home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


3.

Облака летели низко над землей Дордойни, их серый полог затягивал небо, лишал яркости осенние краски, разрисовавшие кручи. Выл ветер – еще более холодный, чем сам воздух. Влажное небо то и дело изрыгало шквалистые ливни. Дороги превратились в реки грязи, хлюпающей под копытами усталых коней.

Как никогда прежде, замок Бейнак казался своим в этой стране. Все современные постройки представлялись сонным видением, нереальным рядом с крепкими древними стенами и башнями. После дороги из порта Бордо Эшкрофт Лоренс Мейн надеялся на тепло, огонь в очаге и отдых, а он себя не считал слабаком. Так решили они со свитой: пейзане должны своими глазами увидеть нового хранителя замка и увериться в том, что он желает им добра. Но те бросали на него кремнистые взгляды и не проявляли любезности. Оставалось гадать, какой комфорт ждет его в конце пути.

Перед воротами толпились местные жители – в плащах с капюшонами. Они выставили почетный караул, что вселяло надежду, милицию в мундирах и шлемах, увенчанных плюмажами, с кинжалами у поясов, пиками, арбалетами и винтовками за плечами.

Лоренс послал свою лошадь на последний подъем, подобрал поводья и протянул руку в знак привета. Он узнал знакомых по прежним визитам.

Первый офицер, родственник Иерна Ферлея, Халд Тирье, с жестким лицом и прямой спиной ожидал впереди. Секретарь, молодой наземник по имени Анс Дебирон, держался возле него, в руках у него был пергамент, а на лице никакого восторга… Как и у всех, кто загородил дорогу пришельцу.

За спиной Лоренса фыркнули кони и, топоча, остановились. Он сосчитал местных: отряд в два раза превышал его собственный, причем две дюжины были вооружены. Желая избежать провокаций, он ограничил вооружение своего отряда ножами, несколькими пистолетами и четырьмя пиками, главным образом служившими древками для вымпелов.

– Приветствую вас, люди Клана и добрый люд, – проговорил он. – Мир и благосостояние да булут с вами.

Подхватив вежливую формулу, ветер унес ее следом за опавшими листьями.

– Приветствую, – отозвался Халд. – Могу ли я узнать ваше имя и цель приезда?

Ошеломленный Лоренс сумел лишь воскликнуть:

– Но ты же знаешь меня!

– Эти очевидцы хотят знать ваше имя и поручение, сэр.

«Наверное, так велит какой-нибудь дордойнезский закон или обычай? Это не ласковая Бургойнь, где мы с Фейлис детьми играли на виноградниках».

– Я… Эшкрофт Лоренс Мейн, полковник терранской гвардии, недавно назначенный хранителем замка Бейнак и его окрестностей. Я прибыл сюда, чтобы приступить к своим обязанностям. – И, повинуясь порыву, добавил:

– Вы же знаете это! Я направил письменное извещение.

– Известие о вашем назначении не соответствует древним обычаям, а потому мы решили, что не получили его.

Лоренс ударил кулаком по седельной луке, но взял себя в в руки и мягко – это стоило ему многих усилий – проговорил:

– Халд, ты знаешь, какие теперь времена. Этот район важен для безопасности Домена; ваши дикие горы и ущелья способны приютить мятежников и бандитов. Оформлять все надлежащим порядком чересчур долго, ведь ни один Таленс, имеющий право на этот пост, не примет назначения от Джовейна. Меня назначил сам Капитан, пользуясь своими чрезвычайными полномочиями, к тому же я брат жены исчезнувшего хранителя Замка. Я намереваюсь сохранить крепость для семьи и народа, твоего собственного народа, Халд. Я уступлю свое место кому-нибудь из родни при первой возможности.

– И когда же этого ждать… сколько своих гарнизонов вы сперва разместите среди нас? – Халд также с трудом сдержался. Отряд его не шевельнулся, с гневом люди разглядывали пришельцев. Руки всадников белели на прикладах оружия. Офицер повернулся к Ансу Дебирону. – Прочти декларацию отказа, – сказал он гнусавым голосом. – Ты составлял ее.

Секретарь поклонился, шагнул вперед и развернул свиток. Его гладкие щеки то краснели, то белели. Голос иногда дрожал и ошибался, но слова падали камнями:

– Во имя Господа Милосердного, ради анимов предков, мы, люди Пай Бейнак, собрались сегодня…

Лоренс услышал позади себя одно-два негромких проклятия. Он сидел, слушая краем уха, ощущая не только потрясение – этого можно было ожидать но скорее усталость.

– …Старые права, подтвержденные договором в Периге 94, когда Дордойнь стала штатом Домена… «Но это было века назад. Давно пришло время, чтобы Франсетерр вновь сделался единой нацией, единством внутри Единства. Как смеют такие людишки противиться этому?»

…собрать всех сынов Пай Бейнак, братьев наших по всей Дордойни…

«Они осмелились».

…нe признавать права властей ни при каких условиях вообще, назначать хранителем Замка лицо, не принадлежащее по закону к семье Ферлсев…

«Фейлис бросила Иерна, теперь они бросили ее».

…сохранять верность Домену и его установленным институтам, Иледуциелю и азрогенам, пока подобная верность не будет взаимной; но нарушение закона, обычаев и прав считается вероломным предательством.

Мы требуем созыва сеньоров Кланов и глав ряда штатов, чтобы выяснить… «Итак, фактически они не бунтуют; Скайгольм способен испепелить любую армию, которую они могут вывести на поле. Но что делать с партизанами? Как быть – они отказались повиноваться?

Скайгольм не может испепелить саму землю. Это будет преступлением против Геи, хуже которого может быть только атомный взрыв, а лишившись поставок с Земли, Скайгольм скоро упадет с небес».

– И посему, Эшкрофт Лоренс Мсйн, мы просим тебя ехать с миром, мы требуем, чтобы ты уехал.

Он выслушал подписи и титулы. Анс отступил, тяжело дыша.

Лоренс выдавил скупую улыбку.

– Ну что ж, все очень ясно, – сказал он в набегающий ветер. – Вы прискорбно не правы, но тем не менее я не желаю вам зла и возвращаюсь домой. Предложат ли нам здесь приют и ночлег?

– Нет, – ответил Таленс Халд Тирье.

Лоренс повернулся в седле и, жестом успокоив негодующий отряд, обратился к родичу Иерна:

– Мы найдем себе гостиницу. Не наказывай ее хозяина за то, что он примет нас. Пусть отношения останутся хотя бы ровными.

Халд ответил коротким кивком. Лоренс развернул коня и направился вниз.

Дождь припустил по-настоящему.


предыдущая глава | Орион взойдет | cледующая глава