home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


245 км / 19 мин = 245 км / 0,32 ч = 766 км/ч.

Почему в нарушение всех протоколов и предписаний, обязывающих перехватчики лететь с максимально возможной скоростью (напомню, для F-15 это 3000 км/ч!), они ковыляли черепашьим шагом едва ли не в четверть своих возможностей? Неужели снова FAA виновато?

Представим теперь ситуацию, при которой перехватчики все же успели подняться в воздух заблаговременно и летели на предельной скорости, чтобы предотвратить крушение лайнеров в башни ВТЦ. Броннер утверждает, что они все равно ничего не смогли бы поделать, поскольку команда пресечь полет может исходить только от президента, который в тот момент находился в школе во Флориде.

Робин Хордон разбивает и эти доводы:

Если угнанный самолет движется в сторону густонаселенного района, важных военных или гражданских объектов, пилоты [перехватчиков] имеют право пресечь полет по своему усмотрению. Такой приказ при определенных условиях вступает в силу автоматически... Если пилот перехватчика увидит, что Боинг снижается прямо в сторону Нью-Йорка, он будет готов сбить его за много километров до города. И это безотносительно, заполнен он пассажирами или нет. Если пилот придет к заключению, что АА11 рухнет на Нью-Йорк, я гарантирую, что он собьет его прежде, чем тот успеет врезаться в здание.

Если подобное утверждение справедливо для АА11, то оно вдвойне справедливо для UA175, поскольку первая башня к тому моменту уже подверглась атаке. И все это вместе тем более справедливо для АА77, который, во-первых, направлялся не куда-нибудь, а в сторону Вашингтона (столицы США, на минуточку!), а во-вторых, к этому моменту обе башни в Нью-Йорке уже подверглись атакам. Согласитесь, логично предположить, что все средства ПВО уже стояли бы на ушах, а отправленные на военные учения и игры перехватчики в срочном порядке возвращены к реальности.

Ничуть ни бывало! Наоборот, АА77не только повторил сценарии первых двух лайнеров, но и превзошел их по степени идиотизма. Если АА11, отклонившись от курса, провел в «свободном полете» 32 минуты, a UA175 – 21 минуту, то рейс АА77 летел так 52 (!) минуты. Кстати, его исчезновение с радаров на целых полчаса, мне теперь кажется, тоже отдает душком...

Рейс АА77 сошел с курса в 8:46, но перехватчики поднялись в воздух только спустя 44 (!) минуты. И не с находящейся всего в 15 км от Вашингтона авиабазы Эндрюс, как можно было бы ожидать, а с авиабазы Лэнгли, удаленной от столицы на 200 с лишним километров! Два перехватчика F-16 вылетели в 9:30 и добрались до Вашингтона лишь в 9:49 – спустя 11 минут после взрыва в Пентагоне. Эти 200 км они преодолели за 19 минут, что дает нам среднюю скорость 625 км/ч – это снова чуть больше четверти от максимально возможной для этих машин скорости (2400 км/ч). Чудеса, да и только!

А маневр с разворотом на 330 градусов в непосредственной близости от Пентагона? Он же выглядел откровенным издевательством! По некоторым данным, воздушное пространство вокруг Пентагона охраняется пятью (!) сверхсовременными противоракетными комплексами, которые срабатывают автоматически в случае приближения к Пентагону объекта, не передающего дружественный сигнал IFF. Французский журналист-исследователь Тьерри Мейссан (Thierry Meyssan) пишет по этому поводу:

Даже реактивный снаряд не должен был пробиться. А если говорить о большом Боинге-757-200, то у него просто не было бы шансов.

Однако все эти наземные средства ПВО в то утро почему-то подозрительно молчали. Вот что пишет об этом бывший аналитик ЦРУ, пожелавший сохранить инкогнито:

Пентагон окружен ракетными комплексами, оборудованными автозапуском. Видимо, кто-то вручную отключил у них систему опознавания «свой-чужой» (IFF), иначе лайнер был бы разнесен на мелкие кусочки задолго до достижения цели – ведь системы IFF никогда не устанавливаются на гражданские самолеты, и поэтому опознанными как «свои» они быть не могут.

К этому я бы еще добавил, что если самолет был военным (например, «дублером»), на нем вполне могла быть установлена система, передающая дружественный сигнал IFF, способный «усыпить» наземную защиту Пентагона. И хотя я не готов со стопроцентной уверенностью утверждать, что Пентагон действительно находился под охраной такой автоматической системы (добытые мной сведения на этот счет довольно противоречивы), ФБР вообще отрицает наличие какой бы то ни было противовоздушной защиты Пентагона! С тем же успехом они могли бы пытаться отрицать наличие в США службы ПВО как таковой. Впрочем, по состоянию на 11 сентября 2001 года это было не так уж и далеко от истины...

Итак, главными тормозами, если не сказать хуже, в процессе оперативного реагирования 11 сентября являлись NORAD и Пентагон. Несмотря на отчаянные попытки спихнуть вину на FAA, военные «уши» торчат отовсюду и видны на каждом этапе операции. И отнюдь не случайно.

1 июня 2001 года просуществовавший более пятидесяти лет и многократно и с успехом «обкатанный» протокол действий в экстренных ситуациях был неожиданно изменен. Начальник генштаба издал директиву CJCSI 3610.01A, которая ввела новые правила, согласно которым все действия по перехвату теперь должны в обязательном порядке согласовываться с Пентагоном. Если до этого гражданский диспетчер мог сам связаться с NORAD и, сообщив об экстренной ситуации, запросить помощь, то теперь необходимо было все согласовывать с Рамсфельдом и Ко. Что означает поставить еще одного человека в середину этой цепочки быстрого реагирования, которая должна быть минимальной, очень красочно описывает Робин Хорд он:

Вставить Рамми (Рамсфельда. – В.Ф.) между гражданскими и военными диспетчерами с целью получения разрешения на вылет перехватчиков по тревоге сродни тому, как если бы пилот, у которого в полете отказал двигатель, прежде чем принять экстренные меры, связывался бы с изготовителем самолета и просил разрешение произвести необходимые действия... Мы все знаем, что экстренные ситуации могут возникать, и они требуют действий немедленно, здесь и сейчас, а не когда кто-то соберется с мыслями и позволит их произвести... Рамми прекрасно понимал, что произошло бы, останься протокол прежним. Перехватчики вылетели бы мгновенно, и через 10 минут все было бы кончено. Никаких крушений, никакой войны, никаких дивидендов для его ведомства, никакой поддержки для президента, никаких «презентов» для его богатеньких друзей-военных... Поэтому он должен был вставить Пентагон между FAA и NORAD, что и было достигнуто изменением протокола.

Здесь я бы уточнил, что изменение протокола являлось, скорее, лишь некой дополнительной «подстраховкой», хоть и немаловажной, поскольку NORAD и без того всячески замедлял процесс перехвата. Только теперь они тормозили его уже совместно, дабы гарантировать результат.

Наиболее наглядно демонстрируют эту новую систему в действии показания министра транспорта Нормана Минеты (Norman Mineta) во время слушаний комиссией Кина 23 мая 2003 года. Он рассказал, что находился в президентском экстренном оперативном центре под Белым домом вместе с вице-президентом Ричардом Чейни, когда приблизительно в 9:25 произошел один любопытный эпизод:

Когда самолет приближался в Пентагону, один молодой человек периодически заходил и сообщал вице-президенту: «Самолет [рейс 77] находится в 50-ти милях» [от Вашингтона], «Самолет находится в 30 милях»... Когда дело дошло до «Самолет находится в 10 милях», молодой человек также спросил у вице-президента: «Приказ все еще в силе?». Тогда вице-президент повернул голову и сказал: «Конечно, приказ все еще в силе! Разве вы слышали о его отмене?»

Что именно это был за приказ, Минета не знает, поскольку спустился в оперативный центр всего за пять минут до описанного эпизода. Но, оценивая ситуацию в целом, можно догадаться. И хотя Чейни потом утверждал, что речь шла о приказе сбить самолет, есть все основания полагать, что распоряжение заключалось как раз в обратном – не сбивать его. Помимо того, что самолет так и не был уничтожен, в пользу этого предположения говорит и реакция молодого человека, которому отданный ранее приказ показался настолько странным и нелогичным, что он несколько раз переспрашивал и уточнял.

Между прочим, официальный отчет комиссии Кина ни словом не обмолвился об этих важнейших показаниях Нормана Минеты. Кто бы сомневался...

К этому моменту должно быть очевидным, что полное фиаско американских ПВО 11 сентября было умышленным и спланированным и, вероятнее всего, стало результатом негласного приказа о всеобщем военном отбое, чему подтверждений предостаточно. Во-первых, часть боевых самолетов была отправлена за много километров на сомнительные учения и военные игры. Во-вторых, новый протокол, принятый всего за 2 месяца до сентябрьских событий, теперь требовал каждый чих и пук согласовывать с Пентагоном, которому для затягивания времени достаточно было просто не отвечать на звонки. Показательным в этом плане стал рейс АА11, когда гражданский авиадиспетчер, по-видимому, отчаявшись добиться от начальства контакта с Пентагоном, решил следовать старому протоколу и лично связался с NEADS. Что, впрочем, ситуацию все равно не спасло, поскольку сам NORAD всячески тормозил процесс вылета перехватчиков – это в-третьих. В-четвертых, сами перехватчики, наконец-то поднятые по тревоге, плелись еле-еле, словно старые клячи. И в-пятых, наземные средства ПВО, охраняющие воздушное пространство Вашингтона, находились в состоянии глубокого летаргического сна. И все это в течение нескольких часов одного утра!

Думаю, вы со мной согласитесь: все описанное выше четко укладывается в одно-единственное и меткое определение – саботаж.

Отдельно стоит сказать о рейсе UA93. Несмотря на определенные аналогии, он все же некоторым образом отличается от своих «собратьев» по несчастью.

Как уже отмечалось, существуют определенные основания полагать, что рейс UA93 мог быть сбит. Но вот ведь в чем парадокс: если комиссия Кина и вторящий ей Майкл Броннер приложили максимум усилий, чтобы объяснить, почему военные не перехватили лайнеры, выполнявшие рейсы ААП, UA175 и АА77, то в случае UA93 усилия были направлены в обратную сторону, а именно: попытаться скрыть тот факт, что UA93, по всей видимости, был успешно перехвачен. И это несмотря на то, что Чейни лично отдал приказ пресечь полет рейса UA931 Однако комиссия Кина вместо того, чтобы привести какие-то свои доводы, просто-напросто переписала хронологию событий, окружавших этот рейс.

Согласно официальному отчету, военные узнали о проблемах с рейсом UA93 лишь в 10:07 – это спустя 40 (!) минут после того, как пропала радиосвязь с лайнером, через 20 минут после взрыва в Пентагоне и на минуту позже «крушения» самого UA93. Вы себе можете такое представить? Ситуация просто анекдотичная – с каждым последующим «угоном» время реагирования увеличивалось, а готовность ПВО и ВВС оказывалась даже не ниже плинтуса, а ниже уровня городской канализации! Короче говоря, я в это не верю. Что-то здесь не вяжется.

Далее отчет комиссии Кина сообщает о том, что Чейни, по его собственным словам, связался с президентом Бушем сразу после того, как появился в оперативном центре, то есть за пару минут до 10:00. В этой беседе он якобы получил авторизацию на пресечение полета. Это дает нам понять, что в 10:00 Чейни уже точно знал об угоне рейса UA93. Между 10:10 и 10:15 вице-президент отдал приказ пресечь полет, все еще не зная о том, что самолет уже несколько минут как рухнул в Шенксвиле. Фантастика! После этого Чейни снова переговорил с Бушем в 10:18. При этом Броннер настаивает на том, что авторизация на пресечение полета была получена вице-президентом только во время его второго разговора, то есть в 10:18. И чему верить?

А ничему. Все это уже неважно, поскольку и то, и другое время – чистой воды фикция. Чейни утверждал, что он первый раз связался с Бушем, как только спустился в оперативный центр в районе 10 часов. Но вернемся к показаниям Нормана Минеты, который описывал эпизод с участием Чейни, имевший место в оперативном центре уже в 9:25! И даже если предположить, что министр ошибся на несколько минут, этот эпизод совершенно точно произошел до взрыва в Пентагоне, то есть раньше 9:37.

Комиссия Кина, похоже, просто сдвинула хронологию приблизительно на полчаса. И если мы эти полчаса вычтем, то неожиданно все сразу встает на свои места! Во-первых, время оповещения о проблемах с рейсом UA93 сводится к 10 минутам. Конечно, и это слишком долго, но по сравнению с 40 минутами и на фоне всего происходившего в то утро это уже почти приемлемый и гораздо более правдоподобный показатель. Во-вторых, упомянутый нами ранее Ричард Кларк утверждает, что он получил приказ о пресечении полета между 9:45 и 9:55, в то время как комиссия Кина почему-то считает, что приказ был ему отдан в 10:25. И в-третьих, это вполне соответствует временным рамкам последних минут полета лайнера и свидетельствам очевидцев.

А теперь вопрос дня. Если военные действительно сбили рейс UA93, который, согласно официальной теории заговора, направлялся в Вашингтон с целью поразить одну из стратегических целей или некий символ страны, значит, они справились со своей задачей: предотвратили еще один теракт и, по крайней мере, единственный раз (из четырех!) в тот день сработали так, как следовало. И должны гордиться собой.

Однако на деле все происходит с точностью до наоборот: они тщательно пытаются это скрыть и опутывают события, связанные с рейсом UA93, паутиной лжи, по ходу дела даже переписывая хронологию. Зачем и почему? Не я один задавался этим вопросом, и даже Дэйвид Гриффин капитулировал, просто заявив, что он не знает. Я тоже не знаю, но у меня на этот счет есть только одно предположение, и других причин для сокрытия правды я просто не вижу: над Пенсильванией было сбито что-то, не являвшееся рейсом UA93.


... легко в бою | 11 сентября: вид на убийство | Кровавый спектакль