home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


14.05.92

Дом-корабль. Охотники, лайки, убитый олень. Тропа на перевал Кедровый. Свежий след медведя. Палатка на тропе. Меры предосторожности. Усталость, холод, страх

От вчерашних радужных настроений не осталось и следа. Утро. Холодное солнце восходит, сверкая алыми водами в глубоких трещинах почерневшего льда – как будто кровь сочиться сквозь истерзанный панцирь Байкала.

У палатки мусорный бак. Вчера мы его не замечали – как он сюда попал? И не лень же было кому-то его сюда тащить. Вороны набились во внутрь, орут. Сожрали нашу колбасу – ничего нельзя оставить за пределами палатки. Завтрак. Все равно хреново. Вчера – радость, светлый день – сегодня – одиночество и колбасу сожрали. Обнажились, осмотрелись. Помыли лица и зубы прямо в Байкале. Где-то лают собаки. Ладно, пошли в гору, обходим Голоустненский прижим.

Природа прекрасная, птички поют. Дорога – как Мамай прошел. Джеф какие-то фантики собирал – экотурист – тут всё тракторами разворочено и железом завалено. Становиться жарко. Кто-то в лесу рубит сучья или ветки ломает.

Внизу, на берегу дом – корабль. Ба! Кого ловить – стильное место, китч – обалдеть, зато всё под полировку, лесенки, перильца. И ни кого, ни души – хоть поджигай.

За соседним прижимом выходим на берег, где двое мужиков обдирают свежую тушу изюбря. Ребята нас не ожидали. Остолбенели. Пауза. Здрасти, здрасти. Вы кто? Собаки несутся, того и гляди разорвут. Но мы уже успели устать, так – что до собак нам дела нету. Они это чувствуют и не нападают, только лают. В воде у берега лежит олешка, уже освежёванный, и запах, сладкий запах тины и парного мяса, до тошноты.

– В такое время туристы здесь не ходят.

– А мы и не туристы – мы Байкал покоряем.

– А! Отрезайте мяса, сколь надо, – закон тайги.

Я отрезал килограмма два – два с половиной от задней ноги. Спасибо – хватит, тащить тяжело. Посидели, перекурили. Мы слышали выстрелы, но подумали, что это ветки ломают на просеке. Хорошо, что не в нашу сторону палили. «Ну, мы пошли». Собаки бросились вдогонку.

По камням, по льду – к обходной дороге на бухту Песчаную через перевал Кедровый. Решили идти через перевал – кто знает, что там за прижимы.

Странные деревья на берегу. Кажется, что гнезда маленьких птиц, а это так ветви сплелись. Стоянка с зонтиком из бересты – туристы прикалываются. Под скалой, в желтой траве зимовьё. Красиво. От зимовья тропа на перевал, вдоль скал и горной речки – чистой, холодной, рвущейся сквозь лёд напоить Байкал. Тропа ухожена какой-то туристической командой из Москвы под названием «Коряга». Эти ребята оставили о себе надписи на деревянных щитах, очистили и облагородили тропу. Завалы распилены, мостики, указатели, вигвамы. Я позже понял, что они молодцы, а в тот день, усталый, поднимаясь на вершину, я злился на их студенческие приколы.

Когда поднимаешься на перевал, вершина, как горизонт – кажется близко, вот она, а подойдешь – убегает. Весь день ловишь вершину и некогда перекусить – сейчас дойду, сяду, покушаю. Не тут-то было – вершина ещё впереди. Там, на верху тают снега, ручьи бегут вниз. Тропа – самое удобное место для ручья – ниже уровня почвы, утоптано, твердо. А я в кроссовках, иду по этой тропе, перепрыгивая ручьи. Мне холодно, скользко и лень одевать сапоги – всё кажется должен кончиться ручей.

Ноги конкретно замерзли, Вова впереди. Свищу: «Давай тормознёмся – переобуемся». Заваливаемся на привал. Снимаем мешки аккуратно: тушенка в стеклянных банках. Нам не удалось достать в железных, поэтому купили три ящика в стеклянных, а что обменяли на железо – послали сами себе в посылках по деревням побережья. Приходится мучиться, тащить стекло и не бросать мешки. Хрустально – серебряная речка. Вода – наслаждение, десны ломит. Готовить обед времени нет. Перекус – до вершины—то рукой подать. Переобулись. Сразу тепло и сухо. Двинулись дальше вверх. На тропе во мху след медведя! Свежий! Вода ещё в него только затекает. Запах чувствуется – сладкий запах медвежьей шкуры. Спина похолодела, замерли, вращая глазами, вслушиваешься: речка журчит, синички свистят, ветка хрустнула. Ружьё! Быстрее ружьё! Усталости – как не бывало. Опасность – это тебе, брат, не клещи. Весна – Он голодный! Ближе друг к другу и вверх. Внимательней, не расслабляйся – выскочит – не обрадуешься! Вверх, вверх, ищи зимовьё.

Время пролетело быстро, как и мы до вершины перевала. Зимовья нет. На вершине снег, глубокий снег. Тропа пропала в сугробах – ориентир – расстояние между деревьями, и то нет уверенности, что мы идем правильно по тропе. Темнеет. Если сейчас не разобьем лагерь, то через полчаса, не найдя зимовья, пожалеем об этом. Всё! Здесь! Нет сил и времени. По среди тропы. Пока светло ставим палатку, запаливаем костер (сухостоя много, но он сырой), сушимся, едим. Большой костер – может Мишу напугает? У нас есть пара фальшвееров: дергаешь за один конец – красный дым, за другой – яркое пламя. Веревки – метров тридцать. Вокруг лагеря ставим «ловушки» – веревка, а на конце наши факела. Миша ночью придет, нарвется, факел вспыхнет – у нас будет пара секунд выскочить из палатки с ружьём. Не зашнуровывая палатку, не разуваясь, почти не застегивая мешки, ложимся спать, зарядив ружьё и положив его стволами к выходу. Страшновато! Что делать? Это наш первый опыт самостоятельной жизни в дикой природе. Как мы были наивны, но тогда это было лучшее, из того, что могли предпринять. Уснули же, прижавшись к ружью и друг другу.


2 ЭТАП «Полнолунные галлюцинации» п. Б. Голоустное – перевал Кедровый – б. Песчанная – б. Бабушка – п. Харгино – мыс Красный Яр – п. Бугульдейка | Вокруг Байкала за 73 дня | 15.05.92 Холодное сырое утро. База ИСХИ. Спуск к Байкалу. Потерянный нож, нерпа, турбаза «Бухта Песчаная». Бухта Бабушка. Воспоминания. Обед, спирт, оленье мясо. Перенос стоянк