home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 5

Двухэтажное прямоугольное здание Д...го ОВД, выкрашенное в серую краску, напоминало дешевый гроб. Разбитая слева от входа клумба с темно-багровыми цветами еще более усиливала похоронную атмосферу. А находящийся в «дежурке» капитан с синеватым, распухшим «после вчерашнего» лицом и вовсе походил на выходца из могилы. Он неподвижно сидел на стуле за зарешеченным стеклом, уставившись в одну точку тусклыми глазами. Над головой у него, довершая сходство, противно жужжали жирные мухи. На мое вежливое приветствие «покойный» никак не отреагировал (видимо, принял за обычного посетителя) и, лишь увидав эфэсбэшное удостоверение, моментально «воскрес». Спустя полминуты я уже знал массу подробностей о положении дел в «гробу». (Простите, в отделении!) А именно: начальник на больничном, его заместитель недавно отбыл в неизвестном направлении. Остальные начальники (рангом пониже) где-то поблизости, но искать их бесполезно. Дескать, так глубоко работа засосала, что и не найдешь. А единственное ответственное лицо, точно находящееся у себя в кабинете, – некто майор Сергей Арлин, которому подчиняются все участковые. Узнав у «ожившего мертвеца», как туда пройти, я поднялся на второй этаж, минут пять блуждал в прокуренных коридорах (планировка здания была на редкость несуразной) и, наконец, рядом с кабинетом № 8 обнаружил искомый кабинет «15» с застекленной табличкой на приоткрытой двери. Решив особо не церемониться, я без стука зашел внутрь. Сергей Арлин оказался мужчиной лет сорока с белесыми ресницами, красными глазами и длинным помятым лицом. (Тоже, видать, перебрал накануне.)

Внешне он сильно смахивал на причудливый гибрид кролика-альбиноса и дохлой селедки.

– Обождите в коридоре, я занят, – вяло промямлил майор, ковыряя ногтем правой руки в желтых зубах и тыча пальцем левой в лист бумаги на столе.

– Да неужели?! – прищурился я. – Изучаемый вами документ, если не ошибаюсь, лежит вверх ногами.

– А вы, собственно, кто такой? – Арлин со вздохом взглянул на бумагу, но так и не перевернул.

– Вот, пожалуйста...

Реакция на мою «корочку» оказалась не столь бурной, как у дежурного, но не из-за твердости и хладнокровия майора. Просто, как я сразу заподозрил, эта амеба не была способна на сильные эмоции. Тем не менее он попытался изобразить гостеприимство и сонно предложил:

– Присаживайтесь, чувствуйте себя как дома. Вод... я хотел сказать – чай будете?

– Нет, спасибо. – Я по-хозяйски плюхнулся на один из стульев, не спрашивая разрешения, закурил сигарету и с ходу «взял быка за рога»...

Наша беседа длилась около часа, но ощутимых результатов не принесла. Мозги майора Арлина шевелились на редкость медленно, вопросы доходили до него как до жирафа, а ответы выползали изо рта полудохлыми, шепелявыми улитками. Одно слово – «мутный тормоз», как мысленно «окрестил» я начальника участковых. Вообще-то, я человек достаточно сдержанный, терпеливый, однако минувшая ночь вкупе с прочими неприятностями подействовали не лучшим образом на состояние моей нервной системы. И на пятьдесят пятой минуте общения с «мутным тормозом» я сорвался: в сердцах треснул кулаком по столу, вскочил на ноги, запер дверь изнутри, включил радио погромче и начал бесцеремонно выворачивать ящики письменного стола.

– Вы чего?! – в голосе Арлина впервые прорезались живые нотки.

– Да вот ищу что-нибудь подходящее для приведения тебя в чувство.

– ??!

– Шило или иглу в ногти загнать, – раздраженно пояснил я. – Или паяльник в жопу вставить. На худой конец кипятильник сойдет.

– Вы... вы серьезно?!

– Сейчас сам убедишься! – рыкнул я. – И не надейся, дебил, на родные стены. Они тебе не помогут. И коллеги твои мне не помеха... пьяницы хреновые! А кроме того, согласно последнему указанию СВЕРХУ мы с вами не обязаны особо церемониться. Ну на худой конец, если перестараюсь, получу устный выговор без занесения...

Тут я изрядно покривил душой, но Арлин, кажется, поверил: мигом вспотел, заерзал на стуле и задрожал блеклыми губами.

– Ага, вот оно! – я торжествующе извлек из стола старенькое, но острое шило. – Думаю, сойдет для начала. Ну-ка вытяни вперед левую руку!

– П-п-почему л-л-левую?! – «мутного тормоза» вдруг одолела судорожная икота.

– Правой ты рапорта? пишешь, а левая тебе без надобности... мышь кабинетная! Давай не канителься. У меня мало времени!

– Т-товарищ м-майор! Т-товарищ м-майор! – с непостижимой для него быстротой Арлин отпрянул в угол кабинета. – Н-не н-надо п-приводить в чувства так! В-вчера м-мы с-справляли день р-рождения полковника С-сундукова, и я... – тут он виновато потупился.

– Нажрался как свинья, страдаешь с похмелья, а потому ни хрена не соображаешь, – завершил фразу я. – Правильно?

Начальник участковых удрученно кивнул.

– Есть, правда, одно средство, – еле слышно прошептал он, – но на службе...

– Да пей ты свою чертову водку, не стесняйся! – брезгливо поморщился я. – Но смотри, зараза, если окосеешь... – я выразительно потряс шилом.

– Не беспокойтесь! Все будет в ажуре! – повеселевший Арлин отпер служебный сейф, достал оттуда початую поллитровку, набулькал половину грязного стакана, залпом выпил и занюхал рукавом.

«Стражи порядка, блин! – с презрением подумал я. – Алкаши конченые!.. День рождения полковника Сундукова... (начальника отделения. – Д.К.)... Теперь понятно, почему он «на больничном», куда отбыл заместитель и в какой «работе» увязли остальные ответственные лица. Хорошо хоть этот «тормоз» не смылся. Наверное, не смог найти предлог по причине врожденной тупости. Толку с него, конечно, мизер. Но на безрыбье...»

– Итак, на чем мы остановились?! – прервал мои размышления громкий голос Арлина. Помятое лицо майора разгладилось, пошло красными пятнами. Кроличьи глаза лихорадочно блестели.

– На пропаже пятнадцатилетней девочки в районе парка и осквернении могил на кладбище, – напомнил я. – Ты никак не мог врубиться, о чем я тебя спрашиваю, и нес какую-то ахинею о «славной каше».

– О Славке Кашине! – хрипло рассмеялся Арлин. – Проклятое похмелье! Вячеслав Кашин, лейтенант, мой подчиненный. Оба названных вами объекта расположены на его участке. В тот вечер, когда исчезла девочка, он как раз совершал плановый обход.

– Так-так-так! – насторожился я. – Отсюда подробнее!

– Да нет никаких подробностей, – развел руками майор. – Ничего, говорит, не видел, ничего не слышал. Так в рапорте и написал. Вон, можете полюбоваться! – Он достал толстую папку и, порывшись в ней, протянул мне лист бумаги, до половины заполненный рукописным текстом. Я быстро припомнил краткий курс графологии, пройденный мною в начале службы в ФСБ. В данном предмете я особо не преуспел. Однако, всмотревшись в текст, все-таки сумел понять: писавший был здорово напуган и морально подавлен.

– Когда он составлял рапорт? – уточнил я. – Проставленная дата соответствует действительности?[16]

– И-ик... на следующее утро, – пока я изучал каракули Кашина, Арлин успел повторно приложиться к бутылке и заметно опьянел: лицо стало совершенно красным, а язык начал заплетаться.

– Ты-ы-ы!!! Сукин сын!!! Тебя же предупреждали!!! – озлился я, вновь беря в руки шило.

– В норме я! В норме! Не надо крайностей! – начальник участковых торопливо убрал остатки водки в сейф и запер оный на ключ.

– Гм! Ну, допустим, – я недоверчиво поджал губы. – Тогда скажи-ка, друг ситный, кто занимается делом об осквернении могил?

– Кашин, разумеется. Его же участок. – Арлин изо всех сил старался казаться трезвым.

– Результат, ясный перец, нулевой, – фыркнул я. – Да, кстати, когда оно началось?

– Что началось?

– Осквернение, урод ты пьяный! – рявкнул я. – Могил! На кладбище!

– Спустя сутки после ис... исчезновения... и-ик... девочки, – майора шатнуло на стуле, как тростник на ветру, и, чтобы не упасть, он вцепился в крышку стола бледными, волосатыми пальцами.

– Ты уверен?!

– И-ик... да! Лично ему поручал разобраться!

– И что доложил Кашин? Как именно осквернили могилы?

– Да кошек... и-ик... на крестах распинают, а рядом срут... Пардон, исп-п-пражняются...

«Исчезновение девочки именно в тех краях... Сильный испуг и подавленность Кашина, якобы ничего не видевшего во время обхода... Свидетель?! Похоже. Но в таком случае его могли оставить в живых лишь при одном условии... Спустя сутки ритуальное осквернение христианских могил все в том же районе... Поручили первое задание?!. Мои сны, конечно, не доказательство, но... ряд мелких нюансов в облике и поведении участников нападения на квартиру Рябова наводят на мысль об их принадлежности к сатанинской секте. Другой бы, возможно, не обратил внимания, но я неоднократно и достаточно плотно общался с этой мразью.[17] Значит... Ага!!! Вроде бы «горячо» Ну а раз так – дело значительно упрощается!..»

– Где сейчас Кашин? – вслух спросил я.

– И-ик... Отдыхает после смены, – Арлин жадно покосился на сейф и непроизвольно сглотнул, дернув кадыком. Майору не терпелось «добавить».

– Вызови его сюда, передай мне с рук на руки, а потом лакай сколько влезет, – разрешил я и, не удержавшись, добавил: – Синюшник хренов!..


* * * | Операция «Аутодафе» | * * *