home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


* * *

– Пятнадцатилетку в мешок, а вторая нам без надобности.

– Может, трахнем сперва?

– Времени мало. Вырежьте у нее сердце, отнесем его... – имени я не разобрал, – а остальное мясо...

– Нелюди! – в бессильной ярости прохрипел я. – На кострах вас жечь заживо! Как в средние века!!!

Три фигуры в черной одежде и в скрывающих лица капюшонах одновременно повернулись в мою сторону. Я висел неподалеку от двери, распятый вниз головой. Руки и ноги были намертво прибиты к стене рельсовыми костылями, из ран обильно текла кровь, но боли я не чувствовал. Ее заглушали охватившие всего меня жгучий стыд и презрение к самому себе. Самонадеянный дурак!!! Отказался от кофе, задрых и... даже не успев опомниться, попал «тепленьким» в лапы врагов. Господи! Какой позор! Мой первый командир в Чечне лейтенант Серебряков, а также лучшие друзья Андрей Самохин и Костя Сибирцев[9] небось в гробах перевернулись со стыда. А Рябов... Он доверил мне свою дочь, понадеялся на меня и... жестоко ошибся! Его «лучший оперативник», дважды Герой России оказался последним раздолбаем!..

Я заскрипел зубами в отчаянии.

– Смотрите, не уймется никак, – сказал один из «капюшонов».

– Упорный гад попался, – фыркнул второй.

– Займемся девками. С ним разберемся позже, – командно заявил третий.

«Капюшоны» вышли из комнаты, но вскоре вернулись. Двое принесли на руках извивающийся, плачущий голосом Иры мешок и... зачем-то выбросили в окно. А третий втащил за волосы Свету, в обрывках ночной рубашки. Она не сопротивлялась, не издавала ни звука и лишь мелко вздрагивала обнаженным телом.

– Приступим, – в руке главного «капюшона» появился обоюдоострый кинжал с черной рукояткой. Девушку грубо швырнули на пол. Она сильно ударилась головой о плинтус и застыла без движения. Видимо, потеряла сознание. «Главный» не спеша опустился на одно колено рядом с телом и сноровисто, как заправский мясник, вскрыл кинжалом грудную клетку. Затем запустил в рану пятерню, рывком вытащил дымящееся сердце и спрятал его в железную шкатулку. Оставшиеся двое со звериным рыком набросились на труп и принялись остервенело рвать его зубами.

– Господи Иисусе! – в ужасе воскликнул я.

Кошмарная троица пришла в неописуемое смятение. Задергалась, заметалась, застонала, завыла, заохала... Затем «главный» с ревом провалился сквозь пол, оба людоеда, пронзительно визжа, всосались в вентиляционное отверстие, растерзанный труп бесследно исчез, а я... открыл глаза. В комнате было тихо. На ковре лежала лунная дорожка. Мерно тикали «ходики» на стене. А я по-прежнему сидел в кресле с зажатым в руке пистолетом. «Сон, всего-навсего сон!» – с громадным облегчением подумал я, свободной рукой отер со лба ледяной пот и вдруг насторожился. В квартире находились посторонние! Сперва я просто их почувствовал где-то на ментальном уровне и лишь немного погодя уловил слабый, едва различимый шорох в коридоре. «Вот так-так! А сон-то, оказывается, неспроста! Предостерег меня Господь!» – Я бесшумно поднялся с кресла, по-кошачьи ступая, покинул освещенное луной пространство и стал справа от тонкой фанерной двери. Шорох повторился на сей раз чуть громче. Слабо звякнул какой-то металлический предмет. «Ловко они проникли в квартиру! Либо среди них домушник-профессионал, либо ключ от входной двери имеется», – мысленно отметил я. Спустя несколько секунд послышались легкие, крадущиеся шаги, а затем хриплый шепот:

– Здесь она всегда спит. Ну что, заходим?!

– Остальные комнаты будем проверять? – прошелестел другой голос.

– А зачем? Девка дома одна. По данным телефонного прослушивания, мать с сестрой уехали к отцу в пансионат с ночевкой.

– А результат наружного наблюдения? – начальственно встрял некто третий.

– Я глаз не отрывал от окон с половины восьмого вечера! – с долей обиды отозвался «хриплый». – Сперва девка маячила на кухне (сквозь отверстие между двумя занавесками три раза ее голову видел). Потом сидела в гостиной, наверное, телек смотрела. Потом спать завалилась.

– Окна в гостиной зашторены или как? – уточнил начальник.

– Да, наглухо.

– Тогда с чего ты взял, будто она была одна?

– В парадный подъезд никто не входил. Наружный пост во дворе не зафиксировал никого, кто бы мог к ней проникнуть с черного хода, – торопливо перечислил «хриплый». – А в «детской» вообще не наблюдалось никакого шевеления, – добавил он.

– Это ты к чему? – поинтересовался «начальник».

– Да к тому, что мужика у нее нет. Целка, блин, до сих пор! Короче – одна она. Головой отвечаю!

– А как насчет подружки-лесбиянки? – внезапно засомневался третий «шелестящий» голос.

– Исключено! – отрезал «хриплый». – Она хоть и тусуется, но православная. Фанатичка, ети ее в рот!

– Значит, после отъезда мамаши...

(Окончания фразы я не разобрал. – Д.К.).

– Да!..

На секунду за дверью установилась тишина.

«Слава Тебе Господи! – перекрестился я. – Они установили слежку уже после того, как я заявился сюда и разобрался с „авторитетами“... Телефонная прослушка... Интересно, „подсели“ только на стационар или на мобильник тоже?! Если да (в смысле, на оба), то почему посетителям ничего не известно о злополучной Свете?!! Может, она примчалась к подружке без звонка, с „авторитетами“ на хвосте?!. Нет, глупости. Света, помнится, сказала: „Ира из-за меня осталась дома“. Значит, все-таки позвонила. Но когда? До отъезда матери?! Да, скорее всего, так. А прослушку, как и наблюдение, они организовали с некоторым запозданием. Потому и не в курсе... А вообще-то, их действия достаточно логичны. Они знают, что Ира завсегдатай ночного клуба «Арлекино», ходит туда, как на работу. А такие завсегдатаи «оживают» обычно к вечеру. Зачем суетиться раньше времени?!. Брать собирались, скорее всего, на улице. Однако слежка показала – сегодня девушка в клуб почему-то не пошла. Тогда решили брать дома. Вот только... уж слишком хорошо они ориентируются в квартире и слишком много знают. Интересно, откуда? Ладно, разберемся!

Легонько скрипнула открываемая дверь...

Извините, я должен объясниться, мой уважаемый читатель. Я, конечно, далек от подозрений, что вы с секундомером в руке засекали – сколько именно времени я потерял на подобные рассуждения. Но тем не менее... В общем, это на бумаге получается долго, особенно если проговаривать фразы про себя. А на самом деле вышеуказанные мысли вихрем пронеслись у меня в голове, заняв от силы несколько мгновений. У тех, кто бо?льшую часть жизни провел на войне, такое иногда случается. ИТАК... Легонько скрипнула открываемая дверь.

На лунной дорожке появилась широкоплечая фигура в темной ветровке и... с капюшоном на голове! В одной руке фигура держала клок ваты, за версту воняющий хлороформом, в другой – моток бельевой веревки. Очутившись в комнате, неизвестный гость изумленно уставился на пустую, неразобранную постель, застланную пушистым пледом.

– Нет девки-то, – растерянно пробормотал он.

– То есть как нет??! – В бывшую детскую ввалились еще двое в такой же одежде, однако прокомментировать увиденное не успели.

Я напал молча, одним прыжком преодолев разделявшее нас пространство, («Лунный тигр», блин!) и прежде чем похитители опомнились, отправил двух ближайших в нокаут. Третий (тот самый «начальник») оказался шустрее своих подручных. Он стремительно шагнул вперед и тут же развернулся ко мне в никоашидачи.[10] В результате мой кулак, посланный ему в затылок, вхолостую рассек воздух, а сам я получил резкий, хорошо поставленный удар ногой в пах и лишь с большим трудом заблокировал его согнутым коленом.

– Люблю каратистов, – хищно усмехнулся я, перехватил нацеленный мне в висок маваши,[11] подсек опорную ногу «третьего» и с силой швырнул его (на миг зависшего в воздухе) через всю комнату. Однако вопреки ожиданиям он не расшиб себе башку. По-кошачьи извернувшись в падении, похититель очень грамотно проделал страховку, сразу же вскочил, метнулся к окну, швырнул в открытую форточку какой-то предмет, и в следующую секунду я врезал ему каблуком по почкам. «Начальник» со стоном осел на пол.

– Ну-с, мил человек, побеседуем, – я навел на него «ПСС». – Вопрос первый, для разминки: чего это ты на улицу выкинул. Ась?!

– Дурак, – повернул он ко мне перекошенное от боли лицо. – Рано в следователя играть начал. Сейчас с тобой разберутся по-взрослому!

«Ага, значит, сообщникам знак подал. Спасибо за предупреждение», – подумал я, зафутболил ему ботинком в челюсть (не стоит оставлять в тылу опасного противника) и, уйдя в тень, быстро нашпиговал пулями темное пространство за распахнутой дверью. Послышались звук падения тяжелого тела и душераздирающий, звериный вой. Покинув комнату, я включил свет в холле. На полу лежали двое. Одному, здоровенному, с зажатым в ладони «стечкиным», пуля попала точно в лоб. Он, разумеется, не издавал ни звука и лишь мелко подергивал ступнями. А выл по-звериному второй, комплекцией помельче, держащийся обеими руками за кровоточащую промежность... (Полку кастратов прибыло! – Д.К.)... Рядом валялся оброненный им «макаров».

– Кровью истечешь, – заметил я. – Может, «Скорую» вызвать? При условии, что ты правдиво ответишь на несколько... – Подозрительный шорох за спиной заставил меня прервать начатую речь. Я инстинктивно кувырнулся вперед, в темнеющий проем открытой двери гостиной и мгновенно развернулся лицом обратно, изготовившись к стрельбе из положения лежа. Благодаря этому острое как бритва лезвие кинжала не перерезало мне шею, а только хищно пропороло воздух, ярко сверкнув в электрическом свете. Удар нанес первый из вырубленных мною ночных визитеров... (Быстро очнулся, собака! – Д.К.)...

– П-ф-ф... п-ф-ф... А-р-р-р-оу-у-у-у!!

Пули из моего «ПСС» раздробили ему коленные чашечки. Незадачливый похититель рухнул как подкошенный, с размаху впечатался мордой в линолеум, но сознания не потерял и продолжил свои вокальные потуги.

– Р-р-у-у-у!.. Ай-я-я-я!.. Ор-р-у-у-а-а-ы-ы-ы-ы!!!

«С простреленной мошонкой впрямь может кровью истечь, но этот, стреноженный, стопроцентный „язык“. Плюс еще два в комнате», – мысленно констатировал я, поднялся, прошел в детскую, щелкнул выключателем и... с трудом удержался от нецензурной брани. Окно было распахнуто настежь. Из него свисала вниз веревка, намертво прикрепленная к подоконнику железной «кошкой». Во дворе урчал мотор. Сжимая в ладони пистолет, я выглянул наружу. В арку сворачивала черная иномарка с заляпанными грязью номерами.

– Пф-ф... Пф-ф... Пф-ф... – пальнул я им вдогонку. Зазвенело разбитое заднее стекло. Кто-то в машине болезненно вскрикнул. А проклятая иномарка, взревев, как раненый зверь, исчезла из поля зрения. Удрали-таки, сволочи. Пытаться догнать бесполезно. Несколько секунд я, словно завороженный, тупо таращился в окно.

– Пф-ф... Пф-ф... – негромко хлопнуло в прихожей. Поначалу я решил, что мне послышалось, и не придал хлопкам особого значения. Более того... (Вот дятел-то! – Д.К.)... Стараясь немного успокоиться, прикурил сигарету, сделал несколько глубоких затяжек и лишь затем вышел из комнаты. Оба подранка (и свежекастрированный, и с перебитыми коленями) были мертвы. Пока я находился в детской, кто-то хладнокровно произвел им контрольные выстрелы в головы и бесследно исчез.

– Твою мать! – в отчаянии прошептал я. – Вот это называется влип!!!


Глава 3 | Операция «Аутодафе» | Глава 4