home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ГЛАВА 34

Гн-трх лежал на поверхности воды и бездумно смотрел в небо. Тело переполняло неизъяснимое блаженство, какое бывает только после удачной охоты. В единоборстве с морской тварью была еще одна прелесть. А именно отсутствие каких-либо чужих мыслей. Ведь, несмотря ни на что, все его «клиенты» были живыми людьми. И есть что-то сверхъестественное в том, что тело их умерло, а какая-то часть продолжала существовать. В молодости, служа десантником, он не особо задумывался о таких вещах. Не то чтобы религиозность запрещалась, вовсе нет, но и особенно не приветствовалась. И уж тем более никогда не шла речь о пропаганде религии. Должно быть, это и правильно. У юности свои заботы. Религия же — удел пожилых людей. Когда все ближе тот, последний, рубеж и так не хочется верить, что потом не будет ничего. Что ж, если на каком-то этапе жизни большей части населения Империи нужна надежда на продление существования, какой же разумный правитель будет спорить? И уж тем более вступать в открытую конфронтацию.

Не так давно, точнее, лет десять назад к нему на аудиенцию прибыл представитель одной из наиболее многочисленных конфессий. Речи вел более чем странные, но, что самое смешное, цели своей добился и заставил Гн-трха не то чтобы поверить, нет, но задуматься — да.

— Душа, отделенная от тела, — говорил седой патриарх, — должна немедля присоединиться к себе подобным, дабы пройти положенные круги очищения и вновь начать свое земное существование.

Не очень понимая, куда тот клонит, Верховный высказал свою точку зрения.

— За много лет жизни здесь я до сих пор не нашел подтверждения библейским представлениям о Боге и якобы посмертной жизни на небесах. Впрочем, быть может, я их нашел, но просто не сумел понять. Вполне возможно. Может быть, я просто не готов. Хотя очень многое из того, с чем я столкнулся, можно было бы рассматривать как доказательства существования так называемой потусторонней жизни. Но, повторяю, лично я в этом так и не смог убедиться. И должен сказать, что нисколько об этом не жалею.

Такая позиция Императора заставила представителя церкви глубоко вздохнуть и, пробормотав что-то о жестоких богах, требующих человеческих жертвоприношений, поспешно откланяться.

И вот на протяжении всех этих лет, входя в камеру приговоренного, Гн-трх нет-нет да и задумывался. А что, если правда? И. продлевая за их счет свое существование, он лишает несчастных всякой надежды на последующие реинкарнации? Но, никто не мог разрешить его сомнений. А потому каждый раз, после забав со спрутом, охоты, в которой не было жертвы, он чувствовал себя более чем хорошо. Найдена та золотая середина, когда и волки сыты, и овцы в сохранности.

«Делу время — потехе час», — прервал размышления Гн-трх. И мощными гребками устремился к берегу. Наскоро вытерся, оделся и вскочил в кабину. В последние годы чувствовался какой-то застой в делах. Или, если так можно выразиться, развитие Империи пошло по экстенсивному пути. Сам он, будучи простым солдатом, ничего не мог сделать в этой области, а ученые мужи в ответ на его описательные намеки на желаемые чудеса только недоуменно переглядывались. У Гн-трха хватило ума не давить. Ведь редко кому удается прыгнуть выше детородного органа. Конечно, прояви он твердость, и закипит бурная деятельность. Но, видимость — это немножко не то. Империи нужен качественный скачок. Нужен гений. Но, к сожалению, гении по заказу не рождаются. И уж тем более не назначаются в приказном порядке.

И вот теперь он хотел поэкспериментировать с собственными воспоминаниями. Ведь человеческая память обладает двумя прямо противоположными качествами. С одной стороны, человек может забыть очень многое. И в то же время он никогда и ничего не забывает. Да! и при желании можно вспомнить все. Каждый момент: жизни, любую, даже самую незначительную мелочь. Например, какого цвета были глаза воинов, убитых им, после уничтожения экипажа десантного бота. При условии, конечно, что имел возможность заглянуть им в глаза.

И Гн-трх мучительно пытался вспомнить.

В конце концов, после бесплодных попыток, он решился подвергнуться гипнозу. Вот только обычный гипнотизер вряд ли годился. По его просьбе несколько лет проводили опрос всех мало-мальски толковых физиков на предмет увлечения этим самым гипнозом. «Если уж кто-то полезет мне в голову, — рассуждал Верховный, — то пусть это будет хотя бы человек компетентный. Знающий, какие именно вопросы надо задавать».

Скутер тем временем достиг столицы, и правитель с площадки, расположенной на крыше, спустился в свои покои. Предполагаемый кандидат ждал в приемной.

— Зовите! — приказал Гн-трх секретарю. Вошедший, мужчина лет сорока, заметно волновался:

— Многия лета, Верховный!

— Садитесь, прошу вас. — Гн-трх жестом остановил поклон и кивком отпустил секретаря. — Вас ввели в курс дела?

— В общих чертах. Но, должен сказать вам, что я не очень способный гипнотизер. И довольно средний физик.

— Полноте, мой друг. Не стоит умалять собственный талант. Вас рекомендовали как человека широких взглядов, к тому же не лишенного фантазии. Но, ближе к делу. Перед тем как мы начнем, я бы хотел, чтобы вы просмотрели одну запись.

Не желая повторяться, Гн-трх решил продемонстрировать свое выступление, записанное лет восемьдесят назад. С горячностью, вызывавшей недоумение убеленных сединами ученых мужей, он описывал устройство звездолета. Эффект был прямо противоположный. Как если бы директору ресторана рассказали про скатерть-самобранку, пусть даже и обозвав ее пищевым синтезатором. Все они были прекрасными специалистами в своей области. Но, видимо, Верховный требовал слишком многого. Гн-трх не любил вспоминать то время. Они вышли в космос. Но, дальше орбитальных полетов дело не пошло. Душа требовала большего, рвалась к звездам, но реалии не пускали, ограничивая экспансию спутниками. И даже другие планеты системы были труднодоступны. В общем, курам на смех.

И вот теперь этот человек должен был помочь Верховному воплотить мечту воина, не умеющего мечтать. Хорошо, что Верховный сам не отличается полетом фантазии. Фантазии зачастую так и остаются сказками. А Гн-трх ЗНАЛ, что это было. И, следовательно, непременно БУДЕТ.

Видеозапись закончилась, и ученый в задумчивости смотрел на правителя.

— Ну что, начнем?

Гн-трху было неуютно под этим взглядом, и он поторопил события.

— Сядьте, пожалуйста, в кресло с высокой спинкой и попытайтесь расслабиться. Хорошо. Теперь смотрите сюда.

— Скажите, — не удержался Император, — это правда, что в загипнотизированном состоянии у многих людей обостряются их телепатические способности, а внушение от гипнотизера к загипнотизированному человеку может передаваться прямо из мозга в мозг?

— Ну, я бы не стал утверждать этого категорически. Наш мозг — это такая штука…

Человек, стоящий перед ним, достал из кармана яркий, блестящий брелок на цепочке: — Вы чувствуете тепло, ваше тело расслаблено. Вы спите, спите, спите…

Однако эффект оказался прямо противоположным. Гн-трх, поначалу в самом деле закрывший глаза, вдруг помимо воли встрепенулся. Очевидно, люди, создавшие его и ему подобных, ставили мысленную блокаду, включающуюся при попытке внушения. Вот только работала она весьма оригинально. И вместо того чтобы «умереть» самому, Гн-трх «забрал» жизнь у попытавшегося воздействовать на него человека. Тот даже не успел понять, что произошло, а тело его уже лежало на полу.

Гн-трх же с досадой кусал губы:

— Эдак без подданных остаться можно…

Он говорил сам с собой, нисколько не смущаясь, так как после происшествия требовалась эмоциональная разрядка. Вызвав одного из членов Клана, Верховный приказал убрать тело несчастного. Совсем не нужно, чтобы о случайной смерти узнал кто-то из придворных. Тем более что в планы Гн-трха это никак не входило. А мечты о звездах, похоже, опять накрывались медным тазиком.

Верховный вышел на крышу и сел в скутер. Включил автопилот и бездумно стал «пролистывать» жизнь так нелепо погибшего человека. Тот действительно был неплохим гипнотизером. И неординарным физиком. Скорее от скуки, чем веря в то, что получится, Верховный попытался заняться самовнушением. Никакой отрицательной реакции со стороны организма не последовало, ведь это не было попыткой вмешательства извне. И вскоре, незаметно для себя, Верховный погрузился в транс.

Очнулся он посреди океана. Катер покачивался на волнах. Задав мысленный вопрос, Гн-трх получил ответ, что совершена аварийна посадка. Три раза облетев планету на автопилоте, псевдомозг корабля вынужден был сесть в ближайшем пригодном для этого месте, поскольку в баках кончилось топливо.

«Как могло кончиться топливо? — мелькнула мысль. — Ведь водород есть в любой точке Вселенной».

При чем здесь водород, он еще не осознавал. Но, одновременно и на экране монитора, и в мозгу замелькали изображения кристаллических решеток, сложные и всего несколько часов назад непостижимые формулы и таблицы. Даже в своем теперешнем состоянии Гн-трх не мог толком ничего понять. Но, где-то на задворках сознания поселилась мысль, что все правильно. И смерть несчастного была ненапрасной. И то, что не получилось у него при жизни, он смог сделать после смерти, «поселившись», пусть и временно, в теле Верховного. Именно сочетание способностей гипнотизера, знаний физика и естественной памяти бывшего космо-десантника Гн-трха позволило свершиться тому, что свершилось. Впереди пусть пока еще смутно, но уже вырисовывались контуры исполнения самого заветного желания Императора.

Из устного виртуального сочинения ученицы младшей группы Аа-нау:

— Снасяла люди не умели летать к звездам. Но, потом Велховный Плавитель плидумал, как всем людям научиться пусесествовать к длугим милам. И люди стали заселять планеты одну за длугой. Когда я выласту, я тоже буду лаботать пусесественником. А все меня учат лесить косесек и собасек. Я вижу, как у них все устлоено внутли. И помогаю, стобы они сами себя вылесили.

— Хватит, Аа-нау, достаточно. Иу-ней потрепала девочку по головке.

— Сто слусилось, Иу-ней?

У малышек менялись зубки, и все девочки в группе смешно шепелявили.

— Ничего, девочка. Иди в спортзал.

— А плавда, что Велховный заболел?

Иу-ней растерянно смотрела на восьмилетнюю малышку. Самое ужасное, что это было правдой. Более полутора тысяч лет Император был здоров как бык и, казалось, проживет еще годы и годы. Но, вот уже три месяца, как организм, которому, казалось, не будет износа, сковал неведомый недуг. Ничто не помогало. Ни потоки энергии, которые Верховный впитывал словно губка, вернее, словно сухой песок пустыни. Ни усилия женщин медиков. Ибо, несмотря на жизненную силу людей, заслуживших смерть, и животных, предназначенных на убой, Гн-трх таял подобно льдинке в жаркий день. Конечно, она слишком молода, чтобы ее пригласили для оказания помощи Императору. Но, слухи ширились. Вон даже дети и те знают.

А на одной из относительно недавно колонизованных планет, молодая пара обсуждала, — как назовет первенца.

Разумеется, как и у всякого члена Клана, его имя будет отличным от имен нормальных, К тому же теперь, во время беременности, когда определяется специализация будущего Высшего, он должен постоянно слышать свое имя. Как и всякая женщина, принадлежащая к касте избранных, Юи-тиу знала, чего хочет. И могла при зачатии варьировать расположение хромосом тем или иным образом. По совету старших ее сын вырастет воином. Десантником-универсалом. Конечно, не самая завидная участь, но и не худшая.

— Я подумала, Рр-так, давай назовем нашего малыша Гн-трхом?

— Не слишком ли амбициозно для Верховного?

— Ты ведь сам говорил, что подражать надо лучшим. А быть похожим на правителя — достойный удел.

Живот будущей мамы рос, и маленький, еще не родившийся Гн-трх, уже обретший имя, еще до появления на свет получал большинство навыков, которые, без сомнения, пригодятся ему в долгой жизни. Потом под присмотром мудрых наставников он будет лишь вспоминать, открывая для себя новые возможности своего тела и находя на задворках сознания различные знания. Правда, он не будет, подобно многим другим мальчишкам, мечтать о дальних странах и далеких планетах. Не будет, потому что не сумеет. И никогда не испытает ни тени сожаления по этому поводу. Ведь нельзя жалеть о том, чего никогда не имел.

Первенец Юи-тиу и Рр-така родился в день смерти Великого Императора. Множество планет погрузились в траур. А на губах молодой матери играла счастливая улыбка. Юная женщина, пусть даже и являлась членом Клана, никогда не встречалась с Верховным лично. Конечно, она скорбит о кончине великого человека, но это нимало не умаляет ее радости от появления на свет малыша. Крохотного, беззубого существа, уже носящего гордое имя Гн-трх.


ГЛАВА 33 | Лицо особого назначения | ГЛАВА 35