самым привилегии. Смирнов «скушал» тогда что-то около дюжины человек. Последней была партийная сучка, сразу попытавшаяся угрожать, но потом раздвинувшая ножки и последовавшая вслед за сворой покровителей. Но, ничего не меняется. И, несмотря на демократию, всегда найдется заносчивый дурак, заслуживающий небольшого наказания.

Задумавшись, Алексей Иванович не заметил, как оказался в нужном районе. Он поднялся на шестой этаж и позвонил в дверь под номером шестьдесят пять. Открывший несомненно был тем, кого хотел увидеть Смирнов. Вот и родинка, сослужившая парню плохую службу.

— Вы ко мне?

— К вам, к вам.

В голосе Алексея Ивановича звучало нетерпение гурмана.

— И что вам надо?

Но, слова в этой ситуации были лишними, и Алексей Иванович попросту взял охранника за горло, не обращая внимания на слабые попытки ударить… Затащив тело в ванну, чтобы не мозолило глаза, Смирнов уселся в кресло и стал «вспоминать». Все же не зря он не полез напролом. Вся информация, передаваемая на мониторы, обрабатывалась компьютером. И в случае возникновения нештатной ситуации, будь то драка или просто лежащее на полу тело, специальная программа посылала сигнал в отделение милиции. Если в течение нескольких секунд не следовал отбой, на место предполагаемого происшествия выезжал усиленный наряд. Приятным сюрпризом была связка ключей, позволявшая открыть практически все двери особняка. Донор оказался не простым охранником, а старшим смены. И ему же, как старшему, было известно, что одна из камер наружного наблюдения не работает. И давно надо бы починить, да все как-то руки не доходили. Больше ничего интересного для себя Смирнов «не вспомнил». Но, и того, что удалось узнать, хватит с лихвой, чтобы осуществить задуманное.

Стерев с руля отпечатки пальцев, Алексей Иванович бросил машину недалеко от стоянки, пересел в свою собственную и отправился домой. Конечно, чужая энергия переполняла его, но и просто поспать перед делом иногда не мешает. Да, при желании любой из них может не спать хоть неделю, но зачем? Если есть возможность, Смирнов предпочитал отдыхать старым, испытанным способом.

Отдохнув и выпив кофе, Алексей Иванович стал одеваться для ночной операции. Судя по количеству охраны, элегантно провернуть дело не получится. Смирнов облачился в специально купленный для этого случая костюм, являвшийся точной копией спецодежды секьюрити. В карман положил детскую маску, довольно хорошо имитирующую человеческую голову. Охота все же предстоит на большую шишку, и светиться нет смысла. Конечно, при встрече с кем-нибудь из обитателей дома личина обратит на себя внимание. Но, на экране монитора вполне можно сойти за новичка. В конце концов, не всех же они знают в лицо.

На этот раз Алексей Иванович оставил машину километрах в двух от забора. Поверху кирпичной ограды была протянута проволока под напряжением. Однако резиновые перчатки на руках и толстая подошва ботинок позволяли преодолеть эту преграду. Щелкнув пальцем по испорченной видеокамере, Алексей спрыгнул вниз и, «вспоминая» расположение мертвой зоны, не спеша пошел к дому. Трудность состояла в том, чтобы не вызвать у компьютерной программы подозрений, обратив на себя внимание неусыпного сторожа. И сделать все требовалось очень аккуратно. Но, камеры слежения располагались только снаружи дома и в коридорах. Личные апартаменты, гостевые комнаты и библиотека не просматривались охраной. И это давало шанс остаться незамеченным.

Обойдя дом с тыльной стороны, Алексей Иванович открыл своим ключом заднюю дверь, через которую входила прислуга и завозились продукты на кухню. Пустые помещения встретили его первозданной тишиной. Постояв минуту и сориентировавшись, он уверенно зашагал в сторону хозяйской спальни. На первом этаже никого не было. Но, поднявшись на второй, он услышал чьи-то шаги. Смирнов быстро повернулся к двери, за которой, как он полагал, находилась комната для гостей. Достав ключи, отпер замок, делая вид, что так и должно быть. Шаги приближались, и Алексей Иванович, войдя в комнату, повернулся лицом к коридору и, упреждая вопрос так некстати появившегося человека, позвал:

— Вы не могли бы мне помочь?

Фигуру вошедшего скрывал полумрак, и охранник, дежуривший в доме, невольно подался вперед, чтобы разглядеть, с кем имеет дело. Едва он переступил порог, как чьи-то руки обхватили его голову, а глаза застлал туман.

До искомой двери оставалось метров десять, и больше никто не встретился. Безошибочно выбрав ключ, Алексей открыл дверь и быстро вошел в хозяйскую спальню. Немного напрягшись, «просканировал» помещение и направился к уборной. Его ничуть не смущало, что придется прервать столь пикантное занятие. Так даже лучше. Вызовет меньше подозрений. Пошел человек по-большому и умер от натуги. Бывает… Дверь туалета была заперта, и Смирнов достал из кармана старую кредитку. Будь на месте пружинного замка обыкновенный шпингалет, жертва прожила бы несколько лишних минут. Замок поддался, и убийца потянул дверь на себя. Оказывается, донор любил почитать в отхожем месте. Поднял глаза от газеты, но спросить ничего не успел. Впрочем, он все равно не получил бы ответа…

Проделав обратный путь, Смирнов снова перелез через забор и оказался на улице. Не торопясь, прошел два километра, отделявшие его от машины, и сел за руль. Месть местью, но последний донор мог значительно увеличить его состояние. Голова шла кругом от свалившихся на него сведений. Судя по всему, об этом знал теперь только он. Со временем можно будет во всем спокойно разобраться.

На сотовом, который он благоразумно оставил дома, было записано сообщение.

— Алеша, — звучал мелодичный голосок, — извини, но пойти завтра в оперу не получится. Появился интересный клиент, и мне предстоит поездка в Штаты. Вернусь через неделю, тогда и поговорим.

Смирнову стало немного грустно. Больше месяца, как они знакомы, а она так и не дала понять, как к нему относится. Но, если Юля и вправду одной с ним крови, то он самый ближайший кандидат. Ибо представить с ней кого-нибудь из этих было невозможно. Стрелки показывали третий час ночи, и Алексей Иванович решил, что звонить не имеет смысла. Вытащив раскладушку в сад, улегся, заложив руки за голову, и стал смотреть на звезды. Где-то там, в невообразимой дали, находится его дом. И ведь он даже не представлял, где и как далеко он может быть. Астрономию в школе им не преподавали, а здешние созвездия ничем не напоминали ему те, что горели над его головой в детстве. Все же, несмотря ни на что, иногда ему казалось, что сделанное было глупостью. Но, только иногда. Единственным преимуществом было наличие дома женщин его вида. Об остальном же он вспоминал без особой радости.

«Хватит скулить», — оборвал себя Смирнов. И «углубился» в память Большого Человека. Интересные подробности из личной жизни. Воспоминания о гулянках и вид сильных мира сего в бане и за столом. Но, ничего из этого не могло принести ощутимой пользы. «Перелистнув» очередную страницу, Смирнов «вспомнил» кое-что более интересное. Как и у жертвы, оставившей ему два с половиной месяца назад наследство на Кипре, у нынешнего донора была своя кубышка. Тайные пороки властей предержащих Алексея Ивановича не интересовали, да и рычагами давления он никогда не стал бы пользоваться. Проблемы он предпочитал решать простым и действенным способом, а потому от души удивлялся, сколько сил и времени тратил покойный на интриги и при этом получал огромное удовольствие от пустячных дел. Ну что приятного может быть в предательстве человека, которому обещал помощь? И чем так уж привлекательно нарушение обещания, которое к тому же никто не просил давать? Нет, никогда не понять ему этих людишек. И что это за мифическая власть, ради которой совершались столь нелепые, а порой и абсурдные, с точки зрения Алексея Ивановича, поступки? Нет, недоумком Смирнов себя не считал и прекрасно понимал, что такое груз ответственности. Но, верный своей природе, он счел бы это скорее тяжким бременем, от которого постарался бы поскорее избавиться, не тратил бы на подобные вещи всю свою сознательную жизнь. Тем более что кратковременное существование этих мягкотелых и жизнью-то назвать нельзя.

Да ладно, для покойного все уже в прошлом. А Алексею Ивановичу хватит и тех счетов, про которые узнал сегодня. Находились они, кстати, в американских банках.


ГЛАВА 15 | Лицо особого назначения | ГЛАВА 17