home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 7

Следом за Деймоном Эддингтоном ушла наконец домой и Дарси. Улей и лаборатория звукозаписи остались в полном распоряжении Майкла Брэнгуина, и он намеревался в полной мере воспользоваться представившейся возможностью. Он дожидался этого весь день и теперь, покопавшись в мятом бумажном мешке с ужином — двумя крохотными банками суррогатной тушенки, прогретой в микроволновой печи, и пакетиком хрустящего картофеля, — вытащил свое сокровище. Едва Майкл поднес синдиск к свету стойки звукозаписи и взглянул на мелко напечатанное на его этикетке содержание, его, как всегда, охватил ошеломляющий восторг перед совершенством технологии, которая делала возможным заключение такого множества удивительных мелодий в этой крохотной вещице. Его сфера деятельности — инженерная биология, сложная, громадная, охватывающая все, что носит название жизнь. Но эти люди, умевшие превращать мертвые материалы вроде металла, пластика и керамики в музыку… они для Майкла — творцы возвышенного.

Инженеры-биологи? Тьфу! Они работают с материалом, который был живым и до их вмешательства, изменяют его, копируют, иногда подлечивают. Вся их наука не более чем высокочувствительная копировальная машина, которая способна менять количественные характеристики, размеры, цвет и кое-что еще. Возможно, генетики действительно близки к раскрытию секрета вдыхания жизни в мертвую плоть, но «Синсаунд»… Эта компания изо дня в день снабжает дыханием музыки неодушевленные предметы, неорганические материалы.

Придется многому научиться, многое запомнить, подбадривал себя Майкл, направляясь с вновь приобретенным синдиском к стойке звукозаписи. Ему известен лишь минимум, необходимый просто для воспроизведения записей. Все остальное, чего можно добиться от этой аппаратуры, — сфера деятельности Деймона. Вскоре он начнет ее настройку на свой вкус, и тогда Майкл не рискнет развлекаться со стойкой слишком часто. Он мог бы послушать записи и дома. У него действительно прекрасная установка и не слишком сложная, но для такой музыки здесь самое подходящее место. Синдиск был сильно подержанным, но даже такой — большая редкость. Майкл мог бы поклясться, что продавец-подросток, с растрепанными стрижеными волосами и без устали трудившимися над жевательной резинкой челюстями, вряд ли легко справлялся с молнией на брюках, где уж ему было заменить лазерную этикетку для потерявшейся наклейки футляра. Поэтому его возмущению не было предела, когда в ответ на его вопрос этот наглец пожал плечами и беззаботным тоном изрек: «Пять кредиток».

Майкл благоговейно повернул пластиковый футляр обратной стороной и стал читать список названий. Это была перезапись компакт-диска 1989 года под общим названием «Леденящая повесть» в исполнении Эрика Канцеля и поп-оркестра Цинциннати. Отдельные вещи, словно специально подобранные для его подготовки к работе с Деймоном Эддингтоном, были ему знакомы: «Марш по строительным лесам» из «Симфонической фантастики», «Обитель демонов» из «Осуждения Фауста», увертюра к «Призраку оперы». Другие, например «Три избранные из «Психопата»» и «Свет «Полтергейста»», прошли мимо внимания Майкла, несмотря на его никогда не угасавший интерес к музыке и обширную коллекцию синдисков. Изучение списка заняло всего несколько мгновений. Он вынул его из футляра и поставил на проигрыватель. После появления спокойного, ровного жужжания для начала компьютерной обработки звуковых команд было достаточно нажатия клавиши ПУСК.

Буклет, обычно прилагаемый к синдискам, был, конечно, потерян, но Майкл не нуждался в предупреждении о сорокавосьмисекундной задержке на «открытие последовательности записей». Высота ворвавшихся в помещение звуков отозвалась мелкой дробью в зубах, а в ответ на давно знакомый перезвон колоколов в исполнении грозовых туч сердце застучало так, словно он снова стал молодым. Потрясенный, восторженно улыбающийся, он нашел дрожащей рукой рычажок громкости и убавил силу звука до более разумного, пока не прибежал охранник или какой-нибудь Другой блюститель тишины. Здорово, подумал он, вот теперь это музыка, могучее звучание, проникающее в каждую клетку его помолодевшего тела. Не переставая улыбаться, он погрузился в одно из кресел, откинулся на спинку, заложил руки за голову и стал покачиваться в ритме музыки.


* * * | Музыка смерти | * * *