home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


1.

Утром Иерн отправился к ближайшему телефону, позвонил начальнику своей бригады и сообщил, что они с Роникой прихворнули. В общем, ложью это можно было не считать, после вчерашнего на работе от них было бы мало толку.

Они оделись потеплее и отправились наружу.

– Дрянная погода. По-прежнему ясно, – предупредил их часовой возле выхода. – Того и гляди канаки могут нагрянуть.

– Говорили, что они почти отказались от налетов, – сказала Роника, мол, нечего попусту тратить бомбы.

– Ба, но разве можно хоть в чем-нибудь доверять этим сукиным детям!

Даже если они просто вылетят на разведку, пилот ради развлечения может выпустить из пулемета очередь по парочке северян.

– Нет. Они не чудовища! – отрезал Иерн ядовитым тоном, удивившим часового.

Закамуфлированная дверь скрывалась в еловом лесу. Солнечный свет, пробиваясь между облачных башен, падал на темную зелень хвои и на бурые стволы. В тени было прохладно, к воздуху примешивался аромат елей. За спиной склон уходил вдаль, к соседним.пикам и крутобоким долинам. Снег почти весь растаял, лишь кое-где задержались потемневшие пятна. Из по-зимнему серой земли выступали валуны. Стадо горных баранов паслось неподалеку, предводительствуемое самцом с великолепными рогами. Дул ветерок.

Здесь они вполне могли обрести душевный покой.

Иерн взял вверх поперек склона. Роника огляделась, прежде чем последовать за ним. Здесь погода была не свирепой – спасибо теплому камчатскому течению – но предательской, дождь, снег или туман могли затянуть небо без предисловий.

Некоторое время они шли в молчании, наконец она спросила:

– Может, еще раз переговорить обо всем этом?

Бессонная ночь сделала голос Иерна хриплым.

– Разве мы не выяснили отношения до рассвета?

Она качнула головой, укрытой капюшоном парки.

– Мы наговорили бездну всяких очевидных вещей. А ты… – Она сжала его руку… – А ты наговорил мне целую пропасть слов – о Скайгольме, о Домене, о своей жизни, пытаясь объяснить все, что он для тебя означает. Наверное, пытаясь объяснить себе самому.

– Я же обещал работать в Орионе.

– Но ведь у тебя нет большого выбора, не так ли? Я хочу, чтобы ты продолжал свое дело, не теряя желания. Видишь ли, если ты сейчас выйдешь из организации, твой поступок будет напрасным; ничто не изменится. И отказ не поможет тебе выбраться отсюда. Люди лишь начнут гадать о его причинах, и след может привести к Ваироа. А мы уже решили, что эта глупая диверсия, бесспорно, не заслуживает того наказания, которое, безусловно, обрушит на него Микли.

– Микли! – Иерн плюнул.

– Именно от этого я и хочу избавить тебя сегодня, драгоценный мой, отвечала Роника. – Плохо, что ты чувствуешь себя пленником. Это может отравить все… в том числе наши отношения с тобой.

– Я намереваюсь убить Микли Карста.

Роника мрачно усмехнулась:

– В принципе – великолепная идея. Но на практике абсолютно неразумная.

Здесь тебе не удастся ее осуществить; деваться отсюда некуда, и тебя наверняка будет подстерегать смерть, потому что, черт побери, то, что он делает для нас, не имеет цены, Например, я знаю, что и береговые батареи, которые остановили маураев у залива Кука, и склады оружия и боеприпасов, и схему выдвижения на север иррегулярных частей, защитивших полуостров от десанта – задумал и во многом осуществил именно он. Мы не смогли бы так долго сохранить тайну Ориона… без не ведающего усталости Микли, выплясывающего по туго натянутому канату над бездной. Подозреваю, что в рукаве его отыщется еще не один сюрприз.

– А что он сделал с моей страной!..

– Я согласна, прощения этому нет. Цель не оправдывает средства. Микли – садист, и стремится исполнить роль сатаны в масштабе целого континента, мечтает во всяком случае; он и уговорил руководство Волка затеять все это. Стратегию обдумывал, безусловно, он. Помимо всего остального, он привлек к делу изрядное количество высокопоставленных юанезцев, и я полагаю, что эти его друзья сейчас наверняка стараются замедлить и ослабить натиск монгов. Но я согласна: незачем делать Домен всеобщим козлом отпущения. Эта страна не сделала нам ничего плохого, а благодарность Джовейна испарилась за неделю, так ведь? – Под ногами гремели камни. Пролетел ворон, на мгновение затмив солнце, выронил удивительно громкий крик. – И еще – дорогой мой! – улыбнулась Роника. – Конечно, быть может, это и не аргумент, но если бы ты был выбран Капитаном Скайгольма, я бы никогда не встретилась с тобой. А потому я рада случившемуся – из чистого эгоизма.

Он остановился, она последовала его примеру. Они переглянулись. Иерн прижал ее к себе. Прохладная щека ее оказалась возле его губ.

– Я тоже, – торопливо подтвердил он.

Она отступила назад на шаг, взяла его за руки и сказала:

– О'кей, если после всего ты сумеешь отомстить Микли, будет просто чудесно. Но месть не стоит хлопот. Ты должен стремиться к тому, чтобы восстановить в Домене законное правительство, а значит, восстановить там порядок, правосудие и надежду. Это можно сделать. И будет сделано, Иерн. Во всех отчетах отмечается, насколько неустойчива власть Джовейна. Она может пасть сама собой. Если же нет – после того как взойдет Орион, хватит одного слова с высот. И это слово, Иерн, может быть сказано тобой. Ты ведь помог нам в невзгодах; мы, норри, не ангелы, но мы выплачиваем свои долги.

– Да, да… мы говорили об этом ночью…

– Можно повторить еще раз, когда хмель оставит наши головы. Я придумала еще кое-что, но предупреждаю тебя, дорогой, мысль эта может вызвать в тебе шок.

На лице Иерна промелькнула ухмылка.

– Как правило, ты устраиваешь высоковольтный шок. Я готов.

С открытым лицом, негромко, щурясь, словно в прицел, она выпалила:

– Я хотела сказать насчет следующего Капитана Скайгольма. Мы полагали, что им станешь ты. Но хочешь ли ты в самом деле занять этот пост?

– Что? – вырвалось у него.

– Подумай, прошлым вечер6м ты вывалил на меня целую гору мыслей. В том, числе и о том, как всегда хотел путешествовать и что должность Капитана гвоздем приколотит тебя к месту, но, дескать, это твой долг и огромный вызов твоим способностям. Но ведь с той поры, однако, многое переменилось; а не хочешь ли ты вместо этого… возглавить полет в космос?

Он стоял ошеломленный.

– В Домене полно Таленсов, из которых получатся вполне недурные Капитаны, – продолжила она. – И ты выполнишь свой долг, если поможешь любому из них взять в свои руки власть над Скайгольмом. Однако знай: у нас здесь, мягко скажем, нехватка гениальных пилотов. А Орион нужен не только Северо-западному Союзу. Человечеству представился последний шанс выйти во Вселенную.

Задумавшись на минуту-другую, он ответил едва слышно:

– Ты права. Ты вернула меня к жизни.

Она поцеловала его.

Он потер глаза костяшками пальцев.

– Ты прекрасно понимаешь меня, – вздохнул он. – Только, наверное, я более тебя знаком с политикой, невзирая на все твои дела с Карстом. Я не стану проявлять подобный оптимизм в отношении вашего предприятия.

– После всего, что ты узнал, – негромко ответила она, – я не рассчитывала на это. Только я не считаю людей всего лишь просвещенными обезьянами. Безусловно, мы нагадим и в космосе, как сделали это на Земле. Главное – мы окажемся там – вне пределов Земли – и пусть гаснет Солнце.

– И узнаем, и свершим, и осмелимся… – Иерн громко расхохотался. Какая пара ораторов из нас получится! – И вновь они стояли, молчаливые, на ветру. – Ну что ж, Роника, самая любимая во всей Вселенной, – улыбнулся он. – Я служу Ориону… всем сердцем. Будет ужасно, если мы проиграем: не войну, а Орион. Отчасти потому, что я полагаю, что место вдше именно там, отчасти потому – ты права – именно этого я хочу больше всего на свете, если не считать твоей любви – а в основном потому, что я люблю тебя, а здесь лежит твое сердце. – Она повернулась к нему. – Но я нахлебался досыта, остерег он, – я не буду терпеть никаких новых мерзостей.

– И я тоже, – обещала она сквозь неожиданные слезы.


предыдущая глава | Орион взойдет | cледующая глава