Сергей Лысак

Ведьма с "Летающей ведьмы"

АННОТАЦИЯ

Книга первая РОЖДЕНИЕ ВЕДЬМЫ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Книга вторая Я ВСЕГО ЛИШЬ ВЕДЬМА

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 13

Глава 15

Книга третья НАРУШИВШАЯ ЗАПРЕТ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Книга четвертая ВЕДЬМА — ВСЕГДА ВЕДЬМА

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Книга пятая РОЖДЕННАЯ НАРУШИВШЕЙ ЗАПРЕТ

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 14

Глава 15

Сергей Лысак

Ведьма с "Летающей ведьмы"

Название: Ведьма с "Летающей ведьмы". Пенталогия

Автор: Лысак Сергей

Издательство: Самиздат

Страниц: 874

Год: 2014

Формат: fb2

АННОТАЦИЯ

Дальний космос. Капитану второго ранга Военно-Космического Флота Земной Федерации Ольге Шереметьевой поручено провести рискованный разведывательный рейд на планету противника. Идет последняя подготовка...

Книга первая РОЖДЕНИЕ ВЕДЬМЫ

Глава 1

Светильники, расположенные на подволоке грузового трюма, заливали всё пространство своим холодным светом. Трюм контейнеровоза "Монблан" был почти пуст. Это был последний полёт старого корабля, ветерана галактических трасс.

С него было снято всё ценное оборудование, и полностью уничтожена вся база данных бортового компьютера. Корабль нёсся в гиперпространстве, жёстко пристыкованный к борту тяжёлого крейсера "Персей". В определённой точке космоса оба корабля выйдут из гиперпространства в обычный трехмерный космос и расстыкуются. Далее "Монблан" будет следовать один. Его задача — подойти как можно ближе к планете Лукхор, если он ещё не будет к этому времени уничтожен, войти в атмосферу планеты, выпустить из грузового отсека свой груз и погибнуть. Грузом были четыре аэрокосмических истребителя типа "Гепард". Именно ради их доставки в нужную точку в нужное время и совершался этот дальний рейд. И именно ради этого было принято решение пожертвовать старым транспортным судном.

Стройная высокая женщина, облаченная в черный флотский мундир, мерно стуча каблучками по палубе, направлялась в самый конец грузового трюма "Монблана", где у самой аппарели в электромагнитных захватах находились истребители. Экипаж "Монблана" готовился к эвакуации и в трюме проводились последние работы перед расстыковкой. Все невольно оборачивались вслед проходившей женщине. Женщина была красива. Пышные, иссиня черные волосы, выбивающиеся из под форменной пилотки с белым кантом и эмблемой Военно-Космического Флота ниспадали на плечи. С иголочки пошитый мундир — прямая юбка и китель с погонами капитана 2-го ранга идеально облегали стройную фигуру. Черные форменные туфельки и тонкие прозрачные чулки добавляли наряд. На груди поблескивал золотой значок пилота экстра-класса палубной авиации ВКФ и два ряда орденских планок. Это была традиция, уходящая в глубину веков.

Флотский офицерский мундир признавал только три цвета: черный, белый и золотой.

Из двух экипажей летящих состыкованными кораблей только двое человек знали о цели предстоящей миссии — командир "Персея" и она — командир отдельной истребительной авиаэскадры капитан 2-го ранга Ольга Шереметьева.

Сегодня она изменила своей привычке. Обычно она появлялась на ангарной палубе авианосца, на котором проходила службу, в рабочем комбинезоне и ботинках, чтобы вместе с техниками и инженер-механиком пролезть по всем закоулкам своей машины. Сейчас же времени переодеваться не было, так — как она только что вернулась после разговора с командиром крейсера, уточняя детали предстоящей операции. Подойдя к последнему "Гепарду", Ольга жестом остановила четырех техников унтер-офицеров, оторвавшихся от работы, чтобы её поприветствовать.

— Вольно, парни! Продолжайте. Как, Иван Петрович, укладываетесь?

Это тоже была традиция, оставшаяся с давних времен. Не в строю и во внеслужебное время офицеры флота, в отличие от армейских офицеров, всегда называли друг друга по имени отчеству, даже при большой разнице в чине.

— Всё в порядке, Ольга Александровна! Проводим последнюю проверку — доложил капитан-лейтенант, инженер — механик ее истребителя.

— Всё нормально, подготовим "Ведьму" и остальных в лучшем виде!

К истребителю подошел капитан 2-го ранга Пугачев — начальник инженерно — механической службы авиаскадры. Как начальник этой службы, он лично контролировал подготовку "Ведьмы" к вылету. "Ведьмой" называли машину командира из- за её эм- блемы на борту. Многие истребители и штурмовики авиации флота имели на фюзеляже помимо положенных опознавательных знаков ещё и эмблемы, нарисованные народ- ными умельцами. Иногда остроумные, иногда похабные. Начальство смотрело на это сквозь пальцы, потому как на войне каждый человек на счету, а пилот истребителя или штурмовика — тем более. Эмблемой "Гепарда" Ольги была хорошенькая голая ведьма на помеле, летящая среди звезд. Из-за этой эмблемы, вызывающей много шуток и острот, истребитель и прозвали сначала "Летающей ведьмой", а потом, для краткости, просто "Ведьмой".

— Ну что, волнуешься, Оля? — спросил Пугачев в пол — голоса, когда они отошли в сторону.

— Волнуюсь, Михалыч…Душа не на месте. Все вроде продумали, учли, а гложет нехорошее предчувствие. Ты же меня знаешь…

— Так что же делать, отменить вылет?

— Ты же знаешь, Михалыч, что это не реально. Чем мотивировать? Бабье предчувствие? Как минимум, засмеют. А могут и саботаж пришить. Придется лететь, а там буду смотреть по обстановке. Шкатулку не забыл?

— Ну, что ты, Оля, как можно? Она всегда со мной. Одно могу гарантировать — твоя "Ведьма" и остальные машины в полном порядке.

— Ладно, Михалыч! Пойду, отдохну перед полётом. А там, может, что ещё придумаю…

Ольга подошла к эмблеме, нарисованной на борту и, положив ладонь на обшивку фюзеляжа тихо, чтобы её никто не слышал, что — то зашептала. После этого повернулась и пошла к выходу из трюма.

— Идет, как пишет! — восхищенно сказал один из техников, глядя вслед удалявшемуся командиру.

— Эх, красивая баба! Мордашка, фигурка, ножки, попка-персик… И не дура, и не стерва, любого мужика могла бы на себе женить, а вот поди же ты…

— А зачем ей муж? У неё жена есть!

Раздалось сдавленное хихиканье.

— И как же это она в тридцать два года уже капитан 2-го ранга и командир авиаэскадры?

— Не иначе, подставила кому надо и где надо.

— Вы бы прикусили языки, пустобрехи! А то, не все такие добрые, как я! Узнает кто из ребят на эскадре, что вы про неё худое говорите, они вам на раз головы поотрывают!

Огромная фигура Пугачева неожиданно возникла перед всеми. Капитан — лейтенант постарался сгладить ситуацию.

— Рассказали бы Вы нам про неё, Михал Михалыч! Вы ведь её давно знаете. Весь флот про неё слышал, а толком никто не знает. И почему её так прозвали — Ведьма?

— Хорошо, расскажу. Специально для всех вас расскажу, чтобы глупостей больше не болтали. Ведьмой ее прозвали потому, что действительно в ней что — то такое есть.

Я Ведьму больше пяти лет знаю. С самого начала, как только она у нас на авианосце появилась. Она ведь из торгового флота, офицер резерва. Корабль ее уничтожили, она одна в живых осталась. А я на авианосце инженер — механиком ее машины был…

По мере рассказа лица слушателей вытягивались все больше. Техники даже позабыли, зачем они здесь находились и слушали, разинув рты. То, что они только что узнали, не укладывалось в сознании. Женщина, пилот гражданского флота, далекая от военной службы и попавшая в военный флот с началом военных действий, как офицер резерва, оказалась настоящим самородком. Пилотом — истребителем от бога, что признавали и свои, и враги. Более трех сотен сбитых машин противника в космических и атмосферных боях! Таким счетом не мог похвастать ни один пилот — истребитель всего космофлота Федерации. Стремительный карьерный взлет за пять лет от мичмана до капитана 2-го ранга. От простого пилота авиагруппы авианосца до командира отдельной истребительной авиаэскадры. И все это — на передовой, а не в штабах. Если бы этим людям рассказали о подобном раньше, то они бы просто не поверили. Но не верить человеку, провоевавшему вместе с Ведьмой больше пяти лет, оснований не было…

— … Ведьма ведь ещё и воевать умеет. Тактик она прекрасный. Так схему боя выстраи-вает, что громит "духов" зачастую меньшими силами и без потерь. Ребята за неё в огонь и в воду готовы. Потому, как не бросает людей в мясорубку, а делает всё по уму. Говорит, что героизм подчиненных начинается там, где заканчивается профессионализм их командиров.

— А что это она возле машины делала? Вроде, как разговаривала с ней? И что это за коробочка такая у Вас?

— А это наша давняя традиция. Перед её первым боевым вылетом, когда подняли всех по тревоге, примчалась она к машине и уже шлем натягивает. А я как глянул — у неё сережки в ушах! Буквально за шиворот её поймал. Что ж ты, кричу, дура, делаешь? Без ушей останешься! Она тут же из ушей сережки выдернула, мне в руку сунула. Держи, говорит, Михалыч! Как вернусь, назад заберу! Она меня всегда Михалычем называла — я - то ей в отцы гожусь. Из того рейда половина наших не вернулась. И с тех пор у нас с Ведьмой вроде ритуала — перед вылетом она мне сережки отдает, а после возвращения опять забирает. Сначала просто отдавала, а потом вот эту шкатулку нашли. А что с машиной говорит — да, есть у неё такое. Говорит, что ведь и у машины душа есть, только не такая, как у нас. И если ты к машине с добром и с лаской, то и она тебе тем же отплатит. И ведь что поразительно — летает на этом "Гепарде", своей "Ведьме", с самого начала. В каких только передрягах не побывала, многие механизмы на машине уже несколько раз менялись — ресурс вырабатывали, а она машину менять не хочет. Прикипела к ней. Я, говорит, свою "Ведьмочку" никому не отдам.

— Так она что, верующая?

— Верующая. Не до фанатизма, конечно, но верующая. Всякую лабуду вроде постов, исповедей и заповедей не выполняет, но иконку у себя держит и крестик носит.

— А это правда, что она с нашей докторшей…того?

— С Настей? Правда… Только дело тут, мужики, очень темное… Не лезли бы вы сюда.

— А что это с ней бывает иногда, что ходит туча тучей? Совсем на себя не похожа?

— А вот это, мужики, и вовсе тайна, покрытая мраком. Никто толком ничего не знает. Может, разве что, только "инквизитор" наш — полковник Детмерс знает, да он разве скажет! Началось это давно, ещё на "Ушакове". Собрались мы как — то день рождения одного парня отмечать, ну и Ведьму пригласили. А она только-только лейтенанта получила и крест "За боевые заслуги". Но она отказалась. Сказала, что неважно себя чувствует. Ну что же, поплохело девке, бывает. Никто настаивать не стал. Так бы и забыли этот случай. Да только через год история повторяется один в один. Опять её зовут. Ей уже отказывать вроде неудобно, отвела меня в сторонку и говорит. Дескать, Михалыч, мне при ребятах говорить неудобно, понимаешь, у меня женские неприятности начались, и чувствую себя не очень. Ну, для баб это дело святое. Никто спорить и не стал. Да только я — то сразу понял, что хитрит девка. Плевать она хотела на эти "неприятности". Она с ними в рейд вылетала и ничего, а тут всего — то за столом посидеть. Однако, виду не подал. И получилось так, что где-то через пару часов понадобилось мне с ней какой-то вопрос обсудить по поводу машины. Пилот с инженер-механиком ведь всегда в тандеме работают. Не хотел тревожить девку, а пришлось. Вызвал её по коммуникатору, а коммуникатор отключен! Ну, думаю, что-то случилось. В жизни такого не было, чтобы она его отключала. Подхожу к её каюте, стучу — тишина. Захожу и вижу странную картину. На переборке иконка небольшая висит, под ней лампадка горит, а на столе бутылка водки и стакан с водкой, куском хлеба накрытый. И стоит наша Ведьма перед столом со стаканом в руке при полном параде. Вы ведь её знаете, какая она щеголиха, к мундиру у неё какое — то трепетное отношение. А тут саму себя превзошла — парадный мундир с орденами, туфельки надраены, чулочки натянуты и держит пилотку в левой руке на согнутом локте, а в правой стакан с водкой. Я такое только в фильмах про старину видел. И вот стоит она при всем своем парадном великолепии и… плачет.

— Плачет?! — ахнули сразу несколько голосов. Это было из ряда вон. Никто никогда не видел слёз командира.

— Да, плачет. А что вы хотите? Баба всё — таки. Это она на людях кремень, а когда одна, видать слезам волю дает. Но плачет как — то странно, не как бабы обычно плачут — с истерикой, воем и всхлипываниями. Стоит молча, неподвижно, лицо каменное, а по щекам слёзы катятся. Как будто изо всех сил сдерживается, а сдержаться не может. Не захотел я тревожить девку. Собрался было тихонько повернуться и уйти, да она меня заметила. Подняла на меня свои зелёные глазищи и тут, мужики, мне плохо стало. Какой — то животный ужас меня охватил, никогда в жизни так не боялся. Смотрит на меня, как удав на кролика. Лицо напряженное, а в глазах прямо какой — то огонь горит. Хочу крикнуть, а не могу — крик в горле застрял. Хочу убежать, а не получается. Ноги как будто приросли к палубе. И впрямь — ведьма! Но так недолго продолжалось. Опять у неё выражение лица прежним сделалось и меня отпустило. Я ей говорю: "Оленька, что случилось?" А она достала второй стакан, налила водки, подаёт мне и говорит: "Дела давно минувших дней, Михалыч… Выпей со мной, раз пришёл". Никогда раньше не видел, чтобы она водку пила! И так у неё один день в году. Когда они с Настей жить начали, та ведь о её причудах не знала. А тут прибегает ко мне вся в ужасе. Михалыч, говорит, что — то с Ольгой случилось! Прихожу домой, а она сидит за столом в парадном мундире, на столе стакан водки, накрытый хлебом и какая — то фотография старая. Вернее не фотография, а её репродукция на пластиковой карточке. Смотрит она на эту фотогра фию и плачет. Настя ту фотографию как следует рассмотрела. Изображена на ней старинная субмарина, одна из первых, как они только появились. На палубе, судя по мундирам, четверо офицеров стоят и человек пятнадцать матросов. А внизу надпись ещё старинной орфографией: "Подводная лодка "Барс". 1916 г.". Получается, что фотографии этой более четырёхсот лет. Мы с Настей по сети порылись, массу информации переверну- ли и всё — таки нашли. Была такая субмарина "Барс" в составе Российского флота на Балтийском море. В Европе тогда война шла, все европейские страны сцепились друг с другом. И вот как — то раз вышла эта субмарина в море на боевое патрулирование и исчезла бесследно. Скорее всего, погибла со всем экипажем. И было это в 1916 году. Ведьма даже Насте так больше ничего и не сказала. Видать, как — то связана она с теми давними событиями. Может, кто-то из её предков погиб на той субмарине и у них в роду было принято погибших поминать? Никто не знает…

— Ишь, обормоты, задница моя им понравилась! Фигурка, попка-персик… Ну, смотрите, мне не жалко… Та-а-к… А теперь опять мою ориентацию обсуждают. И не надоело?

Ольга усмехнулась, направляясь к выходу из трюма. Ее чуткий слух улавливал самые незначительные звуки, недоступные слуху обычного человека. Пройдя через шлюз и оказавшись на борту "Персея" она отправилась в свою каюту, размышляя об услышанном… А может, всё — таки надо было пересилить себя, выйти замуж и жить "как все"? Потому только, что так "положено"? Ну и что это была бы за жизнь? Каждый день ломать саму себя, насилуя своё собственное Я? Нет! Ни за что! — в который раз говорила она себе. И тогда бы они никогда не встретились с Настей… Кто бы мог подумать — в огне войны… Каждый рейд может стать для нее последним. Но это ее работа, которую она умеет, и к тому же, неплохо умеет делать. Учителя были хорошие… Что тогда, что сейчас… Боишься ли ты смерти, Ольга? Сложный вопрос… Её не боятся только дураки и дети потому, что они не знают, что это такое. Сколько раз костлявая была рядом с тобой, сколько раз вы смотрели друг другу в глаза. Один раз она всё — таки настигла тебя… Но ты и тут сумела перехитрить её, "смертью смерть поправ", как сказано в Писании…

Войдя в свою каюту, Ольга по привычке глянула в зеркало. На неё смотрела стройная черноволосая женщина с зелеными глазами, облаченная во флотский мундир. Она всегда следила за своей внешностью не зависимо от того, где находилась и была ли на ней в этот момент военная форма, или гражданская одежда. Женщина должна всегда оставаться женщиной — это была ее крылатая фраза.

Подойдя к рундуку, достала пакет с заранее приготовленными вещами. Этот вопрос они специально обсуждали с адмиралом и их "инквизитором" — начальником службы безопасности полковником Детмерсом. Оба идею одобрили. На выполнение задания она полетит в гражданской одежде. Если её машина будет сбита и придётся совершить посадку на вражеской территории, то в гражданской одежде будет проще скрыться.

Хоть это и противоречит какой-то конвенции, но кто сейчас соблюдает эти конвенции. Они вообще принимаются людьми, далёкими от войны. Детмерс по своим каналам раздобыл специально для неё импортные вещи, где абсолютно всё, вплоть до трусиков, лифчика и колготок было изготовлено далеко за пределами Федерации. Ничто не должно говорить о её принадлежности к Федерации вообще и к Военно — Космическому Флоту в частности. Пора было переодеваться. Сбросив с себя всё до последней нитки и убирая форму в рундук, взгляд Ольги опять упал на зеркало.

— Да-а-а… Всё-таки, Оля, красивая ты баба… Недаром мужики западают…Глянув в зеркало на своё тренированное, c грацией пантеры, слегка загорелое тело, она усмехнулась.

— Э-э-х, ребятки-и-и, знали бы вы… Фигурка, мордашка, ножки, попка — персик… Если рассказать, точно подумают, что у командира авиаэскадры крыша поехала. На почве переутомления… А может, еще чего — нибудь. Поэтому, все должно остаться тайной. Для всех и навсегда… Решив пока не одеваться, Ольга подошла к койке и нырнула под одеяло. Пилоту перед полётом положен отдых. Хоть заснуть всё равно не удастся, отдохнуть всё-таки надо.

Вскоре она должна занять место в кабине своей "Ведьмы". Почему же, однако, так тоскливо на душе? Гложет предчувствие беды.

Думай лучше о выполнении задания! — говорила она сама себе. Но за нахлынувшими воспоминаниями думать о предстоящем рейде не получалось…

Глава 2

Лампочка аварийного освещения под подволоком уже еле-еле светилась. Заряд аккумуляторов подходил к концу. Старший офицер подводной лодки "Барс" лейтенант Верещагин сидел на ящике с инструментами возле кормового торпедного аппарата и стучал молотком в железный борт субмарины. "Барс" лежал на глубине около сорока метров на дне Балтийского моря. Лейтенант был один единственный в кормовом торпедном отсеке лодки, кто остался более-менее цел после того, когда страшный удар словно подбросил субмарину и она, погрузив нос, стала с большим дифферентом проваливаться на глубину.

Сначала ничто не предвещало беды. Пять дней назад они вышли из Гельсингфорса и заняли позицию на выходе из Ботнического залива в Балтийское море возле Аландских островов. Был сентябрь 1916 года, в Европе полыхала война.

Согласно полученной информации, немецкие транспорты совершали регулярные рейсы из шведского порта Лулео в Ботническом заливе, доставляя в Германию железную руду.

Именно перехват таких судов и был заданием подлодки. Два дня назад им удалось уничтожить один немецкий пароход, а затем начались проблемы. Вышел из строя левый дизель. Как ни пыталась машинная команда устранить поломку на месте, ничего не получилось. Оставаться с одной машиной в водах, контролируемых противником, опасно.

Командир доложил в штаб и был получен приказ возвращаться. Старший офицер совершал ежедневный обход корабля, когда неожиданно прогремел взрыв. Скорее всего, "Барс" подорвался на мине, которыми к тому времени было усеяно Балтийское море.

Некоторые мины срывало с якорей, и они начинали свой дрейф в зависимости от ветра и течений. Когда палуба лодки вздыбилась от взрыва, все, находящиеся в кормовом торпедном отсеке, попадали с ног. Минному офицеру мичману Акинфиеву можно сказать, "повезло". Он умер сразу, ударившись при падении виском об острый выступ торпедного аппарата. Двое матросов минеров, занятых до взрыва обслуживанием торпеды, имели множественные переломы и находились без сознания. Минный унтер-офицер Максимов пострадал меньше но, похоже, у него было сломано ребро, так как малейшее движение причиняло ему резкую боль. Лейтенант отделался только ссадинами и ушибами. Спустя небольшое время после взрыва он ощутил толчок, и лодка стала выравниваться — "Барс" лег на грунт. Глубина в этом месте была небольшой, иначе прочный корпус лодки был бы уже раздавлен давлением воды. Придя немного в себя, лейтенант осмотрел отсек. Лодка лежала на ровном киле с небольшим креном на правый борт.

Все незакрепленные предметы были сорваны со своих мест. Кое-как уложив раненых, старший офицер подошел к люку в переборке между торпедным отсеком и смежным с ним машинным отделением. По всему периметру люка просачивались тонкие струйки воды. Это означало одно — соседний отсек затоплен и они отрезаны от остальных.

— Что же теперь будет, Ваше благородие?

Слова давались унтер — офицеру с трудом, и лейтенант постарался успокоить раненого.

— Ничего, братец, выкрутимся! Переборка воду держит, до Гельсингфорса недалеко, нас должны были заметить. Будем стучать в борт, чтобы водолазы услышали и знали, что мы живы. Нас обязательно спасут!

Взяв в руку молоток, он начал методично стучать по стальной обшивке. В душе лейтенант знал, что надежды на спасение практически нет. По той тишине, которая стояла на лодке, было ясно, что, скорее всего, все остальные отсеки затоплены и никого в живых там не осталось. Он сказал это только для того, чтобы подбодрить раненого. Каким — то чудом переборка между машинным отделением и кормовым отсеком выдержала, но это означало одно — что они погибнут не сразу, а спустя какое — то время, когда закончится кислород в воздухе. Альтернативы просто не было. Если бы взрыв произошел вблизи порта, и были сразу же начаты спасательные работы, тогда ещё была бы какая — то надежда. А так… Лейтенант продолжал стучать молотком. Иногда он прерывал это занятие и прислушивался к звукам за бортом, но всё было тщетно. Скорее всего, никто не видел гибели лодки, а если и видел, то рассчитывать на скорое проведение спасательных работ в открытой части моря, при угрозе появления германского флота, было просто нереально.

Время от времени он поднимался и делал обход отсека. Вода пребывала медленно, кислород в воздухе должен был закончиться значительно раньше.

Дышать становилось все труднее и труднее. В один из обходов лейтенант обнаружил, что оба матроса уже умерли. Скорее всего, от болевого шока.

— Ну как ты, братец? — спросил он унтер — офицера, подойдя к нему.

— Плохо, Ваше благородие… В груди просто, как огонь жжёт…

— Ну, ничего. Держись! Я думаю, нас скоро найдут!

Снова и снова, он то прислушивался к звукам за бортом, то продолжал стучать. Это было единственное, что он мог ещё предпринять в данной ситуации. Вскоре Максимов застонал, из его груди вырвался хрип. Подойдя к унтер — офицеру, лейтенант понял, что остался один. Закрыв ему глаза он, отойдя назад к торпедному аппарату, горько вздохнул.

— Эх, "барсик", "барсик"… Что же ты так… Лейтенант очень любил свой корабль и относился к нему, как к живому существу… Между тем, силы убывали. Лейтенант все чаще делал передышки, вслушиваясь в окружавшую его тишину, нарушаемую только звуками просачивающейся воды из смежного отсека. Он не знал, сколько прошло времени с момента гибели лодки. Его часы разбились при падении. Можно, конечно, было бы посмотреть, уцелели ли часы мичмана Акинфиева, но сразу он не догадался этого сделать, а теперь уже просто не было сил. С трудом удерживая в руках молоток, лейтенант с упорством обреченного продолжал стучать.

Кислород подходил к концу. Офицер пытался вздохнуть, но в отравленной атмос-фере отсека дышать было практически нечем. Один раз ему в голову пришла пакостная мыслишка: "Зачем ты всё это делаешь, Николай? Ведь ты же прекрасно знаешь, что обречен. Никто не придёт к вам на помощь. Зачем тебе лишние страдания, когда конец все равно один? Ведь у тебя есть браунинг. Не проще ли покончить со всем сразу, чтобы избежать ненужных и бесполезных мучений?" Но он тут же отогнал её прочь. Он будет бороться до конца…

Отсек всё больше погружался в темноту. Тусклый свет отражался от золотых погон на плечах лейтенанта, но был уже не в силах разогнать мрак. Старший офицер прилагал все силы к тому, чтобы не потерять сознание, ибо понимал — в этом случае конец.

Передохнув и прослушав обстановку за бортом, он опять взялся за молоток, хотя уже еле — еле удерживал его в руке. Дышать было нечем… Неожиданно ему показалось, что в отсеке стало светлее. Удивленно подняв глаза, лейтенант увидел, как в самом центре отсека появился сгусток белого света. Он увеличивался в размерах и, вытянувшись по высоте, принял очертания человеческой фигуры, облаченной в какую-то длинную, ниспадающую складками одежду. Лицо незнакомца было трудно разобрать из — за постоянно проходящим по его фигуре волнам света.

— Ну вот, уже и галлюцинации начались, — подумал лейтенант. Он не испугался. От парившей в центре отсека фигуры не исходило агрессии, а наоборот, исходило какое — то чувство умиротворенности. Какое — то время они молча смотрели друг на друга.

— Твой жизненный путь подходит к концу, Николай, — неожиданно подал голос незнакомец. Звука не было слышно, но лейтенант ясно слышал его голос в своем мозгу.

— Кто ты?

— Ты не поймешь. Чтобы тебе было понятнее, считай меня своим Ангелом — Хранителем…

— Что тебе нужно? Я уже умер? — слова еле слетали с губ офицера, но незнакомец его по нимал.

— Нет, ты ещё жив. Я давно смотрю за тобой. Скажи мне, зачем тебе это нужно? Ты изо всех сил цепляешься за жизнь, хотя прекрасно понимаешь, что никто тебя не спасёт.

Все твои товарищи мертвы и надежды на помощь нет. Ведь у тебя есть оружие, и ты можешь в один момент прекратить свои мучения. Вместо этого ты продолжаешь терпеть невыносимые страдания, понимая, что это совершенно бессмысленно. Почему?

— Потому, что я люблю жизнь и никогда не откажусь от нее. Мне очень тяжело сознавать, что это конец. Ведь жизнь — это самое ценное, что есть в мире…

— Но ведь ты видишь, какой бывает жизнь. Ты воин и ты много раз видел кровь и смерть. Неужели, ты не хочешь забыть всё это?

— Нет, не хочу… Я хочу жить и помнить…

Незнакомец внимательно смотрел на лейтенанта и молчал. По нему было ясно, что он обдумывает что — то очень важное. Наконец, принял решение.

— Что ж, это похвально. Твое желание исполнится, Николай. Ты достоин жить. И ты будешь помнить все. Покойся с миром, храбрый воин. Твоё время скоро придет.

Фигура незнакомца потускнела и растаяла в воздухе. Отсек снова погрузился во тьму. В тот же миг молоток выпал из ослабевшей руки, и голова лейтенанта упала на грудь. Всё было кончено. "Барс" принял свою последнюю жертву. Больше на борту подлодки не осталось живых…

Глава 3

— Пульс и дыхание в норме, давление в норме, сознание восстановлено! — неожиданно донеслось до слуха Николая. Он с трудом открыл глаза. Голова сильно болела, во рту был металлический привкус но, тем не менее, свежий живительный воздух, совершенно не похожий на отравленный воздух подлодки омывал его лёгкие.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил его кто — то в белой маске, закрывавшей лицо.

Николай про себя отметил, что разговаривают по русски, значит он у своих. Непонятно только где — в Гельсингфорсе, или другом месте? Получается, их всё — таки спасли?

— Голова страшно болит, — еле выдавил из себя Николай и не узнал своего голоса.

— Ты помнишь, что с тобой случилось?

— "Барс", скорее всего, подорвался на мине… Я был в кормовом торпедном отсеке во время взрыва… — У неё бред. Какой — то барс, мины… Пускай поспит ещё! — раздался тот же голос и сознание Николая помутилось.

Николай проснулся и понял, что лежит в постели, укрытый одеялом. Голова больше не болела, во всем теле чувствовалась лёгкость, только очень хотелось есть. Сколько же он был без сознания и кто всё — таки вытащил его на поверхность? Есть ли ещё кто — нибудь среди спасенных? Ответ можно получить, только когда придет кто — то из врачей. В том, что он находится в госпитале у своих, Николай не сомневался.

Открыв глаза, он увидел, что находится в небольшой комнате, ярко залитой солнечным светом. Обстановка была совершенно незнакомой. Просторная широкая кровать, на которой он лежал, находилась в углу, невысоко возвышаясь над полом. Одну из стен комнаты почти целиком занимало огромное окно, через которое был виден начавший желтеть осенний лес. В другом углу стоял стол с какими — то непонятными приборами и ещё один стол с парой стульев стоял под стенкой. На одной из стен висело зеркало. Не смотря на то, что окно было закрыто, воздух был удивительно чистым и свежим.

В голове Николая пульсировала мысль, не дававшая покоя. Что — то показалось ему странным в речи доктора, когда он очнулся в первый раз… Николай усиленно напрягал память, благо, голова была уже ясной, и тут он вспомнил: "У неё бред…".

У кого "у неё"?! Руки Николая лежали поверх одеяла, он поднес их к лицу и… не узнал. Маленькие ладони с длинными тонкими пальцами с остатками маникюра на ногтях…На левой руке был надет браслет из какого — то неизвестного материала.

Николай в ужасе подскочил на кровати и отбросил одеяло. На нем была длинная рубашка с короткими рукавами из мягкой белой материи, внешне напоминающая женскую ночную сорочку. Стащив рубашку через голову, он оторопело уставился на своё тело. Несомненно, это тело девушки, даже скорее девочки с тонкой талией, стройными ножками и уже сформировавшейся грудью…

— Бред!!! Вот это уж точно бред!!! — сказал сам себе Николай. Он встал с кровати и, как был, голышом и босиком отправился к зеркалу.

— Бред! Этого просто не может быть! — повторял он себе. Из зеркала на него смотрела зеленоглазая девчушка четырнадцати — пятнадцати лет с копной всклокоченных чёрных волос.

— Очевидно, я сплю! — подумал он, закрыв глаза и ущипнув себя за руку надеясь, что видение исчезнет. Но ничего не изменилось. Из зеркала на него по — прежнему смотрели удивленные зеленые глаза на девичьем лице.

— Но как это могло случиться?! Этого же не может быть потому, что не может быть никогда!!! Уже само по себе удивительно, как меня смогли вытащить из лодки на поверхность. И каким образом я — взрослый мужчина, офицер русского флота, превратился в какую — то гимназистку?!

Внезапно раздался звук открывшейся двери. Николай обернулся и увидел вошедших в комнату мужчину и женщину в белых халатах. Женщина была уже в возрасте, хотя по её стройной фигуре сказать этого было нельзя. Мужчина был гораздо моложе.

— Оленька, как ты себя чувствуешь? Как ты нас напугала! — женщина подошла к Николаю и, обняв его за плечи, прижала к себе.

— Простите, я Вас знаю? — только и смог выдавить из себя он, не узнавая собственного голоса.

— Оленька, ты меня не помнишь? Я же твоя бабушка — Анна Андреевна Шереметьева, а ты моя внучка Оля! Неужели не помнишь?

— Н-н-нет… Не помню…

— А ты помнишь дедушку? Помнишь, что с тобой случилось?

— Нет. Ничего не помню…, - сказал Николай, а сам подумал: "Если я сейчас скажу, что я — лейтенант Николай Верещагин, меня точно упрячут в сумасшедший дом. Придётся симулировать полную потерю памяти".

— Барышня, простите, Вам не холодно? — кашлянув, подал голос мужчина.

Николай только тут вспомнил, что стоит нагишом.

— Ах да, простите… — сев на кровать, он одел рубашку.

— Ты что — нибудь помнишь, Оля? Кто ты, откуда? — спросил мужчина, оказавшийся врачом.

— Нет, ничего не помню… Сколько времени я был…ла без сознания?

— Ты пробыла в коме три дня. Сейчас, слава богу, уже всё позади. Всё обошлось. У тебя нет никаких неприятных ощущений?

— Нет, я хорошо себя чувствую, только есть очень хочу…

— Ну, тогда всё нормально! Отдыхай, набирайся сил. Ты пробудешь в клинике какое — то время, нужно провести ряд обследований, чтобы быть абсолютно уверенным. А потом отправишься домой к бабушке с дедушкой.

— Простите, доктор, а какое сегодня число?

— Пятое сентября.

Ерунда какая-то… Ведь мы вышли из Гельсингфорса седьмого сентября, — подумал Николай. Неожиданно смутное подозрение закралось в его голову:

— А год?

— Две тысячи триста шестнадцатый.

Комната поплыла перед глазами. Последнее, что он увидел, это доктор, рванувшийся к нему.

Николай лежал на кровати и смотрел в потолок. Произошедшее не укладывалось в сознании. Он — старший офицер подводной лодки "Барс", лейтенант Николай Верещагин, оказался в теле какой — то Оли Шереметьевой во времени, отстоящем от его жизни на четыреста лет вперёд… Получается, никто его не спасал и он умер тогда от удушья в торпедном отсеке лодки? Но, как тогда он мог оказаться здесь? В этом времени и в этом теле? Он не помнил абсолютно ничего, что произошло с ним, вернее с Олей Шереметьевой. По словам врачей, у него было сильное поражение электрическим током. У него даже была остановка сердца, и врачи сами удивлялись, как им удалось его спасти, говоря в один голос.

— Значит, теперь долго жить будешь!

Так вот, что имел ввиду Хранитель…, - пришло ему в голову. "Твоё желание исполнится… Твоё время скоро придёт". Получается, ему подарили вторую жизнь?

Невероятно…Как бы там ни было, а надо адаптироваться в этом мире. Естественно о том, кто он есть на самом деле, Николай говорить не собирался. Даже если ему поверят и не упрячут в дурдом, ему уготована роль подопытного кролика. Все учёные мужи слетятся, как вороньё на падаль чтобы доказать, что это невозможно и у девочки, на самом деле, редкая форма амнезии с появлением ложной памяти. Такой судьбы для себя он не хотел. Значит, остаётся одно — играть дальше роль девочки Оли, которая в результате несчастного случая полностью потеряла память. Благо, он уже знал, как его зовут и что у него есть любящие бабушка и дедушка.

Следующие дни прошли однообразно. Николая обследовали какими — то приборами, ни назначения которых, ни даже названия он не знал. Абсолютно всё было в диковинку и он открывал для себя новый удивительный мир. Оказывается в палате, где он лежал, имелась информационная система, при включении которой прямо на стене возникало объёмное изображение. Управление было очень простым, и он часами просматривал передачи новостей, различные фильмы и программы. Он удивлялся, как далеко ушло человечество вперед за четыреста лет. Конечно, очень многое было не понятно, но и того, что понимал Николай, хватало, чтобы поразить воображение.

Он уже познакомился со своими бабушкой и дедушкой, узнал о произошедшем с ним несчастье. Врачи не находили никаких изменений но, тем не менее, продолжали исследовать его на все лады, не теряя надежды досконально разобраться в таком удивительном случае. Особых хлопот это Николаю не доставляло, и он с нетерпением ждал, когда же его, наконец, отпустят домой. Он уже перезнакомился со всем медперсоналом, у него появились подруги среди медсестёр. Каждый по мере возможности старался помочь ему вернуть память, но всё было тщетно. Николай не помнил ничего.

Первые неприятности начались на восьмой день его заточения. Когда Николай сидел и смотрел программу новостей, в палату вошла дежурная медсестра Ира — молодая девушка лет двадцати пяти, весёлая хохотушка, с которой у Николая сразу сложились приятельские отношения.

— Оля, пойдём, тебя гинеколог посмотрит!

До Николая не сразу дошёл смысл сказанного. Причём тут гинеколог? А когда дошёл… В принципе он знал, чем занимаются гинекологи, но чисто теоретически. Теперь предстояло опробовать всё на личном опыте. До сих пор в этой новой жизни для него было самым большим неудобством то, что все свои вопросы в туалете надо было решать сидя, но с этим он как — то смирился… — Пойдём, пойдём! Марк Соломонович уже ждёт! — торопила Ира.

С настроением приговорённого к казни, Николай пошёл следом за медсестрой.

Со страхом переступив порог гинекологического кабинета, он замер.

— Проходи, Оленька, проходи, не бойся! — пророкотал басом какой — то мужик в белом халате, натягивая на руки перчатки.

— Проходи, присаживайся! Ножки вот сюда, — показал он на какое — то странное сооружение в центре кабинета.

Николай залез, раскинув ноги и выставив на всеобщее обозрение свои прелести.

Подняв рубашку, врач внимательно ощупал грудь и живот, приговаривая:

— Так-с… Тут у нас всё хорошо… Оленька, ничего не беспокоит? Как у нас с мальчиками?

— Марк Соломонович, она же ничего не помнит, — сказала Ира.

— Ах, да! Конечно, конечно…Ну, ничего страшного! Это поправимо. Сейчас медицина такие чудеса творит! Оленька, не пугайся, я тебя сейчас вот здесь посмотрю. Больно не будет… О-о-о, всё хорошо! И с мальчиками у нас полный порядок! Ирочка, значит, полное обследование. Подготовьте Оленьку. Всё, Оленька, можешь вставать.

Выйдя из кабинета, Николай перевёл дух. Оказывается, не так уж и страшно… Однако вечером, когда он попытался поужинать, ничего не получилось. Еда подавалась в палату с помощью автоматического лифта, вмонтированного в стенную нишу.

Кормили, кстати, очень вкусно. Достаточно было нажать на кнопку, и обеспечивалась подача завтрака, обеда и ужина. Однако сейчас, сколько Николай не нажимал на кнопку, лифт не работал.

Сломался, что ли? — подумал он и собрался пойти сказать медсестре.

Однако Ира опередила его, войдя в палату.

— Оля, пойдём подготовочку проводить.

— Какую подготовочку? И почему ужина нет? — не понял Николай.

— А тебе сегодня не положено. У тебя же завтра утром обследование у гинеколога.

— Так ведь меня сегодня уже смотрели?

— Не-ет, Оля! Это был просто внешний осмотр. Для Марка Соломоновича, правда, и этого достаточно. Он своим рукам верит больше, чем аппаратуре. Руки у него и впрямь зо- лотые, с самыми сложными случаями к нему везут. Но аппаратное исследование он сделать обязан, поэтому завтра он тебе его и сделает. Ладно, хватит болтать, пойдём подготовочку проведём…

— Ира, а что это за обследование? И что за подготовочка?

— Оля, ты что, и вправду не помнишь?! Я в твоей карте смотрела, тебе ведь уже делали.

— Нет, ничего не помню.

— Ладно, расскажу. Подготовочка — это клизма. Так её у нас все девки называют. Её обязательно перед обследованием делают…

— Зачем?!

— А-а-а! Похоже, начинаешь вспоминать! Прогресс налицо! Дело в том, что сейчас гине кологическое обследование у женщин совмещено с проктологическим. Вводятся два сканера, вагинальный и ректальный в виде гибких стержней, а третий сканер, в виде пластины, помещается над животом. И все твои женские дела как на ладони, обследуется вся тазовая область. Диагностика стопроцентная. Делают всем женщинам и девушкам с четырнадцатилетнего возраста не менее трёх раз в год, но можно и чаще. Девушкам, естественно, вводят только один — ректальный сканер, то есть в попку. Результат получается менее точный. Но у тебя мальчики уже были, поэтому тебе сделают полное обследование. А насчёт подготовки — содержимое кишечника создаёт сильные помехи работе сканеров, поэтому перед обследованием есть нельзя и обязательно ставят клизму утром и вечером.

Ну, попал!!! И получается, теперь это будет постоянно?! Николая аж передернуло.

Но вслух спросил.

— Ира, а без этого никак нельзя?

— Не-е-е, подруга, нельзя! Родилась девкой — получай всё, что к этому причитается! Уж такая наша бабья доля, чтобы нам в наши дырки постоянно что — нибудь вставляли… Да ты не бойся, там всего — то на двадцать минут делов! Никто ещё от этого не помер!

Заведя Николая в комнату, где он ещё не был, Ира махнула ему рукой на кушетку и сказала:

— Давай, Оля, ты пока ложись, а я всё приготовлю…

— Ира, слушай, а это не больно?

— Что, клизма?! — прыснула со смеху медсестра.

— Да нет, это самое обследование…

— А-а, нет. Не больнее двойного проникновения. Некоторым даже нравится… — Чего — чего двойного?

— Проникновения. Это когда занимаешься вагинальным и анальным сексом одновременно.

— Чем занимаешься?! — оторопев, спросил Николай.

— Вагинальным и анальным сексом одновременно. С двумя парнями.

— Как?!

— То есть как — как?! С двумя парнями. В киску и в попку одновременно… Оля, ты что, даже не помнишь что такое секс?! — изумлению Ирины не было границ.

— Н-нет…

— Ой, как всё запущено-о-о… Вот это тебя долбануло… Азбучные истины забыла… Тут, подруга, в двух словах и не расскажешь… Ладно, давай так сделаем. Ты у меня сегодня на процедуры последняя, сейчас тебя обработаю, и как свои дела сделаешь, приходи ко мне на пост, поболтаем. Просвещу тебя по вопросам половой жизни.

Давай, ложись! Не забыла, как? О-о-о!!! Ты смотри, вспомнила! Я же говорила, прогресс налицо! Память возвращается! Так, Оля, не за — жи- май- ся… Вот так… И вообще, я тебе скажу, что двойное проникновение — классная вещь! Можешь мне поверить…

Слова сыпались из Ирины, как из рога изобилия. Видать, она очень хорошо разбиралась в этом вопросе. Николай слушал более — менее спокойно, пока не услышал.

— … а вот во время месячных лучше обойтись только анальным сексом. Тоже, скажу тебе, очень прикольная штука!

Господи, как я мог забыть!!! — взвыл про себя Николай, скрипнув зубами. У меня же ещё и месячные впереди!!!

Поздно вечером, уже лёжа в постели, Николай снова смотрел в потолок и думал. Ирина только что, прочла ему длинную лекцию по искусству любви. Видать, этот вид искусства её очень интересовал, и она в нём прекрасно разбиралась. Сам не являясь ханжой, признавая в постели всё, что нравится обоим, Николай, тем не менее, был поражен познаниям Иры и почерпнул для себя много нового и интересного. С огромным интересом слушая и спрашивая непонятные вещи, он как то позабыл, что находится сейчас, так сказать, по другую сторону баррикад. Отрезвила его последняя фраза:

— Ладно, Оля. Поздно уже. В следующее дежурство побеседуем, вижу, что тебе и правда интересно. А сейчас иди спать, я тебя утром рано подниму.

Ох, и влипли Вы, Ваше благородие, господин лейтенант! Ох, и влипли!!! Это раньше Вы имели дам-с во все имеющиеся отверстия, даже не подозревая, что Вы, оказывается, занимались сексом! Причём и Вам и Вашим дамам это жутко нравилось. А теперь во все эти отверстия будут иметь Вас, так как Вы, господин лейтенант, уже и не лейтенант вовсе, а барышня! А барышне по чину положено, чтобы её во все эти отверстия имели… При помощи этого самого секса. Вместе с двойным проникновением… А завтра Вам загонят в задницу и в эту, как её, "киску" (слово то какое!) два каких — то дрына и будут это делать регулярно с завидным постоянством несколько раз в год…

А всё — таки ты свинья, — немного подумав, сказал он сам себе. Тебе сделали подарок, который не был в состоянии сделать даже сам государь император… Подарок, который не смогли бы сделать все государи мира, вместе взятые… Тебе подарили Жизнь! Новую Жизнь!!! Ты уже забыл, как задыхался в отравленном воздухе лодки?! Ты уже забыл, как на твоих глазах умирали твои боевые товарищи?! Живи и радуйся жизни! За себя и за всех тех, кто нашел себе могилу на дне Балтики.

За тех, для кого их корабль превратился в саркофаг… И каким мелким выглядит по сравнению с этим все эти обследования, разные сексы и прочее… Николай лежал и думал. Всё — таки, Ваше благородие, Вам придётся привыкать к жизни в этом теле, в совершенно новом для себя качестве. Сейчас перебирая в памяти всё, чему его научила Ира, он подумал, а не попробовать ли прямо сейчас? В конце концов, сейчас это его тело и ему в нем жить… Надо же узнать его получше. И почему бы не доставить этому телу маленькие радости? Ирина научила его массе различных приёмов. Как заниматься сексом с парнями, с девушками (оказывается, сейчас к этому относились совершенно нормально!), а также, сама с собой. Сейчас под рукой ничего не было. Так почему бы не использовать приём "умелые ручки"?.. И шаловливые девичьи пальчики скользнули вниз… Это было незабываемо!!! Такого он не испытывал ещё никогда! Все его предыдущие ощущения, не смотря на богатый опыт в прошлой жизни, померкли перед этим ураганом страсти… Рано утром, когда Ирина пришла его будить она, как всегда, сразу подошла к аппаратуре, стоявшей на столе.

— Ого, Оля! Ну, ты даёшь! Решила сразу попробовать "умелые ручки"? Молодчина! И подумать только, пять раз!!! Ох, и горячая ты девка! Счастлив будет тот парень, которому ты достанешься!

— Но как ты узнала?! — Николай залился краской по самые уши.

— Так это же очень просто! Видишь у себя браслет на руке? Это сканер с кучей датчиков, которые непрерывно регистрируют все параметры твоего организма двадцать четыре часа в сутки даже, когда ты спишь. Все данные подаются вот на этот терминал, который их обрабатывает и хранит в своей памяти. Получается непрерывная картина работы твоего организма в режиме реального времени. Видишь вот эти пять пиков на экране? Это соответствует пяти оргазмам, причём очень мощным, полученным за небольшой промежуток времени. Я такие редко видела. Наградила тебя природа таким даром, радуйся!

А вот здесь видно, когда ты заснула… Да не тушуйся ты так, Оля! Ирина смотрела с улыбкой, нисколько не осуждая.

— Ведь это совершенно нормально! Врачи даже сами рекомендуют снимать напряжение, чтобы не было застойных явлений. У нас все девки так делают, которые здесь лежат. Другой вопрос, что большинство раз, максимум два и сразу на боковую, а ты пять! Это, Оленька, дар божий! Повезло тебе. Ладно, пойдем клизму ставить…

Близился день выхода из клиники. Врачи так и не смогли найти научного объяснения этому уникальному случаю. Здоровье Николая было в норме, никаких необратимых изменений не обнаружено, но память попрежнему не возвращалась. Всё, что он знал об окружающем мире, он узнал здесь. Наконец врачи решили отпустить его домой надеясь, что при попадании в знакомую обстановку память к девочке должна постепенно вернуться.

Незадолго до выписки Николай попросил принести ему каких — нибудь печатных изданий, в том числе и женских журналов. Благодаря информационному телевидению он уже много знал о современной жизни, но был один вопрос, к которому он абсолютно не был готов.

Женская одежда. По своему прошлому опыту он прекрасно помнил, скольких трудов ему стоило, особенно на первых порах, помочь дамам разоблачаться и что в обилии тряпок очень легко было запутаться. До сих пор в клинике всей его одеждой были ночная рубашка и халатик. Весь женский медперсонал ходил исключительно в белых халатах. То, что он видел на экране, давало, конечно, какое — то представление о том, что сейчас носят женщины, но этого было мало.

— Вот будет номер, если я не смогу самостоятельно одеться! — думал Николай. Этим можно сразу привлечь внимание, а ему необходимо соблюдать своё инкогнито. Поэтому он усердно штудировал помимо всего прочего и специальные женские издания. Смотрел, как выглядят сейчас дамские туалеты и нижнее бельё, запоминал названия деталей одежды. Язык к счастью за четыреста лет изменился мало. Были изменения в орфографии, но смысл был понятен.

И вот, наконец, настал этот долгожданный день. Николаю уже надоело сидеть в четырёх стенах. Он попрощался со всеми своими знакомыми, которые окружали его всё это время. В день выписки опять дежурила хохотушка Ира. Зайдя в палату и положив на стол прозрачный пакет с одеждой, сказала:

— Ну, вот и всё, Оля! Расстаёмся. Смотри, не попадай больше к нам. Давай, одевайся.

Тебя там уже дедушка с бабушкой в приёмном отделении ждут.

Ира вышла, оставив Николая одного. Николай развернул пакет и начал разглядывать свою новую "форму одежды".

Миниатюрные узенькие кружевные трусики из неизвестного полупрозрачного материала, такой же лифчик, юбка неимоверно короткой длины — как хорошо, что он заранее ознакомился с тем, что его ожидало. Трусики проблем не вызвали, хотя Николая поражало, как же в этом можно ходить?! Ведь, практически, вся задница снаружи! Серьёзной проблемой оказалась застёжка лифчика. Как он не изворачивался, никак не удавалось её застегнуть. До сих пор ему приходилось только расстегивать дамские наряды… В конце концов, изрядно намаявшись, он надел лифчик задом наперед, застегнул застёжку и перекрутил его в нормальное положение. Вроде, получилось! Вторым камнем преткновения стали колготки. Николай крутил их в руках, недоумевая, как же этот тончайший, невесомый, почти прозрачный материал может защитить от холода? И как натянуть на ноги столь хрупкую на вид конструкцию и не порвать? За этим занятием его и застала Ира.

— Ну что, Оля, ты скоро?

— Да вот не пойму, как же это надеть, — вынужден был признать Николай.

— Оля, ты что, забыла, как колготки одевать? Ну, ты даёшь, с тобой не соскучишься! Как — то интересно к тебе память возвращается: как клизму ставят, помнишь, а как колготки одевать — нет! — хохотнула медсестра.

— Вот, смотри сюда! Собираешь одну половинку до самого кончика и натягиваешь на одну ногу почти до самой киски. Потом собираешь также вторую половинку и натягиваешь на вторую ногу. А затем уже дотягиваешь до талии. Поняла? Давай, действуй!

Под чутким руководством Ирины процесс пошёл гораздо легче. Юбка, свитер, туфельки и курточка затруднений не вызвали. Проводив Николая до выхода, где его уже ожидали бабушка с дедушкой, медсестра попрощалась.

— В добрый путь, Оля! Рада была с тобой познакомиться. Чует моё сердце, что интересная и долгая у тебя жизнь будет, раз из такой передряги выпуталась.

Обнявшись с дедушкой и бабушкой, Николай впервые вышел за порог клиники и остановился. Осень уже вступила в свои права. Его окружили запахи осеннего леса. Прохладный ветерок шевельнул волосы, обдав свежестью.

— Господи, поддувает — то как снизу! — промелькнуло в голове.

Закрыв глаза и вдохнув пряный лесной воздух, Николай подумал.

— Всё, пора перестать жить прошлым. Надо привыкать к этой жизни в этом времени, и в этом теле. Пора признать, что лейтенанта Николая Верещагина больше нет. Он навсегда остался в пучине моря, разделив судьбу своего корабля. Теперь есть пятнадцатилетняя взбалмошная девчонка Оля Шереметьева, которая, тем не менее, никогда не забудет, кто она есть на самом деле… Как не забудет она и всех тех, кто навсегда остался в глубинах Балтики… Открыв глаза, и глубоко вдохнув прохладный осенний воздух, Николай… нет, Оля шагнула в новую жизнь.

Глава 4

Автомобиль заложил вираж и мягко приземлился на площадку возле двухэтажного коттеджа. Они летели больше часа над лесным массивом, ибо клиника, где лежала Оля, находилась посреди лесов Карельского перешейка, вдали от города. Оле доводилось летать несколько раз раньше, когда её прежние друзья — летчики морской авиации покатали её на аэроплане над Финским заливом… В первый раз она толком ничего не смогла рассмотреть, переживая сам факт "воздушного крещения". В следующем полёте она уже различала береговую линию, военные корабли и торговые суда на серо — свинцовой поверхности Балтийского моря. Она прекрасно помнила грохот поршневого бензинового мотора и ветер, продувающий открытую кабину аэроплана насквозь. Как давно это было… Сегодняшний полёт абсолютно не был похож на все предыдущие. Закрытый сверкающий аппарат с удобным салоном даже отдаленно не напоминал те автомобили и аэропланы, которые помнила Оля.

Машина мягко коснулась колёсами бетонной площадки и замерла. Все вышли наружу и бабушка махнула рукой.

— Ну, вот мы и дома, Оленька! Ты ничего не вспоминаешь? Вот наш дом, в котором мы живем.

Перед ними был большой двухэтажный коттедж, стоящий в окружении деревьев. Рядом справа и слева располагались и другие похожие коттеджи. Это был жилой посёлок недалеко от Петербурга. Дедушка же не стал задерживаться.

— Пошли уже домой. Девочка, наверное, проголодалась. Ведь сколько времени на казённых харчах…

Ни вид дома, ни окружающей местности не навеяли никаких воспоминаний. Оля понимала, что она никогда не была здесь раньше… Первое, что увидела Оля, войдя в дом, был большой пушистый чёрный кот. Каким — то одному ему известным чувством он знал, что приехали хозяева, и ждал под дверью.

Но, когда они вошли, кот неожиданно зашипел, прижал уши и приготовился удирать.

— Ой, какой котик! — Оля присела на корточки и попыталась погладить кота. Она очень любила животных и всегда находила с ними общий язык.

— Бабушка, как его зовут?

— Мурзик…

— Мурзик, ты меня не узнал? Иди ко мне… Оля протянула руку. Кот зашипел и поднял лапу, готовый к немедленному отступлению.

— Мурзик, ну что ты, не бойся! — продолжала разговаривать Оля с котом, стараясь не напугать животное. Она осторожно положила ладонь ему на голову и погладила мягкую шерсть. Кот, хоть всё еще и находился в состоянии повышенной боевой готовности, но шипеть перестал и попыток к бегству не предпринимал. Погладив так его некоторое время, Оля взяла кота на руки. Мурзик, наконец — то, перестал бояться и замурлыкал.

— Бабушка, дедушка, смотрите — Мурзик меня узнал! Оля обрадовалась. Но, подняв глаза, увидела недоумённые взгляды. Особенно, у бабушки.

— Я что — то сделала не так?

— Нет, что ты, Оленька! Всё так… Давайте садиться ужинать…

После ужина Оля ходила по дому, заходила во все комнаты, делая вид, что пытается что — то вспомнить. Дом был большой. Оля с интересом рассматривала незнакомую обстановку. За четыре века многое изменилось, но, кое — что оставалось прежним.

На втором этаже она нашла огромную библиотеку с сотнями томов. Здесь помимо художественной литературы были труды по космонавтике, истории, медицине и о многом другом. Оля уже знала, что её дедушка в прошлом — капитан торгового флота, не один десяток лет водивший по галактике транспортные корабли, а бабушка — профессор, доктор медицинских наук. Ей не докучали, дали побыть одной. Она понимала, сколько ей придётся теперь всего постигнуть, чтобы быть на уровне времени, в которое она так неожиданно попала.

Делать было нечего. Как это было ни прискорбно для Оли, а пришлось опять идти в школу. Если тебе всего пятнадцать лет, то альтернативы нет никакой. Однако, во пер- вых, до окончания школы оставалось не так уж и много — всего два года, а во вторых, Оля сама понимала, что для сегодняшнего дня её знаний начала двадцатого века явно маловато. В школе её ждали не очень приятные сюрпризы. Бабушка с дедушкой щадили её чувства и не рассказывали всего. Здесь же выяснилось, что, оказывается, Оля создавала для учителей большие проблемы до того, как с ней приключился этот несчастный случай. Каково же было всеобщее удивление, когда отпетая разгильдяйка неожиданно взялась за учёбу. Оля мобилизовала всю свою память, стараясь применить свои прежние знания, полученные в Морском Корпусе. И это у неё получилось. Оказывается, в Морском Корпусе учить умели. Если учесть, что раньше она в этой жизни успехами не блистала, никто ничего не заметил. Буквально через несколько месяцев она освоила школьную программу и начала поражать учителей своими знаниями. Особенно в технических дисциплинах и истории. Однако, никто не замечал за ней ничего необычного. Взялась девчонка за ум, и слава богу! Ей удавалось сохранить своё инкогнито. Бабушка и дедушка рассказывали о событиях, произошедших с ней раньше, пытаясь вернуть ей память. Кое — что Оле приходилось "вспоминать".

Только один раз Оля допустила ошибку. Оказалось, что её дед был страстным любителем истории и коллекционером старинного оружия. У него была собрана богатейшая коллекция, начиная от древних кремневых пистолетов и кончая вполне современными образцами. Оля, в своей прошлой жизни тоже не равнодушная к оружию, с интересом слушала рассказы деда и помогала ему, чем вызывала непомерное удивление бабушки.

Однажды дед принес домой очередную находку. Оля сразу узнала его. Старый знакомый… Дед, обрадованный появлением нового экспоната, довольно потирал руки.

— Так, Оленька! Сейчас залезем в каталог и всё — всё узнаем. Очень старая машинка, а посмотри, как сохранилась! Одного не пойму, как же здесь вставляется магазин?

Оля взяла пистолет в руки и чисто автоматически выдала:

— Немецкий пистолет "Маузер К-96", выпускался с 1896 года в различных модификациях и в двух калибрах. Это одна из первых моделей под модифицированный патрон 7,65 "Борхард", позже получивший обозначение 7,63х25 "Маузер". С появлением патрона 9х19 "Парабеллум" выпускался также и в этом калибре. Это первый самоза- рядный серийный пистолет и он не имеет отъемного магазина, как все последующие системы. Это, кстати, одна из причин, почему он так и не был принят на вооружение германской армией. Перезарядка и разборка осуществляется вот так…

И тонкие девичьи пальцы замелькали, умело, и аккуратно разбирая оружие. Дед ахнул.

— Оленька, откуда ты всё это знаешь?! Ведь этому пистолету четыреста лет!!!

Оля поняла, что попалась. Откуда школьнице двадцать четвертого века знать досконально устройство древнего оружия, которое знают даже далеко не все специалисты?!

Надо было срочно выкручиваться из этой ситуации, и она нашла выход.

— А я как раз недавно об этой системе читала, дедушка!

Прошло уже несколько месяцев, Оля привыкла к своей новой жизни. Дед с бабкой оказались очень хорошими людьми. В школе дела шли нормально, но появилась проблема, которую Оля не знала, как решить. В растущем девичьем организме вовсю играли гормоны. Практически все её сверстники уже крутили любовь во всех её проявлениях. Прием "умелые ручки" уже не спасал. В первое время, как только Оля приехала домой, она нашла в своей комнате в одном из ящиков шкафа большой арсенал "игрушек", про которые ей рассказывала Ира. С интересом разглядывая невиданные до сих пор диковинки, Оля решила в первый же вечер их опробовать. Лукаво глянув в зеркало, подмигнула сама себе.

— В конце концов, если я женщина, то чего мне теряться? Надо же когда — то начинать.

Теперь, Ваше благородие, господин лейтенант, привыкайте к мысли, что Вы больше не кавалер, а прекрасная дама! Сказал бы кто раньше… И не попробовать ли сразу это двойное проникновение? Ира его так расхваливала…

Вспомнив все наставления Иры, а также проштудировав кое — какие материалы самоcтоятельно, Оля решилась. Подготовка не заняла много времени, в ванной комнате она нашла все необходимое… Закрыв дверь комнаты, Оля выбрала два вибратора — один побольше, другой поменьше. Приглушив свет, начала осторожно ласкать свою грудь, опускаясь всё ниже и ниже… Её тонкие шаловливые пальчики уже имели кое — какой опыт… Наконец, приступила к главному… О-о-о!!! Это было что — то!!! Буквально с первых же секунд она поняла, насколько была права Ирина! Оказывается, жизнь в женском теле имеет не только одни сплошные недостатки!

Однако, "ручки" "ручками", "игрушки" "игрушками", а хотелось нормального, живого человеческого тела… В душе Оля понимала, что как ни крути, а эту проблему придётся решать. От того, что придётся пойти на контакт с парнями, её бросало в дрожь… Сколько раз она говорила себе, что ведь сейчас э т о в её положении совершенно естествено, ведь она женщина… Она даже пробовала встречаться со своими бывшими кавалерами… Ни к чему хорошему это не привело. Едва только мальчишки давали волю рукам, в душе бывшего офицера российского флота поднималась такая буря протеста и чувство брезгливости, что ни о каких дальнейших отношениях не могло быть и речи. Ведь в душе Оля оставалась такой же, как и четыреста лет назад. Её неудержимо тянуло к девушкам. Сначала она гнала от себя эти мысли, но потом, видя, что с парнями у неё всё равно никогда ничего путного не получится, решилась.

— В конце концов, что я теряю? Если так будет продолжаться и дальше, то ничем, кроме невроза, это не закончится… У меня личность взрослого нормального мужчины с нормальными для мужчины желаниями и стремлениями и тут я ничего не могу поделать… Видать, э т о было нужно, раз моя душа оказалась в теле девчонки. Что ж, пусть так… Но зачем ломать саму себя и насиловать своё собственное Я? В конце концов, даже в моей прежней жизни, на любовь двух женщин смотрели снисходительно… А сейчас это стало чуть ли не вариантом нормы…

И Оля стала обращать внимание на своих школьных подруг. Она сама удивлялась, что откуда — то у неё появилось обострённое чувство интуиции, и она решила применить его в данном случае… Одноклассница Вика давно нравилась ей, и по каким — то непонятным признакам Оля догадывалась, что и Вика не прочь познакомиться с ней "поближе". Они были подругами и часто беседовали на "эти" темы. Однажды Вика пригласила её домой, когда родители были в отъезде. Подруга встретила Олю в домашнем халатике и Оля, опираясь на весь свой предыдущий опыт и интуицию, мгновенно определила, что под халатиком у неё ничего нет. Девчонки пили кофе и лёгкое вино с фруктами, смотрели "порнушку" и в один момент, как бы подражая тому, что происходит на экране, Оля как бы в шутку поцеловала Вику. Они начали весело дурачиться, и Оля думала, как бы перейти к главному. Ведь в такой роли она выступала впервые. Помогла ей сама Вика. Когда они возились на диване, её халатик распахнулся, открыв взору плавные изгибы девичьего тела. Воспользовавшись секундным замешательством Оли, Вика очень мягко, но решительно положив ей руки на голову, прижала её лицо к своему телу…

Это был настоящий вулкан… Вся одежда быстро улетела в сторону и девушки погрузились в такую пучину страсти, что позабыли обо всём. Призвав на помощь всё, что она знала раньше и то, чему её научила Ира, Оля заставила подругу воспарить до небес… Вика извивалась, сотрясаемая многократными оргазмами, но Оля была неутомима, продолжая страстно и нежно ласкать самое прекрасное из того, что когда — либо создавала природа — женское тело… Потом они поменялись местами… И вот только здесь до Оли дошел смысл фразы "увидеть небо в алмазах"… Это не поддавалось никакому описанию. Это было что — то, сминающее всё и вся… Никакими словами нельзя было описать этот ураган чувств… Потом, когда они лежали и отдыхали, Вика призналась, что ей ещё ни с кем не было так хорошо…

Подруги начали встречаться регулярно, когда никого не было дома. Но однажды им не повезло. В тот раз они были дома у Оли, так как дедушка с бабушкой уехали на целый день. Однако девушки так заигрались, что не услышали, как они возвратились. Полагая, что Оли нет дома, бабушка без стука зашла в комнату и застала подруг в самый неподходящий момент — голышом и в пикантной позиции "шестьдесят девять".

Разложенные на постели "игрушки" и стоящие рядом на столике флакончики с лубрикантами дополняли картину.

Бабушка, однако, ничего не сказала, а улыбнулась и вышла. Вика тут же засобиралась домой, так как было действительно поздновато. Оля осталась в комнате думая, что сейчас устроят "разбор полётов", но её никто не побеспокоил… На следующий день было воскресенье, занятий в школе не было, Оля с утра тихо проскользнула в комнату с тренажерами и стала делать зарядку. Она понимала, что разговора всё равно не избежать и оттягивала его, как могла. Неожиданно вошла бабушка.

— Оленька, ты уже закончила? Нам нужно поговорить.

Ну вот, началось…, - пронеслось в голове у Оли. Но, никуда не денешься, надо решать эту проблему. Оля села на скамейку и приготовилась получать головомойку. Ничего другого она не предвидела. И бабушке ничего нельзя говорить. А то, как бы хуже не было. Кто знает, как к ней будут относиться, если выяснится, что она на самом деле не их внучка? Поэтому, придется молчать. И как бабушка себя поведет? Из рассказов под- руг Оля знала, что раньше, за многочисленные художества, бабушка без затей лупила ее ремнем так, что она потом сидеть не могла. Вот уж, чего бы никак не хотелось!!!

— Да, бабушка, конечно…

Бабушка подошла, села с ней рядом и, немного помолчав, спросила:

— Оленька, скажи мне, пожалуйста, зачем ты всё время пытаешься нас обмануть?

Такого Оля не ожидала.

— О чём ты, бабушка?! Когда я вас обманывала? Разве мы ругаемся? Ведь, по моему, у нас всё хорошо?

В ответ на это бабушка только вздохнула, подозрительно посмотрев на нее.

— В том то и дело, что хорошо… А ведь так было не всегда. Это ты деда можешь обмануть, а я всегда чувствую ложь… До поры, до времени мы не хотели тебе ничего говорить, но чем дальше, тем больше возникает вопросов, на которые я не знаю ответа. Ты очень сильно изменилась, девочка, после того случая. Я наблюдаю за тобой уже несколько месяцев и не понимаю, что с тобой происходит.

— А что же такого странного во мне, бабушка?

— Странно то, что ты всё время пытаешься что — то скрыть. Никто ничего не заметил, но мне показалось странным твоё поведение с первых минут, когда я пришла к тебе в клинику первый раз и ты меня не узнала. Ты не помнишь подробностей нашей первой встречи? А я помню. Когда мы с доктором вошли в палату, ты стояла голая перед зеркалом и рассматривала себя, как будто видела впервые. Что сделала бы любая девушка, если её бы застали голой незнакомые люди? Да она бы завизжала и бросилась чем — нибудь прикрыться. В крайнем случае, прикрылась бы руками. Это совершенно инстинктивно. Ты же совершенно спокойно стояла и смотрела на нас… Когда мы приехали домой, ты сразу стала гладить кота, хотя раньше вы ненавидели друг друга. Ты не упускала случая пнуть бедное животное. И что самое поразительное, кот тебя признал! Сначала, по привычке, испугался, а потом признал! А кошки очень хорошо чувствуют, кто их на самом деле любит, а кто притворяется. Откуда у тебя такая неожиданная любовь к животным? Когда ты пошла в школу, все были поражены. Из отъявленной двоечницы и прогульщицы ты неожиданно превратилась в примерную ученицу! И хотя на первых порах особых успехов у тебя не было, вскоре твоя успеваемость резко улучшилась, а знания по некоторым предметам просто поражали. И откуда эта непонятная тяга к оружию и технике, столь несвойственная девушкам твоего возраста?! Я терялась в догадках. Пытаясь помочь тебе вернуть память, мы рассказывали о событиях, которые произошли раньше и ты говорила, что вспоминаешь их. Но, Оля, я прекрасно знаю, когда человек говорит правду, а когда лжёт. Не спрашивай меня, как мне это удаётся. Заподозрив неладное, каюсь, я пошла на провокацию: стала говорить о событиях, которых на самом деле не было. И ты всё "вспоминала"! Я пошла дальше и стала говорить тебе то, чего не могло быть в принципе, но ты и тут со мной соглашалась! Фактически, ты абсолютно ничего не помнишь из того, что было с тобой раньше. Зачем же ты тогда нас обманываешь? И вчерашний случай с Викой… Оля, ведь для меня не секрет, что у тебя уже были мальчики. Откуда же у тебя это?

Одно дело, если это обычная тяга к экспериментам, свойственная многим девушкам.

Скажу тебе честно, сама занималась этим в молодости с подругами, пока не поняла, что парни мне всё — таки нравятся гораздо больше… Но ты стала шарахаться от парней, чего за тобой раньше не наблюдалось. Неужели, у тебя полностью поменялась ориентация? В общем — то, этому можно помочь, провести коррекцию, хотя это и потребует времени. И потом, меня удивляют наши с тобой отношения…

— Но что же плохого в наших отношениях?

— В том то и дело, что ничего… Мы не рассказали тебе много из того, что было раньше… Ведь наши отношения были ужасными. Мы ругались почти каждый день из — за твоего поведения. Ты не желала учиться, убегала из дома, грубила нам на каждом шагу. Потом начала прикладываться к спиртному и сигаретам… Сначала я пыталась договориться с тобой по — хорошему, но только ты нас абсолютно игнорировала. Потом, когда поняла, что это бесполезно, попробовала старинное народное средство — ремень. Помогало, но очень на короткое время. Потом всё начиналось по — новой. Последний раз тебя наказали месяца за два до того, как ты попала в клинику. Кстати, у врачей было сильное подозрение, что ты пыталась покончить с собой… Тогда ты пришла домой под утро и в кармане у тебя я нашла наркотики… На вопрос о том, что всё это значит, ты стала оскорблять нас крича, как мы тебя уже достали и когда же мы издохнем… Тут уже и дед не выдержал. Как ты ни упиралась и не вырывалась, мы приволокли тебя сюда, разложили вот на этой скамейке, на которой мы сидим и выпороли… Очень больно выпороли… Прости за натуралистические подробности — по голой попе. Уж это то должно было отложиться у тебя в памяти и при попадании в знакомую обстановку ты должна была пусть не сразу, но вспомнить. Неужели не помнишь?

— Нет, не помню…, - помолчав, ответила Оля. Дальше врать было бессмысленно. Бабушка видела её насквозь.

— Вот теперь верю. Но, что с тобой случилось, девочка? Что ты скрываешь от нас?

Ведь мы тебе не враги, расскажи всё, и мы постараемся тебе помочь…

Оля молчала. Она не знала, что сказать. Любая её ложь разоблачалась мгновенно.

— Ладно, Оленька. Я вижу, что ты ещё не готова к этому разговору. Давай отложим его. Поднимись сейчас в свою комнату, успокойся, а то на тебе лица нет.

Бабушка встала и вышла. Оля поплелась за ней. Вся её легенда, которую она старательно поддерживала, была под угрозой.

Когда она вошла к себе в комнату, бабушка была уже там. На столе стояла чашка с каким — то напитком.

— Оля, выпей это. Выпей и ложись. Тебе нужно успокоиться.

— А что это такое?

— Это настой трав. Он совершенно безвреден. Выпей и тебе нужно полежать.

Оля поднесла чашку ко рту. В нос ударил резкий запах различных трав.

— Пей, не бойся. Пей и ложись.

Оля выпила всю чашку. Напиток был слегка горьковатый. После этого легла на кровать и вдруг почувствовала необыкновенную лёгкость во всём теле. Двигаться не хотелось совершенно. Возникло ощущение, как будто она воспаряет в небесную высь. Издалека звучал голос бабушки и Оля заснула.

Когда она проснулась, то обнаружила, что по- прежнему лежит на своей кровати, укрытая пледом. Больше в комнате никого не было, если не считать Мурзика, устроившегося в ногах. В доме было тихо. Голова работала ясно и Оля удивилась, почему она так долго проспала — день уже клонился к закату. Очень хотелось есть и только тут она вспомнила, что ведь сегодня у неё во рту не было ни крошки. Осторожно встав, чтобы не потревожить кота, Оля отправилась на кухню в надежде чем — нибудь перекусить. Дверь в библиотеку была открыта. Бабушка сидела за компьютерным терминалом, а дедушка за столом, обложившись книгами. Она хотела тихонько прошмыгнуть мимо, но её заметили.

— Оленька, зайди сюда! Проходи, садись.

Оля зашла и села на диван. Она сразу поняла, что что-то произошло. Бабушка смотрела на неё с какой — то грустью, а дедушка с нескрываемым интересом.

Встав из-за стола, бабушка подошла к дивану и села рядом, обняв её за плечи.

— Оленька, ты только не волнуйся и не пугайся того, что я тебе сейчас скажу. Ты по прежнему наша внучка и мы тебя очень любим. Тебе не нужно больше скрывать от нас, кто ты…

— Бабушка, о чём ты?

В ответ бабушка вздохнула.

— Прости, Оленька, но я пошла на хитрость. Я ввела тебя в транс, и ты всё рассказала мне. Есть такая методика. Я в совершенстве владею ей и ещё много чем. Тебе не нужно больше скрывать от нас ничего…Николя.

Оля вздрогнула, как от удара. Так называла когда-то её мать в далёком детстве. Между тем, бабушка встала, подошла к столу и продолжила.

— Мне пришлось ознакомиться со знаками отличия военной формы того времени. Посмотри на эту фотографию. Я обнаружила её по сети в архиве и сделала копию. Здесь капитан 2-го ранга, два мичмана и только один лейтенант… Это ты? Старший офицер подводной лодки "Барс", кавалер ордена "Святого Георгия" четвертой степени, лейтенант Российского Императорского флота Николай Верещагин?

Оля взяла в руки пластиковую карточку. Она сразу узнала этот снимок. Военный корреспондент сфотографировал их на палубе лодки перед последним выходом из Гельсингфорса… Увидев очертания своего корабля и лица погибших товарищей Оля не смогла удержать слёз. Тоска железным обручем сдавила сердце. Она изо всех сил пыталась удержать слёзы, но не могла. Бабушка опять села рядом, обняла её за плечи и вздохнула.

— Не плачь, девочка… Даже и не знаю, как тебя теперь называть… Я понимаю, что той Оли, которую я знала раньше, больше нет… В тебе живет душа древнего воина, погибшего четыреста лет назад. Мне приходилось слышать о подобных случаях, но не думала, что когда — нибудь сама столкнусь с этим. Это, конечно, объясняет абсолютно всё… Но почему ты ничего не сказала раньше?

— Я… Я боялась… Боялась, что мне никто не поверит, и сочтут сумасшедшей…

— Не бойся, девочка, мы никому ничего не скажем. Это останется нашей тайной. Но как нам называть тебя теперь?

— Бабушка, пускай останется всё, как есть… Я уже привыкла к этому имени, к своему но вому облику, пытаюсь адаптироваться к новой жизни и, вроде бы, у меня это получается. Единственное, что я не могу — это пересилить себя в отношениях с парнями. Я пыталась убедить себя, но… Бабушка, я ничего не могу с собой поделать. Ведь в душе я осталась прежней и… мне нравятся девушки…

— Да-а, Оленька… Т а к о е никакой коррекцией не исправить…В конце концов, сейчас к этому относятся терпимо и не осуждают. Я прекрасно понимаю тебя и ни в чём не упрекну.

— Не бойся, Оля! Никто ничего не узнает! — подал голос дедушка. — А ты мне только раскажи поподробнее за то время. Ты ведь знаешь, как меня история интересует!

И дальше рассмеялся и продолжил:

— Ну а ты, бабка, прячь ремень подальше! Негоже боевого офицера российского флота пороть. К тому же, старше тебя в несколько раз!

Когда бабушка ушла на кухню готовить ужин, дед заговорщически спросил.

— Оля, а расскажи — ка, пока бабки нет, что это вы там, будучи ещё гардемаринами Морского Корпуса, с девицами из Смольного института учудили?

— Это в который именно раз, дедушка? — улыбнулась Оля.

После ужина бабушка опять пришла к Оле в комнату.

— Оля, у меня к тебе серьёзный разговор. Я не заводила его раньше потому, что не была уверена в тебе. Сейчас это время пришло. Ты многого не знаешь обо мне. Все женщины нашего рода обладают особым даром. В старину нас называли ведьмами. Как только не пытались нас уничтожить, но мы всё равно выжили. Этот дар заложен и в тебе, но его надо разбудить. Ты уже сейчас можешь спонтанно использовать некоторые свои возможности, даже не понимая сути происходящего. Но, чтобы раскрыть твой дар полностью, надо будет постараться. Это очень большая ответственность, ибо эти способности можно использовать как во благо, так и во вред. Готова ли ты взвалить на себя такой груз?

— Я знаю, что такое ответственность. Мне доверяли боевой корабль и жизни людей на войне.

Бабушка только вздохнула.

— Да, конечно…Я по инерции продолжаю считать тебя маленькой девочкой… Хорошо! Я помогу тебе раскрыть твой дар. Научу всему, что знаю сама. Ты будешь владеть знаниями и способностями, недоступными обычному человеку. Ты последняя из женщин в нашем роду и вся надежда возлагается на тебя. Этим даром обладала твоя мать, но она погибла, когда ты была ещё совсем маленькой. И она была моей единственной дочерью из пятерых детей. Дар этот наследуется только по женской линии. Но у меня к тебе будет огромная просьба, Оля. Пусть она не покажется тебе кощунственной…

— Какая?

— Когда ты вырастешь и почувствуешь, что готова, ты должна родить дочь. Хотя бы одну и передать этот дар ей… Не дай угаснуть нашему роду. Это единственное, о чем я тебя прошу. Для этого необязательно идти на контакт с мужчиной. Можно забеременеть и искусственным путем. Я не тороплю тебя. Сейчас рожают первый раз и в сорок и в пятьдесят лет. Время на раздумье у тебя есть. Что ты мне ответишь на это?

— Хорошо, бабушка… Я обещаю!

Глава 5

Контейнеровоз "Фомальгаут" вышел из гиперпространства и приближался к планете.

Старший помощник капитана Ольга Шереметьева находилась в грузовом трюме, проверяя крепления груза перед посадкой. Это был её первый рейс в должности старпома.

Не смотря на молодость, и отсутствие опыта работы в этой должности, транспортной компании пришлось пойти на этот шаг, так как больше желающих работать на этом старом корыте не нашлось. "Фомальгаут" был построен больше двадцати лет назад, и всё это время исправно бороздил просторы галактики. Ольга ничего не имела против старого контейнеровоза, ей приходилось встречать суда и похуже. После окончания школы и Академии гражданского флота куда только не забрасывала её судьба и на каких только музейных экспонатах ей не приходилось летать… Выбор будущей профессии был сделан ещё в школе. Во время своего далекого детства она часто смотрела на звёзды, читала книги по астрономии, представляя, когда же человек сможет выйти за пределы своей планеты и начнет осваивать космос. Ей очень хотелось быть среди этих первопроходцев. Но в начале двадцатого века эта мечта так и оставалась мечтой. Человек только — только начал осваивать воздух. Это было время зарождения авиации. О космонавтике даже ещё не было и речи. И вот теперь, совершенно неожиданно, далёкая детская мечта стала реальностью. Ольга часами заворожено слушала рассказы своего деда о кораблях, о дальних полётах и других мирах. Дед — старый капитан, много что повидал на своём веку. Будучи ранее офицером военно — морского флота, Ольга и сейчас попыталась после школы поступить в Академию ВКФ, но получила категорический отказ — женщин в то время туда не брали. Отчаиваться она не стала.

Раз с военным флотом не получилось, есть ещё и торговый. Благо, там в этом отношении никаких препятствий не было — в академиях гражданского флота обучалось много девушек. А космос на всех один. Закончив Академию по специальности "Кораблевождение" Ольга, полная радужных надежд, пришла на флот. На первых порах ей, конечно, здорово помогли советы деда и его имя. Капитана Василия Шереметьева помнили многие.

Но дальше надо было прокладывать дорогу самой. Последовательно двигаясь по служебной лестнице, она за четыре года поднялась от четвёртого до старшего помощника капитана, вызывая у некоторых удивление и зависть. Однако удивляться было нечему — Ольга строго следовала указаниям деда:

— Если хочешь стать капитаном, никогда не отказывайся от повышения в должности, даже если тебе его предлагают потому, что других желающих на это место нет. Опыт в нашем деле значит очень много. Помни Оля, что все капитаны когда то четвёртыми помощниками были, да не все четвёртые помощники капитанами стали! Она не строила иллюзий и не считала, что всё сразу должно упасть к её ногам, как не обольщалась и насчёт контингента, с которым придется работать. Что в её прежней, что в нынешней жизни порядки на торговом флоте изменились мало. Наряду с нормальными людьми попадались и алкоголики и отпетые мерзавцы. Народу не хватало, поэтому зачастую брали, кого попало. Не раз приходилось ей ставить на место отморозков и ловеласов считающих, что "бесхозной бабы на корабле быть не должно". Когда хватало слов, а когда приходилось прибегать и к более радикальным мерам, благо бабушка научила и этому.

Ольга прекрасно помнила свой первый рейс на балкере "Беттельгейзе", куда она пришла четвёртым помощником капитана с новеньким, только что полученным дипломом.

Экипаж был разношёрстный. Капитан только что выгнал предыдущего помощника, оказавшегося неисправимым жрецом Бахуса и был откровенно удивлён, что ему прислали девчонку, да к тому же ещё без опыта работы. Однако, устроив ей блиц — опрос, остался доволен. Поспрашивав, где и на каких судах она стажировалась и её отношению к спиртному, вынес вердикт:

— Хорошо! Посмотрим, что Вы из себя представляете. К Вам, у меня будет единственное требование: неукоснительное несение вахты. Если даже Вы не знаете, а скорее всего не знаете всяких нюансов с грузовыми операциями и ведением документации, я Вас этому научу. А вот чувству ответственности научить нельзя. Оно либо есть, либо нет.

Если что — то непонятно, или считаете, что возникает сложная ситуация, немедленно вызывайте меня в рубку. В любое время, даже если я сплю. Лучше поднимите меня лишний раз, чем допустите развитие опасной ситуации. В любом случае за Вами будет сначала приглядывать старпом, однако, не расслабляйтесь. Считайте, что несёте вахту самостоятельно, только так чему — то можно научиться. И последнее… Не обижайтесь, но я вынужден сказать прямо. Вы девушка молодая, не замужем. Если Вы тут заведете с кем то роман, это Ваше право. Я не ханжа. Но только чтобы это было не в ущерб работе. И упаси Вас бог устраивать склоки или крутить "динамо". Вы меня понимаете? От этого пострадаете в первую очередь Вы сами. На флоте очень не любят "динамщиц".

Ольгу же такая речь нисколько не смутила. Чего — то подобного она и ожидала.

— На этот счёт можете не волноваться. Если Вы сказали прямо, то и я скажу прямо. Всё равно об этом узнают. Я была бы Вам очень признательна, если бы Вы предупредили местных ловеласов, чтобы не тратили на меня зря время. Мужчины меня не интересуют. Я люблю женщин.

— Хм-м-м, простите…

Капитан был явно обескуражен и не ожидал такого ответа. Новость удивила экипаж, на Ольгу поглядывали с интересом, но почти все отнеслись к этому нормально. За исключением одного из механиков, воспринявшего это, как вызов. Покоритель дамских сердец был искренне уверен, что перед ним не устоит ни одна красавица. До сих пор так оно и было. Все женщины, приходившие на корабль, неизменно оказывались в его постели. С первого же дня он начал планомерную осаду Ольги, которая его вежливо, но неизменно посылала. Над механиком уже начали посмеиваться и говорить, что он утратил свой талант. Задетый за живое "Казанова" предложил пари, что Ольга всё равно будет его, однако успеха так и не достиг. И тогда озабоченный ловелас совершил большую глупость — нагло вломился к ней в каюту, когда она спала. В коридоре стояли остальные спорщики. Всех интересовало, чем же закончится дело.

Ольга не имела привычки запирать дверь. Она мгновенно проснулась, почувствовав опасность и увидела улыбающуюся физиономию.

— Что тебе нужно, Руслан?

— А как ты считаешь, красавица?

Ольга села на кровати, не делая никаких попыток позвать на помощь, и не показывая страха.

— Уйди по — хорошему, Руслан. Я же тебе сказала, что я лесбиянка.

— Оленька, клянусь, что я излечу тебя от этой напасти!

И навалился на Ольгу. Что произошло потом, он так и не понял. Внезапно руки и ноги отказались слушаться, безудержный животный страх парализовал волю и даже ни один звук не мог вырваться из горла. Ольга в совершенстве овладела этим приёмом — "взгляд змеи", как называла его бабушка. Если противник был один, он действовал безотказно.

Ольга что раньше, что в этой жизни, презирала насильников. Если бы Руслан не пытался её изнасиловать, всё бы закончилось благополучно, но теперь она решила его проучить.

Сбросив неподвижное тело с кровати на палубу и, удерживая незадачливого насильника в этом состоянии, она встала. После этого, даже не одеваясь, достала из ящика стола пистолет и, используя его в качестве "тяжёлого тупого предмета", так отходила сластолюбца по болевым точкам, что подняться он уже не смог. Затем, набросив халатик, выволокла бесчувственное тело за ноги в коридор к немалому удивлению всех присутствующих.

— Ребята, уберите пожалуйста мусор!

Все были в шоке. Никто не понимал, как хрупкая на вид девушка справилась с таким амбалом. Однако, на этом дело не закончилось. Капитан, естественно, узнал о случившемся и поинтересовался, не собирается ли Ольга подавать жалобу в полицию. На что она сказала, что нет. Капитана, ясное дело, это очень устраивало, проблем никто не хотел.

После того, как неудавшийся насильник через несколько дней оклемался и, осыпаемый насмешками, пришёл в кают-компанию, Ольга села напротив него и громко, чтобы все слышали, ласковым голосом заявила:

— Ну как, милый, тебе понравилось? А я и не знала, что ты поклонник садо — мазо! Приходи сегодня, давай повторим! Только, хочу предупредить, что в этот раз я, кроме всего прочего, отобью тебе яйца.

После этого случая Ольгу зауважали. Никто больше к ней не приставал.

На "Беттельгейзе" Ольга научилась многому. Сбылась её давняя мечта. Она вела огромный корабль от одной звезды к другой и эта махина послушно повиновалась ей. Вокруг простирался бескрайний космос, усыпанный золотистыми искорками звёзд. Она видела десятки планет — и закованных в ледяной панцирь, лишённых атмосферы, и раскалённых, как знойная пустыня, и очень похожих на Землю, с её удивительным разнообразным ландшафтом, горами, лесами и морями… Человек был всюду. Период младенчества, когда люди ещё только начали осваивать космос, был уже давно позади. И хотя балкер не был по своей сути первопроходцем, он летал уже по разведанным трассам, занимаясь доставкой грузов на освоенные планеты, чувство пионера космоса не покидало Ольгу.

Ведь разве могла она раньше предположить что либо подобное! В глубинах дальнего космоса выковывался профессионализм будущего капитана. После "Беттельгейзе" ей пришлось летать и на других судах. Был даже период времени, когда Ольга работала в "экспедиционном корпусе", как называли себя контрабандисты, промышлявшие нелегальной доставкой спиртного и сигарет. Подобные операции они именовали "экспедициями".

С "экспедиторами" её свёл один из членов экипажа "Беттельгейзе", обратив внимание на её паранормальные способности. Ведь такой человек был бы там на вес золота. Платили очень хорошие деньги, а кому не нужны деньги? И Ольга согласилась. Контрабандисты быстро признали ее своей, когда она благодаря своим способностям несколько раз спаса-ла их от засад. Безошибочно определяя наличие опасности, и говорят ли ей правду, или врут, Ольга стала одним из самых ценных сотрудников "Экспедиционного корпуса".

Всё закончилось в один день, когда капитана корабля сгубила жадность. Не смотря на предупреждения Ольги, что их заманивают в ловушку, он все — таки принял решение о выгрузке в условленном месте. Уж очень велик был куш, и принимающая сторона гарантировала полную безопасность. Как оказалось позже, получатель груза был арестован и дал согласие стать агентом полиции. После посадки корабль был сразу окружен превосходящими силами и никакой возможности для взлета не было. Часть экипажа сдалась сразу. Некоторые, которым терять было уже нечего, ибо того, что на них висело, хватило бы не на одно пожизненное заключение, а то и на высшую меру, попытались с оружием в руках прорваться из окружения. Благо, здесь было где скрыться и обратиться за помощью к другим "экспедиторам". Всех их положили на месте. Ольга опять воспользовалась своими способностями. Глянув на оставшихся рядом с ней старшему помощнику, радисту и коку, сказала.

— Попробую нас спасти. Я сейчас им всем "отведу глаза". Смотрите внимательно на меня и, как только я пойду, идите за мной. Только далеко от меня не отходите, и соблюдайте полную тишину.

Никто всерьёз не воспринял слова Ольги. Но когда она, выпрямившись во весь рост, открыто пошла прямо на оцепление солдат, все трое дружно последовали за ней, сжимая в запотевших ладонях оружие. Они совершенно беспрепятственно прошли через двойную цепь охраны и скрылись. Никто в их сторону даже не посмотрел. Когда они удалились на безопасное расстояние, радист, бывший сотрудник госбезопасности, не поладивший с начальством и ушедший в отставку, с нескрываемым восхищением произнес.

— Ну, ты и впрямь ведьма!!! В нашей конторе тебе бы цены не было! — Нет уж, благодарю, — ответила Ольга, что раньше, что сейчас недолюбливавшая жандармов.

Им удалось уйти, но корабль и груз были потеряны. Разоблачения они не боялись. Никаких компрометирующих документов на борту не осталось, а все данные в бортовом компьютере были уничтожены заранее. Если бы даже кто-то из арестованных членов экипажа и заговорил, так мало ли, что может наболтать человек, когда на него давит следователь.

Не пойман — не вор. Все суды работали по этому принципу, чтобы ограничить произвол полиции, на которую и без того было много жалоб. Выйдя на связь с "Экспедиционным корпусом", беглецы рассказали о провале и о том, что их кто — то подставил. Меры были приняты незамедлительно — все хвосты подчищены и уцелевшие "экспедиторы" срочным порядком эвакуированы из опасного места. Одно из основных правил "корпуса" гласило: "Своих не бросать!", и это соблюдалось неукоснительно. Иначе, просто невозможно было бы вести дела… После этого случая Ольга поняла, что всех денег не заработаешь, а зависеть от чьей — то прихоти или жадности — это может выйти боком для всех, и она вернулась к менее прибыльной, но гораздо более безопасной работе на обычных транспортных судах. Так, в конечном счёте, она и оказалась на борту старого контейнеровоза "Фомальгаут". Корабль ей нравился. Хоть уже и устаревший, но крепкий космический бродяга, он не преподносил непредвиденных сюрпризов и исправно выполнял то, что от него ожидали. Ольга думала поработать на нем для набора необходимого ценза для получения капитанского диплома. Ведь она уже старший помощник. Еще пара лет — и вот он заветный четвертый золотой шеврон на рукав капитанского кителя. Капитан Ольга Шереметьева, прошу любить и жаловать!

Однако, до этого момента, предстоит ещё ой как много сделать. Вот и сейчас она обходила трюм, проверяя надёжность крепления груза. Вскоре корабль войдёт в атмосферу и возможно возникнут чрезмерные перегрузки из — за нештатных ситуаций. Груз был по линии Министерства Обороны — две сотни запломбированных большегрузных контейнеров с неизвестным содержимым и десяток новейших палубных аэрокосмических истребителей типа "Гепард". Именно из-за них грузовместимость корабля использовалась далеко не полностью, ибо на палубе места они занимали много, а выше них было полно пустого пространства. Однако груз был очень ценный и сумма фрахта очень высока, из — за чего компания и пошла на это.

Ольгу уже который день одолевали нехорошие предчувствия. Своей интуиции она доверяла, ибо та никогда не подводила. Началось это ещё при погрузке. Ох, как Ольге не хотелось идти в этот рейс! Она была уверена, что произойдёт какая — то неприятность.

Но что же, отказываться, когда тебя только — только утвердили на должность старшего помощника? Сбегать с корабля? Завоевать репутацию ой как трудно, а потерять очень легко. Пришлось лететь.

— Не думай о плохом, беду накликаешь! — говорила сама себе Ольга. — Думай о чем нибудь хорошем, например, о Леночке.

Ольга улыбнулась. Леночка была их коком. На всех транспортных судах экипаж составлял обычно от двадцати до тридцати человек. Из них всегда четыре — пять, а ино- гда и больше были женщины, поэтому любвеобильной Ольге всегда удавалось найти "подругу по интересам". Вот и сейчас, придя на "Фомальгаут", она сразу положила глаз на кока. Каким то образом она догадывалась, что Леночка тоже шалунья ещё та.

Местные кавалеры не давали ей прохода, чем доводили девчонку до слёз. Ольга решила сразу навести порядок, восстановить справедливость и показать, кто в доме хозяин.

Придя на камбуз и разогнав свору озабоченных, она со всем присущим ей тактом и проницательностью убедилась, что они с Леночкой одного поля ягодки, после чего пригласила к себе в каюту в гости на чашечку кофе. Одним кофе дело, естественно, не ограничилось. Они подарили друг другу восхитительную ночь и решили не останавливаться на достигнутом. На следующий день Ольга позвала всех местных "донжуанов".

— Всё, джентльмены! Леночку не трогать, она моя! Будет кто приставать — вышвырну в первом же порту. Причина всегда найдется!

Возражающих, естественно, не нашлось. Кто же попрёт на рожон против старшего помощника! Но, Леночка Леночкой, а надо и работу делать. Закончив проверку контейнеров, Ольга подошла к истребителям и невольно залюбовалась смертоносными машинами. Узкие вытянутые фюзеляжи, сильно скошенные крылья, стреловидное двухкилевое оперение — во всём было ощущение стремительности и мощи. Истребители не были космическими кораблями в чистом виде. Это был удачный гибрид космического корабля и атмосферного самолета, предназначенный для одной цели — уничтожение авиации противника. Именно для этого в небольшой объём была запрятана колоссальная мощность двигателей и мощное вооружение. Конструкторы отказались от всего лишнего, утяжеляющего машину.

Здесь не было громоздкого и тяжёлого гипердвигателя, служащего только для межзвёздных перелётов и являющегося бесполезным грузом в бою, не было жилых помещений и много чего другого, без чего не может обойтись обычный корабль. Это была боевая машина, предназначенная для скоротечного боя в атмосфере, или в космосе. В распоряжении пилота была небольшая кабина, в которой можно было удобно сидеть в кресле и вести бой, но и только. Ни о каких удобствах речь не шла. К месту боя истребители доставлялись авианосцем — громадным кораблём, специально предназначенным для обслуживания, обеспечения взлёта и посадки подобных машин. В этом была их сила, и в этом же была их слабость. Авианосец был грозен, когда его авиация — истребители и штурмовики находились в космосе. И был практически беззащитен, когда они были на палубе. Это требовало очень сильного прикрытия авианосцев кораблями других классов, ибо они всегда были самой лакомой целью для противника. Само же оружие корабля — истребители и штурмовики тоже сильно зависели от своего космического "аэродрома". В случае гибели авианосца они оказывались срезанным цветком, обречённым на смерть. Такие примеры в истории уже были. Как в далеком двадцатом веке, когда во время войны на Тихом океане, при сражении у атолла Мидуэй, японский флот в результате гибели своих четырёх авианосцев лишился всего самолётного парка. Даже те самолёты, которые уцелели после атаки Мидуэя и кораблей американского флота были, в конечном счете, потеряны. Им просто некуда было совершить посадку. Долететь до территории, занятой своими войсками, они не могли — у них просто не было такого запаса топлива. И после выработки горючего они падали в океан. Так и сравнительно недавно — пять лет назад, когда в результате вооружённого конфликта с сепаратистами был потерян авианосец. Ход боя складывался неблагоприятно, и эскадре Федерации пришлось отступить. Авиагруппе, которая даже после боя насчитывала более двухсот машин, деваться было некуда. Из — за отсутствия гипердвигателей совершить межзвёздный перелет она не могла. Эти машины могли передвигаться только в трёхмерном пространстве — в обычном космосе, то есть в пределах одной звёздной системы, и добить их было просто делом времени. Но два крейсера и пять фрегатов не могли принять такое количество машин. Корабли могли бы взять каждый не более трех — пяти машин на внешнюю подвеску, не говоря уже о том, что ни о каком ремонте и обслуживании не было и речи. Ни крейсеры, ни фрегаты не имели ангарных палуб. Поэтому было принято единственно возможное решение — эвакуированы пилоты, а все истребители и штурмовики уничтожены. И то это пришлось делать под огнем врага.

Ольга обошла вокруг истребителя, невольно проникаясь уважением к такому совершенному оружию. Ведь в прошлом она была военным человеком, офицером флота и любовь к оружию и военной технике была у неё в крови. В течение полёта она частенько, когда было свободное время, залезала в кабину одного из истребителей и изучала незнакомую машину. Важным преимуществом машин этого поколения было то, что бортовой компьютер имел специальный обучающий режим подготовки пилота, не знакомого с данным типом истребителя, что очень упрощало и удешевляло тренировки. Иллюзия полёта и боя создавалась стопроцентная, и перед первым вылетом пилот мог хорошо опробовать машину на всех режимах, на самом деле не покидая ангарной палубы. Поэтому Ольга, узнав об этой особенности, с упоением занималась "пилотированием" и ведением "космических боёв" — компьютер одного из "Гепардов" она настроила по своему вкусу.

Неожиданно взвыла сирена тревоги, и замигали лампочки тревожной сигнализации.

Что — то случилось. Ольга тут же развернулась и побежала к выходу из трюма. По тревоге её место, как старшего помощника, в рубке корабля. Предчувствие не обмануло Ольгу.

Она была уверена, что тревога не учебная. Внезапно ожил динамик судовой трансляции.

— Тревога! Нападение авиации противника! Всему экипажу…

И тут раздался сильный удар. Радио смолкло. Ольга упала, но быстро поднялась на ноги.

Главное освещение погасло, горело только аварийное. До её чуткого слуха донеслось какое — то шипение и она почувствовала, что давление в трюме стало падать. Это означало одно — в корпусе пробоина и воздух улетучивается в открытый космос. Она поняла, что очутилась в ловушке. В случае пробоины в трюме — самом большом из отсеков, переборки смежных с ним отсеков автоматически герметизируются. Пока не будет устранено повреждение, и давление воздуха не доведено до нормы, она не сможет покинуть трюм. На этот случай здесь имеются лёгкие скафандры, в которых можно находиться длительное время в условиях полного вакуума. Поняв, что до рубки ей не добраться, Ольга рванулась к нише со скафандрами. Сорвав крышку контейнера, она быстро натянула скафандр на себя и закрыла шлем. И вовремя, так как давление упало уже очень сильно. Теперь можно было не бояться вакуума, но что делать дальше? Пока она заперта в трюме, ей уготована роль стороннего зрителя. Ольга попыталась связаться с рубкой через радиостанцию скафандра, но безуспешно. Никто не отвечал. Оглядевшись, она поняла, как ей наладить связь и быть в курсе событий — ведь бортовой компьютер истребителя можно подключить к компьютерной сети корабля! Ольга поспешила к "своему", облюбованному ей "Гепарду". Когда она забиралась в кабину, давление в трюме упало уже почти до нуля.

Быстро захлопнув люк и наполнив кабину воздухом до нормального давления, Ольга открыла шлем, чтобы не расходовать зря ресурс скафандра и усевшись в кресло пилота подключила бортовой компьютер к корабельной сети. Картина была безрадостной. Многие системы не действовали, двигатели молчали. В числе немногих работала система аварийного энергоснабжения и датчики внешнего обзора. На экране Ольга видела, как четыре штурмовика сепаратистов типа "Хамсин" обстреливают корабль. Они могли бы уничтожить безоружный контейнеровоз сразу, послав одну — две тяжелых противокорабельных ракеты. Но, то ли таких ракет у них в данный момент не было, то ли им хотелось позабавиться, но они обстреливали "Фомальгаут" легкими ракетами, именуемых по привычке "воздух — воздух" и из турельных артустановок. Взрывы вырывали куски обшивки из корпуса беззащитного гражданского судна. Оно не имело вооружения согласно какой — то там конвенции и не могло дать никакого отпора этому пиратскому нападению. Произошло то, чего и Ольга и многие другие ждали и боялись.

Две планеты — Лукхор, и Аламейн давно объявили о своём выходе из состава Федерации. Но, как это часто было в прежние времена, новоявленные "суверенные субъекты" желали выйти из правового поля Федерации, но намертво присосаться к её экономике, заявляя, что им ещё что — то и "должны", ибо их собственная экономика не позволяла им жить так, как они привыкли раньше. Продажные политики, непоследовательные шаги самой Федерации привели к тому, что сепаратисты начали вести себя, как грабители с большой дороги. Экипажи многих судов уже отказывались летать на эти планеты. Чувствуя безнаказанность, сепаратисты наглели всё больше. Начался открытый грабёж торговых судов Федерации. Едва только появлялись какие — то сообщения о творящемся беззаконии, они тут же тонули в истеричных воплях о праве на самоопределение, борьбой за национальные интересы и ущемлении прав человека… Всё это когда — то уже было в пределах одной Земли. Теперь то же самое повторялось в космических масштабах.

Ольга и прочие простые люди считали, что бандитизм национальности не имеет. Бандит остаётся бандитом, на каком бы языке он ни разговаривал. И абсолютно все бандиты понимают только один язык — язык силы. К сожалению, в правительстве Федерации так пока ещё не считали… Там во всю продолжали проводить политику умиротворения всё больше и больше наглеющих режимов, всё больше и больше идя им на уступки… Видать, у сепаратистов было сильное лобби в правительстве Федерации, поддерживающее их интересы. А безнаказанность, как известно, очень сильно развращает…Ольга примерно представляла себе, что произошло. Скорее всего, четыре штурмовика сепаратистов предприняли попытку захвата контейнеровоза, приказав ему следовать в заданном направлении, а когда тот не подчинился, открыли огонь. Физической возможности захватить огромный корабль у них не было. Они могли его только уничтожить. Первым же попаданием был выведен из строя гипердвигатель и корабль не мог скрыться от стервятников в гиперпространстве. Последующие попадания вызывали всё новые и новые повреждения, но корабль ещё летел. Промахнуться по такой махине, особенно, если она не может оказать никакого сопротивления, просто невозможно. Это не был бой. Это была бойня.

"Фомальгаут" был обречён. Ольга видела, как экипаж пытается на шлюпках отойти от гибнущего корабля. Но обе шлюпки были тут же уничтожены — бандитам не нужны свидетели. У Ольги свело скулы. Она понимала, что все её товарищи погибли. Ну что же… Как говорили раньше, на войне — как на войне. Сейчас вам будет право на самоопределение вместе с борьбой за национальные интересы и правами человека в одном флаконе… В голове Ольги мгновенно созрел безумный план. Если бы о нем услышали специалисты, они бы назвали его бредовым. Но, так уж иногда бывает в жизни, что дилетанту удаётся то, перед чем пасует профессионал. Мозг Ольги работал с лихорадочной скоростью.

— Аварийное энергоснабжение пока работает, и я могу перевести управление кораблём на бортовой компьютер истребителя. Реактор "Фомальгаута" пока стабилен, но если откажет система защиты и реактор пойдёт в разнос, то произойдет взрыв. Значит действовать нужно быстро. Неизвестно, сколько эти уроды будут ещё развлекаться, они в любой момент могут пальнуть чем — нибудь посерьёзнее, чтобы не осталось никаких следов. Немедленно открыть грузовую аппарель трюма и активировать реактор и все системы "Гепарда" В моих руках новейший истребитель с полным боекомплектом. Что с того, что я никогда не летала на нем и весь мой опыт — это только компьютерный тренажёр. Стартовать прямо из трюма в космос и навязать бой этим стервятникам. На моей стороне внезапность и нерастраченный боезапас. Неизвестно, выживу ли я в этом бою, но если я буду сидеть и дальше, меня точно уничтожат.

Пальцы Ольги автоматически бегали по нужным кнопкам. "Гепард" ожил. Разгон реактора истребителя из положения консервации до номинальной мощности — две минуты. Какими бесконечно долгими показались они Ольге… Ольга сидела и ждала, когда компьютер доложит о готовности всех систем. Она уже открыла грузовую аппарель и ясно видела перед собой черноту космоса, усыпанного звёздами. Следующая минута решит, будет ли она дальше смотреть на эти звёзды, или нет.

Через внешние датчики "Фомальгаута" компьютер "Гепарда" получал всю информацию об окружающей обстановке и его ракеты уже были наведены на цели. Как только истребитель покинет трюм, можно стрелять. На второй залп времени уже может не быть… Контейнеровоз содрогался от взрывов, но пока ещё летел. Каким — то чудом ему удалось продержаться столько времени. На панели, указывающей повреждения корабля, Ольга видела, что абсолютно все отсеки разгерметизированы и повреждения ужасны.

Наконец, загорелось долгожданное табло о готовности к взлёту и истребитель, взревев двигателями, рванулся в космос, как разъярённый гепард на шакалов.

Едва только Ольга вырвалась на космический простор, она тут же развернулась носом на противника и дала залп четырьмя ракетами. "Хамсины" были захвачены врасплох.

Никто из вражеских пилотов не ожидал, что из грузового трюма почти уничтоженного корабля неожиданно вырвется такой грозный противник. Дело решили секунды. Три ракеты из четырех поразили цели, разнеся три "Хамсина" на куски. Четвёртый, самый дальний, каким — то непостижимым образом сумел увернуться. Если бы его пилот знал, что ему противостоит не профессиональный пилот — истребитель, а обыкновенный помощник капитана грузового корабля, никогда не летавший на таких машинах, то он бы возможно и принял бой. Но такая внезапная перемена сил, неожиданная гибель трех товарищей и противостояние одиночного штурмовика истребителю, против которого у него не было ни единого шанса в открытом бою, лишили врага мужества, и он попытался спастись бегством. Но уйти от гепарда шакалу не дано. Ольга без труда нагнала удирающий "Хамсин" и ещё одной ракетой превратила его в огненный шар.

Ольга ликовала. Ещё бы, ведь ей удалось немыслимое! Но ликование быстро сменилось мыслями, а что же делать дальше? Её душила злоба за погибших товарищей. Вот к чему приводит политика увещевания бандитов. Она должна любой ценой сообщить о случив- шемся, а для этого надо сначала добраться до своих. Ольга развернула истребитель по направлению к кораблю, но не стала подходить близко. В любой момент может произойти взрыв реактора и тогда обломки корабля могут повредить "Гепард".

Значит, остается одно — лететь дальше по маршруту "Фомальгаута" к планете Амальтея, входящую в Федерацию, для которой и был предназначен груз. Благо, они уже вышли из гиперпространства и до планеты было недалеко — не более пяти часов лёта. Если бы истребитель был выброшен в трёхмерный космос где — нибудь на полдороги, то не имея гипердвигателя ему пришлось бы лететь десятки тысяч лет. Однако, надо ещё пролететь эти пять часов. Неизвестно, где находится авианосец противника. Ведь "Хамсины" тоже не имеют гипердвигателя и могли быть доставлены сюда только на авианосце. Подать сигнал бедствия Ольга опасалась. Неизвестно, кто его примет. В душе Ольга понимала, что ей крупно повезло и её победа над четырьмя противниками — чистая случайность.

Внезапность была её единственным козырем, и она его умело использовала. При встрече же в открытом бою с истребителями противника у неё нет никаких шансов. Поэтому, лучше лететь дальше, до последней возможности сохраняя радиомолчание.

Ольга продолжала лететь параллельным курсом с контейнеровозом, сохраняя безопасную дистанцию. Неожиданно корпус корабля в районе реакторного отсека вспух и наружу вырвалось огненное облако. Все было ясно — поврежденная при обстреле система защиты отказала, реактор пошёл в разнос и произошёл взрыв. Когда всё успокоилось, Ольга подошла поближе к своему кораблю. "Фомальгаут" был мёртв. На всем корпусе не было живого места от многочисленных пробоин. В районе реакторного отсека борт был разворочен так сильно, что было удивительно, как судно не разорвало пополам. На глаза Ольги навернулись слёзы. Даже если кто — то из членов экипажа и остался на борту, не попытавшись спастись на шлюпке, выжить в этом аду после взрыва реактора было невозможно.

Ни капитана, ни Леночки, никого остальных из экипажа больше нет в живых… В душе кипела холодная ярость. Четверо бандитов совершенно спокойно уничтожили гражданское безоружное судно с экипажем. Уничтожили просто так. Просто потому, что им захотелось. Это, очевидно, и есть право на самоопределение и борьба за националь-ные интересы? Ну, что же… Запас ракет ещё есть. Если появятся очередные националь- ные самоопределенцы, встретим как подобает… Со всем радушием… Как всегда было принято встречать врагов на Руси… И пусть это будет последний бой в моей жизни, но я захвачу с собой нескольких моральных уродов… "Гепард" Ольги не удалялся далеко от погибшего корабля. Изуродованный контейнеровоз больше не представлял угрозы. Всё, что могло на нём взорваться, уже взорвалось и он продолжал по инерции свой последний полёт. Станции слежения на Амальтее раньше заметят его огромный корпус, чем крохотный истребитель и есть надежда на прибытие помощи.

Неожиданно раздался сигнал радара. Ольга обратила внимание на экран. Группа малоразмерных быстроходных целей шла на перехват. Но кто? Свои, или чужие? Спустя пару секунд она облегчённо вздохнула. Автоматическая идентификационная система определила, что все приближающиеся машины — истребители класса "Гепард" и "Ягуар". Таких машин у сепаратистов не было. Оставалась, правда, опасность, что её могут сбить свои же. Ведь "Гепард" Ольги совершенно новый, ещё не зарегистрированный ни на одном авианосце, или в воинской части, и ему не присвоен кодовый опознавательный номер.

Пожалуй, не разобравшись, могут и пальнуть. Значит, как говорили в старину: "Руки вверх!" Ольга легла в дрейф рядом с контейнеровозом и включила сигнал бедствия на международной частоте. Очень скоро подошедшая группа взяла их в клещи и по радио прозвучал голос:

— Не двигаться! Оставаться в дрейфе! В случае попытки дать ход стреляю без предупреж дения! Следом прорвалось удивленное восклицание:

— Приятель, а ты кто такой? Откуда взялся? Почему ты без кодового номера?

У Ольги отлегло от сердца, и она наконец-то ответила:

— Говорит старший помощник капитана контейнеровоза "Фомальгаут" Ольга Шереметь ева. Корабль уничтожен в результате атаки четырёх штурмовиков сепаратистов. Этот "Гепард" был в качестве груза на корабле, мне удалось вывести его в космос и уничтожить штурмовики. Весь остальной экипаж погиб.

— Сударыня, неужели Вы думаете, что я поверю в эту сказку? Следуйте за нами. При попытке изменить курс будете немедленно уничтожены. Там посмотрим, что Вы за старший помощник… Четыре истребителя окружили Ольгу со всех сторон, а пятый пристроился сзади.

В таком виде её и отконвоировали к авианосцу Военно — Космического Флота Федерации "Адмирал Ушаков". При приближении к авианосцу Ольга сразу предупредила руководителя полётов, что это её первый полёт на машине данного типа и опыта посадки на авианосец у неё нет. Чертыхнувшись, руководитель разогнал всех, кто был поблизости в космическом пространстве и обеспечил максимально упрощённый вариант посадки. С чрезмерной осторожностью, как будто сажала громадину транспортного корабля, Ольга коснулась взлетной палубы. Пусть получилось не очень красиво и быстро, зато и авианосец и истребитель остались целы. Истребитель был тут же поме- щен в подъёмник шлюза и вскоре очутился на ангарной палубе.

Здесь уже ждали. Едва только Ольга открыла люк и ступила на палубу, её окружили люди с оружием в форме военной полиции. Поодаль стояли пилоты и техники.

— Сударыня, снимайте скафандр. Медленно, — скомандовал офицер.

Ольга медленно стащила скафандр, оставшись в повседневной форме торгового флота.

Один из полицейских тут же подхватил скафандр и начал его осматривать.

— Теперь руки за голову, ноги на ширину плеч. Мы обязаны Вас обыскать. Женщин у нас нет, так что не взыщите. Прошу не оказывать сопротивления, иначе мы применим силу.

— Делайте, что должны, майор, — спокойно сказала Ольга, поднимая руки.

Её быстро, но профессионально обыскали и ничего не нашли.

— Всё, можете опустить руки. Теперь рассказывайте, кто вы есть и откуда.

— Я старший помощник капитана контейнеровоза "Фомальгаут" Ольга Александровна Шереметьева. Мы совершали рейс на Амальтею с военным грузом. На подлёте к планете были атакованы четырьмя штурмовиками типа "Хамсин". Подробностей начала нападения не знаю, так как в этот момент находилась в трюме — осматривала груз перед посадкой. Первым же попаданием трюм был разгерметизирован, и я не смогла из него выбраться. После этого надела скафандр и залезла вот в этот истребитель. Подключила его компьютер к корабельной сети и следила за обстановкой. Экипаж попытался спастись на шлюпках, но обе шлюпки были уничтожены огнем штурмовиков. Поняв, что если буду и дальше бездействовать, то меня уничтожат, я перевела управление кораблем на себя, то есть в кабину "Гепарда". Открыла грузовую аппарель, расконсервировала реактор истребителя и вышла в космос. Бортовой компьютер получал непрерывную информацию через сеть корабля от его внешних датчиков, поэтому мне удалось навести ракеты на цели ещё находясь в трюме и, оказавшись в космосе, я смогла сразу открыть огонь. Три "Хамсина" были уничтожены первым залпом. Четвертый попытался удрать, но я догнала его и тоже уничтожила. Затем вернулась к кораблю, но не стала подходить близко, так как опасалась взрыва реактора, и он действительно взорвался. После этого подошла поближе и продолжила полёт в сторону Амальтеи, считала, что корабль на радарах должны заметить раньше, чем истребитель.

— А почему Вы сразу не подали сигнал бедствия?

— Я опасалась, что он будет перехвачен сепаратистами, и поэтому летела в режиме радио молчания. Подала его только тогда, когда заметила и опознала группу истребителей.

— М-м-да… Всё у Вас красиво, сударыня… Но не ужели Вы и вправду думаете, что кто то поверит в эту рождественскую сказку? Откуда Вы, пилот торгового флота, даже хоть и старший помощник капитана, можете управлять боевым истребителем? И не просто управлять, а вести бой и даже выигрывать этот бой с превосходящими силами противника? Это Вы не учли при составлении своей легенды?

— Но ведь мои слова легко проверить. В памяти компьютера сохраняется всё с момента включения.

— А ведь действительно, — подал голос стоявший неподалёку седоватый мужчина в рабочем комбинезоне. — Чем гадать, сейчас просмотрим запись полёта и всё узнаем. Подделать её невозможно, — и с этими словами нырнул в люк "Гепарда". Не было его довольно долго.

Когда же он вылез из кабины обратно, то на его лице было искреннее удивление пополам с восхищением.

— Всё абсолютная правда. Примите мои поздравления, сударыня! Но как Вам это удалось?! Если бы не увидел своими глазами, никогда бы не поверил! — Я много времени уделяла изучению машины во время рейса и отрабатывала пилотирование и бой в учебном режиме. Вы же знаете, что бортовой компьютер "Гепарда" имеет такую функцию для обучения пилота. К тому же, у меня просто не было выбора. Либо я их, либо они меня…

— Невероятно! Просто невероятно! Никогда бы раньше не сказал, что такое возможно. Тем не менее, прошу меня извинить, но Вам придется пока побыть под арестом, пока не будет установлена Ваша личность. Вы должны понимать, что обстоятельства Вашего появления здесь просто фантастичны.

— Конечно, я понимаю Вас. Кстати, с кем имею честь?

— Капитан первого ранга Арцеулов, командир авиагруппы. Честь имею, сударыня, — представился седой.

— Старший помощник капитана Шереметьева, — улыбнулась Ольга и церемонно сделала книксен.

Двое полицейских проводили Ольгу в небольшое помещение, где её уже ждал офицер военной полиции. У неё сняли отпечатки пальцев, сделали снимок сетчатки глаз, сфотографировали и ушли, оставив одну. В углу находилась койка, привинченная к полу, и Ольга с удовольствием растянулась на ней. После такого страшного нервного напряжения тело требовало отдыха.

Ольга даже не заметила, как задремала. Разбудил её звук открывшейся двери. На пороге стоял тот же офицер, но уже без конвоя.

— Выходите, Ольга Александровна. Мы получили подтверждение, что Вы действительно старший помощник капитана "Фомальгаута" Ольга Шереметьева, а Ваш "Гепард" находился на контейнеровозе в качестве груза. Пойдёмте, я провожу Вас в Вашу каюту, а потом Вас хочет видеть командир.

— Прошу, Ольга Александровна, — поднялся из — за стола человек в мундире капитана 1-го ранга, когда Ольга переступила порог командирской каюты.

— Проходите, присаживайтесь. Я командир авианосца, капитан первого ранга Пантелеев. Для Вас просто Павел Андреевич. Прошу считать себя нашей гостьей и извините за такой приём. Никто всерьёз не верил в эту историю и все были убеждены, что Вы агент сепаратистов, пока мы не получили подтверждение Вашей личности и не провели идентификацию "Гепарда", на котором Вы прилетели. Теперь хотелось бы услышать во всех подробностях информацию из первых рук. А то, мне тут уже такого наговорили, что не знаю, где правда, а где вымысел. Мы получили сигнал бедствия с "Фомальгаута" в самом начале нападения и выслали дежурную эскадрилью на помощь но, к сожалению, вы были очень далеко и они опоздали.

Ольга подробно, шаг за шагом поведала свою историю. Напоследок спросила, осматривали уже корабль, или нет? Вдруг, кого — нибудь нашли?

— Да. "Фомальгаут" был отбуксирован на орбиту Амальтеи, где его обследовала ремонтная команда. Корабль полностью разрушен и восстановлению не подлежит. Удивительно, как он вообще не развалился на куски. В результате взрыва реактора температура внутри корпуса была такой, что плавился не только металл, но и керамика. Там никто не мог уцелеть. Примите мои соболезнования… — И неужели этим бандитам всё опять сойдёт с рук? Сколько же можно терпеть этот разбой?

— Всё, Ольга Александровна. Теперь я уже могу сказать. Получен приказ об уничтожении всех встреченных военных кораблей Лукхора и Аламейна и задержании их торговых судов. В правительстве наконец — то поняли, к чему приводит политика заигрывания с бандитами. К сожалению, слишком поздно. "Фомальгаут" был последней каплей…

— Господин капитан первого ранга! — как много лет назад, обратилась Ольга к командиру, поднявшись из кресла и став по стойке смирно. — Прошу Вас включить меня в состав экипажа авианосца. Я офицер резерва и, в случае военного времени, подлежу призыву на военную службу. Могу быть вахтенным офицером в боевой рубке, или пилотом авиагруппы.

— Сядьте, сядьте, Ольга Александровна. Что это Вы так официально? — улыбнулся командир и указал ей на кресло. — Ценю Ваш патриотический порыв, но увы, ничем не могу помочь. Ведь по специальности Вы пилот торгового флота? Были бы у нас в эскадре транспортные корабли, вопрос бы решился сам собой. Работа для Вас знакомая и там бы лишний человек не помешал. Но у нас, кроме авианосца, только крейсеры и фрегаты. Ни на один из них я отправить Вас не могу, так как там все станут на дыбы. Существуют, знаете ли, определённые традиции на флоте. Да и командующий это не одобрит. Оставить Вас на авианосце, но в качестве кого? Были бы Вы медиком или связистом, я бы ещё мог закрыть глаза. Но Вы пилот транспортных кораблей и Ваше место на мостике. А здесь боюсь, не поймут, если увидят вахтенного офицера в юбке.

— Но я могу ходить в брюках!

— Ольга Александровна, Вы прекрасно понимаете, что я выражаюсь образно. А насчёт включения в авиагруппу — это не ко мне. Здесь царь и бог её командир — капитан первого ранга Арцеулов. Он лично отбирает пилотов. Ему с ними летать, ему и решать. Я только утверждаю приказ. Сумеете убедить его — препятствовать не буду…

— Нет, нет и ещё раз нет! И не подходите больше ко мне с таким вопросом, сударыня! Какой из Вас пилот — истребитель?! — раздражённо говорил командир авиагруппы.

Ольга уже более получаса уговаривала его взять её пилотом.

— Но ведь я же привела истребитель на авианосец и даже уничтожила четыре машины противника! — не унималась Ольга.

— Как Вы не поймёте, что помощник капитана транспортного корабля, пусть даже и стар ший, и пилот — истребитель это две огромные разницы. Я вполне допускаю, что Вы можете выполнить взлёт, посадку и пилотирование истребителя по маршруту и своим появлением здесь Вы доказали это. Всё — таки принципы управления общие. Но ведь этого совершенно недостаточно, чтобы быть пилотом машины подобного класса! Задача истребителя — это бой в космосе и в атмосфере, о чём у Вас нет ни малейшего понятия. Вы не владеете техникой пилотирования во время боя. Ваша победа над "Хамсинами" — чистая случайность. На Вашей стороне была внезапность и, что греха таить, Вы прекрасно её использовали. Эти бандиты просто расслабились и не ждали нападения. Но ведь так бывает далеко не всегда.

— Но ведь я тренировалась в кабине "Гепарда" в учебном режиме, даже не выполнив ни одного учебного полёта и мне удалось выйти победителем из этого боя! — Вот именно, сударыня, удалось! А могло и не удастся, если бы эти идиоты не ловили ворон. Никакой учебный режим бортового компьютера не заменит реального полета. Он рассчитан на людей, уже знакомых с техникой пилотирования и предназначен просто для ознакомления с данной конкретной машиной.

— Но ведь я смогу потренироваться и в реальном полёте!

— Когда, сударыня? В любой момент может быть дана команда на вылет в рейд и Вы соби раетесь тренироваться в бою? Я не убийца и никогда не отправлю Вас на верную смерть.

— Но ведь Вы можете сделать меня ведомым какого — нибудь опытного пилота и я буду неотрывно висеть у него на хвосте, повторяя все его манёвры. Так всегда делали раньше во время войн. Я интересовалась историей и знаю, что в двадцатом веке во время второй мировой войны немецкий пилот — истребитель Эрих Хартман, на счету которого больше трёхсот сбитых самолётов, в первых своих ста вылетах вообще никого не сбил, так как был ведомым у хорошего лётчика и набирался опыта. И как видите, кое чему научился.

— Кстати, о Хартмане. Я тоже интересуюсь историей и прекрасно знаю, как он добивался своих побед. Это Вам известно? Могу процитировать его изречение: "Оцените, имеется ли у противника отбившийся или неопытный пилот. Такого пилота всегда видно в воздухе. Сбейте его. Гораздо полезнее поджечь только одного, чем ввязываться в двадцатиминутную карусель, ничего не добившись". Так вот я не хочу, чтобы Вы были этим самым отбившимся неопытным пилотом. Идите и не морочьте мне голову…

Подобные диалоги между командиром авиагруппы и Ольгой продолжались несколько дней. Когда Ольга уже достала его своей настырностью, он приказал не пускать её больше на ангарную палубу. Однако, она не унывала, перехватывая Арцеулова возле каюткомпании и в коридоре жилого отсека. В конце концов, через неделю непрерывной осады, командир устало сказал.

— Ольга Александровна, простите меня, но я не пойму, зачем Вам это… Да, все Ваши товарищи погибли и я понимаю Ваши чувства. Но для этого есть мы — воины. Это наша работа и мы умеем её выполнять. Хорошо ли, плохо ли — покажет бой и мы сознательно идём на это. Вам не надо быть здесь. Женщине не место на войне. Вы не знаете, что это такое и лучше Вам не знать этого никогда…

— Я знаю, что такое война. И бой с "Хамсинами" здесь не причём, — тихо, но твёрдо ответила Ольга.

Арцеулов удивлённо поднял глаза, явно намереваясь спросить — откуда? И осёкся, встретившись с её взглядом. Они долго молча смотрели друг на друга.

— Хорошо! — сказал, наконец, командир. — Устрою Вам пробный экзамен. Проведёте со мной десять учебных боёв в космосе. Выбор машины — по Вашему усмотрению. У нас истребители двух типов — "Ягуар" и "Гепард". У "Ягуара" более мощное вооружение, но "Гепард" легче и манёвреннее. Взлетаем с интервалом в одну минуту, удаляемся от эскадры и дальше — ведение огня по способности. Ваша задача — уничтожить меня. Если хоть один раз Вам это удастся, то, даю слово, я беру Вас пилотом авиагруппы. Вы, как офицер резерва, получаете первый офицерский чин — мичман и квалификацию пилота третьего класса палубной авиации Военно — Космического Флота. Если же нет — Вы сидите в своей каюте тихо, как мышка, и не высовываете из неё нос до ближайшего захода на базу. Согласны?

— Согласна!

— Принято! Какую машину выбираете?

— "Гепард", на котором я прилетела. Один раз он уже спас мне жизнь. И у меня одна про сьба — если Вы меня возьмёте, то прошу оставить мне его.

— Хорошо. В случае победы этот "Гепард" — Ваш. Прикажу подготовить его к вылету.

Сейчас поговорю с командиром корабля и, если он даст добро, завтра начнём.

На следующий день авианосец гудел, как потревоженный улей. Не смотря на то, что о предстоящем космическом поединке знал очень узкий круг лиц, новость очень быстро распространилась по кораблю. Заключались пари на то, сколько времени продержится Ольга до того момента, когда будет "сбита". Никто не верил, что ей удастся выиграть хотя бы один бой. Мастерство командира авиагруппы ни у кого не вызывало сомнений.

Он уже имел богатый боевой опыт в прошлых военных конфликтах.

Накануне Ольга потренировалась в кабине "своего" истребителя ещё раз. Она понимала, что шансов противостоять такому противнику, у неё нет. Значит, надо найти какой — то нестандартный приём, чтобы лишить "врага" его преимущества и выиграть хотя бы один бой.

Учебные бои между истребителями были сейчас максимально приближены к реальности. Всё было по настоящему — взлёт, пилотирование в космосе, выход в атаку.

Всё, кроме пуска ракет. Бортовые компьютеры двух истребителей соединялись в полёте в локальную сеть и точно моделировали пуск и полёт ракет, фиксируя попадание, или промах. Это давало хорошую возможность тренировки пилотов в условиях, мало отличающихся от реального боя. Перед вылетом, когда истребители находились ещё на ангарной палубе, Арцеулов провёл последний инструктаж:

— Ну что, сударыня, Вы готовы?

— Готова!

— Отлично. Взлетаете первая. Ваш позывной в полёте — "Фотон". Мой — "Гранит". Через минуту после Вас взлетаю я. Если хотите, можете попытаться сбить меня на взлёте. Если Вам это не удастся, разлетаемся в разные стороны и начинаем сближение на встречных курсах. С этого момента маневрирование по ситуации и открытие огня по готовности.

Как видите, я создаю Вам максимально возможные благоприятные условия. Мне самому хочется посмотреть, на что Вы способны. Вопросы есть?

— Нет!

— Тогда, вперёд! Желаю успеха!

Ольга заняла место в кабине "Гепарда". Истребитель был поднят шлюзовым подъёмником на взлетную палубу и стоял в режиме готовности. Наконец последовала команда:

— "Фотон", вам взлёт! Ольга дала максимум тяги обоим двигателям, взлетела и стала удаляться от авианосца.

Когда минута была на исходе, она развернулась и стала ждать "противника". Ровно через минуту с палубы взлетел "Ягуар" командира. Она тут же попыталась перехватить взлетевший истребитель, но ничего не получилось. Арцеулов непостижимым образом увернулся. В наушниках раздался его насмешливый голос:

— "Фотон"! Действуем дальше, как условились.

Он бы мог тут же развернуться и атаковать Ольгу, но не стал этого делать. Удалившись на большое расстояние, они развернулись и понеслись навстречу друг другу.

Ольга сразу попыталась захватить цель, как только противник приблизился на дистанцию стрельбы, но резкие манёвры командирского "Ягуара" не позволяли это сделать. Арцеулов очень быстро перехватил инициативу, навязал ей свою манеру боя и, буквально через десять секунд, на экране пульта управления в кабине "Гепарда" Ольги вспыхнуло красное табло: "Вы уничтожены".

— Ну, что, "Фотон", продолжаем? — раздался всё тот же насмешливый голос.

— Продолжаем!

Они опять разлетелись в разные стороны и снова пошли навстречу друг другу. На этот раз Арцеулов не стал сразу открывать огонь. Он бы уже давно мог сбить Ольгу но, очевидно, ему хотелось посмотреть, на что она способна, как пилот. Два истребителя крутились в космическом пространстве, причём Ольге никак не удавалось использовать преимущество в манёвренности своего "Гепарда". Перед ней был настоящий ас, до которого ей было очень далеко. Вдоволь погоняв Ольгу по космосу, Арцеулов "сбил" её во второй раз.

— Ну что, "Фотон", продолжать будем? Или хватит?

— Будем!

— Тогда, вперёд!

Снова две стремительных машины развернулись и понеслись прочь друг от друга.

Ольга напряжённо думала, что же она может противопоставить такому сильному противнику. Она прекрасно видела, что в технике пилотирования она очень сильно уступает ему. Ведь до этого ей приходилось управлять только огромными транспортными кораблями с массой шестьсот — семьсот тысяч тонн, которые маневрировали совсем не так, как стремительный и юркий пятидесятитонный истребитель. Если она будет вести себя так и дальше, то победы ей не видать. Два боя уже проиграны. А что, если попробовать тот приём, который она использовала во время тренировок в кабине "Гепарда"? Ольга обратила внимание, что она каким то непостижимым образом з н а е т, где окажется цель в определённый момент времени и именно туда посылала ракету. Хоть ракеты и самонаводящиеся, но их возможности самонаведения тоже не беспредельны. Именно на этом и основана возможность уклонения от ракет противника с помощью манёвра, применения генератора помех и различных ловушек. На тренажёре ей удавалось уничтожать вражеские машины на дистанциях, превышающих дальность полёта ракет в момент пуска. Ведь вражеская машина тоже летела навстречу с огромной скоростью и сокращала дистанцию, входя в зону поражения. Ольга и сама не могла понять, как ей удаётся предугадать траекторию полёта цели и ракеты, обеспечив их встречу в определённой точке пространства, когда ни один пилот даже ещё и не подумает стрелять. Но, по крайней мере, это единственный шанс. Значит, выход один — не подпускать противника близко, где он может применить своё превосходство в технике пилотирования и применении оружия, а оставаясь на большой дистанции, когда у него ещё и в мыслях не будет открывать огонь, постараться точным выстрелом поразить его. Другого варианта просто нет. И она гнала свой истребитель всё дальше и дальше. Наконец, развернувшись, они опять пошли на сближение.

Ольга сразу "включила" свои странные способности. Она непонятным образом знала, как поведёт себя мчащийся на неё "Ягуар" и в строго определённый момент выпустила "ракету", когда ещё дальность до цели превосходила дальность полёта ракеты.

На экране вспыхнуло зелёное табло — "Цель поражена". Ольга аж закричала от радости.

У неё получилось! — "Гранит", Вы сбиты! — радостно возвестила она в эфир.

— Что за чёрт, не может быть!!! — раздался удивлённый голос Арцеулова. Он удивлённо уставился на красное табло, возвещающее о его уничтожении. Он уже и забыл, как оно выглядит.

— Ну, что, "Гранит", продолжать будем? — весело спросила Ольга.

— Будем, "Фотон"! Обязательно будем! — в голосе командира слышалось удивление. Он никак не мог понять, как же этой пигалице удалось попасть с дистанции, на которой стрельба — это бесполезное выбрасывание боезапаса. Истребители развернулись и снова начали удаляться. Ольга снова ушла на большое расстояние, выйдя из зоны поражения командирского "Ягуара". Она ликовала. Ещё бы, удалось "сбить" самого Арцеулова! Теперь она знала, что делать. На запредельной дистанции командир не мог реализовать своё превосходство.

Развернувшись снова для атаки, Ольга поймала "Ягуар" в прицел и стала ждать. Нужно доказать командиру, что это не случайность. Что она действительно умеет стрелять. Хоть она и была уверена, что Арцеулов выполнит обещанное, но не хотелось, чтобы у него создалось впечатление, что всё у неё получилось, как говорят, "на дурняка". Она прекрас-но знала, что сейчас внимание всего экипажа авианосца приковано к их поединку. Подобная информация распространяется с громадной скоростью и то, что какой — то девчонке из торгового флота, имеющей всего пару часов налёта на истребителе, удалось одержать победу над командиром авианосной авиагруппы, сейчас знают уже все. От командира корабля до последнего матроса.

Истребители сближались, но расстояние было ещё очень большим. "Ягуар" начал раньше выполнять манёвры уклонения, но Ольга неотрывно "вела" его. Она сама не могла понять, как это у неё получается. В строго определённый момент времени, по — прежнему не входя ещё в зону поражения "Ягуара", Ольга выстрелила, направив виртуальную ракету на перехват в определённую точку пространства. Вскоре компьютер доложил о поражении цели.

— "Гранит", счёт два — два! Продолжать будем?

— "Фотон", Вам что, нечистая сила помогает?! — в голосе командира сквозило неприкры тое удивление. Никому ещё не удавалось сотворить что — либо подобное.

— Нет. Просто Вы хороший учитель!

— Никогда бы раньше не поверил… Продолжаем, как условились!

Снова ещё шесть раз сходились на встречных курсах две стремительных машины, стараясь уничтожить друг друга. И результат был неизменным. Ольга каждый раз "уничтожала" противника, не давая ему даже приблизиться к цели. После десятого боя, "уничтожив" "Ягуар" командира уже в восьмой раз, доложила.

— "Гранит", задание выполнено. Жду дальнейших указаний.

— Всё, "Фотон". Возвращаемся… Когда "Гепард" Ольги оказался на ангарной палубе авианосца, и она выбралась из кабины, все окружающие смотрели на неё, как на чудо света. Произошедшее было просто немыслимым. Никто не мог припомнить ничего подобного. Арцеулов стоял возле своей машины и с нескрываемым удивлением смотрел на Ольгу. Она подошла к нему и, как четыре сотни лет назад, вскинула руку к забралу шлема.

— Господин капитан первого ранга! Задание выполнено. Проведено десять учебных боёв.

В восьми одержана победа. Машина повреждений не имеет.

И опустила руку, стоя по стойке смирно. Арцеулов смотрел и молчал. Молчали и все остальные, не веря в происходящее. Но пауза длилась недолго. Командир авиагруппы уже принял решение.

— Вольно…, мичман! Пока отдыхайте, а с завтрашнего дня лично займусь Вашей подготовкой. Техника пилотирования во время боя у Вас сильно хромает, и Вы не можете реализовать преимущества в маневренности своей машины.

И улыбнувшись, добавил.

— Поздравляю, Ольга Александровна! От всей души поздравляю. Не верил, что такое возможно, и не представляю, как у Вас это получилось. Но факты — упрямая вещь. Придётся пересмотреть некоторые концепции, считавшиеся незыблемыми. Сегодняшний бой меня многому научил. Думаю, Эриху Хартману было бы далеко до Вас. Поверьте, я в этом хорошо разбираюсь…

Глава 6

Как давно все это было… А ведь кажется, что только вчера… Как быстро летит время и нет возможности замедлить его бег. Скольких уже нет рядом. Сколько твоих боевых товарищей так и остались молодыми. Тебе крайне редко приходилось хоронить своих друзей. Почти все они сгорали в пламени взрыва вместе со своей машиной, не выходили из пикирования над поверхностью планеты, или бесследно исчезали в глубинах космоса. А космос умеет хранить свои тайны… Сколько лет прошло, а ничего не изменилось. Изменились только средства для уничтожения себе подобных. И в этом человек очень даже преуспел. Как сказал один из поэтов древности: "С поры той прошло уже множество дней, но все — таки люди не стали умней…". Уже больше пяти лет идет эта кровопролитная война. Давно можно было бы раздавить это бандитское гнездо, но создается впечатление, что кому — то это очень выгодно. Несколько раз враги были на грани полного разгрома, и каждый раз их спасали, объявляя какие — то странные перемирия. Никто не мог понять этого… Ольга лежала, укрывшись одеялом в каюте "Персея" и вспоминала события минувших лет. Она была уже не тот мичман, бывший когда — то ведомым командира авиагруппы.

Она прекрасно помнила все вехи своего боевого пути. От мичмана до капитана 2-го ранга. От пилота новичка до командира авиаэскадры… После того, как было принято решение о создании отдельной истребительной авиаэскадры для прикрытия самой дальней из планет Федерации — Амальтеи, эта должность без колебаний была предложена ей, не смотря на молодость. На войне люди взрослеют очень быстро. Авиагруппа была перебазирована с авианосца на планетный космопорт и пополнена новыми машинами. А сам авианосец "Адмирал Ушаков" — ветеран космических сражений, ушел на ремонт. Три года минуло с тех пор… Ольга полюбила эту красивую планету, очень похожую на Землю. Она была еще мало освоена и во многих местах природа имела свой первозданный вид. И все это требовало надежной защиты, ибо попытки завладеть планетой не прекращались. Но эскадра Военно — Космического Флота Федерации, базирующаяся здесь, и отдельная истребительная авиаэскадра, входящая в ее состав, срывали все планы любителей поживиться за чужой счет. Военные действия в этом секторе космоса то затихали, то вспыхивали с новой силой.

Вот нашлась и для нее работа. Накануне ее вызвал командующий эскадрой и поставил задачу — провести разведку системы ПВО врага. Задание практически невыполнимое.

Нужно углубиться в атмосферу планеты до высоты порядка двадцати километров и пролететь над интересующим районом, ведя непрерывную запись. Правда, при этом по разведчику будет стрелять все, что стреляет… Несколько раз пробовали отправлять беспилотные аппараты, но все они были перехвачены и уничтожены еще на подходах к планете. Требовался какой — то хитроумный трюк, чтобы ввести врага в заблуждение хотя бы в начале операции. И тут Ольга предложила использовать тот же прием, который когда — то спас ей жизнь. Взять старый контейнеровоз и превратить его в своеобразный авианосец однократного применения. Авианосец — камикадзе. В грузовом отсеке должны находиться несколько истребителей, готовых к взлету. Корабль должен выйти из гиперпространства как можно ближе к планете. Хоть это и опасно, но при тщательных расчетах выполнимо. Сепаратисты не станут сразу уничтожать грузовой корабль на подходе. Они могут с успехом сделать это и позже, когда он войдет в атмосферу. Первым делом они постараются выяснить, кого же это к ним занесло. Возможно, даже предпримут попытку захвата… А большего и не требуется. Если кораблю удастся беспрепятственно войти в атмосферу, на высоте порядка двадцати — тридцати километров будет открыта грузовая аппарель и находящиеся внутри истребители стартуют в воздух. Естественно, вся задумка сразу будет раскрыта и противник откроет огонь. Корабль послужит приманкой, отведя на себя большую часть зенитных ракет. Истребители пройдут строем над интересующим районом, причем все из них, кроме флагмана, должны выполнять роль своеобразного щита, отводя на себя огонь противника. Флагман же будет собирать информацию и, когда закончит, выйдет из атмосферы в космос, где его в строго определенной точке пространства и расчетный момент времени будет ждать крейсер Федерации, вышедший из гиперпространства на несколько минут. Далее крейсер быстро возьмет истребитель на внешнюю подвеску и они снова уйдут в гиперпространство. Не смотря на большие затраты — предусматривалась потеря транспортного корабля и двух — трех истребителей, план был вполне реален. Управлять всей системой должен один человек, находящийся на флагманском истребителе. Корабль и остальные истребители пойдут в автоматическом режиме без людей. Пилот флагмана будет только корректировать их полет. Задача хоть и сложная, но выполнимая. Адмирал спросил, кого Ольга собирается отправить на это задание.

Ее ответ, что она собирается провести разведку лично, вызвал поначалу категорический протест. Где это видано, чтобы командир авиаэскадры сам отправился в такой рискованный полет, да еще и в одиночку. Однако, ей удалось убедить адмирала, что все прочие варианты приведут только к бесполезной потере людей и техники, а задание будет проваленно. Только опытному одиночке такое под силу, а опытнее нее никого поблизости нет.

Она не стала добавлять, что только ей, с ее паранормальными способностями, обостренной интуицией и чувством опасности такое по плечу. Для другого пилота этот полет в преисподнюю будет просто дорогостоящим самоубийством. Никто не сможет пройти через плотный зенитный огонь. Непонятно, на что рассчитывает начальство, давая такое задание. Но, как говорили раньше, инициатива подчиненного выражается только в выборе средств для выполнения поставленной задачи. Значит, придется выбирать и выполнять.

Выбрали старый контейнеровоз "Монблан" и три пожилых "Гепарда". Все ценное оборудование было демонтировано, а в памяти компьютеров оставлено только то, что необходимо для полета. В случае попадания этих машин в руки врагов, ничего интересного для себя они там не найдут. Какой истребитель пойдет флагманом, тоже не подвергалось сомнению. Ольга не расставалась со своей "Летающей ведьмой".

Ольга в который раз прокручивала в уме все детали предстоящей операции. Каждый этап рассчитан с точностью до секунд. На бумаге все получается красиво, а вот как пойдет на деле… Всегда может возникнуть какая — нибудь нелепейшая случайность, которую просто невозможно предусмотреть. Остается только постараться свести вероятность появления такой случайности к минимуму. Однако, пора! Ольга встала и начала одеваться.

Натянув кружевное белье, она невольно опять глянула в зеркало и улыбнулась. Все — таки, за семнадцать лет своей новой жизни она уже привыкла быть женщиной, и женские слабости в виде красивого белья были ей не чужды. Одевшись полностью, снова осмотрела себя в зеркале и осталась довольна. Неброская куртка, брюки, походные кроссовки — она вполне могла сойти за городскую жительницу, выбравшуюся на пикник на природу. Дай бог, чтобы этот маскарад не понадобился… В карман куртки, на всякий случай, вложила трофейный пистолет с запасными магазинами. В случае чего, к трофейному оружию проще будет найти боеприпасы на вражеской территории. Присев на дорожку, Ольга обвела взглядом каюту и вздохнула. Появится ли она здесь опять…

Прозвучал сигнал коммуникатора. Время. Пора идти… Пройдя через шлюз из крейсера на контейнеровоз, Ольга в полном одиночестве шагала по пустынным коридорам. Экипаж уже покинул корабль. Сейчас здесь, кроме нее, находится только команда техников в трюме, готовящих истребители, но скоро и они покинут "Монблан". Ольга вошла в трюм и направилась к стоявшим в отдалении машинам.

Они специально были установлены возле самой аппарели, поближе к выходу. При старте из трюма в атмосферу дорога будет каждая доля секунды. Ее уже ждали. Инженер — механик доложил о готовности и техники помогли надеть скафандр. Возле входного люка стоял Пугачев. Ольга вынула из ушей сережки и положила их в огромную ладонь.

— Держи, Михалыч! Как вернусь, тогда отдашь…

— Ни пуха, ни пера, Оля!

— К черту, к черту…

Пугачев убрал серьги в шкатулку. Их обычный ритуал был завершен. Ольга забралась в кабину истребителя и задраила люк. Техники помахали на прощание и, развернувшись, быстрым шагом направились к выходу из трюма. Вскоре бортовой компьютер доложил, что все люди покинули корабль. Шлюз был рассоединен и "Монблан" несся в пространстве, соединенный с "Персеем" только стыковочными узлами. Ольга осталась одна на огромном корабле.

Первым делом, она перевела управление контейнеровозом в кабину истребителя. Бортовой компьютер "Ведьмы" получал также всю необходимую информацию от "Персея".

Компьютеры трех других истребителей были соединены в сеть и подключены к флагману. Теперь Ольга могла управлять всей этой громоздкой системой из кабины "Ведьмы".

Бросив взгляд на часы, она прикинула, что до выхода из гиперпространства осталось порядка двадцати минут. В любом случае, ее предупредят заранее из рубки крейсера.

Проверила еще раз состояние всех систем своей машины и остальных. Все показатели в норме. Взгляд на панель вооружения. Двадцать четыре ракеты "Молния" класса воздух — воздух и две противокорабельных ракеты среднего класса "Томагавк", не считая снарядов к пушкам, ждут своего часа. Ольга сознательно пошла на такой вариант боевой нагрузки, взяв две противокорабельных ракеты. Неизвестно, кто встретится на пути.

Так что, лучше иметь что — нибудь в арсенале на "крупного зверя". Остальные истребители несут только "Молнии". Все равно, толку от них в бою не будет. Попасть по цели, стреляя не из своей, а из чужой машины, проблематично даже с ее способностями.

Можно только попугать врага и создать впечатление, что другие истребители тоже управляются пилотами, а не идут в автоматическом режиме. Что заставит противника распылить огонь. Делать пока больше нечего. Остается только ждать.

Наконец, раздался долгожданный сигнал, и вахтенный офицер крейсера предупредил Ольгу о выходе из гиперпространства. Ее внимание было приковано к обзорным экранам. Крейсер произвел расстыковку и начал отходить в сторону. Через пятнадцать секунд он исчез, снова скрывшись в гиперпространстве. Вдалеке виднелась враждебная планета. Расстояние выхода было подобрано таким образом, чтобы операторы станций слежения не смогли определить, сколько же кораблей вынырнуло в трехмерный космос.

Один, или несколько. И в то же время дистанция для абордажа была уже недостаточна.

Перехватить контейнеровоз можно только при подходе к атмосфере, где абордаж невозможен. Все это Ольга просчитала заранее. Положив руки на пульт, она взяла управление "Монбланом" на себя. Автоматика работала четко. Ей оставалась только присматривать за ней. Огромный контейнеровоз мчался к планете. Ольга не сомневалась, что ее уже заметили и готовят перехват. Через несколько минут стартуют истребители и штурмовики, а может что — нибудь и посерьезнее. Вроде крейсера. Такой противник разделается с ней одним залпом и задание будет провалено. Даже, если она и уцелеет, успев стартовать из трюма в космос, до планеты ей не добраться. Вся надежда будет на то, что удастся продержаться до появления "Персея" и пробиться к условленному месту встречи.

Весь расчет делался на человеческую жадность. Корабль гражданский, вооружения серьезного иметь не может, да и идет, судя по всему, не пустой. Почему бы не поживиться?

Через несколько минут Ольга поняла, что не ошиблась в своих ожиданиях. Радар засек группу малоразмерных быстроходных целей, вынырнувших из атмосферы и устремившихся навстречу. Автоматика безошибочно идентифицировала цели и Ольга усмехнулась. Старые знакомые — шесть штурмовиков типа "Хамсин". Машины уже порядком устаревшие, но для перехвата одиночного безоружного корабля можно обойтись и меньшими силами. Ни одного истребителя, или крупного военного корабля не было видно.

— Да-а-а, ребятки, не уважаете вы меня… Ну, вам же хуже будет! Между тем, штурмовики уже взяли контейнеровоз в клещи, перекрыв ему возможность к отступлению. В наушниках шлема зазвучал голос на английском.

— "Шварцвальд" — пограничной охране! Следовать за нами! Вы вторглись в территориальное пространство без предварительного уведомления и будете задержаны для досмотра. В случае неповиновения открою огонь.

Ольга улыбнулась. Ее блеф сработал. Автоматическая идентификационная система контейнеровоза — АИС была перепрограммирована заранее. "Монблан" превратился в "Шварцвальд" — однотипный корабль нейтральной планеты Швейцария, традиционно стоящей в стороне от разных конфликтов и делающей неплохой бизнес, суть которого заключалась в принципе "и нашим, и вашим". И именно это название и опознавательный номер высвечивались сейчас на экранах всех штурмовиков. Настоящий же "Шварцвальд" был очень далеко отсюда, да только местные "джентльмены удачи" не смогут выяснить это быстро, даже если захотят… — Пограничная охрана — "Шварцвальду"! У нас проблемы с гипердвигателем, но скоро мы их устраним. У нас не было намерений нарушать границу! Ольга быстро выдала информацию испуганным голосом на английском. Это тоже входило в ее расчет. Услышав женский голос, враги поверят, что на борту гражданский экипаж.

— Следуйте за нами! Мы поможем решить вам ваши проблемы! Ольга улыбнулась и подправила курс, следуя в окружении штурмовиков. Пока все шло удачно. Противник сам проведет ее в свое логово… Контейнеровоз вошел в атмосферу, плавно сбрасывая скорость. Штурмовики не отстаВали, следуя в отдалении и готовые в любой момент открыть огонь. Но курс полета пока что устраивал Ольгу, и она строго следовала указаниям, поступающим по радио.

Трюм был уже разгерметизирован для выравнивания давления, чтобы не было резкого скачка при открытии аппарели.

Высота быстро уменьшалась. Пятьдесят… сорок… тридцать… двадцать… десять километров… Ольга даже не ожидала, что ей удастся так снизиться. Поступила новая команда о смене курса. Все ясно, контейнеровоз уводят в сторону космопорта. В компьютер "Ведьмы" была заложена довоенная карта планеты. Какое — то время она продолжала лететь прямо, игнорируя приказ. Один из штурмовиков тут же покинул строй, приблизился и дал предупредительную очередь из пушек поперек курса.

Все, ждать больше нельзя. Прощайте, ребята, я отпускаю вам грехи… И Ольга дала команду на аварийный отстрел аппарели. Сорванная пиропатронами аппарель отлетела в сторону. И в ту же секунду четыре "Гепарда" вырвались на простор и бросились на врага.

Ближайший "Хамсин" ничего не успел предпринять, и был уничтожен первым же выстрелом. Противник растерялся. Ситуация складывалась такая же, как и пять лет назад.

Несколько секунд, и ещё три вражеских машины разлетелись на куски. Оставшиеся два "Хамсина" развернулись и бросились спасаться бегством.

— Вот так — то, ребята! Это вам не с безоружными воевать!

Ольга не стала преследовать бегущего врага. У неё другая задача, а времени в обрез. Скоро здесь будет не протолкнуться от вражеских истребителей, да и зенитчики уже обратили на неё пристальное внимание. Бортовой компьютер непрерывно регистрировал сигналы радаров ПВО и скоро надо ждать гостей. Противник, сам того не желая, вывел контейнеровоз почти что в заданный район. На пролёт по маршруту не более пяти минут. "Гепарды", находясь несколько выше "Монблана", шли с максимальной скоростью, какую мог позволить себе контейнеровоз в атмосфере. Бросать его было ещё рано. Вот и интересующий район. Аппаратура непрерывно регистрирует данные. На радаре появляется группа целей, идущих на перехват. Очевидно, подняли по тревоге ближайшую дежурную эскадрилью. Оперативно, ничего не скажешь. Автоматика определила цели — истребители типа "Аламас". Противник гораздо более серьёзный, чем тихоходные и неповоротливые "Хамсины". Ну, да ничего. Видали и таких… Поймав в прицел ближайшую машину, Ольга выстрелила. Метнулся огненный хвост ракеты и вскоре компьютер доложил о поражении цели. Ольга опять, не давая врагу приблизиться, расстреливала его с дальней дистанции. Это подействовало. Потеряв ещё четыре машины, вражеские пилоты не предпринимали попыток завязать ближний бой, тоже выпуская ракеты с большого расстояния, только успеха не добились. Они, очевидно, ждали подкрепления, так как знали, что деваться Ольге некуда. Улететь отсюда истребители без гипердвигателя не смогут, а контейнеровоз можно очень легко уничтожить, поэтому и не спешили. К тому же, видать, они не теряли надежды захватить контейнеровоз в целости и сохранности. Между тем, разведка была завершена. Аппаратура записывала последние данные, и теперь надо уносить ноги. И чем быстрее, тем лучше, так как скоро здесь будет очень жарко.

Группа из четырёх "Гепардов" и грузового корабля рванулась вверх, в космос, но далеко уйти им не дали. Видя, что добыча пытается ускользнуть, противник дал залп зенитными ракетами. Ольга и здесь правильно предугадала — первый залп был направлен на контейнеровоз, как на более важную цель. Объятая пламенем махина устремилась вниз.

Прощай, "Монблан"… Ты с честью выполнил свою задачу… Четыре "Гепарда", форсировав двигатели, стремительно набирали высоту, стремясь как можно скорее выйти из атмосферы. В безвоздушном пространстве взрыв зенитной ракеты не так опасен — не образуется ударной волны. Требуется точное попадание для поражения цели. Но и противник не дремал. Уведя свои истребители, чтобы они не пострадали от зенитного огня, вся мощь ПВО была сосредоточена на пытающейся уйти группе разведчиков. Воздух вокруг сотрясался от близких разрывов. Три беспилотных "Гепарда" были быстро уничтожены один за другим, выполнив свою основную задачу — прикрытие флагмана. Ольга осталась одна. Каким то непостижимым образом ей удавалось уклоняться от зенитных ракет. Разрывы полыхали совсем близко, осколки ракет стучали по корпусу, выводя из строя внешние датчики и антенны, но прямых попаданий не было.

Наконец истребитель вырвался из атмосферы и устремился прочь от планеты. Она понимала, что это ещё не конец. Сейчас будет организована погоня и далеко уйти ей не дадут.

Хоть "Гепард" и превосходит в скорости любой из истребителей сепаратистов, но уйти в гиперпространство он не сможет, и будет оставаться в пределах этой звёздной системы.

А значит добить его — это дело времени. Ведь никто не знал о "Персее", поджидающем Ольгу. До расчётного времени оставалось не более двух минут. Крейсер выйдет из гиперпространства не более, чем на минуту, быстро возьмёт "Гепард" на внешнюю подвеску и снова скроется в гиперпространстве. Выполнять такие манёвры поблизости от планет очень опасно, но другого выхода нет.

Чувство тревоги не покидало Ольгу. Хотя, вроде бы, все закончилось хорошо, задание выполнено, но что — то не дает покоя… Неожиданно, прямо по курсу вспыхнул сигнал на экране радара. Это не мог быть "Персей". Для него еще рано, и целей две, а не одна.

Спустя секунду автоматика идентифицировала цели, и у Ольги все похолодело внутри.

Два новейших штурмовика типа "Сункар". Машины нового поколения, имеющие гипердвигатель и способные действовать автономно, не завися от авианосца. Машины, хоть и не отличающиеся высокой скоростью и маневренностью по сравнению с ее истребителем, но обладающие колоссальной огневой мощью и закованные в надежную броню с головы до пят. Вот она, эта случайность, которую просто невозможно предвидеть.

Две вражеских машины вышли из гиперпространства почти в той же точке и момент времени, когда здесь должен появиться "Персей". В любой другой момент Ольга без труда ушла бы от штурмовиков, да в том то и проблема, что уходить нельзя. Крейсер будет ждать ее именно сейчас и именно здесь. Надежды на то, что ее не заметят, не было. Оба "Сункара" уже заметили и опознали вражеский истребитель и неслись навстречу. Остается только принимать бой. Легкие ракеты "Молния" не возьмут этих бронированных чудовищ. С таким же успехом, в ее прежней жизни, можно было бы стрелять из пулемета по танку. Не зря она взяла два "Томагавка". Итак, две ракеты — две цели… Даже, если удастся уничтожить только одного, вскоре должен появиться "Персей" и он, по крайней мере, хоть отгонит противника. Связываться с тяжелым крейсером одиночный штурмовик ни за что не будет. Эти мысли за доли секунды пронеслись в голове Ольги… Она поймала в прицел головную машину и выпустила один "Томагавк". Расстояние было очень большим, но подходить близко нельзя. Вскоре головной штурмовик скрылся в огненном облаке взрыва и пылающей кометой стал падать в атмосферу. Один готов! Быстро прицелившись по второму противнику, Ольга нажала кнопку пуска. Неожиданно Истребитель рвануло в сторону и он потерял управление. Ей с трудом удавалось удерживать взбесившуюся машину. Из — под правой плоскости бил огненный протуберанец.

Одного взгляда на панель оружия было достаточно, чтобы понять, что случилось. Очевидно, зенитным огнем были повреждены замки подвески, на которой находился последний "Томагавк". После подачи команды на пуск, двигатель ракеты заработал, но сама ракета не смогла сойти с направляющих, и сейчас ее мощный двигатель создавал дополнительный вектор тяги, мешающий двигателям истребителя. Пока ракета не выработает все топливо, а это тридцать минут, истребитель будет вести себя, как необъезженный жеребец, пытающийся сбросить всадника. После этого ракета превратится в бесполезную взрывоопасную болванку, но мешать управлению больше не будет. Плохо только то, что нет у нее этих тридцати минут… Изловчившись, Ольга выпустила сразу три "Молнии". Вскоре компьютер доложил о поражении цели одной ракетой, но вражеский штурмовик несся навстречу, как ни в чем не бывало… Попала, а что толку… Для него это все равно, что слону дробина… Ольга с трудом удерживала рыскающий истребитель. Если он не появится в ближайшее время, "Сункар" приблизится и без труда уничтожит потерявшую управление машину. Однако, командир штурмовика решил не рисковать. Видя, какая участь постигла его товарища, он дал веерный залп большим количеством ракет, накрыв все пространство вокруг Ольги. Небо покрылось сполохами разрывов. Ольга сама не могла понять, как ей удается избегать прямых попаданий, но разрывы были очень близко. Истребитель содрогался, появились первые повреждения, отказали некоторые системы. Неожиданно удар страшной силы потряс машину. У Ольги потемнело в глазах… Когда она очнулась, первым ощущением была тишина. Двигатели не работали, панель на экране, показывающая повреждения, большей частью светилась красным цветом.

Истребитель падал, входя по баллистической кривой назад в атмосферу…

Глава 7

Что ж, Ведьма, настал твой черёд… Слишком долго улыбалась тебе удача. Слишком многих ты отправила на тот свет… Теперь пришла твоя очередь. Судьба подарила тебе семнадцать лет жизни и это не так уж мало… Ольга тряхнула головой, прогоняя остатки дурмана. Нет! Ещё не всё потеряно! Тогда, в торпедном отсеке, ситуация была намного хуже. Быстрым взглядом она скользнула по приборам, оценивая своё положение. Положение, правда, не завидное. Реактор хоть и работает, но оба двигателя молчат. Многие системы выведены из строя. Истребитель падает и если не удастся запустить хоть один двигатель, совершить посадку она не сможет. Сзади на радаре маячит цель — вражеский штурмовик. Там уже поняли, что её машина серьёзно повреждена и не торопятся добить. Знают, что смертельно раненый истребитель никуда не денется. Очевидно, надеются захватить в плен. Ну, это у вас, ребята, вряд ли получится. Добраться бы только до поверхности планеты, да успеть уйти подальше от машины, а там будете искать ветра в поле. Вряд ли подумают, что пилот сбитого истребителя — женщина. Хотя после этого тоже возникнет куча проблем, не так то просто выжить на территории противника даже с её способностями, и ещё труднее будет попытаться покинуть планету на каком нибудь грузовом корабле, но будем решать проблемы по мере их возникновения. Если не удастся совершить посадку, то тогда уже не будет никаких проблем… А катапультироваться на большой высоте нельзя. Пока долетишь до поверхности, там уже точно будет готова встреча "высокого гостя". Живой же попадать к этим бандитам — уж лучше оставаться в кабине истребителя. По крайней мере, есть шанс уцелеть при посадке, или выпрыгнуть на очень малой высоте. А если не повезёт, то хоть умрёшь быстро и сравнительно безболезненно… Ольга всеми силами пыталась оживить двигатели. Бросив взгляд на карту, она поняла, что сейчас находится над океаном. Там садиться негде и прыгать нет никакого смысла. Любой ценой надо дотянуть до берега, а для этого надо запустить хоть один двигатель. Будем надеяться, что штурмовик стрелять не станет и больше никто не появится. Ей надо то буквально пять — шесть минут, ведь берег недалеко. Приложив всё своё мастерство, Ольге удалось превратить беспорядочное падение в более — менее контролируемое снижение, но двигатели по — прежнему молчали. Если не удастся дотянуть до берега, это конец. Даже если она и выпрыгнет, то скрыться никуда не сможет и поймать её недолго.

Истребитель рассекал воздух, быстро теряя высоту. Внизу была сплошная облачность и поверхности планеты не было видно. Ольга глянула на высотомер — четыре тысячи метров. Ничтожное по космическим меркам расстояние. Но сейчас важна каждая сотня, каждый десяток метров и каждая секунда.

— Ну, "Ведьмочка"! Ну, миленькая, давай! — уговаривала она машину, бегая пальцами по кнопкам пульта управления. Истребитель врезался в облака и тут левый двигатель заработал. Не на полную тягу, но заработал! Ольга замедлила скорость снижения, стремясь, чтобы истребитель не свалился в штопор. Увеличив тягу двигателя насколько возможно, она подправила курс в сторону берега. На "Сункаре", безусловно, заметили маневр, но огня не открывали, продолжая преследовать теряющий высоту "Гепард".

Наконец Ольга пробила облачность, под ней простиралась бескрайняя водная гладь океана. Только вдали, на горизонте, просматривалась полоска берега. Запас высоты всего тысяча метров. На радаре чисто. Никого, кроме преследующего "Сункара", поблизости нет. Команда на аварийный сброс оставшегося боезапаса — надо максимально облегчить машину. Жаль, что не удастся сбросить аварийный "Томагавк". Ракета заклинена намертво и, наверное, тоже повреждена, так как после близкого разрыва её двигатель остановился. Однако, боеголовка приведена в боевое состояние и может рвануть в любой момент.

Сажать машину придётся на брюхо, шасси выпускать нельзя. Зависнуть в воздухе перед посадкой не удастся — поворотные сопла повреждены. Значит, придётся садиться с горизонтального полёта. Лучше всего — на кромку воды у берега. Тогда меньше вероятность возникновения пожара и, если в воде у берега не будет никаких препятствий, то всё должно быть нормально. Если, конечно, не взорвётся аварийный "Томагавк". Вот тогда уже не будет никаких "если"… Берег стремительно приближался, но и высота уменьшалась с каждой секундой. Один двигатель при тяге всего в двадцать процентов не удерживал машину на заданной высоте и она шла с постоянным снижением. Ольга начала плавный разворот, чтобы выйти параллельно береговой линии над кромкой прибоя. Когда ей это удалось, высота составляла всего тридцать метров. Прыгать с такой высоты в данной ситуации — самоубийство, поэтому в любом случае надо пытаться сесть. Повезло, что берег представлял из себя полоску песчаного пляжа шириной метров двести. Дальше на большое расстояние был виден лес.

Убрав тягу двигателя, Ольга скользнула вниз, пытаясь поддерживать машину, слегка приподняв нос. Когда то, давным давно, так совершали посадку атмосферные самолёты. Она внимательно следила за приближающейся водной поверхностью и старалась не допустить крена повреждённой машины. Если истребитель войдёт одной плоскостью в воду, то он тут же зароется в неё и дело будет плохо… Наконец, подняв фонтан брызг, "Гепард" коснулся воды у самой кромки берега и, пропахав брюхом метров семьсот, остановился. Удар при посадке получился довольно чувствительный, но Ольга не пострадала. Придя в себя, она осмотрелась. Истребитель лежал в воде у самой кромки пляжа. Глубина в этом месте была небольшая, и почти весь фюзеляж возвышался над водой. Повреждённая ракета, слава богу, не взорвалась.

— Спасибо тебе, "Ведьмочка". Спасибо за всё, — с чувством облегчения выдохнула Ольга.

Однако засиживаться нельзя. Очень скоро здесь будет поисковая группа и надо уйти как можно дальше, предварительно уничтожив машину. Технически это предусмотрено. Каждый истребитель и штурмовик имеет встроенный самоликвидатор, который можно привести в действие дистанционно, или включив таймер. Можно также запрограммировать его на попытку несанкционированного доступа в машину. Первым делом Ольга высвободилась из скафандра. Извлекла кассету с записью полёта из компьютера и спрятала во внутренний карман куртки. Именно ради этой кассеты и заварилась вся каша. Если даже ей удастся выбраться с планеты, то без результатов разведки вся эта затея с колоссальными затратами теряет смысл. Всё, надо срочно уходить. Уничтожив все данные в памяти компьютера и сунув в карман пульт дистанционного управления самоликвидатором, Ольга собралась открыть люк. Неожиданно до её слуха донёсся гул. Глянув на обзорный экран, она увидела преследующий её штурмовик. Вражеская машина вышла из облаков и зависла в воздухе на высоте порядка ста метров, нацелившись на лежащий на берегу истребитель.

Если "Сункар" сейчас выстрелит, это конец. Но враги пожалели ракету. Поверженный "Гепард" не представлял для них никакой опасности. Ольга напряжённо думала, что же делать дальше. Выходить из машины на открытое место сейчас нельзя, её сразу заметят и далеко уйти не дадут. Надо ждать, пока штурмовик улетит. Ведь не будет же он висеть долго на одном месте. Место падения зафиксировано, сюда уже выслана поисковая группа, а повреждения "Гепарда" таковы, что взлететь он уже не сможет. Следовательно, и "Сункару" здесь больше делать нечего. Неожиданно штурмовик дал ход и стал снижаться, явно намереваясь совершить посадку. Сердце Ольги ёкнуло. Очевидно, ребятам не дают покоя лавры победителей и им не терпится посмотреть, что же за дичь попала к ним в руки. Она даже задохнулась от открывающейся возможности… А что, если…?! Нет, не будем торопить события. Посмотрим, что будет дальше. Ольга раскрыла контейнер с аварийным запасом. Сверху всегда укладывался пистолет-пулемёт "Скорпион", готовый к стрельбе. Нужно только передёрнуть затвор. Небольшая, но надёжная машинка, очень эффективная на дистанциях до ста пятидесяти метров. План созрел мгновенно… Между тем, штурмовик переместился чуть в сторону и завис над пляжем, выбирая место для посадки. Ольга быстро пристегнула шлем к скафандру и стала ждать. Она понимала, что в момент посадки вражеская машина поднимет тучу песка и на какое — то время она будет скрыта из видимости. Наконец, штурмовик облюбовал место метрах в двухстах от лежащего "Гепарда" и начал снижаться. При посадке он поднял в воздух огромное количество песка и полностью скрылся из вида. В тот же момент Ольга открыла люк и выскочила из машины, держа в руках оружие и скафандр. Она положила скафандр забралом шлема вниз. Скафандр был полужёсткого типа и хорошо имитировал очертания человеческой фигуры. Пока не подойдёшь вплотную, невозможно разобрать, лежит ли это пустой скафандр, или человек в скафандре. Взяв оружие на изготовку, она стала "отводить глаза" противнику. План был очень дерзкий, но в случае удачи выигрыш будет настолько велик, что лучше об этом пока не думать… Туча песка осела и показались очертания штурмовика. По сравнению с истребителем машина была огромна. "Сункар", напоминающий прижавшуюся к земле хищную птицу с распростёртыми крыльями, замер. В борту открылся люк, и вниз спрыгнули две фигуры в скафандрах с открытыми шлемами. Ольга знала, что экипаж "Сункара" — три человека. Теперь всё зависит от того, захотят ли ребята нарушить полётную инструкцию.

Эта инструкция типовая во всех флотах и написана она кровью погибших пилотов.

Один из её пунктов гласит: "В случае незапланированной посадки в незнакомой местности, или на необорудованную площадку, никогда и ни при каких обстоятельствах не оставлять корабль без присмотра". Если один из членов экипажа останется на корабле, то ничего не получится. Хотя, чего им бояться? Они у себя дома, на родной планете. Скоро здесь будет поисковая группа, а сбитый враг вот он — валяется на берегу. И вражеский пилот видно ранен, так как выбрался из кабины, прошёл не более десятка метров и упал на песок. Почему бы не повязать его тёпленьким, пока не очухался? А то, очухается, да ещё и пальбу устроит! Больше в сбитом истребителе никого нет, так как он одноместный.

Вот и надо спеленать потерявшего сознание врага, да потом за это ещё и орденок получить! Из штурмовика показалась третья фигура и стала догонять остальных… Они приближались, направив пистолеты на лежащий скафандр. Один, на всякий случай, поглядывал на "Гепард". Расстояние быстро сокращалось. Осталось не более десятка метров. Ольга стояла во весь рост возле скафандра, но её не замечали. Спасибо, бабушка! Ствол автомата смотрит на врага. Пять метров… Шаги замедлились и взгляд трёх пар глаз прикован к тому, что лежит на песке.

Да-а-а, ребятки, с дисциплиной у вас не очень… Инструкции надо соблюдать…Хорошо, что вы идёте рядом друг с другом — настоящая мечта пулемётчика… Нажав на спуск, Ольга одной длинной очередью срезала находившихся не далее четырёх метров от неё вражеских пилотов. Когда грохот выстрелов стих, три тела неподвижно застыли у её ног. Теперь срочно к штурмовику! Подхватив скафандр, она побежала к вражеской машине. Никогда ещё ей не удавалось преодолеть двести метров за такое короткое время. Подбежав к открытому люку, Ольга остановилась и прислушалась, но ощущения опасности не было. Бросив скафандр в люк, и зайдя внутрь, она на всякий случай держала автомат наготове, но штурмовик был пуст. Повернувшись, Ольга достала из кармана пульт самоликвидатора.

— Прости, "Ведьмочка". Прости и прощай. Спасибо тебе за всё…

Голос Ольги дрогнул, и она нажала на кнопку. В тот же миг на месте, где лежал "Гепард", взвился огненный столб. Термический заряд самоликвидатора выжжет всё дотла, не останется ничего. Теперь задраить и заблокировать люк. Скафандр можно одеть и позже. Затем в кабину. Плохо, если будет много незнакомой аппаратуры. Потребуется время, чтобы в ней разо-браться, а времени нет. Однако, зайдя в кабину, Ольга облегчённо вздохнула. Пульт управления старый, ещё довоенной конструкции. Видать, с новыми технологиями у сепаратистов туговато. Сев в кресло командира, она сразу начала разгон реактора. Время разгона из режима ожидания до номинальной мощности — тридцать секунд. Эти беспечные вояки даже не оставили реактор в режиме готовности для немедленного взлёта. Ольга ласково поглаживала пульт управления, разговаривая с машиной.

— Ну что, вражина, больше кусаться не будешь? Ты мне большие проблемы создал, так что теперь давай, исправляйся. Будь хорошей машинкой, и мы подружимся…

Наконец, компьютер выдал сигнал готовности. Все надписи были на незнакомом языке, но аппаратура типовая, какую Ольга встречала ещё на торговых судах до войны, и смысл был понятен. К тому же, многие специальные термины на разных языках звучат одинаково. Стараясь не рисковать, она запустила двигатели и плавно стала увеличивать тягу. Машина была совершенно незнакомая и неизвестно, как она себя поведёт. Перед первым полётом на "Гепарде" хоть удалось потренироваться на бортовом компьютере в учебном режиме. А здесь неизвестно, есть ли такой режим. Да ведь даже если и есть, то тренироваться всё равно некогда… Придётся полагаться исключительно на свой опыт. Но штурмовик никаких сюрпризов не преподносил. Когда тяга двигателей превысила вес машины, он плавно приподнялся над пляжем, снова подняв тучу песка. Ольга продолжала медленный подъём и на высоте ста метров начала горизонтальный разгон. И вовремя, так как на экране радара уже обозначилась группа целей, спешащих к месту падения "Гепарда".

У Ольги даже мелькнула шальная мысль — а не устроить ли маленькое побоище, когда машины противника совершат посадку? Ведь они не ждут нападения от своего "Сункара".

Ракет и снарядов к пушкам ещё хватает, это ведь всё — таки штурмовик, специально предназначенный для удара по планетным объектам и крупным кораблям! Но она сразу охладила свой пыл. Этим она моментально себя раскроет и неизвестно, удастся ли после этого уйти. Сейчас более важная задача — унести поскорее ноги, чтобы доставить командованию результаты разведки. И надо ловить благоприятный момент, пока её принимают за своего.

Дав полную тягу двигателям, Ольга заложила вираж и, сделав круг над погребальным костром своей любимой "Летающей ведьмы", устремилась вверх.

Мерно гудя двигателями, штурмовик набирал высоту, хотя делал это и не так быстро, как лёгкий истребитель. Сказывалась огромная масса тяжёлого бронированного корпуса. Ольга обратила внимание, что несколько экранных панелей не работают. Видно, попадание ракеты всё — таки вызвало какие то неполадки в системах в результате сотрясе- ния, хотя корпус машины и не имел видимых повреждений. Да-а, крепкий орешек! С такими при встрече цацкаться нельзя, а надо сразу стрелять "Томагавком", или чем нибудь ещё крупнее. Если удастся благополучно добраться до дома, надо будет как следует изучить этого динозавра — все его сильные и слабые стороны, чтобы выработать тактику борьбы с ними. Ребята из инженерно — механической службы разберутся с начинкой, а она лично проведёт испытательные полёты на всех режимах. Потом обязательно нужно будет провести ряд учебных боёв, где она будет играть роль противника, управляя штурмовиком, а её парни должны будут перехватить и "уничтожить" её ещё на подходе к планете, не допуская даже входа в атмосферу… — Очнись, дурочка! — одёрнула сама себя Ольга. — Какие испытательные полёты, какие учебные бои?! Ты сначала отсюда ноги унеси! Вон по радио уже кто — то вопит что — то непонятное. Видать, никак не поймут, что происходит. Скоро до них дойдёт, что вражеский пилот оказался не только неплохим разведчиком, но ещё и хорошим угонщиком, совершив то, что до сих пор не удавалось никому. И тогда на тебя устроят такую охоту… Форсировав двигатели, "Сункар" нёсся в атмосфере. Высота быстро увеличивалась. Вот уже плотные слои атмосферы остались позади и штурмовик вырвался в космос, всё больше увеличивая скорость, стараясь уйти как можно дальше от планеты. Вход в гиперпространство и выход из него возле тел большой массы, таких, как планета очень опасен и непредсказуем. Поэтому, пока есть возможность, надо удирать в обычном режиме.

Удалившись на безопасное расстояние, Ольга приготовилась ко входу в гиперпространство. Уже давно ей не приходилось практиковаться в этом, так как её истребитель гипердвигателя не имел. Ну, ничего страшного. Опыт, накопленный на торговых судах, никуда не делся. Можно уже и уходить, но интересно, неужели противник ещё не понял, что случилось и почему с одним из штурмовиков нет связи? Эфир забит переговорами, но поблизости никого нет. Жаль, что этого языка она не знает. Видать, так ещё и не поняли. Ведь во время срабатывания самоликвидатора истребителя тела вражеских пилотов были очень близко к машине и пламя могло их захватить. Поэтому, пока всё не закончится, могут и не разобраться. Ну, ребятки, это уже ваши проблемы. А мне пора! И Ольга включила гипердвигатель.

Она не хотела сразу идти на Амальтею. Сначала надо хорошенько разобраться в этом неожиданно свалившемся с неба трофее. То, что удалось Ольге, не удавалось ещё никому за всю обозримую историю войн. Захватить вражескую машину, перебив её экипаж, да ещё и на их собственной территории и благополучно уйти после этого — такого ещё не было.

Она прекрасно понимала, что едва войдёт в зону патрулирования своего флота, как будет сразу обнаружена и опознана, как противник. А дальше ребята из её авиаэскадры появятся очень быстро и всадят в неё как минимум "Томагавк", а может что и покрупнее.

Хотя и одного "Томагавка" будет достаточно. Поэтому первым делом надо внимательно ознакомиться с аппаратурой связи, чтобы не было непредвиденных сюрпризов в ответственный момент. Едва только штурмовик будет обнаружен, сразу надо пытаться установить связь. К тому же, сейчас ребята злые за её "гибель" и могут пальнуть, даже не разобравшись. Выйдя из гиперпространства на расстоянии двух световых лет от вражеской планеты, Ольга положила "Сункар" в дрейф. Штурмовик неподвижно висел в космическом пространстве, окружённый со всех сторон золотистыми искорками далёких звёзд.

Крохотная песчинка в безбрежном океане Вселенной. Вид бескрайнего звёздного неба вокруг всегда завораживал Ольгу, и она с душевным трепетом смотрела на величавую красоту мироздания.

Однако, красота красотой, но только срочно надо решать насущные вопросы. Ольга собралась сначала полностью осмотреть штурмовик, а затем уже заняться аппаратурой.

Кабина была довольно просторная, на свободное пространство противник не поскупился.

Следом за кабиной находился жилой отсек с каютой на четыре койки, санузлом, помещением для провизии и даже небольшим камбузом, где можно было разогреть консервы и заварить чай или кофе. Последним отсеком, занимающим почти половину длины корпуса, было машинное отделение. Внизу под палубой находились отсеки с боезапасом.

Всё это вместе с установленным гипердвигателем резко увеличивало автономность боевой машины и делало её независимой от авианосца, хотя и делало более уязвимой для истребителей противника из — за увеличения массы и размеров, а также снижения манёвренности. Это уже был самый настоящий космический корабль в миниатюре, на котором в условиях относительного комфорта без особых изысков можно было отправляться в рейд на несколько дней и даже недель. По какому пути пойдёт дальше развитие машин этого класса, покажет будущее.

Вернувшись в кабину, Ольга занялась аппаратурой. Очень скоро она поняла, что беспокоилась напрасно. Оборудование хоть и было сделано недавно, но всё — только довоенных моделей с небольшими изменениями. Ничего принципиально нового "национальные самоопределенцы" создать не смогли.

Тщательно обследовав кабину и порывшись в памяти бортового компьютера Ольга нашла ряд документов, но прочитать ничего не смогла. Пускай этим занимаются переводчики в штабе, а ей надо возвращаться и чем скорее, тем лучше. Неизвестно, что там случилось дома за время её отсутствия. Несомненно, "Персей" доложил, что в назначенную точку встречи она не вышла. Отсюда будет сделан правильный вывод — её машина сбита и ей не удалось покинуть планету. Настя с ума сойдёт. Как ей не хотелось, чтобы Ольга шла на это задание, как пришлось её успокаивать и говорить, что всё будет хорошо.

Да и начальство тоже в расстроенных чувствах — пойти на такие жертвы и не получить ничего. Хотя начальству и надо бы помотать нервы как следует, чтобы неповадно было впредь придумывать такие заведомо невыполнимые вещи. Она прекрасно понимала, что ни у кого из пилотов её авиаэскадры не было бы ни единого шанса уцелеть, да и саму её спас Его Величество Случай. Начальство поохает, выразит показное сочувствие, спишет контейнеровоз и четыре истребителя, как потерянные в ходе боевой операции и забудет.

Может разве что к ордену представят посмертно, да и то под вопросом. А вот Настя и ребята из эскадры сильно переживают, в этом она была уверена. Поэтому — срочно домой! Сделав необходимые расчёты, Ольга включила гипердвигатель и штурмовик рванулся через гиперпространство к далёкой Амальтее. Время до выхода ещё есть, неплохо было бы и отдохнуть. Она только сейчас почувствовала, как устала. За последние пару часов она всё время была на волосок от гибели, адреналин выплёскивался через край и организм работал в запредельном режиме. Сейчас же, когда опасность позади, наступил спад. Во время полёта в гиперпространстве делать всё равно нечего, почему бы и не вздремнуть несколько часов? Если не успеешь выспаться, автоматика разбудит, когда подойдёт время выхода. Окинув взглядом приборы и убедившись, что всё идёт нормально, Ольга отправилась в каюту. Сбросив куртку и обувь, она с удовольствием растянулась на койке поверх одеяла. Хоть эта крохотная каютка и не шла ни в какое сравнение с её шикарной каютой на "Персее", или коттеджем на базе, где они жили с Настей, в данный момент она показалась ей настоящим дворцом. Ведь где она была бы сейчас, если бы не подвернулся удивительнейшим образом этот штурмовик? В лучшем случае, блуждала бы по лесу, стараясь выбраться к какому — нибудь крупному городу, где есть космопорт. Надеяться на помощь со стороны было бессмысленно. Она была бы в тылу врага без документов, без знания языка и её единственной надеждой оставался удивительный дар, доставшийся от матери и сохранённый её предками в течение тысячелетий. Неизвестно, чем бы всё это закончилось. Взгляд Ольги задержался на фотографиях, закреплённых на переборке. На снимках молодой парень в военной форме с девушкой, они же вместе с маленькими детьми на пляже и возле дома. Сегодня она сделала кого — то вдовами и сиротами. Ну что ж, ребята, не я начинала эту войну. Вы тоже пытались меня убить, но я убила вас. Выжить должен был только кто — то один из нас. Упокой господь ваши души… И спасибо вам за штурмовик. С этими мыслями Ольга закрыла глаза и задремала.

Глава 8

"Сункар" вышел из гиперпространства в трёхмерный космос и приближался к Амальтее.

Ольга специально не стала подходить близко. Она хотела, чтобы её обнаружили на дальних подступах. Тогда есть надежда, что по ней не сразу откроют огонь, как только обнаружат и опознают. Перед этим она неплохо подкрепилась, похозяйничав в провизионной кладовой. Здесь нашёлся большой запас консервов, шоколада, кофе и ещё разных вкусностей. Определённо, вражеский штурмовик начинал ей нравиться! Тем более, что никаких сюрпризов он пока не преподносил и сейчас она сидела довольная в командирском кресле и мурлыкала под нос старую песенку пилотов второй мировой войны двадцатого века, так полюбившуюся у них в авиаэскадре. Всё — таки, ей удалось сделать это! Хоть она и лишилась своей "Летающей ведьмы", но задание успешно выполнено. Мало того, удалось ещё и захватить новейшую машину противника со всеми её секретами. Подобных случаев в истории ещё не было! Но, тут же червячок сомнения заполз в душу. А кто тебе поверит, что ты действительно захватила машину? Где гарантия, что это не подстроено противником? Что Вы, мадам Шереметьева, не попали в плен и не согласились стать вражеским агентом? Забыла свое появление на "Адмирале Ушакове"? Тогда ты прилетела на своём истребителе и проверка не составила особых трудностей. Были сделаны запросы в соответствующие инстанции и быстро получены ответы. А здесь что — запрашивать противника? Дескать, уважаемые господа, не откажите в любезности, просим подтвердить, что ваши пилоты оказались беспечными олухами и наша пробивная мадам Шереметьева перестреляла их, как в тире, и угнала вашу машину. Ведь никто не поверит в эту историю. Об этом она как — то не подумала. Детмерс, матёрый волчара, сразу начнёт рыть под неё и неизвестно, что нароет. Ей очень не хотелось, чтобы стали известны подробности, к а к именно ей удалось захватить штурмовик. Афишировать свои способности лишний раз желания не было. Мало ли, как дальше всё сложится. Но тут уж ничего не поделаешь, что случилось — то случилось. Могло быть гораздо хуже. Будем решать проблемы по мере их возникновения… Штурмовик уже вошёл в зону патрулирования флота Федерации. В любой момент можно было ждать нападения. Служба в этом секторе космоса, благодаря стараниям Ольги, была налажена очень чётко. Не смотря на непрерывное наблюдение с помощью радаров, дежурные эскадрильи её авиаэскадры прочёсывали космическое пространство и перехватывали незваных визитёров ещё на дальних подступах, при необходимости вызывая подкрепление. Вот и сейчас они не заставили себя долго ждать. Три эскадрильи по двенадцать машин стремительно приближались с трёх сторон, пресекая любую возможность прорыва к планете. Будь на месте Ольги противник, у него не оставалось выбора, как только удрать в гиперпространство. Но она удирать не собиралась, она вернулась домой. Выключив двигатели и положив машину в дрейф, Ольга включила сигнал бедствия и запела в эфир:

— Мы ушли, ковыляя во мгле, мы летим на последнем крыле, бак пробит, хвост горит, но машина летит — на честном слове, и на одном крыле!…

У неё был очень красивый голос и они часто пели за столом эту старинную песню пилотов далёкой войны. Она надеялась, что ребята узнают её и, по крайней мере, не станут сразу стрелять. Штурмовик уже вошёл в зону поражения.

— Эй, приятель, ты кто такой? Оставайся в дрейфе, а не то стреляем без предупреждения!

Ольга узнала командира четвёртой эскадрильи капитана 3 — го ранга Петренко.

— Что, Сергей Иваныч, не признали? Богатая буду!

— Командир?! Ольга Александровна, но как, откуда?! Мы же Вас уже похоронили! И где Ваша "Ведьма"? Откуда у Вас "Сункар"?

— "Ведьмы", Сергей Иванович, увы, больше нет. Вот и пришлось прихватизировать этот аппарат. Не пешком же домой идти. Да вы не бойтесь, он уже ручной, не кусается. Как вы тут, ребята, без меня? Никого ещё на моё место не назначили?

— Что Вы, Ольга Александровна! Начальство в трансе. Надо же докладывать о провале операции и сразу начнутся поиски крайнего. Видно, сейчас ищут, как бы это получше преподнести, списав всё на Вас и остаться в стороне.

— Ладно, Сергей Иванович, докладывайте о моём возвращении. Сейчас берите меня в "коробочку" и ведите так до самой базы. А то, неровен час, кто — нибудь сдуру пальнет.

Или наши ребята, или зенитчики.

— Есть, командир! — ответил тот же голос. Одна эскадрилья окружила штурмовик со всех сторон и повела к планете.

Ольга с радостью наблюдала, как всё больше вырастает впереди голубой шар Амальтеи.

Планета очень походила на Землю. Она покидала её совсем недавно, а сколько событий уже успело произойти. Словно огромный кондор в окружении небольших ястребов штурмовик с истребителями вошли в атмосферу и стали заходить на посадку. Воздушное пространство впереди было уже расчищено и внизу с нетерпением ожидали удивительного гостя. Никто толком не понял сообщения космического патруля и все считали, что удалось захватить машину противника. Истребители прикрывали штурмовик до самой посадки во избежание непредвиденных инцидентов. Снизившись до сотни метров, Ольга выпустила шасси, зависла на одном месте, и стала плавно сажать машину на бетон лётного поля космопорта. Наконец, "Сункар" коснулся колёсами бетонки и замер. Ольга выключила двигатели, остановила реактор, и устало откинулась на спинку кресла. Дома! У неё всё получилось! На экранах было видно, как к месту посадки уже несутся бронетранспортёры с эмблемой военной полиции. Сняв скафандр, она открыла люк и спрыгнула на бетон, тут же оказавшись под прицелом нескольких автоматов.

— Ольга Александровна, Вы?! — раздался удивлённый голос.

— Я, Фридрих Карлович, я, — устало сказала Ольга, увидев среди полицейских полковника Детмерса, шефа их службы безопасности. Старый волчара, как всегда, старался быть в курсе всех событий и получить интересующую информацию немедленно, из первых рук.

— Всё, ребята, отбой! Осмотреть машину! — бросил команду полковник, подходя к Ольге.

— Но как, откуда Вы появились? Я получил сообщение патруля и подумал, что они что — то напутали. Ведь "Персей" по возвращению доложил, что когда он вышел из гиперпространства, то видели, как Ваш истребитель был сбит и падал в атмосферу, преследуемый штурмовиком. Крейсер опоздал буквально на секунды. И откуда у Вас вражеская машина? Насколько я разбираюсь в технике, это штурмовик типа "Сункар"?

— Да, Фридрих Карлович, это "Сункар". Может, сразу поедем к Вам и решим все вопросы?

Ведь Вы всё равно от меня не отстанете. У меня только одна просьба — предупредите майора Кудрявцеву, что со мной всё в порядке и я вернулась. Кстати, не знаете, как она?

— Все слёзы уже выплакала. Не верила, что Вы погибли, и оказалась права. Можете не волноваться, я ей сообщу.

Войдя в кабинет Детмерса, Ольга сразу достала кассету с записью и положила на стол.

— Вот, Фридрих Карлович, результаты разведки. Запись велась с небольшой высоты — всего десять километров и должно получиться хорошо. Вся система ПВО противника вскрыта и зарегистрирована. Здесь же можете посмотреть запись полёта. Если у Вас потом возникнут вопросы, постараюсь всё объяснить.

Детмерс тут же схватил кассету и вставил в стоящий на столе компьютер. Сейчас он ещё больше напоминал волка, преследующего добычу. Ведь здесь, на удалённом форпосте Федерации, вся разведка и контрразведка была на нём Не отрывался он от экрана довольно долго, просматривая по несколько раз интересующие моменты. Наконец, подняв голову, с восхищением произнёс:

— Примите мои поздравления, Ольга Александровна! Ваш план сработал. И если бы не досадная случайность с появлением двух "Сункаров" именно в это время в точке встречи, всё бы закончилось благополучно. Но что было дальше? Запись заканчивается моментом посадки, когда Вы извлекли кассету. То, что вы первоклассный пилот и смогли посадить тяжело повреждённую машину, я знал и раньше. Но как в Ваших руках оказался этот "Сункар"? Это та же машина, что сбила и преследовала Вас?

— Да, та же самая. Видно её экипажу очень уж хотелось взять меня живьём, вот они и не стали меня добивать, хотя могли, — и Ольга подробно, шаг за шагом рассказала свою эпопею. Детмерс слушал с интересом, часто переспрашивая, задавая каверзные вопросы, пытаясь поймать её в ловушку, но она не обижалась. Что поделаешь, работа у полковника такая — всех подозревать и во всём сомневаться. Жандарм он и есть жандарм… Проговорив больше часа, Детмерс воссоздал для себя всю картину происшедшего, вытя- нув из Ольги даже те детали, которые она сначала посчитала второстепенными и не стала о них говорить. Единственно, о чём она умолчала, это о том, что воспользовалась своими способностями. Сказала, что вела огонь из кабины истребителя.

— Невероятно, Ольга Александровна, просто невероятно! Не припомню, чтобы когда — то удавалось что — нибудь подобное! Поздравляю, от всей души поздравляю! И хотя тут конечно есть немалая доля везения, что эти разгильдяи решили нарушить инструкцию но, тем не менее, Вы блестяще воспользовались ситуацией. Кстати, почему Вы пытаетесь меня обмануть? В глаза смотреть! — резко изменил тон Детмерс.

— О чём Вы, Фридрих Карлович? — удивлённо спросила Ольга.

— Вы сказали, что вели огонь из кабины истребителя. Но как тогда подошедший противник Вас не заметил? Ни за что не поверю, что эти три идиота сосредоточили всё своё внимание на лежащем скафандре и оставили вражескую машину без наблюдения. Вы бы сами никогда так не поступили и почему думаете, что другие дурнее Вас? Едва бы только Вы высунули ствол, Вас бы сразу заметили и открыли огонь. Допускаю, что Вам бы удалось победить в этой перестрелке. Ведь внезапность на Вашей стороне и Вы бы стреляли из укрытия, а они стояли на открытой местности. Но Вы ничего не сказали об этом, значит этого не было? Как же Вам удалось нейтрализовать противника, что он даже не оказал сопротивления?

— Ну, уж не знаю, Фридрих Карлович. Может, и вправду не заметили?

— Ольга, Александровна, а может, хватит играть в кошки — мышки? — уже своим обычным голосом сказал Детмерс. — Я ведь тоже кое — что могу. Конечно, до Вас мне далеко, но я чувствую, когда мне говорят правду, а когда лгут. Я ведь много знаю о Вас, на много больше, чем Вы думаете. Просто, не афиширую свои сведения. Вы боитесь рассказать, что применили свои паранормальные способности? Это для меня не тайна. Хотя, можете мне поверить на слово, никто больше на базе об этом не знает. Все знают только о том, что лежит на поверхности, то есть то, о чём Вы сами сочли возможным рассказать и показать.

Но я то знаю, что на этом Ваш арсенал не исчерпывается. Мне прекрасно известно о Вашей работе в "Экспедиционном корпусе", и чем она закончилась. Признайтесь, опять применили этот трюк? Отвели глаза этим олухам?

— Но как, откуда Вы могли узнать?! — удивление Ольги было не поддельным.

— Э-э-х, Ольга Александровна, плохим бы я был начальником службы безопасности, если бы не знал. Всё я прекрасно про Вас знаю, только не говорил об этом ничего. У многих из нас были грешки в молодости, но Вы вовремя остановились. Расскажите мне всё, как было. Даю слово, что эти подробности не попадут в отчёт и там будет зафиксирован Ваш первоначальный рассказ. Но мне, как и доктору, надо знать правду.

На этот раз пришлось рассказать всё без утайки. Детмерс остался доволен.

— Вот теперь верю, что рассказали всё. Кстати, большая просьба. Не могли бы Вы продемонстрировать мне это? Сколько раз слышал, что такое возможно, но самому видеть не приходилось. Обещаю, что никому не скажу.

— Ну что же, смотрите, Фридрих Карлович! — улыбнулась Ольга и… растаяла в воздухе.

— Фантастика! Настоящая фантастика! — удивленно повторял полковник, глядя на пустой стул, где только что сидела Ольга. Он даже осторожно протянул руку вперёд и отдёрнул, натолкнувшись на её тело.

Ольга опять материализовалась в воздухе и улыбнулась.

— Ну что, Фридрих Карлович, теперь верите?

— Верю! Теперь верю! Вы настоящая ведьма, Ольга Александровна! И если бы Вы жили тысячу лет назад, то точно закончили бы свою жизнь на костре. А сегодня Вы неправильно выбрали себе место работы. Может, перейдёте в нашу контору? С Вашими талантами только у нас и работать.

— Благодарю, Фридрих Карлович, но я пилот и это моё призвание. Ведь если перейду к Вам, то меня и близко к истребителю не подпустят. Будут беречь такого ценного кадра. Разве не так?

— Пожалуй, что так. Но всё равно, подумайте о моём предложении. А теперь, поехали к адмиралу. Он ждёт Вашего доклада.

— В таком виде? Я хоть заеду, переоденусь. Адмирал ведь не терпит неряшливости.

— Да бросьте Вы! Вы сейчас разведчик, вернувшийся из — за линии фронта. А на разведку, зачастую, даже во вражеской форме ходят.

В штабе уже все знали, что командир авиаэскадры благополучно вернулась назад и притом на трофейной машине. Внятного объяснения этому дать никто не мог, и строились разные домыслы, один фантастичнее другого. Причём каждый утверждал, что именно его информация достоверная. Адмирал уже ждал.

— Ваше превосходительство, задание выполнено! При выполнении задания была сбита и совершила вынужденную посадку. Машина уничтожена самоликвидатором. Захвачен трофейный штурмовик. Кассета с записью полёта вручена полковнику Детмерсу, — доложила Ольга, вытянувшись перед адмиралом по стойке смирно.

— Вольно, вольно, Ольга Александровна! Присаживайтесь. Честно говоря, не поверил докладу командира дежурной эскадрильи. Уже и не чаял увидеть Вас в живых. Значит долго жить будете! — адмирал был само радушие. И не удивительно — проваленная операция, за которую он ожидал получить кучу неприятностей, совершенно неожиданно закончилась полным успехом. Как хорошо, что он ещё ничего не сообщил командованию!

— Присаживайтесь, Ольга Александровна и Вы, Фридрих Карлович! Хотел бы услышать информацию от Вас лично. А то штабным сплетням верить нельзя. Вы ещё не успели совершить посадку, а слухи тут уже начали циркулировать.

Ольга снова подробно, шаг за шагом рассказала, что с ней случилось, умолчав только о подробностях уничтожения экипажа вражеского штурмовика. Но адмирал не обратил на это внимания, а Детмерс, как и обещал, ничего не сказал.

— Поразительно, просто поразительно! Ничего подобного, сколько помню, не случалось! И что думаете дальше делать со своим трофеем?

— Дам распоряжение инженерно — механической службе разобраться в нём досконально, но не ломать. У нас там такие Кулибины, что всё сделают. Машина нам пригодится.

Хочу потом провести серию испытательных полётов и учебных боёв. Надо выработать тактику борьбы с этими машинами, так как они очень серьёзный противник. Сама в этом убедилась. Пилотировать штурмовик буду лично. Тем более, что сейчас я "безлошадная". Мой истребитель погиб, запасных у нас нет, и когда будет пополнение, никто не знает.

А снимать кого — нибудь с машины не хочу. Вот и полетаю пока на трофее.

— Что ж, разумно. Но прошу, Ольга Александровна, не рискуйте зря! Это только говорят, что незаменимых нет. Может лучше Вам пока отойти от лётной работы, посидеть в штабе? Где это видано, чтобы командир авиаэскадры всегда лично лез в самую гущу боя? У меня этот Ваш разведывательный полёт до сих пор из головы не выходит, чем всё могло закончиться.

— Но, Ваше превосходительство, чтобы быть на уровне требований сегодняшнего дня, мне нужно находиться в боевой обстановке вместе с моими людьми и быть в курсе всех событий и новинок, что может преподнести противник. Если я буду постоянно находиться в штабе, то быстро отстану от реалий жизни.

— Ну что ж, Вам виднее. Всё, пока отдыхайте. Если понадобитесь, я Вас вызову. Можете идти. А Вас, Фридрих Карлович, попрошу задержаться.

Выйдя из штаба, Ольга тут же оказалась в кольце людей в форме авиации флота. Все уже знали о возвращении их командира, и пришли поприветствовать. Вот где было настоящее, а не показное радушие. Ольга благодарила своих друзей и говорила, что всё было нормально. Перед ней выросла медведеподобная фигура Пугачёва со шкатулкой в руке.

— Спасибо, Михалыч! — с улыбкой поблагодарила Ольга, взяв серёжки и тут же одевая их.

Сзади послышался сигнал машины скорой помощи, и через минуту женщина в форме майора медицинской службы пробилась через толпу к Ольге, упала ей на грудь и разрыдалась.

— Ну что ты, Настенька, не плачь. Я же тебе говорила, что всё будет хорошо. Не плачь, котёнок, — тихо говорила Ольга, обняв любимую женщину и пытаясь её успокоить.

— Да-а-а, Фридрих Карлович! Нас, в случае чего, так никто встречать не будет, — протянул адмирал, глядя в окно на окружившую Ольгу толпу.

— И как Вы думаете, ей можно верить? Не может это быть каким — нибудь хитрым ходом со стороны противника? Что показала запись на кассете?

— Первое впечатление, Ваше превосходительство, что она не врёт и запись подлинная, а не смонтирована. Хотя, конечно, должны дать заключение специалисты. Покопаемся ещё в памяти бортового компьютера "Сункара". Может, там найдётся что — нибудь интересное.

— Что думаете делать дальше?

— Понаблюдаем за ней, будем отслеживать все контакты. Перекроем доступ к секретной информации, повод всегда найдётся. Естественно, установим прослушку. Ну, а дальше будет видно по ситуации. Прямых улик против неё нет, кроме самого факта возвращения на трофейной машине. Не думаю, что противнику так быстро удалось провести её вербовку и организовать возвращение. Но меры предосторожности мы, безусловно, предпримем. Если она действительно агент, то ей необходима связь и рано, или поздно, она должна выйти на своего связника. Агент без связи — пустое место. Вот и будем за этим смотреть. Одновременно возьмём в разработку её подружку — майора Кудрявцеву. Установим наблюдение и за ней. Они живут вместе, мало ли что можно будет узнать.

— Логично, Фридрих Карлович. Действуйте. Если будут какие то новости, сообщайте мне в любое время. Ну, а пока, воздадим положенные почести нашему герою.

Адмирал вызвал адъютанта и сказал:

— Подготовьте представление о награждении капитана второго ранга Шереметьевой крестом "За храбрость".

Глава 9

Господи, как хорошо вернуться домой, где тебе рады и ждут. Ведь три дня назад была здесь, а кажется, что прошло много лет… Как приятно стоять вот так под упругими струями горячей воды и знать, что не взвоет сирена боевой тревоги и не придётся мчаться на ангарную палубу к своей машине. Знать, что в соседней комнате тебя ждёт любимая и любящая женщина. Знать, что ты жива и жизнь продолжается, не смотря ни на что…

Ольга с нескрываемым удовольствием плескалась под душем. После выпавших на её долю приключений это было истинное блаженство, и она долго не могла оторваться от этого.

Наконец, выйдя из душа и закутавшись в махровый халат, она прошла в спальню.

Приглушённый свет ночника придавал всей комнате ощущение таинства. Ольга подошла к широкой низкой кровати и, сбросив халат, скользнула под одеяло. В тот же миг нежные руки обвили её шею, и чуть уловимый знакомый запах духов заполнил всё вокруг.

— Оленька, милая, я верила, что ты вернёшься, — шептала Настя, временами ещё теряя слёзы.

— Настенька, котёнок, ну что ты, не плачь. Куда же я денусь от тебя. Я ведь обещала вернуться и я вернулась. Я всё это время думала о тебе. Настенька, милая, иди ко мне…

Их губы встретились в сладостном поцелуе, какой только может быть между двумя влюблёнными. Ольга с упоением нежно целовала такое родное лицо, волосы и это прекрасное тело единственной в мире любимой женщины. Она понимала толк в искусстве любви и никогда не торопилась, совершая это таинство. Самое великое из таинств и искусств, когда — либо созданных человеком. Она до сих пор помнила их первую встречу, когда застала свою любимую в ужасном состоянии. Сколько такта, терпения и нежности пришлось проявить, чтобы возродить у неё тягу к жизни. Она сразу же поняла, что она у Насти первая. Как ласково и осторожно пришлось ей себя вести, чтобы не напугать, не загасить случайно огонёк зародившейся между ними любви, разгоревшийся со временем в настоя — щий звёздный жар. Она вернула свою любимую к жизни, и они счастливы. Счастливы назло всем, кто их не понимает. И счастливы на радость своим друзьям, кто понимает их и принимает такими, какие они есть… Вот и сейчас, даря страстные и нежные ласки, Ольга возносила свою любимую на вершину блаженства. Кто знает, может быть это и есть та нирвана, которая до сих пор остаётся тайной за семью печатями, открывающейся лишь избранным… Но её любимая не привыкла только брать, ничего не отдавая взамен. И вот уже тело Ольги погружается в пучину страсти, воспаряя затем ввысь на недосягаемую высоту…

На следующее утро Ольга была уже на лётном поле космопорта. Она редко бывала у себя в кабинете, большую часть времени проводя возле своих истребителей. Приняв доклады начальников служб, отправилась в ангар, где уже стоял её трофей. Ей не терпелось ознакомиться с ним получше. Ещё издали она увидела громаду штурмовика. Стоящие рядом с ним "Гепарды", "Ягуары" и новейшие истребители "Тигр" казались до смешного маленькими. Верхней частью киля "Сункар" немного не доставал до потолка ангара. Вокруг него уже копошилась толпа техников. Здесь же стояли и пилоты — всем хотелось посмотреть на трофейную машину. До сих пор удавалось ознакомиться только со сбитыми машинами, причём там, зачастую, было уже и знакомиться не с чем — повреждения были очень велики. Сейчас же, впервые удалось захватить совершенно целую машину, и это вызвало настоящий ажиотаж. Первыми на борту похозяйничали люди полковника Детмерса вместе с ним во главе, изъяв всю документацию и блоки памяти бортового компьютера, милостиво предоставив после этого машину в распоряжение инженерно — механической службы.

Вездесущий Пугачёв был уже здесь, принимая самое непосредственное участие. У него, как у инженер — механика, был и чисто профессиональный интерес. Не каждый день попадает в руки совершенно исправная новейшая техника врага.

— Ну что, Михалыч, как дела? Что интересного узнали? — спросила Ольга, подходя к машине.

— Окончательно говорить ещё рано. Что уже удалось выяснить — корпус хороший, крепкий. Броня серьёзная, не всякая ракета возьмёт. Двигатели тоже ничего, хоть и сделаны несколько грубовато — очень большие допуски, поэтому много лишнего металла, а соответственно и лишний вес. А вот электроника — так себе. Вчерашний день, ничего нового.

Более подробно смогу ответить, когда хорошенько покопаемся.

— Машину не испортишь, Михалыч? Она мне летающая нужна.

— Что ты, как можно? Разберём и соберём без проблем, не такая она и сложная. Электронику старую трогать не будем, а просто добавим кое — что наше. Адаптируем под наше оружие и будет машинка, как новенькая. Лучше, чем была. Летай на здоровье. Только, на кой она тебе?

— Надо этого зверя облетать, как следует. Узнать, на что он способен и как с ним бороться. Долбанул он меня здорово, противник серьёзный. И надо, чтобы наши ребята на нём потренировались в учебных боях. Сама буду выступать в качестве "духа". Когда бы ещё такая возможность им представилась. Да и машины своей у меня пока нет.

— Ну, смотри, здесь тебе виднее. Помни только, что это не истребитель, а штурмовик. Масса уже другая и манёвренность не та.

— Вот и надо всё это проверить на практике. Сколько вам времени потребуется, чтобы всё закончить?

— Думаю, за неделю управимся. Модернизируем этого мамонта…

Неделю Ольга занималась тем, что разгребала текущие дела, которых накопилось достаточно. Она очень не любила эту бюрократическую работу, но время от времени делать её всё равно приходилось. Тем более, раз сейчас выдался такой период бездействия. Адмирал больше не беспокоил, а вот полковник Детмерс наведывался довольно часто, якобы уточнить некоторые данные. Ольгу неприятно удивило, что с первых же дней своего возвращения она заметила за собой слежку. Хотя удивляться тут было нечему. Она прекрасно понимала, что до конца ей не доверяют. Уж очень фантастично выглядит её история.

То, что у них наладилось взаимопонимание с Детмерсом, ещё ничего не значит. Над Детмерсом есть своё начальство, и оно просто не поймёт, если местная контрразведка пустит это дело на самотёк, не предприняв должных мер. Во всяком случае, особых неудобств это Ольге не доставляло. Хоть сыщики и действовали очень профессионально, но только ведь недаром её прозвали Ведьмой. Несколько раз она порывалась сказать об этом Детмерсу, но потом решила — а зачем? Пусть играют в свои шпионские игры, а она лучше будет демонстрировать полное безразличие к мышиной возне вокруг неё. Тем более, она подозревала, что Детмерс и так знает, что ей всё известно, и делает всё это исключительно потому, что обязан делать по долгу службы. Ничего не поделаешь, работа у него такая, жандармская…

Через неделю "Сункар" был готов. Пугачёв вместе со своими умельцами провели полную модернизацию машины, подтянув её на уровень сегодняшнего дня. Ольга обошла вокруг штурмовика и положила руку на бронированный борт прирученного хищника.

— Ну что, давай дружить? Не смотря ни на что, всё — таки ты меня здорово выручил, спаси бо тебе. Я тебя теперь в обиду не дам.

— Что, Оля, пытаешься с этим мамонтом контакт наладить? — сказал, посмеиваясь, подо шедший Пугачёв.

— Какой ты грубый, Михалыч! Он, между прочим, мне жизнь спас. Он уже хороший и больше не кусается!

— Ну, смотри, тебе виднее. Машина к полёту готова.

— Держи, Михалыч, — сказала Ольга, вынимая серёжки из ушей.

Заняв место в кабине штурмовика, она убедилась, что ребята поработали на славу. Теперь посмотрим, на что способна вражья техника. Во время своего первого полёта на "Сункаре" ей было некогда определять его способности. Задача стояла более прозаическая — удрать и с этим он успешно справился. Теперь в спокойной обстановке посмотрим, что он из себя представляет.

Ольга, как и в прошлый раз, подняла машину на сто метров и начала плавный горизонтальный разгон. Её сопровождали два "Тигра". Она хотела сначала опробовать штурмовик в атмосфере. Поднявшись на высоту двадцать километров, начала выполнение фигур. Сразу стало понятно, что это далеко не истребитель. "Тигры" держались в отдалении и не мешали манёврам командира. Вдоволь покувыркавшись в воздухе, Ольга резко пошла на снижение, имитируя атаку планетного объекта. Здесь дело пошло гораздо лучше.

Сделав несколько пробных заходов и "уничтожив" цели, штурмовик резко пошёл вверх, стараясь как можно быстрее покинуть атмосферу планеты. Оба истребителя не отставали, повторяя манёвр. Выйдя в космос и удалившись на приличное расстояние от планеты, Ольга продолжила тестирование машины, гоняя её на всех режимах. Чем дальше, тем больше она убеждалась, что не смотря на меньшую скорость и худшую манёвренность, чем у истребителя, это серьёзный противник.

Вспыхнул сигнал на экране радара. Ольга развернулась, чтобы подойти поближе и посмотреть, кто это к ним пожаловал. Истребители неотрывно следовали за командиром.

Автоматика быстро определила, что это транспортный корабль с Земли. Давненько здесь не было гостей из метрополии. Используя удобный момент, она провела учебную атаку транспорта, "поразив" его виртуальной ракетой, чем вызвала там немалый переполох.

Ведь автоматическая идентификационная система корабля была сбита с толку. Она безошибочно определила, что это вражеский штурмовик "Сункар", в то же время заявляя, что он свой. У всех, кто находился в рубке корабля, волосы встали дыбом. К счастью недоразумение быстро выяснили. Корабль пошёл на посадку, а Ольга продолжила свою акробатику в космосе. Закончив всё, что на сегодня было запланировано, она направила штурмовик назад в атмосферу. В целом, как пилоту, машина ей понравилась. Плохо было то, что точно также она нравилась и вражеским пилотам.

После посадки к Ольге подошёл Пугачёв и сообщил:

— Корабль только что с Земли совершил посадку. Какие — то шишки приехали. Вроде бы, с проверкой, или что — то ещё. И самое интересное — новые машины привезли. Шестнадцать серийных "Тигров" и четыре каких — то новых, никогда раньше не видели. Уже выгрузили. "Тигры" без проблем отогнали в ангары, сейчас мои орлы ими занимаются, а эти новинки загнали в отдельный ангар и никого к ним не подпускают. Мы было сунулись, да там полно охраны. И не наших, а столичной госбезопасности. Даже и не знаю, что это за игрушки.

— Ну, насчёт проверок, Михалыч, сколько их уже было. Это для адмирала головная боль, а не для нас. А вот эти новые машинки что — то интересное. Сходим, посмотрим? Ты же, всё — таки, начальник механической службы, а я командир авиаэскадры. Ведь всё равно к нам придут. Зачем же их сюда везли? Кроме нас тут больше авиации флота нет.

— Не-е-т, Оля, я жить хочу!!! Гори они синим пламенем, эти новинки! Ещё припаяют что нибудь вроде попытки несанкционированного доступа к государственным секретам, оно мне не надо. Да и тебе не советую, только проблем наживёшь. Нужны будем — сами позовут.

— Что, неужели там так всё серьёзно?

— Серьёзней некуда. Христом богом прошу, не ходи. Оттуда даже "инквизитора" наладили, когда он попытался свой нос сунуть.

— Детмерса?! Ничего себе!

— Вот и я о том же. Так что, Оля, пошли ка лучше до дому, до хаты. Меньше знаешь — крепче спишь!

На следующий день Ольгу вызвал адмирал. Она догадывалась, что дело касается поступления новых машин и не ошиблась. Адмирал сразу сообщил новость:

— Ольга Александровна, вчера получена новая техника для вверенного Вам подразделения. Шестнадцать "Тигров" и четыре новейших истребителя "Тайфун". "Тигры" были переданы сразу, а вот "Тайфуны" пока находятся под охраной. Это новейшая разработка с грифом "Совершенно секретно".

— Ваше превосходительство, а зачем же их сюда везли? Может быть, пускай охрана на них и летает, раз они такие жутко секретные? Ведь ещё Наполеон сказал, что как только какое — нибудь секретное оружие попадает в войска, оно сразу перестаёт быть секретным. Ведь моим людям надо ознакомиться с новой техникой. Что лётному, что техническому составу. Иначе, как же на ней летать?

— Ольга Александровна, ну что Вы так всегда, прямолинейно…Конечно, Ваши люди будут ознакомлены с новыми машинами, но только после получения соответствующего допуска. С Вами, кстати, хочет побеседовать полковник госбезопасности Ковальский. Он тоже прилетел на этом же корабле и просил Вас подождать.

Нехорошее предчувствие шевельнулось в душе Ольги. Что хорошего можно ждать, если тобой интересуется контрразведка? Ясно, как божий день, что опять будут расспрашивать за этот злосчастный разведывательный рейд. Неужели, им мало отчёта Детмерса?

С этими мыслями она покинула кабинет адмирала и в коридоре столкнулась с незнакомым человеком лет тридцати пяти в форме полковника госбезопасности.

— Доброе утро, Ольга Александровна! Это Вы, я не ошибся?

— Здравия желаю, господин полковник! Нет, Вы не ошиблись.

— Ну что Вы так официально, Ольга Александровна! Давайте знакомиться: полковник Ковальский. Можно просто — Людвиг Казимирович. Мне хотелось бы обсудить с Вами некоторые вопросы. Вы сейчас не заняты?

— Нет, не занята. Я к Вашим услугам, Людвиг Казимирович, — с улыбкой ответила Ольга.

Полковник источал само дружелюбие, но она прекрасно чувствовала исходящую от него угрозу. Ведь не для того он прилетел за тридевять земель, чтобы просто побеседовать.

Они уединились в одном из пустых кабинетов, и проговорили больше часа. К удивлению Ольги, её последний рейд интересовал полковника очень мало. В основном, разговор касался новых истребителей "Тайфун". Ковальский подчёркивал, что это экспериментальные секретные образцы, которые должны пройти проверку в боевых условиях, и интересовался, кого она может порекомендовать для работы с ними. Все отобранные кандидаты пройдут проверку в службе безопасности на предмет получения допуска, и только после этого будут допущены к машинам. Следует пресечь любую утечку информации.

От разговора остался неприятный осадок. Ольга и сама не могла понять, что её настораживало. Хотя беседа и прошла в благожелательном тоне, и полковник не сказал ничего плохого, создалось впечатление, что он врал, и её пытались прощупать. Она прекрасно знала цену сладких речей жандармов…

Глава 10

Полковник Детмерс не удивился появлению столичного визитёра. Он уже был предупреждён заранее и получил инструкции оказывать всяческое содействие. Ковальский много говорил о новых машинах, о тщательном подборе для них пилотов и техников с целью соблюдения государственной тайны, да только провести Детмерса было трудно. Он догадывался, что столичный гость пожаловал не за этим. В конце концов, вдоволь поупражнявшись в словесной акробатике Ковальский, как бы невзначай, задал вопрос:

— Кстати, Фридрих Карлович, а что вы можете рассказать о самом командире авиаэскадры, капитане второго ранга Шереметьевой? Мы тут обсуждаем пилотов и техников, но ведь ей, как командиру, тоже придётся столкнуться с этим вопросом.

— А что сказать, Людвиг Казимирович. Шереметьева — грамотный офицер и авторитетный командир. Со своими обязанностями командира справляется прекрасно. Сама пилот от бога, каких поискать. По линии нашего департамента за ней ничего нет.

— Нет, Вы меня не поняли. Мне прекрасно известно всё, что написано в её личном деле. Хотелось бы узнать подробности о ней, так сказать, из первоисточника. Ведь вы работаете бок о бок уже не первый год и изучили её прекрасно. Что бы Вы могли рассказать чисто по человечески? Что не попадает обычно в личное дело?

— Чисто по человечески? По человечески про таких, как она говорят — чёрт в юбке. Умна, своенравна, независима в суждениях, обладает очень болезненным чувством справедливости. Очень хорошо помнит и добро и зло. Сама никогда не сделает человеку гадость, но если сделают ей, то не забудет никогда и при случае отомстит. При попадании в экстремальную ситуацию никогда не опускает руки, а борется до конца, оказываясь вулканом энергии и добиваясь цели любыми, даже незаконными средствами. Вы это хотели узнать?

— Очень, очень интересно! А её поведение вне службы? Ведь мы должны учитывать и это. Не секрет, что противник может попытаться завербовать наших людей, играя на их слабостях, пороках и сомнительных связях. А у Шереметьевой, насколько мне известно, нетрадиционная сексуальная ориентация?

— Шереметьева никогда и не делала из этого тайны, об этом знают абсолютно все. И сомнительных связей у неё нет. Её единственная "связь" — это её постоянная подружка — майор медицинской службы Анастасия Кудрявцева. Они вместе уже около трёх лет и им хватает друг друга. Развлечений на стороне они не ищут.

— Но какой же пример может подавать командир с такой репутацией? Как Вы можете так спокойно смотреть на всё это? И как к этому относятся остальные?

— А остальным, Людвиг Казимирович, во всяком случае, подавляющему большинству, на это наплевать. Шереметьева и Кудрявцева никого насильно в свою веру не обращают и говорят, что если им хорошо друг с другом, то это касается только лично их. Для меня же главное, что Шереметьева толковый офицер и настоящий профессионал. По долгу службы я обязан знать, с кем она делит свою постель, но мужчина это, или женщина, мне абсолютно безразлично. Более того, в течение всего периода, как только она появилась на базе, нам приходилось постоянно общаться по служебным вопросам и скажу Вам своё личное мнение: гораздо лучше работать с лесбиянкой, чем с воинствующей феминисткой мужененавистницей. Бывали в моей практике к сожалению и такие.

— Ладно, Фридрих Карлович, оставим этот вопрос. Давайте вернемся к недавним событииям. Чуть больше недели назад совершался разведывательный рейд на Лукхор, в результате которого все машины и корабль были потеряны. Мы получили Ваш отчёт и честно говоря, в начале не поверили. В рейде принимал участие один человек — Шереметьева. Получается, это была её идея, приведшая к таким неоправданным потерям? Вы пишете, что её истребитель был сбит, она совершила вынужденную посадку, каким то чудесным образом захватила машину противника и вернулась на ней с разведданными? Фридрих Карлович, но ведь ни один здравомыслящий человек не поверит в это. Если бы Вас не знали раньше, то подумали бы, что Вы занимаетесь откровенной дезинформацией. Как Вы могли поверить в этот бред?

— Это не бред. Шереметьевой действительно удалось совершить немыслимое. Хотя, конечно, определённая доля везения ей помогла. Запись полёта это подтвердила. Эксперты признали её подлинной. А что до плана полёта — другого выхода просто не было. Да, план разработала Шереметьева, и я был с ней полностью согласен. Все другие варианты привели бы только к потерям и провалу миссии. А так план почти удался. Если бы не нелепейшая случайность, которую невозможно предусмотреть, всё бы закончилось благополучно.

— А что показала запись в компьютере трофейной машины?

— Здесь, к сожалению, нам удалось выжать не много. Шереметьева всё — таки попала одной ракетой в "Сункар" и запись на этом обрывается. Сам штурмовик не пострадал, но какие то электрические цепи от сотрясения корпуса были повреждены и дальнейшая запись не велась.

— Иными словами Вы хотите сказать, что всё выше перечисленное базируется только на рассказе Шереметьевой? Ведь запись, проведённая компьютером "Гепарда", тоже заканчивается моментом извлечения кассеты, и что было дальше, мы не знаем. Даже если предположить, что эксперты не ошибаются и материалы подлинные?

— Мы провели хронометраж событий. Двигательная установка "Сункара" снабжена независимым регистратором рабочего времени и параметров работы. Она фиксирует все режимы работы, пуски и остановки. На наших машинах такая система тоже есть. Она служит для точного учета отработанного ресурса механизмов и независима от бортового компьютера. Эта система показала, что через четыре минуты после извлечения кассеты Шереметьевой вражеский штурмовик совершил посадку, а ещё через пять минут взлетел. Всё по времени согласуется с её рассказом. К тому же считаю, что невозможно за такой короткий срок провести вербовку человека и отправить его назад.

— Но почему Вы считаете, что "Сункаром" управляла именно Шереметьева? А если её пересадили туда позже, уже в космосе? Ведь она не сразу пошла на Амальтею, а делала промежуточный прыжок с выходом из гиперпространства, якобы для ознакомления с машиной. Где гарантия, что она не была доставлена на борт в этот момент? И где гарантия, что она уже не была завербована до этого? Нам бы очень хотелось, чтобы Вы сообщили все факты, имевшие место до этого случая и вызывающие сомнения.

— Таких фактов у меня нет. А фабриковать их я не буду, — отрезал Детмерс, сразу поняв ший, куда клонит собеседник.

— Ну что Вы, что Вы, Фридрих Карлович! Я же ни о чём подобном Вас не просил! — сразу примирительно поднял руки Ковальский.

— Просто, если что — то Вам станет известно, прошу мне сообщить. И какие меры Вы предприняли?

— Взяли её под наблюдение, отслеживаем все контакты. Прекратили поступление к ней секретной информации. Ведём постоянное прослушивание её коммуникатора. Подклю чились к компьютеру в её кабинете и установили видеозаписывающую аппаратуру. Такая же аппаратура установлена в её коттедже. Одновременно взята под наблюдение и её под ружка — майор Кудрявцева.

— Логично. И как, удалось что — нибудь узнать?

— Абсолютно ничего. Ни Шереметьева, ни Кудрявцева ни с кем из посторонних в контакт не вступали. При выезде за пределы базы в город контроль осуществлялся постоянно, но кроме посещения кафе и магазинов они нигде пока не были. Контактов с подозритель ными лицами не зафиксировано.

— А что дало прослушивание и видеонаблюдение?

— Тоже ничего. Обе ведут себя, как ни в чём не бывало. Все разговоры не выходят за рамки обычного.

— А когда они общаются между собой, в разговорах ничего не проскальзывает? Как они себя ведут?

В ответ на это Детмерс только усмехнулся.

— Мы ведем запись из их коттеджа постоянно. Порнофильмы отдыхают. Такого мои операторы ещё не видели, да думаю, больше нигде не увидят. Сам был поражён, что вы творяют эти чертовки. Никаких шпионских секретов там и близко нет. Хотите, можете потом сами взглянуть.

— Кстати, а почему её фамилия Шереметьева? Ведь это девичья фамилия её матери. Почему она не носит фамилию отца?

— Потому, что её папочка оказался обыкновенным альфонсом, а когда понял, что ему ничего не обломится, исчез с горизонта. Её мать оставила себе девичью фамилию и на неё же зарегистрировала дочку.

— У Шереметьевой есть родственники?

— Можно сказать, что уже нет. Папаша исчез в неизвестном направлении и она его никогда не искала. Матери лишилась в трёхлетнем возрасте — она погибла в автокатастрофе.

Её вырастили дед с бабкой по материнской линии, но в прошлом году не стало и их.

Дед был раньше капитаном торгового флота, и последнее время работал консультантом в крупной транспортной компании — не мог сидеть без дела, иногда и отправляясь в рейс, чтобы поднатаскать молодых капитанов. Последний рейс закончился трагически. По невыясненным причинам произошёл взрыв реактора и весь экипаж погиб. И в этот злополучный рейс они отправились вдвоем. Есть ещё дальние родственники по линии матери, но они сразу отказались от Шереметьевой ещё в детстве, и теперь она платит им тем же. Фактически, у неё никого не осталось. Замужем она никогда не была, детей у неё нет.

— Понятно… Что ж, благодарю Вас, Фридрих Карлович, Вы мне очень помогли. Думаю, не нужно говорить, чтобы эта беседа осталась между нами?

— Я не первый год в конторе, Людвиг Казимирович, — хмуро ответил Детмерс.

После ухода незваного гостя Детмерс погрузился в раздумья. Очень не понравился ему этот визит. Он чувствовал, что полковник что — то недоговаривает. Чутьё у Детмерса было не хуже звериного, недаром все его прозвали "инквизитором". Он про это прекрасно знал и не обижался. Могли ведь придумать что нибудь и похуже — особой признательностью его служба не пользовалась. Мысли о том, чтобы предупредить Ольгу о повышенном внимании к её персоне, у него даже не возникало. Всё — таки, он был служака до мозга костей и никогда бы не пошёл на разглашение сведений, касающихся его работы. Но самому разобраться во всём этом необходимо. В конце концов, недаром же его прозвали "инквизи тором"…

С большим трудом Ольге удалось получить допуск в ангар с новыми машинами. Препятствия носили совершенно надуманный характер, опирающиеся на какие — то ветхозаветные инструкции мирного времени, которые оказывается никто не отменял. Хотя в то же время требовалось, чтобы новые истребители были включены в состав авиаэскадры как можно скорее для проведения всесторонних испытаний в боевой обстановке. Кончилось всё тем, что она предложила охране проводить испытания самостоятельно, или загружать машины обратно в корабль и убираться ко всем чертям вместе с их секретами. Только после этого было дано разрешение на допуск ограниченного круга лиц, но обязательно в присутствии охраны.

Новые истребители "Тайфун" поразили Ольгу. Всё, что она знала раньше, не шло ни в какое сравнение. Даже самые последние истребители "Тигр" не дотягивали до "Тайфунов". Наряду с более совершенными тактико — техническими данными это уже были машины нового поколения. Они имели то, чего до сих пор не имел ни один истребитель Военно — Космического Флота Федерации — малогабаритный лёгкий гипердвигатель, не ухудшающий манёвренных качеств машины и делающий её независимой от авианосца. Об этом до сих пор можно было только мечтать. Сначала очень сильно мешало присутствие охраны. Абсолютно любой, самый незначительный вопрос надо было с ней согласовывать. Но через несколько дней все бюрократические формальности были улажены и работать стало легче. После ознакомления приступили к полётам. Кое какие огрехи конечно вылазили, да ведь без этого не рождается ни одна новая машина.

Однажды утром, придя в ангар, Ольга застала там большую группу офицеров госбезопасности во главе с Детмерсом. Сразу стало понятно, что произошло что — то неординарное.

Поздоровавшись, она поинтересовалась, что случилось.

— По сообщению дежурной смены охраны сегодня ночью была попытка несанкциониро ванного доступа по кабелю к ангарному терминалу. Источник сигнала проследить не смогли. Скорее всего, какой — то портативный мобильный аппарат. Засечь такой очень трудно. Вы ничего необычного не заметили? — спросил Детмерс.

— Нет, всё было, как обычно. Вчера после полётов сдали машины охране и разошлись.

— Смотрите внимательно, Ольга Александровна. Не нравится мне эта активность. Если что узнаете, или что — то покажется странным, прошу сообщать мне сразу же в любое время дня и ночи.

— Разумеется, Фридрих Карлович. Вы же меня знаете.

Отработав всю программу на сегодняшний день, Ольга уже собиралась идти домой, когда её неожиданно перехватил Пугачёв.

— Оля, беда, — начал он сходу. — По коммуникатору не стал с тобой связываться. Настя аре стована. Подробностей не знаю. Там этот столичный хлыщ бегает, распоряжается.

— Что за ерунда?! Причём здесь Настя?! Где сейчас Детмерс, этот "инквизитор" хренов?!

— Не знаю, был в штабе.

Примчавшись к штабу, Ольга влетела в кабинет начальника службы безопасности и сходу выдала:

— Что это у нас получается, господин полковник?! На каком основании арестована майор Кудрявцева?! Она что, похитила секрет изготовления медицинского спирта?! Детмерс был на удивление спокоен и не отреагировал на бурное высказывание. Немного помолчав, ответил:

— Не кричите, Ольга Александровна. Сам толком ничего не знаю. Я отстранён от расследования. По заявлению полковника Ковальского, майор Кудрявцева задержана при попытке выноса с территории базы кассеты с секретными сведениями. Мне уже заявлено, что я тут проспал целое шпионское гнездо и грозят отставкой, если чем нибудь не хуже. Так что, ничем не могу Вам помочь.

— Но ведь Вы же знаете, что Настя ни в чём не виновата! Даже если это правда, то её элементарно подставили! Не говорите, что думаете иначе!

— Уважаемая Ольга Александровна. То, что думаю я, в данный момент никого не интересует. Ещё раз Вам повторяю, что я отстранён от расследования и даже не могу поговорить с Кудрявцевой. Попробуйте обратиться непосредственно к Ковальскому. Как оказалось, он прилетел сюда с очень большими полномочиями и вполне может занять моё место.

Ольга вышла от Детмерса в состоянии тихого бешенства и отправилась на поиски Ковальского, но он сам её нашёл.

— Добрый вечер, Ольга Александровна! А я Вас ищу, — опередил он слова Ольги, расплы ваясь лучезарной улыбкой.

— Господин полковник, мне сообщили, что арестована майор Кудрявцева. Не могли бы Вы прояснить, в чём дело?

— Могу, Ольга Александровна. Майор Кудрявцева задержана при попытке вынести с тер ритории базы материалы, содержащие секретные сведения. Сейчас я прошу Вас проехать с нами. Мы обязаны провести обыск в вашем доме и хотелось бы сделать это в Вашем присутствии.

У Ольги сразу мелькнуло ощущение, что полковник лжёт. Но доказать она ничего не может. Два дюжих сержанта военной полиции находились рядом, внимательно наблюдая за ней.

Когда подъехали к коттеджу, который занимали Ольга с Настей, там уже было несколько человек в форме офицеров госбезопасности. Они ждали полковника, чтобы начать обыск. Ольгу усадили на стул посреди комнаты и не спускали с неё глаз. Чувство тревоги не покидало её. Она была уверена, что затевается какая то грандиозная провокация, но зачем? Кто её и Настю мог подставить и главное — с какой целью? В виновность Насти она не верила ни на секунду.

Ольга обратила внимание, что все, проводившие обыск, были ей не знакомы. Местных "гебешников", подчинённых Детмерса, она знала. Обыск шёл полным ходом, но ничего криминального до сих пор обнаружено не было. Ольга уже стала надеяться, что авось, пронесёт. Но тут один из офицеров в форме капитана добрался до шкафа с одеждой и стал рыться в ящике с бельём.

— Размерчик всё равно не Ваш, — усмехнулась Ольга глядя, как перетряхивают её трусики и лифчики. Её не удостоили ответом. И тут среди интимных деталей дамского туалета неожиданно появилась небольшая пластмассовая коробочка размером с пачку сигарет.

Ольга сжала зубы.

— Господин полковник! — подал голос капитан, поднимая в руке находку.

— Это Ваше, Ольга Александровна?

— Нет. Даже не знаю, что это такое.

— Признаться, я на другой ответ и не рассчитывал. Это, Ольга Александровна, портативный сканер, позволяющий считывать информацию с компьютера на расстоянии. Работает как в беспроводном режиме, так и путём подключения к кабелю. Откуда у Вас столь специфическая техника? И что у него в памяти?

— Не знаю. Это не моё. Мне это подбросили.

— Ну что ж, раз не знаете, давайте посмотрим. Разрешите воспользоваться Вашим компьютером?

Полковник подошёл к столу и включил компьютер. После этого произвёл какие — то манипуляции со сканером и на экране возникло изображение истребителя "Тайфун". На следующих страницах были какие — то чертежи, схемы, диаграммы и большие объёмы текста.

— Это, Ольга Александровна, совершенно секретная информация по "Тайфуну". Каким образом она оказалась у Вас?

— Не знаю. Ещё раз повторяю, что мне это подбросили.

— Естественно, я и не рассчитываю сразу на Ваше признание. Это было бы наивно.

Вы арестованы по подозрению в шпионаже в пользу противника.

Глава 11

Когда за Ольгой захлопнулась дверь одиночной камеры, она стала обдумывать своё положение. Пока её не трогали. Возможно, полковник был занят. После того, как она была доставлена в следственный изолятор контрразведки, у неё было отобрано абсолютно всё. Взамен её формы выдали какую то полупрозрачную робу оранжевого цвета без карманов, под которой ничего нельзя было спрятать. По дороге к камере было множество постов охраны как с людьми, так и с автоматикой. Убежать отсюда крайне проблематично, если вообще возможно. Кто же их с Настей подставил, и с какой целью?

Как говорил Шерлок Холмс? Всегда смотрите, кому это выгодно. А кому же это может быть выгодно? Адмиралу — меньше всего. Она для него палочка выручалочка в тяжёлых ситуациях. Детмерсу? Это, конечно, волчара ещё тот… "Инквизитор" хренов.

Но "инквизитор" честный. Подбрасывать фальшивые улики и фабриковать липовые дела никогда не будет. Тем более, когда она с ним разговаривала, то убедилась, что он не врёт. Ковальскому? Скользкий тип. Что то знает, но молчит. Но он то здесь каким боком, что от этого выигрывает? Получается, что вроде и некому. А она, тем не менее, здесь. И неизвестно, где Настя. Тут щёлкнул замок и дверь открылась.

— Шереметьева, на выход, — раздался голос охранника.

Ольгу привели в кабинет, где за столом сидел Ковальский.

— Входите, Ольга Александровна. Как Вам на новом месте жительства?

— И как мне теперь к Вам обращаться? Гражданин начальник? — усмехнулась Ольга.

— Напрасно иронизируете. Вы же не уголовная шпана, Ольга Александровна, Вам это не идёт. Можете по прежнему называть меня Людвиг Казимирович. Вы, кстати, не ответили на мой вопрос.

— Вы знаете, Людвиг Казимирович, все таки мне кажется, что мой коттедж гораздо лучше.

— Абсолютно с Вами согласен. И вы можете хоть сегодня вернуться туда, если мы придём к соглашению.

— Какому соглашению?

— Если Вы согласитесь работать на нас.

— Не понимаю.

— Ольга Александровна, Вы же умный человек и должны понимать, что проиграли. Неуже ли Вы и Ваши шефы всерьёз думали, что кто — то поверит в эту фантастическую историю с захватом штурмовика? У моего командования большие сомнения на этот счёт.

Не знаю, как было всё в деталях, но думаю, что после посадки Вы попали в плен и дали согласие стать агентом противника. Вот только способ возращения Ваши шефы выбрали очень неудачно. Но это, в конце концов, не Ваша вина. Сделать ещё ничего Вы, слава богу, не успели. Поэтому у меня к Вам деловое предложение. Говоря простым языком, я предлагаю Вам стать двойным агентом. Будете работать под нашим контролем. Мы Вас сегодня же выпускаем говоря всем, что произошло недоразумение. Вы продолжаете ходить на службу, жить в своём уютном коттедже и никто ничего не заподозрит. Свобода передвижения у Вас будет, естественно, ограничена. Если надо будет куда то поехать, согласуете это с нами. С лётной работы придётся пока уйти, подадите рапорт с просьбой о переводе в штаб. Вам, как женщине, обязательно пойдут навстречу. В глазах Ваших шефов ценность Вас, как агента, от этого перевода только возрастёт. Взамен Вы подробно рассказываете мне обстоятельства Вашей вербовки и передаёте мне канал связи, который у Вас есть.

— Увы, Людвиг Казимирович. Вынуждена Вас огорчить. Мне нечего добавить к тому, что я уже рассказала полковнику Детмерсу.

— Я не тороплю Вас, Ольга Александровна. Подумайте.

Да, влипла ты, подруга, думала Ольга, когда её привели назад в камеру. И ведь не придерёшься. С точки зрения здравого смысла полковник абсолютно прав. Никто не поверит в такую историю. Что толку с того, что я и Детмерс знаем правду. Детмерс тебе сейчас не помощник, ему бы самому уцелеть. За адмирала и речи нет. Едва только запахнет жареным, он тут же открестится от тебя. Придётся рассчитывать только на собственные силы. Предчувствие её в который раз не обмануло. Что же всё — таки знает полковник?

Ольга чувствовала неискренность в его разговорах, но не могла понять, в чём именно.

Уж очень обтекаемо он говорил. По крайней мере, пока всерьёз за неё браться не будут.

Если бы хотели вытрясти из неё информацию, сразу бы напичкали психотропными препаратами и вывернули наизнанку. Да только полковник понимает, что после этого её ценность, как двойного агента, будет равна нулю — она просто превратится в живой труп.

Поэтому он и стелет сейчас так мягко. Дальше будет хуже. Вопрос только в том, насколько. То, что её попытаются сломать, ясно, как божий день. Что ж, Оля, пора признать, что твоя служба закончена. Абсолютно никто тебе не поверит, и есть очень большое подозрение, что правда никому не нужна. Контрразведка затеяла какую — то игру, где тебе отведена роль пешки, которую жертвуют ради выигрыша. Она чувствовала это. Если бы у начальства возникли подозрения в отношении её лояльности, то арест был бы произведён сразу, как она вернулась, и Детмерс ничем бы не смог помочь. Он обязан выполнять распоряжения сверху. Значит, такого распоряжения не было. А если это так, то что бы она ни говорила, какие бы факты не приводила, всё это останется гласом вопиющего в пустыне.

Её судьба решена. Непонятно только, что именно задумали эти рыцари плаща и кинжала.

То, что ничего хорошего, ясно и так. И непонятно, зачем им понадобилась Настя. Может, хотят сломать меня на ней? Значит, остаётся одно — бежать. Но как? Отсюда не убежишь. Она может нейтрализовать нескольких охранников, но на автоматику её чары не подействуют. Поэтому, надо любыми путями вырваться из этой тюряги наружу, а там уже действовать по обстановке. Планета большая и с её способностями она сумеет скрыться. К тому же, помочь Насте она сможет, только находясь на свободе.

На следующее утро Ольгу опять повели на допрос. По дороге она думала, что же опять будет предлагать ей полковник и сколько ещё продлиться хорошее к ней отношение.

Но едва переступив порог, Ольга поняла, что сильно переоценила джентльменские качества Ковальского. Перед ней стояли два мордоворота — майор и капитан. По их похотливым мордам она поняла всё безошибочно.

— Заходи, крошка, не бойся! Полковник сегодня занят, поэтому мы с тобой побеседуем.

Поиграем в игру "вопросы и ответы". Мы спрашиваем — ты отвечаешь. Ты не против?

Ольга прикинула свои шансы и поняла, что ничего сделать не сможет. Да, она может нейтрализовать этих двух недоносков, но ведь сто процентов, что за допросом наблюдают.

И если что — то пойдёт не так, здесь через минуту будет целая свора охраны, а со всеми ей ни за что не справиться. И она только зря себя раскроет. Значит, придётся ждать другого случая. А сейчас… Как раньше говорили женщины? Если изнасилование неизбежно, то надо расслабиться и постараться получить удовольствие…

— Проходи, крошка, раздевайся! Не заставляй нас долго ждать, а то мы рассердимся! Говорят, что ты лесбиянка, но поверь, мы очень хорошие доктора и мы вылечим тебя от этого!

Когда Ольгу приволокли обратно в камеру, она долго не могла прийти в себя. Всё тело болело. Лежа на койке и всхлипывая, она обдумывала своё положение. У тех, кто наблюдает сейчас за ней, не должно возникнуть никаких подозрений. Поэтому, она усиленно лила слёзы, то и дело смахивая их с лица. Всё должно быть естественно для женского поведения в такой ситуации. Но мысль работала чётко и ясно. В душе Ольги всё кипело от возмущения. То, чего она так не хотела, всё — таки случилось. Её изнасиловали. Причём, делали это со смаком и прибаутками. А после этого ещё и избили.

— Ну вот, Оля, и узнала ты, что такое вагинальный и анальный секс… До орального, сла ва богу, не дошло. Видать побоялись, что откушу… Хорошо, хоть какой — то лубрикант применяли, а то бы точно всё закончилось "разрывом внутренних органов". Господи, хоть бы не залететь от этих уродов… Всё, ребята. Если у меня раньше и были некоторые сомнения, то теперь на войне — как на войне!

Не смотря на это, Ольга всё — таки была удивлена. Она ждала настоящего допроса и собиралась признаться во всех смертных грехах, только бы вырваться отсюда. А там, за стенами тюрьмы, она сумеет ускользнуть. Вместо этого, если не считать изнасилования, просто получила по заднице, как нашкодившая девчонка. Не этого она ожидала. Уж она — то знала, что такое экстренный допрос пленного в полевых условиях. И в памяти всплыли картины, которые Ольга до сих пор вспоминала с содроганием… Во время работы в "Экспедиционном корпусе" в экипаже у них был радист Михаил, бывший сотрудник госбезопасности. Чем — то он не поладил с начальством, вышел в отставку и благодаря хорошему знанию радиотехники оказался у "экспедиторов". Как ни пытались узнать у него, чем же он занимался раньше, ничего не получалось. Михаил только отшучивался и говорил, что перебирал бумажки в конторе. Хотя, глядя на его сухую поджарую фигуру с бесшумной походкой хищника, способность владеть любым оружием и разбирать — собирать его в полной темноте, а также способность неуловимыми движениями молниеносно ломать руки, ноги и челюсти портовой шпане, поверить в это было трудно. Если предстояли какие то разборки, Михаила всегда брали с собой. Но оказывается таланты судового "маркони" на этом не заканчивались. Один раз произошел неприятный случай. Получатель груза решил их кинуть и прислал банду отморозков. Дурачок не подумал, что имеет дело не с обыкновенными коробейниками, а с "экспедиторами".

Всё закончилось плачевно. Ни один из налётчиков не ушёл, а двоих бандитов даже удалось взять в плен. Причём, не без помощи того же Михаила. Надо было вытряхнуть из них информацию о налёте, чтобы знать, кто инициатор этого безобразия. За подобные вещи в их бизнесе можно было запросто лишиться головы. Михаил и здесь взялся за дело, только попросил Ольгу помочь ему. Все в экипаже хорошо знали, что она может отличать, когда ей говорят правду, а когда лгут на прямо поставленные вопросы и полученные ответы. Вот радист и решил привлечь её к делу в качестве живого детектора лжи. Ольга не раздумывая согласилась. Очень скоро она поняла, что переоценила себя. В своей прежней жизни она прошла войну, насмотрелась всякого, но т а к о е ей видеть никогда не приходилось. Бандит, как назло, оказался очень упрямым и долго не хотел раскалываться. Но Миша был очень настойчив и всё — таки убедил его поделиться информацией. Правда к концу допроса, когда ручеёк информации уже иссяк, оставлять бандита в живых, вернее то, что от него осталось, было просто негуманно, и из милосердия радист его пристрелил.

Второй налётчик всё это видел и, когда дошла очередь до него, сразу всё выложил, что знал. В награду за это Миша пристрелил его сразу. Ольга присутствовала при этом от начала до конца, её всю трясло, но она успешно выполняла свою задачу — определяла правдивость ответов бандитов.

Когда всё закончилось, Михаил посмотрел на неё, потом молча налил в пластмассовый стакан водки и заставил выпить. Наливать в стеклянный он побоялся. После этого Ольгу немного отпустило. Усадив её и сев напротив, он тихо сказал.

— Оля, напрасно ты смотришь на меня, как на какое — то чудовище. Я не садист и не маньяк — убийца. Ты ведь ничего не знаешь обо мне. Там, где я был раньше, по — другому нельзя. За свою жизнь я убил очень много людей. Некоторых приходилось допрашивать.

Но я всегда делал это исключительно по приказу, или, если вынуждала обстановка. Но никогда — ради удовольствия.

После этого Ольге приходилось ещё несколько раз принимать участие в допросах с Михаилом. Обязанности у них были чётко определены. Михаил обеспечивал получение интересующей информации, а она определяла достоверность этой информации. А что делать, в стае надо быть серым. Иначе, свои же загрызут. Никогда и никому она не рассказывала об этом… Вот и сейчас она ждала чего — то подобного. Вместо этого получилось шоу под названием "порка гимназистки, вернувшейся утром домой с гулянки под шофе". Ольга ещё больше убедилась, что для чего — то нужна полковнику.

Так прошло две недели. Временами про неё забывали на два — три дня, потом снова вызывали на допрос. Иногда это был Ковальский, умасливающий её своими речами. Иногда эта парочка мясников, у которых всё было по одному сценарию — у Ольги требовали признания, затем били и насиловали. Но били очень аккуратно, чтобы не нанести увечий. Она понимала, что долго так продолжаться не может. Что скоро полковник сделает следующий ход, а это всё предварительная подготовка. Всё это время она пыталась выяснить, что же случилось с Настей. И всякий раз получала один ответ: "Здесь вопросы задаём мы!".

Ольга старательно играла на публику, изображая запуганную женщину которой, тем не менее, нечего сказать. Она уже разработала план побега, но для этого надо выйти за стены тюрьмы хоть под конвоем. А что делать дальше? Скрываться на планете опасаясь, что тебя в любой момент могут обнаружить и всё начнётся по новой? Нет, надо бежать с Амальтеи. На Землю хода нет. На другие планеты Федерации тоже. К сепаратистам? Ни под каким видом! Остаются нейтральные планеты, не вошедшие в Федерацию, но и не конфликтующие с ней. Например, Швейцария. Если она доберётся туда, никто её там искать не будет. Вопрос только в том, как это сделать, не имея корабля. Допустим, ей удастся совершить побег. В одиночку захватить корабль она не сможет, даже если и проберётся на него. Проникнуть в один из ангаров и угнать истребитель? В принципе, с её возможностями реально. Да только далеко она на нём без гипердвигателя не улетит. А пробраться к новым "Тайфунам" вряд ли получится. Там столько охраны, плюс автоматика, которой глаза не отведёшь. И тут пришла неожиданная мысль. "Сункар"!!! Трофейный штурмовик имеет гипердвигатель и может доставить её в любую точку галактики! К тому же, он находится в обычном ангаре вместе с другими машинами и там нет никакой охраны. А то, что штурмовик находится в исправном состоянии, Ольга не сомневалась. Пугачёв всегда следил за готовностью машин и на трофее кроме неё никто летать не будет. Это значит, что "Сункар" стоит сейчас в ангаре и ждёт своего часа. Надо только добраться до него.

А потом можно будет устроить такое шоу… Но сначала надо выбраться отсюда.

Последний период затишья продолжался уже пять дней и Ольгу это удивляло. Заканчивалась третья неделя с момента ареста. Создалось впечатление, что про неё забыли.

На исходе пятого дня дверь камеры неожиданно открылась, и вошел офицер с погонами капитана юстиции.

— Здравствуйте, Ольга Александровна. Я Ваш адвокат, капитан Миронов. Буду защищать Вас на заседании трибунала. Заседание назначено на завтра. Поэтому нам нужно обсудить ряд вопросов, чтобы выстроить линию защиты. Для начала прошу Вас рассказать мне всё, что было. Даже то, что Вы не сказали раньше.

— Вы всё можете узнать из отчёта полковника Детмерса. Больше мне нечего добавить.

— Но, Ольга Александровна! Если Вы опять будете твердить одно и то же, Вам же никто не поверит! Давайте вместе выработаем линию поведения, иначе я ничем не смогу Вам по мочь! — Значит, не тратьте на меня своё драгоценное время.

— Напрасно, Ольга Александровна! Совсем напрасно.

Когда за визитёром закрылась дверь, Ольга подумала: "Ну вот, начинается".

Где то через час дверь опять открылась, и перед Ольгой предстал сам полковник Ковальский собственной персоной.

— Добрый вечер, Ольга Александровна. Я слышал, Вы не пожелали разговаривать с адво катом? Почему? — Потому, что мне нечего ему сказать.

— Простите, но я не понимаю, отчего Вы упорствуете. Вы хоть понимаете, что Вам светит пожизненное заключение?

— Ещё раз повторяю: мне нечего добавить к тому, что я сказала раньше.

Ковальский вздохнул и, помолчав, продолжил:

— Ольга Александровна, сейчас у Вас последний шанс избежать трибунала. Ведь на меня давит начальство, требует результаты, а результатов то нет! Долго так продолжаться не может. Если Вы сейчас дадите своё согласие и расскажите мне всё, я сообщу наверх и трибунал будет отменён. Если же Вы будете продолжать упорствовать, то без сомнения будете осуждены и тогда я уже ничего не смогу сделать. Скрыть это невозможно, и для своих шефов Вы, как агент, будете потеряны. Соответственно и для нас Вы потеряете свою ценность. Прошу Вас, не делайте глупостей. Ради чего Вы упорствуете? Ответ мне нужен сейчас. Думать больше некогда.

— Не волнуйтесь, господин полковник. Г л у п о с т е й я никогда не делаю. Ещё раз повторяю: мне нечего добавить к сказанному раньше.

— Это Ваш окончательный ответ?

— Да.

— Ну что ж. Очень жаль, что мы не нашли общий язык. Боюсь, скоро Вы пожалеете об этом.

Полковник вышел, оставив Ольгу одну.

Так, дело близится к развязке… Уже и трибунал подключили… В приговоре можно не сомневаться, как сказал пан полковник, так и будет. Влепят пожизненное заключение и вышвырнут со службы без мундира и пенсии, как говорили раньше…Только вот не понятна конечная цель всей этой махинации. Что же задумали жандармы? И неизвестно, где именно будет проходить заседание. Если здесь, в тюряге, то потом её всё равно куда то повезут. Здесь не держат осуждённых, это следственный изолятор. Если же устроят показательное судилище за стенами тюрьмы, то туда её тоже надо как то доставить. Вряд ли будет народу больше водителя, и одного — двух охранников. Вот здесь и надо ловить момент. Никто не ждёт от запуганой бабы никаких фокусов. Когда ещё представится более удобный случай…

На следующий день Ольгу подняли рано утром, и повели в душ. Выйдя из душа, она увидела в предбаннике свою форму, которую отобрали при аресте. Значит, действительно намечается трибунал. Вскоре пришёл конвой, и её препроводили в небольшой зал заседаний. Получается, всё будет проходить в тюрьме за закрытыми дверями. Все были уже в сборе. Председательствовал пожилой полковник, который после соблюдения всех формальностей спросил, признаёт ли Ольга себя виновной в шпионаже, на что она ответила категорическим "Нет!". По тому, как шло заседание, она убедилась, что не ошиблась в своих прогнозах. Всё уже было решено заранее, и трибунал был простой формальностью.

Самый главный свидетель, полковник Детмерс, даже не был вызван для дачи показаний.

Полковник Ковальский с воодушевлением рассказывал, как ему удалось разоблачить вражеского агента. Присутствующий на заседании адмирал сразу отмежевался от неё, заявив, что у него тоже были подозрения, но он не был до конца уверен и просил разобраться.

Её рассказу о произошедших событиях никто не поверил. Прокурор авторитетно заявлял, что это просто невозможно, ссылаясь на каких — то экспертов. Никаких вещественных доказательств, кроме злополучного сканера с записью и самого факта возвращения на вражеской машине обвинение предъявить не смогло. Адвокат больше занимался не поиском истины, а упирал на былые заслуги подсудимой и просил о снисхождении. Арест майора Анастасии Кудрявцевой упоминался вскользь и был выделен в отдельное судопроизводство. Приговор Ольга знала заранее. Капитан 2-го ранга Шереметьева подлежала разжалованию, лишению всех наград, увольнению с воинской службы и приговаривалась к пожизненному заключению по законам военного времени. После зачтения приговора начальник конвоя молча сорвал с неё погоны, орденские планки и значок пилота. Капитана 2-го ранга Ольги Шереметьевой больше не было…

Ольгу отвели обратно в камеру, предварительно опять отобрав форму и выдав тюремную робу. Она чувствовала, что скоро что — то начнётся. Ведь не просто так проведён этот фарс. Долго держать её здесь не будут. Она уже не подследственная. Она преступница, осуждённая на пожизненное заключение. Возможно, завтра отправят по этапу. Кто же будет её сопровождать? У вас будут большие неприятности, ребята. Вольнолюбивая дикая пантера не может жить в клетке. А вы, господа полковники и адмиралы, этого так до сих пор и не поняли. Ну, тем хуже для вас…

Глава 12

На следующий день дверь камеры снова отворилась, и раздался голос охранника:

— Шереметьева, на выход! Началось, — промелькнула мысль. Она быстро собралась и вышла в коридор. Её провели в помещение, где уже ждали старые знакомые, подручные полковника Ковальского — майор Асланов и капитан Иванов. В том, что это обыкновенные тупые исполнители для грязной работы, у Ольги уже не было никаких сомнений.

— Ну что, красавица, допрыгалась? Не захотела по — хорошему? Теперь будет по — плохому.

Долго ты там всё равно не протянешь. Пять, от силы шесть лет и загнёшься. Дольше редко кто выдерживает. А могла бы жить как королева, — глумился майор. Видно, это доставляло ему большое удовольствие. Капитан подошёл к Ольге и достал наручники. Она, чтобы предупредить его действия, сама протянула руки. Но капитан, защёлкнув один браслет, резко развернул её и сковал руки сзади.

Так, это хуже, — подумала Ольга, а вслух сказала:

— Что, ребята, бабы испугались? Боитесь, поцарапаю?

— Положено, — буркнул капитан.

Майор расписался в каких то бумагах, и они втроём вышли на тюремный двор. Здесь уже стоял небольшой полицейский фургон. Ольга удивилась, что они поедут не на бронетранспортёре. Возможно, посчитали, что для неё это слишком много чести. Ну что же, это уже лучше. По крайней мере, видно, куда тебя везут. Посадив её в кузов фургона и, заперев дверь, Асланов с Ивановым уселись в кабину и машина выехала за ворота тюрьмы. Из кабины в кузов выходило зарешёченное окно, чтобы можно было наблюдать за арестованными, но точно также через это окно было видно дорогу. Ольга сразу определила, что её везут в космопорт. А если это так, то должны отправить на транспортном корабле на Землю. Больше вести туда её незачем. Что ж, пока это согласуется с её планами. Дорога займёт около часа. Но, не доезжая до стоянки транспортов, находятся ангары авиаэскадры, так как лётное поле общее. Получается эти двое, сами того не желая, довезут её прямо до места. Пока всё складывалось удачно. Только бы не появился патруль военной полиции в самый неподходящий момент.

Пройдя несколько постов охраны, машина въехала на территорию космопорта. Территория была большая, и Ольга знала здесь много укромных мест. Когда они отъехали на приличное расстояние и пост охраны должен был скрыться за поворотом, Ольга истошно закричала, одновременно "отведя глаза" своим конвоирам. Нужно быть сверхчеловеком, чтобы не обернуться на истошный женский вопль. А майор с капитаном были обыкновенными людьми и, естественно, обернулись. Можно только представить ужас двух охранников увидевших, что охраняемый преступник исчез. Всё дальнейшее уже делалось ими на инстинктах. Первое желание — остановиться, открыть кузов и посмотреть в чём дело.

Ольга всё рассчитала правильно. Ни майор, ни капитан не отличались оригинальностью мышления. Происшествие не укладывалось ни в какие рамки и никакие служебные инструкции не предвидели ничего подобного. Машина начала резко тормозить, и Ольга использовала эти несколько секунд, чтобы переместить руки в наручниках вперёд. Благо, тело у неё было хорошо тренированное и очень гибкое и особых трудностей это не вызвало. Когда машина остановилась, и перепуганные конвоиры возились с замком двери, она была уже готова.

Едва только створка двери распахнулась, и испуганные физиономии заглянули внутрь, они тут же натолкнулись на тяжёлый взгляд Ведьмы. "Взгляд змеи" парализовал обоих.

Хоть это было и сложнее, чем с одним противником и отнимало больше сил, Ольга не собиралась держать их в таком состоянии очень долго. Она запомнила, куда капитан положил ключ от наручников. Первое — освободить руки. Второе — изъять у обоих оружие и коммуникаторы. Третье — удар рукояткой пистолета в точку за ухом, отключающий противника на длительное время. Ольга лишний раз убедилась, что бесполезных знаний не бывает. Материнский дар, раскрытый бабушкой, в сумме с искусством радиста Миши образовали дьявольскую смесь.

С трудом втянув два бесчувственных тела в кузов фургона, Ольга села за руль и загнала машину в проулок между складами, куда редко кто заглядывал. А даже если бы и увидели со стороны, так мало ли, что здесь делает полицейский автомобиль.

Забравшись снова в кузов фургона, она первым делом отключила коммуникаторы и обыскала своих тюремщиков. После этого вытряхнула обоих из их мундиров. Хоть она и будет смотреться нелепо в мужской форме не по росту, на несколько размеров больше, но в тюремной робе показываться вообще нельзя. А так издали не разберут. В крайнем случае, можно и глаза отвести. У майора тоже оказались наручники и оба стража были тут же скованы с заведёнными назад руками. Водитель машины был запасливым человеком и в аптечке нашёлся монтажный скотч и нож. Быстро спеленав ноги клейкой лентой своим пленникам, Ольга начала приводить их в чувство. Она понимала, что теряет драгоценное время, но перед тем, как уйти, надо хоть немного прояснить ситуацию. А для этого надо побеседовать с майором и капитаном.

— Ну что, очухались, мальчики? — сказала она, когда пленники открыли глаза и изумлённо уставились на неё. Они совершенно ничего не понимали. Ольга продолжила.

— Значит так. Сейчас мы поиграем в игру "вопросы и ответы". Я спрашиваю — вы отвеча ете. Вы не против? Только времени у меня мало, поэтому играть будем очень быстро.

Предлагаю два варианта. Первый — вы мне всё рассказываете, я вас оставляю здесь в таком виде и ухожу. Рано или поздно вас найдут. Вариант второй — вы мне ничего не рассказываете, я простреливаю вам локтевые и коленные суставы, отстреливаю яйца, оставляю вас в таком виде и ухожу. Будете подыхать очень долго и очень больно. Какой вариант выбираем?

— Ах ты, сука!!! Да я из тебя ремней нарежу! Ты у меня будешь…, - майор не смог закончить фразу. Рукоятка пистолета впечаталась ему в зубы. Капитан благоразумно помалкивал.

— Нельзя так разговаривать с дамой. Значит, выбираем второй вариант.

Ольга заклеила скотчем рты обоим и, глядя в искажённое болью лицо майора, добавила:

— В конце концов, что вы можете мне сказать. О многом я и сама догадалась. Вы ведь обыкновенные шестёрки, делающие для полковника грязную работу. Многого можете и не знать. Вот с тебя, невежа, и начнём.

Ольга прикинула, что лучше себе взять форму капитана. У него комплекция поменьше. Майор вообще здоровенный боров. Загнав патрон в ствол и завернув пистолет в майорский китель, чтобы приглушить звук, она в упор произвела пять выстрелов. Фургон наполнился утробным воем, который не мог заглушить даже скотч. Ольга не давала майору потерять сознание от дикой боли, исподтишка наблюдая за капитаном. Кто бы знал раньше, что пригодится наука радиста Миши…

— Ну что, мальчуган, больно? Хотя, ты и не мальчуган уже… А мне тоже было больно. Значит, говоришь, вы хорошие доктора и меня вылечите? Нет, вы уже больше никого не вылечите, — с каннибальской улыбкой медленно произносила Ольга, послав ещё две пули в майорские гениталии. Боковым зрением она внимательно следила за капитаном. Всё, капитан "поплыл". И тут же переключилась на него.

— Ну, а теперь тобой займёмся. Чего ты мычишь? Что — то сказать хочешь?

Капитан с круглыми от ужаса глазами усиленно закивал головой. Меньше всего он ожи дал такого развития событий. Ольга сорвала с его губ скотч и включила коммуникатор в режим диктофона.

— И что ты, мальчик, хочешь сказать напоследок?

— Ради бога, не стреляйте, я всё скажу!!! — Кто меня подставил? Кто подбросил сканер мне домой? Что с майором Кудрявцевой?

— Это всё полковник Ковальский. Он привёз нас с собой с Земли. Он вызвал нас и сказал, что есть одна баба, капитан второго ранга, обвиняется в шпионаже и надо её обработать, но применять только щадящие методы. Когда майор сказал, что щадящие методы не всегда дают положительный результат, полковник ответил, что он и не нужен. Он подчеркнул, что наша задача не получение показаний, а доведение клиента, то есть Вас до нужной кондиции. Он сказал примерно так: "Вы должны мне её вернуть через пару недель совершенно здоровую, нормальную, но злую на весь белый свет и на нас в первую очередь. Поэтому можете рассказывать ей всякие страшилки, трахать во все дыры и лупить по голой заднице. Но только очень аккуратно, чтобы не пришлось врача вызывать. Тем более она лесбиянка и это добавит ей остроты ощущений. Больше ничего не пред- принимать."

— Откуда в моём доме взялся сканер?

— Это мы подбросили по приказу полковника. Мы не успели уйти, как неожиданно раньше времени вернулась майор Кудрявцева. Пришлось её арестовать, чтобы она ничего не рассказала.

— Её вы тоже "обрабатывали"? Где она?

— Нет, только изолировали. Там же, в следственном изоляторе контрразведки.

Ольга потратила на разговор ещё несколько минут. Она чувствовала, что капитан не врёт.

Он выдал массу интересных деталей, но он не знал главного — зачем всё это затеяно. Предположения Ольги полностью оправдались. Её готовили для какой то акции, а майор и капитан — это обыкновенные подручные для грязной черной работы, которым всё знать не положено. Всё, скорее всего, знает только полковник, но до него не добраться.

А теперь надо уходить. Залепив рот капитану, она быстро сбросила с себя тюремную робу и натянула форму капитана госбезопасности. Выглядит комично, но что делать. Бросив взгляд на майора поняла, что тот умирает от болевого шока. Ну что ж, собаке — собачья смерть. И тут она сделала то, что никогда бы не сделал Михаил. Глянув в перепуганные глаза капитана, сказала:

— Чёрт с тобой. Живи, паскудная душонка. Передавай привет полковнику и скажи ему, что я всегда возвращаю долги.

Заперев дверь, Ольга села в кабину и погнала автомобиль к ангару, где стоял "Сункар".

Не доезжая двухсот метров, она остановилась возле соседнего здания и осмотрелась.

Поблизости никого не было, хотя в самом ангаре, несомненно, были люди. Глянув на часы, снятые с майора, Ольга поняла, что скоро все техники уйдут на обед и ангар опустеет. Пока всё складывалось удачно. Оба коммуникатора она на всякий случай выключила, чтобы нельзя было их засечь. Затянув ремень брюк потуже, чтобы не упали, она критически осмотрела себя — ну и пугало. Мужская форма на несколько размеров больше сидела мешком. Ну, ничего, надо только добраться до "Сункара", а там хоть голой ходи.

Положив один пистолет в кобуру, а второй засунув за пояс брюк и прикрыв его полой кителя, Ольга вышла из машины и быстрым шагом направилась к ангару. Надо преодолеть эти двести метров открытого пространства.

Глава 13

Адмирал очень удивился, услышав слова Ковальского, когда полковник вошел в его кабинет.

— Ваше превосходительство, сегодня стартует корабль на Землю. Мне бы хотелось получить все материалы по разведывательному рейду, которые есть в штабе.

— Вы ничего не получите, полковник, пока не объясните мне, что Вы тут затеяли.

— Простите, Ваше превосходительство? Я не понимаю Вас.

— Всё Вы прекрасно понимаете. Я только что разговаривал с полковником Детмерсом. Хоть Вы и отстранили его от следствия, но он провёл самостоятельное расследование и утверждает, что у него есть неопровержимые доказательства, что все обвинения против Шереметьевой и Кудрявцевой сфабрикованы Вами, а Детмерсу я верю. Что никаких секретных материалов Кудрявцева не выносила, а была арестована Вашими людьми, когда застала их у себя дома при попытке подбросить фальшивые улики и он может всё это доказать. К сожалению, он выяснил это только сегодня. В какую авантюру Вы меня втянули, полковник?

— Ваше превосходительство, я не могу ответить на Ваш вопрос. Это государственная тайна и я не вправе её раскрывать.

— В таком случае, я сейчас прикажу Детмерсу арестовать Вас вместе с Вашими тайнами и разбирайтесь дальше с ним сами. В лице Детмерса Вы нажили злейшего врага. То, что его пытались обмануть с помощью фальсифицированных улик, он воспринял, как личное оскорбление. И если мне не изменяет память, Вы грозили ему отставкой? А этот матёрый волк никому, никогда и ничего не прощает. Так что Вы мне ответите на это, полковник?

— Хорошо, Ваше превосходительство. Свяжитесь вот по этому номеру. Это прямой выход на министра госбезопасности. Я действую по его указанию.

Адмирал недоверчиво набрал номер, и на экране видеофона появилось знакомое лицо, которое все хорошо знали. Министр посмотрел на них и спросил:

— Что случилось, полковник? Я же говорил, что этим каналом связи пользоваться в край нем случае.

— Ваше высокопревосходительство, операция "Хризантема" вступила в завершающую фазу, но у контр — адмирала Смирнова возникли сомнения в моих полномочиях.

— Адмирал, я подтверждаю полномочия полковника Ковальского. Оказывайте ему вся ческое содействие и выполняйте его указания. Если хотите, сейчас с Вами свяжется командующий Флотом и подтвердит мои слова.

— Не нужно, Ваше высокопревосходительство, — сказал адмирал.

— Полковник, когда будет результат? Сколько можно тянуть? Я говорил, что надо было действовать по второму варианту, но Вы убедили всех, что лучше этого не делать и к чему это привело? Мы до сих пор топчемся на месте, а время поджимает! — Ваше Высокопревосходительство, операция будет завершена сегодня! — Крайний срок — завтра, полковник! Больше времени нет. Действуйте по второму варианту, введите адмирала в курс дела. По окончании операции доложите.

Экран погас, и адмирал непонимающе уставился на полковника.

— Что это ещё за второй вариант? Значит, есть и первый, а возможно третий, четвёртый и пятый? Что за шпионские игры Вы тут устроили, полковник?

— Вариантов только два, Ваше превосходительство. Чтобы Вам было понятнее, начну с самого начала. Не секрет, что противник гоняется за нашими новыми технологиями, так как со своей промышленной и научной базой они, сколько ни пытаются, ничего передового создать не могут. Была задумана крупномасштабная многоходовая операция, получившая кодовое название "Хризантема" и имеющая конечной целью дезинформацию противника. Сейчас готовится к запуску в серию новейший истребитель "Тайфун" — машина следующего поколения. Замысел состоит в том, что хотя бы одна из этих машин должна попасть к противнику в совершенно исправном, или с минимальными повреждениями состоянии. Естественно, там сразу уцепятся за такую возможность продвинуться вперёд в техническом и научном плане. Изюминка идеи состоит в том, что эти направления будут тупиковыми и отбросят, в конечном счёте, противника далеко назад, хотя выяснится это слишком поздно. Именно с этой целью изготовлены вот эти четыре экземпляра "Тайфунов". Внешне они ничем не отличаются от тех, что войдут в серию, но это самые настоящие троянские кони. Что именно в них не так, я и сам не знаю. Моя задача — обеспечить переброску хотя бы одного "Тайфуна" к противнику и сделать это так, чтобы он ничего не заподозрил. Рассматривались разные способы, но все они были отвергнуты по тем, или иным причинам. В конце концов остановились на том, что необходим перебежчик. Человек, который совершит угон машины и будет искренне верить в то, что это новейший истребитель. Иными словами, потребовался предатель, но где его взять? Несколько месяцев наши люди работали в разных частях, пытались найти подходящую кандидатуру, но предателя не нашлось. Тогда было решено взять пилота, за которым водились какие нибудь грехи, сделать из мухи слона, подвести его под трибунал, а потом подстроить побег и дать возможность совершить угон. Причём угонщик должен всё принимать за чистую монету, чтобы ни у него, ни у противника не возникло сомнений. Вот так выбор и пал на Шереметьеву. Она была сбита, совершила посадку на вражеской территории и говорит, что угнала вражескую машину, перебив её экипаж. Но ведь ни один здравомыслящий человек не поверит в это. Так что и раздувать особо ничего не пришлось. На всякий случай подбросили ей этот сканер с записью, чтобы были какие — то вещественные доказательства для трибунала. Кудрявцева пострадала совершенно случайно — оказалась в неподходящий момент в неподходящем месте, вот и пришлось её нейтрализовать.

— Не Вы ли это придумали, полковник? Подставить невиновного?

— Я, Ваше превосходительство. И командование со мной согласилось.

— Что это за первый и второй вариант?

— Согласно первому варианту предполагалось не вводить в курс дела никого из посторон них, обойтись своими силами, чтобы не расширять круг посвящённых и не допустить утечки информации. Второй вариант предусматривал посвятить в план операции строго ограниченное число проверенных лиц на месте выполнения акции, чтобы с их помощью осуществить задуманное. Сами понимаете, что это крайне нежелательно — резко возрастает вероятность утечки информации. Всё шло хорошо, пока эта Ваша ищейка Детмерс не пронюхал то, о чём ему знать категорически не следовало. Ума не приложу, как ему это удалось.

— Хорошо, оставим Детмерса. Что же теперь будет дальше?

— А дальше, Ваше превосходительство, наступит завершающая фаза операции. Сейчас мои помощники — майор Асланов и капитан Иванов везут Шереметьеву в космопорт для того, чтобы передать её на корабль, уходящий на Землю. Только, до корабля они не доедут. По дороге их машина будет остановлена патрулём военной полиции и Шереметьева совершит побег. После этого её друзья помогут ей добраться до "Тайфуна" и она благополучно совершит угон. Терять ей абсолютно нечего. Она разжалована и приговорена к пожизненному заключению, родственников у неё не осталось и ничто её здесь не держит.

— Вы бредите, полковник! Как Шереметьева совершит побег? Ей что, поможет его совершить полицейский патруль? А эти Ваши двое, майор с капитаном, будут на это спокойно смотреть?

— Не совсем, Ваше превосходительство. Я ведь не сказал, что патруль будет настоящий. Это будут мои люди в форме военной полиции, которых Шереметьева знает, как технический персонал базы и не подозревает об их истинном месте службы. Автомобиль будет остановлен патрулём якобы для проверки, после чего Асланов и Иванов будут застрелены на глазах у Шереметьевой. Это отбросит у неё всякие подозрения, что побег подстроен.

После этого её отвезут на стоянку "Тайфунов". Они уже выведены из ангара на лётное поле и подготовлены к вылету. Весь технический персонал, обслуживающий их, удалён на безопасное расстояние. Осталась только охрана, осуществляющая скрытое наблюдение, чтобы не вызвать подозрения у Шереметьевой. Ей останется только выбрать себе любую машину из четырёх, какая ей больше понравится, и улететь.

— И не жалко Вам своих людей, полковник?

— Нет, Ваше превосходительство. Уж очень высоки ставки. А это обычные тупые исполни тели, совершенно не способные к тонкой работе. В нашем ведомстве, к сожалению, таких хватает. Так что, это расходный материал. Они свою работу сделали. И у меня нет другого способа заставить Шереметьеву поверить в то, что все это не подстроено.

— Но, откуда такая уверенность, что она полетит именно к врагу, а не попытается скрыться в другом месте?

— А куда ей лететь? На любую из планет Федерации ей путь закрыт, она будет там немед ленно арестована. Ведь мы сразу оповестим всех, и она об этом знает. К нейтралам? В принципе, возможно. Но, что она там будет делать без гроша в кармане? Местные власти сразу наложат лапу на её машину, так как ей будет даже нечем платить за стоянку, а там хватает вражеских агентов, которые купят её за любые деньги. И в итоге "Тайфун" всё равно окажется у противника. Такой вариант даже предпочтительней, ибо исчезнут любые сомнения.

— А почему Вы думаете, полковник, что завладев "Тайфуном", она не захочет свести здесь кое с кем счёты? Я хорошо знаю Шереметьеву, она может натворить дел. К тому же, если она действительно вражеский агент, то может повести себя непредсказуемо.

— Успокойтесь, Ваше превосходительство. Никакой она не агент. Мы получили подтверж дение из других источников, что всё, что она рассказала, произошло в действительности. К тому же, она умная баба и прекрасно понимает, что шуметь не в её интересах. Ей надо тихо и быстро сматываться, пока её не хватились.

— Но ведь это значит… Детмерс ничего не говорил мне об этом. Значит, он ничего не знает. Я тоже не получал такой информации, а вся секретная информация, поступающая сюда, идёт через меня… Получается, что Вы знали ещё до прилёта сюда, что Шереметьева невиновна?! И всё равно решили её подставить?!

— Что поделаешь, Ваше превосходительство. Иногда приходится идти и не на такие жерт вы. Другой подходящей кандидатуры в тот момент не было, а время поджимало. Шереметьевой просто не повезло…

Адмирал молчал. До него только сейчас стало доходить, в качестве какого болвана его собирались использовать. Ведь если бы у полковника получился его пресловутый "первый вариант", кто остался бы крайний? У кого угнали суперсекретный новейший истребитель? У контр — адмирала Смирнова? А подать его сюда! Получается, он тоже "расходный материал"?! Полковник же смотрел на адмирала совершенно невозмутимо. После этого глянул на часы.

— По времени они уже должны быть на месте. Странно, почему до сих пор нет доклада.

Через несколько секунд прозвучал сигнал вызова коммуникатора и полковник, глянув на номер вызывающего абонента, облегчённо вздохнул. Однако, по мере выслушивания доклада, лицо его принимало всё больше озабоченное выражение.

— Что — то случилось? — поинтересовался адмирал.

— Докладывали мои "полицейские". Машина с Шереметьевой до сих пор не появилась, хотя по времени уже давно должна быть.

— Может, что-то неладно с машиной?

— Вряд ли. Асланов и Иванов должны быть постоянно на связи, и они бы доложили.

Странно… Полковник начал вызывать майора с капитаном, но ничего не получалось.

— Странно. Не пойму, в чём дело. У обоих коммуникаторы отключены, хотя они не имеют права этого делать.

— Я, кажется, догадываюсь, в чём дело, — усмехнулся адмирал.

— В чём?

— В том, что обоих Ваших дебилов уже нет в живых.

— Но, почему?!

— А потому, что Вы дурак, полковник! Нашли с кем связываться — с Шереметьевой! Вы знаете, какое прозвище ей здесь дали? Ведьма! Теперь понимаю, что тут случилось год назад.

— А что здесь произошло? Ведь никакой информации не проходило.

— Вот именно. Этот случай ни в один отчёт не попал. Тогда у нас тут была расквартиро вана бригада спецназа. В городе, в одном из баров, произошёл неприятный инцидент. Шереметьева зашла в бар, села за столик и стала ждать подругу. Та запаздывала и один подвыпивший сержант спецназа стал приставать к Шереметьевой. Если бы он знал, что она офицер, то может ничего бы и не случилось, но она была в гражданской одежде. Шереметьева не захотела устраивать скандал и сделала попытку уйти, но этот донжуан увязался за ней следом. Что произошло дальше на улице, никто не знает, свидетелей не нашли. Подозревают, что сержант попытался её изнасиловать. Она изуродовала его, как бог черепаху. На нём не осталось живого места.

— Что, разве Шереметьева владеет спецподготовкой?! В её личном деле об этом ничего не сказано!

— В том то и дело, что нет. Только базовый курс самообороны, которому обучают всех пилотов. Этого вполне достаточно, чтобы справиться с двумя — тремя уличными отморозками, но совершенно недостаточно, чтобы противостоять хоть одному бойцу спецназа. Кто — то всё таки вызвал полицию, приехавший патруль задержал всех и начались разборки. Дело серьёзное — нападение на офицера. Сержанту светил трибунал с немалым сроком. Приехал Детмерс и армейское начальство, но Шереметьева заявила, что рапорт подавать не будет и претензий не имеет. Естественно, и нас и армейцев это устраивало и дело тут же замяли. Вы знаете, что Шереметьева обладает экстрасенсорными способностями? У неё есть дар целительства, она прекрасно чувствует опасность и её интуиции можно только позавидовать. Скорее всего, на этом её способности не исчерпываются, и она может подчинять себе психику человека. Недаром её прозвали Ведьмой. Вот она и обвела Вас и двух этих дебилов вокруг пальца. Очевидно, её возможности ограничены, и она не стала раскрывать себя раньше времени, а ждала, когда её выведут за пределы тюрьмы. После этого расправилась при помощи своих способностей с майором и капитаном и сбежала. Думаю, она уже далеко и мы её больше никогда не увидим.

— Ч-чёрт!!! Почему Вы не сказали об этом раньше?!

— А потому, что Вы не спрашивали! — огрызнулся адмирал.

— Надо срочно дать информацию на все посты и объявить поиск! Ведь всё может рухнуть! — Уже рухнуло, полковник. Информацию дадим и поиск объявим, да только что толку?

Допустим, даже поймаете Вы Шереметьеву, хотя я очень в этом сомневаюсь, а дальше что? Снова будете организовывать ей побег? Только ведь она не дура и мгновенно поймёт, что здесь что — то не так. А времени у Вас только до завтрашнего дня. Что, будете ещё кого нибудь брать на крючёк? Детмерс Вам этого не позволит. Этот волчара уже щёлкает зубами и требует сатисфакции. Свяжетесь снова с министром? А что Вы ему скажете? Что прошляпили, и птичка упорхнула из клетки? И что тогда с Вами будет? На что Вы надеетесь, полковник?

Адмирал получал несказанное удовольствие от своей тирады. Нечасто удавалось вот так вытирать ноги о высокопоставленных эмиссаров контрразведки. Он прекрасно понимал, в каком дерьме сейчас находится полковник и у него не было ни малейшего желания ему помочь. Адмирал был неглупым человеком, и ему было ясно, что козлом отпущения сделали бы его. И ещё неизвестно, кому было бы хуже — ему, или Шереметьевой. Эта ведьма улетела бы и поминай, как звали. Со своими талантами она нигде не пропадёт. А с Вами, Ваше превосходительство, надо ещё разобраться, как такое возможно, что на вверенной Вам территории осуждённые преступники не только сбегают из-под стражи, но ещё и умудряются угнать при этом сверхсекретную боевую технику. Тем не менее, адмирал вызвал дежурного офицера и дал распоряжение начать поиск автомобиля и трёх находившихся в нём лиц. Докладывать о всех попытках проникновения через охраняемый периметр базы, а также обо всех непонятных случаях. Формально он исполнил свой долг, хотя подозревал, что всё это впустую. Если Ведьма умудрилась сбежать, будучи закованной в наручники и справиться с двумя здоровенными амбалами, то находясь на свободе ей не составит большого труда проскользнуть мимо всех ловушек. И втайне адмирал был даже рад этому. Сделав необходимые распоряжения, он продолжил издеваться над полковником.

— Сейчас у Вас единственный выход — поймать Шереметьеву, рассказать ей всё и убедить угнать "Тайфун". Только так Вы сможете выкрутиться, хотя не представляю, как Вам это удастся.

— Но ведь она не должна ничего знать! Она должна быть уверена, что это настоящий "Тайфун". Иначе вся операция теряет смысл.

— Значит, скажите ей, что раскаиваетесь в содеянном. В качестве компенсации дарите ей эту машину и отпускаете на все четыре стороны, — продолжал ерничать адмирал.

— Вы всё шутите, Ваше превосходительство! И где же искать её теперь?

— Думаю, она уже давно за пределами базы. А там — ищи ветра в поле. Если она умудрилась сбежать с вражеской территории, захватив машину, то здесь она совершенно спокойно может отсидеться месяц — другой, пока всё не утихнет, а потом тихо покинет Амальтею на каком — нибудь транспортном корабле. С её талантами, я понял, это не проблема.

— Теперь понятно, как ей удалось захватить штурмовик…, - задумчиво сказал полковник.

— И как же?

— Когда мы получили информацию, в её рассказе обнаружилась одна нестыковка, на кото рую никто не обратил внимания. Она утверждала, что вела огонь из кабины истребителя. Да, действительно, экипаж вражеской машины был расстрелян из пистолета — пулемёта "Скорпион", входящего в аварийный запас каждого истребителя и штурмовика. Найденные на месте гильзы и пули, извлечённые из тел, соответствуют типу патрона, применяемого в "Скорпионе". Все обнаруженные пули и гильзы выпущены из одного ствола.

Да только вот разброс гильз таков, что она никак не могла стрелять из кабины. Стрельба велась почти в упор — с расстояния трех — четырёх метров. Получается, она как то воздействовала на психику противника, что он не оказал сопротивления… — И откуда же это Вам известно, полковник?

— Предатели есть не только у нас, но и у них, Ваше превосходительство.

— Теперь понимаете, какого дракона Вы разбудили? Молите бога, чтобы Шереметьева не стала мстить, а убралась отсюда побыстрее…

Неожиданно прозвучал сигнал вызова. Докладывал дежурный офицер:

— Ваше превосходительство, Вы приказали докладывать обо всех непонятных происшествиях.

— Что случилось?

— В двадцать четвёртом ангаре авиаэскадры идёт погрузка боезапаса. Мой компьютер зафиксировал это.

— И что тут непонятного?

— Дело в том, что в этом ангаре сейчас нет машин, готовых к вылету. Там находятся восемь "Тигров", десять "Ягуаров" и четыре "Гепарда". Все машины на профилактике в разной степени готовности — от одних до трёх суток. Остальные машины, базирующиеся в этом ангаре, на задании.

— Действительно, странно… Чего это им вздумалось грузить боезапас заранее? Это всё?

— Никак нет, Ваше превосходительство. Количество загружаемого боезапаса очень велико и в числе прочего первыми загружены четыре ракеты "Гранит".

— Что-о-о?! Они там совсем с ума посходили, как не стало Шереметьевой?! Немедленно свяжитесь с ними и узнайте, в чём дело!!! — Что случилось, Ваше превосходительство? — подал голос полковник.

— Как не стало командира, ребята занялись самодеятельностью. Взять "Граниты"! Уму непостижимо!

— А что это такое?

— "Гранит" — это очень мощная противокорабельная ракета большой дальности с ядерной боеголовкой в одну мегатонну. Это оружие не для истребителя, а для штурмовика, или крупного корабля — фрегата или крейсера. Ракета имеет очень большой вес и размеры. Истребитель, в принципе, может взять одну такую ракету на внешнюю подвеску, но при этом будет иметь почти предельный взлётный вес. Больше он ничего взять не сможет и так до сих пор никто не делал. Не понимаю, что они там задумали.

Снова прозвучал сигнал вызова, и испуганный голос дежурного офицера доложил:

— Ваше превосходительство, связь с двадцать четвёртым ангаром заблокирована. Я могу лишь фиксировать выполнение операций — управление переведено в автономный режим.

Погрузка боезапаса закончена.

— Что ещё находится в этом ангаре? — по спине адмирала пробежал холодок.

— Кроме вышеперечисленных машин находится только трофейный штурмовик "Сункар", но он уже почти месяц стоит на консервации и….

— Тревога!!! Все к двадцать четвёртому ангару! — рявкнул адмирал, не дослушав дежурно го офицера. И со злостью глянул на полковника.

— Вот так — то, господин полковник! Эта проклятая Ведьма перехитрила всех, и меня в том числе! Мы думали, что она сейчас удирает куда — нибудь подальше, а она наоборот, пробралась в самое сердце базы и завладела своим трофеем. И судя по тому, что мы о ней знаем, обращаться с ним умеет. И пробралась к нему не для того, чтобы совершить увеселительную прогулку. Штурмовик в данный момент нашпигован оружием, в том чис ле ракетами с ядерными боеголовками. Вы представляете, что она может здесь устроить?!

Глава 14

Ольга преодолела расстояние между автомобилем и ангаром и проскользнула внутрь.

Даже если её кто и заметил издалека, так мало ли тут народу ходит. А с большого расстояния знаки отличия на мундире и лицо всё равно не рассмотреть. Вдали, в самом конце, высилась громада "Сункара". Ольга быстро шла по ангару, отводя глаза всем встречным. Вот, наконец, и штурмовик. Входной люк открыт. Значит, внутри кто-то есть. Ну что ж, придётся спеленать ещё кого нибудь. Скотч она предусмотрительно захватила с собой. Вытащив из — за пояса пистолет, Ольга вошла внутрь корабля.

— Кого ещё там принесло? — раздался знакомый голос.

— Михалыч, ты один?

— Оля?!

— Я, Михалыч.

Из кабины показалась огромная фигура Пугачёва, и он удивлённо уставился на Ольгу.

— Оля, ты откуда, тебя отпустили?! — спросил он и поперхнулся, увидев её наряд.

— Нет, Михалыч, сбежала. Вот, пришлось экспроприировать костюмчик. Извини, жен ской формы не было.

Пугачёв быстро захлопнул и заблокировал люк.

— Оля, рассказывай, что случилось. Вся база гудит, но толком никто ничего не знает.

В ответ Ольга включила коммуникатор на воспроизведение и дала прослушать запись.

После этого добавила кое — что своими словами. Пугачёв стоял, поражённый до глубины души. Закончив рассказ, Ольга добавила:

— Вот такие дела, Михалыч. Теперь я беглый преступник. Плохо, что Настя всё ещё у них и так и не удалось выяснить, что же они замышляли.

— И что ты думаешь делать?

— Мой код доступа еще не отменен? Приведу в действие реактор "Сункара", загружу боезапас и предъявлю счёт адмиралу и пану полковнику. Пригрожу, что если не доставят ко мне на борт Настю, устрою тут маленькую Хиросиму, а после мы улетим. Так что, спрячьтесь лучше в убежище. Хоть адмирал и ценит выше всего на свете целостность собственной шкуры, но мало ли что. Без Насти я отсюда не улечу. Если адмирал заарта- чится, устрою тут такой праздничный салют, что на Земле услышат. И прошу, не пытайся мне помешать, Михалыч. Не доводи до греха…

— Ты что, Оля?! Как у тебя язык повернулся?! Подожди, ребята сейчас на обед уйдут и в ангаре никого не будет. Машина исправна, лети куда хочешь. Боезапас, правда, не загружен, но загрузить недолго. Как все уйдут, так и начинай. Твой код доступа не отменен, команды еще не было. И ещё. Может, это тебе пригодится. Все "Тайфуны" зачем — то выведены из ангара на лётное поле и наших ребят оттуда шуганули. Осталась одна "гебешная" столичная охрана. Что — то задумали, а что — никто не знает. А сейчас подожди, я тебе хоть пару новых рабочих костюмов по размеру принесу и дополнительный контейнер с аварийным запасом. Сними ты это рубище, флотский мундир идёт тебе гораздо больше.

Пугачёв открыл люк и исчез. Через несколько минут он вернулся, притащив два аварийных контейнера.

— Вот, держи. На первое время хватит, с голоду не помрёте. А вот это на, переоденься. Недавно со склада получили, — и вынул из — под куртки два чёрных рабочих костюма.

— Всё, Оля. Ребята ушли, не теряй времени. Скоро они на уши встанут. Не думал, что так всё закончится.

— И я не думала, Михалыч. Спасибо тебе за всё. Извини, если когда ненароком обидела.

— Какие обиды, Оля. Были бы все командиры такие, как ты. Дай бог, чтобы у тебя всё по лучилось. Прощай. Может, и свидимся когда — нибудь.

— Прощай, Михалыч. Извини, серёжек нет. Эти сволочи отобрали и не вернули…

Ольга протянула руку. Её ладонь утонула в огромной руке Пугачёва. Пугачёв осторожно обнял её на прощание и шагнул к люку. На самом выходе он обернулся и сказал:

— Будь счастлива, Оля! Так и не понял я тебя. Не похожа ты ни на одну из женщин, каких я знал. Какая — то большая тайна в тебе скрыта. Но это — твоё дело. Если когда понадоблюсь, всегда обращайся, — и с этими словами закрыл люк.

Заблокировав люк изнутри, Ольга прошла в кабину. Пока её не хватились, надо успеть загрузить боезапас потому, что без этого дальнейший разговор с адмиралом и паном Ковальским невозможен. Штурмовик был пока на внешнем питании, и она начала разгон реактора. Одновременно — ввести код доступа к терминалу боезапаса и перевести управление им на себя, заблокировав все каналы связи для предотвращения доступа команд извне. Загрузка всего боекомплекта в автоматическом режиме в течение пяти минут. Первыми — четыре ракеты "Гранит" с ядерной боеголовкой. Затем — противокорабельные ракеты "Гарпун" и "Томагавк" с обычным зарядом. Лёгкие ракеты "воздух — воздух" можно не брать. Она не собирается воевать со своими ребятами. Лучше взять несколько лишних "Томагавков" для пана Ковальского. Когда погрузка уже заканчивалась, Ольга заметила, что кто — то пытается связаться с оружейным терминалом. Значит, заметили и не могут понять, в чём дело. Ну, ничего, сейчас она сама всё объяснит… Последняя ракета исчезла в корпусе штурмовика и люки отсеков боезапаса захлопнулись.

Реактор уже вышел на режим номинальной мощности и "Сункар" был готов к взлёту.

— "Сункарчик", милый, выручай. Один раз ты уже спас мне жизнь. Помоги и сейчас, ласково разговаривала Ольга с машиной, положив ладони на пульт управления.

Переведя штурмовик на бортовое питание, она дала команду на открытие ворот ангара.

Если бы кто — то успел их заблокировать, пришлось бы выносить их с помощью бортовых пушек, а шуметь раньше времени не хотелось. Но ворота открылись беспрепятственно и, запустив двигатели, штурмовик выехал из ангара на лётное поле. Можно было взлетать, но Ольга дала себе слово, что без Насти она не улетит. К ангару со всех сторон уже неслись бронетранспортёры и автомобили.

Очухались? Ну — ну… Посмотрим, что вы сейчас запоёте… Ольга усмехнулась, установив на бортовом компьютере режим полной самоликвидации штурмовика. Машины остановились в отдалении, не приближаясь.

— "Сункар"!!! Немедленно прекратить движение!!! Или открываем огонь!!! — Стою, стою! Зачем кричать? А насчёт огня — запросите дежурного офицера статус ма шины! — весело ответила Ольга, подключившись к общей сети.

— Что она несёт? Какой статус? — непонимающе произнес Ковальский.

— Дежурный, какой статус "Сункара"? — адмирал лучше разбирался в этом и у него были нехорошие предчувствия. Он уже много раз пожалел, что пошёл на поводу у полковника.

— Статус — "Режим полной самоликвидации" — доложил дежурный офицер.

— Отбой! Все на исходную позицию! Проклятье!!! Эта тварь перехитрила нас и здесь! — стукнул кулаком по столу адмирал.

— Что случилось, Ваше превосходительство?

— Вы знаете, что такое режим полной самоликвидации, полковник? Нет? А я знаю! При частичной самоликвидации срабатывает только термический заряд, оставляя от машины и всего, что в ней, один пепел. А при полной самоликвидации производится еще и подрыв всего имеющегося на борту боезапаса. Этот режим применяется для предотвращения несанкционированного доступа в машину, оказавшуюся на вражеской территории.

В случае повреждения корпуса, или попытки проникновения бортовой компьютер проводит подрыв всего оставшегося боезапаса. А у нас в данном случае — это четыре ракеты "Гранит" с ядерной боеголовкой мощностью в одну мегатонну каждая, не считая прочей мелочи. Если хоть одна из них рванёт, от базы останутся одни воспоминания.

— Но ведь Шереметьева не самоубийца! Не будет же она подрывать саму себя?! — Она, может, и не будет. Но, если штурмовик будет атакован, его бортовой компьютер воспримет это, как попытку несанкционированного доступа в машину и произведёт подрыв. Мы ничего не можем сейчас с ней сделать, она держит нас за горло.

— На "Сункаре"!!! Шереметьева, это Вы? — спросил адмирал по радио.

В ответ раздался весёлый голос Ольги:

— О, адмирал! Добрый день! Вообще — то, воспитанные люди сначала здороваются!

Адмирал аж задохнулся от злости. Никто с ним никогда не разговаривал в таком тоне и поэтому он сорвался.

— Молчать!!! Немедленно выйти из машины!!! Я приказываю!!! — Прошу прощения, я отказываю.

— Что Вы себе позволяете, Шереметьева?! — бушевал адмирал.

— Адмирал, Вы заблудились во времени. Приказывать Вы могли капитану второго ранга Шереметьевой. А беглую преступницу Шереметьеву Вы можете только просить. Вы ещё не уяснили разницы? Ведёте себя, как последний хам по отношению к даме! Меня, между прочим, зовут Ольга Александровна, если Вы не забыли, — Ольга специально вела разговор на дежурном канале зная, что их все слышат. Она представляла, как сейчас все навострили уши, слушая их перебранку. Не каждый день услышишь такое!

— Хорошо, Ольга Александровна! Я прошу Вас выйти из машины! — побелев от бешенства выдавил из себя адмирал.

— Вот теперь сразу видно воспитанного человека! Но, извините, вынуждена отказать.

— Почему?

— Потому, что во — первых, у меня нет склонности к зоофилии. А во — вторых, не хочу снова попасть в лапы пана Ковальского. Он, кстати, у Вас? Передавайте ему большой привет.

— Что Вы несёте?! Какая зоофилия?!

— Самая настоящая, адмирал! Во время пребывания в гостях у пана Ковальского мне очень не понравилось, когда меня насиловали два павиана. Хоть на них и была форма офице ров госбезопасности, но обезьянами они от этого быть не перестали.

Адмирал с презрением глянул на полковника.

— Ваша идея? Мне жаль Вас, полковник…

Тут раздался доклад дежурного офицера:

— Ваше превосходительство, разыскиваемый автомобиль найден. Майор Асланов убит. Капитан Иванов жив. Оружие и коммуникаторы обоих офицеров не обнаружены.

Адмирал, не скрывая презрительного взгляда, продолжил:

— Ольга Александровна, зачем Вы убили майора Асланова?

— Потому, что он начал мне хамить и не пожелал со мной разговаривать, вот я на него и рассердилась. Зато капитан оказался очень любезен, и мы с ним мило побеседовали.

Хотите послушать? — и Ольга включила запись, передавая её в эфир. Она хотела, чтобы их слышало как можно больше людей.

Адмирал слушал молча, а полковник схватился за голову.

— Что же она делает?! Это секретная информация!!! Адмирал дослушал до конца и посмотрел на Ковальского, как на покойника.

— Да — а -а, полковник… Насколько я знаю нравы Вашей конторы, не сносить Вам головы. Она ведь не зря передала всё в эфир на дежурном канале. Нас сейчас слышат сотни людей. И Детмерс в том числе…

Размазав полковника взглядом, адмирал снова вышел в эфир.

— Чего Вы добиваетесь, Ольга Александровна?

— Добиваюсь того, чтобы Вы доставили на борт майора Кудрявцеву. После этого мы Вас покинем и не будем больше надоедать своим присутствием. Я потому и активировала режим полной самоликвидации, чтобы у Вас не было соблазна попробовать опять про дать меня пану Ковальскому. Вы же разумный человек и Вам, в отличие от меня и Ку дрявцевой, есть что терять. И Вы прекрасно знаете, что четыре мегатонны в атмосфере у самой поверхности планеты — это не лечится. Верните мне Кудрявцеву и мы навсегда исчезнем из Вашей жизни.

— Ни в коем случае! Она знает слишком много! — вскинулся полковник.

— Это уже знают все, — усмехнулся адмирал. — Впрочем, поговорите с ней сами.

— Ольга Александровна, мы не можем выполнить Вашу просьбу. Майор Кудрявцева сей час находится в госпитале в тяжёлом состоянии, и врачи запретят её транспортировку. К тому же, сомневаюсь, что она захочет дезертировать вместе с Вами.

— О каком дезертирстве Вы говорите, Людвиг Казимирович?! Дезертируют военнослужащие, а меня вчера с треском выперли со службы, так что я сейчас лицо цивильное. К тому же, я знаю, в каком "госпитале" находится Кудрявцева и думаю, что на борту мо его штурмовика её состояние резко улучшится.

— Ольга Александровна, я не могу принимать такое решение вместо врачей. Вы должны меня понять.

Тянет время, — подумала Ольга. Нужно найти какой — то ход. Она осмотрела лётное поле вокруг. Вдали стояли четыре транспортных корабля. Крейсеров и фрегатов на их стоянках не было, как и дежурных эскадрилий истребителей — они были в космосе. Все прочие машины находились в ангарах, и только четвёрка "Тайфунов" выстроилась на лётном поле, как на парад. Как будто ждут чего — то… А не является ли всё это звеньями одной цепи? Появление "Тайфунов" и полковника, арест, трибунал, пожизненное заключение? Проверим…

— Людвиг Казимирович, как Вы думаете, если я сейчас долбану один из "Тайфунов", состояние Кудрявцевой улучшится, и врачи разрешат её транспортировку?

— Что за глупости Вы говорите, Ольга Але… Н- е — е- е т!!! Очередь из турельной артустановки "Сункара" пропорола борт крайнего справа "Тайфуна" и превратила его в пылающий факел. С расстояния в две тысячи метров по неподвижной цели промахнуться невозможно.

— А Вам оказывается очень дороги эти игрушки, Людвиг Казимирович! — довольно усмех нулась Ольга. Что же за пакость в отношении меня Вы задумали? Не с ними ли это свя зано? Ваши шестерки — майор с капитаном ничего об этом не знали. Предлагаю обмен: три "Тайфуна" против одного майора Кудрявцевой.

— Ольга Александровна, поймите меня правильно, я Вам ещё раз… Н-е-е-е-е-е-т!!!

Вторая очередь превратила в костёр ещё один "Тайфун". Всё — таки, серьёзная машина этот штурмовик "Сункар". Действительно, очень хорошо подходит для атаки планетных объектов!

— Людвиг Казимирович! Если так пойдёт и дальше, я спалю оба оставшихся "Тайфуна", а потом примусь за другие цели. Ракет и снарядов у меня достаточно. Если выстрелите по мне, погибнем все. Адмирал! Вразумите, пожалуйста, господина полковника. А то, его жандармская сущность заменяет ему здравый смысл. Я прекрасно знаю, что ещё сегодня утром Кудрявцева была жива и здорова. Если с ней что нибудь случится, пеняйте на себя. Я разворошу весь Ваш гадюшник. И что тогда с Вами сделают?

— На что Вы рассчитываете, Ольга Александровна? — вышел на связь адмирал. — Неужели думаете, что Вам удастся уйти?

— Я не думаю. Я знаю. Вы побоитесь дать приказ атаковать меня даже после взлёта пото му, что Ваше благополучие Вам дороже всего. Ведь я могу развернуться и атаковать ба зу, и Вы знаете, что я так и сделаю. И ничем хорошим для Вас это не закончится.

Отставка — это будет для Вас за счастье. Уж я то изучила Вас за три года, как и Вы меня. Даю честное слово: вернёте мне Кудрявцеву в добром здравии и я здесь больше ничего не трону. Оставлю эти новые игрушки Вам с полковником. Играйте в свои шпионские игры дальше.

— Но, что Вы будете делать дальше? На что надеетесь?

— Вы знаете, адмирал, я считаю, что жизнь беглого преступника во всех отношениях луч ше жизни преступника, отбывающего пожизненное заключение. Так что, пусть это Вас не волнует. Но, хватит болтовни. Адмирал, через сорок минут майор Кудрявцева должна быть у меня на борту. Если этого не произойдёт, я уничтожу третий "Тайфун". Если и это не возымеет действие, ещё через двадцать минут я разнесу последний "Тайфун" и начну крушить всё без разбора. Я теперь понимаю, что на этих "Тайфунах" всё и завя зано. Так что, не лишайте себя сытой и спокойной жизни, адмирал! — Вот так-то, господин полковник! Раскусила она Вас. Хоть до всего и не докопалась, но проницательность у неё… Ей бы в Вашем ведомстве работать. Вместо некоторых… Потрудитесь отдать своим людям распоряжение срочно доставить майора Кудрявцеву на борт "Сункара".

— Но это невозможно, Ваше превосходительство! — Делайте, что я говорю, полковник!!! А не то, прикажу своей охране доставить Вас на "Сункар"!!! И разбирайтесь там сами с Шереметьевой!!! У неё к Вам будет много вопросов!!!

Ковальский понял, что это не пустая угроза. Адмирал пойдёт на всё, чтобы выкрутиться из этой ситуации и сохранить статус — кво. Его то эта операция касается постольку поскольку. Он только оказывает содействие в её проведении, а вся ответственность лежит на полковнике. Даже если операция сорвётся, адмирал останется в стороне. Ковальский связался по коммуникатору и начал давать инструкции. Адмирал недоверчиво слушал. Закончив, Ковальский снова вышел в эфир:

— Всё, Ольга Александровна. Майор Анастасия Кудрявцева скоро будет доставлена.

Что — то очень легко он согласился, — подумала Ольга. Видать, снова готовит какую — то пакость. Ладно, подождём… Через тридцать пять минут полицейская машина выехала на лётное поле и направилась к "Сункару". Ольга настроила оптику и стала внимательно наблюдать. Не доезжая пятидесяти метров автомобиль остановился. Двое человек вывели из него Настю и направились к штурмовику. Ольга внимательно наблюдала. Лицо у Насти отрешённое, какое — то безжизненное. Ясно. Вкололи какую — то дрянь. А зачем? Чтобы она ничего не могла сказать и подать какой — нибудь сигнал. И с фигурой подруги что — то не так. На ней больничный халат и ничего не видно.

— Стоять на месте! Снять всю одежду с майора Кудрявцевой! Двое охранников остановились, переминаясь с ноги на ногу, явно не спеша выполнять Ольгин приказ.

— Адмирал, мне спалить ещё один "Тайфун"? Вразумите Ваших имбецилов! Пусть выпол няют мои распоряжения! Видать, охранники получили какой то приказ, и сняли с Насти халат. Под халатом была коротенькая чёрная комбинация, из — под которой явно что — то выпирало.

— Я сказала — в с ю одежду! Непонятно?

Один из охранников махнул рукой и стащил комбинацию с Насти, на поясе у которой Ольга увидела какое — то закреплённое устройство — несколько коробочек и небольших баллонов, соединённых проводами.

Так, всё понятно. Любимую подругу доставят на борт. Она, по идее, расчувствуется и бросится к ней, вот тут то и сработает взрывное устройство с небольшим зарядом и отравляющим газом. Компьютер "Сункара" не отреагирует на это. Заряд очень слабый и не повредит корпус штурмовика. Значит, никакой попытки несанкционированного доступа нет и подрыва боезапаса не будет. Останется только спокойно подойти, электронным шифром открыть люк, отключить режим самоликвидации и вытащить два бездыханных тела. Ай, да полковник!!! Ай, да сукин сын!!!

— Снимай эту гадость!!! Адмирал, чья идея? Ваша, или полковника? Слушать меня! Ты, который слева, берёшь майора на руки, подходишь к люку и становишься лицом к хвосту штурмовика. Я открываю люк, и ты входишь боком. Медленно кладёшь майора на палубу и также выходишь. Если всё сделаешь правильно, с тобой ничего не случится. Малейшая самодеятельность, помни — ствол "Скорпиона" в трех метрах от твоей головы. Пошёл!

Ольга раскрыла контейнер с аварийным запасом, достала "Скорпион" и передёрнула затвор. Противник не ожидал, что его хитрый ход будет раскрыт и вряд ли они успеют что — нибудь быстро предпринять. А когда Настя будет внутри "Сункара", тогда поговорим по другому… Охранник подошёл к люку и, как и было приказано, развернулся лицом к хвосту машины. Ольга открыла люк и взяла автомат наизготовку.

— Давай, входи! Медленно клади майора на палубу. Не оборачиваться! Так, вставай! Теперь обратно! Молодец, хороший мальчик! Привет полковнику! Ольга закрыла и заблокировала люк. Всё, полдела сделано. Теперь надо убраться отсюда поскорее. Опустившись на колени возле Насти, она внимательно осмотрела тело подруги.

Та лежала, совершенно обнаженная, в полной прострации. На локтевом сгибе виден свежий след от инъекции, других видимых следов нет. Ольга снова прошла в кабину и вышла в эфир:

— Адмирал, мы так не договаривались! Что вы сделали с Кудрявцевой?

Ответом была тишина. Ольга повторила вопрос и снова не получила ответа. В третий раз за этот день полыхнули огнём пушки "Сункара", разнеся на куски третий "Тайфун".

— Адмирал, повторяю вопрос. Что вы сделали с Кудрявцевой?

Ответом был панический вопль Ковальского.

— Ольга Александровна, ради бога, не стреляйте больше!!! Это совершенно безвредный препарат и его действие закончится самое большее, через час! Даю Вам честное слово! — Полковник, я знаю цену Вашего честного слова. Я никуда не улечу, пока Насте не ста нет лучше. И если Вы меня в очередной раз обманули, пеняйте на себя. Адмирал, а Вы в следующий раз думайте перед тем, как что — то сделать.

Ольга перетащила подругу в каюту и уложила на койку. Нападения она не опасалась.

Бортовой компьютер отслеживает окружающую обстановку и в случае приближения чего или кого нибудь предупредит. Положив руки на тело Насти, она стала своей жизненной энергией поддерживать её. Слава богу, действительно ничего страшного. Скоро Настя пришла в себя. Открыв глаза, поначалу испугалась, увидев перед собой "гебешный" мундир, но тут она узнала Ольгу.

— Оля, что это? Где я?

— Настенька, не беспокойся. Мы на борту "Сункара". Скоро мы улетим и нас больше ник то не побеспокоит. А сейчас поспи.

Она убедилась, что здоровью подруги ничего не угрожает и погрузила её в транс. Пройдя в кабину и заняв командирское кресло, Ольга последний раз окинула взглядом то, что совсем недавно было таким родным и привычным. Больше она сюда никогда не вернётся.

— Всё, адмирал. Пора прощаться. Хоть Вы и попытались меня обмануть, но я, в отличие от Вас, держу слово. Оставляю последний "Тайфун" вам с полковником. Продолжайте свои шпионские игры. А сейчас — всем, кто меня слышит! Ребята, три года мы летали бок о бок. Вы все знаете меня, а я знаю вас. Клянусь, что я не совершала того, в чём меня обвиняют. Полковник Ковальский и адмирал затеяли какую — то грязную игру и ради этого подставили меня. Не верьте этим людям. То, что я угоняю "Сункар", у меня просто нет выбора. Правды я нигде не добьюсь, адмиралу и полковнику она не нужна. Прощайте.

"Сункар" взревел двигателями и взмыл над бетоном. Поднявшись на сотню метров, штурмовик начал горизонтальный разгон с набором высоты. Ольга не хотела удаляться далеко в сторону от базы, чтобы у адмирала не появился соблазн дать приказ зенитчикам открыть огонь. А так видя, что смертоносная машина может в любой момент развернуться и стереть базу с лица земли, он никогда не решится на это. Она знала, что люди при этом не пострадают, так как все уже давно укрылись в убежищах по сигналу "Угроза ядерного нападения". Но вот вся поверхностная инфраструктура базы, создание которой стоило колоссальных затрат, будет уничтожена. Адмиралу воистину было что терять… Пронзая атмосферу, "Сункар" поднимался всё выше. Вот уже и атмосфера осталась позади. Ольга внимательно следила за обстановкой, но её никто не преследовал. Она прекрасно знала, что все пилоты дежурных эскадрилий, находящихся сейчас в космосе, слышали весь разговор от начала до конца. У Вас будут большие проблемы, господин полковник! Удалившись на безопасное расстояние и в последний раз окинув взглядом ставшую родной планету, Ольга включила гипердвигатель и "Сункар" рванулся в гиперпространство.

— Вот так — то, господин полковник! Нас смешали с дерьмом и правильно сделали! Каким же я был идиотом, что поверил Вам, а не Детмерсу! Вас надо было гнать поганой метлой отсюда сразу, как только Вы появились. Шереметьева права, жандармская сущность заменяет Вам здравый смысл и Вы немногим отличаетесь от Ваших дебилов Асланова и Ива нова. Вместо того, чтобы обратиться за помощью к специалистам — к той же Шереметьевой с Детмерсом, или ещё кому, Вы возомнили себя великим стратегом и в итоге провалили важнейшую операцию. Уж Шереметьева и Детмерс, эти два прохиндея, нашли бы бескровный способ переправить "Тайфун" к противнику так, чтобы никто ничего не заподозрил. Они мастера на такие трюки. Что теперь прикажете делать? Шереметьева для нас потеряна навсегда. Детмерс, кроме своей вендетты против Вас, ничем заниматься пока не будет, Вы задели его за живое. Три "Тайфуна" из четырёх полностью уничтожены и восстановлению не подлежат. Все абсолютно знают, что с этими "Тайфунами" не всё чисто и что Вы специально подставили Шереметьеву для выполнения какой — то акции с этими "Тайфунами". Что будем завтра докладывать министру, полковник?

Адмиралу доставляло нескрываемое удовольствие вытирать ноги о Ковальского. Он говорил совершенно открыто, ибо понимал, что полковник уже не жилец. Подобных промахов не прощают. Полковник, белый как мел, сидел в кресле и держался за сердце. Раздался сигнал вызова и адмирал взял трубку.

— … Да, Фридрих Карлович, у меня…. Да, я Вас понимаю… Конечно, скажу… Благодарю, Фридрих Карлович.

— У Вас ещё одна проблема, полковник, — сказал адмирал, положив трубу. — Детмерс мне только что сообщил, что Ваш незабвенный капитан Иванов находится у него и "поёт соловьём". В связи с этим, ему не терпится задать Вам ряд вопросов. Что прикажете мне делать с Вами?

— Но ведь Детмерс ничего не знает о цели операции! Надо связаться с министром и он всё объяснит!

— А что Вы скажете министру? Что мадам Шереметьева, на которую вы сделали ставку, обвела всех вокруг пальца, совершила побег из-под стражи, угнала трофейный штурмовик и скрылась на нём, предварительно уничтожив три "Тайфуна" из четырёх и растрез вонив по радио на дежурном канале ставшие ей известными детали операции? Вы, слу чайно, не самоубийца, полковник?

— Но что же делать?!

— А я скажу Вам, что делать. Шереметьева, сама того не желая, оказала нам неоценимую услугу. Мы доведём операцию "Хризантема" до конца. Ведь она великодушно оставила нам один "Тайфун", чего я, честно говоря, не ожидал. Всё — таки, мы поступили с ней, как последние свиньи. Вот этот "Тайфун" мы и отправим прямиком на Лукхор!

— Но как?! Ведь у нас нет пилота, и мы никого не успеем подготовить до завтрашнего дня!

— А нам не нужен пилот.

— Но, кто же поведёт "Тайфун"?!

— А вот Вы, господин полковник, и поведёте!

— Вы с ума сошли, Ваше превосходительство?!

— Вы забываетесь, полковник!

— Простите, Ваше превосходительство… Но это невозможно!!! Почему я?!

— А потому, что это прекрасно согласуется с Вашим планом и Шереметьева помогла нам в этом. Подумайте сами: Вы прилетели сюда, занялись какими — то махинациями, подставили невиновного командира авиаэскадры капитана второго ранга Шереметьеву и подвели её под трибунал ради каких то своих выгод. Попутно попытались сожрать и местного начальника службы безопасности полковника Детмерса. Но у Вас ничего не получилось. Шереметьевой удалось совершить побег и она, оскорблённая такой несправедливостью, учинила здесь погром перед тем, как улететь. А Детмерс раскопал все Ваши грязные махинации и доложил командованию. И теперь Вы не без оснований опасаетесь за свою жизнь как со стороны обозлённых пилотов авиаэскадры, могущих отомстить за своего командира, так и со стороны полковника Детмерса, желающего вывести Вас на чистую воду. И это не считая того, что Ваше непосредственное начальство тоже не останется в стороне. Поэтому у Вас и нет другого выхода, кроме как угнать "Тайфун" и дезертировать. Как Вам такой план? По моему — гениально!

— Но это невозможно, Ваше превосходительство!!!

— Ну, если невозможно, тогда я сейчас вызову охрану и она отвезёт Вас в гости к Детме рсу. Доказывайте ему сами, что Вы не верблюд. Мне то эта Ваша "Хризантема", изви ните, до задницы. Я узнал о ней совершенно случайно, благодаря профессионализму Детмерса. Иначе представляю, каким козлом отпущения меня бы сделали. А теперь я просто оказываю Вам содействие. Но если оно Вам не нужно, то о чём говорить?

— Но… Но ведь я не умею управлять истребителем!!! Как я его поведу?!

— А Вам это и не нужно. Мы запрограммируем автопилот на взлёт, вход в гиперпростран ство и выход из него возле планеты противника. А там Вас уже встретят.

— Но что я там скажу?! Мне же никто не поверит!!!

— Ну уж не знаю, полковник! Кто из нас специалист по шпионским делам — я, или Вы? Придумайте что — нибудь. Вы же рассчитывали как — то, что поверят Шереметьевой? Почему не должны поверить Вам? Ведь здесь Вам конец однозначно, а там глядишь, враги ещё и деньжат подбросят за предательство. Может быть даже и работёнку какую предложат.

— Но ведь мне известна цель операции! И я могу рассказать об этом!

— Ну-у-у, полковник! Здесь могу дать только один совет.

— Какой?

— Застрелиться!

Глава 15

"Сункар" вышел из гиперпространства на расстоянии трёх световых лет от Амальтеи и лёг в дрейф. Вокруг снова простирался бескрайний космос, но любоваться им было некогда. Ольга дала команду на отслеживание внешних опасностей и вышла из кабины.

Нужно было привести в чувство Настю и решить, что делать дальше. Она прекрасно понимала, что их никто нигде не ждёт.

Войдя в каюту, Ольга невольно залюбовалась подругой. Настя лежала, погруженная в сон, который был сейчас для неё лучшим лекарством после пережитых потрясений.

Длинные каштановые волосы, обрамляющие лицо, разметались по подушке. Красивое загорелое тело резким контрастом выделялось на белоснежной простыне. Каждая складочка, каждый изгиб этого прекрасного тела были до боли знакомы и Ольге хотелось припасть к ним губами и целовать до бесконечности… Это была е ё женщина. Сколько их было раньше, но таких не было никогда… Подойдя к койке, Ольга провела руками над телом подруги и убедилась, что ничего плохого с ней не случилось. Хоть в чём — то полковник не соврал. Препарат действительно оказался безвреден, вызвав только временную заторможенность. Очень скоро Настя пришла в себя и с удивлением уставилась на Ольгу — ведь на ней по — прежнему был мундир капитана госбезопасности.

— Доброе утро! Как спалось?

— Оля! Что это за маскарад?! И где мы находимся?!

— Отвечаю по порядку. Это, Настюша, спецодежда. Вроде карнавального костюма. Приш лось прихватизировать у владельца. Правда без спроса, но он не обидится. А находим ся мы в трёх световых годах от Амальтеи в дальнем космосе, и никакие адмиралы и пол ковники не знают, где именно и дотянуться своими лапами до нас никак не смогут. А то, что ты видишь вокруг, это и есть мой знаменитый трофей "Сункар", за который я тебе рассказывала. Я уже сколько раз благодарила судьбу, что он тогда попал мне в руки. И то, что мы сейчас с тобой живы и на свободе — целиком его заслуга. Как ты себя чувствуешь? Неприятных ощущений нет?

— Нет, только хочу есть. Но что случилось? Что всё это значит?

— Это значит, что мы с тобой оказались пешками в чужой игре. Мне рассказывать очень долго. Что случилось с тобой?

— Да я и сама толком не поняла. Пришла домой раньше времени и застала там двух амба лов, рывшихся в наших вещах. Они тут же меня скрутили, вкололи какую — то дрянь и очнулась я уже в тюремной камере. Сколько ни пыталась что нибудь узнать, мне ниче го не говорили.

— Ты, Настюша, просто оказалась случайным свидетелем. Появилась в неподходящий момент в неподходящем месте. У меня за это время жизнь была гораздо более насыщена событиями, — и Ольга рассказала всё от начала до конца.

— Так что, подруга, теперь мы с тобой беглые преступницы. А ты, вдобавок ко всему, ещё и дезертир. Хоть я тебя и насильно "дезертировала", но поверь, выбора у тебя не было. Такие свидетели, как ты, никому не нужны. Знаешь, как говорил Аль Капоне, знаменитый американский бандит двадцатого века? "Хороший свидетель — мёртвый свидетель".

Меня готовили для какой то акции с этими "Тайфунами" и от тебя бы избавились сразу после её завершения.

— Но что же мы будем делать дальше?

— По крайней мере, будем жить свободными людьми, Настюша! А это уже немало.

Не бойся, не пропадём! Давай сейчас быстренько в душ, смоем эту тюремную грязь, а потом перекусим и заодно побеседуем. Деликатесов не обещаю, но запас консервов у нас приличный. Помни, что проблемы всегда надо решать по мере их возникновения.

Но длительной беседы не получилось. Подруги не смогли удержаться, и всё накопившееся за это время напряжение, этот сильнейший стресс вылились в такой дикий и неукротимый порыв, что они забыли обо всём на свете. Они неистово любили друг друга, то осыпая нежными ласками, то сжимая в объятиях дикой страсти, сметающей всё на своём пути и затмевающей разум. Они были одни посреди огромного скопища звёзд, среди огромного океана Вселенной, где на многие миллиарды километров вокруг не было никого.

И только звёзды, эти вечные странники, совершающие свой стремительный бег, были свидетелями единения двух любящих душ… Они не знали, сколько прошло времени. Им некуда было торопиться и они не знали, куда лететь дальше. Их окружающий мир сузился сейчас до размеров штурмовика, грозной боевой машины, под завязку нашпигованной смертоносным оружием, неподвижно висящей в черноте космоса и окружённой со всех сторон только далёкими звёздами.

И в то же время он стал неизмеримо огромным. Таким огромным, каким никогда не был раньше… Им было хорошо вдвоём. Они знали, что теперь никакие адмиралы и полковники не смогут их разлучить. Они всё равно будут жить назло всем недругам и отныне они всегда будут вместе… Они очень устали. Когда всё закончилось, у них уже не было сил. Они отдали себя друг другу без остатка. Уставшие и счастливые, они лежали, нежно обнявшись, и не могли даже пошевелиться. В таком виде их и застал сон, принеся покой двум умиротворённым душам… На следующее утро, если это время можно было назвать "утром", подруги сидели в каюте за маленьким столиком, завернувшись в простыни, и пили кофе. Генератор искусственной гравитации создавал такую же тяжесть, как на планете, и никаких неудобств они не ощущали. Действительно, эта машина была намного более приспособлена к длительным полётам в космосе.

— Вот такие дела, подруга, — подытожила Ольга, прихлёбывая горячий ароматный напиток.

Штурмовик по прежнему лежал в дрейфе в дальнем космосе, и им надо было решить, что же делать дальше.

— Разберём, что у нас есть в наличии. Есть штурмовик, набитый ракетами, и могущий доставить нас куда угодно. Топлива в реакторе хватит очень надолго. С воздухом тоже проблем нет, система регенерации будет работать, пока работает реактор. Система очистки воды тоже работает исправно, и с водой проблем не будет. С продуктами ситуация гораздо хуже. То, что у нас есть, мы можем растянуть максимум на пару месяцев. На Землю, как и на другие планеты Федерации, нам дорога заказана. К "духам" — даже и речи быть не может. Остаются нейтралы. Но появляться там сейчас и в таком виде — это вызовет сильные подозрения. Там тоже не очень то рады беглым преступникам и запросто могут выдать нас обратно в лапы пана Ковальского. Нужно сначала как следует прибарахлиться, сделать документы на нас и на корабль, а потом уже и отправляться в гости.

— Но как же мы это сделаем, Оля? И где? Ведь у нас ни гроша и кто нам поможет? И чем мы прибарахлимся? У тебя вон у самой только этот "гебешный" мундир, даже запасных трусов нет. А я вообще с голой задницей!

— Здесь, Настюша, ты конечно права. С трусами и с наличностью напряг. И этот мундир надо будет спрятать подальше. Там, куда мы с тобой полетим, мундиры не жалуют. Увидят мундир — сначала пальнут, а потом спросят: "Ты кто?" Есть у меня одна задумка. Никогда тебе раньше не рассказывала, не хотела тревожить, а теперь скрывать смысла нет. Я ведь раньше в "Экспедиционном корпусе" была, и старые связи у меня остались.

— Так ты контрабандист?!

— Был грех. Вовремя ушла оттуда, а то бы не знаю, чем закончилось. Вот и надо навестить старых друзей. Они нам с документами помогут. Насчёт одёжки можешь не волноваться. Хоть вечерних туалетов предложить не могу, но два новых рабочих костюма у меня есть. Во всяком случае, на первой встрече двух высоких договаривающихся сторон, голыми сиськами и задницами сверкать не будем. А там, у ребят какие — нибудь тряпки и мокасины найдутся.

— Хорошо, допустим, тряпки мы найдём. Но ведь у нас нет абсолютно никаких финансов!

— Ты хотела сказать — нет наличности. Это верно. А только ты не забывай, что я не зря за била отсеки боезапаса под завязку. Ты знаешь, сколько стоит противокорабельная раке та на чёрном рынке? Вот то — то! Если мы продадим хотя бы половину нашего арсенала, мы можем навсегда забыть о финансовых проблемах.

— Но как мы их продадим, Оля?

— Настюша, это не твоя забота. Помни, что ты разговариваешь с "экспедитором". Я знаю — где, я знаю — кому и я знаю — как. Загоним наши взрывоопасные железки, сделаем документы для нас и для корабля и можно будет отправляться в гости к нейтралам. Я ведь работала в торговом флоте и побывала во многих местах. Есть очень даже приличные планеты с либеральным иммиграционным законодательством, где за деньги мы без про блем можем получить местное гражданство, то есть легализоваться. И тогда уже всякие паны Ковальские будут нам не страшны. Штурмовик я продавать не хочу, он нам самим пригодится.

— А что нам с ним делать, с этим птеродактилем?

— Настюша, зачем же так отзываться о нашей машинке! Не забывай, что это благодаря ему мы живы и на свободе! И нам ещё надо добраться до цивилизованных мест. К тому же помнишь, как мы с тобой мечтали путешествовать на яхте от одной планеты до другой? А чем наш "Сункар" тебе не яхта? Только бронированная с головы до пят и вооружённая до зубов. Ведь тут всё, что надо есть! Камбуз есть, душ с туалетом есть, кладовка для продуктов и холодильники есть. Сделаем только перепланировку каюты — выбросим эти четыре койки, установим один шикарный траходром, шкаф для тряпок, столик с зеркалом, чтобы физиономию в порядок приводить и будет у нас шикарнейшая яхта! А если какая шпана сунется, то встретим со всем радушием, только перья полетят. Уж это я тебе обещаю!

Подруги говорили долго. Для тихой законопослушной Насти, совершенно случайно и против своей воли оказавшейся вне закона, всё это было дико и непривычно. Ольга чувствовала себя гораздо более уверенно. Школа "экспедиционного корпуса" не прошла даром.

В душе у неё кипел гнев, но она понимала, что правды нигде не найдёт, так как она никому не нужна. Любые попытки добиться справедливости обречены на провал. Ей постоянно приходила на ум поговорка, что правда, в конечном счёте, всегда всплывает. Только очень часто — брюхом к верху. Ну что ж, один раз она уже была за чертой закона. И не её вина, что она оказалась там снова. Теперь игра пойдёт по другим правилам. На войне — как на войне! Адмирал был прав — полковник Ковальский разбудил страшного дракона.

В первую очередь — на свою голову. Надо только уберечь Настю от опасностей, ведь она не привыкла к такой жизни. Но на то она и ведьма, вобравшая в себя опыт многих столетий. Никому не дано поставить ведьму на колени. Тот, кто попытается это сделать, горько потом пожалеет. В общем, "… бак пробит, хвост горит, но машина летит! На честном слове, и на одном крыле!" Первым делом, надо было установить связь. Было несколько резервных каналов для "экспедиторов", оказавшихся в трудном положении. Эти каналы были совершенно открыты, но понять информацию могли только посвящённые. Одним из таких каналов был самый обычный сайт знакомств в сети. Ольга рискнула, и привела штурмовик к Солнечной системе, оставаясь далеко за орбитой Плутона. Это были владения Федерации, но так далеко космический патруль обычно не забирался, так как делать здесь было нечего. Зато связь здесь работала очень хорошо, а в случае появления военных кораблей, можно было быстро скрыться в гиперпространстве. В сеть ушёл заранее подготовленный текст. Самый невинный текст — сообщение сексуально озабоченной дамочки. Только, условными фразами и с позывным. И только оператор "экспедиционного корпуса", постоянно находящийся на вахте, и отслеживающий подобные сообщения, сможет понять, в чём дело. Пантера — ее позывной для связи. Посмотрим, кого направят ей для оказания помощи. Очень скоро пришёл ответ: "Если дальняя поездка не утомит страстную неукротимую пантеру, то свирепый тигр будет ждать её в своём логове возле трёх пальм". Ольга тут же отправила ответ, подтверждающий готовность и облегчённо вздохнула. Всё, связь установлена. Её не забыли. Логовом возле трёх пальм у них называлось площадка между тремя скалами на пустынной безжизненной планете Сахара, в системе звезды Проксима, ближайшей к Солнечной системе. Хоть эта система форма- льно и входила в Федерацию, но все шесть планет этой звезды представляли собой бесплодные каменные глыбы, на которые никто не претендовал. Здесь не было развитых форм жизни, не было полезных ископаемых в нужном количестве и они представляли какой — то интерес только для учёных — планетологов, поэтому посещались крайне редко. Третья от звезды по счету планета земной группы, получившая при своём открытии название Сахара за схожесть ландшафта со знаменитой пустыней, единственная имела атмосферу. Кислорода в воздухе почти не было, и для дыхания она была не пригодна. Из — за более близкого расположения к Проксиме, чем Земля к Солнцу, температура воздуха днём возле поверхности редко опускалась ниже тридцати пяти — сорока градусов. Ночью же наступал лютый холод. Такие сильные температурные перепады, плюс полное отсутствие воды в свободном состоянии, делали её малопригодной для жизни. Ничего ценного здесь найдено не было и за Сахару со временем забыли. Но мимо такого укромного, никому не нужного уголка, не могли пройти мимо "экспедиторы". На Сахаре, при желании, можно было спрятать что угодно и кого угодно. Именно здесь Ольге и назначили встречу. "Экспедиторы" не хотели рисковать попусту. Если Пантера действительно та, за кого себя выдаёт, всё пройдёт благополучно. Если же это провокация полиции, то это выяснится сразу и провокатор останется здесь навсегда. Пески Сахары умеют хранить чужие тайны… Единственная сложность, которая могла помешать установлению контакта, это тип её корабля. Увидев военный корабль противника, "экспедиторы" насторожатся и могут не выйти на связь. Единственная надежда на то, что вражескому штурмовику в этом забытом богом и людьми углу галактики делать нечего, а известие о её побеге с Амальтеи уже разнеслось по всем планетам Федерации. Скрыть такое невозможно. Решив больше не искушать судьбу, Ольга включила гипердвигатель и покинула ставшую для неё такой опасной и негостеприимной Солнечную систему, направившись к далёкой Проксиме в созвездии Центавра.

"Сункар" вышел из гиперпространства в окрестностях звезды Проксима и приближался к планете Сахара. Уже был хорошо виден большой коричнево — жёлтый шар, покрытый тонкой плёнкой атмосферы. Планета по размерам напоминала Землю, но практически не имела воды и была почти бесплодна. Только редкие примитивные растения встречались кое — где на её поверхности. Из — за мизерного количества водяного пара в атмосфере облаков не было и поверхность планеты просматривалась очень хорошо. Вся атмосфера состояла, в основном, из азота с небольшими примесями других газов. Кислорода было очень мало. Ольге приходилось неоднократно бывать здесь раньше, и она хорошо помнила эти унылые, выжженные ландшафты, очень напоминающие земную пустыню.

Перейдя на круговую орбиту, Ольга внимательно следила за экраном радара и прослушивала эфир — появление посторонних было бы крайне нежелательно. Но она беспокоилась напрасно, вокруг не было ни души. Этот медвежий угол галактики никого не интересовал и был в стороне от оживлённых галактических трасс. Убавив скорость, штурмовик вошёл в плотные слои атмосферы и начал снижаться. На высоте пяти тысяч метров "Сункар" перешёл в горизонтальный полёт и направился к каменистой равнине, окружённой с трёх сторон скалами. Это место и называлось "логовом у трёх пальм". Ольга внимательно следила за обстановкой. С такой высоты поверхность планеты очень хорошо просматривалась визуально. В правом кресле второго пилота сидела Настя и с огромным интересом рассматривала проплывающие внизу ландшафты. Песчаные равнины, покрытые барханами, сменялись каменистой пустыней и следом опять шли пески. До этого ей приходилось летать только в качестве пассажира, а много ли увидишь из пассажирского отсека. Ольга настояла, чтобы она научилась управлять штурмовиком и сейчас было первое занятие.

Незнакомое дело очень заинтересовало Настю, и сейчас она с восторгом наблюдала, как огромная могучая машина послушно подчиняется её воле. Но вот и конечный пункт маршрута. Ольга взяла управление на себя, облетела на малой скорости всё плато и никого не обнаружила. Либо они прибыли раньше, либо "экспедиторы" оставили свой корабль в другом месте, а сейчас наблюдают за ними из укрытия. Как бы то ни было, надо садиться.

Выбрав площадку поровнее и подальше от скал, Ольга, как и раньше, зависла на высоте ста метров и плавно совершила посадку. Штурмовик коснулся колёсами грунта и замер.

Пару минут она не глушила двигатели, держа их на малой тяге, готовая немедленно взлететь и принять бой, если что — то пойдёт не так. Но вокруг была тишина, на каменистой равнине никого не было и в эфире раздавался только треск атмосферных помех. Выключив двигатели, Ольга какое — то время ещё выжидала, но всё было тихо. Реактор она, на всякий случай, оставила в режиме постоянной готовности к немедленному взлёту. Мало ли что. Дав команду бортовому компьютеру на слежение за окружающей обстановкой, Ольга встала с кресла и заметила.

— Вот, Настюша, мы и прибыли в эту дыру. Хоть тут пейзажи и не очень красивые, и пяти звёздочных отелей не наблюдается, зато нас никто не побеспокоит. Военный флот сюда не заглядывает, им тут делать нечего. Может появиться только наш брат "экспедитор", или вообще какая — нибудь шпана. Правда, не исключена возможность появления поли цейского патруля. Шпане мы без проблем надерём задницу, а полиция, едва увидев нас, сама предпочтёт убраться побыстрее. Автоматическую идентификационную систему я выключила, а при одностороннем опознавании нас примут за военный корабль против ника. Насколько я знаю, раньше эти доблестные стражи порядка храбро воевали только с безоружными, или с очень слабо вооружённым противником. Не думаю, что сейчас ситуация в корне изменилась. Мы для них очень опасный оппонент. Ну, а сейчас давай пообедаем! Что у нас там? На первое тушёнка, на второе тушёнка, на третье кофе. Королевский обед!

Через несколько часов бортовой компьютер подал сигнал о появлении движущегося объекта. Ольга прошла в кабину и быстро определила цель. Это был небольшой беспилотный робот — разведчик. Значит, "экспедиторы" где — то рядом. Такие аппараты они всегда выпускали вперёд для разведки места выгрузки перед посадкой. Сколько раз этот нехитрый приём выручал их.

Несомненно, их уже заметили. Штурмовик стоял на плато совершенно открыто, и Ольга даже не пыталась его маскировать. Робот снизился, сделал круг над ними и скрылся за скалами. Внезапно ожило радио:

— Как поживает Пантера? Не хочет ли она выйти на прогулку?

Ольга узнала голос Тигра — старого знакомого, бывшего старшего помощника капитана её последнего корабля, с которым они вместе вырвались из засады. "Корпус" поступил очень разумно, послав на встречу человека, хорошо её знавшего.

— Пантера не против, если Тигр будет хорошо себя вести, — ответила Ольга. Всё это были условные фразы, выполняющие функцию пароля. Если что — то будет сказано не так, значит, один из участников встречи находится под контролем, и встреча не состоится. Обменявшись ещё несколькими условными фразами, она получила указание:

— Выходи из корабля и следуй по пеленгу сто двадцать градусов в проход между скалами.

Настя ни в коем случае не хотела отпускать Ольгу, тем более одну, но Ольге удалось её убедить:

— Пойми, Настюша, скафандр у нас только один и кому — то надо остаться здесь, присма тривать за кораблём. Тебя там никто не знает, поэтому надо идти мне. Если я не появ люсь через два часа, взлетай. В компьютер введены координаты ближайшей планеты нейтралов и штурмовик взлетит и доставит тебя туда в автоматическом режиме. Не пыта йся сама посадить машину. Как выйдешь из гиперпространства, сразу давай сигнал бедс твия и тебя подберут. Если выдадут назад, вали всё на меня. Дескать, я увезла тебя наси льно. Если к кораблю подойдёт кто — нибудь без меня, можешь стрелять. Если я вернусь не одна и скажу: "Настя, открывай дверь!", значит всё в порядке, и можешь нас впустить в шлюз. Если скажу что — либо другое, стреляй. Управление турельными артустановками есть как с места командира, так и второго пилота.

— Оля, как ты можешь так спокойно говорить об этом?! — глаза Насти были круглые от ужаса. Она раньше и в мыслях не допускала ничего подобного.

— Это жизнь, котёнок. Я слишком много времени отдала этой работе, и она научила меня предвидеть разные случайности. Если бы не меры предосторожности, "экспедиционный корпус" был бы уже давно разгромлен, а так он процветает. Да ты не волнуйся. Думаю, всё будет нормально. Я просто по привычке, чисто автоматически, предусматриваю худший вариант.

Одев скафандр, Ольга прошла в шлюз и вскоре ступила на выжженный каменистый грунт.

День клонился к вечеру, и от скафандра протянулась длинная тень. Она сразу заметила проход между скалами на расстоянии порядка шестисот метров и направилась туда. Никого не было видно, значит, за ней наблюдают из укрытия. Пока всё шло по плану, Ольга другого и не ожидала. Никто не свалится с неба к ней на голову и не бросится в объятия. Работа научила "экспедиторов" быть осторожными. Подойдя к камням, она внимательно прислушалась к своим ощущениям, но чувства опасности не было, хотя за камнями, несомненно, кто — то был. Узкий проход вывел к небольшой площадке, на которой стояли четыре фигуры в скафандрах с оружием. Двое чуть справа, двое чуть слева. В случае чего, они за долю секунды могут перекрёстным огнём нашпиговать незваного гостя металлом. Ольга подняла руки показывая, что оружия у неё нет. Двое остались на месте, а двое направились к ней, не опуская стволов. Когда они подошли вплотную, Ольга узнала через стекло шлема Тигра. Тигр тоже узнал её, опустил оружие и сказал по радио:

— Всё в порядке, это она.

Передача велась на пониженной мощности передатчика, поэтому далеко не прослушивалась. Ей махнули рукой, призывая следовать за ними. Через пять минут ходьбы между камнями они вышли на площадку больших размеров, где стоял десантный катер. Значит ребята не стали рисковать и оставили корабль в другом месте. Все пятеро кое — как втиснулись в шлюз, и через минуту уже снимали шлемы внутри кабины. Ольга сняла шлем, рассыпав по плечам свои роскошные волосы.

— Ни фига себе! — ахнул один из "экспедиторов".

Вот теперь можно было дать волю чувствам. Тигр, в миру Владимир, обнял Ольгу.

— Здравствуй, Оленька! Сколько лет не виделись, а ты всё такая же. Парни, знакомтесь.

Это и есть наша знаменитая Пантера, или просто Оля. Давай, рассказывай, что у тебя стряслось.

Ольга вкратце рассказала, что с ней приключилось, и пригласила всех к себе на борт.

Кроме Владимира все были ей не знакомы, но она чувствовала, что засады здесь нет.

— Всё, парни, пошли к нам в гости. А то, у вас тут сильно тесно. Заранее приношу изви нения, но кроме консервов и чая с кофе ничего нет. А ты, Казанова, чтобы не вздумал на Настю заглядываться. Она моя. А то, знаю я тебя! — пригрозила она Владимиру.

— Ну что ты, Оля, как можно! — шутливо поднял руки "экспедитор".

Ольга с Владимиром и ещё одним "экспедитором" направились к штурмовику, а остальные улетели на десантном катере к своему кораблю, находившемуся довольно далеко от этого места. Безопасность прежде всего. Очень скоро шумная компания оказалась на борту "Сункара". После церемонии знакомства все уселись за столик, и пошёл серьёзный разговор. Владимира интересовало, с какой целью Ольга вышла на связь. Она не стала темнить:

— Володя, мы сейчас беглые преступницы и нам нужны документы и деньги. У меня на борту четыре "Гранита", шесть "Гарпунов" и тридцать четыре "Томагавка". Четыре "Томагавка" я оставлю себе на всякий случай, остальное хочу продать. Знаю, что на этот товар всегда есть спрос.

Владимир аж присвистнул:

— Ни хрена себе! Да это же целое состояние! У нас сейчас столько с собой и не будет. Возьмём всё оптом, без вопросов, но надо будет с недельку подождать.

— Ничего, подождём. Нам торопиться некуда. Тем более, нам нужны надёжные докумен ты для нас с Настей и для корабля.

— Для вас — проблем нет. Но, как мы оформим ваш аппарат? Ведь это же военный корабль! Тем более — трофейный!

— Так и оформите его, как списаную трофейную военную технику. Всё равно, ни на одной планете Федерации мы появляться не собираемся, а нейтралов это особо не интересует.

Лишь бы бумаги были в порядке. И ещё. Нам потребуется куча разного барахла, побря кушек, косметики и продуктов. Для всех мы — богатые дамочки, путешествующие на своей яхте. Вот и должны этому соответствовать. Я тут приготовила список, что нам ну жно. Вычтите стоимость этого из общей суммы.

"Экспедиторы" покатились со смеху:

— Оля, какая яхта?! Ты хочешь военный корабль выдать за яхту?!

— Да, а что тут такого? Есть закон о продаже списаной военной техники частным лицам и там не сказано, что запрещена продажа военных кораблей. К тому же, штурмовик маленький по сравнению с крейсерами, фрегатами и прочими военными кораблями. И какая — нибудь прибабахнутая дамочка, вроде меня, помешанная на стиле "military", вполне может купить себе списаную посудину. Тем более — трофейную. То, что этого до сих пор не случилось, просто говорит, что ещё не было таких дур.

— Гм-м, а ведь действительно… Нет такого запрета. Покупай, что хочешь. Хоть старый авианосец, только деньги плати… Где только такой дурак найдётся. Ладно, давай твой список…

Взяв список на нескольких листах, и бегло просмотрев его, Владимир удивлённо уставился на Ольгу.

— Оля, да тут же чёрт ногу сломит в вашем барахле! Продукты ещё ладно, но как я во всех ваших тряпках, побрякушках и косметике разберусь?!

— Ой, можно подумать, у тебя знакомых баб нет! Дай им, пусть разберутся. И ещё. Кроме удостоверений личности нам нужны документы об образовании. Насте — медицинский диплом, а мне — академии гражданского космофлота. Естественно, на наши новые фамилии. Имена, если можно, лучше оставь старые. Сделаешь?

— С этим как раз не проблема. За деньги любой документ сделать можно. Какие фамилии желаете, леди? И как назвать в документах вашу "яхту"?

— Фамилии любые, лишь бы документы были надёжные. А яхту… Пусть будет… "Барс"! — "Барс"? Ну, "Барс", так "Барс". Ждите здесь, лучше пока нигде не светитесь. Через неделю вернёмся и всё доставим. А сейчас пошли, товар посмотрим.

Ольга поднялась из — за стола и не удержалась:

— Послушай, Володя. А что потом, после того случая сталось? Где сейчас Вано и Миша?

— Вано сейчас на другом корабле кашеварит. Я капитаном стал. А Миша… Нет больше Миши, Оля… Три месяца назад у нас корабль разбился при посадке по невыясненным причинам. Почти все погибли. Кто уцелел, тех вывезли, но Миши среди них не было. Корабль дотла выгорел, спасать там было уже некого…

Осмотрев ракеты и условившись о порядке связи, Владимир вызвал катер и они с товарищем улетели на корабль. Подруги снова остались одни. Впереди была неделя вынужденного бездействия. Как это не было муторно для Ольги, привыкшей всё время быть в движении, но она была согласна с Владимиром — светиться им пока нигде нельзя. Корабль у них очень приметный, и может возникнуть масса глупых вопросов. Ольга решила использовать эту неделю на обучение Насти пилотированию штурмовика. Конечно, чтобы постичь это искусство как следует, времени было недостаточно, но к концу недели Настя уже неплохо могла самостоятельно выполнить взлёт, посадку и пилотирование по маршруту.

Каждое утро после завтрака Ольга поднимала штурмовик и почти до вечера они летали, отрабатывая навыки пилотирования как в космосе, так и в атмосфере. Далеко от Сахары не удалялись, и Ольга всё время внимательно следила за окружающей обстановкой, но их никто не потревожил. Этот безжизненный край никого не интересовал. После посадки вечером по очереди совершали прогулки по пустыне, не удаляясь далеко от корабля. Ну а ночью… Что могут делать ночью двое влюблённых!

Ровно через неделю, рано утром над каменистым плато снова появился робот — разведчик.

Штурмовик стоял на прежнем месте, готовый к взлёту, и Ольга заняла место в кабине во избежание всяких случайностей, но случайностей не последовало. Вслед за роботом в небе появился небольшой транспортный корабль и медленно опустился на поверхность планеты метрах в трёхстах от штурмовика. Обменявшись условными фразами, экипаж транспорта открыл грузовой люк и на поверхность выехал погрузчик. Требовалось перевезти ракеты со штурмовика в трюм корабля. Одновременно подругам было доставлено всё, что они попросили. Владимир лично принёс два огромных кейса, набитых деньгами и драгоценностями.

— Вот, девочки, забирайте. Вот ваши новые документы: паспорта, дипломы и прочее. Документы надёжные, можете не сомневаться. Вы сводные сёстры Ольга и Анастасия Миллер. Вот документы на вашу "яхту". Трофейный штурмовик типа "Сункар" не пред ставляет ценности для флота Федерации и продан частному лицу, как списаная воен ная техника. Свидетельство о регистрации и весь пакет документов прилагается. Но, упаси вас бог показать эти бумаги на любой планете Федерации. Там эта липа не прой дёт. А к нейтралам можете лететь смело. Кстати, Оля, а не хочешь назад к нам? С твоей головой только у нас и работать. Можешь вернуться вместе со своим "Барсом". Работенка для него найдётся, машина — будь здоров! На ней только "фараонов" и гопников гонять, а то, что мы на наших транспортниках. Ведь ты пилот — истребитель, капитан второго ранга, а это уже кое — что значит! Была бы в группе прикрытия. В случае чего, шугала бы "фараонов" и всякую шпану. Боеприпасами, естественно, мы тебя обеспечим.

Да и подругу свою к делу приспособишь. Она у тебя медик? И для неё работа найдётся! Ольга только вздохнула. Покосилась на Настю, разбирающую привезённые вещи и тихо ответила:

— Пошла бы, Володя… Но, боюсь за Настю. Не для неё эта работа. Это я без адреналина не могу и привыкла по лезвию ножа ходить, а она человек совсем другого склада. Если пойду, как бы плохо не было. Боюсь её потерять…

— Неужели, у вас так всё серьёзно?

— Серьёзно, Володя. Это м о я женщина… И другой мне не надо…

— Ну, коли так… Но, всё равно, подумай. Как с нами связаться, ты знаешь…

Закончив погрузку, "экспедиторы" собрались вернуться к себе на корабль. Ольга и Настя попрощались с экипажем. Владимир напоследок ещё раз попросил Ольгу подумать о его предложении сказав, что её в "корпусе" всегда ждут. Транспортный корабль взмыл вверх и исчез в небе. Подруги снова остались одни и продолжили разбирать то богатство, которое так неожиданно на них свалилось. Настя всё не могла прийти в себя, происшедшее казалось ей нереальным. Наконец всё было разобрано, разложено по местам и новоиспеченная частная яхта "Барс" в стиле "military", не предназначенная для коммерческого использования и переделанная из списаного военного корабля, взмыла в небо. Заложив вираж над каменистым плато, Ольга перешла в набор высоты. Они покидали эту суровую планету, ставшую на неделю их домом. Когда "Барс" вышел за пределы атмосферы, корабля "экспедиторов" уже не было на экране радара — он ушел в гиперпространство. Они по- прежнему были одни в этом уголке космоса. Когда их "яхта" удалилась на безопасное расстояние от Сахары, Ольга ещё раз окинула взглядом окружающий пейзаж. Позади удалялась коричнево — жёлтая планета, сослужившая им хорошую службу. Всё — таки хорошо, когда у тебя есть друзья, готовые прийти на помощь в трудную минуту. А теперь надо выбираться отсюда, в этом пустынном краю больше делать нечего. Ольга включила гипердвигатель, и "Барс" ушёл в гиперпространство…

Глава 16

Космопорт Шварцвальда, крупного города на берегу океана, был огромен. Каждые тридцать секунд осуществлялись взлёт и посадка торговых судов. Движение на подходах к планете Швейцария, куда только что прибыли Ольга и Настя, было очень плотным. Правда, служба управления движением работала очень чётко, транспортные потоки были разделены и сбоев не было. Ещё на дальних подступах Ольга установила связь с диспетчером, изъявив желание совершить посадку, и получила указания для дальнейшего движения. Это был перекрёсток торговых путей галактики, и планета занимала особое место.

Выходцы с Земли, обосновавшиеся на этой планете, очень напоминающей Землю, сразу дали всем понять, что не будут участвовать ни в каких конфликтах, всемерно развивая торговлю на этом оживлённом месте, в чём весьма преуспели. Сюда стекались многие бизнесмены и авантюристы и здесь всем были рады, кто прилетал с толстыми кошельками. Именно здесь Ольга и решила затеряться. Подобное место идеально подходило для беглецов не с пустым карманом.

Пассажирские и грузовые терминалы космопорта были разделены, отдельно был также выделен терминал для частных яхт. Ольга заявила о себе диспетчеру, как о частновладельческой яхте "Барс" и получила соответствующие инструкции для захода на посадку.

Теперь перед её машиной стояли с раскрытыми ртами офицер эмиграционной полиции и таможенник, удивлённо взирая на невиданное здесь доселе чудо. Среди других яхт, стоящих на площадке терминала и выглядевших, как сверкающие игрушки, "Барс" выглядел несколько странно. Это было всё равно, что поставить среди роскошных лимузинов представительского класса боевой танк. Представители местных властей поднялись на борт для выполнения положенных формальностей, и были немало удивлены, увидев двух женщин в строгих деловых костюмах. Ольга заранее предупредила Настю, чтобы та поменьше открывала рот. Переговоры с властями она будет вести сама. Благо, за время работы в торговом флоте она этому хорошо научилась. Чиновник — он везде чиновник, и каждый чиновник хочет жить хорошо и в то же время боится вышестоящего начальства. Все планеты в этом одинаковы и Швейцария не была исключением. После взаимных приветствий и вопросов о цели прибытия Ольга представилась:

— Ольга Миллер, капитан и владелец яхты "Барс". Это моя сестра Анастасия Миллер. Мы прибыли на Швейцарию с Земли с целью установления деловых контактов, а также ин вестирования средств в совместные проекты. По отзывам наших друзей здесь имеются очень хорошие перспективы.

После проверки документов любопытство офицера полиции было удовлетворено, ибо все бумаги были в порядке. У "экспедиторов" были выходы на нужных людей и осечек никогда не бывало. Зато у таможенника глаза разгорелись, как у охотничьей собаки, преследующей дичь. Ничего подобного до сих пор не случалось. Прибыл военный корабль под видом частной яхты, имеющий на борту оружие и набитый деньгами и ценностями. Но Ольга быстро охладила его охотничий азарт.

— Господин офицер, а чему Вы удивляетесь? Да, это был раньше военный корабль, но он был списан, как не имеющая ценности трофейная техника и я его купила для себя, как яхту. Нет такого закона, что нельзя приобретать списаные военные корабли в личную собственность. Мне очень нравится строгий военный стиль. Что до имеющегося на борту вооружения, но господа, это частная яхта, не использующаяся в коммерческих целях и я могу иметь на борту оружие для самообороны. Вы сами знаете, сколько разного сброда шатается сейчас по галактике. Я ничего от Вас не прячу, всё вооружение и боезапас ука заны в таможенной декларации и Вы при желании можете опечатать это до момента от лёта. То же самое касается денег и ценностей. Всё задекларировано, Вы можете это про верить и убедиться, что мы ничего не пытаемся провезти контрабандой. Насколько мне известно, никаких ограничений по ввозу валюты и ценностей на территорию Швейцарии не существует, и местное законодательство только приветствует зарубежных инвесторов.

Впрочем, давайте свяжемся с вашим таможенным управлением и если это не так, то мы можем прямо сейчас улететь и вложить наши деньги в другом месте. Швейцария не единственная планета, где можно успешно вести дела.

После такого монолога таможеннику оставалось только умолкнуть. Ведь действительно, ничего запрещённого на "яхте" обнаружено не было, абсолютно все ценности, деньги и оружие задекларированы, документы в порядке. И если начальство узнает, что он своими действиями отпугнул двух богатых дамочек, набитых деньгами и желающими их тут потратить, у него будут большие неприятности.

Погранично — таможенные барьеры были успешно преодолены. Дальнейшее уже не составило особых трудностей. В любом месте, если ты появляешься с большими деньгами, ты становишься лучшим другом и тебе все рады. Без проблем удалось получить вид на жительство и приобрести двухэтажный особняк недалеко от города, на берегу океана. Часть средств была вложена в легальный и нелегальный бизнес — "экспедиторы" имели твёрдые позиции и здесь, и Ольга не собиралась рвать свои отношения с "экспедиционным корпусом". Мало ли, как всё сложится в дальнейшем. А пока, можно было отдыхать и наслаждаться жизнью после всех злоключений, выпавших на их головы за такое короткое время.

Когда они впервые приехали в свой новый дом, Ольга остановилась на пороге. В сердце защемила тоска. Дом был очень похож на тот, в котором прошла её юность на Земле. Где всегда её ждали дедушка с бабушкой… Как это ни кощунственно звучит, но возможно и хорошо, что они не дожили до этого дня и не узнали, что их внучка стала беглой преступницей… Как бы то ни было, надо жить дальше. У них появились друзья, все принимали их за тех, за кого они себя выдавали. Первое время Ольга ещё опасалась непредвиденных случайностей, но всё было тихо. Когда однажды вечером они лежали в постели и отдыхали после бурных ласк, Настя обратилась с неожиданным вопросом:

— Слушай, Оля, мы ведь вроде неплохо устроились, это наш дом и нам тут очень хорошо.

Может, нарожаем кучу детей, да и будем жить здесь спокойно, не влезая ни в какие авантюры? Нам ведь уже за тридцать. Хоть конечно это не возраст, но пора и о детях подумать.

Ольга только вздохнула. Она помнила об обещании, данном бабушке. Помнила, и боялась.

— Не знаю, Настенька… Ты то с мужиками запросто, а вот я… Особенно, как вспомню этих двух скотов, наизнанку выворачивает. Одна только радость, что не залетела от этих уродов…

— Оля, так для этого мужики и не обязательны. Есть же операции по искусственному опло дотворению. Техника доведена до совершенства, абсолютно безопасно и даже высока вероятность желаемого пола ребёнка. Это я тебе, как врач говорю.

— Ой, Настюша, боюсь. Страшно очень…

— Ну ты, Оля, даёшь! На своей "Ведьме" что вытворяла, в скольких боях участвовала, нашего "Барса" у врага отобрала и с его помощью адмирала с полковником в позу рака поставила, а тут боишься!

— Ха, сравнила!!! Это моя работа и я её худо — бедно выполнять умею, никто не жаловался. А тут совсем другое.

— Вот чудачка! Чего тут бояться? Роды сейчас обезболиваются. Весь период беременности проходит под контролем. Это же естественное состояние для женщины!

— Вот именно… Для женщины…

Ранним теплым утром Ольга остановила автомобиль возле здания, стоящего в центре парка на окраине города. Рядом, на пассажирском сиденье, Насте не сиделось спокойно, и она то и дело пыталась шутить. Ольге же было не до смеха. Едва автомобиль остановился, Настя повернулась и весело выдала:

— Ну как, подруга, самочувствие после подготовочки? Ничего?

— Пошла в задницу!!! — огрызнулась Ольга.

— Оля, ты чего?! Я же тебя так сказать, морально поддержать и развеселить хочу! А ты злишься!

— Знаешь, где уже твои шуточки? Тут и так душа в пятках. Пошли уже, клоуниха…

Ольга вышла из машины, подошла к стеклянной двери и остановилась. Настя подошла следом и уже серьёзным голосом спросила:

— Ну что, Оля, идём?

— Ой, Настюха… Страшно. Никогда так не боялась.

— Так может, не пойдёшь?

— Нет. Решили — так решили! — и тряхнув своей роскошной гривой волос, Ольга решитель но шагнула вперёд.

Через месяц они снова вошли в эту дверь и поднялись в кабинет главного врача.

— Поздравляю, фрау Ольга, операция прошла успешно. У Вас будет девочка. А у Вас, фрау Анастасия — мальчик. Срок — четыре недели. Беременность протекает нормально, но всё равно, прошу вас регулярно посещать клинику. Мы ведём весь процесс от начала до конца. Рожать тоже будете у нас. Не волнуйтесь, у нас великолепные условия и я уверен, что всё будет хорошо!

— Спасибо, доктор! — радостно ответила Настя. Ольга смущённо улыбалась.

Когда подруги вышли на улицу, Настя радостно, без умолку тараторила:

— Ну, вот видишь, а ты боялась! Всё прошло нормально! Я же тебе говорила… Эй, Оля, ты что? Тебе плохо?!

Ольга стояла, прислонившись к стене и положив руку на живот. Глаза её были закрыты, и на лице светилась застенчивая улыбка.

— Нет, Настюша, всё хорошо… Просто, у меня в голове не укладывается. Я и вдруг…мама.

Настя удивилась. За все эти годы, что они знали друг друга, она ни разу не видела Ольгу такой смущённой.

— Оленька, ну что ты… Это же очень хорошо. Ведь это совершенно нормально и естестве нно! Ведь главное назначение женщины в жизни — быть матерью! — Да, Настюша, конечно… Прости, это я так… От избытка чувств…

На следующее утро Настя проснулась довольно рано в игривом настроении. Вчера вечером они неплохо порезвились в постели, и почему бы сейчас не продолжить вчерашнее? Она протянула руку, желая обнять Ольгу, и не нашла её на месте.

— И чего она поднялась в такую рань? — Настя недоумённо пожала плечами, встала и вышла из спальни. На столе в гостиной она увидела знакомую старинную фотографию в рамке и стакан, накрытый краюхой хлеба.

— Опять началось! — забеспокоилась Настя. Значит, Ольга снова сделала себе по сети ко пию и её состояние стало внушать Насте опасения. И тут её молнией прошила мысль:

— Господи, ведь она беременна и ей совершенно нельзя пить!!!

Накинув халат, Настя обежала весь дом, но так и не нашла Ольгу. Отчаявшись, она выбежала на улицу и тут увидела её, стоявшую вдали на бетонном пирсе, к которому обычно подходили катера. Она снова стояла в парадном мундире и смотрела на разгоравшийся восход…

— Совсем сдурела! Только внимание к себе привлекает! — пронеслось в голове у Насти, и она поспешила на пирс. Однако, подойдя ближе, поняла, что ошиблась. То, что она издали приняла за мундир, оказалось тёмным костюмом, явно пошитым недавно на заказ у хорошего мастера. Ольга снова была при полном параде. Женщина должна всегда оставаться Женщиной… Настя тихонько подошла, стараясь не потревожить подругу. Ольга стояла к ней спиной, лёгкий ветерок шевелил роскошные чёрные волосы и подол юбки. Зайдя сбоку, Настя очень удивилась. Ольга не плакала. Лицо дышало умиротворением, а на губах играла улыбка. Тут уже слёзы брызнули из глаз Насти.

— Оленька, милая, что опять с тобой происходит? Я просто с ума схожу. Что это значит?

Что это за фотография, которая не даёт тебе жить спокойно? Ведь мне, как и тебе нель зя волноваться. Что же ты делаешь со мной? Прости меня за мои слова, но это напоми нает психическое заболевание. Ведь я врач и я в этом разбираюсь. Умоляю, ради бога, не мучай меня. Что ты хранишь в себе, Оленька?

Ольга вздохнула. Сколько можно мучить неизвестностью любимую женщину. Нет больше никакого смысла в сохранении её тайны, ибо никому она не нужна, кроме ей самой. Она живёт здесь под чужой фамилией. Все, кто знал её раньше, остались далеко. И Ольга решилась.

— Хорошо, Настенька. Я расскажу тебе всё. Но я боюсь, что после этого ты можешь отвер нуться от меня… Эта фотография — всё, что осталось у меня от моей прежней жизни…

— Оля, да как у тебя язык повернулся!!! Как ты можешь говорить такое?! Почему я могу отвернуться от тебя?

— Ты ведь не знаешь, кем я была раньше…

— Знаю — контрабандистом! Ну и что?

— Нет, Настюша. Всё гораздо сложнее. Боюсь, что ты мне не поверишь и подумаешь, что у меня поехала крыша…

— Господи, да что же такого с тобой случилось?! — Ты хорошо помнишь эту фотографию? Помнишь четырёх офицеров, стоящих на палубе лодки? Так вот, один из этих офицеров — я…

— Оля, ты бредишь? Этих людей давно уже нет. Как ты можешь быть одним из них?!

— Я была старшим офицером этой лодки, лейтенантом Российского флота. Тогда у меня было другое имя. И я погибла вместе с ней четыреста семнадцать лет назад… Только мои дедушка и бабушка в этой новой жизни знали мою тайну. Теперь её знаешь ты… Мне подарили вторую жизнь, Настенька…

И Ольга рассказала всё. Настя стояла, словно поражённая громом. Её самые фантастические предположения не шли ни в какое сравнение с тем, что рассказала Ольга. Это просто не укладывалось в сознании.

— Уму непостижимо!!! Оля, так получается — ты древний воин, погибший больше четырёх сот лет назад и оказавшийся в этом времени и в этом теле?!

— Да, Настенька. Как это ни фантастично звучит. Теперь ты понимаешь, почему я скрывала это. Меня бы просто сочли сумасшедшей. Теперь ты знаешь всю правду. Сможешь ли ты относиться ко мне, как прежде…

— Господи, Оля… или Коля… как мне тебя называть? Как ты могла усомниться?! Ведь мне никто, кроме тебя не нужен! Я уже что только не передумала… Теперь я понимаю, какая ломка произошла в твоём сознании. Личность взрослого мужчины оказалась в теле пятнадцатилетней девочки спустя четыреста лет… Невероятно! Как у тебя действительно не поехала крыша? Я слышала, что бывают подобные феноменальные случаи, но официальная медицина не может им дать научного объяснения.

— Просто мы ещё многого не знаем об окружающем нас мире, Настюша. Есть тайны, которые, возможно, останутся тайнами навсегда…

— Ну и пусть остаются! Я тебя никому не отдам! Вот бы никогда не подумала раньше, что буду разговаривать с человеком из другой эпохи. Как же мне называть тебя теперь? Оля, или Коля?

— Я уже семнадцать лет Оля, Настюша. И привыкла к своему имени и своему новому положению в обществе. Пусть остаётся всё, как есть. Но, прошу тебя, не надо говорить об этом никому. Пусть это останется нашей тайной. Я бы никогда не решилась рассказать всё, если бы не видела, как тебя это тревожит. Ведь ты даже начала подозревать у меня признаки сумасшествия.

— Оленька, прости меня, дуру! Я ведь сегодня как увидела стакан с хлебом и эту фотографию, чуть в обморок не упала. Ведь тебе сейчас совсем пить нельзя.

— Знаю, Настюша. Не бойся, не буду. Думаю ребята, что остались на дне Балтики, простят мне это. Лучше потом, как родим, выпьем вместе с тобой за помин души всех моряков Российского флота, кто остался в море навсегда. И всех тех, кто летал вместе со мной и не вернулся из космоса. Я не виновата ни в чём перед ними и никто не может меня упрекнуть, что я осталась жива. Мы наравне делили все опасности, и если судьба сохранила меня, значит, так тому и быть. Когда я предстану перед ними, мне не стыдно будет смотреть им в глаза…

— Оля, ты что городишь?! Что это за дурные мысли у тебя появились? Тебе сейчас о ребёнке думать надо! Не забывай, что вас сейчас двое!

— Прости, Настюша… Конечно, ты права. Так что, будем теперь дома с детьми сидеть?

Сказанное неожиданно вызвало у Насти приступ смеха:

— Олька, не смеши мои тапки! Это кто будет дома с детьми сидеть — ты, что ли?! Да у тебя же шило в заднице! Дай бог, чтобы после родов хоть период кормления грудью высидела! А там опять оседлаешь своего любимого "барсика" и умотаешь в космос, ты же без приключений не можешь. Я ведь с самого начала знала, как только мы рожать собра лись, что с детьми сидеть мне придётся, уж мне твоя натура известна. Одно прошу, не исчезай надолго, а то я тут без тебя с ума сойду.

Ольга улыбнулась. Действительно, Настя хорошо изучила её за эти годы.

— Хорошо, котёнок! Не бойся, надолго не буду. Максимум на несколько дней и всегда буду возвращаться. Куда же я денусь!

— Кстати, Оля! Забыла тебе вчера сказать. Я тут в сети рекламу видела, в секс — шопах новые прикольные игрушки появились, у нас таких нет. Давай съездим и купим?

Теперь уже смеялась Ольга. Настя была в своём репертуаре.

— Настюша, тебе мало того, что у нас уже есть? Ведь у нас и так целый арсенал. Что же там такого придумали, ты меня прямо заинтриговала. Только можно ли нам сейчас с "игрушками"? Всё — таки, мы будущие мамы.

— Можно! Пока пузо выше носа не стало, можно. Это я тебе, как врач говорю. Потом при дётся кое в чём себя ограничить. Ну, а как родим, тогда всё и наверстаем! — Хорошо, хорошо, давай съездим. А то ведь ты не успокоишься, — рассмеялась Ольга и обняла подругу. Их губы слились в страстном поцелуе. Со стороны они представляли странную пару. Две женщины, стоящие на морском берегу. Одна — в строгом деловом костюме и туфлях на шпильках, другая — в пёстром халате и домашних тапочках.

Шумела морская волна и лёгкий ветер обдувал лицо, развевая волосы. Ольга закрыла глаза, и на миг ей показалось, что она снова стоит на узком мостике "Барса"… Солёный морской воздух и шум прибоя всколыхнули воспоминания о былых днях, когда она вот так же вдыхала этот воздух и слушала шум волн, рассекаемых стальными бортами лодки. На плечах был чёрный китель с золотыми погонами, а над мостиком развевался Андреевский флаг… Ей даже показалось, что ничего этого не было… Но нет, ничего не изменилось… Она по — прежнему стояла на берегу океана чужой планеты, волею судьбы ставшей её домом. Её длинные чёрные волосы развевались по ветру, солёные брызги летали в воздухе, и рядом была любимая женщина. Они были вместе вопреки всему и они были счастливы. Жизнь продолжалась.

Глава 17

Высокий худощавый человек лет тридцати пяти — сорока вошёл в кабинет министра госбезопасности. На вошедшем был новенький, с иголочки пошитый генеральский мундир и все его движения напоминали поступь крадущегося тигра. Коротко стриженые волосы, уже тронутые сединой, и умный внимательный взгляд говорили о том, что ему много пришлось повидать на своём веку.

— Ваше высокопревосходительство! Генерал — майор Гринберг по Вашему приказанию прибыл! — доложил вошедший министру.

— Входите, входите, Михаил Генрихович! Рад Вас видеть в добром здравии. Хватит Вам носиться по галактике со всяким отребьем, здесь Вы принесёте гораздо больше пользы.

Насколько я знаю, операция по Вашему выходу из игры прошла успешно? Ваши "коллеги" ничего не заподозрили?

— Нет, все уверены, что я погиб при аварийной посадке. Корабль полностью выгорел и установить что — либо невозможно.

— Очень хорошо. Ну а как там поживают Ваши крестницы — "хризантемы"? Рассчитывали только на одну, а получили сразу двоих. Прижились они на новом месте?

— Да, Ваше высокопревосходительство. Шереметьева проделала всё сама, нам даже не пришлось вмешиваться, чтобы помочь и оставалось только наблюдать со стороны. После эффектного бегства с Амальтеи она вышла на связь с "Экспедиционным корпусом" по резервному каналу, встретилась с "экспедиторами" на необитаемой планете Сахара возле Проксимы и продала им за огромные деньги почти весь боезапас своего штурмовика.

Через "экспедиторов" сделала необходимые документы и объявилась вместе со своей по другой на Швейцарии в качестве двух сестричек бизнес — леди. Штурмовик оформила на себя в качестве яхты, приобретённую как списаную военную технику и расставаться с ним почему то не хочет. Сейчас они там прочно обосновались, сделали вид на жительство и завели нужные знакомства. Все вопросы Шереметьева решила где личным обаянием, где взятками. Чиновники везде одинаковы, а в средствах наши "сестрички" не ну ждаются. После этого опять вышла на связь с "корпусом", так как не хочет разрывать с ним отношений. В активных операциях она не участвует, но часть денег инвестировала в это предприятие и оно приносит ей ощутимый доход. Сейчас, кстати, они обе собра лись рожать. Уже на втором месяце беременности.

— Как же это у них получилось? Ведь они лесбиянки?

— Сделали операцию по искусственному оплодотворению и сейчас ждут прибавления в семействе. Ничем другим пока не занимаются. Шереметьева только регулярно летает на своём штурмовике. Всё таки, натура пилота в ней неистребима и она получает от этого настоящее удовольствие.

— Они ничего не заподозрили?

— Нет, они всё приняли за чистую монету. Хоть Шереметьева и выяснила, что всё это подстроено, но она не догадалась об истинной цели операции. Хорошо, что никто из участников этого не знал.

— Да, Михаил Генрихович! Я сколько раз благодарил судьбу, что послушался Вашего сове та и не стал посвящать этого недоумка Ковальского в истинную цель акции. Он был уверен, что его задача — переброска "Тайфуна". В итоге он чуть не провалил операцию.

Ему для пущего эффекта захотелось вырвать признание у Шереметьевой и он стал оказывать на неё физическое давление. Большую глупость трудно было придумать. Я узнал об этом слишком поздно. Хорошо, что у неё хватило выдержки и она не раскрыла себя раньше времени. Вы были правы. Её способности уникальны, никогда не доводилось ви деть что — либо подобное. И она не перешла на сторону противника, а бежала к нейтра лам, как Вы и предсказали. И что она будет бороться до конца и никогда не пойдёт, как баран на заклание. Единственно, что до последнего момента оставалось неясным, какую же именно планету она выберет. Она выбрала Швейцарию. Ну что же, Швейцария нас тоже устраивает. Кстати, когда Вы впервые обратили на неё внимание?

— Давно, больше восьми лет назад. Она попала в "Экспедиционный корпус" из торгового флота. На наш корабль, где я был радистом, пришла третьим помощником капитана. Её рекомендовал наш агент, работавший с ней на балкере "Беттельгейзе" и обративший вни мание на её паранормальные способности. Мы проверяли, это у неё наследственное. Все женщины её рода по материнской линии были ведьмами и этот дар передался ей. Она прекрасно чувствует опасность, обладает даром целительства, может определять говорят ли ей правду, или врут. Может воздействовать на организм человека и поддерживать в нём жизнь, даже в смертельно раненом. Как позже выяснилось, обладает методикой "отвода глаз", то есть может становиться невидимой для других людей. Именно так она вывела нас из засады, когда я думал, что моей работе в "корпусе" пришёл конец из — за нелепой случайности. Хоть Шереметьева и предупреждала капитана об опасности и оказалась права, но этот жадный хапуга её не послушал. После этого она ушла из "корпуса".

До этого, в процессе работы, мне не раз пришлось убедиться в её способностях. Я привле кал её к участию в допросах и она ни разу не ошиблась. Вы ведь знаете, что я тоже кое что могу — моя мать тоже ведьма. Но я жалкий подмастерье по сравнению с ней и Шереметьевой. Этот дар полностью передаётся только по женской линии.

— И какое мнение сложилось у Вас о ней?

— Для контрразведывательной работы она не годится. Во время первого допроса я боялся, что она упадёт в обморок, так ей было плохо, хотя она и продержалась до конца и ни разу не ошиблась в определении достоверности полученной информации. Её всю трясло и пришлось влить в неё стакан водки, чтобы пришла в себя. На последующих допросах она держалась гораздо лучше, но я понял — это не для неё. Её профиль, где она может максимально эффективно себя реализовать — это внешняя разведка. Для этого у неё есть все данные, и последующие события подтвердили это. Последние её действия просто поражают: захват штурмовика на вражеской территории с уничтожением экипажа, побег из под стражи с получением при этом необходимой информации в рекордно короткие сро ки, удачный угон того же штурмовика с принуждением к выполнению всех её требова ний. И как апофеоз всему — самостоятельное добывание средств и легализация на чужой планете без чьей либо помощи. Если бы я не знал её раньше, никогда бы не поверил в ре альность всего этого. В лице Шереметьевой мы можем приобрести очень ценного сотру дника службы внешней разведки.

— А как ей удалось бежать? Я смотрел запись видеокамер, установленных в машине, но ни чего не понял. Почему эти два идиота застыли, как статуи, и дали себя нейтрализовать?

— Я консультировался у своей матери. Этот приём называется "взгляд змеи". Оказывается целенаправленное воздействие на психику человека. При этом его охватывает непонятный ужас и временно парализуется двигательная активность без необратимых последствий. Я не знал, что Шереметьева владеет этим приёмом. Подозревал, что она попытается бежать, но никто не думал, что она полностью завладеет инициативой. Ведь ситуация вышла из под контроля. Она очень быстро расправилась со своими конвоирами, за неско лько минут вытряхнула из них всю информацию — мои уроки не пропали даром, и незамеченной добралась до своего трофея. Похоже, она опять применила методику "отвода глаз", так как наши люди её потеряли до того момента, как она захватила штурмовик.

Никто не ожидал от неё такой прыти. С этого момента она полностью завладела иници тивой и диктовала свои условия. Все считали, что она постарается не привлекая внима ния добраться до "Тайфуна" и по быстрому скрыться, пока её не хватились. Там именно её и ждали, подстраховывая от всяких случайностей. Никому даже в голову не пришло, что она захватит трофейный штурмовик "Сункар", стоящий на консервации в другом месте, до предела загрузит его боезапасом и начнёт открыто диктовать свои условия, учинив при этом такой погром и идя на смертельный риск. И всё это только ради освобо ждения своей подруги… Признаться, после этого она выросла в моих глазах и я пожалел, что мы всё это затеяли…

— А что делать, Михаил Генрихович? Сама она никогда бы не согласилась, а такие люди нам очень нужны. Она уникум, и незачем ей постоянно рисковать жизнью в космических боях, гоняясь за противником на истребителе. Главное оружие таких людей — это голова, и в службе внешней разведки от неё будет гораздо больше пользы. Она вышла на связь с "корпусом", вот и будем поддерживать с ней контакт от имени "корпуса". Благо, его деятельность мы контролируем, да простят меня полиция и таможня. Пускай она считает, что действует в интересах "корпуса". Всё ей знать пока не обязательно, а дальше посмотрим. Фактически у нас потенциальный резидент на интересующей нас планете и надо, чтобы она сама пришла к нам. Пускай там обживаются со своей подругой, рожают детей, заводят полезные знакомства, ведут свой криминальный бизнес, а мы поможем им в этом… Хорошо, что Ковальский считал, что его задача — переброска "Тайфуна" и даже не подозревал, что основная цель — это переброска за рубеж самой Шереметьевой. Он заглотил эту наживку, и тайну операции удалось сохранить. Теперь мы можем рассчитывать на новую восходящую звезду нашей разведки — Хризантему. Конечно, мы поступили с ней непорядочно, не спрашивая её согласия, но цель оправдывает средства. Теперь наша задача — не допустить утечки информации, чтобы Шереметьева ничего не узнала.

Пусть считает это закулисными играми адмирала Смирнова и полковника Ковальского.

А мы должны приложить все усилия, чтобы попасть в число её друзей, а не врагов.

Книга вторая Я ВСЕГО ЛИШЬ ВЕДЬМА

Глава 1

Шум прибоя проникал в открытое окно и легкий бриз принес долгожданную прохладу после жаркого дня. Ольга стояла перед зеркалом и разглядывала свое отражение, обтянув спереди платье и прижав его к бокам.

— Да-а-а… Животик уже заметен… Все таки, третий месяц заканчивается. Ну ничего! Как сказала Настя, это же естественное состояние для женщины. Хорошо, хоть никакой отечности и токсикоза нет. Все таки за четыре века медицина шагнула далеко вперед…

Сняв платье и вешая его в шкаф, она только вздохнула, оглядывая свой гардероб.

Все эти облегающие платья, юбки и брюки, подчеркивающие достоинства еестройной фигуры, придется на полгода забыть. Также, как и туфли на шпильках.

Сейчас только широкие свободные платья "балахонистого" покроя и туфли нанизком каблуке. Ребенок прежде всего.

Сев за столик, чтобы снять макияж перед сном, Ольга взглянула на фотографиюв рамке. Фотография была обработана с применением последних технологий ибыли хорошо видны даже мельчайшие детали — звездочки на погонах и заклепкина корпусе подлодки.

— Вот так то, Ваше благородие, господин лейтенант… Если бы Вам тогда сказали, что сегодня Вы будете решать, какие серьги и колье подойдут к Вашему платью, как лучше нанести "боевую раскраску" на физиономию, чтобы это не казалосьслишком вычурным исходя из Вашего "интересного положения", а также какиеблюда заказать, чтобы они не повредили Вашей будущей малышке, Вы назвалибы это пьяным бредом упившегося до поросячьего визга боцмана, — думала Ольга, глядя на молодого бравого лейтенанта Российского Императорского флота, стоящего на палубе лодки вместе с другими членами экипажа. Никто из них еще незнает, что через неделю никого из них не будет в живых… Вот такие поворотыможет выписывать судьба…

Они только что вернулись с Настей из ресторана, где провели вечер в компаниикомиссара полиции Гюнтера Лехмана и его супруги Эммы. Хоть злые языки и поговаривали, что у комиссара с супругой полный отказ от взаимных претензий иони успешно наставляют друг другу рога, внешне это никак не было заметно иони создавали впечатление добропорядочной семейной пары, ибо оба понимали, что если всплывет какой нибудь скандал, это повредит карьере Гюнтера, а следом последуют неприятности и для Эммы, что никому было не нужно.

Настя плескалась в ванной, а Ольга сидела за столиком, снимала макияж и думала.

У нее было сильное ощущение, что их "пасут". Появилось это давно, больше двухмесяцев назад. Когда они только появились на Швейцарии со своими новыми документами, она тоже испытывала беспокойство, но ничего подозрительного незаметила и отнесла это на счет пережитого сильнейшего стресса. Потом какое товремя было тихо. И вот пару месяцев назад происходит неприятный случай. Ольгаподозревала, что она "засветилась". Тогда они гуляли с Настей вечером в парке и на них напал грабитель. Пригрозив оружием и велев не поднимать шума, он потребовал расстаться с деньгами и ценностями.

Что произошло дальше, он так и не понял. Какая то непонятная сила сковала все мышцы, сознание охватил животный страх, а пистолет в ту же секунду оказался в руке черноволосой женщины. В следующую секунду его же пистолет опустился ему на голову.

Ольга обезвредила бандита, сначала лишив способности к сопротивлению своим даром, применив прием "взгляд змеи", а затем ударив в нужную точку, отключив сознание.

Прибывшая полиция арестовала бандита за которым, как оказалось, тянулся уже длинный шлейф преступлений. Так и состоялось их знакомство с комиссаром Лехманом.

Ольга опасалась, что грабитель мог рассказать о том непонятном состоянии, в которомон оказался буквально на пару секунд, но комиссар ничего об этом не сказал. Афишировать свои способности она не хотела. Гюнтер оказался хорошим другом, оказав имнеобходимую помощь юридического характера, просвещая в тонкостях местного законодательства. Для прикрытия Ольга решила создать транспортную компанию, ибо этаработа была ей хорошо знакома еще со времени работы в торговом флоте. Новоявленная компания "Экспресс шиппинг" заработала очень быстро. Взятые в бербоут-чартертри транспортных корабля занимались доставкой грузов, хотя главная их задача была — отмывание денег. "Экспедиции" по доставке контрабанды проходили успешно, принося хорошую прибыль и "Экспедиционный корпус" не мог не радоваться возвращениюв свои ряды такого ценного сотрудника. С координатором "корпуса" на ШвейцарииФранцем Гофманом у Ольги сразу же сложились нормальные деловые отношения ихотя по некоторым вопросам они расходились во взглядах, в целом их работа былаплодотворной. Настю она старалась держать подальше от этих дел. Все шло хорошои вдруг эта попытка ограбления. Но беспокойство у Ольги появилось еще раньше.

Как и всякая мелкая компания, только что появившаяся на свет, "Экспресс шиппинг" заинтересовала местный криминалитет, желающий получать свой "налог". С мелкойшпаной разобрались быстро, кому просто дав пинка, а кому переломав руки и ноги, надолго уложив в госпиталь. Соответствующей охраной своего ценного сотрудника" Экспедиционный корпус" обеспечил. Но были хищники покрупнее. Один из них — местечковый уголовный авторитет Цезарь, настоящего имени которого Ольга не знала, так как их у него было очень много, никак не мог успокоиться. С ним пытались договориться по хорошему, но ничего не получалось. Это была разновидность бандита, у которого амбиции сильно превосходили умственные способности и возможности.

Он поднялся над обычной уличной шпаной, но до настоящих крестных отцов мафииему было далеко. По понятным причинам раскрывать принадлежность "Экспресс шиппинг" к контрабандистам ни Франц, ни Ольга не хотели. В недавнем прошлом Ольга, бывшая офицером флота и привыкшая на войне решать все проблемы радикальнымспособом, посоветовалась с Францем и решила провести операцию, сразу расставиввсех по местам. Затевать разборки на месте было чревато, с полицией дела иметь никто не хотел. Ольга с Настей регулярно встречались с комиссаром, поддерживая дружеские отношения и создавая у того впечатление своей абсолютной лояльности и законопослушности. Вот и теперь, в этот теплый вечер, они посидели в ресторане, засвидетельствовав друг другу свое почтение и сообщив, что на следующий день они с Настей улетают по делам на несколько дней.

Ольга решила встретиться с Цезарем на нейтральной территории, чтобы сразу показать, кто есть кто. Для этого была умело запущена дезинформация, что один из кораблей Ольгидолжен встретиться в безлюдном месте с ее партнерами и оттуда будет выгружена крупная партия наркотиков, за которую тут же на месте будет произведен расчет наличными.

Она надеялась, что Цезарь не устоит перед искушением и постарается завладеть и теми другим.

Местом проведения операции была выбрана планета земной группы Пандора в системе звезды Денеб. Планета оправдывала свое название. Хоть ее атмосфера и была пригоднадля дыхания, но единственный материк планеты, практически полностью опоясывающий ее по экватору, был покрыт тропическими джунглями, полными враждебной человеку фауны. Дальше к полюсам простирались океаны, заканчивающиеся леляными полярными шапками. Люди здесь так и не прижились. Естественно, такое безлюдное гиблоеместо идеально подходило для всякого рода темных дел.

Ольга с удовлетворением наблюдала, как в стане врага началось заметное оживление, которое там всеми силами пытались скрыть. Похоже, Цезарь клюнул на приманку. Никогда раньше не проявлявший интереса к дальним полетам, сейчас он лихорадочнымитемпами готовил свою яхту "Гела" к полету, причем явно не на орбитальную прогулку.

Одновременно арендовал грузовой корабль, полностью заменив экипаж своими людьми.

Ольга разгадала его план. Грабить корабли в открытом космосе — дело очень хлопотноеи ненадежное. Требуется специальное оборудование для абордажа, которое достать нетак то просто, да и цена у него, какую могут позволить себе только государственныесиловые структуры вроде военного флота и полиции. Гораздо проще напасть на корабльна стоянке во время грузовых операций, когда все грузовые люки открыты и экипажзанят. Закрыть люки быстро невозможно и если напасть внезапно, застав экипаж врасплох, то у напавших будут все шансы на успех, особенно при большом численномпреимуществе. Вот Цезарь и собрался устроить засаду на Пандоре. Ведь чего проще — время и место встречи на планете известны, приводной радиомаяк на площадке, где произойдет передача товара, уже установлен. Остается только прибыть на место встречираньше, спрятать корабли где нибудь подальше, замаскировав их, оборудовать позициидля атаки возле места встречи и когда перегрузка будет в самом разгаре — напасть.

В целом план был неплох за исключением того, что он с самого начала был разгаданОльгой. Пока Цезарь собирал своих головорезов и готовил корабли к полету, Ольгас Настей вели обычную жизнь, чтобы не вызвать подозрений. У них уже давно быловсе готово.

Ольга прошла в ванну и с удовольствием растянулась в теплой воде. Какое все такиблаженство! Пока они не вернутся домой, ванны не предвидится. На их "барсике",как она ласково называла их яхту "Барс", никакой ванны не было, только душ. Потому, что и яхтой то "Барс" можно было назвать лищь условно. В прошлом это был военный корабль — штурмовик, предназначенный для удара по крупным кораблям ипланетным объектам и никоим образом не предусмотренный для длительного комфортного пребывания в космосе двух молодых дамочек. Однако для Ольгиных замысловон подходил как нельзя лучше. Сравнительно небольших размеров по сравнению сдругими яхтами, не говоря уже о транспортных кораблях, обладающий мощнымидвигателями, прочным бронированным корпусом и мощным вооружением, он уступал в скорости и маневренности только истребителям. По сути это был летаюшийтанк и он за все время ни разу не подвел Ольгу.

— Ну как, малышка, ты себя чувствуешь? Тебе тоже хорошо, когда мамочке хорошо?

Мурлыкала Ольга себе под нос, нежась в ванне и поглаживая ладонью свой животик.

Она знала, что у нее будет девочка и часто так разговаривала с ребенком.

— Завтра мы вместе с тобой полетим далеко — далеко, чтобы надрать задницу нехоро шим дядям. Ибо, если мы этого не сделаем, эти дяди могут надрать задницу твоей мамочке. Но у них ничего не получится, так как они думают не головой, а задницей.

И тетю Настю тоже возьмем с собой, так как если мы ее оставим, то другие нехоро шие дяди, которые останутся здесь, могут надрать задницу ей, ибо она, как и они, тоже иногда думает задницей. А тетя Настя очень хорошая, я ее очень люблю и мне ее жалко. Поэтому за ней нужен глаз, да глаз…

Когда Ольга выбралась из ванны и прошла в спальню, Настя была уже там. Мягкийсвет ночника заливал комнату, настраивая на романтический лад. Подойдя к щирокойнизкой кровати, Ольга скользнула под одеяло. Она сразу стала мягко, но настойчивопроявлять инициативу, но Настя лежала вся зажатая и не реагировала на ее ласки.

— Настенька, что с тобой? Тебе нехорошо?

— Оля, я боюсь. Так ли это необходимо, что мы задумали?

— У нас нет выбора, Настенька. Мы пытались договориться по хорошему, но эти бан дарлоги не принимают нас всерьез. Для них мы чокнутые бабы, взявшиеся не за свое дело. Я хорошо знаю эту публику. Они понимают один язык — язык силы. Ведь никто не знает, что за нами стоит "Экспедиционный корпус". Иначе бы все поджали хвосты.

А раскрывать это нам не с руки. Пока мы не покажем, что у нас есть реальная сила, мы так и останемся для них парой зарвавшихся баб, которым надо надрать задницу, чтобы не лезли, куда не надо. Мы не можем жить постоянно в состоянии круговой обороны. Наезды на нас не прекращаются. А скоро у нас появятся дети и что тогда?

Если мы сейчас разделаемся с Цезарем, то другие крепко призадумаются. Запомни, Настюша: с сильным садятся за стол переговоров, слабого растаптывают. Это закон джунглей, а мы с тобой сейчас фактически и живем в джунглях, только каменных.

Неужели ты думаешь, что мы не справимся с толпой вооруженных уголовников?

Настюша, это далеко не спецподразделение регулярной армии. Весь их боевой опыт — это бандитские разборки. Когда по настоящему запахнет жареным, они не будут ду мать больше ни о чем другом, как только о спасении своей драгоценной шкуры.

— Но получится ли у нас, Оля?

— Не бойся, Настенька. Я все таки боевой офицер, пилот-истребитель, хотя и бывший.

У меня за спиной семь лет войны. Пять — этой и два — т о й. Триста тридцать семь сбитых машин противника в космических боях. И триста тридцать восьмой — наш "барсик", которого я умыкнула. Хоть опыта участия в сухопутных операциях у меня нет, но мне приходилось наносить удары по планетным объектам и я кое что в этом понимаю. Тем более, наша задача — только поддержка с воздуха. Так что ничего не бойся. "Барсик" нас в обиду не даст.

Настя немного оттаяла и подалась навстречу Ольге, которая стала нежно ласкать ицеловать ее тело.

— Не бойся, Настенька… Все будет хорошо, я тебе обещаю… Это все будет завтра, а сейчас иди ко мне…

В душе Ольга понимала, что все на много сложнее. Справиться со сворой вооруженных бандитов, готовых на все, ой как не просто. Возможны всякие случайности. Операциюразработала целиком она и теперь от успеха зависело очень многое. Сначала она не хотела брать Настю с собой. Но оставлять ее одну в городе было небезопасно. Бандитыуже поняли, что первую скрипку в их дуэте играет Ольга и Настя ее самое уязвимоеместо. После отлета можно было ждать любых неприятностей, вплоть до нападения наих дом. Поэтому самым безопасным местом для Насти будет, как ни парадоксальноэто звучит, ихний "Барс" во время боевой операции. Насте она ничего говорить нестала. Хватит с нее и так переживаний.

На следующий день утром подруги уже были в космопорте Шварцвальда. Ольгасразу по прилету предусмотрительно перерегистрировала "Барс" под флаг Швейцарии и получила для него уже настоящие, а не фальшивые документы. Правда, коегде кое кого пришлось "подмазать", чтобы на их "липу" закрыли глаза, но зато теперь они могли спокойно появляться где угодно и эмиграционно — таможенный контроль в космопорте для них на Швейцарии резко упростился. "Барс" был уже готовк вылету. Сервисная компания, осуществляющая ремонт и техническое обслуживаниеяхт в космопорте, дело знала и Ольга была уверена, что с машиной все в порядке.

Все необходимое было погружено заранее и теперь Ольга с Настей делали вид, чтоотправляются просто на прогулку. Получив разрешение на взлет, Ольга стартоваласо стартовой площадки и "Барс", мерно гудя двигателями, стал набирать высотув пределах отведенного взлетного коридора. Движение было очень плотное и управлялось специальной службой, так что ни о каком лихачестве не могло быть и речи.

Все это будет позже, адреналина будет в избытке, а пока надо усердно изображатьиз себя законопослушных граждан. Ольга не сомневалась, что их отлет не прошелнезамеченным и сейчас Цезарь ломает голову, куда же они направились. Ведь довремени встречи на Пандоре было еще рано. Это как раз и входило в расчеты. Онидолжны быть на месте на много раньше Цезаря, зафиксировать место посадки егокораблей, не выдавая своего присутствия и вместе ждать прилета "экспедиторов".

Далеко в джунгли бандиты удаляться все равно не будут, так как это очень опасно.

Для них хоть бы укрытия на месте перегрузки оборудовать, чтобы прилетевшиеничего не заметили и то хорошо.

Выйдя из зоны управления движением, Ольга еще продолжала полет в обычном режиме. Она хотела удалиться как можно дальше от планеты, чтобы не было свидетелей их ухода гиперпространство. Пусть Цезарь считает, что они отправились просто на увеселительную прогулку. Ведь в конце концов, они будущие мамы и им необходимы положительные эмоции! Удалившись очень далеко, когда космическое пространство вокруг было уже совершенно пустынным, Ольга в последний раз осмотрелась и, никого не обнаружив, включила гипердвигатель, отправив "Барс" черезгиперпространство к Пандоре.

Глава 2

"Барс" вышел из гиперпространства в обычный космос довольно далеко от Пандоры.

Время еще было и Ольга хотела просканировать все пространство вокруг планетына предмет наличия незваных визитеров. Хоть эти места нормальными людьми никогда и не посещались, ибо делать тут было абсолютно нечего, кроме поиска приключений на свою задницу, но не исключалась возможность того, что в этом медвежьем углукто-нибудь вроде Ольги тоже захочет провернуть какую — нибудь махинацию и такиесвидетели были бы крайне нежелательны. Ольга облетела Пандору несколько раз покруговой орбите, сканируя пространство вокруг и поверхность планеты радаром. Чуткаявоенная электроника "Барса" мгновенно засекла бы излучение чужого радара, если бытаковой оказался поблизости, но все было тихо. С высоты орбиты порядка четырехсоткилометров поверхность Пандоры просматривалась очень хорошо. Внешне планетанапоминала Землю и если бы не ее враждебные природные условия на суше, со временем ее можно было бы колонизировать. Когда Пандору открыли, была сделана такаяпопытка. Но через несколько лет, после многочисленных чеовеческих жертв, люди покинули планету. Они проиграли битву с местной природой, пытаясь к ней приспособиться или подчинить себе. Выиграть в этой войне можно было только одним способом — уничтожить всю природу на планете полностью, но на это никто не пошел. Никомуне нужна выжженная бесплодная пустыня. И люди оставили планету. С тех пор наПандоре изредка появлялись только разные темные личности для проворачивания различных махинаций, ибо для этих целей планета подходила идеально. Просканировавпространство и не обнаружив никого, Ольга уменьшила скорость и "Барс" стал снижаться. Вскоре он вошел в плотные слои атмосферы. Пройдя атмосферу и выйдя в горизонтальный полет на высоте тысячи метров, Ольга направила машину к назначенному месту встречи. До условленного времени еще пять суток, бандиты здесь так ранопоявляться не будут, ибо Цезарь не захочет вызывать лишние подозрения своей длительной отлучкой, да и оставить надолго свое криминальное "хозяйство" он побоится, так как никому не доверяет. И в общем то, правильно делает. Вот за это время и надотщательно провести разведку местности с воздуха с небольших высот. О том, чтобыпередвигаться пешком по джунглям, нечего и думать.

"Барс" шел на дозвуковой скорости на высоте одного километра на автопилоте. Внизу, насколько хватало глаз, до самого горизонта простирался океан. Погода была хорошая, облачность отсутствовала и над головой ярко сиял диск Денеба, местного светила.

Ольга с Настей внимательно смотрели вниз, но кроме водной поверхности, испещренной рябью небольших волн, ничего не было видно. Сильного ветра не было и океанбыл спокоен. В толще воды иногда мелькали какие — то тени. Очевидно, местная морская фауна. Океан планеты жил своей жизнью. Ольга сверилась с картой планеты, заложенной в бортовой компьютер. По пути им должны были встретиться два архипелага. Первый был очень далеко от берега и представлял собой голые вылизанные штормовыми ветрами скалы, лишенные какой либо растительности и на которых небыло заметно никаких признаков жизни. Ольга все же ради интереса облетела архипелаг вокруг, но ничего примечательного не обнаружила. Второй архипелаг представлял из себя цепь крупных и мелких островов, покрытых буйной тропической растительностью и находился всего в полутора сотнях километров от материка. Любопытствовзяло верх, Ольга сбавила скорость и снизилась до трехсот метров. Внизу проплывализеленые тропические джунгли, в которых явно кипела жизнь. Местами сплощной зеленый ковер из крон деревьев прерывался, открывая прогалины, покрытые только буйнойзеленой травой и кустарником. Никаких признаков пребывания человека не было.

Ольга уже думала прекратить эту экскурсию по осмотру местных достопримечательностей и начала разворот в сторону материка, как вдруг ее тренированное зрение военного пилота уловило какую то неправильность в этой идиллической картине. Вдали напобережье соседнего острова находился какой — то предмет, явно не имеющий отношения к джунглям. Рефлекс пилота — истребителя сработал мгновенно. Дав полную тягудвигателям, Ольга развернула мащину на цель, активировав все бортовое вооружение.

Но буквально через несколько секунд было понятно, что тревога ложная. Подлетевпоближе и зависнув на высоте двухсот метров, Ольга и Настя стали рассматривать свою находку. Внизу на песчаной полоске пляжа лежал корабль.

— Оля, а вдруг там люди?! — Настя прильнула к обзорному экрану.

Ольга только покачала головой. Корабль, судя по всему, подвергся нападению в космосе или атмосфере. В бортах зияли пробоины, явно полученные не в результате аварийной посадки. Повреждения были очевидно не очень сильными, так как было видно, что корабль не упал, а его пилоту с трудом удалось дотянуть до побережья и совершитьпосадку. Корпус корабля, изъеденный коррозией и покрытый белым налетом морскойсоли, уже частично занесло песком.

— Нет, Настюша. Это балкер типа "Гермес". Их выпуск был прекращен около ста лет назад. Когда я училась в академии гражданского флота, мы изучали все типы судов.

И современных и тех, что были раньше. Судя по его виду, он лежит здесь больше сотни лет. Видно, что на корабль напали, но повреждения не были очень тяжелыми и пилоту удалось совершить посадку. Кто знает, какая драма разыгралась здесь…

Ольга на всякий случай для очистки совести облетела на малой скорости весь районпосадки корабля, но признаков присутствия людей нигде не было. Больше здесь былоделать нечего. Надо было продолжать задуманную миссию. Увеличив скорость и сноваподнявшись до тысячи метров, "Барс" устремился в сторону материка.

Они летели молча. Автопилот выдерживал курс и высоту. Настя, еще не отошедшаяот увиденного, потрясенно молчала. Ольга была занята своими мыслями, далекимиот разыгравшейся когда — то здесь драмы. Надо решать насущные вопросы. Неожиданно на нее напал смех. Она смеялась и не могла остановиться. Настя не на шуткуперепугалась:

— Оля, что с тобой?!

Ольга отдышалась и немного придя в себя, выдала:

— Ничего, Настюша, все нормально. Просто, как подумала сейчас… Рассказать кому из наших ребят на эскадре, обхохочутся. Летит штурмовик, готовый к бою. На борту четыре "Томагавка", способные разнести к чертям четыре корабля и куча снарядов к пушкам. А внутри экипаж машины боевой — две разнаряженные и расфуфыренные беременные бабы, увешанные брюликами. На войну собрались…

Настя улыбнулась. Действительно, несоответствие одного другому было простодикое. Но что поделаешь, раз они ввязались в эту игру, то надо играть дальше.

Обратной дороги уже нет. Через пять дней все решится. Победитель может бытьтолько один и он вернется в Шварцвальд, а побежденный навсегда останется в этих джунглях. Если еще будет кому оставаться…

Когда "Барс" приблизился к побережью материка, погода неожиданно испортилась.

Небо затянули тучи и вскоре хлынул тропический ливень. Потоки воды низвергалисьсверху, видимость резко ухудшилась. Они уже прошли береговую черту и машинамчалась над сплошным зеленым ковром тропических джунглей. Чтобы не рисковать, Ольга набрала высоту и пошла выше облаков, ориентируясь по сигналу радиомаяка.

Лететь пришлось довольно долго. Вскоре облачный фронт закончился и снова внизустал хорошо виден тропический лес. Наконец они прибыли в нужный район. Ольгаснизилась до двухсот метов и пошла на малой скорости в сторону большой прогалиныв тропических зарослях, где был установлен радиомаяк. Место было подобрано идеально. На большой прогалине вполне могли разместиться два транспортных корабляи оставалось еще довольно большое, порядка ста метров расстояние до границы труднопроходимых зарослей. Ближайшая прогалина, где можно было совершить посадку, но значительно меньших размеров, находилась в пяти километрах. Садиться прямона джунгли, ломая деревья, бандиты не будут. Это значит, что им придется не менеепяти километров продираться через тропический лес, полный всяких сюрпризов, крайне опасных для здоровья. А после этого еще сидеть и ждать в этом лесу, пока неприлетит добыча. Впритык по времени засаду не устроишь, ведь можно и не успетьдобраться до места перегрузки. Значит, надо занять позицию для атаки заранее иждать не менее полусуток, а то и больше. И все это в буйных тропичеких джунглях, где все стараются сожрать друг друга и кроме этого полно ядовитой растительности. Воистину, нелегок бандитский труд…

Облетев на малой скорости весь район, Ольга осталась довольна. Теперь надо искатьукрытие самим. Когда прилетит Цезарь со своей бандой, они должны тихо сидеть вджунглях и до самого начала акции ничем себя не обнаруживать. Ольга поднялась выше и стала присматривать место для посадки. В тридцати километрах она обнаружиланебольшую прогалину, где вполне мог разместиться "Барс". Подходить ближе смыслане было. На такое расстояние бандиты все равно не углубятся в лес, а преодолеть этитридцать километров после взлета она сможет очень быстро. Снизившись до сотниметров и несколько раз пролетев над прогалиной в разных направлениях, "Барс" завис в воздухе и стал плавно снижаться. Место было ровное, покрытое толькогустой травой и кустарником. Ольга не стала выпускать шасси и посадила машинупрямо на брюхо. Прочный бронированный корпус штурмовика предусматривал такойвариант посадки именно для подобных случаев, когда надо было действовать из засады, внезапно взлетев и атаковав цель и был риск зацепиться стойками шасси за какие нибудьпрепятствия на грунте. Действительно, противник сконструировал неплохую боевуюмашину. Примяв кусты и траву, "Барс" плавно коснулся поверхности Пандоры.

Подержав какое — то время двигатели на малой тяге в готовности к немедленномувзлету, Ольга внимательно наблюдала за окружающей обстановкой. Но вокруг былатишина. Своим появлением они распугали всех местных обитателей. Грунт был достаточно твердый и "Барс" спокойно устроился на подушке из травы и кустарника.

Наконец убедившись, что все спокойно, Ольга заглушила двигатели и перевела реактор в режим ожидания. В случае чего, они смогут взлететь в течение тридцати секунд.

— Вот, Настюша, мы и на месте! Предупреждаю тебя сразу — всякие прогулки на природе запрещены. Здесь столько всякой ползающе — бегающе — летающей гадости, что не знаешь, что из них хуже. К тому же, многие растения ядовиты. Это в нашем "интерес ном положении" нам совершенно ни к чему. Я сейчас выйду, на всякий случай в ска фандре, установлю маскировочную сеть над "барсиком" и будем мы тут с тобой сидеть внутри тихо, как кошки возле мышиной норы, пока представление не начнется.

— Оля, давай помогу, что ты все сама делаешь, а я вроде пассажира…

— Настюша, ты у меня не пассажир, а второй пилот и кок одновременно! Знаешь мое отношение к камбузным делам, что бы я без тебя делала. Наружу тебе нельзя. Я опасность шкурой чувствую, а ты нет. К тому же вспомни, как я захватила "барсика". Именно потому, что эти три идиота, царствие им небесное, грубейшим образом нарушили полетную инструкцию и оставили корабль без присмотра. За что им огромное спасибо. Но мы то с тобой не дуры, мы умнички и так никогда не сделаем. Поэтому сиди внутри и, если появится какая нибудь большая зверюга, которая захочет мной поужинать, пальни из верхней турельной установки. Хотя бы даже в воздух, этого достаточно, чтобы напугать любого хищника. А то еще в меня попадешь…

— Оля, что ты меня пугаешь?!

— Шучу, Настюша, шучу. Сейчас мы все зверье в округе своим появлением распугали и тут пока никто не появится. Но с наступлением темноты хищники выйдут на охоту и вот тогда надо сидеть внутри и носа не высовывать.

Ольга надела скафандр и вышла через шлюз на поверхность планеты. Можно было бывыйти просто через люк, но вдруг заползет какая нибудь гадость. С той же целью одетскафандр. Беременной бабе вообще то положено дома сидеть, а не устраивать боевыеоперации по уничтожению бандформирований, лично осуществляя прикрытие этихопераций с воздуха. Но коли уж так все далеко зашло, то надо предпринять максимальные меры предосторожности.

Она шагнула вперед, ступив на зеленый ковер под ногами. Трава поднималась почтидо пояса. Внизу что — то шуршало и ползало, издали из зарослей доносились треск, визги и писки — обычные звуки тропического леса. Никаких крупных животных видно не было. Подняв пластиковый контейнер вертикально, Ольга нажала на спуск и вто же мгновение большая маскировочная сеть, уложенная внутри, вылетела вверх.

Взлетев выше деревьев, она раскрылась и накрыла как куполом всю прогалину, надежно укрыв стоящую внизу машину. Края сети легли на кроны деревьев, прочно зацепившись за них, и никакой ветер уже не смог бы ее сорвать. Это была одна из военных разработок. В нужный момент сработают по радиосигналу пиропатроны и сеть будет отброшена в сторону, открыв дорогу "Барсу" для взлета. Сейчас же он совершенно спокойно мог стоять под сетью сколько угодно не опасаясь, что будет обнаружен с воздуха. Сверху сеть очень точно имитировала тропические джунгли. Бандиты при всемжелании не смогут их обнаружить, если только не свалятся им прямо на голову.

Отбросив использованный контейнер в сторону, Ольга огляделась. Совсем близконачинался девственный тропический лес. Деревья уходили в высоту, сплетаясь кронами. Внизу был сплошной ковер из растений, похожих на папоротники. Кое гдевиднелись крупные яркие цветы. Жгуты лиан опутывали стволы деревьев. В чащечто — то скрипело, визжало, хрюкало и перепрыгивало с ветки на ветку. Это был другой мир со своими законами, в котором человеку не было места. Он попробовал подчинить себе этот мир и проиграл. Углубляться в чащу, удаляясь далеко от корабля, было не разумно. Да и делать там нечего, можно только нарваться на неприятности.

Ольга чувствовала, что из чащи за ней наблюдают, причем явно не с добрыми намерениями. Местные обитатели сейчас решали вопрос, что это за гудящая штука свалилась сверху и что за чудище вышло из нее наружу. Является ли оно добычей, илинаоборот, можно самому стать добычей. День уже клонился к закату. В тропикахтемнота наступает быстро, сумерки тут очень короткие. Скоро местные хищникивыйдут на охоту. Решив больше не испытывать судьбу, Ольга вернулась на корабль.

Выбравшись из скафандра, она прошла в кабину и села в командирское кресло.

Надо было установить связь с беспилотными роботами — разведчиками, оставленными здесь "экспедиторами" вместе с радиомаяком. Это были небольшие летательные аппараты, способные практически бесшумно производить разведывательные полеты на различных высотах и трудно обнаруживаемые радарами только на малых дистанциях. Разведку они могли вести как самостоятельно, так и управляться дистанционно с пославшего их корабля, непрерывно передавая информацию. "Экспедиторы" всегда применяли такие аппараты для разведки местности перед посадкой. Стоили они дорого, но свое назначение выполняли исправно, всегда заранее предупреждая огрозившей опасности. А кто в этом бизнесе начинает экономить на безопасности, тот долго не живет. Сейчас три робота были оставлены на трех возвышенностях, расположенных вокруг радиомаяка в радиусе двадцати километров. Бандиты не будут уходить дальше, иначе им придется пробиваться через лес очень долго. А высадиться прямо на площадку, где назначено место встречи и увести после этого корабли в другое место они не могут, так как неизбежно останутся следы, хорошо видимые своздуха. Когда их корабли будут совершать посадку, радары роботов работать не будут. Вся их аппаратура, работающая на излучение, будет молчать, чтобы не демаскировать себя. Ведь бандиты тоже не дураки и будут подстраховываться, стараясь обнаружитьимеющиеся вокруг источники радиоизлучения. Аппаратура роботов будет работатьтолько на прием, отслеживая движение кораблей Цезаря. Когда посадка будет совершена, вся полученная информация будет сжата в пакет и выдана в эфир за доли секунды. После этого она будет принята и обработана бортовым компьютером "Барса" и точное место посадки бандитов будет зафиксировано на карте. Роботы перейдутв режим ожидания, непрерывно ведя прием информации об окружающей обстановке и без специальной команды "Барса" проявлять себя никак не будут.

Ольга набрала заранее переданные ей коды и выдала их в эфир, устанавливая контрольнад роботами. Роботы тут же подтвердили прием кодов о приоритете командованияи сообщили о готовности к работе. Вся подготовительная часть операции была сделана. Теперь надо было ждать гостей.

Между тем уже наступила ночь. Ольга с Настей сидели в кабине, уставившись в обзорные экраны. Вокруг корабля мелькали какие то тени. Звуки всего, что происходило вокруг, транслировались в кабину. То и дело раздавались какие — то визги и вопли, обрывающиеся на высокой ноте. Все было предельно ясно. Кого — то только что съели.

Это был жестокий безжалостный мир, в котором работало правило: либо съешь ты, либо съедят тебя. В темноте трудно было что либо разобрать, поэтому Ольга включила инфракрасную аппаратуру ночного видения. Перед ними предстала картина ночнойжизни тропических джунглей во всем ее многообразии. Множество различных существ, больших и маленьких сновали вокруг, выслеживая добычу, или сами становилисьдобычей. Гомон не умолкал. Неожиданно все стихло, как будто кто — то выключилзвук. Всякое движение вокруг корабля прекратилось. Подруги сначала ничего не поняли, но скоро причина появилась перед ними. Огромный зверь, ростом не менее трехметров, вышел из чащи и направился к кораблю. Не смотря на внушительные размерыхищник передвигался совершенно бесшумно. В том, что это хищник, не было никакихсомнений. Мощное тело венчала крупная голова с большой пастью, полной страшныхпилообразных зубов. Зверь отдаленно напоминал земного тиранозавра, но только меньших размеров и со значительно более развитыми передними конечностями. Очевидно, это был хозяин здешних мест, не имеющий естественных врагов. Последнее звено впищевой цепочке этого мира. Встреча с таким не сулила ничего хорошего. Подойдявплотную к кораблю, зверь обнюхал его и даже поскреб корпус передней когтистойлапой. После этого очевидно решил, что появившаяся здесь штуковина несъедобна идобычей не является, но также и сама не проявляет признаков агрессии, а потомуего господству на данной территории угрожать никак не может. Удовлетворив своелюбопытство, зверь развернулся и исчез в чаще также бесшумно, как и появился. Сразу вокруг возникло интенсивное движение и звуки ночных джунглей заполниликабину.

— Ух!!! Не дай бог приснится такое! — Настя только сейчас перевела дух.

Ольга тоже была поражена увиденным. Ни разу еще не приходилось встречаться стаким созданием, совершенной живой машиной уничтожения. И надо думать, такихмашин тут много. Не удивительно, что люди ушли отсюда. Хорошо, что им большене нужно выходить из корабля наружу. Встреча с таким "аборигеном" однозначнозакончится его ужином. Или завтраком, смотря по времени суток. А вот бандитамне позавидуешь. Пробираться через лес, где ходят такие "аборигены", чревато.

Ведь его, пожалуй, даже из пулемета не сразу свалишь. Ой, Цезарь, зря ты взялсяза это дело! Собирал бы и дальше дань с проституток и уличных торговцев, приторговывал бы наркотиками через своих шестерок да и жил спокойно не мешая ни себе, ни другим. Плохо эта авантюра может для тебя закончиться. Ведь настоящие джунгли и каменные — это две большие разницы. Здесь, в случае чего, врага из — за угла не подстрелишь и "на лапу" никому не дашь. Здешние жители взяток не берут и запугивать их бесполезно. Они сами кого хочешь напугают.

Ольга уменьшила звук и повернулась к Насте:

— Все, Настюша. Первую часть плана мы сделали. Позиции разведаны, "барсик" надежно укрыт, командование над роботами принято. Теперь только ждем глав ных действующих лиц и до последнего момента ничем себя не обнаруживаем. Слава богу, нам больше наружу выходить не надо. Никчему нам встречаться со здешними "аборигенами". Цезарь так далеко от места встречи сюда не сунется. Так что у нас впереди пять дней ожидания.

— А что же мы будем делать?

— Отдыхать, следить за окружаюшей обстановкой, не включая аппаратуру на излу чение. Хоть отоспимся спокойно. А то все время быть на взводе ожидая, что этот уголовный наполеончик что нибудь выкинет. А сейчас быстренько в душ и в каю ту! Время позднее. А мы все таки будушие мамы и нам надо соблюдать режим.

— Оля, так вроде спать еше рано?

— Настюша, ты собралась спать?! Когда мы наконец то выбрались из этого гадюш ника, набитого бандитами и именуемого Шварцвальдом и можем спокойно отдох нуть не беспокоясь ни о чем?

— Оля, я же думала, что ты устала и захочешь сегодня отдохнуть. Ведь сколько време ни в полете и ты же долго в ручном режиме пилотировала.

— Так вот и отдохнем! Ух, как отдохнем!!! Зря мы что ли перепланировку каюты де лали, такой шикарный траходром установили? Давай быстренько раздеваемся и в душ! Не ванна конечно, но сойдет. А затем быстренько в каюту и будем отдыхать. Выспаться потом успеем.

Глава 3

Три дня на Пандоре прошли спокойно. Местные обитатели уже привыкли к появившейся неизвестно откуда штуковине и не обращали на нее внимания. Подруги отсыпались, "отдыхали" и днем по очереди дежурили в кабине, следя за окружающей обстановкой. Ольга была уверена, что ночью Цезарь на посадку в джунглях не решится.

Вся аппаратура, работающая на излучение, была выключена. "Барс" притаился вджунглях, как его земной тезка, выслеживающий добычу. Наконец на четвертый деньдетекторы "Барса", регистрирующие чужие радиосигналы, обнаружили присутсвиеприближающихся "гостей". Два корабля вошли в атмосферу планеты и направлялисьпрямо к месту встречи, прощупывая окружающее пространство радарами. Обнаружения металлического корпуса "Барса" радаром Ольга не боялась, так как за время попытки колонизации планеты люди оставили в джунглях огромное количество железногохлама, который сейчас создавал сильные помехи. Обнаружить можно было только источник радиоизлучения.

Ольга сидела в кресле командира и внимательно следила за приборами. Все шло так, как она и предполагала. Цезарь даже не стал маскироваться, и сейчас на экране автоматической идентификационной системы "Барса" — АИС, работающей только в режиме приема, высвечивались названия двух его кораблей — яхты "Гела" и небольшого балкера" Сарацин" с ихними кодовыми опознавательными номерами и всеми данными.

Ольга только улыбнулась. Ох, Цезарь, не за свое дело ты взялся. Ведь здесь не Швейцария, где за попытку скрытия информации путем выключения автоматической идентификационной системы грозит крупный штраф. Здесь Пандора, где у кого длиннеествол, тот и прав. АИС можно было бы и выключить, или внести туда какие — нибудь липовые данные. Местные "аборигены" за это штрафовать не будут. В самом худшем случае — просто съедят.

Между тем корабли снизились и приборы "Барса" потеряли их из виду, регистрируятолько наличие радиосигналов. Сейчас наблюдение вели роботы — разведчики, находящиеся на возвышенностях. Спустя какое то время активность сигналов резко снизилась, а затем и вовсе прекратилась. Было ясно — корабли совершили посадку. Когда все успокоилось, Ольга дала команду роботам и они выдали в эфир сжатые пакеты информации.

Перехвата она не боялась. Передача велась несколько сотых долей секунды и на гражданских судах такой аппаратуры нет. Все таки, боевое прошлое "Барса" здорово выручало. Несколько секунд ушло на обработку информации бортовым компьютером и вскоре Ольга с Настей смогли воочию полюбоваться красочным зрелищем посадки двухкораблей в джунглях. Компьютер просуммировал информацию, полученную из трехразных точек наблюдения и определил точное место посадки кораблей, нанеся его накарту. Предположения Ольги оправдались. Цезарь выбрал ближайшую прогалину впяти километрах от места встречи, с трудом уместив там два корабля. Как вы все такибываете предсказуемы, господа бандиты. Теперь вам нужно замаскировать корабли, пройти пять километров по местным джунглям, постараясь не вступить в конфликт сместными жителями, за светлое время суток успеть оборудовать позиции для атакии пережить ночь в джунглях. Поскольку встреча назначена на завтра с рассветом и всястоянка с перегрузкой товара займет не больше часа, а за это время вам при всем желании не пройти пять километров по джунглям от своих кораблей. А идти по местнымджунглям ночью, чтобы выйти с рассветом к месту встречи, это надо быть отмороженным на всю голову. Еще раз внимательно просмотрев запись, Ольга обратила внимание, что после посадки "Гелы" не было видно, а верхняя часть корпуса "Сарацина" немного возвышается над кронами деревьев, ибо корабль был довольно крупный.

Значит, замаскировать его будет очень сложно. Особой трудности для выполнениязадуманного плана это не составляло, ибо "экспедиторы", которые прилетят завтра, все равно не "заметят" изменений в окружающем ландшафте. Но все таки, Цезарь, бандитствовал бы ты лучше и дальше по мелочи, как раньше. Не для тебя эти игры…

На следующий день рано утром подруги были уже на ногах и заняли место в кабине. За ночь ничего интересного не произошло. Вокруг корабля также бурлила ночнаяжизнь и что происходило в лагере Цезаря было не известно. Во всяком случае, и" Гела" и "Сарацин" оставались на месте. Роботы никак себя не проявляли и ждалидальнейших команд. По идее, бандиты уже должны были занять позиции в джунгляхвокруг площадки. Интересно, как у них прошла ночь. Ольга была уверена, что безстычек с "аборигенами" не обошлось. По предварительным данным у Цезаря былооколо четырех сотен бойцов, вооруженных до зубов. Он знал, что экипажи всехкораблей "Экспресс шиппинг" составляют двадцать пять — тридцать человек. Примерно столько же должно быть и на прилетевшем корабле партнеров по криминальному бизнесу. Иными словами, у него будет многократное превосходство в численности плюс внезапность нападения. Бандиты имели все шансы на успех.

Детекторы "Барса" засекли излучение чужих радаров. На экране АИС высветилисьназвания и данные приближающихся кораблей. Ольга улыбнулась. Ее уловка с АИСсработала опять. Название одного из кораблей — "Вундерланд" соответствовало названию одного из кораблей Ольги, но это был однотипный сухогруз "экспедиторов",АИС которого была перепрограммирована и сейчас он с успехом играл роль "Вундерланда", находящегося совсем в другом месте. "Экспедиторам" прятаться нуждыне было и их аппаратура работала с полной нагрузкой, забивая эфир массой информации. В том числе транслируя изображение места высадки и всего, что творилосьвокруг. Эта информация тут же принималась аппаратурой "Барса" и выводиласьна экран, так что Ольга и Настя наблюдали за всем процессом посадки в режимереального времени. Ольга видела, что бандитам так и не удалось хорошо замаскировать "Сарацин". Над той прогалиной, где находились корабли бандитов, возвышался холм уж очень правильной геометрической формы, который не мог не привлечь внимания.

Корабли по очереди совершили посадку недалеко друг от друга, продолжая "засорять" эфир. В борту каждого открылось по одной грузовой аппарели и из одгоговыехал погрузчик с контейнером. Людей не было видно. Погрузчик, мерно гудя двигателем, направился в сторону грузового люка другого корабля. Ольга ужеперевела реактор "Барса" в режим готовности к немедленному взлету. Командана удаление сети — сработавщие пиропатроны отбросили ее в сторону. Над головой снова было синее небо. Прятаться больше не зачем. Пока все спокойно. Команда на запуск двигателей. "Барс" ожил и приподнялся над поляной. Ольгаподняла машину чуть выше крон деревьев и зависла в воздухе. "Барс" был готовк прыжку. На экране подруги видели всю панораму событий, разворачивающихся на месте высадки, транслируемую кораблями "экспедиторов".

Корабли стояли на площадке не очень далеко друг от друга. Вокруг была тишина. Погрузчик с контейнером преодолел половину расстояния между кораблямии тут из джунглей ударила пулеметная очередь, прошив его кабину и двигательный отсек. Поврежденный погрузчик дернулся и остановился. Одновременнопулеметные очереди ударили по сервоприводам грузовых аппарелей, выводя ихиз строя. Теперь закрыть их без ремонта было невозможно. Несколько осколочно фугасных гранат, выпущенных из гранатометов из джунглей, прочертив в воздухедымные шлейфы, влетели в грузовые люки кораблей и взорвались внутри. Ни одинчеловек, находящийся в этот момент в грузовом отсеке, не смог бы уцелеть. Пулеметымежду тем ударили по просветам грузовых люков, пресекая всякую возможность сопротивления. Из джунглей выбежало несколько сотен вооруженных людей и бросилиськ кораблям. Все прекрасно знали, что гражданскому судну для подготовки к взлетутребуется не менее десяти минут. Это не военный корабль. За это время можно многораз преодолеть расстояние от кромки леса до кораблей и ворваться внутрь под прикрытием пулеметов. Никто из атакующих не сомневался, что успех уже почти достигнут…

Ольга дала полную тягу двигателям и "Барс" рванулся вперед. Она не стала подниматься высоко и шла на высоте двухсот метров. Одновременно по команде роботы — разведчики взлетели вверх и зависли на высоте тысячи метров, отслеживая обстановку.

Ольга видела на экране, как атакующие уже почти добежали до грузовых аппарелейи вот — вот ворвуться внутрь кораблей. И тут неожиданно из грузовых люков высунулись остроносые морды гусеничных бронетранспортеров. Они выехали передней частью на аппарели, полностью перекрыв своим корпусом просветы люков и открылиураганный пулеметный огонь по нападавшим. Пули атакующих лишь высекали искры из их брони, не причиняя никакого вреда. Бандиты опешили. Победа, казавшаяся несколько секунд назад уже достигнутой, ускользала из рук. Они уже бежали плотной толпой, готовые ворваться внутрь кораблей и пулеметы бронетранспортеров собрали обильную жатву, выкашивая ряды нападавших десятками. Поняв, что угодили в заранее подготовленную ловушку, атакующие залегли, отстреливаясь, но спрятаться на открытой площадке было негде и их ряды таяли с каждой секундой. Внезапно послышался гул работающих двигателей и с неба ударили очереди автоматических пушек, перемалывая все вокруг кораблей. "Барс" на малой скорости обошелвсю площадку, поливая все вокруг с высоты двухсот метров смертоносным огнем.

Это решило все. Бандиты в панике бросились назад в джунгли. Но очень немногиесмогли достичь спасительных зарослей. Ольга направила штурмовик в сторону джунглей и прошлась из пушек по кронам деревьев по пути предполагаемого отходабандитов. Бой закончился. Вся площадка вокруг кораблей была усеяна растерзанными телами вперемешку с грунтом. У местных жителей сегодня ночью будет настоящий пир. Теперь надо было разобраться с кораблями Цезаря. Ольга видела, что маскировочная сеть с "Сарацина" уже убрана и он готов к взлету. Там сразу поняли, чтозатея провалилась и надо уносить ноги. Бандитов, уцелевших после атаки и сейчасспешащих к своим кораблям, ждать никто не будет.

"Сарацин" взлетел и на форсажном режиме стал набирать высоту, чтобы скорее выйти из атмосферы и попытаться уйти. На нем прекрасно видели и опознали "Барс" изнали, что с этой машиной шутки плохи. Дав полную тягу двигателям, Ольга бросилась на перехват.

— "Сарацин", немедленно вернуться и совершить посадку, или будете уничтожены! — приказала Ольга на дежурном канале радиосвязи. Но "Сарацин" не ответил и продолжал всеми силами пытаться уйти, хотя там и понимали, что это бесполезно. Никакое гражланское судно не может тягаться в скорости с военным кораблем. Пустьдаже и бывшим. Ну что ж… На войне, как на войне. Ольга поймала корабль в прицел и выпустила один "Томагавк". Метнулся огненный хвост ракеты и через пятьсекунд в небе вспыхнула яркая вспыщка. В следующее мгновение "Сарацин", описав дугу, огненной кометой несся вниз. Проводив его взглядом до момента паденияв джунгли, Ольга развернула машину и направила ее вниз. Оставалась еще "Гела".

Там видели, что случилось с "Сарацином" и взлетать не спешили. Ольга снизиласьдо пятисот метров и зависла в воздухе, держа под прицелом "Гелу".

— Цезарь, ты там еще живой? — спросила она на дежурном канале. Ответ последовалнезамедлительно.

— Миллер?! Так ты специально все подстроила?! — А ты что, думал, что я буду спокойно сидеть и ждать когда ты перережешь нам глотки?

— Слушай, Миллер, ведь мы же деловые люди, давай договоримся! Я же не знал, что ты с серьезными людьми связана.

— Теперь знаешь. И договариваться нам не о чем. Я уже пыталась с тобой догово риться…

— Подожди, Миллер! Давай решим этот вопрос. Падла буду, никогда тебе ничего плохого не сделаю! Хочешь, давай вместе работать будем?

— А ты и есть падла, Цезарь! Скольким ты уже обещал и слово не держал. В общем, так. Даю тебе и твоим бандюкам пятнадцать минут на эвакуацию. Возьмите все, что вам надо и проваливайте. Через пятнадцать минут спалю твою жестянку.

— Что же ты беспредельничаешь, сука?! Мне же здесь хана будет!!! — Ну, это твои проблемы, Цезарь. И кто из нас беспредельничает? Я тебя не трогала.

Это ты на меня наезжать начал. Объясняли тебе, но ты своей тупой башкой так ничего и не понял. И сюда на Пандору тебя никто не звал. Сам приперся. Давай торопись, время идет.

— Слушай, Миллер, человек ты или нет?! — Цезарь, а может мне прямо сейчас пальнуть, чтобы разом решить все твои про блемы? Ты только скажи, мне для тебя ничего не жалко. Твою колымагу я уни чтожу в любом случае. Но только либо вместе с вами, либо без вас. Решать вам.

Радио замолчало. "Барс" висел на одном месте, хищно нацелившись на стоявшуювнизу яхту. Впервые за долгое время после попадания в руки Ольги ему выпаларабота, для которой он в общем то и предназначался, как штурмовик. И с этой работой он справился неплохо. Ольга сидела молча и смотрела на обзорный экран.

Напряжение боя спало.

— "Дюссельдорф"… Совсем, как тогда…, - неожиданно сказала она с тоской в голосе.

— Оля, ты о чем? — не поняла Настя.

— "Дюссельдорф". Валовая вместимость десять с половиной тысяч регистровых тонн. Порт приписки Гамбург. Экипаж сорок два человека. Год постройки 1910…

— Это было на войне? На т о й войне?

Настя знала, как Ольге тяжело вспоминать прошлое. Но сейчас ей очевидно нужнобыло выговориться.

— Да, Настюша. Мы вели боевое патрулирование на выходе из Ботнического залива в Балтийское море. Мы знали, что германские транспорты занимаются доставкой железной руды из шведкого порта Лулео в Германию и нашей задачей было унич тожение таких транспортов. Это была наша последняя победа… Он пытался про рваться в Балтику, идя вдоль шведских берегов. Мы догнали его в надводном положении и приказали остановиться, дав предупредительный выстрел из палубного орудия. Ничто нам не мешало сразу отправить его на дно и никто бы нас за это не осудил. Ведь для этого мы здесь и находились. Шла война и перед нами были враги. Но это были обычные моряки торгового флота. Простые труженики моря. У них не было оружия и они не могли оказать нам никакого сопротивления. Это было бы просто хладнокровное убийство. У командира не поднялась рука…

Мы приказали им спустить шлюпки и покинуть судно. Шведский берег был недалеко, погода была тихая и они спокойно могли туда добраться. Мы лежали рядомв дрейфе и ждали, когда они отойдут от обреченного судна. Мы проверили судовые документы и судовую роль. Их было сорок два человека. Мое место по боевойтревоге в надводном положении, как старшего офицера, было на верхнем мостике.

Когда шлюпки отошли на безопасное расстояние, мы выпустили торпеду. Попадание пришлось в машинное отделение, пароход затонул в течение десяти минут.

Я никогда не забуду, как эти люди, уходя на шлюпках, махали нам фуражками.

Они прекрасно понимали, что мы подарили им жизнь…

— А дальше?

— А дальше лодка подорвалась на мине и я умерла…

— Оленька, прости меня дуру! Я ведь знаю, как тебе это тяжело вспоминать!

— Ничего, Настенька… Это надо помнить. Тот, кто забывает прошлое, обречен на его повторение. Все таки мне грех жаловаться на судьбу. Ведь мне подарили вторую жизнь… Кстати, вернемся к нашим баранам. Эй, Цезарь! Осталась одна минута! Люк в борту "Гелы" открылся и человек пятнадцать бандитов с поклажей выскочили наружу и бросились в джунгли. Когда пятнадцать минут истекли, Ольга несколькими очередями превратила красавицу "Гелу" в груду пылающих обломков. Теперь никто из прилетевшего воинства Цезаря не мог покинуть Пандору.

"Барс" развернулся и на малой скорости пошел к месту посадки кораблей "экспедиторов". Здесь уже вовсю кипела работа. Поврежденные механизмы закрываниягрузовых аппарелей демонтировались и заменялись на новые. Поврежденный погрузчик уже отбуксирован внутрь, радиомаяк убран. Четыре бронетранспортера выехали наружу и стали в каре вокруг кораблей, направив стволы пулеметов на джунгли. Иногда там мелькали фигуры бандитов, но тут же загонялись пулеметнымиочередями обратно в заросли. Пленные "экспедиторам" были не нужны. Они прекрасно понимали, что их ждало, если бы Цезарю удалась его авантюра. Благодаряплану, разработанному Ольгой, никто из экипажей двух кораблей не пострадал.

Во время открытия люков в грузовых отсеках не было ни одного человека и разрывы гранат никому не причинили вреда, а экипажи бронетранспортеров были надежно защищены броней своих машин. Погрузчик, пострадавший больше всех, управлялся дистанционно и в кабине никого не было. Ольга снизилась до сотни метров истала барражировать на малой скорости над джунглями по периметру посадочнойплощадки. Мало ли что. Но все было тихо. Подавляющая часть Цезарева войскалежала сейчас под ними. Настя увеличила изображение, приблизив картину того, что было внизу. Сказать, что это была мясорубка, это значило не сказать ничего. Насте стало дурно.

— Оля, неужели мы это натворили?!

— Это война, Настюша. Штурмовка с малых высот. Бывает и похуже.

— Их же там несколько сотен!

— Настюша, ты считаешь неправильно. Мы избавили город от нескольких сотен убийц. Ведь они прилетели сюда, на край света, чтобы убивать. Никто их сюда не звал. Неужели ты думаешь, что они оставили бы в живых кого — то из экипажей? Таким людям не нужны свидетели.

— Но ведь мы убили их!

— Если бы мы этого не сделали, они бы убили нас. Это война, Настюша. И не мы ее начали.

Ремонт кораблей был закончен через час. Бронетранспортеры вползли обратно вовнутрь и грузовые люки были закрыты. Ольга передала командование роботами — разведчиками и они вернулись к кораблям, пристыковавшись в специальных нишах.

Корабли по очереди стартовали и быстро покинули атмосферу планеты. "Барс" допоследнего момента барражировал над лесом, прикрывая взлет, готовый подавить любые попытки помешать этому. Наконец подруги остались одни. Операция былапроведена блестяще. Больше здесь было делать нечего, пора возвращаться домой.

Ольга увеличила тягу двигателей и "Барс" начал набирать высоту. Торопиться былонекуда и она решила еще раз облететь планету на низкой орбите.

— Прощай, Цезарь, если ты меня слышишь! — сказала Ольга в эфир.

Настя смотрела на нее во все глаза с нескрываемым удивлением и восхищением.

Она уже пришла в себя после увиденного. Во время боя думать было некогда, она всецело была поглощена происходящим и вот только теперь пришло осмысление. Это было еепервое участие в боевой операции, хотя бы даже и в качестве наблюдателя. Ольга строго настрого приказала ей сидеть в кресле второго пилота и ничего руками не трогать.

— Оля, тебе надо адмиралом быть! Такую операцию разработать, буквально за несколько минут расчехвостить такую свору бандюганов и без потерь! — Ну во первых, Настюша, несколько минут был сам бой, а до этого пришлось провести большую подготовительную работу что нам, что ребятам на кораблях. Надо было точ но выбрать место и время, подготовить оружие, установить радиомаяк и роботов. Также надо было очень тонко запустить дезинформацию, чтобы Цезарь поверил и клюнул.

Нам тоже нужно было занять позицию заранее так, чтобы эти бандюки ничего не за подозрили, иначе бы все сорвалось. Так что то, что ты видела, когда мы утюжили пло щадку из пушек — это лишь вершина айсберга всей проделанной работы. Ну а во вторых… Кто знает… Если бы не шпионские игры пана Ковальского, то может быть когда — нибудь и стала бы… А так, благодаря ему, мы беглые преступники. Жаль, что не удалось выяснить, что же задумали жандармы. Какая была конечная цель всей этой махинации с "Тайфунами"… Да и черт с ними! Мы с тобой живы и на свободе и это главное. Сейчас у нас задачи поважнее. Нам через полгода рожать. Ой, Настюша, боюсь! Страшно. Как ты меня не успокаиваешь, а все равно страшно…

— Оля, вот ты прямо, как Фома неверующий! Я же тебе говорила, что сейчас это прохо дит совершенно спокойно и безболезненно, совсем не так, как рожали женщины в то твое время. Я ведь врач и прекрасно это знаю.

— Верю, Настюша… А все равно стра-а-а-шно!!!

Глава 4

Обратный полет прошел без приключений. Совершив посадку на яхтенном терминале, подруги вели себя, как будто вернулись с увеселительной прогулки. Неприятной новостью для Ольги явилось то, что техники сервисной компании, обслуживающей яхты, обратили внимание на внешний вид "Барса". Во время штурмовки по нему тоже стреляли из десятков стволов, и хотя никакого вреда бронированному корпусу это нанести немогло, краска была содрана до металла во многих местах, что для обычной яхты былоочень странно. Во время военной службы Ольги технический персонал даже не обрашал внимания на такие мелочи, подкрашивая машины после каждого вылета, ибо вбоевой обстановке это было обычным явлением. Для гражданской же яхты это былосовершенно необъяснимо и техники удивленно ходили вокруг и пожимая плечами, спрашивали:

— И где же это Вас так угораздило, мадам?

Выдумав на ходу какую — то совершенно бредовую историю о попадании в метеорный поток, Ольга заказала полную покраску "Барса". Начальник технической службы, до этого много лет прослуживший в военном флоте и для которого подобные вещибыли не в диковинку, только хмыкнул и подозрительно посмотрел на Ольгу, но ничегоне сказал.

Совершенно неожиданно этот эпизод сослужил подругам хорошую службу. В криминальных кругах все знали о сложных взаимоотношениях Цезаря с "Экспресс шиппинг" ио том, что он готовит какую — то акцию. И тут неожиданно возвращается хозяйка фирмывся в благодушном настроении на машине, явно побывавшей под обстрелом. А Цезарьсо своей бандой и двумя кораблями куда — то пропал. Из этого были сделаны правильные выводы, что эти две хорошенькие дамочки, которых раньше никто не принималвсерьез, не так просты, как кажутся. Желающих погреть руки на "Экспресс шиппинг" резко поубавилось. Попробовала было поднять шум транспортная компания — владелец" Сарацина", лишившаяся своего корабля. Ольга сначала сделала круглые глаза, спрашивая, при чем тут собственно они с Настей, никакого отношения к аренде "Сарацина" не имеющие. Видать у компании рыльце было в пушку и они что — то знали о готовяшейся авантюре Цезаря. Когда представители компании стали вести себя некорректно, Ольга заявила, что раз господа так себя ведут, то очевидно имелся преступный сговормежду владельцами "Сарацина" и известным уголовником по кличке Цезарь, направленный против "Экспресс шиппинг" и судя по всему затея провалилась, ибо иначе прибывшие господа никаких претензий бы не предъявляли. Поэтому сейчас она вызываетполицию и подает официальную жалобу на противоправные действия вышеуказанныхгоспод. После этого вышеуказанным господам оставалось только убраться не солонохлебавши. Напоследок Ольга сказала им, что если они и дальше будут якшаться с уголовниками, то потеряют и все оставшиеся корабли. Полиция никакого интереса к этому делу не проявила, а наоборот вздохнула с облегчением, когда доставлявший много хлопот Цезарь отбыл в неизвестном направлении со всей своей бандой и не вернулся.

Единственные, кто был рад до умопомрачения в этой ситуации, это бывший экипаж "Сарацина", который Цезарь заменил перед отлетом на своих приближенных. Эти люди были профессионалами и им не надо было ничего объяснять. Они прекрасно понимали, что "Сарацин" погиб и они сами чудом избежали гибели.

Следующие дни шли однообразно. Ольга занималась делами фирмы, по вечерам подруги совершали обязательные пешие прогулки, иногда встречаясь с Гюнтером и Эммой.

Ольга догадывалась, что Лехман сразу понял, что случилось, но вида не подавал. Длянего самого, как для комиссара полиции, местные уголовные наполеончики создавалимассу проблем. И если их количество поубавится, то он будет этому только рад.

Один раз он даже как бы в шутку, хитро улыбнувшись, сказал:

— Ольга, больше там на Вас никто из этой шпаны не наезжает? А то, может опять слета ете на прогулку? Мы за счет комиссариата полиции яхту Вам потом покрасим.

В один ясный погожий день подруги решили посетить приморский ресторанчик "ДарыНептуна", где была великолепная кухня и всегда свежие морепродукты, только что доставленные с промысла. Настя убедила Ольгу, что дары моря в ихнем положении сейчасочень полезны и они были здесь частыми гостями. И надо сказать, оно того стоило.

Вот и сейчас они сидели за столиком, лакомясь местными крабами, аппетитно лежащихна тарелках в окружении свежих овощей и фруктов. Ресторанчик в это время дня былпочти пуст и подруги с удовольствием наслаждались тишиной и великолепным вкусомместной морской фауны, непринужденно болтая о своем о женском.

У Ольги с самого утра было предчувствие чего — то важного и опасного. Своей интуиции она доверяла, так как та ее никогда не подводила. Насте она ничего говорить не стала.

Незачем волновать подругу лишний раз. Ольга уже знала по опыту, что все проблемынадо решать по мере их возникновения. Неожиданно она почувствовала на себе чей — то пристальный взгляд. Подняв глаза, она мгновенно подобралась, как хищник перед прыжком и правая рука непроизвольно дернулась к поясу, нащупывая несуществующую кобурус пистолетом. Прямо к их столику шел человек во вражеском мундире. Это был мужчиналет сорока пяти в форме генерал — лейтенанта армии сепаратистов, внимательно наблюдающий за подругами. Ольга опомнилась и сделала вид, что поправляет платье, но от генерала не укрылось это чисто инстинктивное движение, выработанное за долгие годы войны и он чуть заметно усмехнулся.

— Добрый день, мадам! Разрешите присесть рядом с вами? — обратился он с хитрой улыб кой к подругам на довольно хорошем русском языке. Ольга наступила под столом на ногу Насте.

— Садитесь, конечно. Но не утомят ли Вас наши женские разговоры?

— О, мадам, человеку, у которого в доме жена и три дочери это странно слышать. Разре шите представиться: генерал — лейтенант Амирхан Кемаль, военный атташе республики Лукхор, а вы, насколько я понимаю, Ольга и Анастасия Миллер?

— Да, Вы не ошиблись. И чем же наши скромные персоны Вас заинтересовали?

— У меня к вам серьезный разговор, мадам, и я думаю он вас заинтересует.

Ольга чувствовала, что генерал появился здесь не случайно. Похоже, они где — то засветились и теперь надо быть готовым к любым неожиданностям. Тем не менее, она милоулыбаясь спросила:

— И какие же серьезные разговоры может вести боевой генерал с женщинами?

— О, мадам, разговор нам предстоит долгий и я уверен, что он будет для вас очень инте ресен. Начнем с того, что я совсем недавно прибыл сюда и в космопорту, к своему огро мному удивлению, на яхтенном терминале обнаруживаю наш штурмовик "Сункар", только почему — то с опознавательными знаками гражданского судна Швейцарской рес публики. Естественно, это меня очень заинтересовало и я постарался выяснить, откуда он взялся. Дело в том, что "Сункары" никогда не поставлялись на экспорт и за все время с момента их выпуска и до сегодняшнего дня был потерян при невыясненных обстоятельствах только один. Все же остальные, потерянные в ходе боевых операций, могли бытьиспользованы только в качестве металлолома, так как восстановлению не подлежали.

И что же я узнаю? Оказывается, наша боевая машина оформлена в качестве частной яхты некой госпожи Миллер, прибывшей с Земли и успешно занимающейся здесь коммерцией и одновременно являющейся капитаном своей яхты, так как держать пилота дляэтой цели не хочет. При помощи некоторой смекалки мне удается установить серийные номера главных механизмов этой новоиспеченной яхты и они в точности совпадают сномерами нашего единственного странно исчезнувшего "Сункара". Поймите меня правильно, мадам. Хоть мы и являемся формально врагами, так как наши державы находятся в состоянии войны, но я ничего лично против Вас не имею. Тем более, что мы находимся сейчас на нейтральной территории. Могли бы Вы удовлетворить чисто человеческое любопытство — откуда у Вас эта машина?

— Тут никакого секрета нет, генерал. Я купила этот штурмовик для себя в качестве яхты, когда он был выставлен на продажу, как списанная военная техника. Мне давно хотелось иметь подобную машину. Ну а как он попал к нашим военным, этого я не знаю.

— Но ведь он прошел модернизацию и был адаптирован под ваши стандарты приборов и оружия. Зачем надо было это делать, если машину все равно предполагалось про дать частному лицу?

— Просто наши военные сначала собирались использовать его в своих целях и провели модернизацию. Но когда работы были уже закончены, что — то им не понравилось и машина была выставлена на продажу. Не ломать же все то, что уже сделали. Поэтому расходы по модернизации включили в продажную стоимость машины.

— И зачем же Вам такая машина? Неужели она лучше стандартных гражданских яхт?

Ведь бытовые условия там чисто спартанские, никоим образом не рассчитанные на приятное времяпровождение. Эта машина создавалась для боя, а не для круизов.

— Ну и что? Мы с сестрой довольно неприхотливы в бытовых требованиях во время полетов и нас это устраивает. К тому же, мне нужна была крепкая надежная маши на, а не разукрашенная игрушка, каковыми являются большинство яхт.

— И для чего же, интересно? Не для разборок ли с местными бандитами?

— Ну-у-у, генерал! Я же не спрашиваю Вас о ваших военных тайнах.

— Кстати, а почему Вы называете мадам Анастасию сестрой?

Ольга сидела, изображая саму любезность, но внутри у нее все было напряжено. Оначувствовала, что генерал что — то знает. Если не все. Ведь не просто так он вышел наних, даже специально надев мундир, чтобы проверить ее реакцию. Что ж, он своегодобился. С невинной улыбкой она спросила:

— А кто же мы по Вашему?

— Ну, ходят разговоры, что вы…

— Кто — мы?

— Скажем так, очень близкие подруги.

Ольга рассмеялась и глаза ее задорно блеснули:

— Браво, генерал! Такого про нас я еще не слышала. Уж как только про нас не говорили.

Вот это я понимаю, военная оперативность! Не успели здесь появиться, а уже к нам в постель залезли! А что, по Вашему, сводные сестры не могут быть, скажем так, очень близкими подругами?

— Ну почему же, могут.

— Так что же Вас смущает? Или, может быть, Вы хотите оказаться в нашей постели третьим? Спешу Вас разочаровать. Третий нам не нужен. Нам хватает друг друга.

Генерала, однако, совершенно не смутил язвительный тон Ольги. Он сидел за столом ивнимательно слушал, после чего с улыбкой произнес.

— Ну что Вы, мадам. Я сказал только то, что сказал и не собираюсь читать Вам мораль и вмешиваться в личную жизнь. У меня вопрос другого плана. Вы всегда сами лично пилотируете свою "яхту", которой дали название "Барс" и по отзывам местных спе циалистов Вы прекрасный пилот. Откуда у Вас это?

— Просто мне нравится летать самой, лично управляя машиной. Раньше я работала в торговом флоте помощником капитана и это для меня не в новинку. Хоть до капи тана я и не дошла, но мой диплом позволяет мне быть капитаном частной яхты, не используемой в коммерческих целях.

— Значит, Вы все — таки к а п и т а н, госпожа… Миллер. Или, надо говорить — капитан второго ранга?

Ольга поняла, что генерал знает все. Как же поразительно быстро на них вышли.

Только вот непонятно, что же ему нужно. Уж если бы хотели сдать полиции, так давнобы это сделали. Значит, у сепаратистов какой — то свой интерес. Остается только тянутьвремя и дальше действовать по обстановке. Неужели придется бежать и отсюда? В ихнем — то "интересном положении"? Уж очень не хотелось бы…

— Простите, генерал?

— Мадам, давайте играть в открытую. Я прекрасно знаю, что передо мной майор меди цинской службы Анастасия Кудрявцева и живая легенда — знаменитая Ведьма с "Ле тающей ведьмы", капитан второго ранга Ольга Шереметьева. Кстати, Вам будет инте ресно узнать, что приказ о производстве Вас в капитаны первого ранга был уже под писан и если бы не случилось то, что случилось, Вы бы им непременно стали.

Ольга только улыбнулась и развела руками:

— Прошу прощения, генерал, но Вы нас с кем — то путаете.

Генерал достал из кармана несколько фотографий и разложил их на столе. На всех снимках была запечатлена Ольга в военной форме. Снимки были сделаны в разное время ив разных местах и Ольга даже догадывалась, где именно. Что ж, разведка у сепаратистовработает неплохо. Генерал между тем продолжил:

— Ваши фотографии, мадам, есть у всех командиров частей. Ни один пилот Военно — Кос мического Флота Федерации не пользуется у нас такой популярностью, как Вы. Скажу откровенно, мои коллеги лопнут от зависти, когда узнают, что я сидел за одним столом и вел светскую беседу с самой Ведьмой с "Летающей ведьмы"! Это Ваше прозвище при жилось и в нашем флоте.

Ольга внимательно рассмотрела фотографии и безаппеляционно ответила:

— Простите, генерал, но я еще раз говорю, что Вы заблуждаетесь. Да, эта женщина похо жа на меня, но не более. Вы нас определенно с кем то путаете.

Генерал убрал снимки и откинулся на спинку стула. По нему было видно, что он особои не рассчитывал на то, что Ольга признает себя на фотографиях. Немного помолчав, он продолжил:

— Хорошо, мадам. Раз Вы так упорствуете и не хотите признавать очевидные вещи, давайте продолжим нашу беседу в третьем лице. Я расскажу историю, которая не сомненно заинтересует вас обеих. Итак, жила была девочка — Оля Шереметьева.

Росла отъявленной хулиганкой и разгильдяйкой, но после произошедшего с ней несчастного случая неожиданно к радости всех взялась за ум. Очень ей хотелось стать капитаном и после школы закончила она академию гражданского флота и дослужилась до старшего помощника. Но тут не кстати начинается война и наша Оля, уже Ольга Александровна при невероятнейшем стечении обстоятельств по падает в Военно — Космический Флот Федерации и становится пилотом — истреби телем палубной авиации на авианосце "Адмирал Ушаков", пройдя путь от просто го пилота в чине мичмана до капитана второго ранга, командира отдельной истре бительной авиаэскадры. Подробности боевого пути нашей амазонки, получившей прозвище Ведьма с "Летающей ведьмы" я опущу, так как самое интересное будет дальше. Во время выполнения своего последнего задания, проведенного кстати с блеском, истребитель нашей амазонки — "Летающая ведьма", получает тяжелые повреждения в бою с двумя "Сункарами" из — за отказа оружия и совершает выну жденную посадку на нашей территории в безлюдной местности на берегу океана.

И дальше начинается совсем невероятное. Уцелевший во время боя один из двух штурмовиков "Сункар" преследует поврежденный истребитель до самой посадки, и его экипаж совершает невероятную глупость — совершает посадку рядом с вражеской машиной, надеясь захватить пилота в плен. При этом они грубейшим образом на рушают полетную инструкцию и оставляют штурмовик без присмотра. И что же делает наша амазонка? Она каким то невероятнейшим образом умудряется пере стрелять наших трех разгильдяев, уничтожает самоликвидатором свой истребитель, а затем садится в целехонький "Сункар" и улетает к своим на трофейной машине!

Когда мы об этом узнали, все были в состоянии шока. Такого не было никогда за всю обозримую историю! Однако на этом все не заканчивается. Если бы это слу чилось у нас, то наш пилот стал бы национальным героем. А из амазонки свои сделали преступника, обвинив в шпионаже и приговорив к пожизненному заклю чению. Но она и тут совершает очередное чудо. Умудряется сбежать и не только сбе жать, но и захватить опять тот самый штурмовик "Сункар", который она благопо лучно угнала перед этим у нас. При этом учиняет на летном поле космопорта настоя щий погром, уничтожив три новейших истребителя "Тайфун", требуя освобожде ния и доставки на борт "Сункара" своей подруги — майора Кудрявцевой, также арес тованной по ложному обвинению. После этого наши подруги улетают на "Сункаре" в неизвестном направлении и следы их теряются. И вот совершенно неожиданно этот "Сункар" объявляется на Швейцарии в роли частной яхты "Барс" со своей прелестной хозяйкой и капитаном в одном лице Ольгой Миллер, как две капли воды похожей на нашу амазонку, а также ее сводной сестрой Анастасией Миллер. Как, интересная исто рия?

— Да, генерал, очень интересно. А что было дальше?

— А вот дальше, мадам, начинается самое интересное, что нашей амазонке так и не удалось выяснить. Она поняла, что все это специально подстроено, но не смогла выяс нить причины. А причина была довольно таки мерзкая. Противник захотел подсунуть нам фальшивку. Все знали, что скоро войдут в серию аэро — космические истребители следующего поколения "Тайфун". Машины с совершенно уникальными возможностя ми. Вот вражеская разведка и задумала подбросить нам дезинформацию в виде нового истребителя. Признаю, работа была проделана великолепно. Были изготовлены четыре экземпляра "Тайфуна", внешне ничем не отличающихся от настоящих. Да только вот в научном и техническом плане в них были изначально заложены тупиковые направленияи если бы мы пошли по ним, то неизбежно бы отстали в этой области. Идея сама по себеочень интересная и если бы она удалась, то это было бы большим успехом противника.

А вот дальше начинается неприглядная история. Надо ведь как — то сделать так, чтобыэти фальшивые "Тайфуны" попали к нам, причем в неповрежденном виде и чтобы мыничего не заподозрили. Иначе вся работа впустую. Вот эти рыцари плаща и кинжала ипридумали обустроить все так, чтобы нашелся перебежчик, который совершит угонмашины и будет искренне верить в то, что это и есть настоящий "Тайфун". Посколькупоиски предателя среди своих пилотов не увенчались успехом, было решено сделатьэтого предателя самим. Ведь чего проще — взять любого человека, за которым водятсякакие — нибудь грешки, а они у многих найдутся, раздуть все это до невообразимых размеров, подвести его под трибунал, а потом подстроить побег и дать возможность совершить угон машины. Угонщик будет рад до беспамятства, что ему удалось удрать и ничего не заподозрит. Вот эти наследники иезуитов и остановили выбор на нашей амазонке. Она подходила им по всем параметрам — не имела близких родственников и попала всовершенно невероятную историю, в которую трудно поверить. Вот и можно обвинитьее в шпионаже, представив все так, будто бы она никакого "Сункара" не захватывала, а попала в плен и была завербована противником. А все последующие события с возвращением на трофейной машине — это хорошо срежиссированный спектакль. Так что имособо то и придумывать ничего не пришлось. На всякий случай решили подбросить еще и фальшивые улики. Дальше уже дело техники. На базу, где служит наша амазонка, доставляют четыре лже — "Тайфуна" якобы для испытаний в боевой обстановке. Вскореей подбрасывают фальшивые улики и фабрикуют дело по обвинению в шпионаже.

Через три недели, в течение которых на нее оказывается постоянное физическое и психическое давление, устраивается показательное заседание трибунала, где наща амазонкапризнается виновной и приговаривается к пожизненному заключению. А что же дальше?

А дальше наши стратеги планировали вот что. Амазонку должны были по идее доставитьна корабль, уходящий на Землю. Но только до корабля она доехать была не должна. Подороге машина, на которой ее повезут в космопорт, должна быть остановлена патрулемвоенной полиции якобы для проверки. Да вот только патруль будет не настоящий, а "ряженый" и он должен нашей амазонке помочь бежать, перед этим пристрелив у нее на глазах весь конвой. Это должно отбросить у нее любые подозрения, что побег подстроен.

Затем она доставляется на стоянку, где находятся "Тайфуны", готовые к вылету и ей остается только сесть в машину и улететь. На бумаге у наших стратегов — иезуитов все получалось красиво. Да вот только в жизни получилось иначе. Недооценили они нашу амазонку. Она сбежала сама, расправившись со своими конвоирами и незамеченной добралась до "Сункара", захватив его и учинив настоящий погром, уничтожив три фальшивых" Тайфуна" ради того, чтобы вытащить из тюрьмы свою подругу и поняв, что эти "Тайфуны" каким — то образом замешаны в этом деле. Вот такая история. И знаете, что в ней самое мерзкое? То, что наши стратеги — иезуиты прекрасно знали еще до начала своей акции, что амазонка говорит правду. Но тем не менее, все равно пошли на это.

— Очень интересно. Но откуда же Вы это знаете, если не секрет?

— Как это ни покажется Вам удивительным, мадам, от некоего полковника госбезопасности Ковальского, который руководил на месте выполнением этой операции, получив шей кодовое название "Хризантема".

— Неужели, он ваш агент?

— Нет. Вы будете смеяться, мадам. Когда наши подруги улетели на "Сункаре", оставив на летном поле догорающие обломки трех "Тайфунов", господин полковник понимал, что ему конец. Ведь операция, за которую он нес ответственность, с треском провали лась. А тут еще начальник местной службы безопасности полковник Детмерс, ничего не знающий об этой самой "Хризантеме" выяснил, что все обвинения против наших подруг сфабрикованы и поднял шум. А своих коллег из контрразведки пан Ковальс кий боялся больше, чем противника. Адмиралу, командующему эскадрой, тоже голов ная боль от проваленной операции была не нужна, вот он и решил выполнить ее фор мально. Чуть ли не силой усадил господина Ковальского в оставшийся "Тайфун" и в автоматическом режиме отправил к нам пригрозив, что в противном случае сдаст его на съедение Детмерсу. Вот по прилету он нам все подробно и рассказал.

Подруги смеялись долго. Не удержался от улыбки и генерал. Вдоволь насмеявшись, Ольга поинтересовалась.

— Вот уж действительно, не рой другому яму… И где же сейчас пан Ковальский?

— У ребят из разведки на побегушках. Зачем — то они его держат.

— Да, история конечно очень интересная. Но какое отношение к ней имеем мы?

— Мы ценим настоящих профессионалов, а с Ольгой Шереметьевой обошлись, у меня нет других слов, просто по свински. Поэтому, если вы когда нибудь встретите ее, передайте, что мы были бы рады предложить ей службу в нашем космофлоте.

От имени верховного командования нащих вооруженных сил я уполномочен предло жить ей чин генерал — майора палубной авиации космофлота. А сейчас, прошу извинить, мне пора идти. Приятно было с вами познакомиться. На всякий случай, вот вам моя визитка. Честь имею, мадам! С этими словами генерал встал из — за стола и направился к выходу, оставив подруг вполном недоумении. Уж чего, а этого они не ожидали. Настя в полной растерянности смотрела на Ольгу.

— Олька, ни фига себе, тебе генерала дают… Хоть и банановой республики, а все же…

— Да уж, то — то мы эту банановую республику уже пять лет задавить не можем… Охре неть! Беременный генерал палубной авиации… И свои тоже хороши. Достойная награ да за верную службу… Знала, что жандармы на любую подлость могут пойти, но чтобы до такой степени…

— И что теперь будем делать? Ведь они нас вычислили и в любой момент сдать могут.

— Пока потянем время, посмотрим, что дальше будет… Если бы хотели сдать, то уже давно сдали бы… Одно могу сказать точно, Настюша. Наша относительно спокойная жизнь здесь закончилась…

Глава 5

В тот же вечер Ольга встретилась с Францем, благо он был на месте, и рассказала онеожиданно свалившейся на них проблеме. Франц отнесся к этому спокойно, резонно рассудив, что если бы сепаратисты хотели выдать их местной полиции, то давнобы это сделали. А даже если и выдадут, то ничего, кроме прибытия сюда по фальшивым документам, им инкриминировать нельзя. Местных законов они не нарушали, ибо свято чтили заповедь: не пакости, где живешь. Все "экспедиции" по доставкеконтрабанды осуществлялись за пределами Швейцарии. Напоследок он сказал:

— Не волнуйся, Оля. Из гораздо худших передряг выпутывались. Посмотрим, как гене рал и компания дальше себя поведут. Им самим поднимать шум никакого смысла нет. Неизвестно, что из этого выйдет, а дела у них идут не блестяще. Поживем, увидим! На том и порешили. Неделя прошла без происшествий. "Экспресс шиппинг" работала в обычном режиме, местная шпана успокоилась и обходила фирму стороной, генерал тоже не напоминал о себе и Ольга подумала, что вроде бы пронесло. Франц частенько отлучался по делам, ибо поле деятельности "корпуса" было очень обширными в этот период Ольге приходилось решать все вопросы, связанные с "экспедиционными" делами самой. И именно как раз в одну из этих отлучек раздался вызов по экстренной связи. Ольга держала на каждом корабле такую аппаратуру, осуществляющуюкодированную передачу информации. Даже перехватив сигнал, без соответствующегодешифрующего ключа перевести его в нормальную человеческую речь было невозможно. Она сидела у себя в кабинете и занималась текущими делами, как вдруг на связьвышел ее контейнеровоз "Аякс". Ольга знала, что экипажи не будут злоупотреблятьприменением этой аппаратуры, установленной фактически нелегально и замаскированной под другие приборы.

— Мадам, у нас проблемы, — доложил капитан Браун. Это было своего рода паролем.

Если бы он обратился к ней "фрау Миллер", то значит его кто — то контролирует иканал связи провален. Они заранее договорились об этом.

— Что случилось?

— Произошел разрыв магистрали гидравлики и осколками поврежден один контейнер.

Корпус контейнера пробит и из него сыпется белый порошок. Похоже на наркоту.

А по документам в контейнере музыкальная аппаратура.

— Где вы сейчас? Сможете лечь в дрейф, перетарить контейнер, достать наркоту и выбросить за борт?

— Нет. Мы уже в зоне контроля. Если уйдем из входного коридора, будет масса глупых вопросов и тогда тщательной проверки не миновать.

— Слушайте внимательно. При входе в атмосферу доложите диспетчеру о разгермети зации и вам дадут режим экстренного снижения с самым нижним эшелоном. Трасса проходит над океаном. До подхода к космопорту постарайтесь достать всю наркоту и выбросить за борт. Если не получится, вырубаете два двигателя, говорите, что отказ и проводите аварийный сброс всего груза, чтобы облегчить корабль. Сможете поса дить пустой корабль на двух оставшихся двигателях в форсажном режиме? Если нет, покидайте корабль на шлюпках и топите его в океане. Если таможня найдет наркоту, это конец всему. Уж лучше лишиться корабля.

— Не волнуйтесь, мадам. В случае чего, смогу посадить и на двух. Не впервой.

— Действуйте. Помните, что безопасность прежде всего.

Связь отключилась и Ольга устало откинулась на спинку кресла. Господи, дадут спокойно родить, или нет? Надо будет посмотреть по грузовым документам, чей же этогруз. Кто решил использовать ее компанию в темную для доставки наркотиков. За наркоту здесь ожидают колоссальные неприятности. Если на контрабанду спиртным исигаретами бывает смотрят сквозь пальцы и можно отделаться только крупным штрафом, то наркота — это уже серьезно. Или ее специально решили подставить и в космопорте уже ждет отряд "черной таможни", получившей наводку? И если это так, то комуже она перешла дорогу? Как хорошо, что на кораблях иногда что — нибудь ломается.

Ведь если бы не эта поломка, наркота бы благополучно прибыла в космопорт, а там ужекак повезет. Таможня дело знает. Недели не проходит, чтобы не взяли кого — нибудь зашиворот. Хотя не исключена возможность, что и в других контейнерах тоже есть этадрянь. Но тут уже остается только ждать и надеяться на лучшее. Все контейнеры сейчасне проверишь… И в космопорт сейчас лучше не соваться. Нечего привлекать внимания.

Надо дождаться посадки и тогда уже ехать.

Все время до посадки Ольга провела, как на иголках. И вот наконец — то раздался вызов по обычной связи с "Аякса".

— Добрый день, мадам! Мы прибыли. Только что ушли власти, начинаем выгрузку.

У Ольги отлегло от сердца. Успели! — Добрый день, господин капитан! Как прошел рейс?

— Все нормально, мадам! Была только одна техническая неисправность — разрыв системы гидравлики. Попортили один контейнер, залили вокруг все маслом, а в остальном все нормально.

— Что с контейнером? Груз сильно пострадал?

— Не знаю, мадам. Контейнер запломбирован и мы его не вскрывали, ждем получателя груза. Корпус контейнера пробит осколками и что творится внутри не известно.

— Хорошо, я сейчас подъеду. Если получатель груза появится раньше, дождитесь меня.

Без меня не вскрывайте.

— Хорощо, мадам! Ольга отключила связь и улыбнулась. Эти умники умудрились открыть и закрыть контейнер, не нарущая пломбы. Ее школа! Работа в торговом флоте многому научит. Ну а сейчаснадо ехать в космопорт и разбираться с грузополучателем. Посмотреть в его физиономию.

Хотя не исключено, что этого человека тоже используют в темную.

Когда Ольга прибыла в космопорт, возле корабля уже крутился какой — то господин оченьнервного вида. Едва увидев Ольгу, он сразу бросился к ней.

— Добрый день, мадам! Что случилось? Почему не выгружается мой груз?

— Это Ваш контейнер поврежден?

— Да.

— Значит сейчас вызываем сюрвейера, вместе с ним снимаем пломбу и проводим осмотр груза на предмет наличия повреждений. Насколько я знаю из документов, в контейнере музыкальная аппаратура? Груз довольно хрупкий.

— Но ведь это лишние расходы и потеря времени! Кто это будет оплачивать?! — Я. Мне лучше оплатить работу сюрвейера, чем потом судиться с вами за испорченный груз. Возможно, там все цело. Если часть груза повреждена, вызываем представителя страховой компании. Это стопроцентный страховой случай.

— Мадам! Давайте обойдемся без этих ненужных формальностей. Мы не имеем к Вам никаких претензий.

Было видно, что этому субъекту очень не хотелось, чтобы контейнер был вскрыт.

— Ну, если Вы подпишите соответствующие бумаги, что не имеете никаких претензий к перевозчику по доставке груза, тогда можете забирать.

— Господи, да хоть сейчас! Неужели это нельзя было сделать раньше?

Когда все положенные формальности были выполнены и нервничающий субъект удалился, Ольга и капитан уединились в каюте. Капитан тоже был из "экспедиторов" изнал о главном назначении "Аякса", поэтому секретов между ними не было и он сразуначал рассказ.

— Перед посадкой собрались проверить гидросистему открывания аппарелей. Это же стандартная процедура. Дали давление в систему, и вдруг давление резко падает. Ста ли разбираться, что случилось. Произошел разрыв распределительного блока в трюме, как раз возле этого контейнера. Давление то большое, вот и пробило стенку. Хорошо, что рядом никого не было. Видно, корпус блока с заводским браком. Блок заменили, масла в систему добавили, а тут смотрим, из дыры в контейнере белый порошок сып лется. По внешнему виду и по запаху — вроде как наркота. Пробовать не стали, побоя лись. Сразу звоню и докладываю. Ну а дальше следовали согласно полученным инструк циям. Снизились до двух тысяч метров, всей толпой навалились на перетаривание этого контейнера и нашли ящик с этим порошком. Там его было килограммов триста в неболь ших пластиковых пакетах. У нас один электрик, который по малолетству когда — то на улице наркотой приторговывал, но вовремя завязал, несколько пакетов открыл, на язык попробовал и сказал — точно наркота. Хорошо, успели эту гадость за борт выбросить, пока над океаном летели и контейнер назад собрали. А потом еше больше возле него масла на палубу налили, чтобы таможня меньше там крутилась.

— А как таможня себя вела? Была обычная смена, или пожаловала "черная"? Именно к этому контейнеру не принюхивались?

— Нет, все было как обычно. Увидели, что там все в масле, даже и лезть не стали. Наобо рот нам посочувствовали, что теперь все отмывать надо и за поврежденный груз отписы ваться.

— Получается, это не подстава. Просто хотели нас в темную использовать. Но кто? Согла сно грузовых документов получатель груза — компания "Мюзик стар". Что за зверь?

— Я уже узнал. Ситуация паршивая. Сама фирмочка так себе, но за ней стоит Рома Полан ский по кличке Лорд. Это сеть казино, тотализатор, куча разных мелких фирмочек, соз данных для отмывания денег и треть всего оборота наркоты в городе. Получается, это мы его отраву в океане утопили. Теперь надо ждать наезда. Только непонятно, почему он на это пошел. Ведь у него свои каналы доставки.

— Час от часу не легче. В общем так. Быстро выгружаетесь и уносите отсюда ноги. Пустые, грузиться некогда. И Франца, как назло нет… После взлета свяжетесь с "корпусом" и об рисуете ситуацию. Дальше действуйте по их указанию. Здесь вам пока появляться нель зя. Ну а я останусь разруливать это дело.

— Мадам, Вам бы с сестрой тоже лучше исчезнуть. Лорд это не Цезарь.

— Всю жизнь прятаться не будешь. Раз он на это пошел, то просто так не отстанет. Вот и обговорим с ним эту тему, что же ему надо. Ну а если он хочет войны, то он ее полу чит. Еще не хватало, чтобы кто — то на "Экспедиционный корпус" наезжал! Долго ждать не прищлось. В тот же вечер Ольге позвонили и сразу взяли быка за рога, даже не представившись.

— Цыпа, где товар?

— Какой товар?

Ольга решила потянуть время и узнать как можно больше, но на другом конце линиидолго разговаривать были не намерены.

— Цыпа, не придуривайся. Тот, что был в контейнере. Сегодня с твоего корыта выгру зили.

— Ничего не понимаю. Все пломбы на контейнерах были целы и никто претензий не предъявлял. В контейнеры никто не заглядывал. Вы собственно кто, уважаемый?

— Цыпа, не валяй дурака. Верни товар и разбежимся. Нам головняки тоже не нужны.

— Вот что, господин хороший. Или выражайтесь нормально и говорите внятно, что Вам надо, или идите в задницу. Мне такие шутники через день звонят.

— Ты фильтруй базар, цыпа. Раз ты такая непонятливая, напомню. Где груз из пробитого контейнера?

— Какой груз? Пломба была цела, получатель груза претензий не предъявил и подписал все необходимые бумаги. Контейнер не вскрывался. А что с ним было после выгрузки из корабля на контейнерном терминале, этого я не знаю. Ищите там. Груз сдан без за мечаний. Какие ко мне претензии?

— Цыпа, все знают, что ты баба умная и строить из себя дурочку не надо. Я тебя преду предил. Верни товар по хорошему и разбежимся.

— Слушай, друг ты мой ненаглядный! Ты меня уже достал своим товаром! Поприкалы ваться захотелось? Так позвони лучше в бордель, повесели народ!

— Ну смотри, цыпа. Дело твое.

Связь отключилась. Ольга молча обдумывала ситуацию. Вызов брошен, теперь от нихне отстанут. Может, сразу к военным действиям приступать и не будут, сначала попробуют запугать. Ведь Лорду надо получить свою отраву назад. Триста килограммов — партия солидная. И Франц, как назло, по делам уехал и не скоро будет… Он здесь ужедавно живет и всю эту бандитскую элиту хорошо знает. Может, он бы и договорился сЛордом. А кто она для Лорда? Оборзевшая баба, умыкнувшая чужой товар. Что с того, что она разобралась с Цезарем. Возомнила о себе много? Считает, что круче нее никогонет? Так примерно сейчас Лорд и думает. А Лорд не Цезарь. Их весовые категории дажесравнивать нельзя. Та группа, что прикрывает их с Настей, малочисленна и не сможетпротивостоять целой бандитской армии местного наркобарона, не испытывающего недостатка в средствах. Ребята просто полягут ни за что. Попробовать сыграть в открытуюи сказать Лорду, что он связывается с "Экспедиционным корпусом"? Так неизвестно, что еще из этого выйдет. Возможна утечка информации и кто знает, как Лорд себя поведет. Возможно посчитает, что здесь на его территории ему никто не указ и "корпус" из — за одной оборзевшей бабы начинать открытую войну с ним не будет. Ведь до этогоон никогда не переходил дорогу "экспедиторам", у него другая сфера бизнеса и он живетпо своим правилам. По любому, надо ждать Франца. У него и связи получше, да и возможностей побольше. Полицию сюда впутывать ни в коем случае нельзя. Хоть Гюнтер идруг, но ведь всему есть предел. Да и подставлять его ни к чему. Насте ничего говоритьне стоит. Кое какие меры предосторожности конечно надо будет предпринять. Ничего! Это не бой с "Сункарами", не пан Ковальский и тем более не кормовой торпедный отсек…

Как там было в родной авиаэскадре?"… Бак пробит, хвост горит, но машина летит! На честном слове и на одном крыле!" Два дня прошли спокойно. Не было никаких звонков и незваных визитеров, хотяОльга и понимала, что это затишье перед бурей. Лорд никогда не смирится с потерейтаких денег. Она уже подумывала, а может не стоит дразнить судьбу и последоватьсовету капитана Брауна? Изчезнуть куда нибудь на время с Настей, пока не вернетсяФранц и не уладит это дело? В конце концов, это его прямая обязанность, как координатора. А уж если Лорд и его не послушает, то тогда с ним будут говорить уже по другому и в другом месте. Никому еще из бандитов, даже гораздо более могущественных, чем Лорд, не сходили с рук попытки наехать на "корпус". А они пока могут переждатьв безопасном месте. Хотя бы даже и на борту "Барса" в дальнем космосе. Там их никтоне найдет. Но с другой стороны, тогда о завоеванном с таким трудом авторитете придется забыть. А кто знает, как все сложится дальше…

Настя с самого утра предлагала Ольге посетить национальный парк, находящийся в сотнекилометров от города. Природа там была очень красивая, прекрасный воздух и многиегорожане выбирались туда на отдых по выходным. Вот и Настя прожужжала Ольге всеуши, что им, как будущим мамам, прогулки на природе очень полезны, а поскольку всекорабли фирмы сейчас в рейсе, стало быть и в офисе компании делать нечего. А если онисрочно понадобятся, то их и по коммуникатору найдут. Возразить было нечего и Ольга, скрепя сердце, согласилась. Волновать подругу лишний раз она не хотела. В конце концов, ведьма она, или нет?! Опасность заранее почувствует, да и если какие отморозкиполезут, без труда справится.

Выехав за пределы города, Ольга перевела машину в набор высоты и вскоре перешла вгоризонтальный полет на высоте ста метров. Полеты в городской черте были строжайшезапрещены, исключения делались только для скорой помощи и полиции, но здесь былпростор. Определенные правила движения в воздушном пространстве существоваликонечно и здесь, также как и регулирование движения, но после городской сутолокиоказаться в небе даже на небольшой высоте — это было настоящее удовольствие. Здесь, за пределами городов, уже не было такой разветвленной сети дорог, как раньше, ибоони стали не нужны. Воздух стал главной транспортной магистралью. Внизу проплывалипрекрасные природные ландшафты, воздух, врывающийся в салон машины был чистыми свежим и Ольга не пожалела, что Настя вытащила таки ее за город. Но верная себе, все время вела наблюдение за окружающим пространством. Пилот всегда остается пилотом, но ничего подозрительного не было. Вскоре показался зеленый массив национального парка, уходящий вдаль до самого горизонта. Это была нетронутая природа, сохранявшаяся в первозданном виде с момента открытия планеты. Глубоко вглушь никто обычно не забирался, да и ночью тут было делать нечего, ибо местная фаунаначинала проявлять активность, но днем здесь было безопасно.

Оставив машину на парковочной площадке, подруги дальше пошли пешком. Тропинкитут были уже протоптаны многочисленными туристами, кое где были указатели и заблудиться в общем — то было трудно. Высокие деревья поднимались к небу, земля под ногамибыла покрыта зеленым ковром из травы и цветов. Но здесь не было удушливой влажноститропических джунглей. Парк находился в умеренном климатическом поясе и здешнийлесной воздух был просто великолепен. Ольга подумала, что надо бы выбираться сюдапочаще. Вдоволь нагулявшись, уставшие и проголодавшиеся подруги отправились назад.

У Ольги не проходило ощущение беспокойства. Она знала, что рано или поздно это случится. Она еще издали увидела их, едва только они с Настей вышли из леса и направилисьна парковочную площадку. Предположения Ольги оправдались — сразу из главного калибра по ним стрелять не будут. Сначала постараются прощупать. Площадка была уставленааэробайками и группа малолеток хулиганистого вида, гроза местных помоек и подворотен, столпилась возле их машины, пытаясь ее открыть. Верховодил всеми здоровенный качок лет двадцати. Судя по тому, что его руки были разукрашены наколками до самых плеч, Ольга поняла, что их обладатель уже побывал в местах не стольотдаленных и теперь считал себя среди этой мелюзги невероятно крутым. Больше ни одной машины на площадке не было. При появлении такой гоп — компании все предпочлиубраться подальше.

— Настюша, ничего не бойся и молчи. Говорить буду я. И от меня не отходи, — тихо сказалаОльга, когда они подошли ближе и остановились метрах в двадцати.

— Добрый вечер, мальчики. А что вам там надо? — вежливо обратилась Ольга ко всем.

— Тетя, ваша тачка?

— Наша.

— Продай.

— Малыш, у вас у всех вместе взятых денег не хватит.

— Тетя, да я хорошую цену дам! Вот… Бутылка пива! Идет?

— Нет, малыш, не получится.

— Две бутылки!

— Нет, ребятки. Тачка не продается. И вообще, поздно уже. Вам домой пора. А то папа с мамой заругают.

— Тетя, быстро ключи сюда. Не наживай неприятностей, — подал голос предводитель банды малолеток.

— Малыш, а у тебя водительские права — то хоть есть? — усмехнулась Ольга.

— Ганнибал, да что ты с ней разговариваешь? Дать ей разок в рыло, чтоб свое место знала…

Пацаны, девок сегодня не взяли… Может, давайте теток трахнем?

— Да ты что, они же беременные…, - подал кто — то несмелый голос.

— Ну и что? Задницы у них всегда готовы! — ухмыльнулся главарь. Вся компания дружно заржала, поддержав предводителя.

Настя стояла ни жива, ни мертва, а Ольга засунула руки в карманы платья и улыбнулась.

— Нет, мальчики. Раз не взяли девчонок, то сегодня вы мастурбируете. Хотя впрочем, если хотите, можете трахнуть Ганнибала. Ему это понравится.

Главарь аж поперхнулся пивом.

— Что ты сказала, курва?! Да я тебя тут живой закопаю!!!

— А что, разве я не права? У тебя все манеры и внешность гея. Тебе кстати очень идет.

— Буйвол, Рыжий, тащите их сюда. Сейчас посмотрим, кто из нас гей…

Двое из Ганнибалова войска отделились от компании и вразвалочку, поигрывая ножами, направились к подругам. Ольга стояла и спокойно наблюдала, держа руки в карманах платья. Платье было с секретом и являлось ее разработкой. Карманы на боках были фальшивые и можно было сразу просунуть руки под подол. Под платьем был надет широкий кожаный пояс с двумя кобурами, в которых покоились два мощных армейских "Штайра".

Пистолеты довольно крупные и тяжелые, не предназначенные для скрытого ношения, но ведь под широким платьем для беременных можно спрятать любое оружие.

Когда расстояние сократилось до пяти метров, Ольга неожиданно извлекла один "Штайр" и направила его в пупок наиболее крупному бандиту, очевидно Буйволу.

— Тормозите, мальчики. А не то сделаю больно.

Увидев боевое оружие, хулиганы остановились и в глазах мелькнул испуг. Но продолжаядержать фасон, Буйвол произнес:

— Тетя, не усугубляй свое положение, убери пушку. Ты с ней обращаться то хоть умеешь?

— А давай проверим! — еще шире улыбнулась Ольга и прострелила хулигану ступню.

После этого достала второй пистолет и направив его на оставшуюся компанию, уже совсем другим тоном произнесла:

— Стоять, козлы. Кто дернется, схлопочет пулю. А ты, Рыжий, брось перышко. А то и тебе копыто продырявлю.

Рыжий выронил нож и стал пятиться назад, поближе к своим. Воющий от боли и катающийся по земле Буйвол был очень близко и когда он неосмотрительно оперся правой рукой о землю, чтобы встать, Ольга не устояла перед искушением и с размаху припечатала его пальцы каблуком туфли, ломая и вдавливая их в грунт, как когда — то ее училМихаил. Новая волна воплей прокатилась над площадкой. Держа всю компанию под прицелом двух пистолетов, Ольга нехорошо усмехнулась.

— Что, сявки, не ожидали? Это вам не пьяных в подворотнях грабить. Быстро все расстегнули штаны и спустили до ботинок! Ганнибал, подай пример!

Вся компания — человек пятнадцать, заворожено смотрели на уставившиеся на них черныедула двух стволов. От недавней наглости не осталось и следа. Предводитель с перекошенным от злобы лицом стоял и не двигался. Прыгать на два ствола было глупо. Вся компания украдкой посматривала на него и он понимал, что его авторитет тает с каждой секундой.

— Ганнибал, я долго буду ждать?

— Ну, курва, я тебя запомнил! Я тебя из под земли достану…

Грохнул выстрел и бутылка пива, которую главарь все еще держал в руке, разлетеласьвдребезги, брызнув осколками стекла и поранив ему пальцы.

— Это — чтобы лучше запомнил. Ганнибал, следующая пуля у тебя в колене. Считаю до трех. Раз…

Дальше считать не потребовалось. Главарь судорожными движениями стал рвать ременьна брюках. Остальные тут же последовали его примеру. Скоро все Ганнибалово войскостояло со спущенными штанами. Ни о каком сопротивлении никто уже и не помышлял.

— Вот и молодцы. А теперь дружно ложимся мордой в землю и руки на затылок. Побеседу ем немного и разбежимся. Будете хорошо себя вести, никому больно больше не сделаю.

Ольга с Настей подошли ближе к улегшейся на земле компании. Ольга направилась кглаварю.

— В общем так, Ганнибал. Сейчас ты мне все рассказываешь, кто вас навел и зачем и мы разбегаемся. Ни за что не поверю, что вы оказались здесь случайно.

— Тетя, ей богу! Просто катались, увидели — тачка шикарная вот и решили пошутить.

Врет, подумала Ольга. Ну что ж, не хочет по хорошему… Она подняла валяющийся наземле нож и осмотрела его.

— Подойдет… Настюша, принеси пожалуйста скотч и пассатижи из багажника.

Когда Настя принесла требуемое, Ольга убрала в кобуру один пистолет и быстро спеленала скотчем руки и ноги Ганнибалу.

— Все, Настюша. А теперь садись в машину, отгони ее в сторонку за кусты и оставайся в ней. Не для тебя это зрелище… На всякий случай заблокируй двери. А я тут с этим предводителем команчей побеседую…

— Оля, а они тебя не тронут? Их же целая стая!

— Стая?! Нет, Настюша, сейчас это не стая. Сейчас это — стадо. Стая они только когда нападают на слабого. А если нарвутся на сильного, то мгновенно превращаются в стадо. Правильно я говорю, Ганнибал? — сказала Ольга, пнув носком туфли главаря под ребра, заставив его ойкнуть.

Настя села в машину и отогнала ее в сторону, как сказала Ольга. Неожиданно раздалсядушераздирающий вопль. Настя перепугалась, но услышала возглас подруги:

— Настюша, не переживай. Все нормально.

Вопль повторился еще раз. Затем все стихло и слышны были только голоса, но слов разобрать было нельзя. Потом неожиданно раздался смех. Сначала робкий, потом все громче, перешедший в безудержный хохот и улюлюканье. Причем слышен был и смех Ольги.

Настя совершенно ничего не понимала. Так продолжалось довольно долго. Наконец из — за кустов показалась Ольга и направилась к машине. Бросив в багажник пассатижи и скотч и засунув пистолет опять в кобуру, она открыла дверь машины.

— Двигайся, Настюша, я поведу. Все, что надо, я узнала. Там сейчас уже без нас разберутся.

Подняв машину в воздух и взяв нужный курс на город, Ольга включила автопилот и устало откинулась на спинку кресла.

— Все, как я и предполагала. Их специально подослали. Какой — то бандюк, скорее всего "сержант" из армии Лорда, велел на нас наехать и даже выплатил им аванс. Только они его не отработали. Сам Лорд с такой шелупонью общаться не будет. Это была просто проба сил, нас прощупывали. Дальше надо ждать гостей посерьезней.

— Но что случилось, Оля?!

Пришлось рассказать подробно всю историю. Настя перепугалась не на шутку.

— Оля, так что же теперь делать?

— Будем ждать Франца. Самим нам соваться к Лорду нельзя. Он с нами и разговаривать не станет. Ему вынь да положь его отраву. А пока будем действовать по обстановке.

— А что там случилось? Сначала он так орал, а потом все смеялись?

— Орал потому, что правду говорить поначалу не хотел. А смеялись…

— Оля, ты что — пытала его?!

— Немного пришлось на него нажать. Раскололся мгновенно. Аж захлебывался своим рас сказом. Жидкий на расправу оказался…

— Господи, Оля, ты меня пугаешь! Откуда у тебя это?! Ольга молча смотрела вперед, обдумывая что — то. Наконец решилась.

— Ладно, Настюша. Никогда тебе не говорила и не хотела говорить, но чтобы тебя успо коить… Не бойся, нет у меня никаких садистских наклонностей. Просто во время рабо ты в "Экспедиционном корпусе" я ведь на корабле не только помощником капитана была. Были у меня и другие обязанности. Нечто вроде ассистента у палача…

— Господи, ты еще и палач?!

— Нет, Настюша. Я же сказала — ассистент. Хотя, глядя на работу Михеля, многому нау чилась…

— А это кто такой?

— Была у нас колоритная личность. Радист Мишенька Гринберг, царствие ему небесное. Говорят, погиб при аварийной посадке. Вроде из бывших "гебешников", поцапался с начальством и вышел в отставку, а затем к "экспедиторам" прибился. Сколько его ни спрашивали, никогда о себе ничего не рассказывал. Все отшучивался и говорил, что перебирал бумажки в конторе. Врал конечно. Скорее всего, служил в каком — то спецподразделении. Любым оружием владел и мог стрелять в темноте по шороху. Дрался как зверь, портовую шпану голыми руками в штабеля укладывал и все бое выми приемами — руки и ноги ломал с легкостью. Но среди своих был душа — парень, никогда ни с кем не конфликтовал и за своих горой стоял. И случайно выяснилось, что наш Мишенька не только прекрасный боец, но еще и неплохой заплечных дел мастер. Их там оказывается и этому учат. Наехали как — то на нас бандюки. Думали, что с обычными торгашами связались. Мы их всех и положили возле корабля… А двоих субчиков Мишенька теплыми повязал, чтобы информацию о налете из них вытряхнуть. И вытряхнул… Меня попросил помочь. Все в экипаже знали, что я точно определяю, когда мне говорят правду, а когда врут. Вот Михель и решил приспособить меня к делу в качестве живого детектора лжи. Я дура и согласилась… Есть, Настюша, такая штука — экстренный допрос пленного в полевых условиях. Это когда у тебя есть пленный, из которого побыстрее надо вытряхнуть информацию, а психотропных пре паратов у тебя нет и сам он говорить не хочет. Причем, что с ним потом будет, тебя абсолютно не интересует… Не буду пугать тебя подробностями, Настюша. Скажу то лько, что зрелище жуткое. Особенно в первый раз… Я до конца так и не привыкла… Вот мы с Мишей на пару и работали, когда была надобность. Он информацию добы вал, а я рядом присутствовала и определяла — правдивая она, или нет. Так что против своей воли многому научилась…

— Но неужели ты не могла отказаться?

— Не могла. В волчьей стае надо быть серым. Иначе свои же загрызут…

Какое — то время они летели молча и Настя осмысливала услышанное. Потом, чтобыразрядить обстановку, вспомнила и спросила:

— Оля, а что там за смех был?

— А, это. Сегодня мы с тобой, Настюша, сделали доброе дело. Показали этим шакалятам, чем могут закончиться подобные игры. Глядишь, кто — нибудь призадумается, да и сойдет с кривой дорожки. И заодно избавили город от потенциального криминального авторитета — этого Ганнибала. Ему теперь руки никто не подаст.

— Как же это?

— Ты ведь знаешь, что у этой публики самым страшным позором считается уличение в "голубизне"? Так вот когда он все рассказал, я и заставила его заняться любовью со всеми остальными по очереди. В качестве девочки. А то ведь они жалели, что сегодня девчонок с собой не взяли!

Глава 6

Как ни успокаивала Ольга Настю, а все же понимала, что скоро за них возьмутсявсерьез. На следующий день, когда они вечером подъехали к своему дому, Ольгапочувствовала, что в доме кто — то есть, хотя внешне все выглядело, как обычно.

На этот счет у них все было подготовлено заранее, ибо работа "экспедитора" требует особой осторожности. Во всех помещениях дома имелись замаскированныекамеры видеонаблюдения, соединенные в общую сеть. Проехав мимо дома и свернув на соседнюю улицу, Ольга остановила машину и подключила ее компьютерк сети дома, просматривая все комнаты по очереди. Так и есть. В доме незваныегости в количестве четырех персон. И уже не сопливые малолетки, а серьезныебойцы и видать не с пустыми руками. Притаились и ждут. Что ж, придется опятьпоиграть в войнушку. Убивать их с Настей естественно, не собираются. Иначе ского же тогда товар требовать. Вот и побеседуем…

— Настюша, я сейчас иду в дом, а ты сиди в машине и запри двери. Вот, возьми один пистолет на всякий случай. В случае чего, стреляй. Нас они убивать не будут, мы им живыми нужны. Чего нельзя сказать о них. Всегда сможем заявить, что на нас напали грабители и мы защищались.

— Оля, да из меня же стрелок…

— Ничего, пальнешь и хотя бы напугаешь. Им шум совершенно не нужен.

— А как же ты?

— Настюша, не забывай, что я ведьма. Я умею много такого, чего не умеют они. И надо наконец — то прояснить ситуацию. Ну все, я пошла.

Уже стемнело. Выйдя из машины, Ольга направилась к дому, обходя его с задней стороны. Там имелась потайная дверь, через которую можно было попасть на первый этаж. Она знала, что с этой стороны ее никто не ждет. Бандиты сосредоточили своевнимание на главном входе и ждут под дверью, чтобы сразу обезоружить ее. Настиони похоже совершенно не боялись. Ох, как это опасно — недооценивать противника…

Едва войдя в дом, она тут же "отвела глаза" всем четверым. Бесшумной тенью скользя по коридору, она приближалась к бандитам, держа в руке пистолет. Один стоялвозле зашторенного окна и смотрел на улицу. Двое стояли под дверью. Четвертый, очевидно — "сержант", сидел развалившись в кресле. Несомненно, они заметили ихмашину и сейчас были наготове. Ольга заранее сняла туфли и сейчас передвигаласьбосиком совершенно бесшумно. Пройдя перед главным бандитом, она зашла емуза спину и нанесла резкий удар в нужную точку на голове. Спасибо, Миша, за науку…

"Сержант" обмяк и потерял сознание. Ольга не хотела применять "взгляд змеи", чтобыбандиты потом не рассказали о необычном состоянии. Раскрывать свои возможностине хотелось, а убивать их она пока что не собиралась. Оставшиеся трое ничего не поняли. Они слыщали удар и видели, что их начальник безвольно лежит в кресле, но не могли сообразить, в чем же дело. Один из тех, что стоял у двери, подошел к боссу и тронул его за плечо и тут же сам нарвался на Ольгин пистолет, растянувшись рядом скреслом. Оставшиеся двое перепугались. Нечто неведомое выводило их из строя. Этобыло совершенно не понятно и не укладывалось в ихнем сознании. Ольга бесшумноскользнула к тому, что стоял возле окна и нанесла третий удар, уложивший на полеще одного бандита. Оставшийся дико озирался по сторонам, размахивая пистолетоми ничего не мог понять, находясь уже на грани паники. Еще немного, и он начнет палить во все стороны. Ольга уже думала, не обездвижить ли его "взглядом змеи" и затем стукнуть пистолетом, но тут бандит на свою беду сам повернулся к ней спиной и в следующую секунду уже падал на пол без сознания. Дальнейшее было уже деломтехники. Принеся незаменимый скотч, Ольга спеленала руки и ноги всем четверым, предварительно отобрав оружие и средства связи. После этого позвонила Насте.

— Все, Настюша, давай домой. Они больше не кусаются.

Вскоре появилась Настя и удивленно уставилась на лежащих без сознания здоровенных лбов, связанных по рукам и ногам.

— Оля, как у тебя это получилось?! Ты что — ниндзя?!

— Нет, Настюша, я не ниндзя. Я всего лишь ведьма. Хотя и не отказалась бы постичь это древнее боевое искусство. Но оно увы, потеряно. Да и обучаться ему надо чуть ли не с момента рождения… А сейчас давай вернемся к нашим баранам. Хотя они больше на ослов похожи…

Ольга пока не стала приводить бандитов в чувство, а предварительно обшарила ихкарманы, не упуская любую мелочь, но ничего интересного не нашла. У одногобыло водительское удостоверение, но оно ни о чем не говорило. Последним она тщательно обследовала бумажник "сержанта", надеясь выудить какую нибудь важную информацию. И вдруг неожиданно среди разных бумажек увидела знакомую вещь. На всякий случай открыла свою сумочку и сравнила. Сомнений быть не могло. Она держала в руках две совершенно одинаковые визитные карточки Амирхана Кемаля…

— Ай да генерал… Некрасиво… Получается — не мытьем, так катаньем? Настюша, смотри, что я нашла! Подошедшая Настя взяла карточки и какое — то время сравнивала их.

— Да-а-а… Честно говоря, Оля, не ожидала… По крайней мере, наш пан Ковальский не дошел до того, чтобы натравливать на нас уголовников…

— И для меня, Настюша, очень неприятная новость. Я привыкла уважать своих врагов. Ладно, давай с нашими дорогими гостями побеседуем…

Подойдя к "сержанту", Ольга стала приводить его в чувство. Вскоре он открыл глазаи удивленно уставился на нее. Попытался вскочить, но руки и ноги были крепко связаны скотчем.

— Что ты прыгаешь, как заяц? Будешь брыкаться, я тебя стукну. И твои друзья тебе не помощники. Вон они под стеночкой отдыхают.

— Миллер, как ты это сделала?!

— Про это тебе знать не обязательно. В общем слушай, друг любезный. Ни за что не пове рю, что вы просто пришли, дверь была открыта, вы зашли и стали дожидаться хозяев. Я сейчас могу пристрелить всех вас, а затем вызвать полицию и сказать, что к нам в дом ворвались грабители и я защищалась. Любой суд меня оправдает. Тем более, как я по нимаю, у полиции вы давно на примете. Согласен со мной?

— Согласен…, - буркнул "сержант".

— Могу сделать по другому. Вызвать сюда репортеров газет и телевидения, а когда они приедут, опять таки вызвать полицию и сдать вас с рук на руки тепленькими на глазах у десятков газетчиков и телевизионщиков. Представляю заголовки в завтраш них новостях — четверо вооруженных бойцов Лорда не смогли справиться с двумя бере менными бабами, которые их разоружили, повязали и сдали полиции. Вы станете посме шищем на всю свою жизнь. Ну а как Лорд на это посмотрит, это уже другой вопрос. Думаю, это его в восторг не приведет и он тут же заявит, что знать вас не знает и воо бще первый раз за вас слышит. И сядете вы за попытку грабежа и вся тюряга над вами смеяться будет. Согласен?

— Согласен…

— Так вот, чтобы не отправлять вас на тот свет раньше времени и не портить вашу бандитскую карьеру, давай поговорим по душам и разбежимся. Ответишь на мои вопросы и можешь забирать своих дружков и отправляться восвояси. Мне лишняя реклама тоже не нужна. Согласен?

— Согласен…

— Ну вот и отлично. И так, что вас привело в мой дом в столь поздний час?

— Босс велел с тобой поговорить и товар забрать. Ты же у него товар сперла. Так не делают.

— А как делают? Значит воровать вашу отраву нельзя, а подсовывать ее в мой корабль для провоза в темную можно? Пройдет — хорошо, а не пройдет, так ведь меня, а не вас за шиворот возьмут? Так получается?

— Я про это не знаю. Мне было конкретно сказано, что ты сперла товар и должна вернуть.

Ольга поняла, что бандит не врет. Это действительно простые исполнители и они знают ровно столько, сколько им положено. Больше из него ничего не выудишь.

— Верю. Поэтому слушай и запоминай. Вашего товара у меня нет. При повреждении контейнера он был обнаружен и выброшен за борт над океаном по моему приказу. Мне не нужны проблемы с таможней и полицией. И так буду поступать и впредь, если еще найду наркоту. Еще не хватало, чтобы меня в темную использовали. Так и передай своему боссу. И последнее. Откуда у тебя эта карточка?

— Босс дал. Сказал, что если возникнут проблемы, то звонить этому человеку. Но толь ко в самом крайнем случае. Если ситуация — полная задница.

— Верю. Теперь слушай меня. Я тебя развязываю и ты по очереди вытаскиваешь своих дружков на улицу. Через пару часов они очухаются. Пушки ваши верну, но без патро нов, чтобы не вводить тебя в искушение. Если начнешь брыкаться — пристрелю, как и обещала. Я с вами четырьмя справилась, что ты один сделаешь. Так что, будешь хорошо себя вести?

— Буду…, - недовольно засопел "сержант".

— Ну вот и прекрасно. Приятно, ребята, было с вами познакомиться.

Ольга извлекла из всех пистолетов магазины, проверила, не остались ли патроны в стволах и развязала "сержанта", на всякий случай готовясь нейтрализовать его. Но бандитвел себя дисциплинированно и не пытался геройствовать. Произошедшее не укладывалось ни в какие рамки и он откровенно побаивался Ольги. Вытащив трех своих подчиненных на улицу, он вернулся за оружием. Уже выходя, обернулся в дверях и улыбнувшись, сказал:

— А знаешь, здорово ты с этими молокососами разобралась. Особенно с этим придурком Ганнибалом. Пацаны как узнали, до колик в животе хохотали.

Выпроводив незваных гостей, Ольга призадумалась. Было ясно, что от них все равноне отстанут. Она выиграла один бой, но это еще не победа в войне. Теперь к ним будут относиться как к опасным противникам, а не как к двум обнаглевшим бабам, решившим сделать свой бизнес на чужом товаре. Лорд над своими облажавшимися подчиненными конечно посмеется, но сделает правильные выводы, что эти две бабы нечтоособенное и просто так посылать к ним своих мордоворотов, как к обычным лавочникам, не желающим платить дань, дело рискованное и бесполезное. Можно остаться ибез дани и без мордоворотов. Поэтому он придумает что — то другое, ибо никогда непростит, что кто — то посмел покуситься на его собственность. А если бы даже и захотел простить, то уже не сможет. Его окружение это просто не поймет. А так недалекои до потери авторитета в глазах компаньонов, что равносильно краху. Пожалуй, придется все таки на время исчезнуть. Она не сможет в одиночку воевать со всей криминальной армией наркобарона. Ребят из "корпуса" подставлять нечего. Уж слишкомсейчас не равны силы. Была бы она одна, еще куда ни шло, а ведь с ней Настя…

Ну что же, "Барс" выручал их не раз. Он стоит в космопорте готовый к вылету. Припасы загружены и они при желании смогут провести в космосе несколько месяцев. Но столько и не потребуется. Самое большее через три недели должен вернуться Франци тогда разговор с Лордом пойдет на другом уровне. Тогда ему будет уже не до сохранения авторитета, ведь можно и головы лишиться. А пока можно позволить себе небольшой круиз. Нападения в космосе опасаться нечего. У Лорда только яхты и небольшие грузовые суда, а атаковать с их помощью штурмовик, хоть и бывший, это надосовсем не дружить с головой. Завтра у них по плану очередной осмотр у врача в клинике, а оттуда можно сразу рвануть в космопорт, не заезжая домой. И пускай Лордлязгает зубами, сколько хочет. Ему уже дали понять, что просто так наезжать на себяне позволят, но в то же время и воевать с ним не хотят. Иными словами, дали возможность "сохранить лицо", как говорили японцы. И теперь посмотрим, что у него перевесит — бандитские амбиции, или здравый смысл. Хотя, здравый смысл у наркобарона… Нехорошее предчувствие не покидало. А оно никогда не обманывало. Значит, Лорд пойдет на очередную пакость. Знать бы только на какую и когда.

Глава 7

На следующее утро подруги, как дисциплинированные будущие мамы появилисьв клинике. Накануне Ольга все объяснила и Настя с ней согласилась. В создавшейся ситуации действительно лучше на время исчезнуть. Причем сделать это внезапно. Лорд сейчас, скорее всего, переваривает ситуацию и устраивает головомойкусвоим недотепам. Вот и надо ловить момент.

Врач осмотрел Ольгу и порадовал, что все хорошо. Напоследок сказал:

— Все идет хорошо, мадам, но постарайтесь вести спокойный образ жизни. Вашей будущей малышке это просто необходимо. А Вы, насколько мне известно, очень часто летаете, причем лично пилотируете свою яхту? Всякие волнения и стрессы Вам противопоказаны. Постарайтесь провести оставшийся срок беременности без волнений и больших нагрузок. Отдыхайте, наслаждайтесь жизнью, занимай тесь специальной гимнастикой и побольше ходите пешком на свежем воздухе. И не вступайте ни в какие конфликты. Вам это совершенно ни к чему. И вовремя являйтесь на очередной осмотр.

Выйдя из кабинета врача, Ольга усмехнулась. Да-а, доктор… Как говорится, Вашибы слова — да богу в уши… Не вступайте ни в какие конфликты и ходите пешком… Настя уже вышла от врача и поджидала ее. Ольга подошла и не стала откладыватьдело в долгий ящик.

— Все, Настюша. Сейчас срочно в космопорт. Нам тут дальше оставаться опасно.

— Оля, давай в супермаркет заедем. Кое что по мелочи прикупим.

— Нет. Срочно в космопорт. На борту "барсика" все, что надо есть. Нехорошее пред чувствие у меня, Настюша. Ты же меня знаешь.

Они спустились на первый этаж и уже почти прошли вестибюль, как их неожиданнодогнала медсестра.

— Мадам, подождите. Доктор хочет с Вами поговорить, — обратилась она к Ольге.

— Так я же только что с ним разговаривала?

— Не знаю, мадам. Он посмотрел результаты сканирования вторично и срочно послал меня за Вами. Хорошо, что Вы еше не ушли.

Ольга колебалась. Ситуация ей очень не нравилась и показалось, что медсестра лжет. Настя же всерьез забеспокоилась.

— Оля, ты что? Иди немедленно!

— Настюша, пошли вместе. Я тебя одну не оставлю.

— Оля, да что ты как пуганая ворона, что куста боится? Ведь здесь полно людей, да и охрана есть. Не думаешь же ты, что они и сюда сунутся средь бела дня? Я тебя здесь подожду. Что мы там вдвоем у врача делать будем?

— Нет, Настюша, пошли. Уж лучше под дверью посидишь.

— Вот ты неугомонная. Ну пошли.

Пришлось снова подниматься на пятый этаж.

— Сейчас, мадам, я спрошу доктора, свободен ли он, — сказала медсестра и вошла в кабинет. Через несколько секунд она вышла.

— Проходите, мадам, доктор Вас ждет.

Настя села в кресло в коридоре, а Ольга вошла в кабинет.

— Слушаю Вас, мадам.

— Простите, доктор, это я Вас слушаю. Меня догнала медсестра и сказала, что Вы хотите со мной поговорить. Что случилось? У меня что — то не так?

— Извините, не понимаю. Зашла медсестра и сказала, что у Вас есть какие — то вопросы ко мне. Что с Вами?

Ольга подхватилась со стула и выбежала из кабинета. Насти в коридоре не было. Онаустало опустилась в кресло, где недавно сидела подруга. Недооценила она Лорда… В дверях кабинета стоял доктор и удивленно смотрел на нее.

Где же искать Настю? Ясно, как божий день, что этот бандит потребует теперь своюотраву в обмен на нее. Но и после этого она не будет в безопасности, так как Лордуне нужны такие свидетели. Что ж, Ромочка — Лорд, или как тебя там еще зовут. Тысовершил самую большую ошибку в своей жизни. Ты ударил ведьму в самое больноеместо. Отныне я никуда не полечу. Я буду шаг за шагом идти к тебе. И никакие мордовороты, которыми ты себя окружил, тебя не спасут. Ради спасения Насти я пойду навсе. Я даже нарушу Запрет. Прости меня, бабушка, но у меня нет выбора… До скоройвстречи, Лорд. Я пройду по трупам твоих шестерок, сколько бы их не было, но я доберусь до тебя…

Ольга достала коммуникатор и набрала номер Гюнтера. Больше обращаться не к кому. Гюнтер ответил не сразу и по его голосу Ольга поняла, что он спал.

— Гюнтер, здравствуйте. Извините, что разбудила. У меня проблемы.

— Что случилось?

— Мою сестру похитили.

— Как похитили? Кто?

— Подозреваю, что местный наркобарон Рома Поланский по кличке Лорд.

— Вот незадача, и меня в городе нет. Я сейчас в служебной командировке и вернусь только через неделю… Так, Ольга, где Вы сейчас?

— В клинике.

— Оставайтесь там. Я сейчас свяжусь с моим помощником — инспектором Карстеном и он подъедет к Вам. Парень очень толковый. Расскажите ему все подробно. Не бойтесь за свою сестру. По крайней мере в ближайшее время ей ничего не грозит. Очевидно, этому бандиту что — то от Вас нужно. Ради убийства людей не похищают, так что не волнуйтесь.

Ольга спустилась в вестибюль и стала ждать. Через полчаса подъехала машина и изнее вышел человек лет тридцати в штатском. Ольга вспомнила, что уже видела его вкомиссариате вместе с Гюнтером, когда была там по делу о попытке грабежа. Полицейский тоже узнал Ольгу и сразу направился к ней.

— Доброе утро, мадам! Что у Вас случилось? Мне звонил шеф и велел срочно приехать.

— Мою сестру только — что похитили.

— Так. Давайте сядем в сторонке и Вы мне все подробно расскажете.

Пришлось рассказать почти все. И о партии наркотиков, выброшенной за борт, и о разборках с малолетками. Все это было легко проверить, так как было очень многосвидетелей. Про инцидент у себя дома Ольга умолчала. Она так и не придумала, какую же правдоподобную версию выдвинуть, как она смогла справиться с четырьмявооруженными бандитами. Естественно и об "экспедиционных" делах не было сказано ни слова. Для инспектора картина была ясна. Он тут же вызвал еще несколькихчеловек, которые приступили к опросу свидетелей и осмотру места происшествия. Было видно, что люди дело знают.

— Так, мадам. Сейчас езжайте домой и будьте все время на связи. Вы сможете вести машину, или дать Вам водителя? Как Вы себя чувствуете?

— Благодарю, я доберусь сама.

— Отлично. Я останусь здесь, может удастся найти какую — нибудь зацепку. Скоро они с Вами свяжутся и выставят свои требования. Разговор обязательно запишите.

Ни в коем случае не пытайтесь предпринимать что — нибудь самостоятельно и не угрожайте им. Помните, что они заинтересованны в получении обратно своей отра вы, а когда от Вашей сестры узнают, что ее уже нет, скорее всего потребуют деньги. Не обещайте им ничего конкретного. Вам будут грозить, что с Вашей сестрой рас правятся, чтобы Вы ни в коем случае не обращались в полицию, ибо там у них свои люди — все это обычные уловки. Помните, пока они не получат деньги, Вашей сестре ничего не грозит. Требуйте разговора с ней.

Когда Ольга приехала домой, в электронной почте уже было сообщение.

"Цыпа, тебе же говорили, давай по хорошему. Теперь с тебя два миллиона в швейцарских франках и получишь назад то, что потеряла. Только наличные. Никаких чекови кредиток. Срок — неделя. Как будешь готова, пришлешь сообшение на этот адрес. Не вздумай обрашаться в полицию. Все равно узнаем, у нас везде свои люди. Не теряй времени."

Она тут же набрала ответ.

"Вы ничего не получите, пока я не буду уверена, что с моей сестрой все в порядке. Дайте мне с ней поговорить."

Очень скоро прозвучал сигнал вызова и Ольга узнала голос Насти.

— Оля, это я. Меня похитили и требуют два миллиона.

— Настюша, с тобой все в порядке? Где ты находишься?

— Оля, я не знаю. Я…

Связь оборвалась. Видно там не хотели, чтобы Настя сболтнула лишнее. Вскоре пришлоновое сообщение.

"Цыпа, убедилась? Давай, действуй."

Ольга сидела, тупо уставившись в экран монитора. Даже если она опустошит все счета, все равно не наберется нужной суммы. Деньги вложены в дело и изъять их оттуда быстро невозможно. Но ведь даже если и будет требуемая сумма, Насте это все равно непоможет. Бандиты не отпустят такого свидетеля. В любом случае надо ждать инспектора. Может, ему что — нибудь удастся узнать. А если и полиция не поможет, тогда придется действовать самой. Не хотелось бы…

Через два часа приехал Карстен. По нему было видно, что улов у него не богатый. Едваусевшись в кресло, он сразу приступил к делу.

— Картина похищения Вашей сестры более — менее ясна. Эту медсестру раньше никто не видел и откуда она появилась и куда потом исчезла никто не знает. Очевидно, у похитителей были сообщники из числа медперсонала клиники. Сейчас проверяем всех, но думаю, это мало что даст. Никто не видел, как увезли Вашу сестру. Они так и не звонили?

— Нет, прислали сообщение по электронной почте. Дали только поговорить с Настей, но я ничего не смогла узнать.

— Подстраховываются. Не хотят, чтобы мы провели идентификацию по голосу. А по электонной почте может отправить сообщение кто угодно. В общем, не волнуйтесь. Ваша сестра жива и пока ей ничего не грозит. Будем работать. Есть у нас кое какие задумки. Шеф сейчас старается свернуть командировку и побыстрее вернуться, но пока не получается. Если они снова выйдут на связь, отвечайте, что собираете день ги. И ради бога не предпринимайте ничего, не посоветовавшись с нами.

— Как Вы думаете, получится освободить мою сестру?

Инспектор только вздохнул.

— Не хочу давать Вам никаких гарантий, мадам. Это было бы нечестно с моей стороны. Одно могу гарантировать — пока эти бандиты не получат выкуп, Вашей сестре ничего не угрожает. Им нужны деньги, а не она. Вот и будем из этого исходить. Определен ные наработки для подобных случаев у нас есть. Никто им платить не собирается. Если только они получат деньги, вот тогда Вы сестру точно больше не увидите. Сей час нам нужна Ваша помощь. Будьте на виду, ездите в банк, снимайте деньги со счетов, чтобы это было видно. Не исключено, что за Вами наблюдают. Создавайте интенсив ную видимость, что собираете деньги для выкупа. Ну а мы будем работать в другом направлении. Задействуем агентуру. Не исключено, что удастся узнать место, где дер жат Вашу сестру. Вряд ли ее увезли далеко — в этом нет никакого смысла.

Когда инспектор ушел, Ольга развила бурную деятельность. Ездила по банкам, снимала деньги со счетов и на все удивленные вопросы отвечала расплывчато. Похитителибольше себя никак не проявляли. Ольга чувствовала слежку за собой, но не делала никаких попыток от нее избавиться. Пусть видят, что она усердно собирает деньги.

На третий день снова появился Карстен. Ольга уже собрала чуть больше половины требуемой суммы. Инспектор очевидно плохо спал все эти дни, так как вид у него был неважный. Едва появившись, он не стал затягивать.

— Мадам, у нас все готово. Посылайте им сообщение, что деньги собраны и что Вам де лать дальше. Ничего конкретного, к сожалению, узнать не удалось, но за такой суммой не пошлют случайного человека. Вот и проследим за тем, кто придет.

— Но ведь у меня нет нужной суммы. А вдруг они проверят на месте?

— Она и не нужна. В кейс положим фальшивые деньги. У нас есть как раз для подобных случаев. Качество изготовления высочайшее, определить можно только на специальной аппаратуре, а она очень громоздкая и ее с собой не потянешь. Так что в этом плане мо жете не волноваться. К тому же в кейс будет вмонтирован микро — радиомаяк, включаю щийся только по специальному сигналу.

— А нельзя ли сразу взять за шиворот этого Лорда?

— Что Вы, мадам. Ведь абсолютно никаких улик против него нет. Это лишь версия. Да и в случае обыска в его особняке я уверен, мы ничего не найдем. Он далеко не глуп, чтобы держать у себя что — нибудь компрометирующее. Его адвокаты съедят нас с потрохами.

Ольга набрала и отправила сообщение:

"Деньги собраны. Жду дальнейших указаний."

Ответ пришел очень быстро.

" Сегодня в 20.00 будь на пассажирском терминале космопорта в зале регистрации. К тебе подойдет человек и передаст привет от твоей сестры. Отдашь ему деньги. И не вздумай финтить, цыпа."

Инспектора это обрадовало. Очевидно, он ожидал, что местом передачи назначат какоенибудь захолустье, где все просматривается и трудно разместить засаду.

— Что же, это хорошо. Хоть народу там и много, но все помещения под наблюдением и выходы легко блокировать. Не понимаю, на что они рассчитывают. Будьте на месте в назначенное время, а мы начнем подготовку уже сейчас. Кейс с деньгами сейчас при везут. Только не делайте, пожалуйста, ничего лишнего. Отдайте деньги и уходите. Мо жете спросить, когда отдадут Вашу сестру, но не более. Всю остальную работу будем делать мы.

В назначенное время Ольга была на пассажирском терминале в зале регистрации. Народубыло довольно много, но не на столько, чтобы можно было затеряться в толпе. Она чувствовала, что за ней внимательно наблюдают и пыталась определить человека, которыйдолжен прийти за деньгами. Полицейских нигде не было видно, космопорт жил своейобычной жизнью. То и дело слышались объявления о начале и окончании регистрации, о посадке прибывших пассажирских лайнеров. Вокруг сновало множество прилетевшихи улетающих пассажиров, но на Ольгу никто не обращал внимания. Прошел уже час. Она устала ходить с тяжелым кейсом по залу и присела в кресло отдохнуть, выбрав местотак, чтобы держать весь зал под наблюдением. Полиция работала профессионально иничего подозрительного заметить было нельзя. Полицейский патруль в форме, прогуливающийся по залам космопорта, был обычным явлением, и если бы он куда — то вдругисчез, это действительно могло бы вызвать подозрения. Отдохнув, Ольга опять началабродить по залу. Она прождала почти до полуночи, но к ней так никто и не подошел.

Приехав домой, Ольга сразу обнаружила сообщение в электронной почте.

" Цыпа, тебе же было сказано — не финти. Зачем к легавым пошла? Знаем и за твой кейс с фальшивыми деньгами и за радиомаяк в нем. За твою нечестность с тебя теперь четыре миллиона. Срок прежний. Если еще раз пойдешь к легавым, сестренку больше не уви дишь. Это последнее предупреждение."

Ольга молча сидела в кресле. Значит, бандиты не врут. У них действительно есть информатор в полиции. А может и не один. Скрыть такое трудно. Уж очень много людей задействовано в операции. Значит, придется действовать самой… А это совсем другое, обратной дороги уже не будет. Она уже никогда не станет прежней… Пусть. Ради спасения Насти она пойдет на все. В конце концов, не она первая, не она и последняя…

Глава 8

На следующее утро Ольга переговорила с Карстеном, который был обескураженутечкой информации и заверила его, что ничего самостоятельно предприниматьне будет. Она видела, что сам инспектор честный человек, да только ведь кроме негов комиссариате полно людей и кто сливает информацию бандитам, не известно. Любыми путями надо выйти на прямой контакт с похитителями. Постараться захватить кого — нибудь и "разговорить". Пройти по всей цепочке и добраться до самоговерха. Если она сделает э т о хоть раз, потом ее уже ничто не остановит. Ты, Рома, хотел войны? Ты ее получишь. Но не такую, к которой ты привык. И ты проклянешьтот день, когда поднял руку на ведьму…

Поездив по городу, она явно чувствовала за собой хвост. На машине, пожалуй, не оторваться. Ее "ведут" сразу несколько автомобилей. Оставив машину на стоянке, Ольгапошла пешком. Топтуны тут же увязались следом. Побродив по магазинам, она вышлана сравнительно малолюдную улицу и на мгновение скрывшись из вида преследователей, мгновенно отвела им глаза и стала под стенкой. Двое парней выскочили из — за углаи растеряно озирались. Объект слежки исчез, причем исчезнуть ему было просто некуда.

Покрутившись какое — то время и пробежавшись по улице, они связались со своим начальством и доложили, что объект потерян. Очевидно, выслушали о себе много интересного, кто они есть и что о них думают. После этого получили какие — то новые инструкциии ушли. Прождав еще немного, Ольга вышла на другую улицу и поймала такси.

Попросив таксиста остановиться за пару кварталов, Ольга дальше пошла пешком. Вскореона стояла перед входом небольшого оружейного магазина "Охотничий мир", хозяинкоторого Клаус Шихман был ее старым знакомым. Ольга частенько закупала у него боеприпасы и оружие как для себя, так и для экипажей своих кораблей, ибо у Клауса за деньги можно было достать абсолютно все, а далеко не все можно было приобрести легально.

Вот сейчас и пригодились нужные связи. Зайдя в магазин, она стала ходить от витринык витрине, рассматривая различные образцы. То, что она сразу не подошла и не спросилани о чем, было для Клауса своеобразным сигналом. Подойдя к Ольге, он вежливо поинтересовался, что интересует мадам и какое оружие она желает иметь. Разыгрывая из себядурочку, ничего в этом не понимающую, она стала нести такую околесицу, что посетители с трудом скрывали улыбку. Клаус не растерялся.

— Ничего страшного, мадам! Давате сейчас пройдем в мой кабинет, я Вам покажу катало ги и Вы обязательно найдете то, что Вам нужно. Я помогу с выбором и проконсульти рую Вас по всем возникшим вопросам.

Оставив в торговом зале своих помощников, Клаус повел Ольгу в свой кабинет. Едвавойдя и усадив Ольгу в кресло, он сразу приступил к делу.

— Давай, Оля, говори, что надо. Нас никто не слышит. Что на этот раз?

— Клаус, мне нужен "жасмин".

— Оля, ты что? Я цветами не торгую. Цветочный магазин в конце улицы.

— Клаус, не придуривайся. Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю.

— Хм-м… Оля, но это боевой препарат и его в свободной продаже не бывает. Достать его очень сложно…

— Я и без тебя это знаю, потому к тебе и пришла. Ведь у тебя можно за деньги достать что угодно, хоть аннигиляционную бомбу. Разве не так?

— Ну, в общем — то… А когда тебе надо?

— Вчера.

— Хм-м-м… Оля, препарат запрешенный и потому очень дорогой и у меня сейчас нет…

— Клаус, не парь мозги. Сколько?

— Тысяча франков за капсулу.

— Согласна.

— Все, через час будет. А пока будем ждать, может шампанского?

— Клаус, ты что? В моем положении только сок и чай.

— Ой, Оленька, прости, совсем забыл! Сейчас будет и сок и чай и все, что хочешь! Все для постоянных клиентов!

Клаус тут же позвонил куда — то и на непонятной тарабарщине сделал заказ, причемвсе слова были понятные, да только вот смысл их могли понять только посвященные.

Тут же на столе появились свежие фрукты, чай и соки. Такими клиентами, как фрауМиллер, надо дорожить. Это Клаус знал точно.

Они прождали час, ведя неспешную беседу за чаепитием, разговаривая на отвлеченные темы. Через час раздался сигнал вызова и Клаус взял трубку. Переговорив, он извинился и вышел, оставив Ольгу одну. Вскоре вернулся, неся в руке небольшуюкоробочку. Открыв ее, вытряхнул на стол пластиковую капсулу красного цвета. Послеэтого подвинул ее к Ольге, не касаясь руками, чтобы не оставить отпечатков пальцев.

— Вот, Оля, получай. Товар первосортный. Останешься довольна.

— Настоящий?

— Оля, обижаешь! Я подделками не торгую. Надо поддерживать репутацию фирмы.

— Верю. Возможно, потребуется еще.

— Никаких проблем. Для тебя — все что угодно.

Она уже направлялась к выходу, когда Клаус неожиданно спросил:

— Оля, не мое это конечно дело, да только вот со своим любопытством не могу совладать. Ты в оружии и в этих… препаратах получше любого мужика разбираешься. Ты случай но не в спецназе служила? Может, ты какой — нибудь полковник в отставке?

Ольга только улыбнулась своей обворожительной улыбкой.

— Ну что ты, Клаус! Куда мне, хрупкой женщине, в армию. Просто, много интересных и полезных книжек читаю. А книжка — это источник знаний. Об этом еще в древности говорили.

Не доехав на такси пару кварталов, Ольга отпустила машину и направилась дальше пешком к своему припаркованному автомобилю. Скрываться дальше не было смысла. Наоборот, теперь надо быть на виду. Подходя к стоянке, она сразу вычислила топтунов. Глядите, ребятки, глядите. Вот она я. А вы такие молодцы, меня сразу заметили и ведете так, что я ничего не подозреваю. Сев в машину, Ольга поехала домой, но по дороге остановилась возле супермаркета, где купила большой бронированный кейс из легкого сплавастараясь, чтобы это не осталось незамеченным ее соглядатаями.

По возвращению она обнаружила возле дома машину инспектора. Утешительных известий у него не было. Изображая убитую горем женщину, она выслушала заверения Карстена, что полиция сделает все, что можно. После этого попросила оставить ее одну, таккак она не очень хорошо себя чувствует. После ухода инспектора Ольга мгновенно преобразилась. Прохлаждаться было некогда. За сегодня надо проделать большую работу.

Весь остаток дня она занималась изготовлением того, что на языке мошенников называется "кукла". Изрезав огромное количество бумаги и изготовив пачки "денег" по объему, примерно соответствующему четырем миллионам и положив с обеих сторон каждой пачки по стофранковой банкноте, Ольга сложила все в кейс и осталась довольна. На расстоянии невозможно распознать обман, а отдавать кейс бандитам в руки она не собиралась. Ей нужно выиграть первое время и отвлечь внимание, когда они увидят живые деньги. После этого набрала сообщение и отправила его по электронной почте:

"Деньги собраны. В полицию не обращалась. Жду ваших инструкций."Ответа не было очень долго. Видать, бандиты проверяли информацию. Наконец, пришелответ.

"Завтра, в 12.00, на побережье возле мыса Носхорн. Будь одна, без оружия и без "жучков". Не повторяй прошлых ошибок. Если обманешь, встреча не состоится."

Ольга знала это место. Километрах в двухстах от города был скалистый мыс, носившийэто название и непонятно как оказавшийся на гладком и ровном, как стол, песчаном побережье. Он был хорошим ориентиром для яхтсменов и его все знали. Бандиты недаромвыбрали его. Место совершенно пустынное, открытое и безлюдное. Засаду нигде не спрячешь. То, что Настю не собираются завтра привозить, ясно, как божий день. Они постараются забрать деньги и вряд ли отпустят живой. Мерзавец Аль Капоне был прав. Хороший свидетель — мертвый свидетель. А следом настанет и очередь Насти…

Сколько же вас будет? Уж не четверо, как в прошлый раз, это точно. Вы подстрахуетесьи постараетесь обеспечить себе подавляющее преимущество в численности и огневоймощи. Очевидно, вы считаете, что я владею каким то редким боевым искусством, с помощью которого расправилась с четырьмя вооруженными противниками. Глупцы… Ну что же, ребята, вы сами выбрали эту дорогу. Никто силком в бандиты вас не тащил. Вы не ждете ничего опасного от безоружной беременной бабы. Вы только не знаете, квашему несчастью, что эта беременная баба — ведьма…

Следующее утро не принесло никаких новостей. Новых сообщений от похитителейне было и Карстен, который позвонил узнать, как она себя чувствует, тоже не смогничем порадовать. Надо было выдвигаться к месту встречи, ибо опаздывать нельзя.

Накануне Ольга обзвонила членов своей группы "корпуса", велев быть постояннона связи, но не сказала ничего конкретного. Такое она часто проделывала и раньше, так что ничего подозрительного в этом не было. Никто не должен знать о предстоящей встрече, ибо неизвестно, где происходит утечка информации.

Бросив в салон автомобиля кейс с "деньгами" и спрятав в тайнике возле кресла обаверных "Штайра", Ольга выехала из дома и направилась к выезду из города. Она чувствовала, что ее непрерывно "ведут", передавая друг другу. Но ее маршрут движениясовпадал с требуемым направлением, она нигде не останавливалась, по дороге ни скем в контакт не вступала и потому никаких подозрений возникнуть было не должно.

Выбравшись за городскую черту, автомобиль еше несся какое — то время по загородному автобану, но скоро ограничения кончились и Ольга подняла машину в воздух.

Она шла на небольшой высоте в сотню метров вдоль береговой линии. Занимать болеевысокий эшелон нет смысла. Вблизи города еще было движение в окружающем пространстве, но скоро ее машина осталась в одиночестве и только сзади не отставал один автомобиль, выдерживающий большую дистанцию. В том, что это не случайный попутчик ине полиция, Ольга не сомневалась. Внизу проплывало пустынное побережье. Здесь быливеликолепные пляжи, но так далеко от города обычно никто не забирался. Погода стоялатихая и ясная. Половину всего горизонта вокруг занимала бирюзовая гладь океана, на которой кое где видны были белые паруса яхтсменов — любителей. Небольшие волны прибоя накатывались на песчаный берег, вспениваясь у самой кромки воды. Картина былапросто идиллическая, и если бы не предстоящее мероприятие, то Ольга бы несомненнолюбовалась прекрасным пейзажем. Все — таки годы, проведенные в море в той — прежнейжизни, оставили неизгладимый след в ее душе. Но сейчас было не до созерцания прекрасного. Впереди поджидала смертельная опасность. И такая же опасность мчалась сзади, не догоняя и не приближаясь, как бы зная, что дичь уже никуда не денется. Сегодня будетважный день в ее жизни. Может быть, самый важный после того, как она впервые открыла глаза, выйдя из комы и осознала, что она уже не лейтенант Николай Верещагин, а пятнадцатилетняя девчонка Оля Шереметьева, живущая спустя четыреста лет…

Ей предстоит нарушить Запрет. Она идет на это сознательно, ибо ей не оставляют выбора. Бабушка предупреждала ее об этом и от всей души желала, чтобы ей никогда не пришлосьприбегать к применению этой последней ступени ее дара…

Она издали заметила скалистый мыс, возвышающийся над низким песчаным берегом.

Издали он действительно напоминал носорога, склонившего голову к воде. Никто не могпонять, как среди песков оказалась эта гранитная скала, стоящая здесь с незапамятныхвремен и выступающая в океан. Вот такая игра природы… У подножия скалы, на пескепляжа, стояли четыре машины. Сзади не отставала пятая. Это значит, что против нее Лордвыставил пятнадцать — двадцать вооруженных до зубов мордоворотов. Да-а-а, ребятки, как вы сразу меня зауважали. Такой почетный караул для беременной бабы. Ну ничего, то ли еще будет…

Уменьшив скорость, Ольга сделала круг над местом стоянки и стала снижаться, посадивмашину недалеко от кромки воды метрах в пятидесяти от ожидающей ее компании. Пятый автомобиль приблизился и тоже совершил посадку возле остальных. Ольга открыладверь и вышла из машины. Перед ней стояли двадцать человек, держащих наготове оружие. Здорово она их напугала. Но двадцать человек — это много. Она не сможет удержатьвсех. Значит, выбора нет…

— Деньги привезла, цыпа? — обратился к ней громила, в котором Ольга узнала Ринальдо Бартини — одного из "капитанов" армии Лорда, выполняющего функции офицера по осо бым поручениям. Вот оказывается, как выросли ее ставки. Она достала из машины кейс и раскрыла его, показав содержимое.

— Четыре миллиона стофранковыми банкнотами. Где моя сестра?

Глаза бандитов разгорелись при виде денег, но все стояли на месте, соблюдая дисциплину.

— Скоро ты ее увидишь. А сейчас, цыпа, подними руки, чтобы мы их видели и не дергайся. Поедешь с нами, босс хочет с тобой побеседовать. Если попробуешь выкинуть какой — нибудь фокус, стреляем по ногам. Так что, веди себя смирно. Не создавай проблем ни нам, ни себе.

Ольга положила кейс на песок и подняла руки. Шестеро бандитов, направив на нее стволы автоматов, начали осторожно приближаться. У седьмого, который шел вместе с ними, оружия не было видно. Она стояла и спокойно наблюдала. Бандиты преодолели половинупути, и тут Ольга заметила в руке безоружного мафиози инъектор. Это значит, что ей хотят вколоть какую — то гадость. Молнией обожгла мысль — ребенок! Как скажется на немдействие этого препарата?! Больше Ольга не колебалась ни секунды…

Они медленно приближались. Расстояние неуклонно сокращалось и вот уже за их фигурами скрылись остальные бандиты, стоящие возле машин. Ольга стояла, подняв руки и глядя перед собой. Она ясно чувствовала в своих ладонях сердца всех семерых. Когда до нихоставалось метров пять, Ольга чуть сжала пальцы и гримаса боли исказила лица подошедшей семерки. Страшная боль в сердце парализовала бандитов и спустя мгновение их сердца остановились. Они падали на песок уже мертвыми. Ольга упала вместе с ними и сталаубивать оставшихся возле машин мафиози одного за другим. Количество уже не имелозначения. Она нарушила Запрет, применив "удар молнии". Смертельный прием, которыйможно применять только ради спасения жизни. Своей, или того, кто тебе дорог и другойвозможности нет…

Они валились, как снопы, не успев ничего понять. Некоторые, до которых еще не дошлаочередь, пытались стрелять, но тут же падали, поражаемые неизвестной силой. Через несколько секунд остался один Бартини. Ольга с огромным трудом удержала себя, он нуженбыл живым. Но один человек — не двадцать, и она легко нейтрализовала его "взглядомзмеи". Поднявшись, она вынула капсулу из инъектора и положила в карман. Надо будетпозже узнать, что же за дрянь собирались ей ввести. Бартини стоял с перекошенным отужаса лицом и не мог пошевелить даже пальцем, глядя на медленно подходящую Ольгу. Он уже просунул руку под пиджак, стараясь добраться до пистолета в плечевой кобуре, но не успел. Дальнейшее не составило никаких трудностей. Подойдя вплотную и глядяв полные страха глаза бандита, Ольга достала из его кобуры пистолет и ударила им в нужную точку на голове. Мафиози упал, потеряв сознание. Затем вытерла платком отпечаткипальцев с пистолета и швырнула его в воду. Операция по передаче денег завершилась, хотя и несколько по другому, чем планировал Лорд. Скоро он забеспокоится, так как неполучит вовремя информации от своего "капитана". Значит, надо действовать быстро.

Ольга стояла среди груды поверженных тел, из которых живым было только одно…

Глава 9

Как оказывается это просто — держать в руках чужую жизнь и распоряжаться ей! Я теперь почти бог и вольна распоряжаться чужими жизнями по своему усмотрению! Отныне никто не смеет стать мне поперек дороги и я буду убивать каждого, кто посмеет… Господи, что я несу?!

Ольга схватилась за голову. Бабушка предупреждала ее об этом. Она хорошо помнилаее наставления.

— Помни, Оля, это последняя ступень нашего дара. Она была разработана ведьмами в глубокой древности для защиты своей жизни. Инквизиция вела постоянную охоту на нас и мы нашли оружие, способное нас защитить. Этот прием называется "удар молнии". Он гораздо проще по технике выполнения, чем другие, но он смертелен. Ты сможешь остановить сердца врагов, сколько бы их не было поблизости и никто ничего не поймет. Тебе достаточно будет просто видеть врага и его сердце будет в твоей власти. Но это на ходится за границей Запрета. Нельзя применять наш дар для убийства. Всякое в жизни может случиться. И если, не дай бог, тебе будет угрожать смертельная опасность, устра нить которую можно только убив врага, постарайся сделать это любым другим способом. Не прибегай к "удару молнии". От всей души желаю, чтобы он тебе никогда не понадо бился. Ибо в ведьме, нарушившей Запрет, просыпается хищный зверь, жаждущий крови.

Это как сильный наркотик. Стоит попробовать лишь раз и уже не можешь оторваться… Все возникшие проблемы ты будешь хотеть решить одним способом — убийством. И тебе всю твою жизнь придется сдерживать в себе этого зверя. А это очень тяжело. Страшно тяжело. Я знаю, что говорю, ибо тоже нарушила Запрет… Это было очень давно. Я была еще молода и беременна своим первенцем. Твой дед был в рейсе и я по глупости вечером вышла одна прогуляться. Время было уже позднее и ко мне приста ла толпа малолеток. Их было двенадцать человек и похоже они все были под "кайфом". Я попыталась образумить их, но их затуманенные наркотиками мозги ничего не сообра жали. Когда я стала сопротивляться, они повалили меня на землю и один уже собирался ударить меня ногой в живот. Я не удержалась. Он так и не понял ничего, что же с ним произошло. Я убивала их одного за другим и не могла остановиться. Когда я пришла в себя и поднялась на ноги, вокруг меня лежали двенадцать трупов. Не помню, как я убежала оттуда. Полиция закрыла это дело, списав все на передозировку наркотиков и никто ничего так и не узнал. Даже дед не знает об этом. Впервые я рассказала об этом твоей матери, когда предупреждала ее. Теперь это знаешь ты. Хоть я больше никогда и не прибегала к "удару молнии", мне стоило громадных трудов утихомирить в себе этого зверя. Но он никуда не делся и может в любой момент лязгнуть своими клыками.

Помни об этом, Оля. Ты должна, как и все ведьмы, владеть этой высшей степенью защиты. Но применяй ее только тогда, когда тебе не оставят выбора. Когда тебе, или тем, кто тебе дорог, будет грозить смертельная опасность и по другому спасти их нельзя. Но после этого твоя жизнь изменится. Твоя сила возрастет, откроются новые возмож ности, но одновременно в тебе проснется кровожадный хищник. Тебе придется сдерживать его всю жизнь…

Да, бабушка… Все так, как ты сказала. Теперь мне все время придется быть настороже, чтобы этот зверь не вырвался на свободу. Он уже показал свои клыки…

Теперь нельзя было терять времени. Ольга обшарила карманы бандитов и нашла уодного наручники, надев их на Бартини. Тщательно обследовав карманы бандитского "капитана", не нашла ничего интересного и забрала его коммуникатор. Хоть быЛорд пока не звонил, а то все откроется. Подогнав свой автомобиль поближе, Ольгапосмотрела на бандита и прикинула свои возможности. Нет, ничего не получится.

В нем килограммов сто с лишним, ей нельзя поднимать такие тяжести. Хочешь нехочешь, а придется звать ребят на помощь. Достав коммуникатор, она позвонила одному из своей группы — богатырю Максу. Ответили сразу.

— Макс, это я. Возьми кого — нибудь одного из ребят покрепче и приезжайте срочно к мысу Носхорн. Мне нужна грубая физическая сила. Возьмите оружие.

— Сейчас будем, а что случилось? Кому — то морду набить, опять шпана наезжает?

Это мы мигом!

— Нет, надо погрузить в машину тяжелый груз, а мне нельзя поднимать тяжести.

— Ждите, скоро будем.

Связь отключилась. Теперь остается только ждать. Ребятам потребуется не меньшечаса, чтобы добраться сюда. Хоть бы никто не появился за это время, а то возникнетмасса глупых вопросов… "Капитан" по прежнему был без сознания. Ольга сначалаподумала, может не стоит тянуть и расспросить его прямо сейчас? Но нет гарантии, что он заговорит, да еще и буянить начнет. Придется его опять утихомиривать. А информация нужна срочно. Где держат Настю и где сейчас находится Рома — Лорд.

Если было бы время, можно вытряхнуть все из этого мафиози, устроив у себя в подвале филиал государственной тайной полиции гитлеровской Германии, или наркоматавнутренних дел сталинского Советского Союза. Мишенькина наука, царствие ему небесное, душегубу, крепко запомнилась. Да только вот времени нет. Вот и пришлосьради тебя, морда мафиозная, потратиться на "жасмин". Хотя, ты все равно это не оценишь…

Ольга села в машину и стала ждать. Делать пока все равно нечего. Приедут ребята, погрузят эту тушу и отвезут к ней домой. Вот там и побеседуем. Что — то ты, друг сердечный, все равно знать должен. Вот и пойдем от тебя по цепочке до самого Ромы. Ради такого дела я денег на целый мешок "жасмина" не пожалею… А перед этим надобудет нанести визит нашему старому знакомому. Это же чего удумать — уголовникаминас травить. Даже первостатейная сволочь — пан Ковальский до такого не опустился. Может и Вы, Ваше превосходительство, господин генерал, что — то знаете? И с Вами побеседуем. Ой, побеседуем! Мне уже терять нечего.

Ольга сидела в машине и слушала эфир на полицейской волне. Пока все было тихо. Еекоммуникатор и коммуникатор Бартини молчали. Значит ни Лорд, ни полиция пока ничего не знают. Уже хорошо. Положив ладонь на живот, она прислушалась к своим ощущениям, но ничего опасного не нашла.

— Прости, малышка, но я должна была так поступить. Я спасала и тебя, и себя, и тетю На стю с ее малышом. У нас с тобой не было выбора и теперь мы обе — ведьмы, нарушив шие Запрет, хотя ты абсолютно ни в чем не виновата. Но ничего, с этим тоже живут. Ты будешь обладать из — за этого громадной силой. И мне придется смотреть за твоим по ведением и в случае чего вовремя принимать меры, чтобы направить эту силу в нуж ном направлении. Прости, малышка, но тут уж ничего не поделаешь…

Бабушка предупреждала меня об этом. Ведьма, рожденная ведьмой, нарушившей Запрет во время беременности — это гремучая смесь. Она будет обладать колоссальной силой, намного превосходящей силу матери. И если вовремя в детстве не направить эту силу в нужном направлении, то это будет сущий дьявол в облике прекрасной женщины…

Прозвучал сигнал радара и Ольга увидела приближающуюся на большой скоростимашину. Она вышла из автомобиля и стала наблюдать. Не хватало каких — нибудь посторонних свидетелей. Ничего, хороший свидетель… Господи, опять?! Тихо, киска, тихо! Будь умничкой! Вот так… Но, когда автомобиль приблизился, Ольга облегченно вздохнула. Она узнала машину Макса. Машина совершила посадку рядом и из нее показалисьМакс и Вернер — другой член ее группы. Выйдя из машины, они удивленно озирались.

— Мадам, что тут случилось? На Вас наехали эти бандюки? И Вы положили их всех?!

— Да. Берите эту тушу, грузите в багажник и везите ко мне домой. Мне этого борова не поднять, а побеседовать с ним надо срочно.

— Но, как Вам это удалось?! Крови нигде нет… Вы положили всех голыми руками без оружия?! Толпу вооруженных бандюков?!Ольга только засмеялась и зверь снова лязгнул клыками.

— Я не дотронулась до них даже пальцем! Эти твари сами напросились и я защищалась.

И мне больше не нужно оружие! Я теперь сама — оружие! И отныне всякую руку, поднятую на меня, я буду отрубать!

Макс с Вернером испуганно попятились назад к машине.

— Куда?! Стоять!!!

— Мадам, Вы человек, или… дьявол?

Господи, что со мной… Опять… Кися, тихо, тихо… Будь умницей… Ребята то при чем…

— Простите, ребята, сама не знаю, что на меня нашло. Не бойтесь, я не дьявол в челове ческом обличье… Я всего лишь ведьма…

— Ведьма?! Но, разве ведьмы существуют?!

— Как видите, существуют…

Макс с Вернером, испуганно поглядывая на Ольгу, загрузили тело мафиозного "капитана" в багажник своей машины. Ольга стояла посреди распростертых тел и решала, чтосделать в первую очередь. Побеседовать с Бартини, или с генералом? На лице у нее опять появилось хищное выражение и Макс с Вернером с опаской поглядывали на своего командира. Дунул порыв ветра, расправив длинные черные волосы и подол платья.

Ольга сверкнула зелеными глазами, снова невольно нагнав страху на своих подчиненных.

— Все, ребята. Больше здесь делать нечего. Везите этого борова ко мне домой, заприте в подвале и глаз с него не спускайте. На всякий случай, спеленайте ему ноги скотчем и привяжите к чему — нибудь, а то очухается и буянить начнет. А я скоро приеду и с ним побеседую.

— А с этими остальными что делать?

— А ничего. Пусть так и валяются. Будет еще один "висяк" для полиции. Судмедэксперты мозги себе свернут, чтобы установить причину смерти, но так ничего и не поймут.

Автомобиль Макса поднялся в воздух и взял курс на город. Ольга какое — то время ещепостояла на месте недавнего побоища. Все, Рома! Я не хотела войны, ты сам напросился. Теперь на войне — как на войне…

Приближаясь к городу, Ольга решила все же побеседовать сначала с генералом Кемалем. Мафиози уже никуда не денется. А вот с Вами, господин генерал — лейтенант, надо бы побеседовать по душам. В крайнем случае, будет еще один "висяк" для полиции. Одним больше, одним меньше… Ольга достала из сумочки визитку генерала инабрала номер.

— Здравствуйте, генерал. Это Ольга Миллер. Помните меня?

— Здравствуйте, мадам! Вот уж, честно говоря, не ожидал…

— Нам нужно встретиться. Это срочно. Сможете выделить мне время?

— Конечно. Подъезжайте к "Дарам Нептуна", я буду там через двадцать минут. Это недалеко для Вас?

— Нет, я скоро буду.

Ольга отключила связь и направила машину к приморскому ресторанчику, где они таклюбили бывать с Настей. Подъехав, она увидела машину с дипломатическим номером. Значит, генерал был уже здесь. Войдя внутрь, она сразу же увидела его, сидящего застоликом и рассматривающим меню. На этот раз он был в гражданском костюме. Заметив Ольгу, генерал встал и галантно поклонился ей.

— Добрый вечер, мадам! Хоть это и неожиданно, но я рад Вас видеть. Что за срочное дело у Вас ко мне?

Ольга села, глядя в упор. Наконец спросила.

— Генерал, скажите мне честно. Это Вы стоите за похищением моей сестры?

— Простите, не понимаю?

— Мою сестру похитили и Вы хотите сказать, что ничего не знаете об этом?

— Простите, кто похитил? Зачем? — генерал был искренне удивлен и от Ольги это не укры лось. Пришлось рассказать все подробно, за исключением сегодняшних событий. Генерал был в шоке.

— Мадам, клянусь всеми моими близкими, что я впервые слышу то, о чем Вы говорите! Да, мы были с Вами врагами на поле боя, но мы бы никогда не пошли на такую низость, как месть беременной женщине. Уверяю Вас, что я и мои коллеги совершенно не при чем. Вы говорите, что этот бандит велел своим шестеркам в случае чего обращаться ко мне? Да я его знать не знаю и не желаю знать.

И Ольга с удивлением поняла, что генерал не врет. Он действительно ничего не знает обовсех этих событиях. Получается, Лорд выдает желаемое за действительное. Но зачем емуэто? В любом случае, ответ можно получить только от него самого. Ну что же, хоть разведка сепаратистов не при чем. Это уже лучше. Неужели — обычный бандитский наезд и Ромочка — Лорд пытается придать себе больший вес, чем имеет на самом деле? Странно…

— Простите, генерал… Честно говоря, была уверена, что это Ваших рук дело и рада, что ошиблась. Жаль, что я не поговорила с Вами раньше.

— Ольга Александровна, чем я могу Вам помочь? Не как представитель враждебного го сударства, а как мужчина женщине, попавшей в беду?

— Благодарю, но Вы мне ничем не поможете. В войне с уголовниками свои правила, да и не надо Вам ввязываться в криминальные разборки. Еще раз простите меня, что подума ла о Вас плохо… А сейчас извините, мне пора идти. До свидания…

Ольга поднялась и направилась к выходу. Генерал долго смотрел ей вслед. В нем боролись противоречивые чувства. Перед ним был враг, но…

— Да-а… Сильная женщина… Дай бог, чтобы у тебя в жизни все сложилось хорошо. Тебе не место на войне. Оставь эти военные проблемы нам, мужчинам. Тебе сломали жизнь, но может оно и к лучшему? Твое дело — жить в мире и растить детей, а не воевать…

Ольга ехала по вечерним улицам, торопясь поскорее попасть домой. На очереди ещеразговор с бандитом. Очень интересный расклад получается. И чего это Рома приплелсюда генерала? Ведь он был в полной уверенности, что эти четыре бандюка легко справятся с нами. Какие же у них могли возникнуть проблемы? Совершенно непонятно…

Ох, Рома, что — то ты наводишь тень на плетень… Неожиданно Ольга увидела на улицеаптеку. Зайти и спросить? Пять минут все равно ничего не решат. Припарковав автомобиль, она зашла и обратилась к молоденькой девушке фармацевту, показав капсулу.

— Девушка, Вы не подскажете, что это за препарат?

Фармацевт удивленно покрутила капсулу, рассматривая ее со всех сторон.

— Извините, мадам, никогда ничего подобного не видела. Подождите, я сейчас спрошу у доктора.

Фармацевт ушла и вскоре появилась со старичком профессорского вида. Он только глянул на Ольгу и сразу пригласил ее пройти к себе в кабинет. Едва они сели за стол, как онстрого глядя в глаза, спросил.

— Мадам, откуда у Вас этот препарат? Его не бывает в свободном обращении.

— Мой друг дал мне и сказал, что улучшает состояние при беременности.

— Вы не принимали его?

— Нет.

— Ваше счастье. Когда выйдете от меня, можете сразу отправляться в полицию. Ваш друг либо полный дурак, либо преступник. Он не предлагал Вам избавиться от ребен ка?

— Нет, а что это? — у Ольги все похолодело внутри.

— Это нейродимизин. Препарат, используемый в психиатрии. Его применяют для купиро вания приступов агрессии у буйнопомешанных. Двигательная активность сводится к нулю, хотя человек остается в сознании и способен более — менее внятно разговаривать. Время действия зависит от дозы и составляет от нескольких часов до нескольких суток.

— А чем он опасен для беременных?

— Для женщины ничем, вызывая только те симптомы, о которых я говорил. Но для плода он смертелен. Все жизненные функции тормозятся, снабжение кислородом резко ухуд шается и ребенок неминуемо погибает, причем очень быстро. Достаточно совсем небо льшой дозы этого препарата. Но точно я смогу ответить, только когда мы проведем хи мический анализ. Соответствует ли содержимое капсулы тому, что на ней написано. Если хотите, мы можем это сделать.

— Нет, доктор, благодарю, я Вам верю и так. Огромное спасибо, что Вы открыли мне глаза и вывели этого подонка на чистую воду…

Когда Ольга вышла из аптеки и села в машину, она долго не могла прийти в себя. Зверьвнутри рычал и лязгал клыками, но Рома на свое счастье был очень далеко.

Посидев несколько минут, она взяла себя в руки. Нельзя поддаваться эмоциям. Надоделать дело. Настя до сих пор у них, и скоро Лорд должен узнать о провале своей операции, если уже не узнал.

— Вот так, малышка. Тебя хотели убить, кому — то ты очень мешаешь. Ничего, не волнуй ся. Твоя мамочка устроит им Синоп вместе с Чесмой вместе взятыми…

Когда Ольга подъехала к дому, уже стемнело. Никакой слежки не ощущалось, значитЛорд еще ничего не знает. Вот и поторопимся. А то наш дорогой гость уже заждался.

Войдя в подвал, она увидела связанного бандита, лежащего под стенкой и перечисляющего, что он сделает с Максом, когда выйдет отсюда. Макс сидел на стуле рядом иникак не реагировал. Ольга усмехнулась.

— Макс, тебе не надоел этот бред?

Оба обернулись в ее сторону и Макс совершенно спокойно произнес:

— Ну что Вы, мадам! Собака лает — караван идет. Так говорили в старину. Сижу и слу шаю. Может, что интересное скажет.

Ольга взяла второй стул и села рядом. Бандит глядел на нее с суеверным ужасом.

— Значит так, дорогой друг. Я узнала, что за дрянь вы собирались мне ввести и знаю, что она убила бы моего ребенка. Я бы с превеликим удовольствием устроила сейчас здесь филиал святой инквизиции, но у меня к сожалению нет времени. Поэтому посту пим по другому. Ты мне сейчас рассказываешь абсолютно все и дальше будем смот реть по ситуации. Если ты будешь молчать, то я вкалываю тебе этот препарат и все рав но узнаю все, что мне надо. Знаешь, что это такое? Если не знаешь, объясню. Это бое вой психотропный препарат GSM — 5, именуемый на жаргоне спецназа "жасмин". У него, кстати, и запах жасмина. Применяется для развязывания языков таким, как ты. После введения в кровь начинает действовать практически сразу. Полностью подавля ет волю и человек не способен врать и отказываться отвечать на вопросы, оставаясь в полном сознании в течение порядка трех часов. Затем наступает помутнение сознания и спустя пять — шесть часов после введения препарата наступает летальный исход, так как он является медленно действующим ядом. Антидота не существует. Разрабатывал ся для спецподразделений по борьбе с терроризмом. Информацию я вытяну из тебя в любом случае. Как — решать тебе. Предупреждаю, я знаю, когда мне говорят правду, а когда врут. После третьего неверного ответа я ввожу тебе этот препарат…

— Кто ты?! Ты человек, или дьявол?!

— Мне уже задавали этот вопрос. Отвечаю — я не дьявол. Я всего лишь ведьма. Но вы делаете все возможное, чтобы я стала похожа на него. Однако, мы уклонились от темы. Итак, где моя сестра?

— Не знаю.

— Это первый неверный ответ. Где сейчас находится Лорд?

— Не знаю, он должен мне позвонить.

— Это второй неверный ответ. Как и когда ты должен сообщить Лорду о результате нашей встречи? Подумай хорошенько прежде, чем отвечать.

Бандит со страхом смотрел на Ольгу. То, что происходило, выходило за рамки возможного в его понимании. Ольга подождала и начала отвинчивать защитный колпачок с капсулы.

— Ты испытываешь мое терпение, Бартини?

— Господи, кто ты есть, Миллер?! Откуда ты взялась?

— Я уже ответила на твой вопрос. Теперь жду, когда ты ответишь на мой. У тебя тридцать секунд.

Смесь злобы и страха отражалась на лице бандита. Ситуация была настолько неправдоподобной для него, что он отказывался верить в происходящее. Он не поверил рассказу этихчетырех идиотов, которые не смогли справиться с двумя беременными бабами и скептически воспринял приказ босса взять на встречу побольше людей с оружием и быть готовымк любым неожиданностям. То, что случилось дальше, не могло привидеться даже в кошмарном сне…

— Все, твое время вышло, Бартини.

— Как ты это делаешь?!

— Это не ответ на мой вопрос. Держи его, Макс…

— Стой!!! Черт с тобой, все расскажу!

— Это другой разговор. Итак, я слушаю.

— Твоя сестренка сейчас на "Принцессе" — яхте босса. Он тоже должен быть там. Все с ней в порядке, не волнуйся. Босс велел с нее пылинки сдувать. Тебя приказал тоже до ставить на "Принцессу". Предупредил, что ты баба очень шустрая и можешь выкинуть какой — нибудь фокус. Вот и дал этот препарат, велев ввести его при первой возможно сти, чтобы ты чего не отчебучила. Я дурак не поверил. Кто же мог подумать, что ты на столько шустрая… А то, что это для тебя опасно, я правда не знал.

— Верю. А зачем Лорд все это затеял? Ведь мы друг другу не мешали. У него свой бизнес, у меня свой. Где я ему дорогу перешла?

— Да откуда же мне знать? Он передо мной не отчитывается. Говорит, что надо делать, я и делаю.

Ольга задумалась. Она знала, что бандит не врет. Перед ней по прежнему исполнитель. Значительно более высокого ранга, но всего лишь исполнитель. Он знает ровно столько, сколько ему положено и не обязательно эти сведения являются истиной. Лорд специально мог ввести его в заблуждение.

— Верю. Когда ты должен выйти на связь? И где сейчас "Принцесса"?

— "Принцесса" сейчас должна быть на Пандоре. В космопорте стоит еще одна из яхт босса — "Элеонора". С нее я должен связаться по гиперсвязи с "Принцессой" сразу, как только операция будет закончена и на ней же срочно доставить тебя к боссу.

Опять Пандора… Как это место притягательно для разного рода махинаций… Не одна ятакая умная… Что же ты задумал, Рома? Для чего ему забираться к черту на рога, когдаон уверен, что контролирует ситуацию и может спокойно сидеть у себя дома? Ведь никаких улик против него нет и он не сомневался в успешном получении денег, ибо действительно имеет своего человека в полиции. И для чего ему вдруг потребовалась я после получения денег? Убрать свидетеля гораздо проще на месте. Тем более — океан рядом. Совсем ни в какую схему не укладывается…

— Ну что же, значит свяжешься и доставишь. Пора нам побеседовать с твоим боссом. И смотри, мой друг, без фокусов. Будешь хорошо себя вести — как заберу сестру, отпущу тебя на все четыре стороны. Ты мне не нужен.

— Да меня же босс в расход пустит, когда узнает!

— А так я тебя прямо сейчас в расход пущу. Выбирай. И с твоим боссом у меня будет совсем другой разговор. Я подобное не прощаю.

Глава 10

Закончив с допросом бандита и велев своим ребятам по очереди сторожить его, Ольгаподнялась к себе наверх. Она понимала, что круг посвященных придется расширять. Макс и Вернер — хорошие бойцы, прослужившие около десятка лет в "горячих точках" до того, как попали к "экспедиторам", но они не пилоты. Надо обязательно задействовать "Барс". В разговоре с Лордом аргумент в виде летающего танка лишним не будет. А ведь надо кому — то еще вести "Элеонору", и на два корабля ей никак не разорваться.

У Бартини она забыла спросить, сможет ли он пилотировать яхту своего босса, да ведьесли и сможет, все равно его к управлению допускать нельзя. Всю дорогу до Пандорыон просидит под замком, если хочет жить. Значит, нужен еще один пилот. Постороннего человека брать не хочется. Кто его знает, как все обернется. Да и лишний свидетельникому не нужен. Не отправлять же его после выполнения акции в категорию "хорошихсвидетелей". Этак можно черт знает до чего докатиться. Поразмыслив, Ольга позвалаМакса.

— Макс, есть ли среди нашей группы пилот? Пускай даже без документов, лишь бы ле тать умел?

— Есть один шалопай — Жан Бертье. У него даже и документы есть пилота маломерных судов. До того, как к нам попал, очень долго без работы сидел — никто его брать не хо тел.

— А что такое?

— У парнишки очень развито чувство справедливости и бог силушкой не обидел. Был ка питаном яхты у какого — то толстосума и в один прекрасный день набил морду своему работодателю. Говорят — за дело. Ну да это ведь никого не интересует. Кто из барыг та кого на работу возьмет. Им ведь надо, чтобы перед ними на задних лапках прыгали.

— Давай его сюда. Будет работенка как раз по его профилю.

Макс связался с Жаном и вскоре он предстал перед Ольгой. Глядя на рослого детинус пудовыми кулаками она подумала, что недобросовестному работодателю еще крупно повезло, что он вообще остался жив.

— Добрый вечер, мадам! Звали?

— Добрый вечер, Жан. Надеюсь, мне физиономию бить не будешь?

— Что Вы, мадам?! Да я за Вас кому угодно физиономию разобью!

— Ну этого пока не надо. У меня вопрос другого рода. Летать не разучился?

— Да Вы что? Это же все равно, что разучиться дышать.

— Ну и хорошо. С моей яхтой управишься?

— Но ведь у Вас не яхта, а военный штурмовик. Я всем этим военным делам не обучен, только на гражданских яхтах летал.

— Ничего, военных подвигов от тебя не потребуется. Нужно только провести "Барс" по маршруту и совершить посадку на необорудованную площадку.

— Если так, то без проблем. Когда и куда лететь?

— Завтра утром на Пандору.

— Куда?!

— На Пандору. А что, боишься?

— Да не в этом дело. Просто зачем? Туда же нормальные люди ни ногой!

— Но мы то, согласись, не совсем нормальные люди. Особенно я. Была бы нормальной — сидела бы дома и ни в какие авантюры не лезла. Не искала бы приключений на свою… Ну ты в общем понял…

На следующий день рано утром Ольга была уже на ногах. Накануне вечером она провела инструктаж своих людей и изложила свой план. Подобной наглости в выполненииоперации ни Макс, ни Вернер еще не встречали, не говоря о Жане. Для того, чтобы успокоить ребят и доказать, что с головой у нее все в порядке, Ольге пришлось кое — что рассказать и показать из своих способностей, после чего ее маленькое войско долго не могло выйти из ступора. Если бы им сказали об этом раньше, они бы подняли рассказчикана смех. Пришлось еще раз заверять всех в своей человеческой сущности.

Сегодня утром она уже собиралась выдвигаться во главе своей крохотной армии в сторону космопорта, прихватив "военнопленного", как неожиданно нелегкая принесла инспектора Карстена. Деваться было некуда. Велев ребятам спрятаться и не шуметь, Ольга пошла встречать инспектора. Было видно, что все эти дни полицейский работал на износ.

— Доброе утро, мадам. Как Вы себя чувствуете?

— Доброе утро. Как Вам сказать… Между плохо и очень плохо… Нет никаких известий?

— Увы, мадам. Мы задействовали агентуру но похоже, что в городе Вашей сестры нет.

Ее увезли куда — то в другое место. Сам Лорд тоже куда — то исчез. Наверное, что — то почувствовал. И вчера произошел вообще необъяснимый случай. Возле мыса Носхорн обнаружены девятнадцать боевиков Лорда без признаков насильственной смерти. При чем видно, что они от кого — то защищались и вели стрельбу из автоматического оружия.

Медэксперты работу только начали, но по их заверению они впервые столкнулись с подобным. Девятнадцать здоровых вооруженных бугаев неожиданно от чего — то умерли практически одновременно. Вы ничего об этом не знаете?

— Нет, первый раз слышу. Я ведь сижу дома.

— Очевидно, с Лордом кто — то начал войну и этот кто — то обладает каким — то непонят ным новым оружием, ибо версию массового отравления этих бандитов эксперты отбро сили сразу. Непонятно, окажется ли этот неизвестный нашим врагом или союзником в этом деле, ибо мотивы побоища на берегу совершенно не понятны. Очевидно, у банди тов была назначена там с кем — то встреча, кого они очень опасались, иначе не явились бы вооруженные до зубов. И что — то пошло не так. Наш неизвестный, или неизвестные расправились со всеми и скрылись.

— Но откуда Вы знаете, что это именно люди Лорда?

— Мадам, мы очень много знаем об этой публике, кто чем дышит и кто на кого работает. Но к сожалению во многих случаях не можем взять их за шиворот, ибо не хватает дока зательной базы для суда. А без этого вся наща работа будет впустую и мы же еще будем обвинены в превышении власти. У них очень хорошие адвокаты и часто дела, казавши еся бесспорными, в суде разваливались. Это мафия. А мафия — это не уличная шпана, ко торая обчищает карманы прохожих. С теми как раз проблем никаких нет. А вот личнос ти, подобные господину Поланскому, часто оказываются полиции не по зубам. Удается взять с поличным самое большее "рядовых" и "сержантов" этой, без преувеличения, криминальной армии и довести дело до суда, причем без всякой гарантии, что это дело не развалится, как многие предыдущие. О более крупных фигурах и речи нет, ибо сами они рук не пачкают, а руководят, оставаясь в тени. Так что этот наш неизвестный ганг стер, разобравшийся с людьми Лорда, очень кстати. Будем исходить из того, что враг моего врага — мой друг. Откровенно говоря, я был бы не против, если бы он разобрался еще кое с кем…

Когда инспектор наконец — то ушел, Ольга задумалась. Очень быстро обнаружилитела бандитов и полиция в курсе. Это значит, что информатор Лорда в полиции ужеполучил эту информацию и возможно передал по назначению. Следовательно, надодействовать не быстро, а очень быстро и на ходу кое что менять в задуманном плане.

Сейчас ближайшая задача — добраться до космопорта, не привлекая внимания. Не исключено, что за ее домом уже наблюдают. С Максом, Вернером и Жаном проблем нет.

А вот как доставить Бартини? Ведь он может и взбрыкнуть. Да и ей самой светитьсянельзя. Инспектор предупредил, чтобы она оставалась дома и не провоцировала бандитов на дальнейшие действия. Прикинув различные варианты, Ольга позвала своихребят, приказав одновременно привести "военнопленного".

— В общем так, друзья мои. План действий корректируется. Ситуация меняется очень быстро и полиция уже знает о происшествии на побережье, хотя внятного объяснения этому дать не может. И не сможет. Но нам надо торопиться потому, что информатор Лорда в полиции уже мог сообщить ему. Ведь мы не знаем, какими возможностями он располагает. Сейчас едем в космопорт. Жан — один на своей машине. Приезжаешь и ждешь возле яхтенного терминала моего звонка о готовности. После этого с довольной и наглой физиономией заявляешься туда и требуешь дать тебе мою яхту, так как я взя ла тебя на работу. На все возражения требуешь, чтобы связались со мной и я все подт вержу. Потом взлетаешь, упаси бог тебя лихачить, и с соблюдением всех правил ниче го не нарушая покидаешь орбитальную зону контроля и там поджидаешь нас. Мы бу дем запрашивать взлет только после того, как ты выйдешь из атмосферы. Остальное все по плану. Вопросы есть?

— Нет!

— Отлично. Теперь о нас. Мы четверо едем на машине Макса. Приезжаем на яхтенный терминал и садимся в "Элеонору". На ней точно никого нет, сеньор Бартини?

— Никого. Те, кто был, все остались на берегу…

— Смотри, а то их смерть будет на твоей совести, я церемониться не стану. В космопорте ты меня не увидишь, хотя я все время буду рядом. Если спросят про Макса и Вернера скажешь, что это твои друзья. Повторяю тебе еще раз — будешь хорошо себя вести, пос ле завершения операции я тебя не задерживаю. Хочешь — возвращайся к Лорду, не хо чешь — как хочешь. Если же дашь малейший повод усомниться в твоей лояльности, то скоропостижно скончаешься от неизвестной причины, чем создашь массу загадок для полиции и медэкспертов. Вопросы есть?

— А где гарантия, что ты не обманешь?

— Только мое честное слово, Бартини. Большего предложить не могу. А что, у тебя есть альтернатива?

— Нет…, - засопел бандит.

— Раз так, выезжаем. "Элеонору" поведу я. Дальше все по плану.

Два автомобиля с небольшим интервалом выехали в сторону космопорта. Жан ехалпервый и ни от кого не прятался. Ольга не почувствовала слежки, но на всякий случай "отвела глаза" возможным топтунам, прикрыв себя и Бартини. Если бы кто — тои обратил на них внимание, то он бы заметил в машине только Макса и Вернера.

По дороге ничего подозрительного не произошло. В самом космопорте тоже все было, как обычно. Очевидно, информатор бандитов еще не успел ничего сообщить. Когда ихмашина подъезжала к яхтенному терминалу, у Бартини волосы встали дыбом. Сидевшаярядом с ним Ольга неожиданно начала исчезать.

— Я же тебе сказала, что в космопорте ты меня не увидишь, хотя я буду рядом, — раздался ее голос из пустоты, окончательно добив бандита. Ни о каком геройстве он уже и не по мышлял. Происходящее совершенно не укладывалось в его сознании и он всерьез сомне вался в человеческой сущности своего странного врага. Макс и Вернер, уже прошедшие накануне необходимую психологическую подготовку, только посмеивались, старательно изображая из себя свиту колдуньи. Пускай мафиози понервничает и считает, что стал по перек дороги нечистой силе. Сговорчивей будет.

Жан был уже здесь и изображал праздношатающегося гуляку, рассматривающего витрины магазинов. Пройдя мимо него и не подав вида, что они знакомы, Макс, Вернер и Бартини прямиком направились через всю площадку к "Элеоноре". Ольга неотступно следовала рядом, но ее никто не видел. Их никто не останавливал и ни о чем не спрашивал, ибоздесь все прекрасно знали Бартини и его босса. Ссориться с подобными людьми ни у когожелания не было. Очень скоро они добрались до огромной сверкающей игрушки, какойвыглядела шикарная яхта. Ольга рассматривала все с профессиональным интересом.

"Элеонора" была, как и большинство яхт, значительно крупнее ее "Барса" и представляла по сути небольшой пассажирский круизный лайнер, где все было направлено на создание максимального комфорта для своих пассажиров. Изнутри яхта поражала роскошью, так разительно отличавшейся от спартанской обстановки ее бывшего военного корабля. И вместе с тем Ольга была уверена, что ни за что бы не променяла своего "барсика" наподобное сверкающее чудо, годившееся только для увеселительных прогулок в спокойнойобстановке. Огромная мощность двигателей, упрятанная в сравнительно небольшой прочный бронированный корпус и бортовое вооружение были способны выручить в критической ситуации, что было для нее гораздо более важным и ценным, чем все это шикарноевеликолепие, окружавшее ее сейчас со всех сторон.

Бартини не соврал и на борту яхты действительно больше никого не было. Скрываться дальше было не нужно и Ольга снова материализовалась из воздуха на глазах у Бартини, чем вызвала новый шок у бандита. Велев Максу и Вернеру задраить люк и присматриватьза пленником, она прошла в пилотскую кабину яхты. Оборудование было стандартным иникаких вопросов не возникло. Наступала следующая фаза операции. Достав коммуникатор, Ольга вызвала Жана.

— Жан, мы на месте. Действуй.

Довольно долго было тихо. Очевидно, Жан препирался с представителями сервисной компании. Наконец прозвучал сигнал вызова. Ольга определила по высветившемуся номеру, что звонят из офиса компании. Выждав некоторое время, она ответила измученным голосом.

— Да… Слушаю…

— Доброе утро, фрау Миллер! Извините, что беспокою Вас, но здесь у нас непонятный случай. Заявился наш известный разгильдяй Жан Бертье и утверждает, что Вы взяли его на работу и требует выдать ему "Барс", так как его видите ли послали со срочным заданием.

— Да, это так. Я сейчас неважно себя чувствую, а нужно срочно доставить некоторые документы. Не гонять же из — за бумажки большой контейнеровоз.

— Но Вы знаете, что это за одиозная личность?!

— Знаю. И если не дать человеку шанс, то на одного преступника в городе станет больше, это я тоже знаю. Мне прекрасно известны подробности инцидента, произошедшего с Бертье и честно говоря я на его месте поступила бы также.

— Ну, как знаете, фрау Миллер… Я считал своим долгом Вас предупредить…

— Благодарю Вас. Пускай Бертье вылетает немедленно. Мне срочно нужны эти бумаги.

— Все будет сделано, не волнуйтесь. Ваш "Барс" к полету готов.

Ольга отключила связь и стала наблюдать. Жан с соблюдением всех формальностей запросил разрешение на взлет, запустил двигатели и двинулся по рулежной дорожкесо стоянки на взлетную площадку. Получив разрешение, взлетел на сотню метров в вертикальном режиме и начал горизонтальный разгон с набором высоты строго в пределахотведенного взлетного коридора в атмосфере. Ольга ревниво наблюдала. Впервые за всевремя, как штурмовик попал к ней, она отдала его в чужие руки. Настя не в счет, она летала только вместе с Ольгой и Ольга могла в любой момент взять управление на себя. Но было видно, что Жан дело знает и перерыв в летной работе не сказался на его навыках.

Прошив атмосферу, "Барс" покинул зону орбитального контроля и доложив диспетчеруо выходе из зоны управления движением, скрылся в космическом пространстве. Теперьон будет поджидать их на большом расстоянии от планеты. Не нужно, чтобы кто — то видел их вместе.

Настала очередь "Элеоноры". Выяснилось, что Бартини управлять яхтой не умеет. Пришлось Максу играть роль пилота и вести все переговоры по радио. Ольга опасалась самавыходить в эфир. Услышав ее голос, диспетчер может насторожиться. Ведь она леталаочень часто и все смены диспетчеров ее прекрасно знали. Поэтому пришлось говоритьМаксу, что нужно сказать, и он тут же выдавал это в эфир. Хоть это и давало некоторуюзадержку с ответом, но никто ничего не заподозрил. Вырулив на взлетную площадку, Ольга подняла "Элеонору" в воздух. Яхта оказалась очень легкой в управлении и никаких сюрпризов не преподносила. Пройдя атмосферу и покинув зону управления движением, "Элеонора" устремилась вдогонку за "Барсом". "Барс" уже ушел на большое расстояние и поджидал их, лежа в дрейфе. Им удалось тихо покинуть планету, не вызвавни у кого подозрений.

Ольга подошла поближе и положила "Элеонору" в дрейф. Хорошо, что Лорд пожадничал и не установил на яхте аппаратуру гиперсвязи, работающую в режиме видеоизображения. Такая связь — страшно дорогое удовольствие и позволить ее может себе толькокакой — нибудь мультимиллионер. "Элеонора" имела стандартную аппаратуру гиперсвязи для гражданских судов, работающую только в текстовом режиме, что было несравненно дешевле. А для приема и передачи информации в режиме реального времени этого вполне достаточно. Бартини набрал условный текст и отправил его через гиперпространство. Ольга перед этим внимательно поговорила с бандитом выясняя, нет ликакого — нибудь условного сигнала о провале. Сигнал был и бандит о нем честно рассказал. После всего, что случилось, он уже боялся даже плохо думать об Ольге. Макс иВернер тоже работали на публику. Своим чутким слухом она как — то услышала, чтона вопрос Бартини о ней Макс в полголоса на полном серьезе ответил:

— Ты, парень, будь поаккуратней с нашей хозяйкой. Не зли ее. Мы ее сами побаиваемся. А не то превратит тебя в какую — нибудь жабу, или таракана. И сделает ли потом опять человеком — не известно.

По физиономии бандита Ольга поняла, что он уже готов поверить чему угодно.

Вскоре был получен ответ. Лорд требовал немедленно прибыть на Пандору. "Барс" и" Элеонора" включили гипердвигатели и ушли в гиперпространство.

Глава 11

Оба корабля — штурмовик и яхта вышли в трехмерный космос из гиперпространствапочти одновременно на довольно большом удалении от Пандоры. Пока все шло поплану. Ольга хотела перед посадкой тщательно просканировать окружающее пространство на предмет наличия нежелательных свидетелей. Хоть нормальные люди здесьпоявиться и не могли, но все — таки… "Элеонора" ничуть не скрываясь неслась к планете, обшаривая все вокруг своим радаром. "Барс" следовал за ней в режиме полногорадиомолчания. Вся его электроника, работающая на излучение, была выключена ион безмолвным призраком несся следом за яхтой, засоряющей эфир своими сигналами.

Окружающее пространство было пустынным. Очевидно, в данный момент не нашлосьбольше авантюристов кроме Лорда и Ольги, кому бы понадобилась эта дыра под названием Пандора для проворачивания своих темных делишек.

В бортовом компьютере "Элеоноры" была карта планеты и на ней было отмечено место стоянки "Принцессы". Это было очень далеко от места проведения операции по уничтожению банды Цезаря и Ольга не опасалась случайной встречи бандитов. Да и вряд ликто — то из них выжил до сих пор в этих джунглях. Настоящие джунгли — не каменные…

Сначала надо спрятать "Барс". Для этого она решила войти в атмосферу на большомрасстоянии от того места, где находилась "Принцесса", быстро снизиться и продолжать полет на малой высоте. Лорд при всем желании не сможет их засечь. Да и взлетатьон пока не будет. Ведь он ждет, что ему доставят Ольгу на блюдечке. Только вот зачем?

Впереди вырастал голубой шар планеты. "Элеонора" вошла в атмосферу, быстро сбрасывая скорость и продолжая сканирование окружающего пространства. "Барс" тенью шелследом, ничем не выдавая своего присутствия и сохраняя с яхтой визуальный контакт.

Ольга опять избрала маршрут над океаном. Она решила спрятать штурмовик на уже знакомом архипелаге, находящемся недалеко от побережья материка. Это довольно далекоот места встречи и вряд ли бандиты что — то заподозрят. Да и крупных хищников там быть не должно. Оба корабля прошли атмосферу и теперь неслись, с гулом рассекая воздух, на высоте тысячи метров над водной гладью. Океан, как и в прошлый раз, был спокоен и стояла ясная погода. Ольга внимательно вглядывалась в окружающее пространство, но поверхность океана до самого горизонта вокруг была пустынна. И только ихмашины, созданные человеком и несущиеся сейчас с огромной скоростью на небольшойвысоте нарушали покой этого девственного мира, которого так и не коснулось дыханиецивилизации. Кто знает, может это и к лучшему…

На горизонте показалось побережье архипелага и Ольга стала сбрасывать скорость.

"Барс" повторял все ее маневры, находясь в зоне видимости и соблюдая полное радиомолчание. Они заранее договорились об этом. В самом крайнем случае можно выйти накороткое время в эфир на пониженной мощности передатчика. Подлетев к побережью, Ольга сбросила скорость до минимума и стала искать подходящее место для посадки вджунглях. Нужна прогалина в лесной чаще достаточных размеров, чтобы на ней моглиуместиться оба корабля и причем место должно быть ровное, без препятствий. Покружив над островами, она нашла, что искала. "Барс" неотрывно следовал за ней. Зависнувнад прогалиной, Ольга включила посадочные огни, подавая сигнал Жану и обозначаяместо посадки, отойдя после этого в сторону. "Барс" неспешно подошел, на высоте ста метров облетел всю прогалину, присматриваясь к ней и затем осторожно начал снижаться, стараясь совершить посадку как можно ближе к краю, чтобы оставить побольшеместа для значительно более крупной и неповоротливой "Элеоноры", для которой посадка в таких условиях была делом чрезвычайным. Наконец, примяв кусты и траву, штурмовик плавно опустился на поверхность планеты. После этого мигнул два разаогнями сообщая, что все нормально. Жан блестяще справился с поставленной задачей, совершив полет на незнакомой машине и посадив ее в таких непривычных для него условиях. Ведь до этого ему приходилось пилотировать только гражданские яхты и совершать посадку только в хорошо оборудованных космопортах на бетонное поле. Ольга про себя отметила, что такой пилот будет ценным приобретением для "Экспедиционного корпуса". Хватит ему шпане морды бить, пусть лучше своим делом занимается.

А пока его задача — сидеть и ждать возвращения "Элеоноры", ничем себя не обнаруживая. Ольга велела быть ему постоянно на связи и ни в коем случае не выходить наружу, запретив даже открывать люк, чтобы подышать свежим воздухом. На Пандоре такиепредосторожности не лишние. Ничего с ним не станется, если посидит взаперти. Пустьсчитает, что находится в непригодной для дыхания атмосфере, целее будет…

Понаблюдав сверху за посадкой "Барса" и убедившись, что с ним все нормально, Ольга дала ход и начала горизонтальный разгон с набором высоты. Дальше скрыватьсябыло незачем. Теперь надо было поторапливаться, ибо на "Принцессе" несомненно обнаружили работу ее радара и если "Элеонора" вскоре не появится, то Лорд заподозритнеладное. Поднявшись на высоту пять тысяч метров, яхта устремилась в направленииматерика.

"Элеонора" шла на предельно допустимой скорости в атмосфере. Нужно было наверстать упущенное время. Лорд не должен ничего заподозрить до самого последнего момента, иначе вся задача резко усложнится. Любыми путями надо заманить его на "Элеонору",а вот тогда уже, Ромочка, с тобой можно будет говорить на понятном тебе языке. Интересно, как высоко ты ценишь свою драгоценную шкуру…

Ольга тщательно сканировала эфир, но никаких радиосигналов больше не было. Это значило, что либо "Принцесса" соблюдает радиомолчание, чтобы не демаскировать себя вслучае появления посторонних, либо ее уже здесь нет потому, что Лорд узнал о провалесвоей операции. В любом случае, если он еще здесь, то заранее узнает о приближении" Элеоноры", так как АИС Ольга не выключала и радар яхты работал непрерывно, позволяя обнаружить ее на большом расстоянии.

Вдали показалась полоска берега, который приближался с каждой секундой. Наконец" Элеонора" пересекла береговую линию и мчалась, не снижая скорости, над зеленымокеаном джунглей. В отличие от прошлого посещения планеты погода оставалась ясной, облачность отсутствовала и видимость до самого горизонта была прекрасной. Ольга снизилась до тысячи метров. С такой высоты поверхность Пандоры просматривалась оченьхорошо, но кроме сплошного ковра из вечнозеленых крон тропической растительностис кое — где открывающимися прогалинами ничего заметить было нельзя. Все следы пребывания людей на планете поглотили джунгли.

Яхта приближалась к району, отмеченному на карте. Ольга уменьшила скорость, продолжая сканирование окружающего пространства. Наконец радар засек наличие крупногометаллического объекта на поверхности и она подкорректировала курс в эту сторону, быстро сбрасывая скорость до минимума. Вскоре внизу показалась большая прогалинав джунглях, при чем было видно, что ее специально расчищали совсем недавно. Ольгавнимательно смотрела на обзорный экран и увидела, что их ожидает неприятный сюрприз.

Внизу на площадке стоял не один корабль, а два. Она сразу узнала "Принцессу" — роскошнейшую мега-яхту, рядом с которой "Элеонора" выглядела Золушкой. Но возле "Принцессы" стоял более крупный грузовой корабль. АИС обоих были выключены и Ольга только после снижения и захода на посадку смогла опознать соседа яхты. Это был небольшойконтейнеровоз "Центурион" — один из кораблей Лорда, использующийся в контрабандномнаркобизнесе. Ходили слухи, что все корабли Лорда, задействованные в этом деле, имеютзамаскированное вооружение. В общем — то ничего противозаконного в этом не было, если только не учитывать род их деятельности… На своих яхтах Рома старался ничего такого не держать, чтобы не было лишнего повода для недоразумений с полицией. Неужелион уже все знает и подготовил встречу?

— И как сие понимать, мой дорогой друг? — недовольно спросила Ольга Бартини, зависая в воздухе и выбирая место для посадки. Размеры площадки были не очень большие и на до было уместить на ней "Элеонору" так, чтобы в случае чего ничто не мешало экстрен ному взлету. Но бандит был удивлен не меньше Ольги и клятвенно заверял, что ничего об этом не знал. Ольга понимала, что он не врет. Исполнителю положено знать от сих до сих. Все, что выходит за пределы этого — не его ума дело. Сама так всегда поступала.

Выбрав нужное место, "Элеонора" стала плавно снижаться и вскоре коснулась шасси поверхности планеты. Грунт был ровный и достаточно твердый, так что проблем не возникло. Остановив двигатели, Ольга не стала переводить реактор в режим ожидания, а оставила его на номинальной мощности в готовности к немедленному взлету. Хорошо, что по радио их так никто и не вызвал. Видно, Лорд не хотел лишний раз светиться в эфире.

Едва только двигатели "Элеоноры" замолчали, как из "Принцессы" и "Центуриона" вышли человек пятьдесят с оружием и направились к ним. Значит, Лорд что — то знает. Иначес чего бы такой почетный караул. Ну что же, на войне — как на войне…

Ольга быстро встала из пилотского кресла и вышла из кабины, направляясь в самую большую каюту. Макс и Бартини последовали за ней. Макс ни на секунду не оставлял своегоподопечного без присмотра. В каюте уже ждал Вернер в белом халате, разложив на столике медикаменты. Ольга сбросила платье и оставшись в одних трусиках и лифчике началаприклеивать к ногам марлевые повязки с проступившей "кровью", поданные Вернером. Макс тактично смотрел на Бартини, а Бартини хлопал глазами, открыв рот.

— Что вылупился? Баб голых не видел? Еще раз повторяю: вы меня подстрелили, гадость свою колоть не стали. Из всех ты один уцелел и доставил меня к врачу. Потому и полу чилась задержка. Иди, встречай гостей.

Придав себе вид "раненой", Ольга сбросила туфли и нырнула под одеяло в приготовленную постель, приняв страдальческий вид. Вернер в белом халате устроился рядом в кресле. Ему досталась роль "врача" из-за меньших габаритов, чем у Макса. Макс был "пилотом". Все роли были распределены заранее. В люк уже стучали и Макс вместе с Бартинипошли встречать "гостей". Едва они открыли люк, внутрь яхты тут же ворвались вооруженные люди. Оттеснив Макса и Бартини, они разбежались по всему кораблю. Командовал всеми бритый громила с автоматом, в котором Макс узнал Георгия Поланского — двоюродного брата Лорда.

— Ринальдо, что там у вас стряслось? — сразу обратился он к Бартини.

— Эта чертова баба уложила всех, я один уцелел. Но ребята успели ее подстрелить. Пришлось везти ее к врачу, да потом и этого эскулапа прихватить с собой. А то еще коньки отбросит…

— Идиоты!!! Двадцать человек не смогли справиться с беременной бабой! Тебе же было сказано, чтобы ни один волос не упал с ее головы… Ну, сам будешь с Лордом разгова ривать… А это кто?

— Пришлось взять пилота из новеньких. Я ведь этой бандурой управлять не умею…

— Что ты вообще умеешь… Ладно, где она?

— В каюте. Доктор за ней присматривает.

— Веди.

Георгий взял с собой еще двух человек и сопровождаемый Максом и Бартини направилсяв каюту, где лежала Ольга. Войдя, он сразу подошел к койке и не обращая внимания напротесты Вернера сдернул с Ольги одеяло. Ольга сделала слабую попытку удержать его, но у нее ничего не получилось.

— Что Вы себе позволяете, уважаемый?! — завопил Вернер.

— Заткнись, Пилюлькин! — оборвал его бандит и ткнул стволом автомата, усадив в кресло. Глянув на повязки на ногах Ольги хмыкнул и накрыл ее одеялом.

— Как она, Пилюлькин?

— Сквозные ранения мягких тканей. Кости к счастью не задеты. Я ввел противостолбняч ную сыворотку и обезболивающее. Ранения для жизни не опасные, но больную надо срочно доставить в стационар. Ведь она беременна и возможны любые осложнения…

— Ну, это не мне решать, Пилюлькин… Доложить обстановку! — обратился он по переносной рации к остальным. Выслушав доклады, остался доволен.

— Слава богу, а то мы тут уже черт знает что думали… Босс, на "Элеоноре" чисто, но есть проблема. Баба ранена. Эти тупоголовые дуболомы ее подстрелили.

Какое — то время Георгий слушал рацию, прижав наушник. Очевидно Лорд высказывал, что он думает о своих подчиненных. После этого глянул на Бартини, как на обреченного.

— Ну все… Босс рвет и мечет. Сейчас он будет здесь, разбирайся с ним сам.

Вскоре раздались шаги и в каюту вошел сам босс в сопровождении двух охранников.

Ольга сразу узнала его. Несколько меньших габаритов, чем его братец, но было видно, что это человек разумный, возможно даже слишком, а не гора мышц с интеллектом динозавра. Лорд был взбешен до крайности, но пытался держать себя в руках. Едва увидев Бартини, он сразу набросился на него.

— Идиот! Тебе же было сказано… А это кто такие? Георгий, ты почему ничего не сказал?

— Так ему пришлось прихватить врача и пилота из новеньких. Ведь он, кроме как кулака ми махать, больше ничего не умеет.

— Ладно, потом разберемся. Доктор, что с ней?

— Сквозные ранения мягких тканей. Требуется срочная госпитализация. Я оказал первую помощь, но больше в этих условиях ничего не могу сделать. Если бы не беременность, тогда было бы не так страшно. А в этой ситуации я опасаюсь за жизнь ребенка. Ведь даже не все лекарственные препараты можно применять. Поэтому простите меня, гос пода, но я настаиваю на срочной госпитализации. Я не шаман и лечить заклинаниями не умею.

Лорд снова злобно посмотрел на Бартини. Очевидно, произошедшее никак не входилов его планы и было полной неожиданностью.

— Ладно, я с тобой позже разберусь… Доктор, она может говорить?

— Да, но только пожалуйста недолго. Ей необходим покой.

Лорд повернулся и начал раздавать распоряжения:

— Георгий, давай заканчивай погрузку. Ты, парень, как тебя зовут?

— Макс.

— Макс, иди готовь эту посудину к полету. Возможно, срочно полетишь назад. А ты, дубина, сгинь с моих глаз. Жди за дверью. Потом расскажешь, как все было.

Когда все, получившие распоряжения, вышли, в каюте осталось только пятеро. Ольгас "врачом" и Лорд с двумя охранниками. Лорд пододвинул кресло поближе к кроватии сел, рассматривая Ольгу.

— Так вот ты какая, Ольга Миллер… Кто бы мог подумать… Всех на уши поставила…

— Зачем Вы все это сделали? — с трудом выдавила из себя Ольга.

— Поверьте, я не хотел этого. Вам же предлагали разойтись по хорошему, но Вы начали качать права. То, что произошло сейчас, это действительно перегиб со стороны моих людей. Не знаю, как там все было, но я разберусь с этим Бартини.

— Что с моей сестрой?

— Не волнуйтесь, с ней все в порядке. А сейчас отдыхайте, доктор за Вами присмотрит. Все, что необходимо, Вам принесут. Возле каюты будет дежурить человек, скажете ему.

Лорд встал и направился к выходу. За ним двинулись охранники.

— Мы еще не договорили, Рома! — резко, как выстрел, прозвучала фраза совсем другим голосом. Все трое удивленно обернулись. Ольга сидела на кровати, отбросив одеяло.

До Лорда первого дошло, что что — то не так и он схватился за оружие, но "взгляд змеи" парализовал бандитов. "Врач" мгновенно вырубил охранников ребром ладони по шее, после чего достал из ящика стола приготовленные наручники и одел на всех троих. Здесь же лежало и спрятанное оружие. Оттащив в сторонку лежащих без сознания бандитов, а также изъяв у всех оружие и средства связи, он усадил Лорда в кресло и накинул ему полотенце на шею, став позади. Ольга, продолжая удерживать Лорда в этом состоянии встала, сорвала с ног повязки и одев платье и туфли уселась в кресле напротив.

После этого усмехнулась, вернув его в нормальное состояние. Бандит тут же дернулся и попытался позвать на помощь, но Вернер слегка придушил его полотенцем и ласково сказал:

— Не дергайся, детка. А то будет больно.

Ольга между тем продолжила:

— Вот теперь поговорим, Рома, на понятном тебе языке. Ты не ответил на мой вопрос. Зачем ты все это затеял?

— Продал, сволочь!!! Хана этому козлу!!!

— Ты, Рома, на свою гориллу Бартини не обижайся. Я ему не оставила выбора. Но ты так и не ответил на мой вопрос. Зачем тебе это было надо? Ведь мы друг другу не ме шали, у нас у каждого своя сфера бизнеса?

— Ах ты, лесбиянка паршивая! Ты на кого наезжать вздумала?!

— Ромочка, еше раз так скажешь, схлопочешь по харе. Да, я лесбиянка, но не паршивая, а довольно таки очень даже и ничего! И моя сексуальная ориентация не является прес туплением в отличие от того, что творишь ты. Сколько там положено за похищение че ловека? Ведь ты уголовный кодекс лучше меня знаешь.

— Не знаю, как ты это делаешь, но на что ты рассчитываешь? Ведь скоро сюда придут мои люди и что ты тогда делать будешь? Детка, на Лорда наезжать никому не позво лено. Убери свою шестерку и сними браслеты, потом поговорим. Может быть, я тебя и прощу.

— Ромочка, давай сразу расставим все по местам. Это ты для своих шестерок Лорд, а для меня ты морда уголовная, по которой тюряга давно плачет. Я могла бы убить тебя и твоих людей прямо сейчас также, как сделала это на берегу. Но во первых — мне не нужны лишние жертвы, а во вторых — ты и Бартини нужны были мне живыми. Поэтому теперь я тебе предлагаю разойтись по хорошему. Ты возвращаешь мне сестру и расска зываешь зачем все это затеял, а я тебя отпускаю и даже извиняюсь за причиненные неу добства. Если ты не согласен и будешь продолжать строить из себя падишаха, которому все дозволено, то я постараюсь освободить свою сестру сама. Я перебью всех твоих людей, сколько их здесь есть, но доберусь до нее. Количество для меня не имеет значе ния. Единственное, что меня останавливает, это то, что твои гориллы могут успеть при чинить ей вред. Вот поэтому только я и предлагаю тебе договориться по хорошему.

— Беспредельничаешь, баба. Не по понятиям поступаешь…

Глаза Ольги блеснули нехорошим огнем и зверь внутри зарычал, но она удержала его.

— Не по понятиям?! А воровать беременную бабу, с которой все что угодно может случи ться, это по понятиям? Приказывать своим гориллам вколоть мне дрянь, которая убьет моего ребенка, это тоже по понятиям? Это значит такие у вашей публики "понятия"?! Спасибо, что сказал. Теперь я таких "понятливых" давить буду, как тараканов. Вернер, выгляни из каюты, позови Макса и Бартини. Чувствую, разговора не получит ся…

Вернер пошел к выходу и Лорд тут же собрался заорать, но Ольга на долю секундывзяла его сердце под контроль и тут же выпустила. Физиономия бандита исказиласьот боли.

— Рома, я тебя предупреждала. Я могу с легкостью убить тебя, но ты мне нужен живой. Можешь позвать кого — нибудь и смерть этих людей будет на твоей совести. Мне те рять нечего.

Бандит со страхом смотрел на Ольгу. Он впервые столкнулся с чем — то неведомым, непонятным и непривычным. Вернер тем временем вернулся с Максом и Бартини. Лорд злобно глянул на своего порученца.

— Продал, гад?

— Тебя бы туда. Не знаю, как она это делает, а только девятнадцать вооруженных паца нов за несколько секунд уложила без единого выстрела одним взглядом, а меня парали зовала, что и пальцем шевельнуть не мог. Я со всякой чертовщиной воевать не нанимал ся. Если ты такой умный, что же ничего не сказал?

— Да лучше бы она и тебя, гада, на тот свет отправила!

Ольга решила вмешаться в эту перепалку, чтобы не терять времени.

— Ну-у, джентльмены! Оставим ваши семейные разборки на потом. Рома, предлагаю пос ледний раз. Или решаем все по хорошему, или по плохому. Выбор за тобой.

— На что ты рассчитываешь, баба? Неужели запугать меня думаешь? Да ведь твою сестре нку, как только ты отсюда выйдешь, на куски порвут. И зачем я тебе живой? Хочешь легавым меня сдать? А только хрен у тебя что получится. Никаких улик против меня нет. Все это твои домыслы.

Ольга совершенно искренне расхохоталась.

— Рома, а ты еще дурнее, чем я думала! Неужели ты и вправду считаешь, что я взяла тебя за хобот, чтобы сдать полиции?! Я прекрасно понимаю, что твои адвокаты вытащат те бя из любой ситуации, а я же еще и останусь виноватой в незаконном лишении свободы господина Поланского. Нет, Ромочка. Я буду для тебя и полицией и прокурором и судь ей и даже начальником тюрьмы в одном лице. Я не стану тебя убивать, а запру тебя где — нибудь до конца твоей поганой жизни и буду тщательно сторожить. Покончить с собой тебе не дадут также, как и уморить себя голодом. Ты, говорят, у нас "законник"? Так вот я найму десяток — другой бывших тюремных педиков, расскажу им все про тебя и они с огромным удовольствием устроят тебе райскую жизнь. Причем все это буду снимать на видеокамеру и сбрасывать в сеть на порносайты, а также отправлять персона льно твоим корешам. Пусть полюбуются, с кем они за одним столом водку пили. И так будет продолжаться до тех пор, пока ты не загнешься. Ты проклянешь тот день, когда поднял на меня руку… Ладно, заболталась я что — то… Так, ребята, начинаем. Этих двоих, если очухаются и начнут буянить, можете пристре лить, они мне не нужны. А Ромочку обязательно сохраните. Сейчас я вычищу первым делом "Элеонору". После этого задрайте люк и пока я не вернусь не открывайте. Стрелковым оружием они корпус не повредят, а применить гранатомет я им не дам. Да и вряд ли они что — нибудь поймут. После этого займусь "Принцессой" и "Центурио ном". Не думаю, чтобы их было больше сотни. Минут за сорок управлюсь. А вы пока, если хотите, можете трахнуть Ромочку. Пусть привыкает к своей новой жизни. Все, я пошла.

С этими словами Ольга встала из кресла и… растаяла в воздухе. Лорд еще переваривалсказанное ей и тут вдруг какая — то чертовщина. Это уже не лезло ни в какие рамки. Макс тут же подыграл Ольге и выдернул бандита за шиворот из кресла.

— Ну что, красавица, ты слышала? Пока хозяйка делом занята, мы можем потеху устроить! Вот увидишь, тебе понравится! До Лорда только сейчас дошло, что с ним не шутят. Что кто — то не побоялся бросить емувызов и этот кто — то обладает странной, неведомой силой и неизвестно, является ли вообще человеком…

— Стойте, суки!!! — заорал он что есть силы и тут же получил от Макса удар коленом в пах, заставивший его скрючиться и упасть на палубу.

— Это за сук. Даме так непозволительно выражаться.

Ольга материализовалась из воздуха уже на выходе из каюты и недовольно посмотрелана Лорда.

— Рома, что ты хотел? Если начнется старая песня о беспредельничающей лесбиянке, то мы зря теряем время.

— Черт с тобой, все расскажу… И сестренку свою забирай, мне она не нужна… Сам уже не знал, как из этого дерьма выпутаться…

— Вот это другой разговор, Рома. Приятно иметь дело с умным человеком. Снимите с него браслеты. Итак, где моя сестра? — Ольга вернулась и села в кресло.

Макс помог Лорду подняться и снял наручники, с улыбкой пододвинув ему кресло.

Теперь он был сама учтивость. Бандит злобно глянул на него, попросил вернутькоммуникатор и вызвал своих. Вернер тем временем перетащил бесчувственные телаохранников в ванную, чтобы они не маячили на виду.

— Приведите бабу на "Элеонору"… Что слышал! Я сказал, приведите бабу на "Элеонору"!

Вскоре раздались шаги в коридоре и двое бандитов ввели Настю. Ольга внимательноследила за вошедшими, но они агрессии не проявляли, поглядывая то на своего босса, то на остальных, пытаясь разобраться в ситуации.

— Все. Свободны, — бросил Лорд. Когда бандиты вышли, Настя бросилась к Ольге и разры далась. Ольга как могла успокаивала ее, не спуская глаз с Лорда.

— Настенька, как ты себя чувствуешь? Тебя не обижали?

— Нет, этот приказал с меня пылинки сдувать. Даже любую из своих девиц на выбор пре длагал. У него там на яхте целый гарем…

— Ладно, потом подробно все расскажешь. А сейчас наступает момент истины. Давай, Рома. Мы все внимательно слушаем.

Лорд потер руки, как бы все обдумывая и наконец решился.

— Ладно, слушай. Вляпался я в одну нехорошую историю, к тебе она отношения не имеет. Грозило это крупными неприятностями и тут неожиданно появляется один хмырь и пре длагает разрулить ситуацию, причем за довольно смешные деньги. Я дурак и повелся. И ведь разрулил, сволочь… Но попутно кроме денег потребовал подбросить наркоту в один из твоих кораблей но так, чтобы экипаж ее обязательно нашел перед самой посад кой. Я удивился и спрашиваю — зачем? А он мне и говорит, что нужен повод наехать на хозяйку фирмы. Ведь она как о наркоте узнает, сразу прикажет ее за борт выбросить. Мне бы, идиоту, сразу послать его. Ведь чувствовал, что воняет от этого дела ужасно, да жадность сгубила. Думал — и свои проблемы решу, да и деньжат заработаю. Ведь он сказал, что оплатит стоимость всей партии наркоты — двести тысяч, что за борт улетит.

В итоге получалось, что не я ему, а он мне еще и заплатить должен. Прикидываю, раз весь товар должен за борт улететь, так зачем добро переводить? И что мне жалкие две сти тысяч? Слуплю ка я с тебя сразу пару миллионов. Поэтому в том ящике, что ты за борт выкинула, товара было от силы тысяч на пять. Все остальное — сплошная имитация.

Дальше дело техники. Нашли в экипаже человека, который раньше наркотой занимался, припугнули, деньжат неплохо заплатили, он и установил в нужном месте замаскирован ную мину направленного действия малой мощности, которая сработала именно в мо мент пуска гидросистемы, разорвала распределительный блок и пробила контейнер как раз там, где надо. Контейнер тоже был специально погружен в этом месте. Дальше все прошло, как и рассчитывали. Ты узнала о наркоте и приказала вскрыть контейнер и выб росить ее за борт. Этот же человечек знал, какие пакеты надо брать и вскрывал. Вдруг бы еще кто — то нашелся, кто в наркоте разбирается, но все обошлось. Никто эту отраву пробовать не стал. Думал я, что все закончилось и подсчитывал барыши. И с этого хмы ря денег снял, и товар сберег, да и с тебя что — нибудь сдеру. Позвонили тебе и потребо вали товар назад. А оказалось, что все только начинается. Хмырь как узнал о моей ини циативе, ругался страшно. Ведь понятно, что такая партия стоит не двести тысяч, а на много больше. Почему — то не хотел он, чтобы я с тебя большую сумму требовал. Но деваться некуда. Что сделано — то сделано. Ведь уже и ты и весь экипаж о количестве выброшенного порошка знают. Стали на тебя наезжать. Сначала этих сопляков послали. Такого результата никто не ожидал. Знаешь, давно я так не смеялся. Когда ты с этими щенками разобралась понял, что ты баба не промах. Послал этих четырех гоблинов. И знаешь, что меня насторожило? Этот хмырь прислал визитку какого — то вояки и велелотдать ее старшему сказав, чтобы в самом крайнем случае обращались к нему за помощью. Завоняло уже очень здорово, но влез в это дерьмо по уши. Когда ты и этим гориллам по башке надавала я понял, что дело плохо. Чтобы четыре вооруженных амбала, которыеи кулаками неплохо махать умеют, не справились с беременной бабой?! Что — то здесь нечисто. Решил я соскочить. Тем более, ты сама мне шанс дала — показала, что воевать сомной не хочешь. Этим дуболомам по репе настучала, повязала, но легавым не сдала. Побеседовала по душам и отпустила с миром, даже пушки вернула. Да и я, если разобраться, по понятиям был не прав. Ведь я тебе наркоту подсунул, как будто в темную использовать хотел. Ты ведь так и подумала. Когда этот хмырь узнал, что мои парнишки получили по репе и ушли не солоно хлебавши, велел умыкнуть твою сестренку. Я ему ответил, что мне эти игры надоели, так как очень здорово от них воняет и пусть дальше играет безменя. Он стал на мое самолюбие давить. Дескать, как же так? Кто — то смеет Лорда в грошне ставить, а он это согласен молча проглотить. Когда же я его конкретно в открытую послал, он за меня такие вещи выдал! И понял я тогда, что на крючке у него крепко сижу. Ума не приложу, где он мог это узнать. Деваться было некуда, пришлось твою сестренкувыкрасть и бабки потребовать. Дальше все под его диктовку делал. Он же и о засаде в космопорту предупредил, поэтому мои люди туда даже и не ездили. После этого потребовалувеличить сумму вдвое. И тут приходит от тебя сообщение, что ты бабки собрала и готовазаплатить. Я, честно говоря, не ожидал. Откуда за такое короткое время собрать кучу налички? Сообщил этому хмырю. И ты знаешь, мне показалось, что он запаниковал. Велелждать дальнейших инструкций. И вот спустя какое — то время приходит от него указивка. Назначить тебе встречу на побережье и любыми путями повязать и доставить вместе с твоей сестренкой сюда — на Пандору и здесь ждать дальнейших инструкций. Но чтобы ниодин волос не упал с твоей головы. А чтобы ты чего — нибудь не учудила, прислал эту капсулу и велел вколоть при первой же возможности. Падла буду, не знал, что это такое и что это для тебя опасно. В общем обеспечил, как мне казалось, подавляющий перевесв численности и огневой мощи и отправил на встречу с тобой, а сам с твоей сестренкой на" Принцессе" полетел сюда. Велел этому придурку сразу, как тебя повяжут, сообщить погиперсвязи и вылетать на Пандору. Жду, а доклада все нет. Тут уже и я паниковать начал. Ведь ясно, что что — то пошло не так. Наконец приходит депеша, что все нормально и тебявсе — таки взяли. У меня от сердца отлегло. Думаю, значит ты не какой — то там супер ниндзя, раз и на тебя управу найти можно. Приказал этому придурку срочно вылетать сюда. И после этого почти сразу же приходит сообщение от этого хмыря, что на месте встречинайдены девятнадцать моих жмуриков, загнувшихся от неизвестной причины, а ты и этотпридурок куда — то исчезли. Причем дело не обошлось без стрельбы. Я уже не знал, чтои думать. Тут как раз "Центурион" появился, я его придержал на всякий случай. Появление "Элеоноры" сразу заметили — вы засоряли эфир конкретно. Ну а дальше ты знаешь. Не думал, что баба меня так облапошит.

— Ты еще не сообщил о нашем прибытии?

— Нет. Ждал, когда все прояснится.

— А что это за хмырь? Я его знаю?

— Я его и сам не знаю. Видел его только один раз, да и то было очень темно и по моему он был в гриме. После встречи мои парнишки пытались за ним проследить, так им по репе настучали. Кто — то его прикрывал. Потом связь поддерживали по электронной почте, а по ней никого не узнаешь. Сейчас он ждет моего доклада и сообщит, что делать даль ше.

Ольга задумалась. Она ожидала, что встреча с Лордом все прояснит, а ситуация запуталась еще больше. Она видела, что наркобарон не врет и сам является исполнителемчужого замысла. Но кто же тогда автор и режиссер этого чудовищного спектакля? Кому же она перешла дорогу, что он вертит как хочет Ромой Поланским — личностьюдалеко не последней в криминальном мире? И что это за человек, который встречалсяс ним? Не факт, что он является последним звеном в этой цепи и приказы идут от него. Возможно, он сам такой же исполнитель. Значит, надо двигаться по цепочке дальше.

Хоть она и освободила Настю, но от них все равно не отстанут и придумают что — нибудь новое. Оказывается, все это имеет какую — то совершенно другую, непонятнуюцель и деньги здесь совершенно не при чем. Таинственный незнакомец шифруется идержит связь только по электронной почте. Таким образом его не определить. Надолюбыми путями выманить его на свет божий. Хотя он уже насторожился, так как внятного объяснения тому, что произошло на берегу, дать не может. Это значит, что возможно Лорд — отработанный материал. Он не справился с поставленной задачей и его могутпопросту убрать. Хороший свидетель… Вот именно. А после этого начнут подход с другой стороны, неизвестно откуда. Остается только попробовать забросить приманку…

— Я тебе верю, Рома. Честно говоря, не ожидала такого. Давай отправляй депешу своему таинственному компаньону, что меня повязали и доставили сюда. Посмотрим, как он отреагирует.

Лорд связался по коммуникатору с радистом "Принцессы" и велел ему отправить условный текст. Но буквально через полминуты прозвучал сигнал вызова. Лорд выслушал итут же приказал ничего не отправлять. Отключив связь, он с удивлением посмотрел наОльгу.

— Звонил радист. Он только начал набирать сообщение, как пришла депеша от нашего друга. Он сообщает, что ты на следующий день после встречи оказалась у себя дома и спрашивает, как такое может быть?

Ольга была удивлена не меньше. Ведь она бы почувствовала за домом слежку. В домекроме Макса, Вернера и Бартини ее видел только инспектор Карстен, после чего они сразу уехали. Но она знала, что инспектор не связан с бандитами. Хотя впрочем, Карстенмог сообщить в комиссариате, что он разговаривал с ней в то утро и информация могладойти до этого мистера "некто". Получается, он все — таки связан с полицией? Но кто? В комиссариате несколько сотен человек. И теперь этот "некто" затаится и будет начеку.

— Отправь ему депешу, что сам ничего не знаешь и ждешь известий, а дальше видно будет. Меня в космопорте никто не видел. Посмотрим, что дальше предпримет наш не известный друг. Вы всегда общались только по электронной почте? Он ни разу не зво нил?

— Ни разу. Но при нашей единственной встрече я записал нашу беседу на диктофон в ком муникаторе и сохранил. Вдруг пригодится. Хоть там ничего такого и нет, одни общие обтекаемые фразы, но ты баба умная. Может, что — нибудь и выудишь? На, послушай.

Лорд нашел нужную запись и включил диктофон на воспроизведение. Ольга поднеслааппарат к уху и внимательно слушала. Разговор действительно шел общими фразами, которые никак нельзя было бы пристегнуть к какому — то обвинению. Но она безошибочно узнала голос… Гюнтера Лехмана.

Ей удалось сохранить выражение лица и не выдать себя. Интересная картина получается. Где они перешли дорогу полиции? И если в отношении их есть какие — то подозрения, тозачем городить весь этот огород, когда можно сразу взять их за шиворот и предъявитьобвинение в прибытии на планету по фальшивым документам? Конечно, не бог весть какое преступление по нынешним меркам, но для задержания и взятия их на крючок дляиспользования в каких — то своих полицейских целях вполне достаточно. Или полицияне при чем, а Лехман — сам мальчик на побегушках у кого — то еще более могущественного? И все эти послания приходят не от него, а его задача была только в установленииконтакта с Лордом при первой и единственной встрече? Ответ можно получить толькоот самого Лехмана. Таинственный незнакомец сейчас насторожится и будет молчать, пока Лорд не прояснит ему ситуацию. Только прояснять Лорду нечего. Не может же он сообщить, что объект шантажа сам взял его за хобот, вынудил отдать заложника и вытряхнул из него всю информацию об этом деле. Это равнозначно смертному приговору. Оттакого опасного свидетеля сразу постараются избавиться. Значит, ему придется что — топридумывать и выкручиваться, чтобы объяснить исчезновение заложника. Ну это ужеего проблемы. А пока что единственная зацепка, единственное следующее звено в цепочке — старина Гюнтер. Если он еще жив… А план дальнейших действий снова придетсяменять. Причем радикально…

— Увы, Рома. Ничего из этого разговора не выжать. Ни имен, ни адресов, ни конкретных действий, ничего. Жаль. Сейчас давай сделаем так. Сообщи, что ничего не знаешь и сам в полных непонятках и затребуй информацию, с кем ты из — за него связался. Пото му, что не может беременная баба голыми руками уложить девятнадцать вооруженных бойцов и исчезнуть. Значит, здесь замешан кто — то еще, кто ее прикрывает и пока тебе не прояснят ситуацию, ты своих людей на убой посылать не будешь. Потяни время. Посмотрим, что наш таинственный друг предпримет. Теперь насчет нас. Чтобы не вво дить тебя и твоих парнишек в искушение перерезать нам глотки, сделаем так. Мы вмес те с тобой и твоими двумя гоблинами взлетаем на "Элеоноре" и летим на архипелаг, что недалеко от побережья. "Центурион" остается здесь. За нами следует "Принцесса" но не ближе, чем в пятидесяти километрах. На побережье одного из островов архипе лага я вас высаживаю и мы расстаемся. Крупных хищников там быть не должно, иначе бы они уже передохли от голода, да и в любом случае днем на открытый берег они не сунутся, а "Принцесса" вас быстро подберет. Дам вам радиолокационный буй — ответ чик, чтобы вас сразу обнаружили. Там же верну ваши стволы. "Элеонору" оставлю в космопорту в Шварцвальде на яхтенном терминале, заберешь ее там в целости и сохранности. Как видишь, я обращаться с ней умею, сюда довела нормально, так что не волнуйся за свою собственность. У меня к тебе претензий нет, Рома. Вижу, что тебя вынудили на это пойти. Дай бог теперь тебе выбраться из этого дерьма.

— А где гарантия, что ты не грохнешь нас сразу после взлета?

— Рома, а что мне мешает сделать это прямо сейчас? Реактор "Элеоноры" готов к немед ленному взлету и я могу стартовать в любой момент неожиданно для всей твоей публи ки. Они ведь сначала ничего не поймут, а даже если и поймут, то им потребуется не ме нее десяти минут для экстренного взлета. За это время я буду уже очень далеко и вы при всем желании не сможете меня догнать. Скорость "Принцессы" не на много больше ско рости "Элеоноры", а о "Центурионе" и речи нет. Пока вы будете пытаться меня догнать, я успею выйти из атмосферы и удалиться на безопасное расстояние от планеты для ухода в гиперпространство. А когда "Элеонора" уйдет в гиперпространство, вы вообще не смо жете ничего сделать. Так что можешь мне верить, я свое слово держу. Сейчас пройдем в кабину и связывайся со своими гориллами. Скажи, что мы сейчас взлетаем и чтобы выслали за нами "Принцессу". Но менее пятидесяти километров не приближаться.

Они все вместе вышли из каюты и направились в сторону рубки. У входного люка дежурили двое с оружием, но Лорд сказал, что они свободны и могут идти. Бандиты с подозрением посмотрели, но ничего не сказали и Макс тут же задраил люк. В кабине Ольгасразу села в пилотское кресло и начала запуск двигателей, все системы были уже давноготовы. На площадке переполошились, но Лорд вызвал по рации "Принцессу" и сообщил, что они слетают сейчас в одно место и пусть "Принцесса" следует в пятидесятикилометрах за ними. "Центуриону" пока оставаться на месте.

"Элеонора" взмыла в воздух и стала быстро набирать высоту. Поднявшись до десятитысяч метров, Ольга легла на курс и включила автопилот. Сейчас прятаться нужды не было и она специально поднялась повыше, непрерывно сканируя пространство радаром. "Барс", притаившийся сейчас на архипелаге, издалека обнаружит приближение" Элеоноры", летящей на большой высоте и усиленно засоряющей эфир и будет готов.

Спустя двенадцать минут взлетела "Принцесса" и бросилась вдогонку за "Элеонорой".

Ольга гнала яхту на предельно допустимой в атмосфере скорости и за эти двенадцатьминут форы смогла уйти довольно далеко вперед, но более быстроходная "Принцесса" неумолимо сокращала дистанцию. Внизу проплывал зеленый ковер джунглей. С такойвысоты было трудно что — либо разобрать, но Ольге было не до этого. Она не доверялаЛорду и понимала, что как только они расстанутся, можно ждать любой пакости. Он никогда не простит такого унижения и сейчас ведет себя смирно только потому, чтовсецело зависит от Ольги. Бандит всегда остается бандитом. Иначе бы он не стал тем, кто он есть сейчас. Ну что же, Рома, будем играть дальше по привычным тебе правилам. Будем надеяться на то, что ты не изменил своим привычкам и "Принцесса" по прежнемуне имеет на борту ничего крупнее автомата, а то может ничего не получиться…

"Элеонора" прошла береговую черту и мчалась над океаном. Сзади неотвратимо настигала "Принцесса". Там прекрасно поняли, что сложилась нестандартная ситуация но не знали, что именно. Как только Лорд окажется у нее на борту, он сразу же вызовет на помощь" Центурион". Хоть он и не такой быстроходный, как яхты, но… Ладно, будем решать проблемы по мере их возникновения.

Вдали показалась цепочка островов архипелага и Ольга начала снижение. Она хотела увести "Элеонору" подальше от того острова, где находился "Барс". Хорошо, хоть прогалину в джунглях искать не надо, а можно совершить посадку прямо на песчаный берег.

Сбросив скорость и снизившись до сотни метров, "Элеонора" направилась в сторону небольшого острова на краю архипелага, имеющего ровную полоску песчаного пляжа, гдепосадка не представляла никаких трудностей. Надо было поторапливаться, ибо "Принцесса" настигала с каждой секундой. Не тратя время на тщательный осмотр площадки своздуха, Ольга сразу пошла на посадку. Яхта, подняв тучу песка, мягко коснулась шассиповерхности пляжа. Теперь надо было срочно избавляться от таких проблемных пассажиров, одновременно давая понять, что всецело им доверяешь и не ждешь никаких пакостей.

— Все, Рома. Ты свободен. Забирай своих парнишек и жди "Принцессу", скоро она здесь будет. Приятно было с тобой познакомиться и извини меня за некоторую несдержан ность. Но ты ведь знаешь, у беременных баб частенько разные бзики бывают, так что не сердись. Как видишь, я слово держу. Надеюсь, что мы расстанемся друзьями.

— Ладно, проехали.

— Бартини, ты тоже можешь идти… если хочешь.

— Ты знаешь, я лучше пока здесь побуду…

— Ну, как хочешь. Я тебя не гоню.

Когда открыли входной люк, поднятый при посадке песок уже осел. Внутрь пахнулосвежим морским воздухом и сразу стал слыщен шум прибоя. Макс и Вернер приволокли обоих бандитов, которые уже очнулись и попытались было учинить дебош, но стволпистолета, поднесенный под нос, утихомирил обоих. Наручники от греха с них снимать не стали. Когда вся троица покинула борт "Элеоноры", Макс вынес и положил на песок включенный радиолокационный буй — ответчик. По нему "Принцесса" сможет быстро отыскать это место своим радаром и совершить посадку. Об этом Лорд ее предупредил перед тем, как они подлетали к архипелагу, но лишнего ему говорить не позволили.

По коммуникатору Лорд сможет связаться с яхтой только на достаточно близком расстоянии, поэтому какое — то время экипаж "Принцессы" еще будет оставаться в неведении о происходящем. Следом Вернер вынес крепко завязанный пластиковый пакет, гдебыло уложено оружие бандитов с извлеченными магазинами. Чтобы его извлечь и зарядить, потребуется время. Незачем вводить Лорда в искушение. Наполедок ему вручилиключи от наручников. Теперь надо было срочно улетать. Уже стоя возле люка перед тем, как его закрыть, Ольга неожиданно окликнула Лорда.

— Все, Рома. Я свое слово сдержала. Надеюсь, что и ты будешь вести себя хорошо. Кассету я сохраню себе на память.

— Какую кассету? — насторожился Лорд.

— Кассету с записью нашей встречи. Ведь мы друзья, не так ли? Ну, всего хорошего, Рома! Приятно иметь дело с умными людьми.

— Мадам, зачем Вы сказали ему про запись? И почему мы сели здесь? — поинтересовался Макс, когда Ольга закрыла люк.

— Пришлось, Макс. Ситуация на много хуже, чем я думала раньше. План снова придется корректировать, причем очень сильно. А насчет записи… Появилась у меня одна задум ка. Не вполне уверена, что сработает, но как говорят ученые — вероятность близка к ста процентам.

"Элеонора" снова взмыла в небо. На экране радара четко просматривался сигнал радиолокационного ответчика и "Принцесса", несущаяся к нему на полной скорости. Ольга выключила радар, а также всю электронику, работающую на излучение. Сейчас обнаружить" Элеонору" будет значительно труднее. Она вела яхту на большой скорости на минимальной высоте, едва не задевая верхушки деревьев. Нужно срочно добраться до "Барса" потому, что скоро Лорд сможет связаться с "Принцессой", а "Принцесса" вызовет на подмогу "Центурион". И если ее догадки верны, то… Нет, будем решать проблемы по мере их возникновения.

Вот наконец и нужный остров. Ольга дала короткий сигнал на пониженной мощности передатчика и получила такой же ответ. Значит, с Жаном все в порядке и он готов. Сбросивскорость, "Элеонора" направилась к прогалине в джунглях, где притаился "Барс".

Внизу на расстоянии каких — нибудь пятидесяти метров проплывали кроны тропических деревьев. Скорость была минимальной. Вся живность поблизости была уже распугана гулом двигателей. Деревья поредели и открылась прогалина, на краю которой стоял штурмовик. Жан три раза мигнул огнями показывая, что все в порядке. Ольга зависла в воздухеи стала осторожно опусать яхту вниз, стараясь не задеть деревья. Площадка была все такине очень больших размеров. Наконец "Элеонора" коснулась шасси грунта и замерла. Ольга не стала глушить двигатели, а оставила их на малой тяге.

— Все, ребята! Берите все наше барахло, все трофеи и срочно выметаемся отсюда. Если хотите, можете прихватить что — нибудь на память, у Ромы не убудет. Только быстро. Бартини, тебя тоже касается.

— А как же "Элеонора"? — бандит был сбит с толку.

— Друг мой, ты жить хочешь? Если хочешь, пошли с нами. Если нет, можешь остаться. К твоему боссу у меня никакого доверия нет.

Ольга провела ряд манипуляций с бортовым компьютером "Элеоноры", подав командуна подключение к бортовому компьютеру "Барса". Закончив, положила ладонь на пульт и вздохнула.

— Спасибо, яхточка… Прости, но у меня нет выбора.

Встав из кресла, она быстро направилась к выходу. Все уже поджидали возле люка ивопросительно смотрели на нее. Пока летели сюда, объяснять было некогда.

— Все, быстро переходим на "Барс". Здесь больше делать нечего. Как выйдем наружу, смотрите под ноги, чтобы на какую — нибудь змею не наступить.

Вопросов никто не задавал, ибо командирский авторитет Ольги не подвергался сомнению. Раз она сказала, значит так надо, хоть это и идет вразрез с первоначальным планом. Открыв люк, они ступили на поверхность острова. Ноги сразу утонули в высокой траве. Впереди шел Макс, вооружившийся какой — то палкой и разгоняющий ей в траве возможных местных обитателей. За ним гуськом шли остальные. Жан уже открыл в борту люки ждал, держа оружие наготове.

— Мадам, что случилось? Вы сначала ушли далеко в сторону и там совершили посадку? Я уже думал, не стряслось ли чего. И где этот бандюк? — удивленно спросил он, едва вся компания оказалась на борту "Барса".

Ольга молча первым делом без стеснения задрала подол платья и внимательно осмотреланоги — не прицепилась ли какая — нибудь гадость. Потом то же самое проделала с Настей. Слава богу, обошлось. И только после этого быстро направилась в кабину, по дороге вводя Жана в курс дела.

— План на ходу пришлось менять. Ситуация на много хуже, чем я думала. Позже все объя сню. Машина готова?

— Готова. Сразу, как обнаружил приближение "Элеоноры", подготовил к немедленному взлету.

Пройдя в кабину и заняв командирское кресло, Ольга сразу подтвердила бортовому компьютеру "Барса" соединение в локальную сеть с компьютером "Элеоноры". Теперь обакорабля были связаны незримыми нитями. Входной люк штурмовика был уже задраен ион был готов взлететь в любой момент. Ольга знала, что по времени Лорд уже давно должен был связаться с "Принцессой" и "Центурионом". Глянув на обзорный экран, она взяла под контроль "Элеонору" и начала поднимать ее в воздух. У Жана отвисла челюсть.

Он знал, что такое возможно, но никогда не сталкивался с этим, так как при пилотировании гражданских судов в этом просто не было нужды и далеко не все гражданские пилотывладели этим искусством. Ольга тем временем подняла яхту выше крон деревьев над поляной и осмотрелась. На обзорных экранах "Барса" теперь отражалось то, что бы они видели, находясь на борту яхты. После включения радара сразу стало ясно, что "Центурион" на полной скорости и на большой высоте уже спешит к архипелагу, а "Принцесса" ужеподобрала бандитов и ведет поиск над островами. Дав полную тягу двигателям, "Элеонора" начала разгон с набором высоты, стараясь поскорее покинуть атмосферу. Яхта былатут же обнаружена и оба корабля бандитов бросились на перехват. Ольга перевела двигатели на форсажный режим, стараясь оторваться от погони. "Принцесса" неожиданно уба вила скорость и начала отставать. "Центурион", уже набравший высоту порядка тридцатитысяч метров, выжимал из своих двигателей все, что можно, но скорость яхты превосходила скорость грузовика. "Элеонора" с огромной скоростью прошивала атмосферу, поднимаясь все выше и выше. Еще немного и она покинет атмосферу. И тут стал понятенстранный маневр "Принцессы". С "Центуриона" была выпущена ракета и стала быстро догонять "Элеонору". Ольга начала пытаться маневрировать, стараясь избежать поражения, но гражданской яхте такое было не под силу. Спустя двадцать секунд в ясном вечернем небе Пандоры вспыхнула яркая вспышка. В тот же момент все экраны, показывающиеинформацию с яхты, погасли. Работали только те, что отображали обстановку вокруг "Барса". Все видели, как высоко в небе разлетаются в разные стороны и устремляются вниз, в океан горящие обломки. Мощная противокорабельная ракета разнесла красавицу "Элеонору" на куски. Ольга усмехнулась.

— Да-а, Ромочка… Какой же ты предсказуемый, как и вся ваша братия… Ну как, Бартини? Не жалеешь, что не остался на "Элеоноре"?

Все потрясенно молчали. Первый очнулся Вернер.

— Так это что же?.. Получается, что мы все покойники?! — Вот именно. Все, кроме Жана. Про него никто не знает. Ромочка в полной уверенности, что спровадил нас на тот свет. Для этого я и сказала ему про запись, чтобы спровоциро вать на подобные действия. Ситуация паршивая и запуталась еще больше. Поэтому нам надо пока исчезнуть. Пусть нас считают погибшими. И пока мы будем пребывать в этом состоянии, постараюсь добраться до нашего таинственного друга. Сейчас у него начнут ся разборки с Ромой потому, что Рома провалил все, что можно. Я нужна была нашему мистеру "некто" живой и невредимой и он этого Роме не простит. Вот и понаблюдаем со стороны. Используем Рому в качестве наживки. Посмотрим, что за рыба клюнет.

— А сейчас что? Ведь они пока здесь крутятся. Вдруг вернутся глянуть, что мы тут на ос трове делали?

— Улетят — их счастье. А не улетят… На войне — как на войне!

Оба корабля были, тем временем, уже на большой высоте. Но, неожиданно "Принцесса" резко пошла вверх, уходя из атмосферы, а "Центурион" начал снижаться, возвращаяськ архипелагу. Все было ясно. Лорда заинтересовало, что же здесь забыла "Элеонора". Жан забеспокоился.

— Мадам, когда они снизятся и пройдут над островами, то непременно обнаружат нас ра даром, даже если мы затаимся. Ведь металлический корпус невозможно скрыть, когда они будут на малой дистанции. А "Центурион" вооружен. Может, пока не поздно, попы таемся оторваться? Ведь у нас скорость больше?

— Нет, Жан. Во первых, от ракеты не убежишь. Она все равно быстроходнее нас и мы на ходимся в зоне поражения. А во вторых, вся задумка сразу будет раскрыта и мы вернем ся к тому, с чего начали. Рома узнает, что его облапошили еще раз и наш мистер "некто" снова начнет свою охоту на меня. Так что, будем воевать.

— Но, ведь я Вас предупреждал — я всех этих военных штучек не знаю.

— Ничего, я знаю.

— Но, откуда?!

— Много интересных и полезных книжек читала… Давай ка займи кресло второго пилота. Настюша, садись в кресло бортинженера. А вы, ребята, залезьте куда — нибудь и крепко держитесь. Сейчас здесь будет жарко.

Жан с опаской и недоумением поглядывал на Ольгу, но ничего не сказал. Ольга запустиладвигатели и "Барс" приподнялся над поляной. "Принцесса" уже ушла в гиперпространство и в небе оставался один "Центурион". Ну что же, ребята, у вас был шанс спастись…

Дав полную тягу двигателям, штурмовик рванулся навстречу контейнеровозу. Расстояние быстро сокращалось. На "Центурионе" сразу же обнаружили и опознали "Барс", ибодругих подобных машин больше в Шварцвальде не было и там сразу поняли, что Ольгаспециально подставила "Элеонору". "Центурион" выпустил сразу две ракеты и они стремительно понеслись навстречу штурмовику. Ольга включила генератор помех, в нужныймомент выпустила ловушки, сбивающие с толку систему самонаведения ракет и заложиларезкий противоракетный маневр. Если бы не система искусственной гравитации, установленная на штурмовике и сглаживающая перегрузки, всем находящимся внутри пришлосьбы плохо. Комплекс мер сделал свое дело и ракеты потеряли цель, пронесясь мимо в опасной близости. Когда бандиты поняли, что промахнулись, "Барс" был уже близко. С "Центуриона" вышла еще одна ракета, но Ольга была начеку и снова избежала поражения.

Все таки штурмовик — это не гражданская яхта. Спасибо Вашим коллегам, господин генерал — лейтенант, за такую машину. Хоть что — то вы делать научились. Между тем на "Центурионе" поняли, что дело плохо. Возможно, у бандитов кончились ракеты, а возможно, просто не выдержали нервы и контейнеровоз стал резко набирать высоту, стараясь выйтииз атмосферы. Маневр совершенно бессмысленный, ибо скорость и маневренность грузового корабля не шли ни в какое сравнение со скоростью и маневренностью штурмовика.

Ольга быстро догнала удирающий корабль и хлестнула очередями из автоматических пушек ему по борту от кормы до самого носа. Фатальных повреждений это ему не нанесло, но привело к разгерметизации многих отсеков. Легкие небронированные борта контейнеровоза не были предназначены для противостояния снарядам и теперь "Центурион" не сможет покинуть атмосферу, пока повреждения не будут устранены. Неожиданно ожилорадио на дежурном канале и Ольга узнала голос Георгия Поланского.

— Миллер, это ты?!

— Нет, это мой дух мщения пришел за тобой с того света.

— Послушай, Миллер, давай договоримся!

— Как вы любите договариваться, когда жареным запахнет. Зачем ты нас убил, Жорик?

— Босс велел. Слушай, у нас тут товара на пять миллионов. Забирай половину и разбе жимся!

— Жорик, ты что — дурак? Зачем призракам твоя наркота?

— Слушай, забирай все!!! Мы же деловые люди, ничего личного!

— Вот именно, Жорик! Ничего личного. Прости, но мне не надо, чтобы твой братец узнал, что он легко предсказуемый идиот и баба облапошила его вторично. Пусть считает, буд то угробил нас всех. Прощай, Жорик! Приятно было с тобой познакомиться!

"Центурион" прилагал отчаянные усилия, чтобы оторваться. Вверх — в космос дорогабыла ему заказана. Разгерметизированный во многих местах корпус не позволял этого, да и уйти от такого космического хищника, каким являлся "Барс", он бы все равно не смог. Единственная надежда была на то, чтобы успеть совершить посадку до того момента, как штурмовик применит оружие и поэтому контейнеровоз резко пошел на снижение. Тогда, по крайней мере, будет хоть какой — то шанс выжить. Но высота была большая и Ольга не собиралась давать бандитам этого шанса. Бросив свою машину вперед, она заняла позицию над кормой "Центуриона" и начала вспарывать обшивку корабля в районе машинного отделения очередями из пушек, как ножом консервную банку. Ракету решилане применять, ибо в этом не было нужды. Даже если у бандитов и остались ракеты, то применить их по цели, находящейся на кормовых курсовых углах в атмосфере они всеравно не смогут. "Центурион" делал резкие броски в стороны, стараясь выйти из подобстрела, но "Барс" неотступно следовал за ним, все глубже вгрызаясь в нутро его корпуса. Наконец из пробоины в обшивке контейнеровоза полыхнуло пламя и его двигателивстали. Корабль опустил нос и камнем понесся вниз. Теперь у бандитов был единственный шанс — попытаться спастись на шлюпках. "Барс" неотрывно следовал за своей добычей, не собираясь ее упускать. Ольга решила для себя, что хоть это и считается бесчеловечным, но она расстреляет щлюпки. Не она это затеяла. Ромочка совсем недавно тожепосчитал, что хороший свидетель — мертвый свидетель…

"Центурион" стремительно терял высоту. Если бы бандиты не пытались противостоятьштурмовику, а сразу покинули корабль на шлюпках, то они бы успели это сделать. Теперь же было поздно. Контейнеровоз падал в океан и высота уменьшалась с каждой секундой. Штурмовик шел за ним, не упуская из виду. Ольга знала, что на судах этоготипа две спасательных шлюпки. Довольно таки надежные суденышки, в которыхможно добраться до ближайшей планеты, или оставаться в космосе и ждать помощи. Сколько человеческих жизней обязаны своим спасением этим крохотным скорлупкам, форменным москитам космического флота. "Барс" мчался следом, сохраняя дистанцию.

Ольге пришла в голову мысль, что точно также совсем недавно он преследовал ее "Летающую ведьму". Но тогда он еще не был "Барсом". Тогда он был вражеским "Сункаром"… Когда до поверхности океана осталось менее тысячи метров, от борта "Центуриона" отошла одна шлюпка. Было видно, что ее пилот отчаянно пытается вывести своекрохотное суденышко из почти отвесного пикирования в горизонтальный полет. Еслибы высота была на сотню метров больше, то возможно это бы ему и удалось. "Центурион" рухнул в океан. Очевидно, взорвался реактор, ибо в небо взметнулись тонны воды, окутанные паром. Шлюпка, удалившаяся в сторону от места падения корабля, уже почти вышла в горизонтальный полет и ей не хватило какой — то доли секунды. На огромнойскорости она врезалась в волны и взорвалась, скрывшись в огненной вспышке. Когда поднятая в воздух взрывом вода осела, на поверхности не осталось ничего. Океан Пандоры сохранит тайну Ольги и ее команды… Выйдя в горизонтальный полет на небольшой высоте, Ольга облетела на малой скорости место падения, но поверхность океана былапустынна. Убедившись, что никого из бандитов в живых не осталось, она увеличилатягу двигателей и "Барс" начал набирать высоту. Жан сидел в кресле второго пилотаи оторопело смотрел на Ольгу. Видно, он что — то прикидывал в уме и неожиданноспросил:

— Мадам, Вы — военный пилот?!… Так это Вы — Пантера?! Это Вы — знаменитая Ведьма с "Летающей ведьмы"?! Про Вас же у нас все знают!

Ольга только вздохнула. Глупо было отрицать очевидное.

— Это все в прошлом, Жан… Нет больше "Летающей ведьмы"… И самой Ведьмы больше нет… Сейчас есть несчастная беременная баба, которой не дают жить спокойно… Ладно, уважаемые "привидения". Здесь мы работу закончили. Полетели домой…

Глава 12

"Барс" вышел из плотных слоев атмосферы и устремился дальше в космическоепространство. Позади удалялась красивая голубая планета, так похожая на Землю…

Но это была не Земля. Кто знает, сколько времени еще должно пройти, чтобы наней появились люди. И не для того, чтобы обстряпывать свои махинации и уничтожать себе подобных, как сейчас. А для того, чтобы просто жить… Сколько жизнейона уже забрала. И сколько заберет еще. Никто не знает…

Эти мысли роились в голове Ольги, когда она уводила штурмовик в открытый космос подальше от планеты для ухода в гиперпространство. Параллельно пришло осознание того, что же ей удалось выполнить. Да, она освободила Настю, хотя и такойдорогой ценой. Но приблизилась ли она к разгадке? Скорее — наоборот. Тумана вокруг стало еще больше. Сейчас единственная ниточка — это старый добрый друг Гюнтер. Хотя тоже не факт, что он что — то знает. Его могли точно также взять на крючек, как и Ромочку. И поскольку Рома провалил все дело и стал опасным свидетелем, точно таким же нежелательным свидетелем становится и Гюнтер Лехман. Надо срочнопобеседовать с ним, пока его не сделали "хорошим свидетелем". Хотя тоже вопрос, как это сделать. Ведь светиться ей ни в коем случае нельзя. Чем дольше они все будут пребывать в "погибшем" состоянии, тем спокойнее можно работать. Возможно, таинственный друг расслабится и совершит ошибку считая, что мертвые не кусаются, как говорили знаменитые персонажи Джон Сильвер и Билли Бонс из "Острова сокровищ" Стивенсона. Ольга улыбнулась, когда в памяти всплыла одна из любимыхкниг далекого детства. Вот именно! Мертвые не кусаются! И будем поддерживать внашем таинственном друге уверенность в этом постулате.

Удалившись на безопасное расстояние от планеты, Ольга подготовила машину ко входу в гиперпространство. Еще раз на всякий случай просканировала все вокруг радаром.

Никого. Они были одни в этой космической пустыне на задворках галактики. Включивгипердвигатель, она поднялась из кресла.

— Все, ребята. Миссия выполнена, хотя и с несколько неожиданным результатом. Жан, дальше на тебя ляжет вся нагрузка по связям с общественностью. Ты один живой сре ди нас "призраков". Уточним все позже. А пока вы не будете против, если мы с Нас тей отдохнем? Ведь такие нервные встряски нам в нашем положении не на пользу…

— Что Вы, мадам, отдыхайте до самой посадки! Такое провернуть… Если бы сам не уви дел — в жизни бы не поверил. Мы тут сами управимся, — за всех ответил Макс.

Едва подруги уединились в каюте, как тут же оказались в объятиях друг друга. Настя, всееще не отойдя от пережитого рассказала, как ее похитили бандиты. В наглую, средь беладня, переодевшись медперсоналом клиники. Ольга поведала о всех злоключениях, выпавших на ее долю. Отдельно пояснила, ч т о именно пришлось ей совершить, чем перепугала Настю не на шутку. А новость о причастности ко всему этому старины Гюнтера повергла ее в шок. Напоследок Ольга вообще огорошила Настю сообщив, что теперь выйдет натропу войны против этого мистера "некто" и для того, чтобы руки у нее были развязаныи можно было действовать без оглядки на необходимость постоянного прикрытия, Насте надо будет скрыться в надежном месте, где ее никто не сможет обнаружить. Только тогдаона сможет работать максимально эффективно, будучи уверенной в безопасности подруги.

— Вот такие дела, Настюша. Теперь я, можно сказать, не совсем человек… Посмотрим, что из всего этого выйдет. И сейчас тебе надо перейти на нелегальное положение и где ни будь все это переждать. Домой возвращаться нельзя. Для нашего неизвестного друга мы все погибли на "Элеоноре". Вот и не будем разубеждать его в этом.

— А как же ты? Может, гори оно все синим пламенем, рванем куда — нибудь подальше, где нас никто не знает? Или примешь предложение генерала Кемаля? Уж там то до нас точно никто не доберется.

— Нет, Настюша. Врагам я служить не буду ни при каких обстоятельствах. И всю жизнь прятаться тоже не будешь. Раз на меня начали такую охоту, то не остановятся. И рано или поздно все равно узнают про мой трюк с "Элеонорой". Вот поэтому сейчас и надо выжать максимум полезного из нашего положения. Наш друг, возможно, пока еще не знает о нашей "гибели", но после прибытия Ромы обратно обязательно узнает. Если не от него самого, то от кого — то из экипажа "Принцессы". Ведь он сразу возьмет Рому за хобот и потребует отчета о произошедших событиях. Даже если Ромочка и сочинит красивую сказку, то кто — то из экипажа все равно проболтается. Слишком много людей знает об этом, утечка информации неизбежна. А тогда с Ромой будут говорить уже на другом языке и в этот момент я смогу подобраться поближе, когда этого никто не будет ждать. Ума не приложу, кому же мы перешли дорогу. А то ведь, возможно, и впрямь придется опять удирать, как тогда с Амальтеи. Но будем держать это как самый крайний вариант, когда ничего другого уже не останется.

— Но что ты сможешь сделать в одиночку? Может, дождемся Франца?

— Нет, котенок. Франц нам сейчас не помощник. Если бы это был обычный бандитский наезд, как я считала раньше, тогда да. Но оказывается мы противостоим совершенно неизвестному противнику и даже не догадываемся о его целях, ради чего все это затеяно. Это будет напоминать задачу "пойди туда, не знаю куда…". Во первых, мы просто под ставим Франца. А во вторых, ему тоже не надо знать о том, что мы живы. Вероятность утечки информации нужно свести к минимуму. В таком деле только одиночка и может рассчитывать на успех. Одиночка, которого все считают погибшим. Поверь, Настюша, это даст мне большие козыри в руки. Тем более — в моем новом состоянии. Мне уже терять нечего. Я нарушила Запрет, применив свой дар для убийства. Теперь один, или тысяча убитых врагов, для меня это не имеет значения. Я уже никогда не стану прежней. Так что ты сейчас разговариваешь с монстром… И самое плохое, что еще более страш ным монстром может стать моя малышка, когда вырастет…Если я что — то упущу в ней в неподходящий момент…

— Оля, ради бога, не волнуйся! Я то всегда рядом буду. Уж если меня мои папа с мамой не упустили, так я теперь и подавно никого не упущу.

— Вот те на! Ай да тихоня! А я то думала, что ты была пай — девочкой.

— Ага, пай — девочкой… Знала бы ты, что эта пай — девочка в свое время творила и всегда за это получала.

— Вот уж действительно сюрприз! Никогда бы не подумала!

— Слушай, монстрик ты мой ненаглядный, тебе болтать не надоело? Потом все дела обсудим. Пай — девочка за тобой очень соскучилась!

Полет в гиперпространстве шел без приключений. Жан приглядывал за приборамии помощь Ольги не требовалась. Макс и Вернер потихоньку приглядывали за Бартини, хотя деваться бандиту было уже некуда. После всего, что случилось, ему остаетсятолько удрать куда нибудь подальше, используя уверенность своего бывшего босса вего гибели вместе с "Элеонорой". Ольга и Настя почти не выходили из каюты. Они незнали, когда встретятся вновь и прекрасно знали, что ни для кого их отношения секретом не являются, поэтому дарили себя друг другу, позабыв обо всем остальном…

Скоро им предстоит расстаться и их будущее не ясно. Но в любом случае понятно, что сидеть сложа руки, следуя политике страуса, недопустимо. Лучший вид защиты — это нападение. Об этом говорили еще в древности. Сейчас ближайшая задача — это спрятать где — нибудь Настю и Макса с Вернером. Параллельно избавиться от Бартини. Хоть ему и нет обратной дороги, но бандит всегда остается бандитом. Жан останется один на легальном положении и будет связующим звеном между ними и "корпусом". А Ольге предстоит жизнь разведчика — нелегала в тылу врага, когда надо выполнять поставленнуюзадачу, а помощи ждать неоткуда. Хотя, если разобраться, ее способностям позавидовали бы все великие разведчики древности вместе взятые. И даже грозные и таинственныениндзя были бы не прочь кое чему у нее научиться. Но это дано только ведьме. Так неужели она — наследница великого рода, с успехом несколько веков противостоявшего святой инквизиции и в конечном итоге все — таки переигравшего ее, не справится с каким то сегодняшним интриганом, как бы высоко он не находился? Сейчас он уверен, что онивсе погибли. Такие люди не смиряются с потерями и крушением своих планов и он захочет отомстить виновнику всего этого — местному криминальному авторитету возомнившему, что выше него только звезды. Здесь вопрос не только в уязвленном самолюбии, но и чтобы другим уголовникам неповадно было. Вот и сыграем на этом…

На обратном пути пришлось сделать крюк, завернув к планете Эсмеральда, где находились партнеры "Экспресс шиппинг" по легальной части Ольгиного бизнеса. Любая ложьдолжна быть правдоподобной и вдруг по возвращении "Барса" на Швейцарию у полициивозникнут ненужные вопросы к Жану — где же это он ошивался в тот момент, когда хозяйка фирмы исчезла, ответ будет готов. Ради бога, господа хорошие, связывайтесь с портовыми властями Эсмеральды и они вам все подтвердят. Для избежания излишнего таможенного и эмиграционного контроля "Барс" совершил посадку на орбитальном терминале, где он отсутствовал. Здесь фиксировалось только прибытие и убытие кораблей. Ольгазаранее составила письмо к своим торговым партнерам с просьбой о предоставлении некоторых документов. Ничего необычного в этом не было и Жан спокойно отправился вофис компании. Получив затребованные бумаги, он принес их на борт штурмовика и счувством выполненного долга отправился развлекаться по местным злачным местам.

Ольга заранее проинструктировала его об этом. Все должно быть совершенно естественно для такой ситуации, чтобы не возникло и тени подозрения. В местном ресторанчикевсегда можно было найти компанию таких же залетных экипажей, корабли которыхгрузились, или выгружались на орбитальном терминале. Система облегчения кошелькабродяг космоса работала отменно и к ихним услугам здесь было все, начиная от выпивкии кончая проститутками. Покутив вдоволь за столом и поговорив "за жизнь", вся стихийно образовавшаяся подвыпившая компания отправилась в местный бордель, где продолжила веселье. На утро Жан вернулся, распрощавшись со своими случайными друзьями. По нему было видно, что он провел очень бурную ночь. Похоже, местные девицы толкв этом знали. Ольга только посмеивалась, глядя на опухшую невыспавшуюся физиономию.

— Ну как местные очаровашки, Казанова? По тебе видно, что толк в этом знают. Давай, связывайся с диспетчером, чтобы твой голос слышали, а "Барса" я поведу. А то еще въедешь куда — нибудь от упадка сил.

— Что Вы, мадам! На меня это не влияет. Это же совершенно естественный процесс и причем очень полезный для здоровья.

— Это я и сама знаю. Но лучше отходить от терминала и пилотировать до входа в гипер пространство буду я сама. А как уйдем в гиперпространство, немедленно ложись спать. Автоматика здесь хорошая, военная. В крайнем случае, сама в кабине подежурю. Мы тут все равно все бездельничали и отсыпались, пока ты "работал в поте лица". Перед входом в зону управления движением возле Швейцарии ты мне нужен свежий, как огурчик.

Осторожно отойдя от терминала с соблюдением всех правил, "Барс" удалился на безопасное расстояние от планеты и ушел в гиперпространство. Миссия прикрытия основнойзадачи была выполнена успешно. Теперь можно было со спокойной душой лететь обратно. Даже если и отыщется какой — нибудь слишком дотошный полицейский, любая самая тщательная проверка подтвердит правоту слов Жана.

"Барс" вышел из гиперпространства и приближался к ставшей родной планете. Всеближе вход в зону управления движением. После доклада диспетчеру уже можно будет сделать выводы ждут их тут с нетерпением, или нет. Ольга сидела в командирскомкресле и внимательно следила за окружающей обстановкой. Она знала, что штурмовикуже обнаружен и опознан, так как его АИС исправно посылала требуемую информацию, как и положено добропорядочной гражданской яхте с законопослушным гражданскимпилотом, каковым являлся согласно своих документов господин Бертье. После входа взону и доклада диспетчеру "Барс" занял указанный входной коридор в атмосферу. Похоже, все было как обычно. Никаких неожиданных вопросов и указаний не последовало иштурмовик заходил на посадку в обычном режиме. Возможно, полиция еще не заинтересовалась Жаном. Совершив посадку на яхтенном терминале космопорта и зарулив настоянку, Ольга выключила двигатели и остановила реактор. Теперь перед ними стоит очередная сложная задача — выбраться из космопорта незамеченными. Хорошо, что хотьтакой системы контроля, как на пассажирском терминале, здесь нет. Пока Жан будетотвлекать внимание работников сервисной компании и выдвигать кучу требований, всем остальным надо будет быстро покинуть летное поле и убраться за территорию терминала. Дальше будет проще. Ольга знала, что теперь она без особого труда сможетприкрыть свою группу, отведя глаза всем присутствующим. О порядке связи договорились заранее. Все номера личных коммуникаторов должны быть заменены на новые. Не хватало, чтобы кто — нибудь из "покойников" ответил на звонок.

Открыв входной люк, Жан с довольным видом вышел наружу и тут же стал "капать намозги" появившимся техникам, уведя их в сторону кормы к двигателям. Ольга вместес остальными покинули "Барс" и плотной кучкой, стараясь не шуметь, направились квыходу с терминала. Народу было не очень много и поэтому особо маневрировать непришлось, чтобы случайно с кем — то не столкнуться. Так незамеченными они и выбрались с территории космопорта, достигнув без приключений стоянки автомобилей. Здесьуже было полно спешащих людей и надобности в невидимости не было. Улучив момент, когда они были закрыты от возможных случайных взглядов, Ольга убрала защиту.

— Все, Бартини. Ты свободен. Иди, куда хочешь. Но к Лорду возвращаться не советую. Скройся где — нибудь подальше. Там, где тебя никто не знает. Не забывай, что ты вре менно "покойник". И чем дольше ты будешь пребывать в этом состоянии, тем лучше для тебя и для всех нас.

— Да куда же я пойду?

— Не знаю, Бартини. Не забывай, что ты должен был остаться лежать на берегу вместе со своими гориллами. И то, что ты до сих пор жив, это только потому, что мне нужна была информация и ты хорошо себя вел. А я всегда выполняю обещанное. Повторяю, ты свободен. Не испытывай мое терпение.

Бандит все еще не веря, что его отпускают, сделал несколько шагов. Видя, что никакихдействий против него не последовало, он не оглядываясь ускорил шаг и скрылся в толпе.

Ольга молча смотрела ему вслед. Конечно, по всем законам конспирации бандита следовало бы убрать, ибо хороший свидетель… Да, кися, да. Я с тобой согласна. Да только вотесть у меня поганая черта характера — всегда выполнять то, что обещала. Даже если этомне и не выгодно. Придется тебе к этому привыкать. Не волнуйся, на твою долю чужой кровушки пролить еще хватит…

— Теперь, ребята, расстаемся. Действуем дальше, как условились. Я остаюсь в Шварцваль де, а вы с Настей сейчас же уезжайте. В городе вам появляться нигде нельзя. Не дай бог случайно встретите кого — то из знакомых. Постарайтесь нигде не засветиться, а то вся операция накроется медным тазом и мы вернемся к тому, с чего начали. И вы будете далеко и я ничем не смогу вам помочь.

— Оленька, а как же ты? — на глаза Насти навернулись слезы.

— Настенька, за меня не волнуйся. Это не кормовой торпедный отсек… Не забывай, что я ведьма, нарушившая Запрет и сейчас у меня несколько другой взгляд на вещи. То, что я никогда бы не позволила себе сделать раньше, теперь я сделаю с легкостью. И ты знаешь, похоже мне удалось подружиться с т е м, что внутри меня и он меня защищает. Бабушка говорила, что такое возможно. Она смогла это сделать и будем надеяться, что это удалось и мне… А ты думай о своем малыше. Сейчас для тебя это самое главное. Как все закончится, я обязательно вернусь и я обещаю тебе, что на ближайшее время мы с тобой будем только будущими мамами и больше никем. Ребята, вручаю вам самое дорогое, что у меня есть. Берегите Настю. И не предприни майте сами ничего. Все буду делать я. Ваша задача — только укрыться, чтобы вас никто не нашел.

— Не волнуйтесь, мадам, все сделаем, как надо. Бывали ситуации и похуже. Действуйте спокойно, за сестру не переживайте.

Ольга долго смотрела вслед удаляющемуся автомобилю. Если ребятам с Настей удастсяскрыться от неизвестного врага, то тогда она сможет действовать более уверенно. Все — таки крепкий тыл значит очень много. Теперь ее ничто не будет сдерживать и можновести очень рискованную игру. Сама она в случае чего всегда сумеет скрыться, чтобынанести удар с неожиданной стороны в нужный момент. А пока надо собрать побольшеинформации, ибо за те несколько дней, что они отсутствовали, могла произойти массаинтересных событий. И вопрос номер один — что же сейчас делает Ромочка. Не накрутилли ему хвоста наш мистер "некто". А может, вообще сделал "хорошим свидетелем", чегобы очень не хотелось. Ибо без такого "живца" поймать нашего таинственного друга будет очень трудно. Другой подходящей наживки то нет…

Первым делом надо было позаботиться о пристанище. Взяв такси, Ольга добраласьдо города. В самом городе поменяла машину и велела отвезти в район, где до этогобывала очень редко. Здесь было несколько отелей, в одном из которых она и остановилась под чужим именем. Благо, с момента продолжения работы на "корпус" онана всякий случай обзавелась несколькими комплектами документов на разные именаи фамилии. Мало ли что. Как говорили раньше на Востоке? На аллаха надейся, а верблюда привязывай! Вот и пригодились припасенные бумажки. На сегодня все запланированное было выполнено. Завтра у нее назначена встреча с Жаном. Возможно, за это время ему уже удастся что — то узнать. Ведь в космопорте среди пилотской братии новости распространяются быстро, а "Принцесса" уже должна была вернуться.

А пока надо хорошенько выспаться. Завтра будет трудный день. Улегшись в постель, Ольга вздохнула. Как она уже привыкла за эти годы, что рядом всегда была ее Настюша. Милый, ласковый домашний котенок. Стоило только протянуть руку и… Когдаони теперь встретятся вновь…

На следующее утро Ольга проснулась довольно поздно. Встреча с Жаном назначенана вторую половину дня и торопиться некуда. Ему ведь тоже нужно время, чтобы собрать информацию. Срочно надо побеседовать с заклятым другом Лехманом, но покане прояснится обстановка, соваться к нему нельзя. Интересно, удалось ли инспекторуКарстену что — нибудь нарыть? А то как бы и его не сделали "хорошим свидетелем". Ведь он докладывает всю информацию своему шефу, ничего не подозревая. Жаль будет честного парня. А может, опередить события и не прячась вытряхнуть из Лехманаинформацию, а затем потихоньку убрать? Будет еще один "висяк", непонятный для медэкспертов. Да только много "висяков" образуется вокруг этого дела, что наведет на подозрения. А можно и не потихоньку, а с большим шумом. Мало ли у комиссара полиции врагов в криминальном мире… Кися, я уже начинаю думать, как ты. Давайпоаккуратнее, нам лишние трупы не нужны. Со стариной Гюнтером обязательно побеседуем но так, что он этого даже не заметит. Ведь неизвестно, что он знает и вообщекаким боком он прилеплен к этому делу. Возможно, есть еще не один информатор иесли с господином Лехманом что — то случится, то наш неизвестный друг насторожится. Поэтому уподобимся сейчас древним ниндзя. Со старинного японского название этого боевого искусства — ниндзюцу переводится, как умение быть терпеливым. Вот и не будем пороть горячку. Запасемся терпением и будем шаг за шагом идти кцели. Правда, пока еще неизвестно к какой именно. А со стариной Гюнтером разобраться всегда успеем. Куда он денется.

В назначенное время Ольга пришла в парк, где была назначена встреча с Жаном. Никаких подозрений возникнуть было не должно — будущая мама гуляет в тени деревьев идышит свежим воздухом, иногда присаживаясь на лавочку отдохнуть. В парке было вэто время дня не очень многолюдно. Она внимательно следила за окружающей обстановкой, но ничего опасного не обнаруживала. Прошел уже час, а Жан все не появлялся. Это было на него не похоже. Значит, что — то случилось. Ольга забеспокоилась, но вызывать его по коммуникатору опасалась. Неизвестно, кто будет слушать их разговор.

Время шло, день клонился к вечеру и парк стал заполняться отдыхающими людьми. Ольга уже проголодалась, но не уходила, оставаясь среди праздношатающейся публики. Но все было напрасно, Жан так и не пришел.

Когда Ольга вернулась в отель, было уже поздно. Настроение было не из лучших. Чтоже могло случиться с Жаном? И кто на него вышел — бандиты, или полиция? А может — мистер "некто"? В случайность типа кирпича, упавшего с крыши, она не верила. Завтра контрольный срок в десять утра на том же месте. Если Жан опять не появится, придется действовать самой…

На следующий день ровно в десять Ольга снова была в парке. Не торопясь она бродилапо аллеям и дышала свежим утренним воздухом, приняв беззаботный вид. Прошел час, но Жана так и не было. Значит, случилось что — то непредвиденное. Есть еще резервныеканалы связи, но уже понятно, что рассчитывать придется только на свои силы. Побродив еще полчаса для очистки совести по аллеям, Ольга ушла из парка, чтобы не привлекать внимания. Теперь единственная ниточка — старина Гюнтер.

Раскрывать свой новый номер было нельзя, поэтому Ольга позвонила в комиссариат полиции из уличного таксофона, предусмотрительно набрав номер другого отдела.

— Доброе утро, могу я поговорить с комиссаром Лехманом? Он уже вернулся?

— Доброе утро, мадам. Комиссар вернулся, но вы ошиблись номером. Это другой отдел.

— Ой, простите, я перепутала. Спасибо.

Ольга отключила связь и улыбнулась. Вот теперь с тобой и побеседуем, дорогой друг.

Плохо то, что надо сделать так, чтобы ты ничего не узнал и оставался в счастливом неведении. Ты не Бартини, с которым можно не церемониться. Если не дай бог с тобойчто — нибудь случится, или ты просто что — то заподозришь, мистер "некто" об этомсразу узнает и насторожится. Так его можно и спугнуть. Поэтому ни "жасмин", ни искусство Мишеньки — душегуба не годятся. Будем действовать тонко. Также, как когда — тодействовала бабушка, с милой улыбкой вывернувшая свою внученьку наизнанку, узнавсамые сокровенные тайны. Вот и последуем ее примеру. Тем более, что эту методику ниразу еще применять не приходилось, просто нужды в этом не было. Вот и попробуем! Надо же когда — то начинать. Эх, если бы заставить господина Лехмана выпить травянойнастой, чтобы он ничего не заподозрил… Нет, пожалуй не получится. Самой показыватьсяему на глаза нельзя, и просить кого — то тоже нельзя. Возникнет масса глупых вопросов, еще за отравительницу примут. Поэтому, сделаем по другому. Бабушка говорила, что так тоже можно…

Придя в отель, она сразу вошла через компьютер в сеть и начала просматривать объявления фирм, предлагающих "эскорт — услуги", или попросту говоря борделей. Найдя то, что нужно, набрала номер. Ответили сразу приятным женским голосом

— Компания "Орхидея". Здравствуйте. Слушаю Вас?

— Здравствуйте, девушка. Мне нужна на сегодняшний вечер и до утра шикарная блондинка, умеющая абсолютно все. Только пусть она подъедет пораньше.

— Конечно, мадам! Никаких проблем. Только уточните, девушка нужна именно Вам, или вместе с Вами будет мужчина?

— Будет только мужчина. Хочу сделать ему приятный сюрприз. Это возможно?

— Все сделаем, мадам, не волнуйтесь. В нашей компании работают высококвалифициро ванные сотрудники, прошедшие надлежащую специальную, психологическую и медици нскую подготовку и нареканий никогда не было.

Уточнив детали и указав адрес, по которому должна приехать жрица любви, Ольга в ожидании доставки "заказа" стала просматривать в сети новости, надеясь найти что — нибудьполезное. Вскоре в дверь номера постучали и впорхнуло создание, как будто только чтосошедшее с обложки модного журнала. Видно, подбор "сотрудников" компании велсяочень тщательно. Девица поздоровалась и стала удивленно озираться по сторонам.

— Простите, мадам, но меня направили по этому адресу. Наверное, что — то напутали.

— Нет, девушка, все правильно. Это я звонила в "Орхидею". Кстати, как Вас зовут?

— Моника. Но мне сказали, что будет мужчина. Наверно, диспетчер перепутала. Но не волнуйтесь, ничего страшного. Хоть я и редко бываю с женщинами, но никаких проб лем не будет. Или вызвать Вам девушку — лесби?

— Нет, Моника, не нужно. Мне требуется именно такая девушка, как Вы. Скажите, смогли бы Вы помочь мне в одном щекотливом деле? Уверяю, что никакого криминала здесь нет. За это я рассчитаюсь с Вами по двойному тарифу.

— А что Вы хотите?

— Хочу поймать своего благоверного муженька с поличным. Знаю, что он беззастенчиво наставляет мне рога, но не пойман — не вор. Сможете уложить его в койку, выдоить до суха, чтобы он уже и головы не мог оторвать от подушки и сразу уснул? После этого можете уходить, а Ваше место займу я. Представляю его физиономию, когда он прос нется.

— Да уж, действительно! — расхохоталась Моника.

Очень интересно, давайте попробуем. Где мне его искать?

— Он почти каждый вечер ошивается в ресторане отеля "Риц" и снимает там девчонок. Я Вам его покажу и сразу уйду. Перед этим возьмете номер — люкс в этом же отеле. Сможете сделать так, чтобы он обратил на Вас внимание?

— Конечно, мадам. Клюнет, как миленький.

— И последнее и самое важное. Поймите меня правильно, но мне нужно, чтобы Вы сдела ли так, чтобы после встречи с Вами мой муженек до утра был больше ни на что не спо собен. Чтобы самым заветным его желанием было поскорее упасть головой на подушку и сладко дрыхнуть. Сможете так сделать?

— О, мадам, не волнуйтесь. В каждой профессии свои секреты и тонкости. Откровенно говоря, мужчины существа довольно примитивные и никаких трудностей с ними не возникает. Все у них сосредоточено в одном месте, сами знаете в каком. Женщины на много сложнее, чувствительнее и многограннее. Иными словами, можно сказать так: доставить наслаждение мужчине — это наука. А доставить наслаждение женщине — это искусство.

— Полностью с Вами согласна, Моника. Значит, я могу рассчитывать на Вас?

— Конечно. Сдам Вам муженька тепленьким и сладко сопящим носом в подушку с гаран тией, что как минимум до следующего вечера в его блудливой головушке не появятся шаловливые мысли!

— Буду Вам очень признательна, Моника. А то похождения моего благоверного мне уже поперек горла. Совсем совесть потерял. Вот и устрою ему "утро любви".

Ближе к вечеру Ольга вместе с Моникой заняли наблюдательную позицию в ее машине недалеко от входа в отель "Риц". Вся надежда была на то, что Лехман не изменит своим привычкам. Старина Гюнтер не подвел и оправдал возлагавшиеся на негонадежды, появившись вскоре на своем автомобиле. Припарковав его возле отеля, оннаправился в ресторан. Правда, вид у него был неважный. Очевидно, мистер "некто" создал ему определенные неприятности. Монике достаточно было бросить беглыйвзгляд на "цель". Она быстро вышла из машины и отправилась на "перехват". Чувствовался профессионализм. Все таки, мастерство есть в каждом деле. И как бы ни ругали жриц любви, а их тонкому знанию психологии и умению затронуть нужные струны в душе могли бы позавидовать многие психоаналитики. Ольга была абсолютно уверена, что старина Гюнтер клюнет на такую приманку.

Время тянулось медленно. Ольга несколько раз выходила из машины, чтобы размяться. Наконец пришло сообщение от Моники, что все готово и она может подняться в номер.

Ольга вышла из машины и быстро направилась в отель. Стараясь не шуметь, она тихопроскользнула в открытую заранее дверь. Внутри было темно, Гюнтер вовсю сопел, пребывая в объятиях Морфея. Моника, еще не одетая, ждала возле двери.

— Все в порядке, мадам. Он уже спит и до утра не проснется. Получайте свое сокровище в целости и сохранности. А он в этом знает толк. Не то, что некоторые, — тихо прошеп тала девица.

— Спасибо большое, Моника. Вы мне очень помогли. Все, можете идти. Дальше я сама.

Ольга вручила Монике деньги и, быстро раздевшись, юркнула в постель. Дождавшись, когда шаги путаны в коридоре стихнут, осторожно выбралась из постели и оделась.

Лехман лежал, как бревно и сопел, совершенно не реагируя на окружающее. Ольга подвинула стул к кровати и внимательно посмотрела в его лицо, проникая в глубину подсознания, устанавливая контакт и вводя его в транс. Это был ее первый опыт. Раньше в этомпросто не возникало надобности. Вскоре контакт был установлен и Ольга задала первый вопрос.

— Ваше настоящее имя и место работы.

— Гюнтер Лехман. Центральный комиссариат полиции Шварцвальда.

— Вам известно, где сейчас находятся Ольга и Анастасия Миллер?

— Они погибли. Их корабль был уничтожен при попытке взлета с Пандоры.

— Откуда Вам это известно?

— От членов экипажа яхты "Принцесса", которая принадлежит Роману Поланскому.

— Каким образом Вы это узнали от них?

— Сразу после посадки "Принцессы" Поланский был задержан для дачи показаний по делу о контрабанде наркотиков. Но это было лишь поводом. У меня был приказ выяс нить все об Ольге Миллер. Поланский все отрицал, но его экипаж оказался более раз говорчивым. Когда они поняли, что им грозит, то не стали запираться.

— Чей приказ?

— Я не знаю.

— Вы получаете приказы и даже не знаете от кого?

— Да.

— Когда и каким образом это началось? Расскажите все подробности, связанные с делом Миллер.

— Пять лет назад ко мне обратился один человек, которого я до этого никогда не видел и больше с ним ни разу не встречался. Ему нужно было, чтобы полиция не проявляла акти вности в одном деле, связанном с делами мафии. У меня были большие долги, а он пред ложил хорошие деньги и сказал, что я буду ежемесячно получать от него наличные, которые нигде не фигурируют. Даже в том случае, если мне не придется ничего делать. Если потребуется моя помощь, то это будет оплачиваться отдельно. Я не смог отказаться…

— И сколько же он Вам предложил?

— Покрыть полностью мои долги — порядка восемнадцати тысяч и каждый месяц выпла чивать по двадцать тысяч. В случае необходимости какого — либо действия, или бездей ствия с моей стороны — дополнительно по десять — пятнадцать тысяч.

— Какое у Вас жалованье в полиции?

— Пять тысяч в месяц.

— Хорошо, продолжайте.

— Больше этого человека я никогда не видел и узнать бы его не смог, так как встреча про исходила ночью в темноте. Дальнейшее общение было только по почте — электронной и обычной. Он ни разу меня не обманул и деньги всегда приходили вовремя. Я забирал их в условленном месте. От него же я получил инструкции познакомиться с Ольгой Мил лер, когда на нее и ее подругу было совершено нападение. Позже пришло сообщение, что я должен встретиться с Романом Поланским — известным мафиози и поговорить с ним о возможности замять одно дело о наркотиках, договорившись также о порядке дальнейшей связи. Поланский согласился. Когда Миллер обратилась ко мне за помощью после похищения своей сестры, я регулярно информировал этого человека о состоянии дела.

— То есть это не Вы приказали Поланскому подбросить наркотики в один из кораблей Миллер, а потом высказали претензии, что он начал своевольничать и увеличил количество наркотиков в партии, а соответственно и стоимость?

— Нет. Я об этом в первый раз слышу.

— Это Вы предупредили Поланского о засаде?

— С Поланским я больше не общался. Всю информацию посылал этому человеку.

— Получается, это не Вы дали распоряжение Поланскому похитить Анастасию Миллер и потребовать за нее выкуп?

— Нет. Для меня это было полной неожиданностью.

— Вы не общались с Поланским после задержания? Что рассказал экипаж "Принцессы"?

— С Поланским я не общался, так как он смог бы опознать меня по голосу. Я наблюдал за ходом допроса из соседней комнаты. С ним разговаривал инспектор Карстен. Поланский ничего не сказал, а его адвокаты вцепились в нас мертвой хваткой. Пришлось его выпус тить, так как никаких улик против него нет. От двоих членов экипажа узнали, пообещав им закрыть глаза на прошлые грехи, что Анастасия Миллер находилась какое — то время на "Принцессе". Ольга Миллер каким — то непостижимым образом захватила вторую яхту Поланского — "Элеонору", прибыла на ней на Пандору, заманила Поланского на борт и вынудила освободить свою сестру. Когда же она отпустила его, он приказал уничтожить "Элеонору". "Элеонора" была сбита в стратосфере ракетой, выпущенной с контейнеровоза "Центурион" при попытке покинуть Пандору. Все, кто находился на борту яхты, погибли.

— Вы уже сообщили об этом своему адресату? И какая была реакция?

— Он был очень недоволен, что Поланского отпустили. Но я ничего не мог сделать. Абсолютно никаких улик против него нет и формально Ольга Миллер не покидала планету. Последним ее видел инспектор Карстен у нее дома, после чего она исчезла.

— Что Вам известно о происшествии у мыса Носхорн? Ваш адресат интересовался этим? Это как — то связано с делом Миллер?

— Да, от него был запрос об этом присшествии, но нам так ничего и не удалось выяснить. На берегу были обнаружены девятнадцать боевиков Поланского без каких бы то ни было признаков насильственной смерти. Медэксперты в полном недоумении, это первый случай в их практике. Такое впечатление, что девятнадцать молодых здоровых бугаев одновременно умерли от остановки сердца по неизвестной причине. Эксперты даже не берутся выдвигать гипотезы, так как это выходит за рамки возможного в их понима нии. Причем все бандиты были вооружены до зубов и была стрельба. Они от кого — то защищались. Однако все гильзы, найденные на месте, принадлежат оружию бандитов. Противная сторона огня не открывала, а уничтожила всех непонятным образом. Со слов экспертов единственное разумное объяснение всему этому — применение какого — то но вого неизвестного оружия, воздействующего на организм человека, но не наносящего физических повреждений. Хотя ни о чем подобном они до сих пор не слышали. Связано ли это с делом Миллер, выяснить не удалось.

— Что Вам известно о Жане Бертье?

— Жан Бертье был задержан по подозрению в причастности к исчезновению Ольги Мил лер. Он заявил, что она взяла его на работу в свою компанию "Экспресс шиппинг" в ка честве пилота своей яхты и отправила с поручением на Эсмеральду, чему никто не пове рил. Однако последующая проверка подтвердила его слова и сегодня вечером он был ос вобожден. Он также в полном недоумении и даже не подозревает, куда могла подеваться его работодательница.

— Какие распоряжения Вы получили после того, как сообщили о том, что пришлось отпу стить Поланского?

— Послезавтра я должен в двадцать часов встретиться в ресторане отеля "Савой" с челове ком, которому должен оказывать всяческое содействие и выполнять его распоряжения.

— Вы знаете его?

— Нет. Он должен сам подойти ко мне.

— То есть Вы не знаете, тот ли это человек, что встречался с Вами?

— Нет, не знаю.

Ольга задала еше ряд вопросов и все время получала один и тот же ответ: "Не знаю…

Не знаю… Не знаю…". Перед ней опять исполнитель, продавшийся за деньги и абсолютно ничего не знающий о своем таинственном работодателе. Теперь его надо беречь, как зеницу ока, ибо только через него можно выйти на этого незнакомца, который придет послезавтра на встречу в "Савой". Если не приведи господи со стариной Гюнтером что — то случится, будет оборвана единственная ниточка, ведущая к мистеру "некто".

С Ромочкой такой трюк не получится. Он сейчас спрячется в своем особняке и долгооттуда нос не высунет, или вообще попытается удрать. Он уже понял, что вляпался очень серьезно и может запросто лишиться головы. Масла в огонь добавит исчезновение "Центуриона" со всем экипажем. Вряд ли Жорик успел сообщить, что их провели, как детей. Поэтому Ромочка сейчас в полных непонятках, кому же он перешел дорогу.

Вот и пусть пока помается неизвестностью и вздрагивает от каждого звонка. Сейчас следующая задача — встреча в отеле "Савой". Из Лехмана больше ничего не выжмешь, онрассказал все, что знал. Да и знал то оказывается не очень много. Поэтому следующеезвено в цепочке, ведущей к мистеру "некто" — это человек, который придет на встречуи наделен полномочиями отдавать приказы комиссару полиции. Вот пусть старина Гюнтер и приведет прямо к нему, а дальше будем действовать по обстановке…

Ну а сейчас надо выбираться отсюда, больше здесь делать нечего. Раз Жан уже на свободе, надо нанести ему визит и предупредить. А то как бы мистер "некто" не приказал произвести "зачистку" всех, кто хоть как то был связан с Ольгой Миллер. Уже понятно, что это не какой — то зарвавшийся мафиози типа господина Поланского. Скорее всего, этот человек располагает поддержкой на самом высоком уровне в государственных структурах и обладает громадными финансовыми возможностями, если позволяет себе держать вместо бобика комиссара полиции и заставляет его гавкать в нужный момент. И таких бобиков у него очевидно много. Поэтому Жану лучше на время исчезнуть, чтобыне стать "хорошим свидетелем"…

— Все, Гюнтер. Вы правильно поступили и сейчас можете отдыхать. Утром Вы вспомните, что провели чудесный вечер и ночь с роскошной блондинкой, но плохо будете помнить ее внешность и забудете имя. Она не дождалась Вашего пробуждения и ушла раньше. Обязательно идите на встречу в "Савой" и выполняйте все, что Вам скажут. Вы были правы — Ольга и Анастасия Миллер погибли на "Элеоноре". Так и передайте этому человеку. А сейчас спите. Спокойной ночи.

С этими словами Ольга поднялась и бесшумной тенью выскользнула из номера.

Когда она добралась до дома, где была квартира Жана, было уже довольно поздно.

В окнах горел свет, значит там кто — то был. Поднявшись на восьмой этаж, Ольга прислушалась, но ощущения опасности не было. За домом тоже пока никто не следил, но чтобудет завтра, не известно. Позвонив, она тут же отвела глаза тому, кто откроет дверь.

Послышались шаги, щелкнул замок и в проеме двери возникла рослая фигура Жана сдубинкой в руке. Видно было, что звонок выдернул его из — за стола, так как он что — тодожевывал. Оглядев пустую лестничную площадку и высказав свое мнение о хулиганящих малолетках, где цензурными были только предлоги, он уже собирался захлопнутьдверь, как вдруг неожиданно в паре метров от него возникла Ольга. Жан перепугалсяот неожиданности, но быстро взял себя в руки.

— Добрый вечер, Жан. Ты один?

— Уф-ф-ф!!! Добрый вечер, мадам! Как Вы меня напугали. А я думал, что опять малолетки балуются. Вы уж извините, что я при Вас так…

— Ладно, не извиняйся. Рабочий момент. К тебе можно? А то вдруг у тебя там очередная пассия?

— Никого нет, заходите. Меня только сегодня из кутузки выпустили, потому и прийти не смог.

Впустив Ольгу, Жан подробно рассказал о случившемся. После посадки он потолкалсясреди других пилотов и узнал кое — что интересное. Сразу после возвращения "Принцессы" Лорд был арестован полицией прямо на летном поле. Задержали также экипаж яхты. Оказывается, "Принцессу" уже ждали, хотя внятного объяснения этому никто дать не мог. Высказывались предположения, что скорее всего Ромочка нарушил правила игры и начал хапать не по чину, перейдя кому — то дорогу этажом выше, ибо до сих пор для полиции он был недосягаем. Ну а что бывает с нарушающими правила — знают все. Когда Жан приехал к Ольге домой, чтобы доставить затребованные документы, то тоже был взят под белыручки. Его рассказу никто не поверил, но соответствующие запросы в космопорт и на орбитальный терминал Эсмеральды все же были сделаны. К огромному удивлению полиции все рассказанное Жаном оказалось правдой. Пришлось перед ним извиниться и отпустить. Комиссар Лехман и инспектор Карстен спрашивали его, не показалось ли ему что — либо странным в поведении Ольги, не обмолвилась ли она случайно о своих дальнейщих планах, но Жан ничем не смог им помочь. Хозяйка фирмы плохо себя чувствовала, вот и отправила его в этот полет. Больше он ничего не знает и по возвращению ее больше не видел.

— Так что похоже, какое — то осиное гнездо на самом верху мы потревожили. Никогда еще такого не было, чтобы полиция Рому Поланского за шиворот взяла. Видать, боль шие люди за всем этим стоят, — подвел итог Жан.

— Да, ты прав. Поэтому в городе тебе оставаться опасно. Неизвестно, что на уме у наше го неизвестного друга. У тебя есть где — нибудь лежбище, где можно переждать смутное время?

— Есть конечно. За меня не волнуйтесь.

— Значит, срочно собирайся и пошли. Здесь больше оставаться нельзя. Кстати, тебе будет интересно узнать, что Ромочку уже отпустили. Адвокаты вытащили его и на этот раз, так как абсолютно никаких улик против него нет. Но наш неизвестный друг такой незна чительной мелочью, как улики, обременять себя не будет. И на Ромочкиных адвокатов с ихним писаным уголовным кодексом ему наплевать. Он з н а е т все, что натворил Рома и ему этого достаточно. Так что за Ромочкину жизнь я сейчас не дам и медного гроша.

— Может, до утра подождем? Переночуете у меня, одна комната в Вашем распоряжении.

— Нет, Жан. Давай собирайся и идем. Нехорошие предчувствия у меня, а ты меня знаешь.

Думаю, ему уже известно, что тебя выпустили.

После таких слов Жан без разговоров начал сборы. Уж в чем, а в умении анализировать ипредвидеть ситуацию он доверял Ольге на сто процентов. Чего только стоил трюк с "Элеонорой" и заходом на Эсмеральду. Без этого не сидел бы он сейчас в своей квартире и невел светскую беседу. Вскоре он предстал перед Ольгой с собраной сумкой.

— Все, я готов.

— Выходим вместе, я тебя прикрою. Далеко от меня не отходи и не шуми. Если будет какая то опасность, ничего не предпринимай, пока я не скажу.

— Но ведь вдруг кто — нибудь нас уже ждет и нападет?

— Не волнуйся, Жан. Нас никто не увидит и если будет реальная опасность, я устраню ее сама. Не пачкай руки. А я, если надо, сделаю еще один "висяк" для полиции.

— Простите, мадам. Все забываю про Ваши возможности. Если бы сам не увидел, никогда бы не поверил в подобное.

Выйдя из квартиры, Жан по привычке направился к лифту, но Ольга покачала головой и они начали спускаться по лестнице. Когда они были уже на третьем этаже, неожиданнораздался звук открывшейся двери и Ольга своим чутким слухом уловила чьи — то быстрыетихие шаги по лестнице. Одновременно заработал лифт. Она тут же дала Жану знак нешуметь и указала на место под стенкой вдали от лестницы, став рядом с ним. Хорошо, что лестничные площадки в домах этого типа довольно просторные и хорошо освещаются. Ждать долго не пришлось. Лифт остановился наверху и мимо них по лестнице проследовали два субъекта, старавшиеся идти быстро, но не шуметь. Скользнув взглядом по ярко освещенной "пустой" лестничной площадке, они направились дальше. В том, что это не припозднившиеся жильцы, не было никаких сомнений. Когда подозрительные личности поднялись на несколько этажей, Ольга и Жан продолжили спуск. Вот и вестибюль свходной дверью. Дверь срабатывает при приближении к ней и наверняка кто — то оставленсторожить снаружи. Если дверь сработает, так как на автоматику Ольгины "чары" не действуют и из нее никто не выйдет, топтуны сразу насторожатся. Но беглецам повезло.

Раздался веселый шум, дверь открылась и в вестибюль ввалилась подвыпившая компания малолеток. Ольга с Жаном заняли позицию сбоку от двери и, когда последний входящийпроследовал мимо них, проскользнули в дверь на улицу. Даже если выход и под наблюдением, то ничего подозрительного топтуны не заметят. Вошла группа подростков, но из дома никто не выходил. Можно спокойно дежурить дальше.

Когда они вышли на улицу, Ольга сразу обратила внимание на две машины, стоящиев противоположных концах дома. Войти в дом и выйти из него незамеченным былоневозможно. Стараясь ступать бесшумно, она направилась в сторону одной из них. Жан неотступно шел следом. Поравнявшись с автомобилем, Ольга прислушалась. Хоть стекла и были тонированные, но она разобрала, что внутри находятся два человека. Значит столько же и в другой машине и не менее четырех в доме. Да-а, на них устроили серьезную охоту. Хорошо, что она сразу поехала к Жану. Постояв несколько минут, Ольга надеялась услышать что — нибудь интересное, ибо своим сверхчувствительным слухом ясно слышала этих двоих. Но тема разговора была стара, как мир — автомобили и бабы. Поняв, что больше из этого ничего не выжать, она подала Жану знакследовать дальше. Завернув за угол дома, они прошли несколько кварталов и только здесь Ольга убрала защиту. Жан перевел дух.

— Все не могу привыкнуть… Мадам, Вы правда не дьявол?

— Успокойся, Жан. Я же вам говорила, что я — ведьма. Я просто обладаю паранормальны ми способностями и могу в различной форме воздействовать на других людей. Как на их психику, так и на физическое состояние. К дьяволу и колдовству это не имеет никакого отношения. А теперь твоя основная задача — скрыться так, чтобы тебя никто не нашел. Помни, что эти люди — не полиция. Им не нужны никакие улики и они не будут утруж дать себя соблюдением параграфов закона. Ты сам им не нужен. Им нужна только ин формация обо мне. После этого тебя ликвидируют, как опасного свидетеля. Поверь мне, я знаю, как это делается. Поэтому сейчас тебе надо исчезнуть на какое — то время, пока все не утихнет. Пусть они займутся Ромочкой, а я под шумок подберусь поближе.

— Но что Вы сможете сделать в одиночку?

— Мне уже задавали этот вопрос. Именно одиночка с моими способностями, которого все считают погибшим, только и может в данной ситуации рассчитывать на успех. Так что за меня не волнуйся. Порядок связи прежний. Регулярно входи в сеть. Если будет информация, то я сообщу. Сам не рискуй понапрасну и помни, что абсолютно никто из твоих знакомых не должен знать, где ты находишься.

Расставшись с Жаном, Ольга перешла на соседнюю улицу, остановила такси и направилась обратно в отель. Теперь она была совершенно одна перед неведомым противником. Ничего, бывают ситуации, когда и один в поле воин…

Глава 13

На следующий день Ольга отправилась на разведку в ресторан "Савой", предварительнособрав о нем всю доступную информацию в сети. Отобедав, она спросила, возможно лизаказать на завтра столик на вечер, но где — нибудь в уголке, чтобы никто не мешал. Ибоу них с мужем юбилей и они хотели бы приятно отдохнуть. Метрдотель, рассыпаясь в любезностях, предолжил ей выбрать место самой и Ольга выбрала столик в самом углу, который был скрыт в полумраке от посторонних взглядов, но из этого места просматривался весь зал. Полдела было сделано. Теперь оставалось найти "мужа". Прийдя в отель, Ольгаопять уселась за компьютерный терминал и вошла в сеть, просматривая рекламу. Вскоренашла то, что нужно и набрала номер.

— Добрый день! Компания "Ангелы ночи". Слушаю Вас.

— Добрый день. Мне нужен на завтрашний вечер представительный мужчина лет тридца ти пяти — сорока. Это возможно?

— Конечно возможно, мадам…

Уточнив детали и время доставки "заказа", Ольга отключила связь. Пока больше делатьнечего, остается только терпеливо ждать. Как древним ниндзя. Завтрашний день долженрешить очень многое. Хотя не исключена возможность, что это будет снова очереднойисполнитель, не владеющий полной информацией. Тогда придется опять двигаться по цепочке дальше, перебирая по одному звену. Сколько же в ней звеньев и какое последнее?

И сколько на это уйдет времени? Хороший вопрос…

На следующий день в назначенное время Ольга ожидала в номере. В дверь постучали ивошел представительный красавчик с внешностью профессионального альфонса. Он окинул взглядом фигуру Ольги и вежливо поздоровался.

— Добрый день, мадам. Я сотрудник компании "Ангелы ночи". Это Вы звонили нам?

— Да, я.

— Вы напрасно не сказали, что Вы в положении. У нас есть сотрудники с меньшим весом. Но не волнуйтесь, все будет нормально.

— Простите, как Вас зовут?

— Арнольд.

— Не волнуйтесь, Арнольд, Вам не придется со мной трахаться. Я вызвала Вас по другому поводу.

— А что Вас интересует?

— Сегодня вечером мне нужно быть в ресторане, а одинокая беременная женщина, пришед шая вечером в ресторан, вызывает массу глупых вопросов. Вот мне и надо, чтобы Вы иг рали роль моего внимательного и любящего мужа. Справитесь?

— Конечно, мадам, как скажете. Желание клиента для нас закон.

Вечером Ольга и Арнольд заблаговременно прибыли в "Савой". Лехмана еще не было.

Ольга постаралась максимально изменить свою внешность и узнать ее сейчас было трудно. Сев за стол в самый угол, она оказалась закрытой от чужих взглядов фигурой Арнольда, который прекрасно играл роль внимательного и любящего супруга. Сама же моглавести наблюдение за всем залом. Сделав заказ, "супруги" начали непринужденно болтатьни о чем. Когда блюда были поданы, Ольга начала есть неторопливо, ибо неизвестно, сколько придется ждать. Придет ли этот человек в двадцать часов, или решит помурыжитьЛехмана? В девятнадцать пятьдесят дверь открылась и вошел Лехман. Он сразу проследовал за столик, который очевидно тоже заказал заранее. Усевшись за стол, обвел взглядомзал, но не заметил ничего подозрительного и начал изучать меню.

Время шло, было уже половина девятого, а Лехман продолжал сидеть в одиночестве. Ему уже принесли заказ и он ел, поглядывая на часы. Ольга подумала, что возможно тот, ктодолжен прийти на встречу, наблюдает сейчас со стороны и оценивает обстановку. Либо в зале находится его сообщник и передает ему информацию. Прошло еще десять минут.

Лехман начал проявлять признаки беспокойства. Ольга старалась поменьше глазеть посторонам, чтобы не привлекать внимания и нежно ворковала со своим "мужем". Наконецв зал вошел мужчина и направился к столику, за которым сидел Лехман. Ольга поднялаглаза и чуть не выронила вилку. По залу шел… покойный Миша Гринберг…

Но как это может быть?! Каким образом он мог воскреснуть?! Ведь ей говорили, что разбившийся корабль выгорел дотла и среди спасшихся его не было. Причем говорили люди, в которых она была уверена на сто процентов. Неужели это его двойник с таким портретным сходством, или брат близнец? Но нет, его походку, напоминающую поступь крадушегося тигра, спутать невозможно. Он совершенно не изменился за эти восемь с лишним лет, когда они виделись последний раз. Но что же все это значит и каким боком он замешан вэтой истории?! — Дорогая, что с тобой? Тебе нехорошо? — раздался над ухом голос заботливого "мужа".

— Нет, милый, все нормально. С чего ты взял?

— Да на тебе лица нет…

— Нет, милый, тебе просто показалось. Возможно, мне скоро придется уйти. Езжай домой один, — Ольга рассчиталась с "мужем" за проделанную "работу" и стала ждать. Как она ни напрягала слух, пытаясь услышать о чем говорят Миша с комиссаром, но ничего не получалось. Их столик был далеко, а в зале было довольно шумно. Видно было, как Ми ша что — то недовольно выговаривает Лехману, а тот пытается оправдываться. Несколько раз Михаил внимательно оглядывал зал. Видно, он чувствовал взгляд Ольги. Она хорошо знала, что по способности чувствовать опасность он не уступает ей.

Наконец разговор был закончен, Лехман встал и направился к выходу. Миша посидел еще какое — то время, заканчивая ужин. По всему было видно, что разговор был ему оченьнеприятен и он был страшно зол. А что такое злой Мишаня, Ольга знала очень хорошо.

Закончив трапезу, Миша позвал официанта и протянул ему гостевую карточку отеля. Этобыла одна из услуг, практикуемых всеми отелями в Шварцвальде. Стоимость ужина просто включалась в счет. Вот это удача! Значит Мишутка остановился в "Савойе" и не надоследить за ним, куда он пойдет. Вот мы с тобой, дорогой друг и побеседуем. Двум "покойникам" есть много что сказать друг другу…

Между тем Миша встал из — за стола и направился к выходу. Ольга немного подождала ипошла за ним. Выйдя из ресторана в вестибюль она увидела Мишу возле администратора, а сама подошла к огромному зеркалу в вестибюле и начала поправлять прическу. Здесьбыло значительно тише и она смогла услышать номер — восемьсот шестнадцать. Дождавшись, когда он забрал магнитную карту — ключ и ушел наверх, Ольга подошла к администратору и сказала, что хотела бы остановиться в ихнем отеле. Никаких проблем не возникло и через несколько минут она уже поднималась на шестой этаж, где был ее номер.

Миша жил на восьмом. Начальный этап был выполнен, она попала в отель не вызвав подозрений. Теперь надо наведаться в гости к Мишеньке, навестить старого друга…

Посидев немного в своем номере, Ольга отправилась на восьмой этаж. Вряд ли Миша куда — то ушел. Скорее всего, ему сейчас надо обмозговать ситуацию. Вот и номер 816. Хотьбы он был один, а то будут проблемы. Хоть правда и решаемые, но наследить еще и здесьочень не хотелось бы. Толкнув дверь, Ольга вошла в номер.

Внутри никого не было, а из душа слышался звук льющейся воды. Повезло. Ольга села вкресло и стала ждать, сразу отведя глаза Михаилу. Наконец он вышел из душа и сразу направился к койке. Очевидно, завтра у него трудный день и он хочет выспаться. Погасивсвет, он лег в постель и молча уставился в потолок, что — то обдумывая.

— Здравствуй, Миша, — произнесла Ольга и материализовалась в кресле.

Михаил подскочил, как ужаленный и в ужасе уставился на Ольгу. Его ощущения можнобыло понять. В затемненной комнате в пустом кресле неожиданно возникла женщина, которую он считал погибшей.

— Что ты молчишь, Миша? Ты не рад встрече старых друзей?

— Уф-ф-ф!!!… Ты не привидение…, - наконец облегченно выдохнул он.

— Нет, Миша, считай меня привидением. Ведь Лехман сказал тебе, что я погибла на "Эле оноре". Вот я сейчас и пришла с того света разобраться, что к чему…

— Здравствуй, Оля. Я не верил, что ты погибла.

— Напрасно. Может быть ты объяснишь мне, что все это значит? Только не надо мне врать. Ты ведь знаешь, что это бесполезно.

Михаил молчал и настороженно смотрел на Ольгу. Подождав некоторое время, Ольгадостала из кармана капсулу с "жасмином".

— Миша, тебе не надо объяснять, что это такое. Сам когда — то меня учил, а я была способ ной ученицей. Я не хочу делать тебе плохо, все — таки мы были друзьями. Расскажи мне все по хорошему сам. Ибо в противном случае ты не оставишь мне выбора. И поверь, что ты не сможешь противостоять мне. Я просто парализую тебя "взглядом змеи" и вколю этот препарат. Есть такой прием, который я тебе не показывала. А мне очень не хочется этого делать.

— Верю, Оля. Я говорил этим кабинетным стратегам, что с тобой нельзя так поступать, но меня никто не стал слушать. И вот к чему это привело… Хорошо, я расскажу тебе все…

— Очень интересно, начало интригующее. Давай тогда устроим сегодня вечер воспомина ний. Двум "покойникам" есть что расказать друг другу. Кто же ты есть на самом деле, Мишенька? И как ты воскрес? Ведь я похоронила тебя, а тут вдруг такая встреча… Когда же и как все это началось?

— Давно, Оля… Когда ты только пришла в "Экспедиционный корпус" и попала к нам в экипаж третьим помощником капитана. Я сразу обратил внимание на твои паранорма льные способности и доложил своему командованию. Мне было приказано вниматель но наблюдать за тобой и определить возможность и целесообразность привлечения тебя к решению задач в интересах госбезопасности.

— Значит, все эти разговоры о твоей отставке были блефом? Или жандарм бывшим не бывает?

— Все это было моей легендой. Я был внедрен в состав "корпуса" и находился там до са мого момента своей "гибели". Это была операция по моему выходу из игры, чтобы все считали меня погибшим.

— И кто же ты сейчас? В каком качестве появился здесь?

— Генерал — майор госбезопасности. Прибыл специально для расследования обстоятельств твоей гибели, как хорошо знавший тебя раньше и знакомый с твоим поведением в экст ремальных ситуациях. Начальство мечет громы и молнии. Пойти на такие жертвы, израс ходовать колоссальные средства, чтобы заполучить тебя и все это потерять из — за какого то уголовника считающего, что ему все дозволено?

— А вот с этого момента, Мишенька, пожалуйста поподробнее. Какие жертвы и средства? И кто это хотел меня заполучить?

— Оля, ты попала в поле зрения госбезопасности давно, после моего первого рапорта. Нашу службу всегда интересовали такие люди, как ты. Все то время, когда мы были в од ном экипаже, я наблюдал за тобой и выяснял твои способности. Они просто уникальны. Начальство велело попробовать заинтересовать тебя службой в органах госбезопасности, но ни в коем случае не давить на тебя. Помнишь, я несколько раз заводил с тобой разго воры на эту тему, но ты даже слышать об этом не хотела и отзывалась о нашей конторе крайне негативно? Предыдущее начальство было с головой и считало, что нельзя прину ждать человека делать то, чего он делать не хочет, ибо толку все равно не будет. В разве дку и контрразведку, также как и в рай на аркане никого не тянут. В итоге про тебя забы ли на целых восемь лет. И тут меняется начальство, приходит новый министр и ему на глаза попадается твое дело. С этого момента им овладевает идея — любыми путями запо лучить тебя и сделать супер — агента с уникальными возможностями. Ты к тому моменту уже стала настоящей легендой — Ведьмой с "Летающей ведьмы" и просто так взять тебя за шиворот, как пойманного с поличным контрабандиста и предложить ему работать на министерство госбезопасности в обмен на отпущение грехов было нельзя. К тебе внима тельно присматривались и в конце концов была разработана сложная многоходовая опе рация, получившая название "Хризантема". То, что тебе рассказал генерал Кемаль, это лишь часть правды. Полковник Ковальский, руководивший на месте проведением опера ции, не знал о ее истинной цели. Он был уверен, что его задача — переброска "Тайфуна" к противнику, а ты лишь необходимое приложение, так как сам по себе истребитель бы не улетел. А все было с точностью до наоборот. Это ты была главной целью, а "Тайфун" лишь средством доставки. Тебя хотели поставить в условия, когда не останется выбора и надо просто спасать свою жизнь любыми средствами. В итоге затея удалась, но с пора зительным результатом. Все пошло наперекосяк, ты полностью завладела инициативой и диктовала свои условия. Никто этого не ожидал. Но поставленная цель была достигну та — ты все таки сбежала, хотя и не на "Тайфуне", а на "Сункаре". Последующие собы тия с отправкой Ковальского на "Тайфуне" к противнику — это самодеятельность адми рала, командующего эскадрой. С момента, когда ты вышла на связь с "корпусом", ты была под постоянным наблюдением и в случае возникновения каких — либо проблем те бе помогли бы их устранить. Но этого не потребовалось. Ты справилась сама и нашим людям оставалось только наблюдать со стороны.

— Получается, весь "корпус" находится под контролем госбезопасности?

— Да. На многих ключевых постах находятся наши люди.

— Очень интересно. И чего же вы добились? Ради чего весь этот балаган?

— Министр хотел любыми путями заполучить тебя для службы внешней разведки. Он по нимал, что если прямо предложить тебе работать на нас, то ты его просто пошлешь по известному адресу. Вот и была сделана попытка использовать тебя в темную. Поскольку ты вернулась к работе в "корпусе", войти с тобой в контакт и действовать от имени "кор пуса". Чтобы все задания, которые тебе пришлось бы выполнить, ты считала сделанны ми в интересах "корпуса", но никак не министерства госбезопасности. И вот тут вся за тея начала буксовать. Ты оказалась совершенно неуправляемым агентом и отказывалась выполнять то, что считала ненужным, нецелесообразным, или очень подозрительным.

— Единственный человек, с которым у меня были трения по этому поводу — это Франц Гофман, здешний координатор "корпуса". Получается, он ваш агент?

— Да. Он регулярно передавал информацию о состоянии дел. Начальство ломало голову, как заставить тебя работать и тут неожиданно на тебя выходят сепаратисты. Решили обустроить все так, как будто все последующие события — это их рук дело. Лехман встретился с Поланским и договорился о возможности совместных действий, передав ему канал связи, а Гофман непосредственно руководил всем, посылая этому бандиту указания, что надо делать. Именно поэтому и послали к тебе в дом этих четырех горилл, дав им визитную карточку генерала. Их специально подставили ибо знали, что ты без труда расправишься с ними. Я был категорически против этого, но меня никто не стал слушать. Начальство видело в тебе профессионального разведчика и подходило с этими мерками. Никто даже не допустил мысли, что ты поедешь на разборки к генералу, ибо настоящий разведчик так никогда бы не поступил. В итоге вся идея сразу задымила, так как после разговора с Кемалем ты поняла, что сепаратисты совершенно не при чем.

— А для чего надо было воровать Настю? И почему Франц высказывал недовольство По ланскому, когда тот начал своевольничать и увеличил партию наркотиков?

— Давно было ясно, что Настя — твое самое уязвимое место. Достаточно вспомнить то, что ты натворила на Амальтее, требуя ее освобождения. Ведь ты могла спокойно улететь, "Сункар" был в твоем распоряжении. Вместо этого ты пошла на смертельный риск, активировав режим самоликвидации штурмовика вместе с ядерным боезапасом, требуя осво бождения своей подруги. Скажу тебе честно, Оля, после этого я стал смотреть на тебя совсем по другому. Вот и решили использовать Настю, как средство давления на тебя. То, что Поланский начал своевольничать, спутало все карты. Ведь прекрасно известно, что за маленький долг бандиты могут убить заложника, наплевав на деньги, чтобы дру гим неповадно было. А когда на кону два миллиона, так никто не поступит, иначе это будет полным бредом, в который ты не поверишь. После похищения Насти планировалась операция по ее освобождению в последний момент силами спецназа Федерации. Это должно было быть представлено тебе, как жест доброй воли и предложение рабо тать на службу внешней разведки с одновременным предупреждением, что бывает со строптивцами. Представитель разведки, который бы сделал тебе это предложение, должен был сказать, что все произошедшее с тобой на Амальтее — это происки карьери стов типа Ковальского и вышестоящих, решивших использовать тебя в качестве размен ной монеты, а история с наркотиками и похищением Насти — дело рук сепаратистов, же лающих если не заполучить тебя, то хотя бы отомстить. Но поскольку уже случилось то, что случилось, почему бы тебе не пойти на службу в разведку? Ведь для этого у тебя есть все данные. Уже и псевдоним для тебя был готов по имени операции — Хризантема. Причем он бы искренне верил в то, что говорил, ибо ему это было бы сказано на самом высоком уровне. Ведь ты мгновенно определяешь ложь. Когда от тебя пришло сообще ние, что ты собрала деньги и готова заплатить бандитам выкуп, Франц Гофман поднял тревогу. Было ясно, что ты что — то замышляешь, так как полиция не в курсе и таких денег в наличии у тебя просто не было. С самого верха пришло распоряжение заставить Поланского любыми путями взять тебя и доставить на Пандору вместе с Настей, где пла нировалась операция по вашему освобождению сразу, как только бы Поланский передал сообщение о вашей доставке на место и ждал дальнейших инструкций. Четыре крейсера с десантом на борту уже были в состоянии боевой готовности на орбите Данаи — самой дальней планеты в системе Денеба и ждали только приказа вступить в бой, где Поланс кий неминуемо бы погиб, сохранив этим тайну операции. После этого тебе опять было бы сделано предложение работать на разведку.

— А что предусматривалось в случае моего отказа? Ликвидация нас обеих?

— Ну зачем же так сгущать краски. Слишком много в тебя вложено, чтобы просто так по терять все это. Надеялись тебя убедить. В крайнем случае, держать на коротком поводке с помощью Насти и ваших будущих детей.

— Что ж, по крайней мере честно. Кстати о детях. Для чего было приказано вколоть мне нейродимизин? Ты знаешь, что эта гадость убила бы моего ребенка?

— Ты и это знаешь? Повторяю, Оля, я был против этой затеи, но меня никто не захотел слушать. Начальство боялось, что ты можешь выкинуть какой — нибудь фокус и приказа ло гарантированно нейтрализовать тебя но так, чтобы не нанести вреда. К сожалению, не существует препаратов затормаживаюшего действия, абсолютно безопасных для беременных. Так что это — побочный эффект…

Глаза Ольги хищно блеснули в темноте и зверь глухо зарычал, но она удержала его.

— Убийство ребенка — побочный эффект?! Господи, какие же вы твари!!!… Ладно, мы уклонились от темы. Дальше.

— А дальше операция накрылась медным тазом. Такого провала не ожидал никто. Ты непонятным образом расправилась с бандитами на берегу, вытряхнула информацию из них, попутно нанесла визит генералу Кемалю и выяснила, что он не имеет к этому никакого отношения. А после этого захватила "Элеонору" и прибыла на Пандору, обведя Рому Поланского вокруг пальца и заставив его освободить Настю. Подозреваю, что ты и его вывернула наизнанку и знаешь все, что было известно ему. Но зачем ты отпустила его? Неужели ты не думала, что этот бандит обязательно попытается тебе отомстить? Ведь он сразу приказал сбить "Элеонору" и мы считали, что вы погибли. Как ты уцелела?

— Я специально подставила "Элеонору", Миша. После того, что случилось, нам надо бы ло исчезнуть. А лучший способ для этого — "погибнуть" вместе с "Элеонорой". Ромочка оказался легко предсказуем, как и все уголовники. После разговора с генералом я счита ла, что это обычный бандитский наезд. Но когда поговорила с Ромой, то поняла, что си туация намного хуже. Рома сам был в роли марионетки. И чтобы разгадать эту загадку, мне надо было "погибнуть", чтобы незамеченной подобраться вплотную. Как видишь, мне это удалось. Сначала я вытряхнула из Лехмана все, что он знал и он этого даже не заметил. А после этого старина Гюнтер, сам того не ведая, привел меня к тебе. Я была в ресторане и видела вашу встречу. Признаться, не ожидала, что увижу тебя.

— Но как тебе удалось все это?! И где сейчас Настя?

— Про это тебе знать не надо, Миша. Спасибо, что все честно рассказал. А то я думала, что мне еще долго придется перебирать звенья этой цепи, пока доберусь до конца. Что хочешь сказать на прощание? Больше мы не увидимся. Считай, что ты говоришь с призраком.

— Оля, давай забудем прошлые обиды. Ведь ты разведчик от бога. Никому бы не удалось сделать то, что сделала ты. Посмотри на все хладнокровно и без эмоций. К твоим услу гам будет все, что ты только пожелаешь. Ведь ты ценнейшее приобретение для службы внешней разведки и если мы тебя потеряем, то это будет невосполнимой утратой…

— Утратой для кого? Вашего министра и его прихлебателей? Миша, нельзя потерять то, чего не имеешь. Это флот потерял толкового офицера, пилота — истребителя благодаря вашим шпионским играм. А ваша контора потеряла только беглого преступника. Вы поторопились причислить меня к вашей братии. Хризантема и ее подружка погибли на "Элеоноре" в результате необдуманных действий местной агентуры, связавшейся с уголовниками. Так и передай своему начальству…

— Оля, прошу тебя, подумай! Не дай эмоциям взять верх. Я прекрасно понимаю тебя и не оправдываю действия моей конторы, но раз уже это случилось, то постарайся изв лечь для себя максимальную пользу. Ведь ты только представь, какие перспективы от кроются перед тобой…

— Миша, знаешь в чем проблема вашей конторы и твоего начальства в частности? Вы пов торяете ошибку многих предыдущих сильных мира сего. Вы не понимаете, что ручных бандитов не бывает. Также, как и ручных ведьм. Никому не дано поставить ведьму на колени. Ведьму можно убить — она смертна, как и все люди. Ведьму можно купить, хотя и далеко не каждую. Но нельзя заставить ведьму делать то, что противно ее воле. Нельзя заставить ее бегать на поводке и прыгать на задних лапках. Все, кто пытались сделать это, горько потом пожалели. Уж как только не пытались нас извести. Святая инквизиция свирепствовала несколько веков, а что в итоге? Где сейчас эта инквизиция? Ее нет. Она ушла в небытие, как и многое другое, что было создано благодаря ей. А мы были, есть и будем, пока существует этот мир. И нет человека, способного заста вить ведьму плясать под свою дудку… Ладно, что я зря стараюсь, ты все равно это нико му не расскажешь…

Михаил напрягся и Ольга уловила готовность к сопротивлению. Он бы постарался дорогопродать свою жизнь, хотя и понимал, что шансов у него нет.

— Успокойся, Миша, я не собираюсь тебя убивать. Мы все таки были друзьями и я, чест ное слово рада, что ты жив. Да и твоя смерть мне просто не выгодна. Ведь меня считают погибшей и если с тобой что — нибудь случится, это возбудит сильные подозрения и твое начальство не успокоится. А так вы спишете Хризантему со счетов и скоро забудете про нее. Я сделаю так, что ты забудешь о нашей встрече и никогда не вспомнишь о ней. И всю жизнь будешь считать, что явился невольным виновником моей гибели…

— Оля, прошу тебя, не делай глупостей. И неужели ты, в конце концов, не хочешь разобра ться с Поланским?

— Я сделаю это твоими руками, Миша. Ведь ты за этим прибыл сюда? Тебе надо выяснить подробно обстоятельства моей гибели и разобраться в причинах, почему такое смоглопроизойти? Почему операция, стоившая огромных жертв и средств, как ты сказал, про валилась из — за какого то уголовника возомнившего, что ему все дозволено? Завтра утром ты проснешься в полной уверенности, что я и Настя погибли на "Элеоноре", как тебе сказал Лехман. И ты захочешь уточнить это у Ромы, а также узнать подробности и выяснить — вдруг это все таки неправда и я жива? Единственное, что я могу пожелать Роме в этой ситуации — это чтобы он умер быстро.

— Господи, Оля… Ты человек, или…

— Дьявол? Ты уже не первый, кто задает мне этот вопрос. Успокойся, Миша, я не дьявол.

Я всего лишь ведьма. Но ведьме тоже не надо становиться поперек дороги. А сейчас прощай. Забудь о нашей встрече навсегда.

С этими словами Ольга поднялась из кресла. Михаил хотел что — то сказать, но его глазазакрылись и он упал головой на подушку. Ольга подошла, поправила одеяло, придав видспящего человека, как будто бы ничего не произошло. Пристально посмотрела в лицостарого друга, которого долгое время считала погибшим и никогда не предполагала подобную встречу.

— Прощай, Миша. Извини, но я должна так поступить. Это будет лучше и для тебя. Не надо будет в случае чего врать своему начальству. Ольга Шереметьева — Хризантема и Анастасия Кудрявцева погибли, как тебе сказал комиссар полиции Гюнтер Лехман. Это же подтвердит тебе Роман Поланский. Так и передай своему министру…

Выйдя из отеля, Ольга решила пройтись пешком. Надо успокоить нервы. Подобногоот своих она не ожидала и у нее не было и тени сомнения в словах Михаила.

— Эх, Миша, Миша… Друг сердечный, сволочь жандармская… Хотя, что на тебя оби жаться, это твоя работа… Спасибо, что хоть все рассказал… Лучше поздно, чем никогда…

Ишь, чего удумали — Хризантема! А Настю бы как — Ромашкой, или Незабудкой обоз вали? Ботаники хреновы… Все, господа ботаники. Хризантема завяла, не успев распус титься. Все ваши "посевные" работы пропали даром… И всем причастным к этому "садовникам" сейчас не поздоровится. Угробить такие средства и ничего не добиться…

Прокручивая в голове эти мысли, Ольга свернула с улицы в парк. Здесь в это время былоуже пусто. Она шла не торопясь и обдумывая сложившуюся ситуацию. Исходя из вновьоткрывшихся обстоятельств им с Настей надо будет на какое — то время исчезнуть. Еслине навсегда. Она не сможет в одиночку воевать с такой мощной системой, как министерство госбезопасности. Рано, или поздно, но там найдут и на нее управу… Ладно, будемрешать проблемы по мере их возникновения. Сейчас Вы, уважаемая Хризантема, или то, что от Вас осталось, лежите на дне океана Пандоры. Вот и оставайтесь там как можно дольше для Вашего же блага…

Ольга заранее почувствовала опасность. Четверо великовозрастных балбесов гогоча приставали к девушке. Она вырывалась, но ничего не могла сделать. Увидев Ольгу, она сталазвать на помощь. Ситуация Ольге очень не нравилась, да и зверь забеспокоился и глухозаворчал.

— Эй, юные джентльмены, вам делать нечего? Вас дома папа с мамой не заждались?

— Тетя, вали по добру — по здорову. Не наживай проблем…

Расстояние сократилось до пяти метров. Четверка юнцов не унималась и вдруг девушкаизловчилась и двинула коленом в пах того, кто держал ее. Юнец взвыл и выпустил добычу из рук. Она тут же бросилась в сторону к Ольге, стараясь спрятаться за ее спину.

Зверь не дремал, да и Ольга вовремя заметила девичью руку, которая как кобра метнуласьк ее шее. Аллею парка оглушил пронзительный визг и в следующую секунду девушкаупала на колени. Электрошокер, зажатый в ее руке, стукнулся об асфальт. Сама же рука, сломанная в двух местах боевым приемом "взмах крыла ласточки", повисла плетью.

Ольга усмехнулась. Спасибо, Мишенька, за науку… Четверо юнцов тут же сорвались сместа и бросились на нее. Зверь лязгнул клыками и Ольга не стала его удерживать. Четыре фигуры как будто налетели на невидимую стену и с лицами, перекошенными от боли, рухнули на асфальт. Девушка смотрела на это широко раскрытыми от ужаса глазами искулила. Ольга подняла электрошокер и внимательно осмотрела.

— Это не гражданская модель. Уровень разряда стоит на максимуме, поражение вплоть до летального исхода. Зачем ты хотела убить меня, девочка?

Девушка только скулила и смотрела на Ольгу с суеверным ужасом. Ольга провела ладонью вдоль сломанной руки и успокоила боль. После этого завернула рукав и внимательно осмотрела левую руку.

— Что, девочка, на дозу не хватает? Решили разбоем заняться?

— Тетя, кто Вы? И что Вы с ними сделали?

— Я ведьма. И я убила их потому, что вы хотели убить меня. Скольких людей вы уже уби ли этим шокером ради дозы?

— Тетенька, я больше не буду, честное слово…

— Сколько раз ты уже это говорила, девочка?

— Тетенька, честное слово, я больше никогда не буду…

Ольга внимательно всмотрелась в испуганное лицо и провела руками вдоль тела, определяя физическое состояние. Ей от силы двадцать лет, но организм уже развален наркотиками и за дозу она готова на все. Таким уже ничем не поможешь…

— Я верю тебе, девочка, что ты больше не будешь этого делать. Н и к о г д а не будешь…

Лицо девушки исказилось от боли и она медленно осела на асфальт. Ольга положилаэлектрошокер в сумочку, чтобы не подобрал какой — нибудь наркоман. Вокруг большеникого не было и в парке стояла тишина. Она прислушалась к своим ощущениям.

— Ну что, кися, довольна? Мурлычешь? Я же тебе говорила, что на твою долю чужой кровушки хватит. Сегодня мы с тобой, возможно, спасли кому — то жизнь…

Больше здесь делать было нечего. Она выяснила все, что хотела и теперь надо исчезнуть.

Пусть Миша проведет на месте расследование обстоятельств гибели Хризантемы и доложит в министерство госбезопасности. Там быстро найдут крайних, снимут с кого погоны, а с кого и головы и через несколько месяцев все утихнет. Также, как затухаюткруги на воде от брошеного камня. Появятся новые люди, новые задачи, новые проблемы и вскоре никто уже и не вспомнит, что был такой перспективный разведчик с псевдонимом Хризантема. На которого возлагались большие надежды и который погиб в самомначале своего пути из — за банальной уголовщины, так и не успев оставить заметный след в истории разведки… Ольга повернулась и пошла дальше по аллее вглубь парка, быстро растворившись во мраке ночи.

Глава 13

— Как Вы думаете, Михаил Генрихович, сможет Ваша матушка помочь в этом деле? Ведь сколько средств вложено в этот проект, нас просто не поймут, если все это пой дет прахом!

— Не знаю, Ваше высокопревосходительство… Я разговаривал с матерью на эту тему, посвятив ее в курс дела в допустимых масштабах. Вообще то моя мама воздержана на язык и не позволяет себе лишнего. Но на этот раз я наслушался такого… Самыми мяг кими и литературными определениями наших людей были "безмозглые дебилы" и "тупоголовые имбецилы"…

Черный автомобиль со служебным номером въехал во двор особняка. Ради такого деламинистр госбезопасности приехал лично, отодвинув в сторону все прочие вопросы.

В дверях дома уже стояла высокая худощавая женщина в темном брючном костюмеи внимательно смотрела на прибывших. Сходу трудно было определить ее возраст.

Лицо хранило следы былой красоты и взгляд умных зеленых глаз пронизывал насквозь.

Если бы кто посмотрел на нее сзади, то запросто мог бы спутать с девушкой — студенткой.

— Здравствуйте, гости дорогие! Прошу, прошу! Мишенька меня предупредил, что сегодня приедет не один, — женщина радушно улыбалась нежданному гостю. Не каждый день в дом наведывается сам министр госбезопасности.

— Здравствуйте, сударыня. Простите, что беспокою Вас, но у меня дело чрезвычайной важности и помочь можете только Вы…

— Что же такого случилось? И чем отставной сотрудник криминальной полиции может помочь госбезопасности? Проходите, присаживайтесь. Вы меня прямо заинтриговали…

Когда все расселись за столом, министр вкратце обрисовал ситуацию и рассказал об операции "Хризантема". Разумеется, до известных пределов. В конце еще раз спросил, можно ли что — то еше предпринять.

— Поймите, сударыня. В этот проект были вложены огромные средства и что же? Получа ется, что все это пойдет прахом из — за какого — то проклятого уголовника, который захо тел отомстить и ни в коем случае не выпустить из рук компрометирующую его кассету с записью? Я не понимаю, почему Шереметьева так поступила. Зачем она отпустила этого бандита и сказала ему про запись? Не было ли это каким — то хитрым ходом с ее сторо ны?

— Ваше высокопревосходительство, но что Вы хотите от меня? Я ведь совершенно не в ку рсе этого дела и только сейчас узнала о нем. Могу я сама поговорить с этим Поланским?

— Увы, сударыня. Он уже больше никому ничего не расскажет.

— Иными словами Вы хотите сказать, что у вас не осталось ни одного свидетеля, хоть как — то причастного к этому делу?

— К сожалению. Экипаж "Принцессы" не знает практически ничего. Им только известно, что Ольга Шереметьева каким — то образом облапошила их босса и затем ее корабль был сбит в стратосфере по приказу Поланского, когда пытался покинуть планету.

— Значит, закрывайте это дело и сдавайте в архив.

— Но вдруг Шереметьева жива? Можно ли это как — то выяснить? Я обратился к Вам за помощью потому, что Вы… Простите…

— Ведьма? Говорите, не бойтесь. Это слово не несет в себе никакого ругательного оттенка. Но боюсь, что Вы преувеличиваете мои возможности. Мы долго были жертвой людских заблуждений. Поймите, ведьма — не колдунья. Это все из области сказок. Ведьмы просто обладают паранормальными способностями и могут воздействовать на организм челове ка. Как на его психику, так и на физическое состояние. Правда, как в положительном, так и в отрицательном смысле. Ведьма может спасти человека, а может точно также нанести ему вред. Но опять таки повторю, что к колдовству это не имеет никакого отношения. Простая физиология и биоэнергетика. Иными словами, ведьма не может летать на поме ле, или в ступе, превращать своих врагов в лягушек и произнести заклинание, чтобы пе ред Вами появилась груда золота, или Ольга Шереметьева собственной персоной. Это все по части иллюзионистов в цирке.

— Но ведь возможно, что Шереметьва провела какой — то отвлекающий маневр. Ведь она как — то расправилась с большой группой вооруженных людей и смогла скрыться. Швей царская полиция до сих пор ломает голову и не может понять, в чем дело. Возможно и с "Элеонорой" было то же самое?

— А вот об этом прошу Вас рассказать поподробнее. Что именно случилось?

— Шереметьевой была назначена встреча в безлюдном месте. Ее должны были нейтрализо вать и доставить к Поланскому.

— Нейтрализовать — это как?

— Ввести ей препарат затормаживающего действия.

— Беременной?!

— Увы, у нас не было другого выхода.

— И что же произошло?

— На месте были найдены девятнадцать трупов без каких бы то ни было признаков насиль ственной смерти. Медэксперты говорили, что у них такое впечатление, что все девятнад цать умерли одновременно от остановки сердца по неизвестной причине. Хорошо, что местная полиция не связала это происшествие с Шереметьевой. Для них это так и оста лось загадкой.

— "Удар молнии"… Вы даже представить себе не можете, ч т о вы натворили…

— Простите, что Вы сказали?

— Шереметьева применила "удар молнии". Смертельный прием, который можно приме нять только ради спасения жизни. Значит, ее вынудили к этому. Ни одна ведьма не пой дет на это просто так…

— Но что именно случилось?

— А случилось то, что вы создали страшного монстра своими безответственными действи ями. Этот прием единственный, находящийся за границей Запрета. Ведьме нельзя при менять свой дар для убийства. Ибо если она сделает это хоть раз, то превратится в кровожадного хищника, который будет стремиться убивать всякого, кто становится ему поперек дороги. И это при условии возрастания ее силы и расширения возможностей. Здесь очень много зависит от личности самой ведьмы. Сможет ли она обуздать в себе эти чувства. Если нет, то…

— Но что Вы могли бы посоветовать в сложившейся ситуации? Есть ли хоть какая — то возможность узнать жива ли Шереметьева и как выйти на нее?

— Посоветовать в данной ситуации я могу одно. Если Шереметьева жива и вы ее каким — то образом обнаружите, то разворачивайтесь и бегите без оглядки, если вам дорога жизнь. Она сейчас — джинн, вырвавшийся из лампы и осознавший свое могущество. И как этот джинн поведет себя, не может предсказать никто.

— Иными словами, Вы хотите сказать, что все колоссальные усилия, затраченные на эту операцию, все громадные средства, что ушли на нее — все это впустую?!

— Да. Ваша операция изначально была обречена на провал. Невозможно заставить ведьму делать то, что она делать не хочет. Вы очень хотели заполучить Ольгу Шере метьеву в службу внешней разведки? У вас был единственный шанс — рассказать ей все с самого начала, попытаться убедить и заинтересовать, в конце концов намекнуть на ее офицерский долг и патриотизм. Только таким образом вы, возможно, могли бы добиться желаемого. Насколько мне известно, Ольга Шереметьева была блестящим офицером флота и слова об офицерской чести и офицерском долге не были для нее пустым звуком. Вместо этого вы устроили грубую провокацию с обвинением в шпионаже, но даже и ее не смогли провести так, как запланировали. Шереметьева переиграла вас и то, что произошло потом, это не ваша заслуга. Просто интересы Ольги и ваши совпали. Ей надо было как — то жить дальше. Но вы и тут не успокои лись и желая заполучить такого агента любой ценой, устроили очередную провокацию с наркотиками и похищением ее подруги. Шереметьева опять переиграла вас и выяснила очень многое, если не все. И в довершение всего вы собирались убить ее ребенка. Неужели Вы думаете, Ваше высокопревосходительство, что она простит все это?

— Но что же делать?! — Я Вам уже сказала. Закрывать это дело и сдавать в архив.

— Но Вы представляете, что Вы говорите?! Это же конец всему! Пойти на такие жертвы и не получить ничего!

— Ваше высокопревосходительство, Вы спросили мое мнение, я Вам ответила. Я уже ска зала, что я не колдунья и не могу воскресить Шереметьеву, если она погибла. Также, как и не могу опровергнуть это, так как у меня нет никакой информации кроме той, что Вы только что мне рассказали. Что же Вы от меня хотите?

— М-м-м да… Честно говоря, я надеялся на Вашу помощь…

— Но чем я могу помочь, находясь здесь и не владея никакой информацией? Ведь наско лько я поняла, со смертью этого мафиози Поланского все нити, ведущие к Шереметье вой, оборваны? Не могу же я перевернуть всю планету вверх дном. И еще неизвестно, какую именно планету. Осталась ли Шереметьева на Пандоре, чтобы переждать, пока все успокоится, или вернулась на Швейцарию, чтобы отсидеться там, а может быть по далась куда — нибудь еще? Может быть она сейчас спокойно сидит где — нибудь на Зем ле и посмеивается над вами? Вы можете мне указать хотя бы планету, на которой ее искать?

— Увы, сударыня.

— Так что же Вы хотите от меня? Повторяю Вам, что я не волшебница. Я не могу загля нуть в магический кристалл и сказать: "Ольга Шереметьева жива и проживает по та кому то адресу!" Это было бы шарлатанством чистейшей воды и я подобными веща ми никогда не занималась.

— Простите, сударыня… Понимаю, что это глупо… Просто в нашем случае, как говорится, хватаешься за соломинку… Мне очень жаль, что так получилось. Весьма сожалею. Наве рное тот вариант, о котором говорили Вы, действительно был единственно возможным. Но теперь уже ничего не исправить…

Когда автомобиль министра выехал со двора и скрылся за поворотом, приветливая улыбка сползла с лица женщины и взгляд зеленых глаз стал холодным и колючим.

— Мразь… Сломал людям жизнь и теперь весьма сожалеет… Сынуля, в твоей конторе все такие? Я не вышвырнула его с порога только потому, что не хотела создавать те бе неприятностей по службе. Ох и нашел ты себе работенку. У нас в криминальной полиции такого не было. Давай, колись. Знаю ведь, что не все рассказал при этом уроде.

— Мама, но откуда?!

— Сынок, ты этого чванливого козла можешь обмануть, но не меня. Не забывай, что я ведьма. Давай, выкладывай карты на стол.

— Мама, ты не воспользуешься этим, чтобы нанести вред Ольге?

— Сынок, за кого ты меня принимаешь? Ни одна ведьма не пойдет на то, чтобы нанести вред другой ведьме. Не так уж много нас в мире, чтобы мы еще устраивали междуусо бицы. Главное, чтобы ты сам не проболтался. Рассказывай, что еще узнал.

— Почти ничего. Поланский был твердо уверен, что Ольга погибла, так как "Элеонора" была сбита у него на глазах и ее обломки упали в океан. Это же подтвердил экипаж "Принцессы" в полиции. Но был еще один непонятный случай. На следующий день после того, как я встречался с нашим агентом и получил от него информацию, в парке возле отеля, в котором я остановился, были обнаружены тела пяти наркоманов, умер ших точно также, как и те девятнадцать бандитов. Медэксперты только руками разво дили. Наркотиков в крови обнаружено не было. Очевидно, они занялись грабежом, чтобы добыть денег на дозу. И на кого — то нарвались потому, что рука одного из них, молодой девицы, была сломана. Причем характер повреждений напоминает применение боевого приема "взмах крыла ласточки". Я обучал Ольгу этим приемам, когда мы были в одном экипаже. И еще у меня странный провал в памяти. Я помню, как встречался с агентом, но не помню, как оказался в своем номере в отеле.

— Очень интересно… И что ты хочешь? Узнать, жива ли Ольга?

— Да. Я не могу простить себе, что явился хоть и невольным, но виновником ее гибели. Ведь если бы я не отправил рапорт с указанием ее паранормальных способностей, то ничего бы этого не было. Ольга была бы сейчас капитаном первого ранга Военно — Космического Флота…

— Сынок, я могу войти в твою память и узнать все, что произошло с тобой. Но узнаю при этом очень много твоих жандармских секретов. И если действительно Ольга жива, не воспользуешься ли ты этим, чтобы снова устроить охоту на нее?

— Нет. Я был изначально против этой затеи, но меня никто не послушал. Министр счита ет себя непогрешимым и мне оставалось только выполнять приказ. В своем отчете я на писал категорически — согласно информации, полученной из разных источников, Ольга Шереметьева и Анастасия Кудрявцева погибли. И ничего менять там не буду.

— Ну, если так… Хорошо, сейчас и начнем. Тебе это ничем не повредит. Я введу тебя в транс и войду в твою память. На это время наша память станет общей и я узнаю о тебе абсолютно все. Даже то, что ты забыл и не можешь вспомнить.

— А что, так можно получить информацию от любого человека? В любом случае?

— Сынуля, из тебя опять лезет жандарм. Да, в любом случае. Но это может делать только ведьма. Причем, ведьма… Ладно. Давай, иди в свою комнату…

Когда Михаил проснулся, уже смеркалось. Он лежал на диване и не помнил, что жес ним происходило все это время. Рядом под боком свернулся клубком их домашнийлюбимец — пушистый черный кот Маркиз. Погладив мягкую шерсть, он осторожно встал, чтобы не потревожить кота и спустился в гостинную. К его огромному удивлению, передним был роскошно накрытый стол, возле которого священнодействовала мать.

— Мама, что случилось? По какому случаю банкет?

— По поводу твоего дня рождения, сынуля. Леночку я предупредила, она скоро придет.

— Мама, ты щутишь? Какого дня рождения? Ведь он еще не скоро.

— Твоего второго дня рождения. Скажи спасибо Ольге, она подарила тебе жизнь. Это значит, что у нее добрая душа, раз она отпустила тебя живым и только заблокировала память. Уж я бы за такое…

— Так Ольга жива?!

— Жива, жива твоя подружка. Она встречалась с тобой в номере отеля и ты все рассказал ей. После этого она усыпила тебя и приказала забыть о вашей встрече. Эта способность открылась в ней недавно и она еще не может ей пользоваться с ювелирной точностью. Вот и захватила несколько больший отрезок времени, чем следовало.

— И где она сейчас?

— Вот этого не знаю. Она тебе ничего не сказала. Ну, сынуля, и натворили вы дел… Мало того, что вы вынудили Ольгу нарушить Запрет, так оказывается еще у нее будет девочка?

— Да, а что?

— Рожденная Нарушившей Запрет… Редкий случай. Представляю, ч т о могло случиться, раз Ольга пошла на такое…

— Да что случилось, мама?

— Ведьма, рожденная ведьмой, которая нарушает Запрет во время беременности, сама становится нарушившей Запрет. Она будет обладать громадной силой, когда вырастет и взрывным характером. Это порох, гремучая ртуть, извержение вулкана — вот что такое Рожденная Нарушившей Запрет. И все это в облике прекрасной женщины с паранормаль ными способностями огромной силы. Это будет джинн похлеще матери. Дочурка не даст Ольге скучать… От нее теперь много зависит, что получится из всего этого… Любая ведь ма во время беременности старается избегать этого если знает, что у нее будет девочка. Ведь этот дар передается только по женской линии… Ну что же, нашего полку прибудет.

— Ты о чем, мама?

— Сынуля, раз у нас зашел разговор на эту тему, давай не будем играть в секретность друг перед другом. Я узнала о тебе много такого, что ты обязан хранить в тайне. Но ты зна ешь, что я не из болтливых. Так значит ты был в группе "Феникс" до того, как тебя на правили к контрабандистам в "Экспедиционный корпус"?

— Да. Группа спецназначения отдела по борьбе с терроризмом. Поиск и ликвидация глава рей террористических организаций.

— А я, чтобы ты знал, тоже Рожденная Нарушившей Запрет. Мою мать вынудили так посту пить, когда она носила меня…

— Ты?!…

— Да. И я знаю, что предстоит Ольге. Уж что я только не вытворяла… Но моя мать — твоя любимая бабушка, стоически сносила все мои выходки и не давала мне зарваться и на творить делов, вовремя останавливая… ремнем по заднице. До сих пор помню…

— Бабушка?! Да она ведь добрейшей души человек!

— Добрейшей, добрейшей… Это она тебя и твоих сестренок баловала потому, что вы росли нормальными детьми и вам это было не нужно. Ваши проказы не выходили за рамки обычных детских шалостей. А меня драла так, что потом сидеть не могла. Но все за дело. Обучение ведьмы обычно начинается в возрасте пятнадцати лет. Мать начинает раскры вать в ней дар, когда уже прошли все детские взбрыкивания. Меня мать начала обучать с семнадцати, так как только к этому времени я научилась себя контролировать. И как видишь, ей это удалось. У меня железная самодисциплина и я, как и ты, тоже убиваю только в случае крайней необходимости.

— Мама, ты о чем?!

— Сынок, ты никогда не задумывался, почему ты обладаешь способностью отличать правду от лжи, чувствуешь опасность, при своем худощавом телосложении облада ешь громадной физической силой и твоей ловкости и реакции может позавидовать тигр?

— Но ведь я постоянно тренировался да и от тебя наверное что — то досталось?

В ответ на это мать только усмехнулась и внимательно посмотрела на сына.

— Нет, Мишенька. Этот дар передается только по женской линии. И то, что ты приобрел некоторые способности, присущие мне, это не результат твоих тренировок. Когда я была беременна твоими старшими сестренками, я была тише воды и ниже травы. Поэ тому они родились обычными ведьмами. Я знаю, что позже в зрелом возрасте они тоже нарушили Запрет, но это уже их дело. Моя совесть чиста. Ты же, сынуля, случай особый.

Когда я узнала, что у меня будет мальчик, то я хотела, чтобы ему достались хотя бы крохи от моего дара, чтобы ему было легче в этой жизни. Поэтому мы с тобой частенько выбирались в "плохие" районы города и я гуляла там до поздней ночи. Очень многие грабители, насильники и даже двое маньяков клюнули на такую приманку, польстив шись на одинокую беззащитную беременную женщину, идущую по пустынной ночной улице. Утром их всех находили на асфальте уже остывшими. "Удар молнии" никогда не дает осечек. Так что ты — Рожденный Нарушившей Запрет, сынок! И именно этим ты обя зан своим способностям.

— Да-а, мама… Не ожидал… И часто ты так?…

— Только в случае крайней необходимости. Могу тебя успокоить — от моего "удара мол нии" ни разу не пострадал ни один невиновный. Я всю жизнь прослужила в криминаль ной полиции. Если бы ты знал, с какими подонками мне приходилось иногда общаться. И то я держала себя в руках. Но были случаи, не терпящие отлагательства. И иногда, когда закон был бессилен и конченые нелюди могли уйти от возмездия, мне приходи лось самой выносить приговор и приводить его в исполнение… Ладно, не будем о груст ном. Теперь ты спокоен, что твоя подружка жива? Кстати, нет ли у тебя ее фотографии?

Михаил вывел на экран компьютера ряд фотографий, сделанных в разное время. И давних, когда Ольга была еще юным контрабандистом, и более поздних — в военной форме. Были и совсем свежие, сделанные уже на Швейцарии. Мать с интересом разглядываланезнакомую девушку, превратившуюся в прекрасную женщину.

— Да… Красивая женщина. Не пробовал подбивать к ней клинья?

— Увы, мама. Она убежденная лесбиянка. Мы просто друзья.

— Жаль. У вас были бы хорошие дети… Надеюсь, что ты сдержишь слово и не станешь ее преследовать. Все равно работать на вашу контору она не будет.

— Я это знал с самого начала. К сожалению, мое мнение ничего не значит. Наши кабинетные стратеги считают себя умнее всех.

— А знаешь, Миша, что — то мне подсказывает, что вы встретитесь вновь. И не забудь, что она подарила тебе жизнь…

— Ладно, давай вернемся к делам сегодняшним. Как там у тебя с Леночкой? Она, кстати, должна быть с минуты на минуту.

— Мама, ты знаешь, скоро на одного внука у тебя будет больше.

— Даже так? Надеюсь, у вас все серьезно?

— Да, Лена мне очень нравится. Да и я ей тоже.

— Ну и слава богу! Наконец то мой сынуля остепенится. Только, Мишенька, я хочу тебя предупредить. Не говорила этого раньше, думала не понадобится. Но раз уж так выш ло… Ты зря не зли Леночку. Она девочка хорошая, выдержка у нее железная, не хуже моей, но все таки…

— Мама?!… Она что, тоже?!…

— Да, Леночка тоже Рожденная Нарушившей Запрет, ну и что? Так уж получилось… Мы с ее матерью давние подруги. И мы обе — потомки двух древних могучих родов, об которые святая инквизиция обломала свои зубы. И не могла же я допустить, чтобы тебе запудрила мозги какая — нибудь финтифлюшка. Вот мы вас и познакомили. И ты сам только что сказал, что вы любите друг друга.

Михаил стоял и растерянно смотрел на мать, сидевшую за столом и хитро улыбавшуюсяему. Зеленые ведьмины глаза сверкали, как два изумруда. Наконец он все таки смог выдавить из себя:

— Мама… Ты случайно не…

Ведьма только расхохоталась, глядя на его озадаченную физиономию.

— Дьявол? Самое удивительное, что такой же вопрос ты задавал и Ольге. Поэтому я и отвечу также, как и она, поскольку это правда. Нет, сынуля, я не дьявол. Я всего лишь ведьма!

Глава 15

— Вот такая история, Настюша! И знаешь, что в ней самое паскудное? То, что враги оказались более порядочными, чем свои. Когда я вежливо послала генерала Кемаля, от нас просто отстали. И когда я виделась с ним в последний раз он сказал, что хоть мы и были врагами на войне, но они никогда бы не пошли на такую низость, как месть беременной женщине. Яснее не скажешь…

Подруги сидели, набросив халатики на голое тело на балконе своего номера в пансионате, находящегося на берегу лесного озера и пили чай. Ольга только сегодня прибыла сюда — на другое полушарие планеты, где находился тихий курортный городишко, расположенный среди лесов. Ей пришлось порядком запутать следы, чтобы выбраться из своего мегаполиса, каким являлся Шварцвальд, но теперь она была уверена, что здесь их в ближайшее время никто не найдет. Едва они встретились, Настя отложила все расспросына потом, уложила подругу в постель и заставила позабыть обо всем на свете.

И вот теперь, уставшие и счастливые, они решили сделать передышку, перекусить и обсудить последние новости. Ольга подробно поведала всю историю, как она "разрабатывала" Лехмана, какую настоящую шпионскую операцию пришлось провести в "Савойе" и чем все это закончилось. Настя была поражена не меньше Ольги.

— И что же мы теперь будем делать, Оля? Сидеть все время здесь в этой дыре?

— Ну зачем же. Сейчас у наших "садовников" начнутся разборки и поиски крайнего — кто виноват. Полетят головы и погоны. А затем придут новые люди с новыми заботами и через полгода про нас уже никто и не вспомнит. Тем более новые "садовники", даже если случайно и обнаружат нас, поостерегутся что — либо предпринимать. Ведь они будут прекрасно знать, что и почему случилось с их предшественниками. Так что пусть лучше Хризантема навсегда останется лежать на дне океана Пандоры, так будет спокой нее для них всех. А мы с тобой к этому времени должны стать молодыми мамами. Пожи вем пока здесь среди этой чудесной природы, подышим свежим лесным воздухом. А как малыши немного подрастут, можно будет вернуться в Шварцвальд.

— А полиция нами не заинтересуется? Ничего не заподозрят? Ведь мы тут по фальшивым документам.

Ольга только рассмеялась и лукаво улыбнулась подруге

— Настюша, в чем можно заподозрить двух беременных баб, приехавших на курорт и соби рающихся тут родить? У местной полиции хватает своих забот с уличной шпаной — это проблема всех курортных городов. Так что в этом плане можешь не волноваться. С день гами тоже проблем нет. Я ведь сняла много налички со счетов, да и на "Элеоноре" мы неплохо поживились, когда летели к Роме в гости. Он дурачок держал наличку в сейфе за несколько предыдущих поставок наркоты. А против дискового алмазного резака не устоит никакой сейф. Так что когда бедняжка "Элеонора" разлетелась на куски, на ней уже не было ни гроша.

— И сколько же там было?

— Около восьми миллионов в швейцарских франках. Естественно, ребятам тоже надо бы ло дать. Ведь "покойникам" тоже на что — то жить надо. Ну а Бартини перебьется. Пусть скажет спасибо, что живым ушел. Жан сейчас где — то залег на грунт, как говорили у нас на подводной лодке, и ждет от меня сообщений. Когда все успокоится, он появится с бу магами, удостоверящими его право распоряжаться делами "Экспресс шиппинг" в мое от сутствие. То — то будет фунт изюму для Франца. Все было сделано заранее. Ну а там и мы появимся. Ведь не забывай, что у полиции к нам претензий нет и официально я даже не покидала пределы Швейцарии. Ну подумаешь, захотелось беременной бабенке съез дить куда — нибудь отдохнуть от этих проблем. То, что произошло на Пандоре, Лехман афишировать не будет, да и Карстену постарается рот заткнуть. За домом и за "барси ком" тоже присмотрят. Деньги со счетов переводятся автоматически и наше присутст вие не требуется.

— Оля, а по "барсику" нас не вычислят? Ведь корабль очень приметный, других таких тут нет. Не лучше ли от него избавиться?

— По всем правилам конспирации надо было бы, но… Не могу бросить старого друга. Ско лько он нас выручал, да и такую машину мы уже нигде не найдем. Мы ведь все равно должны будем выйти из тени, так что вычислить нас можно будет не только по "барси ку". И к тому же есть у меня сильное предчувствие, что его прекрасные боевые качества нам еще понадобятся.

— Оля, опять будем искать приключения на свою задницу?! — Настя аж застонала, сидя в кресле. Ольга усмехнулась и на полном серьезе продолжила.

— Нет, Настюша, мы их искать не будем. Они нас сами найдут. Это у нас задницы такие, особенно у меня, что все время приключения притягивают. Но тут уж ничего не поде лаешь, какие есть — такие есть. А с этими двумя клоунами, Гюнтером и Францем, я раз берусь, если только они уцелеют. Будут работать на нас, как миленькие, если захотят по прежнему жить хорошо. Ну, а не захотят… Сделаю так, что захотят!

— Оля… Ты случайно не дьявол во плоти? — растерянно спросила Настя подругу.

Ольга улыбнулась своей обезоруживающей улыбкой и ее зеленые глаза изумруднымиискрами сверкнули в последних лучах заката. Роскошные черные волосы струились поплечам и какая — то неведомая сила исходила от нее. Настя чувствовала эту силу, но знала, что эта сила не причинит ей вреда. Наоборот — будет защищать от всех опасностей, которых впереди еще немало, ибо такой человек, как Ольга, не сможет жить спокойно. И она впервые за последние дни почувствовала себя защищенной. Ольга была рядоми это значило все…

— Настенька, в последнее время мне уже много раз задавали этот вопрос. Не волнуйся, я не дьявол и никогда им не буду. Я всего лишь ведьма!

Книга третья НАРУШИВШАЯ ЗАПРЕТ

Глава 1

Новый офис компании "Экспресс шиппинг" был отделан в духе последних модерновых веяний и оснащен по последнему слову техники. Помимо удобства размещения и хороших условий работы для сотрудников он имел еще одно немаловажное свойство — к нему нельзя было подойти и проникнуть незамеченным. Внутри офиса тоже можно было в случае чего отсекать различные помещения бронированными дверями и держать оборону от непрошеных гостей. Все компьютеры и сейфы имели встроенные самоликвидаторы, способные за секунду после соответствующей команды превратить первые в оплавленные куски пластмассы, из которых невозможно выжать ни бита информации, а вторые — в горнило доменной печи, превращающее все документы в пепел. Все эти предосторожности были далеко не лишними, если учесть род деятельности всеми уважаемой транспортной компании и ее президента — прелестной бизнес — леди Ольги Миллер. Причем не той деятельности, что лежала на поверхности и была доступна всеобщему обозрению. Двадцать восемь крупнотоннажных кораблей компании бороздили просторы галактики, успешно занимаясь не только и не столько доставкой грузов. Главная задача компании, созданной под эгидой и при непосредственном участии "Экспедиционного корпуса" — мощного международного синдиката контрабандистов, оставалась прежней — отмывание денег. Но, как говорили древние римляне, жена цезаря — вне подозрений. Никто не мог обвинить компанию и ее президента в чем — нибудь противозаконном. Все налоги уплачиваются вовремя, документация в полном порядке, любые аудиты проходят без сучка и задоринки — ну просто образец для подражания, как надо работать, соблюдая абсолютную законопослушность. Кому — то из чиновников это нравилось, кому-то из тех, кто считал, что в тихом омуте черти водятся, внушало подозрения. Но не пойман — не вор. А то, что иногда возникали некоторые коллизии с грузами на дальних планетах, так ведь в суд никто не обращался и в полицию не жаловался. И то, что президент компании госпожа Миллер частенько неожиданно исчезает на несколько дней вместе со своей любимой яхтой "Барс", называемой яхтой по недоразумению, ибо на самом деле это бывший списаный военный корабль — штурмовик типа "Сункар", по уровню вооружения, броневой защиты и комфорта мало отличающийся от танка, и потом также неожиданно возвращается, а краска на бронированном корпусе "Барса" во многих местах содрана до металла, некоторые наружные датчики и антенны снесены и изуродованы так, как будто по ним специально били кувалдой и требуют обязательной замены, так ведь метеорные потоки в космосе есть, кто не знает. И если корабль в него попадет, то может так легко — одними датчиками и антеннами не отделаться. Хоть эти потоки двольно редки и нанесены на карты, но госпоже Миллер очень часто "везет". Ну а "Барсу" на это наплевать. Танк он и есть танк, хоть и летающий. А то, что возвращается иногда с почти полностью израсходованным боезапасом, но господа, сколько сброда шатается сейчас по галактике. А тот, кто экономит на безопасности, долго не живет.

Это на цивилизованной планете есть полиция, прокуратура, суды и прочие институты правопорядка. А есть в мире много мест, где у кого длиннее ствол, тот и прав. За открытый же космос и говорить нечего. Он до сих пор мало отличается от Карибского моря и Атлантики старушки Земли, когда их пересекали галеоны Золотого и Серебряного флота Испании к великой радости всяких Морганов, Флинтов, Сильверов, Билли Бонсов и прочих мерзавцев, имена которых история не сохранила потому, что сеньоры капитаны и канониры на испанских галеонах свое дело хорошо знали и отправляли многих джентльменов удачи либо на дно морское, либо на рею. Без суда, следствия, прокуратуры и других совершенно ненужных в этом деле сегодняшних атрибутов. Вот и госпоже Миллер надо же как — то поддерживать форму. На своей родной планете особо не постреляешь, а ведь тренироваться где-то надо. Ибо нельзя научиться плавать, не войдя в воду. А на какой — нибудь безлюдной планетке, окруженной к тому же поясом астероидов, сколько угодно. Просто идеальный полигон для учебных стрельб. Вот и тренируется госпожа Миллер, совмещая приятное с полезным. А то, что летает в таких случаях всегда в одиночку и личного пилота не держит, так она сама — пилот от бога. И это все признают. Так что, что бы ни болтали злые языки про всеми уважаемую деловую женщину — якобы занимается незаконными вещами типа контрабанды и отмывания денег, устраивает в дальнем космосе в безлюдных местах разборки со своими противниками, применяя по прямому назначению свою "яхту" в качестве штурмовика и много чего еще, все это абсолютное вранье и происки недоброжелателей. К тому же, президент компании немногим более года назад стала мамой и заниматься подобными вещами просто не может.

Ольга сидела за столом своего роскошно отделанного рабочего кабинета в офисе и просматривала последние сообщения. Ничего, требующего принятия неотложных мер, не было. Все шло как обычно, к применению секретной аппаратуры кодированой связи никто не прибегал, а это значит, что все идет в штатном режиме. Была, правда, одна заварушка неделю назад. Опять отличилась Пандора. Ну, просто специально созданное для неприятностей место. Во время перегрузки с большого транспортника на небольшие быстроходные шаттлы какая — то залетная уголовная шпана не знающая, с кем связалась, решила поживиться. Ольга предчувствовала проблемы с этим рейсом и лично прикрывала на своем "Барсе" с воздуха место перегрузки. Как оказалось, интуиция не подвела ее и на этот раз. Группа прикрытия дала должный отпор любителям легкой поживы, решивших нахрапом забрать чужое и нагло свалившихся с неба на своем старом, видавшем виды транспортнике. Встреченные пулеметным огнем бронетранспортеров, находившихся на каждом корабле "экспедиторов" специально для таких случаев, налетчики опешили. Дичь неожиданно превратилась в охотника. А вынырнувший из — за облаков и зависший в воздухе штурмовик, взявший их корабль на прицел и пресекший любую возможность взлета, был полной неожиданностью. Все дальнейшее было стандартным до тошноты. Извинения, клятвы в своем миролюбии и неправильно понятых намерениях, призывы миром закончить дело. Ольга прекрасно знала эту публику, понимающую только один язык — язык силы. Поэтому решение приняла тоже стандартное. После окончания грузовых операций, во время которых налетчики не смели высунуть нос из своего корабля и взлета всех кораблей "экспедиторов", она дала современным джентльменам удачи двадцать минут на эвакуацию, после чего разнесла их корабль на куски мощной противокорабельной ракетой. Пусть теперь борются за выживание на этой безлюдной и полной враждебной человеку фауны планете. Насте ничего говорить не стала. Просто слетала по делам и все. Незачем волновать подругу лишний раз. У нее сейчас и так хлопот хватает. Ведь они обе — молодые мамы. Ольга улыбнулась.

— Все — таки, права была Настя. Хреновая из меня мама. Как она говорила, что придется ей с детьми сидеть, так оно и вышло. Точно сказала про шило у меня… известно где. Ну, Настенька, тут уж ничего не поделаешь. Какая я есть — такая есть. Кому — то из нас надо с детьми сидеть, а кому — то наше спокойствие, защиту и благоплучие обеспечивать. И у меня это лучше получается. Как была я в душе лейтенантом Российского Императорского флота, так им и осталась. Даже рождение моей Анечки ничего не изменило. Пора признать, что я — воин и останусь им навсегда. Что тогда, что сейчас — в образе прекрасной дамы…

Взгляд Ольги упал на фотографии, стоящие на столе. На одной — они с Настей с малышами на руках, на другой — ее "Барс" с экипажем на палубе перед выходом в свой последний поход. Тот, п е р в ы й "Барс"… В т о й жизни… Ольга с грустной улыбкой смотрела на снимки. Вглядывалась в лица товарищей, навсегда оставшихся на дне Балтики, упокоившихся в стальном корпусе своей субмарины. Смотрела на себя прежнего — молодого и полного радужных надежд офицера русского флота… Смотрела на ту, которая есть сейчас — молодую счастливую маму, получившую от судьбы сказочный подарок — новую жизнь…

— Да-а, Ваше благородие, господин лейтенант… Вы здорово изменились за четыреста с лишним лет… А в душе такой же (или — такая?), как и раньше… Как бы то ни было, Вы есть. И отныне Вы принадлежите не только себе. У Вас долгожданная дочь Аня, появившаяся на свет вопреки всему и ставшая Рожденной нарушившей Запрет…

То есть Вами, Ваше благородие, или фрау Миллер, или мадам Шереметьевой, или как Вас там сейчас зовут… Не в именах дело. Ты, Оля, нарушила Запрет, хотя у тебя не было выбора. На карту была поставлена жизнь твоей еще не родившейся дочери…

Бабушка, я выполнила свое обещание, которое дала тебе много лет назад. Твою единственную просьбу, о которой ты просила меня. Когда ты узнала, кто я есть на самом деле. Когда узнала, что твоей прежней внучки Оли, прошедшей через состояние клинической смерти, больше нет, и в ее теле живет душа офицера русского флота, погибшего четыре века назад…

Я, как и обещала, родила дочь и передала ей свой дар, полученный от матери и раскрытый тобой. Ты помогла мне стать настоящей ведьмой, достойным потомком великого рода. И я обещаю тебе сделать Аню такой же. Недаром я дала ей твое имя…

Но получилось так, что теперь я — ведьма, нарушившая Запрет. Ты предупреждала меня об этом и от всей души желала, чтобы мне никогда не пришлось прибегать к этому…

Но увы, мне надо было выбирать между нарушением Запрета и жизнью Ани… И я выбрала. Я спасла свою дочь. Нарушила Запрет, применив свой дар для убийства и разбудила этим в себе кровожадного зверя, жаждущего одного — убивать… Хорошо, что мне вовремя удалось взять е г о под контроль…

Неожиданно прозвучал сигнал вызова от секретаря, вырвав Ольгу из мира воспоминний.

— Мадам, господин Гофман на связи. Соединить?

— Да, Марта, соедините.

Экран видеофона мигнул, и на нем возникло изображение местного координатора Франца Гофмана.

— Добрый день, мадам! Я сейчас на грузовом терминале космопорта. Совершает посадку наш контейнеровоз "Антей". Вы просили предупредить о прибытии.

— Добрый день, господин Гофман! Что это за официоз, Франц? Что на тебя такое нашло?

— Прости, Оля, не хотел при посторонних. А то, вдруг ты не одна. Корабль садится, там все чисто. Ты собиралась приехать в космопорт. Ждать тебя?

— Да, конечно. Прямо сейчас и выезжаю. Если будет что — то срочное, звони мне в машину.

Ольга отключила связь и усмехнулась. Ишь, как завилял хвостом, христопродавец. Давно ли при всех мне тыкал и посматривал свысока. А теперь надо же: "Добрый день, мадам!" Как запахло жареным и пошла речь не о деньгах, а о спасении твоей драгоценной шкуры, ты на все согласился. Даже торговаться не пытался, так как хорошо знал, что бывает с теми, кого уличают в работе на "фараонов". И не какой — нибудь местной криминальной полиции, с которой, в общем — то, можно договориться, а самого министерства госбезопасности Земной Федерации, имеющего тесные конткты с аналогичными структурами на многих нейтральных планетах, в том числе и с государственной тайной полицией Швейцарской республики, на территории которой они имеют честь в данный момент находиться. Когда Ольга по своим секретным каналам полгода назад узнала, что все утихло и она, как Хризантема, окончательно похоронена на Пандоре и списана со счетов, она выждала еще месяц и свалилась, как снег в летнюю пору на голову Франца. После всех чисток и подбирания хвостов он уцелел. Может потому, что провал операции был, в общем — то, не его виной. Он просто выполнял приказы свыше, которые ему отдавали, не спрашивая его мнения. А может, "гебешникам" просто некем было заменить агента такого ранга. Как бы то ни было, старина Франц жил — не тужил считая, что выкрутился из опасной ситуации. Как вдруг по его душу пожаловал демон из преисподней в образе прекрасной женщины, которую он уже давно похоронил. Бедняга Франц чуть не лишился рассудка, когда зашел в свой рабочий кабинет дома и за его столом неожиданно прямо из воздуха возникла женщина, виновником гибели которой, хоть и косвенным, он являлся.

Ольга снова применила свой дар, отведя глаза Францу также, как проделала это с Михаилом в номере отеля. Она не стала играть с ним, а сразу взяла быка за рога, дав понять, что уважаемый господин Гофман, будучи главным координатором "Экспедиционного корпуса" на Швейцарии, является одновременно агентом такой уважаемой организации, как министерство госбезопасности и действует по их приказам, направляя работу "корпуса" в нужную им сторону. А также все предыдущие события, едва не приведшие к гибели особо ценного сотрудника "корпуса" Ольги Миллер — его рук дело. Но Ольга Миллер — добрая женщина. И если старина Франц будет себя хорошо вести, не допуская утечки информации о ее чудесном воскрешении, то он и дальше останется на посту здешнего главного координатора и они и дальше будут оставаться добрыми друзьями. Правда, своими доходами ему теперь придется поделиться.

Ведь они с Настей теперь молодые мамы, последнее время были оторваны от бизнеса по известным причинам и деньги им не помешают. Если же господина Гофмана такая перспектива не устраивает и он, верный долгу секретного агента сообщит своим шефам, что Хризантема воскресла из мертвых, да не одна, а вместе со своей сестрой и детьми, с помощью которых так надеялись держать ее на коротком поводке, то она просто расскажет эту историю в другом месте и другим людям. А положение Ольги таково, что к ее словам прислушаются. И что будет дальше, можно не сомневаться.

Ольга рассчитала правильно. Франц был умным человеком и считал, что лучше поступиться чем — то и молчать, чем лишиться головы. Тем более, напуганный паранормальными способностями Ольги, он и не думал сопротивляться. Во всяком случае, в ближайшее время. А вообще, конечно, теперь за ним нужен глаз, да глаз…

Со вторым фигурантом этого дела — комиссаром полиции Гюнтером Лехманом, старым добрым другом Гюнтером, было еще проще. Выловив старого знакомого в одном из его любимых злачных мест, Ольга своим появлением привела доблестного стража порядка в состояние ступора. На него особо давить не стала, так как его роль в этом чудовищном спектакле была очень маленькая, да и использовали его фактически в темную. Когда же она рассказала старине Гюнтеру во всех подробностях о его роли в этом деле и по какому лезвию бритвы он ходил, а также к т о является его тайным работодателем, от кого он регулярно получает свои иудины серебренники, ему стало плохо. Но Ольга убедила его, что зла не держит, и если старина Гюнтер будет соблюдать обет молчания, то они останутся добрыми друзьями и он также может продолжать получать денежки от Министерства госбезопасности Федерации, а она в свою очередь тоже будет держать рот на замке и ни прокуратура, ни служба собственной безопасности, ни упаси боже — государственная тайная полиция Швейцарской республики ни сном, ни духом не узнают о побочных заработках ее старого друга и выполняемых им время от времени деликатных поручениях в интересах третьих лиц. Единственное условие — чтобы старина Гюнтер делился информацией. И в случае надобности не забывал старых друзей, оказывая им посильную помощь. Со своим помощником — инспектором Филиппом Карстеном, который тоже был в курсе "гибели" Ольги в небе Пандоры, Лехман поговорил сам, чтобы честный парень не стал рыть землю в поисках истины. Ему не стали врать. Как говорят дипломаты, надо говорить правду, но не всю. Вот инспектор и узнал от своего непосредственного начальника, что "Элеонора" действительно была сбита ракетой на большой высоте при попытке взлета с Пандоры, но только на борту у нее в этот момент никого не было. Госпожа Миллер преднамеренно подставила яхту под удар, чтобы у преследующих ее бандитов не было и тени сомнения в ее гибели. А дальше ей пришлось какое-то время скрываться, опасаясь за свою жизнь и жизнь своей сестры. К тому же, они обе находились в "интересном положении" и хотели на время исчезнуть, чтобы родить в спокойной обстановке, а не в условиях боевых действий против мафии. В общем — то, все это было абсолютной правдой. Хотя и не всей. А всю честному полицейскому, случайно оказавшемуся замешанным в это дело, знать и не обязательно.

Ольга встала из — за стола и направилась к выходу. Хочешь, не хочешь, а надо ехать в космопорт. Капитан "Антея" будет ее ждать. Это было одно из заведенных ей правил — Ольга всегда лично встречала корабли, возвращающиеся из рейса. Помимо простой дани уважения был еще ряд моментов, которые можно обсуждать только лично и без посторонних ушей и уж тем более не по телефону.

— Марта, я в космопорт. "Антей" прибывает, — бросила она миловидной секретарше, сидящей в приемной. Проходя через вестибюль, по привычке глянула в зеркало. Как приятно опять надеть на себя вещи, подчеркивающие достоинства твоей точеной фигуры. Да и Настю рождение сына абсолютно не испортило. При воспоминании о подруге в голове у Ольги завихрились игривые мысли. В последний период беременности им приходилось беречь друг друга, кое в чем себе отказывая, но после родов подруги, что называется, дорвались. Вот и сейчас Ольга предвкушала встречу дома после напряженного рабочего дня. Малыши заснут, няни за ними присмотрят, а они могут съездить куда — нибудь развеяться. Хотя бы в их любимый приморский ресторанчик "Дары Нептуна". Посидеть там часик — другой, полакомиться дарами моря и легким вином, а потом обратно домой. А уж дома!!! Ольга аж замурлыкала, представляя картину. Уж в чем, а в этом у них всегда было полное взаимопонимание. И что бы ни болтали некоторые за их спинами, им на это глубоко наплевать. Они любят друг друга, и это касается только их. В хорошем настроении Ольга села в машину и направилась к выезду из города на автобан, ведущий в космопорт.

Глава 2

Выбравшись с городских улиц на автобан, Ольга увеличила скорость и включила автопилот. Хоть на всем участке до космопорта и действует строгое ограничение по режиму движения — полеты категорически запрещены и можно передвигаться только по поверхности, но автопилот работает и в таком режиме, надежно удерживая машину на полотне дороги.

Чем дальше машина удалялась от города, тем большее беспокойство закрадывалось в душу Ольги. Предчувствие ее никогда не обманывало, и она была уверена, что грядет какая — то неприятность. Что — то не так с "Антеем"? Капитан бы заранее сообщил по аппаратуре кодированной связи. Заклятый друг Франц затеял за ее спиной какую — то игру? Но зачем? Уж ему — то гораздо выгоднее иметь Ольгу среди своих друзей, а не врагов. За старину Гюнтера и речи нет. Он рад до умопомрачения, что так счастливо отделался. Что же тогда? Неужели, Мишины к о л л е г и что — то пронюхали? Сам — то он ничего не вспомнит, его память заблокирована накрепко. Неужели они где — то наследили? Или старый знакомый — генерал Кемаль до сих пор не может успокоиться? Хотя это вряд ли. В их последнюю встречу они расстались по джентльменски, и генерал говорил совершенно искренне. Только в стане врага не один генерал Кемаль, есть и другие. Ладно, что гадать. Будем решать проблемы по мере их возникновения. Пока еще ничего страшного не случилось.

Автомобиль на большой скорости почти бесшумно несся по автобану. Дорога в это время была пустынна и ни одной машины в пределах видимости не было. Как ни пытались во время строительства сделать эту магистраль как можно более прямой, но из — за холмистой местности плавные повороты все же были. Ольга издалека заметила несущийся навстречу кортеж из трех машин. Видно, из космопорта в город ехала какая — то важная персона. Машина Ольги только что прошла поворот и дорога впереди хорошо просматривалась. Разминувшись с кортежем, она направилась дальше. Какая — то сила заставила Ольгу посмотреть в экран заднего обзора. Головная машина кортежа вошла в поворот и в тот же момент скрылась в огненной вспышке взрыва. Машина, идущая последней, попыталась затормозить, но из — за холмов блеснула вспышка, и дымный след протянулся вдоль поверхности, вонзившись в борт машины. В тот же миг этот автомобиль вспыхнул, как и первый. Водитель автомобиля, находившегося в центре кортежа, наплевал на правила и сделал попытку поднять машину в воздух, чтобы выйти из под обстрела и попытаться спастись. Ему удалось перескочить через костер на дороге, во что превратился головной автомобиль и подняться метров на двадцать, когда его машина стала заваливаться на бок и рухнула с высоты среди окружающих дорогу холмов. Все это произошло буквально за секунду и Ольга опешила. Ее автомобиль быстро удалялся от места побоища и автопилот исправно удерживал машину в центре полосы движения. В следующую секунду она стряхнула оцепенение. Первое желание — вернуться и оказать помощь, если таковое вообще возможно в данной ситуации. То, что на кортеж напали, нет никаких сомнений. Пока скорая помощь и полиция доберутся сюда, пройдет довольно много времени. Ольга вышла на связь на дежурной частоте, сообщив о случившемся. Скоро полиция и скорая помощь будут здесь, а пока надо попробовать помочь тем, кто остался в живых. Вряд ли нападавшие до сих пор там, они свою работу сделали и сейчас должны быстро сматываться.

Но быстро вернуться не получилось. Пришлось проехать еще какое то время до ближайшего места разворота, так как потоки движения на автобане были разделены бетонным ограждением. Когда Ольга вернулась к месту трагедии, прошло уже порядка десяти минут. Нападавших и след простыл. Съехав на обочину, не доезжая до костра на дороге, она вышла из машины. Сразу стало ясно, что спасать тут некого. Судя по тому, что она увидела, машины были обстреляны из гранатометов. Причем стрелков было двое, так как оба автомобиля были поражены практически одновременно. Из развороченных корпусов вырывалось пламя, и надеяться найти там живых было нереально. Автомобиль, шедший в центре кортежа, лежал метрах в пятидесяти от дороги. Он был сильно помят от удара при падении с большой высоты, но не горел. Когда Ольга подошла ближе, она поняла, что случилось. Нападавшие почему — то не захотели уничтожить автомобиль из гранатомета, как остальных. Очевидно, они хотели его остановить. Корпус автомобиля, в основном в районе двигательного отсека, был усеян пулевыми пробоинами. Причем по диаметру входных отверстий было видно, что стреляли не из легкого стрелкового оружия, а из тяжелого турельного пулемета, предназначенного для стрельбы по легкобронированным целям. Когда водитель автомобиля попытался взлететь, пулеметчик открыл огонь.

Очевидно, это был мастер своего дела, так как почти все попадания пришлись в двигательный отсек. В итоге двигатель остановился, и машина рухнула на огромной скорости с двадцатиметровой высоты. Подойдя вплотную, Ольга поняла, что автомобиль бронирован. Внутри салона были мужчина водитель и женщина на заднем сиденье. С первого взгляда было ясно, что помощь им уже не нужна. Неожиданно Ольга услышала стон.

Обежав вокруг машины, она увидела лежащего метрах в десяти человека. Очевидно, при ударе дверь открылась, и его выбросило из машины. Подойдя ближе и осмотрев его поняла, что он обречен. Это был мужчина лет сорока. Проведя руками над его телом, Ольга диагностировала повреждения. Множественные переломы с сильными разрывами внутренних органов. Как он вообще еще жив. В любом случае, ему осталось жить несколько минут. Скорая не успеет. Ольга знала, что сможет поддерживать в нем жизнь долгое время, но стоит ли? Как только она отойдет от раненого, он тут же умрет. Его уже не спасти. Раненый неожиданно пришел в сознание и стал пытаться что — сказать.

Ольга прислушалась и отчетливо разобрала:

— Надя, это Вы?

До нее не сразу дошло, что раненый говорит по-русски. За долгое время пребывания здесь она общалась с другими в основном на немецком — государственном языке Швейцарии. На русском общались только с Настей дома и учили ему своих детей. Поэтому ответила на русском чисто машинально:

— Лежите тихо, Вам нельзя напрягаться. Скорая уже едет.

Очевидно, раненый мобилизовал последние силы и с трудом говорил. Его лицо было залито кровью, и он не понимал, что принял Ольгу за другую.

— Надя, у меня во внутреннем кармане пиджака кассета. Она не должна попасть в чужие руки. Возьмите и передайте…

Из горла раненого хлынула кровь. Он пытался еще что — то сказать, но кроме хрипа ничего понять было нельзя. Ольга разобрала только фразу: "…Афродита через неделю…". Осторожно расстегнув пиджак, нащупала во внутреннем кармане какую — то коробочку.

Достала и открыла ее. Внутри лежала самая обычная компьютерная кассета. Машинально закрыв коробочку и сунув себе в карман жакета, опять сосредоточилась на раненом. По крайней мере, она успокоит боль, и будет поддерживать в нем жизнь до приезда скорой. Хотя это и бессмысленно. Издалека послышались сирены скорой и полиции. Автомобили неслись на предельной скорости, на высоте ста метров. Хоть в этом районе режим движения это и запрещает, но полиция и скорая могут в экстренных случаях отступать от правил, используя нижний воздушный эшелон. Вскоре шесть автомобилей — три полицейских и три скорой помощи опустились рядом с местом разыгравшейся драмы. Врачи скорой сразу оценили обстановку и бросились к раненому, возле которого сидела Ольга.

Разложив свою аппаратуру, они с ходу принялись за дело. Подошедший полицейский спросил Ольгу:

— Мадам, что с ним? Неужели он жив?

— Да, но вы не довезете его до госпиталя.

— Простите, Вы врач?

— Нет.

— Ну, тогда позвольте медикам заняться своим делом. А мне бы хотелось с Вами побеседовать. Это Вы вызвали полицию и скорую?

— Да, я.

Ольга вздохнула и поднялась с колен. Контакт разорвался. В тот же миг по телу раненого пробежала судорога. Врачи начали суетиться и проводить реанимационные мероприятия, но Ольга знала, что это бессмысленно. Они уже отошли в сторонку с полицейским инспектором и Ольга подробно рассказывала о том, что видела, как до них донеслось:

— Все. Бесполезно. Все равно бы не довезли…Как он вообще столько времени прожил…

Расспросив Ольгу, полицейский направился к ее машине и скопировал видеозапись, сделанную бортовым компьютером. Это применялось в основном для рассмотрения спорных случаев при обвинениях в нарушении правил движения, но в данном случае это было серьезное вещественное доказательство. Ведь если бы Ольга проехала это место хоть на минуту раньше, то она бы ничего не увидела, и компьютер машины не зафиксировал это побоище. А если на минуту позже… Не хотелось и думать. Вместе с полицейским Ольга просмотрела запись в замедленном времени. Было видно, как одна реактивная граната попадает в головную, а вторая почти в этот же момент в последнюю машину. Значит стрелков действительно было двое. Идущий в центре автомобиль резко идет вверх и тут же к нему тянутся очереди трассирующих пуль. Автомобиль заваливается на бок и по кривой идет вниз, исчезая за холмом. Засада была организована очень грамотно, как раз возле поворота, укрывшись в складках местности. Ясно, что нападавших интересовало что — то, находившееся во втором автомобиле. Поэтому они и не стали сжигать его из гранатомета. Пока Ольга разворачивалась и ехала назад, у них было достаточно времени, чтобы забрать то, что им нужно и скрыться. Записав все данные Ольги, полицейский пожелал ей счастливого пути предупредив, что она важный свидетель и ее показания очень ценные. Поэтому ее могут вызвать в полицию для следственных мероприятий и в суд. Ольга ничего против не имела, так как считала, что с полицией ссориться ни в коем случае нельзя и надо чтить уголовный кодекс. По крайней мере там, где живешь. А то, что пришлось в свое время преподнести "висяки" местной полиции… Ну так выбора у нее не было. И кто говорит, что это она постаралась? Распрощавшись с полицией, Ольга продолжила путь в космопорт. В кармане жакета отчетливо чувствовалась коробочка, за которую она ничего не сказала. Кто же был этот русский, в последние минуты своей жизни не забывший о том, что должен выполнить свое задание и не допустить попадания посылки в чужие руки? Очевидно, он принял ее за свою спутницу, погибшую в машине. И что записано на этой кассете? Не из — за нее ли угробили столько людей? Нет, вряд ли. У нападавших было достаточно времени, чтобы обыскать весь автомобиль и его пассажиров. А может, их кто — то спугнул еще до приезда Ольги? Автомобиль несся по дороге, автопилот исправно выполнял свою работу, а Ольга погрузилась в раздумья.

— Да-а-а, подруга… Похоже, ты опять вляпалась в нехорошую историю. В наше время, на сытой, благополучной планете не отправят на тот свет просто так кучу народа, да еще и с применением тяжелого вооружения и огромным риском для самих себя. Ведь если бы в это время поблизости был полицейский патруль, нападавшим не уйти. Хотя, кто их знет, сколько их было и какими средствами они располагали. Возможно, что и с патрулем бы справились, не моргнув глазом. А это уже серьезно. Это уже не какая — то уличная шпана, обчищающая карманы прохожих. И ради нескольких десятков франков, а больше с собой никто обычно и не носит, на такое не пойдут. Правда, тут возможно что — то личное. Будем надеяться на то, что налетчики нашли, что хотели и благополучно скрылись. Иначе, Оля, ты можешь попасть в категорию нежелательных свидетелей. А хороший свидетель — мертвый свидетель, как говорил мерзавец Аль Капоне. А если их интересовала эта кассета, то дело вообще плохо. Газетчики и телевизионщики обязательно пронюхают об этом случае, у них есть контакты в полиции. А это значит, уважаемая госпожа Миллер, что Ваше имя попадет в раздел криминальной хроники многих изданий и телепрограмм. А такая реклама уж совершенно не нужна. И сбежать куда — нибудь сейчас тоже не получится, полицейский предупредил, чтобы она была в пределах досягаемости. Так, что будете Вы сейчас в центре внимания не только полиции, но и тех, кто устроил эту бойню. Но тут уже ничего не поделаешь, что случилось — то случилось.

Будем решать проблемы по мере их возникновения. Скорее всего, придется подключить к этому делу Гюнтера. Он комиссар полиции, вот и пусть поработает, обеспечит безопасность свидетеля. А не то опять придется выходить на тропу войны, чего бы очень не хотелось. Опять воевать с неизвестным противником? И самое плохое, что Мишина контора может узнать, что Хризантема воскресла из небытия, а агенты Гофман и Лехман ничего об этом не сообщили. Там быстро сделают правильные выводы и в скором времени можно будет ждать гостей. И относиться к ней уже будут не как к безобидной беременной бабе, занятой только мыслями о ребенке, а как к серьезному и опасному противнику.

Причем теперь это будут не уголовники местного разлива, клюнувшие на деньги, а профессионалы из разведки. Если бы речь шла только о ней, то никаких проблем. Милости просим, сделаю еще ряд "висяков" для местной криминальной полиции. Это я вам живая нужна, чего нельзя сказать о вас. Ведьме, нарушившей Запрет, хуже уже не будет. Она переступила черту, отделяющую человека от монстра. Так, что сколько бы вас не появилось, голубчики, все вы останетесь здесь. "Удар молнии" не дает сбоев. Пополните реестр нераскрытых преступлений в комиссариате полиции. Да только проблема в том, что вы прекрасно знаете, что мое единственное уязвимое место — Настя и наши дети.

Вот на кого будут нацелены в первую очередь ваши усилия. А Настя не обладает моими способностями и никакого серьезного сопротивления оказать вам не сможет. Это значит, что я буду повязана по рукам и ногам, вынужденная постоянно прикрывать их, а вы будете рыскать вокруг как волки, загоняющие добычу и ждущие, когда добыча совершит ошибку…

Прокручивая в голове разные варианты действий, Ольга приехала в космопорт. Тут уже знали о произошедших событиях. Она с удивлением узнала, что расстрелянный кортеж машин принадлежит посольству Земной Федерации и теперь можно ждать дипломатических осложнений. Но кому могло прийти в голову напасть на дипломатов и зачем?

Неужели не понимали, что полиция теперь поставит всех на уши? Как бы то ни было, светиться теперь здесь тоже не нужно. Очень скоро журналюги пронюхают все подробности нападения, если уже не пронюхали, и тогда от нее не отстанут. Нравы желтой прессы Ольга знала достаточно хорошо. Разговор с Францем и капитаном "Антея" ничего не добавил. Они знали еще меньше, чем она и довольствовались слухами, ходившими по космопорту. Официального сообщения еще не было. Выяснив все вопросы, связанные с последним рейсом "Антея" и дав ряд указаний для следующего, Ольга отправилась домой. Хорошего настроения как не бывало, а впереди просматривалась полоса грядущих неприятностей. И дернул же ее черт вернуться, чтобы оказать помощь. Никому она ничем не помогла, зато себе нажила проблем полные карманы. В ее то положении, воскресшей из мертвых… Ладно, будем решать проблемы по мере их возникновения.

Глава 3

Подъезжая к своему особняку, Ольга не заметила ничего необычного. Соглядатаев поблизости нет, значит, журналюги еще про нее не знают. Слежки тоже не чувствуется.

По дороге она переговорила с Гюнтером, рассказав все подробности. Комиссар заверил, что лично постарается разобраться с этим делом и, в случае чего, оказать необходимую помощь. Ольга при этом улыбнулась. А куда же ты, голубчик, денешься? Уж ты то не меньше, если не больше моего заинтересован в том, чтобы я нигде не засветилась. Я, на худой конец, посажу Настю и детей на "Барса", прихвачу всю наличность и ценности, какие есть, да и рвану в неизвестном направлении отсюда. Нам терять нечего, мы и так беглые преступники, находящиеся на Земле вне закона. Нам все равно, куда лететь, да и "Экспедиционный корпус" нам пропасть не даст, пристроит своего ценного сотрудника на другой планете под другим именем. Были мы с Настей когда — то Шереметьева и Кудрявцева, здесь стали сестрами Миллер, а будем какими — нибудь Пупкиными, или Рабинович. Да и бог с ними, с фамилиями. А вот Вам, господин Лехман, хана. Бежать особо некуда, да и не с чем. И рассчитывать на помощь со стороны тоже бесполезно, так как за годы работы в комиссариате полиции Вы нажили столько врагов, как на барбоске блох. Вот и постарайтесь на благо нашего взаимовыгодного сотрудничества, господин комиссар.

Дома Настя была уже в курсе. Ольга позвонила заранее, а в новостях только что прошло сообщение о побоище на трассе в космопорт. Развернутый репортаж будет позже, в выпуске вечерних новостей. Подруга была сильно обеспокоена.

— Оля, что же теперь будет? Ведь эти борзописцы растрезвонят о тебе по всему белому свету! Сейчас уже все знают, что погибли сотрудники МИДа Земной Федерации с охраной, и какая — то женщина оказалась случайным свидетелем, засняв нападение на видеокамеру своей машины. А вечером они раскопают не только твое имя, но и фотографию и ты станешь звездой экрана в разделе криминальной хроники!

— Ладно, Настюша. Пока ничего страшного не случилось. Ко мне никаких претензий у полиции нет, наоборот благодарили за проявление гражданского долга. По крайней мере, со стороны официальных властей нам ничего не грозит, а это уже очень много. Вспомни, когда мы удирали с Амальтеи, все было намного хуже. У меня не было полной уверенности, что адмирал и господин Ковальский пойдут на уступки и освободят тебя. Для этого мне пришлось активировать режим полной самоликвидации штурмовика, чтобы в случае чего превратить базу в Хиросиму — у меня же на борту были четыре мегатонны.

А после этого разнести два "Тайфуна", чтобы они стали сговорчивее. Когда тебя привезли, напичканную какой — то гадостью, пришлось спалить третий "Тайфун". Если бы они заартачились и не отдали тебя, я бы устроила им там настоящий Синоп. Было такое знаменитое сражение в истории Российского флота в девятнадцатом веке. Здесь же мы законопослушные граждане…Ну, почти… И находимся под защитой закона. И если кто то начнет мышиную возню против нас, то имеем полное право на защиту со стороны государства.

— Оля, ты сама то хоть веришь в то, что говоришь?! Какие законопослушные граждане?!

Мы беглые преступники, живущие здесь по фальшивым документам. Забыла, какую охоту устраивали на нас не так давно? Хорошо, что тогда удалось скрыться и замести следы.

Я до сих пор твой трюк с "Элеонорой" вспоминаю, как шедевр дезинформации. А теперь все может начаться по новой?

— Не бойся, Настюша. По новой, как в прошлый раз, не начнется. Я уже д р у г а я, и о н и об этом знают. Думаю, что в Мишиной конторе разгадали, что случилось на побережье у мыса Носхорн. Там сидят отнюдь не дураки и вполне могут держать в штате не одну ведьму. В том числе — нарушившую Запрет. И она им популярно объяснит, чем они рискуют, возобновляя свою охоту…

— Но я то не ведьма! И наши дети тоже! Ведь они будут целенаправленно охотиться именно за нами, чтобы выйти на тебя!

Ольга вздохнула. Как ни пыталась она успокоить Настю, но та и сама хорошо разбиралась в ситуации.

— Верно, Настюша… Но я им этого не позволю. Если будет реальная опасность для вас, ты вместе с детьми сядешь на "барсика" и скроешься в открытом космосе на расстоянии двух — трех световых лет от Швейцарии. Там вас при всем желании никто не найдет.

Контакт будем поддерживать с помощью аппаратуры кодированной гиперсвязи.

Запеленговать ее невозможно. И вы будете находиться там, пока я не разрулю ситуацию.

"Барсик" бронирован и хорошо вооружен. Поэтому даже при случайной встрече со шпаной вам нечего бояться. Увидев военный корабль, они сами бросятся наутек. Можешь еще и пальнуть для острастки.

— Оля, о чем ты говоришь?! Я ведь не военный пилот, как ты, а жалкий любитель! Что с того, что я научилась взлету, посадке и пилотированию по маршруту. И сколько же это будет продолжаться? Так и будем всю жизнь прятаться?

— Нет, всю жизнь не будем. Если они захотят сейчас взять реванш, я им облегчу работу.

Сначала укрою вас, а потом нанесу удар такой силы, что они навсегда забудут сюда дорогу. Да и забывать будет некому…

— Оля, ты что задумала?!

— Поймаю их на живца. Ведь я им нужна целая и невредимая, с моего хладного трупа они ничего не поимеют. Зато я могу с ними не церемониться. Настюша, ты так до конца и не понимаешь, к т о я теперь есть на самом деле… Ведь я не человек… Вернее, не совсем человек. Ты даже представить не можешь, ч т о находится внутри меня… Когда я впервые применила "удар молнии", он проснулся. Это демон, хищник, кровожадный зверь, у которого одно желание — убивать… Не сразу, но мне удалось взять его под контроль.

И теперь это мой друг и защитник. Если мне грозит опасность, то он стремится устранить ее привычным ему способом и мне приходится его сдерживать. Один раз он уже спас мне жизнь. И сколько бы врагов меня не окружало, он заранее почувствует опасность и поможет одержать верх. Количество для него не имеет значения. Вот что такое ведьма, нарушившая Запрет.

— Прости, Оленька… Но ты говоришь страшные вещи… Я боюсь тебя такой…

— Настенька, тебе нечего бояться. Он защищает не только меня, но и вас. Защищает все, что мне дорого. Теперь мы слиты в одно сознание и чего хочу я, того же хочет и он.

А насчет детей ты права лишь отчасти. Анечка — тоже ведьма. Рожденная нарушившей Запрет. Это очень редкий случай. И когда она вырастет, то ее сила будет намного больше моей. А пока ничего не бойся. Я с тобой и я вас в обиду не дам…

Ольга обняла подругу и прижала к себе. Настя прильнула к ней, как маленькая девочка в поисках защиты. Обнимая и целуя любимую женщину, Ольга старалась ее успокоить.

— Не бойся, котенок. Ведь я здесь и все будет хорошо. Разве я тебя когда — нибудь обманывала? Вспомни, через что нам пришлось пройти и то мы вышли победителями.

Ни о чем не волнуйся, твоя задача только быть с детьми, а я обеспечу все остальное.

Не забывай, что я — воин. Что в той, что в этой жизни. Хоть эти твари сорвали с меня погоны и вышвырнули со службы, но офицер Военно — Космического Флота бывшим не бывает. И, кроме того, я — ведьма, нарушившая Запрет…

Поздно ночью Ольге не спалось. Настя лежала рядом, прижавшись к ней. Ее уже давно сморил сон. Они провели жаркую ночь любви и очень устали, но к Ольге сон не шел.

Она в который раз прокручивала в уме последние события…

Телевизионщики все — таки раскопали все подробности нападения и фото Ольги красовлось в вечернем выпуске новостей. Было рассказано все до мельчайших деталей и даже показан ролик с записью, сделанной из Ольгиной машины. После этого показали репотаж с места событий, когда туда добралась информационная бригада. Добралась, кстати, очень быстро. Почти сразу, как уехала Ольга, и очень сожалела, что не успела застать на месте единственного очевидца. Что и говорить, телевизионщики свое дело знали и полиция была не в силах им помешать. Ничего не поделаешь — свобода средств массовой информации, будь они неладны… И что же теперь делать с этой кассетой? Кому ее отдать и стоит ли отдавать вообще? Возможно, что как только кассета попадет по назначению, от них постараются избавиться, как от опасных свидетелей. Ольга попыталась прочесть ее, но ничего не получилось. После установки на компьютер информация, записанная на кассете, требовала введения ключа, которого у Ольги не было. Надо будет завтра утром отдать ребятам из службы связи. Там хакер на хакере, в такие места в сети влазят и пароли взламывают, что только диву даешься, как их еще государственная тайная полиция к рукам не прибрала. Она с такими криминальными гениями поступает очень просто. Выдает им индульгенцию на отпущение прошлых грехов и берет под свое крылышко, предоставив возможность заниматься любимым делом в интересах государства. Положив при этом такое жалованье, какое они не получат нигде при всем желании. И проблема решена.

Неожиданно зверь внутри начал проявлять признаки беспокойства. Он почувствовал какую — то опасность. Ольга знала, что это неспроста и ложной тревоги никогда не бывает. Осторожно выскользнув из постели, чтобы не разбудить Настю, она набросила халат и вышла из спальни. Зайдя в маленькую комнату за замаскированной дверью, где находился компьютерный центр системы охраны и видеонаблюдения, она увидела приближающийся к их дому автомобиль. Не доезжая метров пятидесяти, он остановился, и из него выбрались трое. Не теряя времени, они сразу направились к дому. На припозднившихся гуляк эта троица была совершенно непохожа. Зверь глухо зарычал, и Ольга постаралась его успокоить.

— Ничего, кися, все нормально. Посмотрим сейчас, что это за гости к нам. На дружеский визит мало похоже, но трупы нам не нужны. Хотя, как знать… В крайнем случае я же тебе обещала, что на твою долю чужой кровушки хватит…

Ольга с интересом наблюдала, как подошедшая троица без проблем перелезла через ограду и направилась к главному входу. Звуковую сигнализацию она отключила, чтобы не спугнуть незваных гостей, да и Настю с детьми не перепугать, наблюдая за происходящим с помощью камер видеонаблюдения. Вот "гости" уже возле входной двери. Команда на снятие сигнализации при попытке несанкционированного доступа внутрь. Пусть открывают и считают, какие они классные спецы. Заодно открыть на двери замки с дистанционным управлением, которые можно открыть только изнутри. Сейчас дверь на обычном замке, открывающемся снаружи. Посмотрим, какие вы взломщики. О-о-о, да вы пытаетесь еще и сигнализацию отключить! Давайте, отключайте. Там как раз подведена такая, сделанная для отвода глаз, для таких ребят, как вы. Отключили? Молодцы! Теперь надо по тихому открыть замок, чтобы в доме никто не проснулся. Время идет. Да-а-а, ребятки, взломщики из вас неважные, слишком долго возитесь. Замок то простенький. По вам видно, что вы больше привыкли выносить дверь вместе с замками и петлями, а не открывать ее аккуратно и по тихому. Значит, никакие вы не домушники. А кто? Вот и побеседуем. Тихо, кися, тихо. Говорить сначала буду я. А то ты их моментом к праотцам отправишь, и не узнаем, зачем же это припозднившиеся гости к нам приходили…

Ага, открыли наконец… Ну, милости просим, гости дорогие. Вам, очевидно, кассета нужна? Прихватим ее с собой на всякий случай. Все, кися, пошли…

Выйдя из комнаты, Ольга сразу отвела глаза всем троим и пошла навстречу. Их спальня и детская находились на втором этаже, значит, незваным гостям надо будет подняться сюда. Перед этим она выключила лампы дежурного ночного освещения в коридорах, погрузив дом в полную темноту. Гостям придется подсвечивать себе путь фонарями, если не догадались взять приборы ночного видения. Для самой же Ольги темнота помехой не была. Сейчас она полностью слилась с сознанием зверя, управляя его чувствами и инстинктами. Зрение зверя великолепно работало в полной темноте и острое обоняние хищника безошибочно определяло приближавшуюся д о б ы ч у. Вот они подошли к лестнице, ведущей на второй этаж. Добыча сама считает себя охотником, но ясно чувствуется запах их страха. Сверхчуткий слух улавливает повышенный пульс их сердец, и можно уже сейчас сделать рывок и добыча будет моей, но рано… Вместе с липким запахом страха смешивается запах смазки и металла. Так пахнет оружие, нагретое в человеческих ладнях. Запах выкуренного табака и выпитого пива накануне…И вместе с этим примешиваеся едва уловимый непонятный запах… Он похож на запах цветка под названием жасмин, но это не жасмин, это что — то другое… Показались лучи света от фонарей. Добыча считает, что ей удается передвигаться бесшумно, но они шумят так, что их можно услышать на огромном расстоянии. Вот все трое поднялись на второй этаж и движутся в мою сторону, ни о чем не подозревая. Просто идеальные условия для атаки. Но они нужны мне живые… пока. Очевидно, они прекрасно знают планировку дома, так как безошибочно направляются к нашей спальне. А там сейчас спит Настя, а в соседней комнате наши дети. Эти трое представляют для них опасность, а опасность я устраняю мгновенно.

Но поскольку реальной угрозы для Насти и детей пока нет, с добычей можно и поиграть…

Ольга включила в коридоре свет, больно ударивший по глазам незваных визитеров, одновременно появляясь перед ними в десятке метров. Из — за резкого перехода от темноты к свету налетчики пропустили момент "материализации" Ольги из пустоты. Она внимательно следила за всей троицей, чтобы кто — нибудь с перепугу не начал стрелять, так как у всех в руках были пистолеты с глушителями. Если бы кто — то собрался выстрелить, то на войне — как на войне…

— Доброй ночи, господа! Может вы объясните цель своего несколько припозднившегося визита? Можно было предупредить нас заранее.

Ольга стояла в центре коридора в десятке метров и смотрела очень миролюбиво. Налетчики опешили, но быстро пришли в себя и стрелять не стали, ограничившись тем, что навели пистолеты на стоявшую в коридоре женщину, запахнувшую домашний халат, и смотревшую с любопытством, а не со страхом. Лица всех троих закрывали непрозрачные маски, но по внушительным габаритам и экипировке Ольга поняла, что это не наркоманы, решившиеся на квартирную кражу ради дозы и не профессиональные домушники, решившие залезть в чужой дом при наличии хозяев. Молчаливая дуэль продолжалась не более секунды, после чего один из налетчиков заговорил.

— Цыпа, не дергайся, а то рискуешь здоровьем. Ты нам не нужна. Отдай то, что забрала на месте аварии и разбежимся.

— На уголовников вы, ребята, не похожи, поэтому комедию передо мной устраивать не надо. Это во первых. А во вторых — какая авария и что я там забрала? Разъясните, пожалуйста.

— Цыпа, не придуривайся. Твой портрет в новостях все видели. Если ты забывчивая, объясняю. Компьютерная кассета, которая была во второй машине. Отдай ее нам и можешь идти баиньки дальше. А завтра считай, что мы тебе приснились.

— Господа, вы что — то путаете. Да, я была на месте нападения на кортеж, а не аварии, как вы сказали, но я там ничего не брала. Дождалась полицию и скорую, дала показания и уехала. Вас кто — то ввел в заблуждение. Может то, что вы ищете, забрали те, кто расстрелял машины?

— Значит так, цыпа. Не хочешь по хорошему, будет по плохому. Сейчас мы поговорим с твоей шлюшкой и вашими спиногрызами, а ты посмотришь. Может быть, что — нибудь и вспомнишь.

Ольга изобразила на лице испуг, который не укрылся от налетчиков, внимательно наблюдавших за ней. Выждав паузу в несколько секунд, она продолжила.

— Хорошо, я отдам вам кассету. А где гарантия, что вы уберетесь отсюда и забудете про нас?

— Только мое честное слово, цыпа. Больше у меня ничего нет, — усмехнулся старший из налетчиков. Ольга сунула руку в карман, насторожив бандитов, и медленно вынула коробочку. Раскрыв ее, достала кассету.

— Вот это я подобрала в том месте.

Налетчики медленно подошли, не спуская с нее глаз и держа пистолеты наготове. Один забрал кассету и отдал старшему, который тут же извлек портативный компьютер и вставил ее в разъем. Пока старший проверял кассету, двое других налетчиков контролировали Ольгу. Наконец старший закончил проверку и облегченно вздохнул.

— Она. Все, парни. Работаем чисто и уходим.

Один из бандитов мгновенно вскинул пистолет… Вернее, это ему и его подельникам показалось, что мгновенно. На самом деле реакция человека довольно замедленная. Импульс из мозга на выполнение команды мышцами идет очень долго. Еще дольше выполняется сама команда, сокращая группы мышц рук. Зверь превосходно чувствовал изменение частоты дыхания, пульса, изменение запаха, вызванное выбросом адреналина в кровь. Когда добыча только подумала применить оружие, он уже был готов и когда ствол пистолета пошел вверх, он снова, как и раньше, лязгнул клыками. Ольга не стала его удерживать.

Их сознания были слиты воедино, и она видела и чувствовала все, что видел и чувствовал он…

Гримаса боли исказила лицо бандита, его сердце остановилось и он начал медленно оседать на пол. Двое других ничего не поняли. Руки старшего были заняты компьютером и второй налетчик также попытался применить оружие. Зверь снова лязгнул клыками, и второй бандит рухнул на пол рядом с первым. "Удар молнии" — не пистолет. Он никогда не дает осечек. Старший начал соображать, что ситуация вышла из под контроля, но предпринять ничего не успел, застыв парализованный, как статуя. Ольга не стала его убивать, а только нейтрализовала "взглядом змеи". Спокойно взяв из его рук компьютер и положив его на столик, она сняла маску с налетчика и тщательно его обыскала. На стол рядом с компьютером легли два пистолета, портативная рация, коммуникатор, наручники, буманик, электронный сканер с дешифратором для отключения систем сигнализации, нож и… капсула с "жасмином". Наручники тут же защелкнулись на заведенных назад руках бандита. Сняв маски с двух других, также провела тщательный обыск, но кроме выше перечисленного джентльменского набора нашла только комплект отмычек. Никаких документов, или записей не было. Защелкнув вторую пару браслетов на ногах стоящего, как изваяние бандита, Ольга отключила все радиостанции и коммуникаторы. После этого глянула в наполненные животным ужасом глаза и вернула его в нормальное состояние. Бандит был не прост. Очухался мгновенно и попытался в прыжке со скованными ногами достать Ольгу. Но реакция человека несравнима с реакцией зверя. Ноги бандита таранили пустоту.

В следующее мгновение удар чудовищной силы, который не в состоянии нанести обыный человек, переломил эти ноги как спички. Зверь рычал, но Ольга удержала его.

Бандит был нужен пока что живым. Грохнувшись на пол, он чуть не заорал от дикой боли, но Ольга снова парализовала его. После этого оттащила тяжелую тушу в дальний конец коридора, вернулась к столику с "трофеями" и взяла один пистолет. Подойдя к бандиту вплотную, присела рядом, глядя в застывшие от боли и ужаса глаза. Провела ладонью над сломанными ногами и успокоила боль. После этого предупредила.

— Сейчас ты сможешь говорить, но если попытаешься заорать, я тебе сделаю очень больно.

Гораздо больнее, чем было до этого. Надеюсь на твое понимание. У меня дети спят, ты своими воплями тут всех перебудишь.

Вернув бандита в нормальное состояние, она внимательно наблюдала за ним. Но тот с суеверным ужасом смотрел на Ольгу и молчал.

— Вот так — то лучше. А то собрался у меня тут бедлам учинить. Будешь хорошо себя вести, больше больно не сделаю. А теперь давай побеседуем. Ваши морды мне незнакомы.

Кто вы такие?

— Что ты с ними сделала, ведьма?! И кто ты такая?!

— Ты сам ответил на свой вопрос. Я — ведьма. Причем ведьма, нарушившая Запрет, если это тебе о чем — то говорит. Твоих подельников я убила потому, что они хотели убить меня. Применила "удар молнии". Это смертельный прием, приводящий к остановке сердца. А ты мне пока что нужен живым, чтобы удовлетворить мое любопытство. Надеюсь, я исчерпывающе ответила на твой вопрос? Теперь отвечай на мой. Откуда вы такие шустрые?

— Господи, кто ты есть на самом деле, Миллер?! Неужели думаешь, что я поверю в сказки про ведьм?

— Как хочешь, можешь не верить. Разубеждать тебя я не собираюсь. Ты так и не ответил на мой вопрос.

— Неужели ты такая наивная, Миллер? Так я тебе и сказал. Ты же с огнем играешь. Если мы не вернемся, твою хату разнесут по кирпичу и от тебя мокрое место останется!

— Очень интересно. Кто это разнесет мою хату по кирпичу? И кто от меня мокрое место оставит? Раз уж сказал "А", говори и "Б".

Бандит молчал. Ольга подождала немного и вернулась к столу, взяв капсулу с "жасмином" и один коммуникатор, включив его в режим диктофона и сунув в карман.

— Значит так, мой дорогой незваный гость. Я прекрасно знаю, что это такое. Собирались вколоть мне, если бы я молчала, не смотря ни на что? Вы, милые мои, здорово лоханулись насчет меня. Плохо ваша разведка сработала. Долго вести дискуссии с тобой я не собираюсь. Сейчас вколю тебе "жасмин" и ты сам мне все расскажешь. По крайней мере, это не больно. А не то пришлось бы опять попрактиковаться в экстренном допросе пленного.

Я и это умею, если ты не знал. Был у меня хороший учитель…

Ольга стала отвинчивать защитный колпачок с капсулы. Бандит заметно струхнул и спеси у него поубавилось. Было видно, что такого развития событий он никак не ожидал.

— Подожди, Миллер! Давай поговорим…

— О чем? Ты уже все сказал. И как ты собираешься говорить с покойником? Ведь ты отдал приказ своим гориллам р а б о т а т ь ч и с т о. Правда, чисто не получилось. Вернее, никак не получилось. Вот ты сейчас и расскажешь мне все подробности. Что два трупа сейчас у меня в доме, что третий добавится, разница невелика. Я могла бы убить вас всех сразу, как только вы забрались в мой дом. Но мне было интересно выяснить цель столь позднего визита и как далеко вы собираетесь зайти в своих намерениях. Скажу тебе честно, что вы сами вынесли себе смертный приговор. Если бы вы просто забрали кассету и ушли, как ты мне кстати и обещал, то клянусь всеми святыми, я бы вас беспрепятствено отпустила. Мне эта кассета не нужна. Я оказалась на месте преступления случайно и не знаю, что там записано. И я не маньяк — убийца… Но вы, когда получили желаемое, собрались р а б о т а т ь ч и с т о… То есть я для вас — опасный свидетель. А хороший свидетель, как известно, мертвый свидетель. Так что же ты хочешь от меня?

— Миллер, подожди!!! Сколько ты хочешь, в конце концов?! Мы же деловые люди!

— Сколько я хочу? Только правдивую информацию. Вот ты мне ее и выдашь. Только учти, я знаю, когда мне говорят правду, а когда врут.

— Хорошо!!! Я расскажу все, что знаю!

— Вот это другой разговор. Итак, давай по порядку. Кто вы такие есть и откуда?

— Мы из службы безопасности посольства Земной Федерации. Я — заместитель начальника подполковник Швец, а это мои подчиненные — капитан Гутман и лейтенант Краузе. У нас был приказ — любыми средствами вернуть кассету.

— Чей приказ?

— Начальника службы безопасности — полковника Матье.

— А после возвращения кассеты в ваши руки? Ликвидировать всех, находящихся в доме, как опасных свидетелей?

— Да… И имитировать ограбление…

— Что записано на кассете?

— Я не знаю.

— А что же ты там проверял?

— Мне дали только первый код, чтобы выяснить — та ли это кассета. Но этого недостаточно, чтобы ее прочесть.

— А сколько же кодов надо?

— Не знаю. Нам не говорят того, что выходит за рамки наших обязанностей.

— Кому адресована кассета?

— Не знаю.

— Кто такая Афродита?

— Не знаю.

— Есть еще кто — либо поблизости, кто прикрывает вас и поддерживает связь?

— Нет.

— Врешь.

— Ладно… В машине остался капитан Ковач. Больше никого нет. Никаких проблем в проведении операции не предвиделось, вот больше никого и не взяли…

Ольга задала еще ряд вопросов, получив на подавляющую часть из них ответ "Не знаю".

Опять перед ней исполнитель, не владеющий практически никакой информацией. А что еще можно ожидать от ликвидаторов, посланных по твою душу?

— Ладно. Последний вопрос. Откуда же ты взялся? В каких частях раньше служил до того, как в посольство попал?

— Во внутренних войсках. Охрана спецучреждений.

— То бишь тюрем? Вертухай, значит?

— А если и так? Кому — то и эту работу делать надо…

— Так я же ничего и не говорю… Просто не за свое дело ты взялся, вертухай. Собрался тут с бабами воевать? Гляди, сколько железа набрал. Ладно. Прощай, вертухай. Спасибо, что все рассказал…

— Ты что?! Мы же договорились!

!! — О чем? О том, что ты мне все расскажешь? И все. Знаешь, в чем твоя главная проблема, вертухай? В том, что ты тоже с в и д е т е л ь… Мне не надо, чтобы завтра твой полковник Матье узнал о том, что он и его подчиненные — идиоты. А также о том, что произошло здесь…

Подполковник попытался заорать, но Ольга ему не позволила. Зверь лязгнул клыками и все было кончено. Кассета с неизвестной информацией собирала все новые жертвы…

Ольга осторожно вышла из дома, отведя глаза всем, кто мог находиться поблизости. Зверь настороженно принюхивался и осматривался, но опасности не было. Теперь надо было разобраться с капитаном Ковачем. Он даже не подозревал, как ему сегодня повезло. Он остался ждать в машине и выиграл у судьбы в рулетку сказочный выигрыш — жизнь.

Бесшумным призраком Ольга подошла вплотную к машине. Зверь ясно чувствовал напряженное ожидание и нетерпение добычи. Нет, кися, хватит. Эту добычу мы отпускаем.

Живая она нам будет гораздо полезнее… Стоя возле машины, Ольга вошла в контакт с подсознанием капитана Ковача. И через несколько минут, сам того не заметив, он заснул крепким сном. Постояв еще немного и убедившись, что капитан спит крепко, вернулась в дом и связалась с Максом, объяснив суть проблемы. Нужно срочно избавиться от всех "вещественных доказательств". Благо, берег океана рядом, и их катер всегда дежурит в яхтенной гавани. К утру все должно быть с р а б о т а н о ч и с т о… Жена цезаря — вне подозрений…

Управившись с делами, Ольга заглянула в детскую. Саша и Аня мирно спали, посапывая в своих кроватках. Ни они, ни Настя тоже не знали, как им сегодня сказочно повезло…

Осторожно войдя в спальню, Ольга сбросила халат и тихонько нырнула в постель, стараясь не разбудить подругу. Настя заворочалась и пробормотала:

— Оля, что, уже вставать?

— Нет, Настенька, спи, еще рано. Спокойной ночи.

Настя прильнула к Ольге и снова погрузилась в сон. Ольга лежала и думала.

— Вот так, кися. Опять мы с тобой спасаем чью — то жизнь. Хоть и таким способом, но ты по другому не умеешь. Ну и пусть… Мы ни на кого не нападаем первыми. Мы только защищаемся. На твою долю подонков хватит…

Глава 4

На следующее утро Настя проснулась в хорошем настроении, но Ольга его быстро испортила, рассказав о ночном происшествии. Подруга перепугалась не на шутку.

— Оля, так что же теперь делать?! А если полиция найдет их? Или прямо сейчас заявятся с обыском?

— Не волнуйся, Настюша. Во первых, тут уже все ч и с т о… А во вторых — с чего это полиция сюда заявится? Эти три вертухая, надумавшие поиграть в ниндзя, приходили совершенно незаконно и с криминальными намерениями. Поэтому наш новый знакомый — полковник Матье, которого мы знаем пока только заочно, полицию в это дело впутывать не будет. Огласка им совершенно не нужна. Видать, что — то важное на этой кассете. Вот и будем пока держать его на крючке. К тому же он не знает, что случилось с его подопечными и сейчас не находит себе места. Тот соглядатай, что оставался в машине, скажет, что они вошли в наш дом и не выходили. Он ни за что не признается, что спал, иначе может последовать за своими друзьями. Я уже поняла, что нравы у этой компании еще те.

Вот и сыграем на этом. А пока, Настюша, вам надо на время исчезнуть, и не спорь. Уж очень бурно стали развиваться события, я такого не ожидала. Очевидно, кому — то здорово мы хвост прищемили. Случайно стали обладателями важной информации, хотя и понятия не имеем, какой. Поэтому сейчас собираем детей, и в космопорт.

— Оля, но ведь нам много чего понадобиться. Давай завтра?

— Настюша, давай не будем повторять старых ошибок. Помнишь, как мы собирались улететь на "барсике" лишь после планового медосмотра? И к чему это привело? Давай не будем искушать судьбу. Собираемся и едем. Я буду прикрывать вас до самого взлета. А когда вы будете в безопасности, смогу действовать более активно.

— Но что ты сможешь одна? Может, я чем — нибудь помогу?

— Настюша, ты мне сможешь помочь только тем, что присмотришь за детьми в безопасном месте. Если вы останетесь здесь, мне придется заниматься только вашей защитой. А нам нужно атаковать и перехватить инициативу. А это я смогу сделать, только если вы будете в безопасности. Пантера всегда охотится в одиночку…

Возразить против таких аргументов было нечего. Сборы заняли немного времени. Ольга всегда держала "Барс" готовым к вылету и загруженным запасами. Работа "экспедитора" требует быть готовым ко всему. В том числе и к срочной эвакуации. Если не сказать — бегству. Выйдя из дома, она провела разведку. Опасности и слежки не чувствовалось. Автомобиль капитана Ковача исчез. Значит, господин полковник уже в курсе и скоро надо ждать следующую делегацию. Ну что же, господа, милости просим. Но только после того, как Настя с детьми улетит. Не желая больше терять драгоценное время, подруги усадили детей в машину и выехали в космопорт.

Всю дорогу Ольга вела тщательное наблюдение, но их никто не преследовал. Очевидно, сил и средств у господина полковника не так уж много. Это не криминальная армия местного наркобарона Ромы Поланского. Упокой, господи, его грешную душу… И очень может быть, что ночной визит — это самодеятельность начальника службы безопасности.

На него надавило начальство — найти и вернуть пропажу! Причем срочно! Любой ценой!

Вот он и отправил своих гоблинов, так как больше у него никого нет. Да и ее с Настей не воспринял всерьез. Подумаешь, две сестрички — лесбиянки. Какие с ними могут возникнуть проблемы? А потом представить все, как разбойное нападение. Ведь сестры Миллер не бедствуют и деньжата у них водятся немалые. Вот теперь и наведаемся к Вам в гости, "мон колонель"!

"Барс" стоял, готовый к взлету. Ольга заранее предупредила техническую службу и ее ждали. Она чувствовала, что назревают важные события и надо спешить. Поцеловав детей и Настю, покинула корабль. Люк захлопнулся, разделив их. Впервые Насте предстоял самостоятельный полет. До этого она летала только вместе с Ольгой. Но Ольга была спокойна за подругу. Взлет — посадку она освоила хорошо, а вести боевые действия в космосе ей не придется. Вот "Барс" запустил двигатели и двинулся в сторону стартовой площадки. Ольга не слышала переговоров Насти с диспетчером, но чувствовала, что все идет нормально. Получив разрешение на взлет, корабль взревел двигателями и стал медленно подниматься над бетонным покрытием. Поднявшись в вертикальном режиме до сотни метров, начал горизонтальный разгон с набором высоты. Ольга внимательно наблюдала. Но все шло в штатном режиме. Ласковые нежные руки подруги, избравшей в свое время одну из самых гуманных профессий — профессию врача, уверенно вели бронрованного космического хищника, смертоносную машину, созданную для разрушения. Вот штурмовик превратился в темную точку высоко в небе, и вскоре вовсе исчез. Ольга вздохнула спокойно. Теперь, когда Настя с детьми в безопасности, у нее развязаны руки. Пантера всегда охотится в одиночку…

— Все, кися. Теперь наш выход. Надеюсь на твою помощь. И что — то мне подсказывает, что нас ждет большая охота. Настолько большая, что враги захлебнутся в собственной крови…

На обратном пути из космопорта в город Ольга заметила за собой хвост. Значит, ее все таки обнаружили, хоть и поздно. Ну а теперь, ребята, сыграем п а р т и ю… Прятаться от вас я не буду. Интересно, какой будет ваш следующий ход. Вы сейчас в полных непонятках, куда же подевались три ваших мордоворота, увешанные железом. То, что две бабы сумели их обезвредить и спрятать, вы даже не допускаете. То, что случайный свидетель побоища на дороге — воскресшая из мертвых Хризантема, которая одна может справиться со всей вашей посольской службой безопасности, вы тоже вряд ли знаете. Уж сликом любят у нас секреты и ни в коем случае не поставили бы вас в известность о провдившихся здесь уголовно — шпионских играх. Значит, вывод у вас напрашивается один.

Эти две бабы связаны с какой — то серьезной структурой, обеспечивающей их безопасность. Либо мафией, либо полицией. В том числе и тайной. А это значит, что неизвестно, кто вляпался. С мафией проще. Убрали незваных гостей и все. Шум поднимать не будут и в суд заявление не потащат. А вот если в деле замешана тайная полиция, то пиши пропало. Скорее всего, эти три субчика облажались и их повязали. И сейчас они дружно дают показания. А это страшный международный скандал, который неизвестно, во что выльется. Трое сотрудников службы безопасности посольства учинили нападение на единственного свидетеля преступления и пытались его ликвидировать. Значит, что — то тут не чисто. Очень может быть, что у посольства у самого рыльце в пушку…

Не делая никаких попыток избавиться от хвоста, Ольга въехала в город и отправилась в офис своей компании. Топтуны остановились на улице, но сунуться внутрь не решились.

Ольга сразу отправилась в службу связи. Здесь уже все знали о происшествии на дороге и то, что президент компании — важный и единственный свидетель. Все сходились во мнении, что лучше бы такой рекламы избежать. Вызвав начальника службы Эриха Лемке человека, который ходить, говорить и взламывать любые секретные коды и пароли научился, наверное, одновременно, вручила ему кассету и портативный компьютер, отобраный у налетчиков. "Вещдок", который она оставила себе.

— Эрих, у меня важное дело. Сможете прочесть информацию на этой кассете? Знаю только, что для этого нужно несколько кодов и первый уже введен.

— Постараемся, мадам. Хотя гарантии дать не могу. Сейчас поковыряемся…

Ольга прошла к себе в кабинет и стала ждать результата, попутно занимаясь текущими делами. Ждать долго не пришлось. Через сорок минут Лемке появился собственной персоной и с озабоченным видом.

— Мадам, где Вы взяли эту кассету? — начал он прямо с порога. Ольге пришлось рассказать до известных пределов.

— Это очень редко применяемый шифр с многоступенчатым кодом. Расшифровка практически невозможна. Суть состоит в том, что вводятся в строгой последовательности ступни кодов, причем порядок и временной интервал не должны нарушаться. В случае несоблюдения хотя бы одного из параметров, запускается программа — самоликвидатор и вся информация мгновенно уничтожается. Эти шифры применяются обычно спецслужбами потому, что имеют ограниченное время хранения информации и приоритет отдан сохраннию секретности, а не самой информации. Если кассета в течение определенного времени не расшифровывается, то информация опять таки автоматически уничтожается. Причем для этого даже не надо вставлять кассету в компьютер. Сама кассета имеет встроенный микрочип с таймером.

— И что, ничего сделать нельзя?

— Мне удалось остановить таймер, и информация будет сохранена в закодированном виде.

Но без следующих ступеней кода ничего не получится. Ведь мы даже не знаем, сколько их. Если хотите, я могу попробовать взломать программу, но высока вероятность потери данных. Подобные вещи обычно имеют защиту от взлома и копирования. И при первой же попытке уничтожают всю информацию. Эти шифры создавались именно для того, чтобы ни при каких обстоятельствах не допустить попадания информации в чужие руки и сохрнность данных была отодвинута на задний план.

— М-м-да… Жаль. Ладно, Эрих, подождем. Ломать пока не будем. Ситуация терпит…

Но на всякий случай, ты этой кассеты не видел.

— Разумеется, мадам…

Что и говорить, новость была не из приятных. Получается, что Ольга, сама того не желая, сунула нос в запретную область и стала обладателем чего — то неизвестного, но очень важного. Того, из — за чего убивают. У простого законопослушного обывателя голова бы пошла кругом… Но не у ведьмы. А это значит, джентльмены, что ведьма выходит на тропу войны. Вы попытались ликвидировать ее, как опасного свидетеля? Прекрасно, война объявлена. Если раньше можно было бы просто прийти в посольство, отдать кассету и миром закончить дело, то теперь на войне — как на войне…

Неожиданно прозвучал сигнал вызова, и по номеру на коммуникаторе Ольга определила, что звонит комиссар Лехман.

— Доброе утро, Ольга! У вас все в порядке?

— О-о-о, доброе утро, Гюнтер! Все в полном порядке, а что случилось?

— Поступил анонимный звонок, что к Вам в дом ночью проникли неизвестные. Какой — то случайный прохожий, почему — то не пожелавший назвать себя, позвонил нам и наставал, что у вас в доме произошло убийство.

— Бред какой — то. Если он опять позвонит, передайте ему, что закусывать надо.

— Согласен, но игнорировать такой звонок мы не можем. Вас не затруднит сейчас приехать домой? Если мы проведем осмотр официально с Вашего согласия и в Вашем присутствии, то избавим и себя и Вас от многих бюрократических проблем. Это и в Ваших интересах.

— Конечно, Гюнтер. Ждите, скоро буду.

Связь отключилась. Так, началось. Вы в панике, не знаете, что случилось и решили подключить криминальную полицию, сведя все к обычной уголовщине. Надеетесь что — нибудь найти в доме. Следы борьбы, крови, чего — нибудь еще криминального. Ну — ну…

Бытовые роботы — уборщики уже прошлись утром по всем помещениям, а до этого Ольга сама прошла весь маршрут налетчиков, задействовав в полной мере весь арсенал органов чувств зверя, и уничтожила малейшие следы. Сами налетчики вместе с вещественными доказательствами уже лежали на дне океана вдали от берега. На войне — как на войне…

Подъезжая к дому, Ольга увидела три полицейских машины и большую группу людей в форме и в штатском. За ограду дома никто не входил, и все терпеливо ждали хозяйку.

Ольга вышла из машины и сразу направилась к Лехману.

— Доброе утро еще раз, Гюнтер! Извините, что заставила вас ждать.

— Доброе утро, Ольга! Мы будем весьма признательны, если Вы позволите нам осмотреть дом. Чтобы не связываться с прокурорским постановлением и прочим. Еще раз прошу извинить меня.

— Что Вы, что Вы. Никаких проблем. Это Ваша работа. Прошу, господа.

Ольга провела всех в дом и предложила свою помощь, если что — либо будет непонятно.

Никаких проверок она не боялась. Если только доблестные стражи порядка сами что — нибудь не подбросят. Но за подобные вещи здесь, если узнают, спросят сполна. Да и старина Гюнтер заинтересован в том, чтобы замять это дело. Жена цезаря — вне подозрений…

Улучив момент, когда рядом никого не было, Лехман быстро и тихо начал говорить.

— Ольга, я ничего не могу сделать. Сегодня я получил приказ от н и х любыми путями выяснить, что произошло в Вашем доме. Они сказали, что к вам приходили ночью три человека, но обратно не вышли. Очевидно, это их люди. Больше мне ничего не сказали.

Они, очевидно, еще не знают, что единственный свидетель — это Вы. У Вас действително нет никакого компромата? Мне нужно знать правду, чтобы направить расследование в нужную сторону.

— Не волнуйтесь, Гюнтер. Здесь все ч и с т о. Если только Ваши коллеги сами что — нибудь не подбросят.

— За это можете не волноваться. Кстати, а где Ваша сестра и дети?

— Отправились на яхте на прогулку. Детишкам будет интересно, да и сестре надо развеяться. И кроме того, если к нам действительно кто — то наведается ночью, на борту яхты в космосе им будет спокойнее. Ну а мне надо быть здесь, держать руку на пульсе. Вдруг этот аноним опять позвонит и скажет, что к нам приходили уже не трое, а десять человек и никто не вышел. Прямо какого — то маньяка из меня делают.

— Да-а… С яхтой Вы, пожалуй, правы… Там им действительно будет спокойнее… Ольга, может предоставить Вам охрану? Не нравится мне эта история.

— Мне она тоже не нравится. Поэтому и отправила сестру с детьми от греха подальше.

А за меня не волнуйтесь, Гюнтер. Я Вас не подставлю. Можете сообщить им о моем чудесном воскрешении, все равно они об этом узнают. Если уже не узнали. И охрана мне не нужна. Я уже привыкла рассчитывать только на свои силы. Пантера всегда охотится в одиночку…

Как и говорила Ольга, осмотр дома ничего не дал. Полиция извинилась за беспокойство и убралась восвояси, оставив Ольгу одну. Ход противника не дал результатов, удар пришелся в пустоту. Но, как говорят в науке, отрицательный результат — это тоже результат.

Значит, единственный свидетель не так — то прост. А вскоре вы узнаете, что этот свидетель никто иной, как Хризантема. Та самая Хризантема, воскресшая из мертвых. Это все расставит на свои места, и игра пойдет уже по другим правилам и с другими игроками.

А пока вы еще все пребываете в непонятках, поговорим с Вами, "мон колонель"…

Глава 5

Ночь прошла спокойно. Очевидно, полковник Матье решил больше не рисковать и ждал дальнейших инструкций. А может, ему уже сообщили, с кем он связался. Как бы то ни было, никто не помешал Ольге выспаться. Она демонстративно не делала никаких попыток скрыться, провоцируя новое нападение. Но вечер и ночь прошли на удивление тихо. На следующее утро, предупредив секретаря, что будет занята и появится нескоро, приняла соответствующий внешний вид и направилась в посольство. Это, конечно, было верхом наглости и авантюрой чистейшей воды, но поскольку вся эта история сама по себе огромная авантюра, то и ее следующий ход должен быть авантюрным и непредсказуемым.

Ибо предсказуемость только на руку противнику. А так мы поломаем игру господину полковнику и нарушим его дальнейшие планы. На всякий случай предупредила Лехмана о своем намерении нанести визит, чем его очень удивила. Перед выходом из дома сделала копию записи разговора с подполковником Швецом, убрав из нее кое — что, о чем господину полковнику знать не надо. Но прежде, чем идти к самому полковнику, поговорим с его подчиненным. Капитаном Ковачем.

Выехав из дома, Ольга направилась в центр города. Топтуны тут же увязались за ней.

Припарковав машину, дальше пошла пешком. Хвост не отставал. Ольга решила опять повторить тот же маневр, с помощью которого ушла от соглядатаев Ромы Поланского.

Скрывшись на несколько секунд из поля зрения хвоста и случайных прохожих, Ольга отвела им глаза и отошла в сторону. Филеры забегали, разинув рты. Ничего подобного они не ожидали. Потом махнули рукой, связались с начальством и, получив новые инструкции, исчезли. Дальше путь был свободен. Взяв такси, Ольга отправилась к посольству Земной Федерации, назвав водителю другой адрес в паре кварталов от места.

Подойдя поближе, позвонила из уличного таксофона. Ответил приятный женский голос.

— Доброе утро. Посольство Земной Федерации. Слушаю Вас.

— Доброе утро, девушка. Мне нужно поговорить с господином Ковачем. Это очень важно.

— Минутку, соединяю.

Через полминуты ответил мужской голос.

— Да, слушаю.

— Доброе утро, господин Ковач. Нам нужно срочно встретиться и поговорить. У меня к Вам очень важное дело.

— Прошу прощения, мадам, но я сегодня целый день занят. Если Вы согласны, можно встретиться вечером.

— Извините, но столько я ждать не могу. У меня очень важная информация для Вас, к а п ит а н. Я знаю, что прошлой ночью Вы крепко спали и проспали все на свете. Так что если не хотите, чтобы об этом узнало Ваше начальство, жду Вас сейчас в парке напротив посольства. Я к Вам сама подойду. И без глупостей, к а п и т а н.

Отключив связь, Ольга усмехнулась. Вот и проверим Вас на вшивость, господин хороший.

Скажете Вы об этом своему начальнику, или нет. Что для Вас превыше всего — служебный долг, или Ваша шкура.

Прогуливаясь по парку, Ольга издалека заметила Ковача. Он шел не спеша, и украдкой поглядывал по сторонам. Отвернувшись в сторону, Ольга пропустила его, а потом подошла сзади и игриво выдала:

— Милый, а вот и я!

Ковач резко обернулся, и лицо его удивленно вытянулось. Несомненно, он узнал Ольгу и совершенно не ожидал такой встречи. Пауза затягивалась, поэтому Ольга взяла все в свои руки, сказав очень тихо:

— Обними и поцелуй меня, придурок. На нас же смотрят.

— Дорогая, ты ли это?! — Ковач заключил Ольгу в объятия и нежно поцеловал с улыбкой на лице. Он все быстро схватывал налету.

— Вот так то лучше, милый. А теперь бери меня под ручку, и пойдем, прогуляемся. И улыбайся, улыбайся. Тебе это идет.

Удалившись вглубь парка, где людей было немного, Ольга продолжила.

— В общем так, господин капитан. Раз уж мы с Вами влюбленная парочка, давайте перейдем на ты. Возражений нет? Меня, как ты уже знаешь, Ольга зовут. А тебя?

— Франтишек.

— Ну, вот и познакомились. А теперь, милый Франтишек, чтобы ты не делал круглые глаза и не задавал глупых вопросов, дам тебе прослушать одну запись. Предупреждаю, что это копия, а оригинал находится в другом месте. Поэтому геройствовать не советую. Если потом у тебя возникнут вопросы, если смогу — отвечу.

Включив диктофон на воспроизведение, Ольга передала его капитану. По мере прослушивания записи лицо его принимало все более озабоченное выражение. Когда запись кончилась, он вернул диктофон.

— И что же ты хочешь, Ольга? Что ты с ними сделала?

— Начну со второго вопроса. Я их обезвредила, после того, как отдала им кассету, а они попытались меня убить. Сам понимаешь, такие вещи не прощают. Как я это сделала, это тебе знать не надо. Знаю также, что ты сладко дрыхнул в машине вместо того, чтобы вести наблюдение. Могу тебя успокоить. Эта троица больше никому ничего не расскажет, и я тоже буду держать язык за зубами, если мы договоримся. Отсюда переходим к первому вопросу. Мне нужна подробная информация об этом деле. Я не собираюсь вербовать тебя, чтобы ты выдавал мне ваши тайны. Меня интересует только этот случай. Понимаю, что я случайно оказалась опасным свидетелем. И я не собираюсь покорно идти на убой. После нашей встречи я пойду к полковнику Матье и возьму его за хобот. Как я это сделаю, это тебе тоже знать не надо. Но мне надо знать, как выстраивать с ним разговор. Говорить за твой сон на посту, или нет.

— Хорошо, Ольга… Что тебя интересует?

— Все, что связано с этой кассетой. С самого начала. Что на ней записано, кому она предназначена, кто погиб на дороге в машине, и кто уничтожил кортеж. Получается, кортеж расстреляли не из — за кассеты, раз ее не взяли? Или ее не нашли?

— Ольга, но я почти ничего не знаю. У меня очень маленькая должность. Почти что цепной пес, ни к каким секретам я не допущен. Нам сообщили, что на кортеж с сотрудниками МИДа было совершено нападение неизвестными, и какая — то женщина оказалась случайным свидетелем. Она же вызвала скорую и полицию. В двух машинах — тех, что уничтожили из гранатометов, была охрана. Представители МИДа — мужчина и женщина, их имен я не знаю, были во второй машине. С ними погиб и водитель. А вечером меня вызвал подполковник Швец и сказал, что поедем к тебе в гости. Показал твое фото и велел дежурить в машине. В случае появления кого — либо немедленно сообщить по рации. За эту кассету я впервые слышу, и не знал, что тебя собирались ликвидировать. Сам не пойму, как я заснул. Когда проснулся, было уже утро. Сама понимаешь, струхнул здорово. Подождал еще какое — то время. Попытался вызвать Швеца по рации и по коммуникатору, но он не ответил. После этого доложил начальству, что трое наших вошли к тебе в дом, а обратно не вышли. А я всю ночь бдил и ждал их возвращения.

— Верю. А кто такая Афродита?

— Понятия не имею. Вроде, какое — то божество из древнегреческой мифологии.

— Так, понятно… Значит, слушай меня внимательно. Чтобы отвести от тебя все подозрения, сделаем следующим образом. Сейчас ты идешь к полковнику Матье и говоришь ему, что та самая женщина, которая была свидетелем нападения, желает его видеть.

Причем срочно, прямо сейчас. У нее есть важная информация, причем только для него лично. Вернетесь с ним вдвоем, так как я не знаю его в лицо. И предупреди, чтобы он никому не говорил, куда идет. Это очень важно. Жду вас в течение получаса. Если он не захочет идти, то пусть и дальше ломает голову над этой проблемой. А я ему создам проблем еще больше.

Ковач ушел, оставив Ольгу в парке. Она специально не дала полковнику много времени.

Никакую серьезную засаду он организовать не успеет. И если захочет получить информацию, то прибежит на полусогнутых. Он уже сильно влип со своей попыткой ночного налета и неизвестно, чем все это для него закончится. Сев на скамейку, она стала ждать.

На исходе времени Ольга заметила на аллее Ковача с каким — то мужчиной в штатском.

Когда они подошли, неизвестный представился, излучая лучезарную улыбку.

— Доброе утро, мадам! Полковник Луи Матье, честь имею. Вы хотели меня видеть?

Ольга тоже обезоруживающе улыбнулась.

— Доброе утро! Благодарю Вас, господин полковник, что нашли для меня время. Господин Ковач, простите, можно я поговорю с полковником наедине?

Ковач глянул на полковника и тот кивнул. После чего попрощался и пошел к выходу из парка. Когда он удалился на достаточное расстояние, Ольга продолжила с улыбкой.

— А теперь поговорим с Вами, мон колонель. Насчет чести Вы погорячились. Сомневаюсь, что Вы ее имеете. Я сейчас дам Вам прослушать одну вещь, чтобы исключить недомолвки между нами, а потом продолжим светскую беседу. Предупреждаю, это копия. Поэтому не делайте глупостей.

Включив диктофон, Ольга отдала его полковнику. Неожиданно зверь начал проявлять беспокойство. Явной угрозы еще не было, но он что — то чувствовал. Неужели полковник не послушал ее и предпринял какие — то меры? По мере прослушивания записи лицо его все больше покрывалось бисеринками пота. Опытный профессионал, он понимал, что это крах его карьеры. И хорошо, если только карьеры… Дослушав до конца, он вернул диктофон Ольге и спросил глухим голосом.

— И что же Вам нужно, мадам?

— Мне нужна правда, мон колонель. За простую кассету не убивают. А за эту уже многие поплатились жизнями. И что — то мне подсказывает, что Вы следующий. Ваши подчиненные провалили задание, и произошла утечка информации. Такого Вам не простят, тем более, я уверена, что этот ночной визит — Ваша самодеятельность. На Вас надавило начальство, и Вы решили выполнить задание любой ценой. Так?

— Так… Но как Вам это удалось?

— У женщин свои секреты, мон колонель. Могу сказать только, что не грешите на капитана Ковача, раз он один остался жив из этой компании. Он просто был нужен мне, чтобы выйти на Вас. Вот я и оставила его живым. К тому же, он всю ночь проторчал в машине и не заходил в дом. То есть, он не был с в и д е т е л е м… В отличие от других… Поэтому, мон колонель, пока Вы еще живы, прошу рассказать все, связанное с этой кассетой. А потом будем вместе думать, как выкрутиться из этой ситуации с наименьшими потерями. Как видите, я тоже кое что умею.

— За кого Вы меня принимаете, мадам?

— За человека, который влип и пытается спасти положение. Я потому и пришла сейчас, что завтра может быть поздно. Дело наберет обороты, Вас отстранят от него и мне надо будет выходить на кого — то другого. А Вы, мон колонель, станете отработанным материалом.

И хорошо, если Вас просто куда — нибудь задвинут, или выгонят в отставку. Если же Вы сейчас сообщите, что вернули кассету, и никакой утечки информации не произошло, то имеете все шансы выкрутиться. Как Вам мое предложение?

— Я не могу так сразу согласиться, мадам. Мне надо подумать.

— Думать некогда, мон колонель. Хотите сообщить своему начальству и запросить дальнейшие инструкции? Глупо. Как Вы не поймете, что тоже перешли в разряд с в и д ет е л е й? И за Вашу жизнь я не дам и гроша?

— Увы, мадам. Вынужден Вас огорчить. Я не…

Полковник замолчал и его лицо застыло. Ни один звук больше не вырывался из горла, а глаза были полны ужаса. Ольга прекратила игру и парализовала его, применив "взгляд змеи".

— В общем так, мон колонель. Я пыталась договориться с Вами по хорошему, но не полчается. А эта информация мне необходима. Поэтому я делаю последнее предложение.

Сейчас я верну Вас в нормальное состояние, и Вы ответите на все мои вопросы. Затем будем вместе думать, как исправить ситуацию. Если же Вы будете врать, молчать, геройствовать, или попытаетесь позвать на помощь, я опять парализую Вас, вколю "жасмин", который Вы велели своим гориллам вколоть мне, и выверну Вашу душу наизнанку. После этого просто встану и уйду, оставив Вас подыхать здесь. Единственная причина, которая меня пока от этого удерживает — я не хочу привлекать внимания к этому делу еще одним трупом. Но если будете упорствовать, то не оставите мне выбора. Итак, Ваш ход, мон колонель!

Ольга вернула полковника в нормальное состояние, и он с суеверным страхом уставился на нее, рванув галстук на шее.

— Кто Вы, мадам?! Как Вам это удается?!

— Я — Ольга Миллер. Больше Вам знать не надо. Итак, мон колонель?

— Хорошо, Вы тоже не оставляете мне выбора. Я…

Что — то приближалось, сильно спрессовывая перед собой воздух, и зверь издалека уловил эти колебания. Это что — то несет угрозу, и лучше сменить позицию, чтобы в случае чего успешно атаковать. Тело Ольги за неуловимо короткий промежуток времени инстинктивно сделало прыжок в сторону. Реакция зверя несравнима с реакцией человека… Она с интересом наблюдала, как через то место, где она недавно находилась, пролетел на довольно большой для человека скорости маленький цилиндрический предмет и ударил в находящееся позади дерево. Второй такой же предмет приближался к полковнику, но он не делал никаких попыток от него уклониться. Вот он ударил ему в голову, и в разные стороны брызнули осколки черепа, заливая все вокруг кровью…

Подчиняясь скорее инстинкту, а не разуму, Ольга в одно мгновение покинула опасное место и скрылась в высоких кустах, которые росли по бокам аллеи. В результате этого снайпер потеряет цель, а долго находиться на позиции стрельбы он не может. Скоро здесь будет полно полицейских. А то, что это снайпер и пришел он по их грешные души, нет никаких сомнений. Эх, полковник, полковник… Говорили же тебе — не говори никому, что пошел на встречу со мной. Не послушался…

Глава 6

Ольга сидела в своем кабинете в офисе, погрузившись в раздумья. Со смертью полковника Матье оборвана последняя ниточка. Из капитана Ковача больше ничего не выжмешь, он действительно ничего не знает. Когда она позвонила Лехману и сообщила о покушении, полиция приехала быстро, но никого не нашла. Ольга запомнила место, куда ударила пуля, предназначавшаяся ей. О том, что пришлось для этого предпринять, говорить, естественно, не стала. Сказала, что стрелок не попал, а она успела скрыться в кустах. Когда пулю извлекли из ствола дерева, эксперт осмотрел ее и сразу сказал:

— Этот тип патрона применяется во многих винтовках. В том числе и в складных портативных с интегрированным глушителем и оптико — электронным прицелом, которые перенсятся в обычном с виду кейсе и разрабатывались для спецопераций. Скорее всего, мадам, у него не было намерений убивать Вас. С таким оружием не промахиваются, да и стрелял, похоже, не дилетант. Очевидно, целью был полковник Матье, а Вас просто хотели предупредить.

Лехман снова предложил Ольге охрану, на что она вежливо отказалась. Раз в дело пошел снайпер, то значит все серьезней некуда. Тут уже никакая охрана не поможет. В таких случаях убирают вместе с охраной… Как хорошо, что Настя с детьми в безопасности.

Ольга уже получила сообщение с борта "Барса", что там все в порядке. А крепкий и надежный тыл значит очень много. Теперь единственная надежда выйти победителем из этого смертельного поединка — заставить противника совершить ошибку. Сама кассета их, скорее всего, уже не интересует. Ведь расшифровать ее, не имея всех ступеней кода, практически невозможно. А в скором времени должен сработать таймер, и информация будет уничтожена. Значит, теперь единственная цель — Вы, уважаемая госпожа Миллер…

И что же означает эта фраза — "…Афродита через неделю…". Когда человек знает, что жить ему осталось недолго и надо любой ценой донести важную секретную информацию, он не будет болтать о пустяках.

Войдя в сеть, Ольга запустила поисковую систему со словом "Афродита". Через мгновение на нее выплеснулся такой ворох информации, что тут было впору перебирать стог по соломинке, чтобы найти в нем иголку. Сеть предложила на выбор столько разных Афродит, что голова пошла кругом. Начиная от той, самой первой, которая родилась из морской пены, и заканчивая борделем с таким названием. Подобный подход не годился.

Пришлось звать на помощь Лемке.

— Эрих, мне нужна твоя помощь. Можно просеять эту гору информационного мусора и найти Афродиту, с которой произойдет какое — то событие через неделю? Начиная с того дня, когда произошло нападение на трассе?

— Конечно можно. Сейчас сделаем.

Очень скоро на экране компьютера Ольги остались только три вещи. Открытие через неделю нового казино "Афродита". Выступление через неделю эстрадного ансамбля "Афродита". И… прибытие в космопорт Шварц+вальда новейшего огромного пассажирского лайнера "Афродита", принадлежащего Земной Федерации и совершающего свой первый рейс Земля — Швейцария… Вряд ли смертельно раненого человека будут интересовать казино и эстрада. А вот прибытие лайнера с его родной планеты, да еще в первый раз, это более вероятно. Неужели загадка скрыта здесь? Но какая именно? Ольга усмехнулась.

— Все — таки, Мишенька, вы добились своего. Мне против своей воли все больше приходится заниматься делами сыщика и разведчика — нелегала. И самое смешное, что до сих пор у меня все получалось…

Дав задание Лемке собрать всю возможную информацию о лайнере, Ольга опять стала думать. То, что в деле замешана Мишина контора ясно, как божий день. За обычную дипломатическую почту не будут убивать столько людей, в том числе и своих, лишь бы не допустить утечки информации. И не полезут среди ночи в чужой дом с криминальными намерениями. Получается, информация на кассете как — то связана с "Афродитой". Но чем мог заинтересовать пассажирский лайнер столь серьезное ведомство, что оно начало планомерный отстрел всех, кто хоть как — то связан с этим делом? Между тем поступили первые материалы из службы связи. Наряду с огромным количеством информации рекламного характера, были также вещи сугубо технические, представляющие интерес для профессионалов. Вот с них Ольга и начала. По мере ознакомления она все больше убеждалась в том, что это настоящий шедевр. Великое творение человеческого разума. Ничего подобного до сих пор еще не создавалось. По своим техническим возможностям, размерам, комфортабельности этот лайнер, головной в серии, оставил далеко позади все, что было создано до этого. Построенный всего три месяца назад, он проходил испытательные полеты в пределах Солнечной системы перед тем, как принять первых пассажиров. Совершил также ряд пробных гиперпространственных переходов до Проксимы и обратно. И вот теперь выходит в свой первый рейс на галактические трассы. Что поделаешь, война войной, а бизнес бизнесом. Тем более, в опасные районы лайнер соваться не будет, а места входа и выхода из гиперпространства на начальном и конечном этапе маршрута патрулируются военными кораблями. В случае необходимости полет в трехмерном космосе до планеты и обратно будет проходить в составе конвоя с военными кораблями эскорта, прикрываемым также палубной авиацией. Технические аспекты ясны, но в чем же все — таки интерес госбезопасности? Дело либо в самом лайнере, либо в его пассажирах. Но тех, которые прилетят этим рейсом, или тех, которые собираются улететь? Тут тоже впору искать иголку в стоге сена. Лайнер может принять до пяти тысяч пассажиров и восьмисот членов экипажа.

Информация о списке пассажиров рейса и судовой роли экипажа считается конфиденциальной, но для Эриха Лемке и его помощников узнать это не составит труда, только вряд ли это что — нибудь даст. Пусть, конечно, покопаются и поищут интересные личности, засветившиеся где — нибудь до этого, но вероятность успеха крайне мала. У таких людей обычно имен больше, чем прожитых лет. Отдав соответствующие распоряжения Лемке, она покинула офис и поехала домой.

Машина с топтунами сразу же увязалась следом, но Ольга уже к этому привыкла. Было бы странно, если бы они исчезли. Сейчас противник пребывает в замешательстве. Две подряд провалившиеся ликвидации заставят задуматься кого угодно. Хотя, в последнем случае, могли списать все на то, что снайпер промахнулся. Ведь у него были две цели, а не одна. Хотя сам снайпер так не считает, и наверняка доложил, что обычный человек н е м о ж е т так реагировать на выстрел. Но скоро охота должна прекратиться. Франц и Гюнтер по ее приказу уже передали информацию, что Ольга Миллер неожиданно вынырнула из небытия, живет и здравствует, и оказалась тем самым единственным свидетелем. Для Гюнтера особых проблем не предвидится. В конце концов, он занят совершенно в другой области и вполне мог не знать, что Ольга вернулась до того самого момента, как она стала звездой криминальных новостей. А вот Францу не позавидуешь. По роду работы он должен был знать о ее чудесном воскрешении из мертвых, и как он будет выкручиваться — это его дело. В министерстве госбезопасности сначала обрадуются до умпомрачения, а потом дадут по рукам местной резидентуре приказав, чтобы ни один волос не упал с драгоценной головы Хризантемы. Во всяком случае, пока. А потом снова начнется планомерная осада, но гораздо более тонкая. Там уже поняли, что грубостью и запугиванием в отношении нее ничего не добьешься. Значит, в дело пойдет лесть и подкуп, так как разговоры об офицерском долге после всего, что случилось, будут выглядеть форменным издевательством. Вот и поглядим, друзья мои, во сколько вы меня оцените…

Второй вечер и вторая ночь прошли спокойно. А вот наутро Ольгу вновь одолело тревожное предчувствие. И что же вы, ребята, никак не угомонитесь. Ладно, подождем, что будет на этот раз. Надеюсь, из танков мое бунгало расстреливать не будете? А то тут один такой шустрый пообещал уже, что его разнесут по кирпичу…

Ждать долго не пришлось. Ольга только закончила разговаривать с Гюнтером, уточнив некоторые детали вчерашнего происшествия, как у ворот дома остановилась полицейская машина. Из нее вышли трое шкафообразных личностей — двое в полицейской форме и один в штатском и с уверенным видом направились в дом. Едва Ольга открыла дверь, как ее тут же оттеснили в сторону. Да-а, хорошим манерам вас, видно, не учили.

— Ольга Миллер? — обратился к ней тот, что был в штатском.

— Да, это я. Что вам угодно, господа?

— Инспектор Бергман. Собирайтесь, поедете с нами.

— А в чем дело? Что собственно случилось?

— И Вы еще спрашиваете? Вы задержаны по подозрению в соучастии в преступлении.

— Каком?!

— Убийства сотрудника посольства.

Ольга сразу же поняла, что "инспектор" лжет. Зверь рычал, но она держала его. Ну что же, ребята, вы сами напросились. Рискуете стать д о б ы ч е й…

— Интересно, кто же отдал такой приказ. Случайно, не комиссар Лехман?

— Вас это не касается.

— Даже очень касается. Он контролирует ход этого дела и я только что с ним разговаривала. Сейчас я ему перезвоню и все выясним. Думаю, это какое — то недоразумение.

Ольга направилась к видеофону, но один из них преградил дорогу.

— Назад! Следуйте за нами, если не хотите проблем!

— Хочу! — улыбнулась Ольга. Она уже давно все поняла. Зверь чувствовал страх и неуверенность. Добыча боялась долго оставаться здесь и торопилась поскорее уйти.

Один из полицейских подошел к Ольге и попытался схватить ее за руку. В ту же секунду он застыл, и колено Ольги врезалось ему в пах. Удар был настолько сильный, что громила упал. Второй бросился на Ольгу, но она также парализовала его и нанесла сильный удар по шее. Второй "полицейский" рухнул на пол. Одновременно вырвала из его кобуры пистолет и направила на Бергмана.

— Стоять. Стреляю без предупреждения.

— Ах ты, курва! Ты что себе позволяешь?! Тебя же за нападение на полицейского лет на десять закроют!

— Все, закончил? Вы такие же полицейские, как я — дева Мария. Что прикажешь мне с вами делать? Могу сейчас уйти, предварительно пристрелив твоих подельников, вложив пистолет тебе в руку и оглушив. В таком виде тебя и найдет полиция. Могу пристрелить тебя с кем — нибудь, и вложить пистолет в руку третьему. Могу пристрелить всех вас из ваших пистолетов и представить все так, что вы перестреляли друг друга. Могу вызвать ребят из своей службы безопасности, и тогда вас никакая полиция не найдет. Сдавать вас полиции, да еще и всех троих, мне совершенно не хочется. Что тебе больше нравится? Инспектор молчал и бросал на Ольгу злобные взгляды. Сразу было видно, что он совершенно не предусмотрел такой вариант развития событий. Двое громил в форме застонали и стали подавать признаки жизни. Не спуская глаз с инспектора, Ольга нанесла каждому из них удар пистолетом в точку за ухом. Делать их д о б ы ч е й еще рано…

— Ну что же ты молчишь, мой дорогой друг? Требуй, чтобы я вызвала полицию. Говори, что это недоразумение. Что я приняла вас за бандитов по ошибке и сейчас все выяснится.

Что вы просто погорячились и приносите свои извинения… Ты что, язык проглотил?

Инспектор молчал. Ольга выждала немного, и вызвала своего начальника службы безопасности по видеофону.

— Макс, это я. Бери дежурную группу и ко мне домой. У меня тут опять г о с т и.

— Они хорошо себя ведут?

— У ж е хорошо.

— Ждите, сейчас будем.

Ольга отключила связь и с усмешкой посмотрела на лже — инспектора. Зверь прекрасно чувствовал животный страх добычи. По всему было видно, что встречи с полицией господин Бергман боялся гораздо меньше.

— Вот так, дорогой друг. Не будем впутывать в наши отношения полицию, у нее и так работы хватает. Сейчас приедут мои мальчики, и мы все вместе спустимся в подвал и там побеседуем. Думаю, ты можешь рассказать нам много интересного.

— Послушай, Миллер, давай договоримся…

— Вон ты как запел? А это, мой дорогой, смотря, что у тебя есть предложить. Если начнешь парить мне мозги, что пришли с банальной целью ограбления, или похищения с целью выкупа, то не трать зря время. Это мне не интересно. Также не вздумай предлагать мне деньги. Я могу купить тебя со всеми потрохами.

— Неужели ты не хочешь узнать, зачем мы пришли?

— А я это и так узнаю. Сейчас приедут мои ребятки, отволокут вас в подвал, вколю вам по очереди психотропный препарат и вы сами все выложите. Часов пять вы после этого еще протянете. Судя по вашей комплекции, возможно, даже все шесть. А там стемнеет, и яхтенная гавань рядом. Океан большой, и рыбам тоже надо что — то есть. Неужели ты думал, что можно безнаказанно вломиться в мой дом и поднять на меня руку?

Бергман покрылся потом и попытался достать оружие, но тут же застыл под направленым на него пистолетом.

— Давай, доставай. Дашь мне прекрасный повод для самообороны от напавших грабителей.

Причем, прямо у меня в доме. У меня просто руки чешутся наделать в тебе дырок. А стрелять я умею, поверь мне на слово. Убивать сразу не буду — прострелю руки… для начала.

А теперь ответь — есть ли хоть одна причина оставить тебя живым и нормальным, а не делать живым трупом, чтобы ты все рассказал?

— Господи, кто ты есть на самом деле?!

— Я — Ольга Миллер. Больше тебе знать не надо. Ты не ответил на мой вопрос.

"Инспектор" не успел ответить, как в дверь влетела вызванная дежурная группа во главе с Максом. Мгновенно оценив обстановку, они завернули руки "инспектору", обыскали и надели наручники.

— Мадам, с Вами все в порядке, мы не опоздали? А это кто — ряженые?

— Они самые. Думали взять меня на испуг. Берите этих двух человекообразных и волоките в подвал. Спеленайте их там, как следует и сторожите. Если буянить начнут, можете побуцкать, но чтоб живые остались…пока. А там посмотрим. Ну а Вы, господин Бергман, или как Вас там на самом деле, своими ножками потопаете, или Вас тоже отнести?

— Послушай, Миллер, не пори горячку. Сам вижу, что слишком высоко замахнулся и влип.

Есть у меня информация, которая тебя заинтересует.

— Ну, давай, выкладывай с самого начала. А я уже определю — заинтересует, или нет. Только не пытайся врать. Если хоть раз соврешь — подвал тебя ждет.

— Хорошо. Обратился ко мне вчера человек, на которого я уже давно работаю. Велел похитить тебя и привезти к нему. Он же и подсказал представить все, как задержание полицией. Ведь ты рядом с тем мужиком из посольства была, когда его грохнули. Вот и можно сказать, что тебя подозревают в соучастии, чтобы у тебя сразу душа в пятки ушла, и ты особо не кочевряжилась. Кто же знал, что ты такая резвая. И как ты нас расколола?

— Да у твоих друзей на лбу все их статьи уголовного кодекса написаны. Ты один из всей вашей компании более — менее на человека похож. Разве не так?

— Так…

— А сам кто будешь?

— Иоахим Бергман, капрал транспортной полиции.

— Стало быть — машина твоя, служебная?

— Да.

— А это что за ряженые гоблины с тобой?

— Мои старые знакомые. Проворачивали с ними кое — что по мелочи…

— Кражи машин, а ты прикрывал?

— Слушай, ты что — мысли читаешь?!

— Просто вашего брата — уголовника хорошо знаю. И хорошо знаю, на каком языке лучше всего с вами разговаривать. Давай, капрал, колись. Как на исповеди у попа. Все с самого начала, а потом посмотрим, что с вами делать.

— Позвонил мне вчера один мужик, которому я время от времени различные услуги оказываю не совсем законные. Разумеется, не за спасибо. Сказал, что у него важное дело и надо встретиться. Вот при встрече он и рассказал, что ты ему позарез нужна. Неплохие деньги пообещал. Он же и посоветовал еще кого — нибудь взять и в форму одеть, чтобы достовернее выглядело. После этого связаться с ним, и он скажет, куда тебя привезти.

— А что за мужик и сколько он тебе пообещал? И как ты с ним познакомился?

— Черт его знает, иностранец какой — то. Зовут Сулейман Дарьюш. Во всяком случае, в водительском удостоверении так написано. Вроде бы из иностранного торгового представительства, или чего — то похожего. Тормознул я его полгода назад за нарушение правил.

Больше конечно придрался, случай был очень спорный. Но он права качать не стал, а сразу предложил решить вопрос полюбовно и взаимовыгодно. Кто же откажется? А он после этого и говорит, дескать, друг ты мой Иоахим, не надоело ли тебе мелочь на дороге собирать? Хочешь настоящие деньги? Ему как раз помощник из транспортной полиции нужен. Пробить там кого по базе данных, узнать, где конкретная машина находится и тому подобное. И хорошие деньги предложил — две тысячи в месяц. Четыре моих оклада. И ведь риска никакого. Я и согласился. Выполнял время от времени его заказы, а деньги он исправно платил. Вот и вчера работенку предложил. Сказал, что как только тебя с рук на руки передам, получу пять тысяч. Все вроде продумали. Кто же знал, что ты не сама по себе, да и руками — ногами неплохо махать умеешь. Если бы знал — ни за что не согласился…

Ольга призадумалась, взвешивая все за и против. С одной стороны, можно сделать неплохой подарок Гюнтеру, преподнеся ему этих трех горе — похитителей, на которых, скорее всего, еще много чего висит. Одновременно дело получит большую огласку, что единственным свидетелем нападения на трассе кто — то упорно интересуется. А такая реклама этому "кто — то" совершенно ни к чему и он будет вынужден либо на время затаиться, либо сменить тактику. Но только она при этом ни на миллиметр не приблизится к разгадке тайны. С этим неизвестным Сулейманом тоже много неясного. Не факт, что это его настоящее имя, да и предъявить ему официально ничего нельзя, он от всего будет отпираться.

Ведь у следствия не будет ничего, кроме голословного обвинения продажного полицеского капрала, к тому же пойманного с поличным на месте преступления. А этот Сулеманн Дарьюш — всеми уважаемый честный человек, не замеченный ни в чем противозконном и он искренне возмущен, что кто — то захотел прикрыться его честным именем!

Ситуация обычная. Сколько подобных дел разваливалось на самой начальной стадии.

А с этим капралом и его подельниками запросто может произойти несчастный случай.

Или они могут предпринять попытку побега, но охрана будет начеку. Да мало ли что.

Хороший свидетель… Зато господин Дарьюш, или те, кто стоит за ним, будут знать, что с Ольгой Миллер надо держать ухо востро. А ей это совершенно не нужно…

А вот с другой стороны — можно через капрала выйти сразу на этого Сулеймана и прощупать его. Ведь он пока не знает, что его операция провалилась. Вот и сыграем на этом.

Прихватим с собой господина "инспектора" и поедем в гости к господину Дарьюшу.

А эти два ряженых орангутанга пока под замком посидят…

— Верю, капрал. Поэтому, сейчас сделаем так. Твои друзья пока у меня в подвале посидят.

Для их же безопасности, целее будут. А мы с тобой отправимся в гости к твоему заказчику Сулейману. Он твоих подельников в лицо знает?

— Нет.

— Вот и отлично. Звони сейчас ему и говори, что вы меня взяли. И без фокусов, капрал.

Если будешь хорошо себя вести, и все сойдет удачно, отпущу вас всех на все четыре стороны… на первый раз. Мне лишние трупы тоже не нужны. Но если начнешь вести свою игру — не обессудь. На войне — как на войне. Как и обещала, никто вас не найдет.

Согласен?

— А куда мне деваться…

С Бергмана сняли наручники и дали коммуникатор. Когда он набрал номер, ответили сразу. Очевидно, на другом конце линии с нетерпением ждали звонка.

— Алло, Сулейман, это я. Все в порядке, взяли…

Какое — то время он слушал молча. Таинственный Сулейман давал инструкции, что делать дальше. Наконец связь отключилась, и Бергман глянул на Ольгу.

— Требует доставить тебя сейчас в район рыбного порта. Восемнадцатый склад.

— Значит, доставишь. Собираемся и едем. Вы уже встречались там? Место довольно глухое, как раз для проворачивания темных дел.

— Нет, никогда там не были. Всегда встречались в городе.

— Ладно, будем смотреть по обстановке.

Дав инструкции своим ребятам, решила взять с собой опять Макса и Вернера, как уже знакомых с ее способностями. Посвящать большее количество людей не хочется. Велела им вытряхнуть бандитов из полицейских мундиров и переодеться. Заодно прихватила трофейное оружие "полицейского". Неизвестно, что на нем еще висит. Что — то подскзывало, что этот ствол понадобится. А потом и выкинуть не жалко. Все равно не свой… И вообще, есть большие сомнения, что капрал получит свои обещанные пять тысяч…

Глава 7

По мере приближения к порту тревога все больше овладевала Ольгой. Значит, там уже готова встреча. И капрал Бергман никто иной, как с в и д е т е л ь… Также, как и его поделники. А хороший свидетель…

— Да-а-а, кися… Теперь наш ход. На твою долю подонков хватит… Бергману ничего говрить пока не будем, а то еще заартачится и не захочет ехать. Пусть тешит себя надеждой на скорое получение пяти тысяч и возможность соскочить с этого дела…

Машина въехала на территорию порта и начала петлять между складами. Если бы кто — то замыслил совершить преступление, место подходило идеально. На окраине города, но в то же время в его пределах, с огромным количеством непросматриваемых закоулков, куда редко кто заглядывал. Промысловые траулеры стояли возле причальной стенки, а в сотне метров начинались настоящие каменные джунгли. Попетляв, нашли восемнадцатый склад, забитый тарой. Ворота были открыты, и машина въехала внутрь. Ольга активизировала все органы чувств зверя. Он прекрасно чувствовал опасность и глухо рычал. В нос ударил резкий запах д о б ы ч и, приближающейся из — за угла. Добыча напряжена и находится настороже, но не сомневается в успехе, считая себя охотником, а не дичью…

Их двое. Мужчина и женщина. Больше поблизости никого. Все тот же запах готовности к атаке, но запаха страха нет. Запах нагретого металла и смазки. Запах свежеотпечатанных денег. Запах косметики. Еще какой — то ни на что не похожий, незнакомый синтетический запах. Добыча не прячется, считая себя хозяином положения. Вот они выходят из — за штабеля пустых ящиков и направляются прямо к машине…

— Все, друг мой Иоахим. Идем, встречаем гостей. А вы, ребята, вытаскивайте меня из машины наружу. Я буду качать права, так что цыкните на меня и тащите за шкирку.

Бергман вышел из машины. Макс открыл дверь и предложил Ольге выйти. Она тут же закатила истерику, требуя адвоката и спрашивая, для чего ее сюда привезли. Макс не стал особо церемониться, и выволок ее из машины.

— Будет тебе сейчас адвокат, и не один. Как мужика завалить, так адвокат не нужен, а теперь вдруг потребовался. Давай, топай ножками. Сейчас следственный эксперимент проведем. Будешь брыкаться, применю силу, как при неподчинении властям.

Между тем двое неизвестных подошли ближе, и Ольга их как следует рассмотрела. Мужчина лет пятидесяти и девушка лет двадцати пяти, или чуть старше. Мужчина производит впечатление человека, больше работающего своей головой, а не руками, хотя на увальня и не похож. А вот девушка… Роскошная блондинка, знающая себе цену. Цепкий настороженный взгляд и тренированное тело, готовое в любой момент совершить бросок, как сжатая пружина. И ее запах…Запах хищника, готового атаковать. Ее организм в состоянии повышенной боеготовности и только ждет сигнала. Но страха в его обычном понимании нет. Есть напряжение и готовность. Готовность п р о ф е с с и о н а л а…

— Добрый день, Сулейман! Вот — госпожа Миллер собственной персоной, прошу любить и жаловать. Правда, не хотела ехать, все требовала адвоката.

— Добрый день, мой дорогой друг Иоахим! Если бы ты знал, как ты меня выручил. Все прошло нормально? А это твои друзья?

— Они самые. Правда, госпожа Миллер вела себя очень нервно. Я все сделал, как договаривались. Деньги у тебя с собой?

— Конечно, конечно, мой друг! Ирма, расплатись.

Девушка раскрыла сумочку и достала пачку банкнот, протянув ее Бергману. Он взял ее и начал засовывать в карман. Рука девушки вернулась к раскрытой сумочке, чтобы ее закрыть… Д о б ы ч а готова к прыжку. Она по прежнему считает себя охотником и не подозревает, что охотник — не она. Рука ныряет в сумочку… Импульс из мозга долго идет по нервным стволам. Наконец доходит, и рука начинает выполнять команду. Адреналин выплескивается в кровь, усиливая и без того сильный запах, способный предупредить на огромном расстоянии. Все — таки человек — это слабое существо, утратившее многое из своих качеств в процессе эволюции… И когда он оказывается один на один с т а к и м противником, то у него нет шансов…

Рука ныряет в сумочку и неожиданно извлекает из нее пистолет с глушителем. Ствол тут же направляется в лоб Бергману и палец на спусковом крючке ждет команды мозга…

Но команды нет. Реакция зверя несравнима с реакцией человека…

Зверь лязгает клыками, и тело девушки с лицом, перекошенным от боли и остановившися сердцем, медленно оседает на бетонный пол. "Удар молнии" — не пистолет. У него не бывает осечек…

Все произошедшее заняло меньше секунды, и никто ничего не успел понять. Бергман растерянно хлопал глазами и смотрел на лежавшее перед ним тело. Сулейман тоже ничего не понимал, но инстинктивно потянулся к карману где, судя по запаху, лежало оружие.

Он тоже был п р о ф е с с и о н а л и почувствовал, что ситуация вышла из под контроля.

Макс и Вернер знающие, ч т о должно произойти, тоже схватились за оружие. Но оружие не потребовалось. Господин Дарьюш застыл с глазами, остекленевшими от ужаса. "Взгляд змеи" пригвоздил его к полу.

— Вот так, мой дорогой капрал. Если бы не я, никогда тебе не стать сержантом. Мавр сделал свое дело, мавр может уходить… Слышал такую поговорку? Она как раз про тебя и твоих друзей. Вы сделали свою работу и стали опасными с в и д е т е л я м и. А как поступают с опасными свидетелями? Вот то — то… Я предвидела это, но не стала говорить, чтобы твое поведение было естественным. А теперь давай поговорим с твоим дорогим другом Сулейманом…

Между тем Макс и Вернер не теряли даром время и провели тщательный обыск господина Дарьюша, предварительно надев на него наручники. Никакого сопротивления он оказать не мог и стоял застыв, как статуя, чем немало напугал Бергмана. В карманах господина Дарьюша помимо документов на это имя нашелся обычный джентльменский набор из пистолета, запасных магазинов, портативной рации и прочих предметов первой необходимости. Все это было обыденно и не привлекло внимания Ольги. Ее взгляд задержался на пластиковой капсуле черного цвета. Она напрягла обоняние зверя и поняла, что этот незнакомый и непонятный запах исходит от нее. Взяв в руки маленький кусочек пластика, начала внимательно рассматривать. Открытие неприятно поразило. Перед ней был "Стикс".

Психотропный препарат последнего поколения, с трудно произносимым научным назвнием, и получивший для удобства название реки в царстве мертвых из греческой мифолгии. Вещь на много более сложная и дорогая, чем старый добрый "жасмин". Никогда еще он не попадал в руки Ольги. И то, что он оказался у господина Дарьюша, говорило о многом. "Жасмин" разрешен конвенцией при проведении антитеррористических операций в мирное время. Террористы не попадают под защиту конвенции. Это преступники, а не солдаты. И не ставится цель скрытности применения. Его следы остаются в организме и легко обнаруживаются при исследовании. Скрыть их невозможно, да и незачем.

"Стикс" же, при аналогичном характере воздействия, хотя и в течение меньшего времени — около часа, полностью распадается в организме на составляющие уже через пару часов и не может быть обнаружен никакими способами. Предварительно отправив свою жертву на тот свет, так как тоже является медленно действующим ядом. Иными словами, это не средство из арсенала бойца антитеррористического спецподразделения. Это рабочий инстрмент рыцарей плаща и кинжала…

Если "жасмин" за большие деньги еще можно достать, то о "Стиксе" нет и речи. А это значит, уважаемый господин Дарьюш, что к торговому представительству Вы имеете отношение весьма, и весьма относительное… Ольга усмехнулась, и вернула пленника в нормальное состояние.

— Итак, уважаемый Сулейман, зачем я Вам понадобилась? И зачем же Вы пытались отплатить своему другу черной неблагодарностью? Он доставил меня к Вам, как вы договаривались, а Вы… Нехорошо. И где Вас только таким манерам учили?

— Ах ты, чурка…!!! Да я тебя сейчас прямо здесь в бетон закопаю!!! — до Бергмана только сейчас дошло, что его собирались убрать, и он бросился на Дарьюша, но Ольга удержала его.

— Обожди, капрал. Если ты его сейчас в бетон закопаешь, то мы никогда не узнаем, зачем же он хотел это сделать.

— Да я сейчас всю душу из этой гниды вытряхну!

!! — Вот именно. Душу вытряхнешь, а он ничего не скажет. Предоставь это дело мне. Поверь, у меня это лучше получится. А сам стой, смотри и слушай. Итак, господин Дарьюш, Вы решили хранить обет молчания?

Пленник с суеверным страхом смотрел на Ольгу. То, что произошло, не укладывалось в его материалистическом сознании. Наконец он разлепил губы.

— Кто Вы?!

— Я — Ольга Миллер, встречи с которой Вы так настойчиво искали. А Вы кто?

— Кто Вы есть на самом деле?! Как Вам это удалось?!

— Я — Ольга Миллер. Больше Вам знать не надо. И не кажется ли Вам, милейший, что у меня больше оснований задавать Вам вопросы?

— Что Вы от меня хотите?

— Хороший вопрос! Вы нанимаете уголовников, чтобы меня похитили и доставили к Вам и еще спрашиваете, что я хочу?! Правду, уважаемый! Для начала — кто Вы такой?

— Сулейман Дарьюш, исполнительный директор здешнего представительства торговой корпорации "Алмаз". Мы имеем представительства на многих планетах. Торговля широким ассортиментом товаров.

— И чем же заинтересовала вашу корпорацию моя скромная персона, что Вы решили убрать всех свидетелей Вашего интереса?

— Ваша контрабандная деятельность вредит интересам нашей корпорации. Не будете же Вы утверждать, что не имеете к ней никакого отношения. Ведь мы деловые люди, зачем нам скрывать это друг от друга. Я не таможня и не прокуратура. Вот и хотели припугнуть Вас, чтобы легче было договориться. Возможно, если бы мы нашли точки соприкосновения, то наше сотрудничество стало бы взаимовыгодным…

Неожиданно прозвучал сигнал вызова коммуникатора Дарьюша. Ольга взяла его в руки и не решалась ответить на вызов. Если дать его Сулейману, то кто знает, какой условный сигнал тревоги у них принят. Подождав некоторое время и не получив ответа на вызов, неизвестный абонент отключился. Посмотрев список входящих и исходящих вызовов, Ольга уже хотела продолжить разговор с Сулейманом, как вдруг пришел сигнал голосовой почты от последнего звонившего абонента. Включив запись, она стала слушать, но ничего не поняла — сообщение было на незнакомом языке. Скорее из любопытства Ольга решила дослушать сообщение до конца, а потом попросить Сулеймана перевести, чтобы поймать его на очередной лжи. То, что он лжет, у нее не было сомнений. Она это прекрано чувствовала, но хотела создать в своем оппоненте ощущение, что ему верят и ему удется водить всех за нос. Посмотрим, что он наболтает, а дальше будет видно, что с ним делать. Как вдруг, среди потока незнакомых фраз, промелькнули очень знакомые слова — Ольга Шереметьева…

Дослушав сообщение до конца, она передала коммуникатор Сулейману и попросила перевести, раз уж у него есть желание найти точки соприкосновения и наладить взаимвыгодное сотрудничество. По мере выслушивания сообщения она внимательно наблюдала за ним и поняла, что не ошиблась в своих подозрениях. Когда Сулейман закончил слушать запись, он глянул на Ольгу уже совсем по другому, хотя всеми силами пытался это скрыть.

— Ну и что же Вам сообщили, мой дорогой друг?

— Это сообщение наших торговых партнеров. Прибытие партии оборудования для химического завода на следующей неделе.

— Уважаемый Сулейман, это про таких, как Вы, говорят — врет, и не краснеет. Я внимательно слушала ту ахинею, которую Вы пытались мне преподнести. Дело в том, что я знаю, когда мне врут. А даже если бы и не знала, то Вас с головой выдала одна вещь. Догадываетесь, какая?

— Простите, о чем Вы?

— Откуда у Вас "Стикс"?

— Какой Стикс?

— Вот этот — в черной капсуле?

— Но это образец лекарства, полученного нами недавно. Я хотел проконсультироваться у фармацевтов…

— Не нужно, мой друг! Я проконсультирую Вас лучше любого фармацевта, поскольку прекрасно знаю, что это такое. И д л я ч е г о это лекарство. И не только проконсультирую, но и продемонстрирую его действие… на Вас. Раз Вы упорно продолжаете держать меня за дуру…

Сулейман подпрыгнул и сделал отчаянную попытку выбежать из склада, не смотря на оружие в руках Макса и Вернера. Макс и Вернер тут же преградили ему дорогу. Сулейман сопротивлялся со скованными руками с яростью обреченного, и Ольга поняла, что он провоцирует ее людей на применение оружия. Усмехнувшись, она снова пригвоздила его к полу "взглядом змеи".

— Уф-ф-ф… Здоровый черт. А так сразу и не скажешь… — выдохнул Макс. Ольга подошла к лежавшему на полу Сулейману и глянула в застывшие глаза.

— Все, уважаемый Сулейман, или как Вас там на самом деле… Я пыталась поговорить по хорошему, но не получилось. И я не могу торчать здесь с Вами очень долго. Вы приготовили "Стикс" для меня? Отведайте его сами…

И отвернув защитный колпачок с черной капсулы, ввела содержимое в руку Дарьюша…

Удерживать его "взглядом змеи" больше не надо. Перед ней человек, которому осталось жить немногим более часа. Ему уже ничего не нужно и ему уже все равно… Ольга пристально смотрела в глаза, в которых уже погасла искра Жизни…

— Ваше настоящее имя и настоящее место работы. Отвечайте четко и конкретно.

— Сулейман Аль-Хайят. Полковник разведывательного управления Генерального штаба вооруженных сил республики Лукхор. Здесь работаю под прикрытием торговой организации нашей страны, как исполнительный директор.

— С какой целью Вы пытались похитить меня?

— Я получил распоряжение любыми путями узнать, не сообщил ли что — нибудь Вам перед смертью погибший сотрудник МИДа Земной Федерации Юрий Мелешин. А также выяснить местонахождение компьютерной кассеты, перевозимой им и постараться добыть ее.

— Мелешин — ваш агент?

— Не знаю.

— Что это за девушка была вместе с Вами?

— Капитан Ирма Веспе. Ликвидатор из моей группы.

— Вам известно содержание информации на этой кассете?

— Нет.

— Кому Вы должны передать кассету?

— Послезавтра должен прибыть человек на встречу со мной. Ему я должен передать всю полученную информацию.

— Вы знаете, кто это будет?

— Нет.

— Каков порядок связи у вас?

— Он сам позвонит мне и назначит встречу.

— Вам известно, кто уничтожил кортеж машин с дипломатами, и с какой целью?

— Нет.

— Что Вам известно о пассажирском лайнере "Афродита"? Получали ли Вы какие — либо указания насчет него?

— Да. Мне было приказано собрать наиболее полную информацию о лайнере после его прилета. Сейчас мне известны только материалы, взятые из сети и открытые для свобоного доступа. В основном, это информация рекламного характера.

— Для чего это нужно? Чем заинтересовал пассажирский лайнер вашу службу?

— Не знаю.

— Вы знаете, кто и с какой целью ликвидировал полковника Матье?

— Нет.

— Вы не связаны ни с кем из посольства Земной Федерации? Там есть ваши агенты?

— Нет. Мы неоднократно пытались найти там нужных людей, но безуспешно.

— Кто — нибудь из Вашей группы знает о нашей встрече?

— Нет.

— Каковы были Ваши дальнейшие планы после моей доставки сюда?

— Бергман и двое его людей должны были быть ликвидированы на месте. Вас собирались допросить с применением препарата "Стикс" и имитировать несчастный случай за городом.

— Что только что было получено Вами по голосовой почте?

— Пришло сообщение от нашего сотрудника из службы связи в нашем посольстве с приоритетом крайней важности и срочности. Вас идентифицировали по фото из новостей, как капитана второго ранга Ольгу Шереметьеву, совершившую побег из заключения, и угнашую трофейный штурмовик. Сообщили, что это Вы знаменитый пилот — истребитель федералов — Ведьма с "Летающей ведьмы". Приказали немедленно прекратить операцию, держаться от Вас подальше и ждать дальнейших инструкций.

— Для чего Вам нужно было ликвидировать Бергмана и его людей? Они не нужны Вам больше?

— Да. Бергман был задействован, как не представляющий особой ценности агент, служащий для выполнения разовой акции, и подлежащий обязательной ликвидации в целях соблюдения секретности. Его же люди — это вообще обычные уголовники, не представляющие никакой ценности в агентурных целях. И к тому же — практически неуправляемые…

Ольга задала еще ряд вопросов, воссоздав для себя общую картину. Но она так и не смогла приблизиться к разгадке тайны кассеты, продолжающей собирать дань человеческими жизнями. Уж очень многим она нужна. Так нужна, что не останавливаются ни перед чем.

Что же такого важного находится в этом маленьком кусочке металла и пластика? Сулейман этого тоже не знает и теперь он — отработанный материал. Еще одна ниточка оборвана. Противник уже знает о ней и, получив информацию о гибели своих людей, сделает правильные выводы. Что ж, Ведьма, тебе не удалось убежать от войны. Она вновь настигла тебя… Усмехнувшись, Ольга глянула на Бергмана, стоявшего с отвисшей челюстью.

— Вот так, капрал… Понял теперь, кто ты есть? Не представляющий особой ценности агент, служащий для выполнения разовой акции, и подлежащий обязательной ликвидации по ее завершению. Внимательнее надо выбирать друзей… Что же мне с тобой делать, господин не особо ценный агент?

— Мадам, Вы — капитан второго ранга?! Пилот — истребитель?! Клянусь, я никому не скажу!

!! — Так ты сейчас по другому и не скажешь… Кстати, ты не ответил на мой вопрос. Какая мне от тебя польза… Сейчас я не капитан второго ранга, а как ты слышал, беглый престпник и контрабандист. И у меня несколько иная шкала ценностей. Ладно, посмотрим… Может, на что и сгодишься… А теперь сделаем небольшую декорацию на месте нашего пикника. Капрал, бери эту белобрысую куклу, прислони к стене и держи ее. Ребята, помгите ему.

Макс с Вернером подняли тело Ирмы и прислонили к стене. Бергман придерживал его, стоя рядом и ничего не понимая. Ольга неожиданно достала "трофейный" пистолет и выстрелила Ирме в лоб. Бергман в ужасе отпрянул. После этого подобрала пистолет Ирмы, велела поднять также Сулеймана и выстрелила ему в область аорты. Вытерла отпечатки пальцев с пистолетов, и вложила им в руки.

— Вот так оно лучше будет… Начальник и подчиненная что — то не поделили, и перестреляли друг друга… Хоть довольно грубо, но для закрытия дела сойдет. Старина Гюнтер пусть постарается… Все, парни, сматываемся.

Бергман и Вернер отправились к машине. Макс чуть задержался и тихо спросил:

— А с этим легавым что делать? Продал их, продаст и нас.

— Знаю. Сейчас приедем ко мне домой, заставите его с подельниками выдуть стакана по три водки. После этого я их всех отключу и заблокирую память о двух последних днях. Они при всем желании ничего и никогда не вспомнят. Затем слегка набьете им морды, и выкинете где — нибудь на окраине города. Нам лишние трупы не нужны. Если вдруг этот взяточник понадобится, то всегда его найдем.

— Мадам!!! Вы, правда, не дьявол?!

— Нет, Макс, я не дьявол. Я — ведьма. Ведьма, нарушившая Запрет…

Глава 8

Ольга сидела в офисе и внимательно изучала материалы по "Афродите", которые удалось раздобыть команде Лемке. Одновременно прокручивала в уме снова и снова то, что произошло за столь короткий промежуток времени. Всего то несколько дней прошло с момента злосчастной поездки в космопорт, а событий на целый год хватит…

Сейчас все хвосты подчищены. Бергман со своими коллегами — уголовниками надежно нейтрализован. Они ничего не смогут вспомнить даже под "жасмином" и "Стиксом".

Если только не найдется поблизости еще одна ведьма, которая сможет проникнуть в их подсознание и вытащить все на свет божий. Но это уже напоминает паранойю. Кто будет искать ведьму, чтобы допросить продажного полицейского и двух уголовников. Понадеются на психотропные препараты, а потом поздно будет. А то, что Бергманом заинтересуются коллеги "бизнесмена" Сулеймана Дарьюша, можно не сомневаться. Ольга уже проинструктировала Гюнтера Лехмана, чтобы он направил расследование двойного убийства на складе рыбного порта в нужную сторону. Тела Сулеймана и Ирмы были обнаружены в тот же день. Гюнтер заверил ее, что со стороны полиции проблем не возникнет. Им самим выгодно представить все так, что эти двое по неизвестным причинам застрелили друг друга. Очевидно, девушка стреляла первая из пистолета с глушителем и покушалась на жизнь всем известного бизнесмена Сулеймана Дарьюша. Но ранение хоть и было смертельно опасным — пробита аорта, но господин Дарьюш не потерял сознание сразу, а успел выстрелить, и попал своей убийце прямо в лоб, разворотив череп. После этого, очевидно, потерял сознание и быстро скончался от сильной потери крови. Отпечатки пальцев на оружии принадлежат пострадавшим, и нет сомнений, что стреляли именно они. Каждый из них успел сделать только по одному выстрелу, оказавшемуся смертельным. Следов присутствия других лиц на месте преступления не найдено и картина происшедшего ясна.

Неясны только мотивы убийства. Но тут возможно что — то личное. Таково мнение экпертов, оно все полицейские чины вполне устраивает и дело можно закрывать.

Но это совершенно не устроит к о л л е г господина "Дарьюша". Уж они то знают истинную причину появления этой парочки на складе, а теперь знают и объект их интереса.

И то, что этот объект — столь известная в определенных кругах Ведьма с "Летающей ведьмы", так долго отравлявшая им жизнь, есть пренеприятнейший сюрприз. Они то рассчитывали на дуру — бабу, с которой проблем не возникнет, вот и поторопились. Не провели, как следует, оценку объекта. А когда провели, тут же дали отбой, но было уже поздно.

Пробивная Ведьма опять обвела всех вокруг пальца и ликвидировала самих ликвидаторов.

И очень может быть, что перед этим вытряхнула из них интересующую информацию, так как капсулы со "Стиксом" на месте преступления не нашли, а после этого представила все так, как будто полковник с капитаном перестреляли друг друга. С Ведьмы станется…

Это значит, что, по крайней мере, в ближайшее время таких наглых и грубых наездов больше не будет. Там уже поняли, что Ведьма серьезный и крайне опасный оппонент. И если дальше действовать подобными бандитскими методами, то это просто продолжать устилать дорогу трупами по пути к ней. А потом от нее обратно, не солоно хлебавши…

Черт ее знает, эту проклятую Ведьму. Может и в самом деле ей нечистая сила помогает…

Утешает только одно — за все время она ни разу не сделала попытки им навредить. В свое время она вежливо отклонила предложение, сделанное генералом Кемалем. Отказалась перейти на сторону недавнего врага, не смотря на заманчивые перспективы. Но и никаких враждебных действий против них не предприняла. Дала понять, что для нее война закочена. Свои поступили с ней, как последние свиньи. Врагу она тоже служить не желает. Она нашла свою тихую гавань и хочет, чтобы ее оставили в покое…

Вот примерно так сейчас Сулейманово начальство и думает. А это значит, что единственный способ прояснить ситуацию — "тряхнуть" местную агентуру Сулеймана, с кем он работал. А поскольку в операции был задействован не представляющий особой ценности продажный полицейский капрал, подлежащий ликвидации после завершения акции, но непонятным образом уцелевший, надо бы его и расспросить, что же все — таки случилось.

Из всего этого следует, любезный друг Иоахим, что Вам предстоит роль наживки. Интересно, какая рыба на Вас клюнет. А то, что клюнет и очень скоро, нет никаких сомнений.

Что еще имеем? Кассету с неизвестной информацией, за которой гоняются разведки двух воюющих друг с другом государств, и которая с неизменным постоянством забирает человеческие жизни всех, кто хочет ее получить. Прямо какое — то кровожадное индейское божество, требующее человеческих жертвоприношений. А Вы, уважаемая Ведьма — жрица и хранительница алтаря этого божества, ритуал этих самых жертвоприношений выполнящая… Господи, какая только дурь после всего этого в голову не полезет…

Также непонятен взаимный интерес к пассажирскому лайнеру. Вернее, со стороны сепартистов как раз понятен. Корабль врага есть корабль врага, каков бы по назначению он не был. А вот чем он так интересует своих рыцарей плаща и кинжала? Непонятно…

Во всяком случае, пока против него сепаратисты ничего предпринимать не собираются, так как Сулейман получил приказ собрать о нем всю возможную информацию после прибытия. Значит, время еще есть. Мишины коллеги тоже не беспокоят. Аж странно…

Значит, пока займемся "рыбалкой". Посмотрим, что на господина Бергмана со товарищи клюнет…

— Мадам, к Вам посетитель. Господин Савицкий из посольства Земной Федерации, — голос секретаря неожиданно прервал Ольгины размышления. Ее аж передернуло. Накаркала, дура… Ни разу тут еще не было т а к и х посетителей. Ладно, послушаем, с чем пришел. Посылать к ней вот так ликвидатора после всего, что случилось, это надо быть полным идиотом. Да и зверь беспокойства не проявляет. Похоже, ребята решили сменить тактику. Ну что же, милости просим. "Афродиту" с экрана долой, и еще кое — что сделаем…

— Хорошо, Марта, пусть войдет.

Дверь открылась, и Ольга удивленно подняла брови. В кабинет вошел мужчина лет пятидесяти в парадном мундире вице — адмирала Военно — Космического Флота…

— Здравствуйте, Ольга Александровна, — обратился вошедший на чистом русском языке.

— Здравствуйте, господин вице — адмирал, — ответила Ольга также на русском, даже не пытаясь скрыть удивление.

— Разрешите представиться — вице — адмирал Савицкий, военный атташе. Честь имею. Можно просто — Дмитрий Федорович. А Вы, насколько мне известно, Ольга Александрона Шереметьева?

— Увы, Дмитрий Федорович, Вас ввели в заблуждение. Я Ольга Миллер, а не Шереметьева.

— Ольга Александровна, здесь Вы можете называться кем угодно. Но я то знаю, что передо мной капитан второго ранга Ольга Шереметьева, знаменитая Ведьма с "Летающей ведьмы". Много слышал о Вас, но вот так вижу впервые.

— Простите, Дмитрий Федорович, но Вы меня с кем — то путаете. Не имею чести знать особу, о которой Вы говорите.

— Ладно, Ольга Александровна, раз Вы так упорствуете, оставим этот вопрос. У меня к Вам серьезное дело и я надеюсь на Вашу помощь.

— Разумеется. Все, что в моих силах. Чем же транспортная компания "Экспресс шиппинг" может помочь Военно — Космическому Флоту?

— Дело не в компании, Ольга Александровна. Дело лично в Вас. Кстати, простите, забыл поздравить Вас с рождением дочери.

— Благодарю. Так что же Вас интересует?

— Ольга Александровна, начну сразу с хороших новостей. Решение военного трибунала в отношении Вас отменено, и обвинение в шпионаже с Вас снято. Вам возвращен чин капитана второго ранга и все награды.

— Это, насколько я понимаю, Вы считаете хорошими новостями. Значит, есть и плохие?

— Вы так спокойно отнеслись к этому?

— А на что Вы рассчитывали? Что я упаду Вам в ноги? Не дождетесь. Но я думаю, Вы приехали не для того, чтобы сообщить только это.

— Да, Вы правы. Я возглавляю группу по расследованию инцидента с нашими дипломатами — Юрием Мелешиным и Надеждой Стаценко, погибшими в результате нападения несколько дней назад по дороге в город из космопорта. Также неожиданно добавилось еще одно ЧП — гибель начальника службы безопасности посольства — полковника Матье.

В обоих случаях Вы были единственным свидетелем, и нам хотелось бы уточнить ряд моментов.

— Но ведь я все рассказала полиции. Мне больше нечего добавить.

— Все это так, но местная полиция дает нам только ту информацию, которую сочтет нужной. А этого недостаточно для воссоздания всей картины в целом.

— Дмитрий Федорович, Вы говорите как следователь, а не адмирал.

— Что поделаешь, Ольга Александровна. Я уже давно на дипломатической работе и в качестве кого только не приходится выступать. Вот и хотелось бы получить информацию из первых рук, а не в дозированной форме.

— Но я действительно почти ничего не знаю. Когда я подъехала к месту нападения на кортеж, все было кончено. Две машины горели, а третья была сильно деформирована при падении с большой высоты. Водитель и женщина, находившиеся в ней, погибли. Еще одного мужчину — очевидно Юрия Мелешина, выбросило из машины, и он был еще жив. Но как приехала скорая, почти сразу умер.

— Он ничего не сказал Вам перед смертью?

— Нет, он был без сознания.

— Вы ничего не брали в машине, или у Мелешина?

— Нет, а что Вас интересует?

— Ольга Александровна, у нас есть все основания полагать, что Вы взяли компьютерную кассету, которую перевозил Юрий Мелешин. Эта кассета содержит важные секретные сведения. Пожалуйста, верните ее. Я не утверждаю, что Вы сделали это умышленно с целью навредить нам. Верните кассету, и инцидент будет исчерпан. В свою очередь я уполномочен предложить Вам вернуться на военную службу, если Вы этого захотите. Вы можете получить должность командира авиаэскадры, или командира авиагруппы авианосца на выбор. Но поскольку у Вас малолетняя дочь, можем предложить Вам должность в нашей военной миссии здесь же, в Шварцвальде.

— И в каком чине?

— Я же сказал, Вам вернули чин капитана второго ранга и все награды.

Ольга смеялась долго, вызвав непонятное удивление собеседника. Вдоволь насмеявшись, продолжила.

— Что же такого должно было случиться, Дмитрий Федорович, что вы пытаетесь меня купить? Где вы были, когда из меня сделали шпиона? Где вы были, когда нас травили уголовниками? Я не говорю за Вас лично, а за тех людей, чьи интересы Вы представляете.

Сначала в мой дом подсылают убийц с приказом забрать какую — то кассету, а потом убрать всех свидетелей. Не говорите, что Вы этого не знали. А когда затея провалилась, решили сменить тактику?

— Простите, Ольга Александровна, о чем Вы?!

— Дмитрий Федорович, не надо. Я прекрасно знаю, когда мне врут.

— Ладно, Ольга Александровна… Признаю, что это была самодеятельность полковника Матье. Он не знал, с кем связывается. У него был приказ любыми путями вернуть кассету. Если бы он знал, что это Вы…

— То разрешил бы своим цепным псам оставить живых свидетелей? Не кривите душой, Дмитрий Федорович. И это значит, что Ольгу Шереметьеву убивать нельзя, а простую местную обывательницу, оказавшуюся случайным свидетелем, можно?

— Ольга Александровна, давайте не будем полемизировать. Вы все прекрасно понимаете.

— Да, я все прекрасно понимаю. Вы здорово влипли с этой кассетой и пойдете на все, чтобы выкрутиться. С какой легкостью подвели меня под трибунал, с такой же легкостью и отменили его решение ради своей выгоды. И теперь пытаетесь меня элементарно купить.

Только что же Вы меня так дешево цените, Дмитрий Федорович? Вернули чин капитана второго ранга и думаете, что я буду лить слезы умиления? В прошлом году я встречалась с Вашим коллегой из стана врага — военным атташе Лукхора генерал — лейтенантом Амирханом Кемалем. Сепаратисты совершенно случайно вышли на меня. Так вот Кемаль преложил мне чин генерал — майора палубной авиации их космофлота. Сообщил также о том, что приказ о присвоении мне чина капитана первого ранга был уже подписан и если бы из меня спешным порядком не сделали шпиона, то я бы им непременно стала. Но я отказалась от столь заманчивого предложения. И теперь Вы хотите купить меня старыми погнами капитана второго ранга? А дать адмирала слабо?

— Ольга Александровна… Я не уполномочен давать такие обещания. Но я сообщу о Ваших условиях.

— Не нужно, Дмитрий Федорович. Вы пришли не по адресу. Капитана второго ранга Ольги Шереметьевой больше нет. Она ушла в небытие два года назад, когда с нее сорвали погоны. Нельзя войти в одну воду дважды. Так говорили древние. Сейчас перед Вами не Ольга Шереметьева, а Ольга Миллер. Особа крайне циничная, злопамятная, хитрая, расчетливая, жестокая и беспринципная. Это вы сделали меня такой. Но даже эта одиозная личность, которая пройдет по трупам с улыбкой на лице для достижения своих целей, не продается. Ни за чины, ни за должности. Так и передайте тем, кто Вас послал. Если у Вас все, то я Вас не задерживаю.

Адмирал был явно обескуражен и не ожидал подобного ответа. Какое — то время он молча смотрел на Ольгу, что — то обдумывая. Наконец решился.

— Хорошо. В таком случае, мое следующее предложение не Ольге Шереметьевой, а Ольге Миллер. Сколько Вы хотите за кассету? Такой подход к делу Вас устроит?

— Опять пытаетесь меня купить? Отвечаю. Во первых — не знаю, о какой кассете Вы говорите. А во вторых — у Вас столько денег не будет, сколько я стою.

— Ольга Александровна, а Вы не боитесь, что мы потребуем Вашей выдачи, как беглого преступника?

— Ну, наконец — то! А то я все ждала, когда же Вы начнете меня пугать. Дмитрий Федорвич, Вы даже не удосужились почитать местное законодательство перед тем, как идти ко мне. Швейцария не продлила договор об экстрадиции преступников и вышла из него за две недели до моего прибытия сюда. Я уже получила гражданство Швейцарии, и являюсь законопослушным гражданином этой страны, не занимающимся ничем противозаконным, и исправно платящим налоги со своего бизнеса. Единственное, что можно мне инкримнировать — это прибытие на планету по фальшивым документам. Но за это мне грозит в самом худшем случае штраф в сто тысяч франков. При моем обороте — это капля в море. И если вы затеете свою мышиную возню с выдачей, то я вызову газетчиков и телевизионщиков, и обнародую запись моего разговора с подполковником Швецом, когда он пришел по мою душу. Поверьте, там много интересного. Это же будет настоящая бомба!

Посольство Земной Федерации пытается ликвидировать единственного свидетеля! Значит, что — то тут нечисто! Уж не само ли посольство убрало своих людей, чтобы спровоцировать международный скандал с неизвестными целями? Обвинить меня в убийстве ваших мордоворотов тоже не получится. В записи этого нет, а местная полиция работает по принципу "Нет тела — нет дела". Им "висяки" совершенно не нужны, а тел вы никогда не найдете. Если не угомонитесь, могу добавить кое — что еще, о чем Вам знать пока не надо.

Если начнете охоту на Настю и наших детей, то устрою личную вендетту против всех вас, кто находится здесь. Поверьте, у меня это лучше получится, чем у ваших гоблинов.

— Так Вы у нас оказывается ниндзя, или какой — то супербоец суперспецназа?! — расхохотался адмирал.

— Нет. Я — ведьма, нарушившая Запрет. Если не знаете, что это такое, спросите у специалистов.

— У каких?! По детским сказкам?! — адмирал веселился от души.

— Можете у них, если других у вас нет.

— Ладно, Ольга Александровна. Я пришел с серьезным предложением, а Вы сводите все к клоунаде. Скоро пообещаете натравить на меня Бабу — Ягу и Кощея Бессмертного. Честно говоря, я ждал более серьезного и взвешенного разговора. Вы хоть понимаете, что играете с огнем? Вам пошли навстречу, закрыв глаза на прошлые грехи, и предлагают снова вернуться в строй, а Вы еще пытаетесь диктовать условия?

— Это какие же грехи? Те, что сфабриковал полковник Ковальский, чтобы подставить меня? Или убийство майора Асланова с уничтожением трех "Тайфунов"? Об этом Вы, кстати, ни слова не сказали. Получается, что если я соглашусь, то мне это простят? Или скажут, что это сделала не я? Или будут постоянно напоминать об этом, и держать на коротком поводке? Вы уж конкретизируйте, пожалуйста!

— Ольга Александровна, не в Вашем положении устраивать торг. Радуйтесь тому, что дают.

— Так я и не торгуюсь, Дмитрий Федорович. Я же сказала русским языком: если у Вас больше ничего ко мне нет — убирайтесь вон. Или припасли еще какие — нибудь страшилки? Вас плохо подготовили перед приходом ко мне, не рассказали очень многого, а то Вы бы так не веселились. Думали, что я куплюсь на это. Ну, да и бог с Вами. Рано, или поздно, все равно узнаете.

— Жаль, Ольга Александровна, что мы не нашли общий язык. На всякий случай, вот вам мои номера телефонов. Если передумаете, звоните. А сейчас прошу извинить, мне пора идти.

— Всего хорошего, Дмитрий Федорович!

Адмирал положил визитную карточку на стол и направился к выходу из кабинета. Глядя ему в спину, Ольга усмехнулась. Когда за визитером закрылась дверь, она позвонила Лемке.

— Эрих, ну как?

— Да, мадам. Три диктофона высокой чувствительности и два передатчика. Видно, ему надо было кровь из носу зафиксировать и передать ваш разговор. Но у него ничего не выйдет. Экранирование стен Вашего кабинета стопроцентное, а генераторы помех делают запись невозможной. Кроме сплошного треска он ничего не услышит.

Уточнив еще некоторые технические детали, Ольга отключилась. К чувству морального удовлетворения, что поставила зарвавшегося чинушу на место, примешивалась досада.

Как задешево попытались ее купить. Побоялись сразу предложить стать Хризантемой, чтобы она их не послала ко всем чертям. Видно, очень многое сейчас у них поставлено на карту, вот и решили не рисковать. Выбрали, как им казалось, пусть не такой перспективный, но зато беспроигрышный вариант. По поведению адмирала было видно, что возможность ее отказа не предусматривалась в принципе. А это значит, что ее хотят в ближайшее время нейтрализовать любым способом. Раз не получилось уничтожить физически, то теперь пытаются приручить, предложив опять заняться любимым делом, но при этом она будет скована рамками воинской дисциплины и не будет иметь той свободы действий, которую имеет в настоящий момент, как частное лицо, да еще и гражданин государства, на территории которого сейчас находится. И даже если она согласится на предложение Савицкого, то все время будет на крючке у военной прокуратуры. Убийство майора Аслнова будет висеть на ней, как гарантия ее "хорошего поведения". В случае необходимости ей это быстро припомнят. Уже ясно, что решение военного трибунала для этих людей — пустая формальность и им можно манипулировать по мере надобности и по своему усмотрению. И вдруг получается такой облом. Ольга Шереметьева не желает принимать барскую милость и опять идти в верноподданные холопы. Она окончательно стала Ольгой Миллер. Независимым вольным корсаром, не подчиняющимся никому и не признающим ничьих авторитетов. Который все делает по своему усмотрению и поступает так, как считает нужным. А это значит, что дальше с ней будут разговаривать уже как с Ольгой Миллер. И попытаются снова купить. А что можно предложить Ольге Миллер, перед чем она не сможет устоять, когда у нее все есть? Только деньги. Причем — большие деньги. Именно такая психология у этих "садовников" сейчас и сработает. Вот и сыграем на этом. Поторгуемся, потянем время. Очень многое говорит за то, что ваша гиперактивность связана со скорым прибытием "Афродиты". Знать бы только, зачем она вам. И до сих пор неясно, кто же расстрелял кортеж машин и что именно там искали. Уже понятно, что сепаратисты здесь не причем. Но тогда кто? Кому потребовалось завалить кучу народа из тяжелого оружия, а затем скрыться, ничего не взяв? Ведь если предположить, что целью нападения являлась эта проклятая кассета, то не найти ее было просто невозможно. Значит, целью была не кассета, а что — то другое? Больше напоминает обыкновенную вендетту между бандитскими кланами, когда убивают просто ради мести. Мести… А не здесь ли разгадка? Как говорил Шерлок Холмс? Всегда смотрите, кому это может быть в ы г о д н о… А кому это выгодно? В первую очередь, естественно, сепаратистам. Но они в этом участия не принимали, иначе Сулейман бы все знал. Если отбросить уж вообще бредовую версию о нападении самих сотрудников посольства, или своих спецслужб с неизвестными целями, то получается, что и некому. Какой здравомыслящий бандит будет нападать на дипломатов, если это кроме кучи неприятностей ничего не сулит? И настлько ли бредовая версия о нападении сотрудников посольства, если речь идет о мести? Вполне может быть, что кого — то из дипломатов хотели похитить с неизвестной целью, и представить все, как бандитское нападение. Но неожиданный маневр водителя второй машины, где ехали дипломаты, спутал все планы. И когда автомобиль был все — таки "остановлен", то похищать было уже некого. Нападавшие убедились в этом, и ушли, ничего не взяв. Такая версия вполне имеет право на существование…

— Мадам, к Вам посетитель. Господин Фельдман из посольства Земной Федерации.

Опаньки!!! Как быстро! Значит, дела у вас полный швах, дорогие друзья! Ну что же, милости просим! Каков купец на этот раз? Но сначала опять приготовимся…

— Эрих, ко мне опять гости из того же гадюшника.

— Все понял, мадам! Мы готовы!

На этот раз в кабинет вошел довольно молодой мужчина в штатском приятной наружности, источавший само дружелюбие.

— Здравствуйте, Ольга Александровна! Разрешите представиться — статский советник Оскар Яковлевич Фельдман, второй секретарь посольства, — доложил вошедший на руском с лучезарной улыбкой.

— Добрый день, Оскар Яковлевич! Чем обязана? Сегодня соотечественники решили нарушить мое одиночество? — Ольга улыбнулась своей обезоруживающей улыбкой и сверкнула глазами.

— Ольга Александровна, приношу Вам извинения за недавний визит этого солдафона. Представляю, что он Вам тут наболтал. Его плоско — военный юмор и манера поведения известны всем, но мы к этому уже привыкли. Куда же его денешь. Но Вам, человеку постороннему, это может быть неприятно. Поэтому, прошу Вас, не судите его слишком строго. Каков он есть — таков есть.

— Ну что Вы, Оскар Яковлевич. Если бы Вы знали, с какими человекоподобными организмами мне приходится общаться в процессе работы. Так что ваш адмирал — это далеко не худший вариант. Но я думаю, Вы пришли не только за тем, чтобы извиниться за его хамство?

— Разумеется, Ольга Александровна. У меня к Вам деловое предложение. Вы руководите преуспевающей транспортной компанией и нам бы хотелось заключить с Вами долгосрочный договор о сотрудничестве на самых выгодных для Вас условиях. Дело в том, что мы являемся в данный момент воюющим государством, и наши торговые суда не могут работать в космосе с той свободой действий, с какой работают Ваши, защищенные нейтральным флагом. А система конвоев — дело очень хлопотное и дорогостоящее. Вот нам и хотелось бы привлечь Вашу компанию к перевозкам грузов в интересах наших вооруженных сил. Этот солдафон ничего об этом не сказал? Хотел любыми путями заставить Вас опять надеть военный мундир? Чтобы опять все было ать — два? Вы были прекрасным пилотом — истребителем, настоящей легендой, вот наши вояки никак и не могут успокоиться. Все будут мечтать заполучить Вас назад. Но, между нами, Ольга Александровна, сколько можно? Вы служили верой и правдой и что в итоге получили? Хоть я и говорю крамольные вещи, но я понимаю Ваш поступок и не осуждаю. Более того — в подобной ситуации поступил бы точно также. Патриотизм хорош, пока из тебя не делают искусственно предателя ради непонятных целей. А уж тут — извините. Я не жертвенный баран и добровольно на алтарь не пойду. Вот и Вам не советую. Если только согласитесь, нет никакой гарантии, что все не начнется по новой. Это я свое личное мнение выражаю. Адмирал Вам будет петь совсем по другому. Поэтому, прошу Вас, не слушайте его сладкие речи. Сейчас вы гражданка другого государства и вояки при всем желании ничего не смогут Вам сделать. Вы согласны со мной?

— Да, Оскар Яковлевич. Честно говоря, думала, что будете тоже промывать мне мозги патриотическими речами, как адмирал, и рада, что ошиблась. Приятно встретить единомышленника. Но откуда Вы знаете подробности моей истории?

— Ольга Александровна, так это уже давно секрет полишинеля. Ведь мы имеем приватные контакты с дипломатическим корпусом врага. Стараемся прощупать друг друга, выведать чужие тайны, но что с их, что с нашей стороны дальше сбора местных сплетен дело не идет. Ваш же случай стоял особняком. Там все были просто поражены, как с Вами поступили и высказали нам свое мнение. Признаться, мне было стыдно за наших стратегов.

Но теперь, слава богу, для Вас война закончена. Как бы этот позолоченный фазан не пугал Вас требованием о выдаче, не волнуйтесь. Ничего этого не будет. Никто не станет поднимать шум, нашим воякам это не выгодно. Но поскольку Вы здесь уже твердо обосновались, мы заинтересованы в установлении деловых контактов с Вами. Что делать.

Война войной, а бизнес бизнесом. И лучше иметь дело с проверенным умным человеком, чем с неизвестной темной лошадкой…

Разговор продолжался почти час и касался чисто деловых вопросов. Ольга видела, что собеседник действительно неплохо разбирается в системе грузоперевозок и предлагаемые им условия действительно очень выгодны для "Экспресс шиппинг". И если это не будет мешать основной деятельности компании, работающей на "Экспедиционный корпус", так почему бы и нет? Лишние деньги еще никому не мешали. Но смутные сомнения все же настораживали. Кое в чем собеседник был неискренен. И напоследок сказал.

— А по поводу нашего адмирала, Ольга Александровна, он же у нас, простите, как банный лист. Все равно не отстанет, и будет действовать на нервы. Утверждает, что Вы взяли какую — то кассету. Не знаю, что на ней, но он рвет и мечет. Это грозит ему крупными неприятностями. Я ничего не говорил, а Вы ничего не слышали. Сделайте себе несколько копий, если она для Вас так важна, да отдайте ему эту несчастную кассету. Он ведь об этом все равно не узнает. А то уже всех вокруг себя достал. Можете содрать с него хорошую сумму, никуда не денется…

Когда за очередным посетителем закрылась дверь, Ольга улыбнулась. Вот ты, мил друг, и попался. Очень долго мне тут тень на плетень наводил, пока до сути дошел. По мнению Лемке, информация на кассете будет уничтожена при попытке копирования. А большего вам и не надо. И уже не важно, верну я вам кассету, или нет… Ладно, вернемся к нашим баранам.

— Эрих, как там наш очередной гость?

— Удивительно, мадам, но ничего нет. Пуст, как турецкий барабан. Абсолютно никакой электроники. Никаких попыток прослушки с улицы тоже не было.

— Хм-м-м… Быстро ребята учатся… Ну ладно, продолжайте работать. Если нароете еще что — нибудь по "Афродите", сразу пересылайте мне.

— Сделаем, мадам!

События разворачиваются стремительно и идут по нарастающей. И что — то подсказывает, что дело близится к развязке. Противник уже не прячется и не пытается действовать из — за угла, как раньше. Завтра прибывает "Афродита" и времени на закулисные игры больше нет. Вы, уважаемая Ведьма, очень сильно мешаете, и от Вас пытаются избавиться всеми силами. Причем, обе стороны. Редкостное совпадение интересов двух противоборствующих разведок. Знать бы, что за всем этим стоит. Если бы можно было исчезнуть на время, пока все не закончится. Ради бога, ребята, играйте в свои шпионские игры, я ими уже сыта по горло… Так в том то и дело, что это абсолютно ничего не даст. Она все равно будет оставаться с в и д е т е л е м… А это значит, что Вам, уважаемая Ведьма, придется принять самое активное участие в этом представлении. И похоже, в одной из главных ролей.

— Вот так, кися. Скоро наш выход. Чувствую, нас ждет славная охота. Охота, каких у нас еще не было…

Глава 9

Остаток дня больше не принес неожиданных сюрпризов. Ольга думала, не заявятся ли вслед за соотечественниками представители корпорации "Алмаз" набиваться в торговые партнеры, но до этого не дошло. Видно, ожегшись один раз, там решили работать по принципу "не будите спящую собаку". Ну и ладно… Лемке и его команде хакеров тоже ничего существенного по "Афродите" раздобыть больше не удалось, и Ольга собралась ехать домой. Но предчувствие чего — то важного не отпускало. В конце концов, решив, что по мобильной связи ее всегда найдут, собралась идти к машине, как вдруг пришло текстовое сообщение от неизвестного абонента. "Приезжайте сейчас туда, где мы встретились втроем, и Вы узнали, как с Вами подло поступили". Значит, предчувствие в который раз не обмануло. Очевидно, речь идет о приморском ресторанчике "Дары Нептуна", где они встречались с генералом Кемалем, и он рассказал им всю историю. Вот уж действительно, день, богатый на новости. Ладно, съездим в "Дары Нептуна". Ужинать то все равно где — то надо. Насти сейчас дома нет, а самой возиться на кухне… Бр-р-р-р!

!!Подрулив к ресторану и припарковав машину, Ольга мобилизовала все органы чувств зверя, но опасности не было. Войдя в зал, она огляделась, но никого из знакомых не увидела.

В это время ресторан был уже заполнен посетителями, но в дальнем углу нашелся свобоный столик. Быстро изучив меню и сделав заказ, Ольга украдкой осмотрела зал. Она чувствовала, что за ней наблюдают, но не с враждебными намерениями. Спустя несколько минут дверь открылась, и в зал вошел никто иной, как генерал Кемаль, собственной персоной. На этот раз он был в штатском. Оглядев зал, он сразу направился к Ольге.

— Добрый вечер, мадам! Надеюсь, сегодня делать вид, что поправляете платье, не будете?

Обратился он с хитрой улыбкой.

— Добрый вечер, уважаемый Амирхан! Можно мне Вас так называть, когда Вы не в мундире? А что же Вы от меня тогда хотели? Признайтесь, что специально надели мундир, чтобы проверить мою реакцию. Поздравляю, Вы меня сразу вычислили. Едва увидела Ваш мундир — сразу полезла за несуществующим пистолетом.

— Признаю, Ольга, признаю. Кстати, можно мне так Вас называть? Для начала разрешите поздравить Вас с рождением дочери. И что Вы благополучно выпутались из сложной ситуации. Скажу честно, сильно расстроился, когда пришло сообщение о Вашей гибели на Пандоре. Уж и не чаял увидеть Вас живой. А Вы, как птица Феникс, возрождаетесь из пепла. Но как Вам это удалось?

— Благодарю Вас, Амирхан. А то, что пришло сообщение о моей гибели, так я сама все подстроила. Специально подставила "Элеонору" под удар, и она была сбита ракетой.

Но только на борту у нее уже никого не было, и мы с сестрой находились на моем "Барсе". Кстати, хочу выразить признательность вашим конструкторам — они создали прекрасную машину, и я ее ни на что не променяю. А дальше эти бандюки были уверены в нашей гибели, чего я и добивалась. Нам надо было на какое — то время исчезнуть, чтобы родить в спокойной обстановке и переждать смутное время. А тут еще Ромочка Поланский перешел кому — то дорогу, и его убрали. Так что ситуация разрешилась наилучшим образом.

— Да-а-а, Ольга… Подозреваю, что Рома Поланский перешел дорогу Вам и убрали его не без Вашей подачи… Не хотел бы я иметь Вас среди своих врагов… Ну да это к делу не относится. Поверьте, я искренне рад, что Вы живы и все закончилось благополучно. Ваше бывшее начальство совершило фатальную ошибку, использовав Вас в качестве разменной монеты. Вы рождены настоящим стратегом. И поэтому хочу Вас предупредить. Вы, очевидно, удивились, получив мой вызов?

— Да, честно говоря, не ожидала.

— Так вот, Ольга. Я сегодня вернулся в Шварцвальд из поездки и узнал о происходящих здесь событиях. Ваши соотечественники ведут себя не лучшим образом. Им мало того, как они поступили с Вами на Амальтее, так они сейчас пытаются всеми силами натравить нас на Вас. Хотят убрать нашими руками. Вы им чем — то очень сильно мешаете. Причем, степень "натравливания", если так можно выразиться, переходит все мыслимые нормы.

Так что будьте предельно осторожны.

— Благодарю Вас, Амирхан. Но зачем Вы предупреждаете меня, своего врага? Не повредит ли это Вам?

— Во первых, Ольга, сейчас Вы уже не враг. Врагом Вы были, когда носили чужой мундир.

А во вторых, я считаю, что враг моего врага — мой друг. Не просто так вся эта возня. Чем то Вы очень сильно прогневали ваше бывшее начальство, что оно опустилось до такой низости. Да только они просчитались. Я солдат, а не бандит. К сожалению, меня не было в городе и я не смог остановить Сулеймана. Он действовал по своей инициативе. И Вы допустили ошибку, по которой сразу стало понятно, что сцена на складе срежиссирована Вами.

— Какую же, если не секрет?

— Сулейман — левша. А Вы вложили пистолет ему в правую руку. Полиция не обратила на это внимания и ухватилась за Вашу версию, но нам все сразу стало понятно. А то, что это были Вы, ни у кого не возникло сомнений. Ведьма с "Летающей ведьмы" перехитрила всех и здесь. Ей богу, Ольга, лучше иметь Вас среди своих друзей, а не врагов. Вы недаром заслужили свое прозвище, не в обиду Вам сказано.

— А здесь нет ничего обидного, Амирхан. Я и есть ведьма, если Вы не знали. Потомок древнего могущественного рода, противостоявшего несколько веков святой инквизиции.

— Иными словами хотите сказать, что Вы — колдунья?

— Нет. К колдовству это не имеет отношения. Ведьмы обладают паранормальными способностями и могут воздействовать на других людей. Сейчас это называется биоэнергетика.

Ничего сверхестественного. Ну, а насчет Сулеймана… Сам виноват. Не надо было поднимать на меня руку. Мог бы просто поговорить по душам, и отправиться восвояси. Передайте это своим людям. Если у них опять возникнет желание поговорить со мной.

— Ой, Ольга, сомневаюсь, что у кого — то возникнет. Особенно, в свете последней информации. Давайте лучше будем встречаться здесь, как друзья, а не враги, если вдруг опять возникнут какие — то вопросы.

— Я не против. Думаю, Вы уже давно заметили, что я не хочу войны между нами. Раз уж Вы все равно здесь, так давайте поужинаем вместе. Здесь прекрасная кухня и мы с сестрой тут частые завсегдатаи…

Ольга видела, что генерал говорит с ней совершенно искренне. Как бы то ни было, но ему тоже не хочется иметь у себя под боком такого грозного противника, непонятным образом расправляющегося со своими врагами. Возникающим из ниоткуда, и исчезающим в никуда. Так что лучше не портить с ней отношений. А чтобы не делать ее своим врагом, надо постараться сделать ее своим другом. Старый и проверенный временем политичекий прием, хорошо зарекомендовавший себя не одну тысячу лет и успешно применяшийся в течение всей истории человечества.

Что и говорить, вечер удался на славу. Ольга с Кемалем засиделись допоздна, воздав должное здешним чудесам кулинарии. Воды океана были очень богаты и щедро деллись невиданными деликатесами. В процессе трапезы удалось обсудить ряд щекотливых вопросов и сгладить острые углы. Ольга прекрасно понимала, что с ней идут на контакт и хотят наладить хорошие отношения отнюдь не из дружеских чувств. Просто никто не захочет иметь рядом потенциального противника, от которого можно ждать чего угодно в любой момент, и который обладает уникальными возможностями, позволяющими нансить внезапный разящий удар и также внезапно исчезать. Так не лучше ли попытаться наладить если не дружбу, то хотя бы гарантированный нейтралитет, выгодный для обеих сторон? Тем более, что сам потенциальный противник не против и ему тоже не доставляет удовольствия жизнь в окружении врагов. И если количество этих врагов можно уменшить, и сделать из них даже некоторое подобие друзей, то почему бы и нет? Под конец ужина, когда все интересующие вопросы были выяснены, и две высокие договаривающиеся стороны пришли к соглашению, что если опять возникнут непредвденные коллизии, то лучше они встретятся, как и сегодня, в этом ресторане и решат все мирным путем, а не будут устилать трупами местный пейзаж. Тем более, чьей стороне будут принадлежать трупы, и кто именно будет устилать, и так всем понятно.

Ольга ехала домой, прокручивая в уме все сегодняшние события. В принципе, все не так уж плохо, как казалось вчера. Противник четко обозначился. И к великому сожалению, ситуация повторяется, как и в прошлом году. Неприятности идут не от бывших врагов, а от своих. Оказывается, весь повышенный интерес к ней в данный момент со стороны разведки сепаратистов инспирирован своей охранкой. Хотя, какая она после всего, что случилось, своя… Хорошо, что Кемаль вернулся вовремя и надавал по рукам своим не в меру ретивым сотрудникам. Уж кому, а ему прекрасно известно, что с таким человеком, как Ольга, ссориться просто н е в ы г о д н о… И взаимовыгодный нейтралитет он будет соблюдать изо всех сил, раз уж не получилось привлечь ее на свою сторону. Значит отсюда, по крайней мере, в ближайшее время, неприятностей не ожидается. И капрала Бергмана с его приятелями — уголовниками можно оставить пока в покое. Что ж, повезло ребятам! Сами не знают, как повезло… на этот раз. А дальше можно будет эту гоп — компанию к рукам прибрать. Набрать на них компромата побольше, да и взять в один прекрасный день за хобот. Прикормить, и пусть трудятся на благо "Экспресс шиппинг" в лице ее прелестной хозяйки фрау Миллер. Может, на что полезное и сгодятся.

Хотя бы один раз… Уголовники — они и есть уголовники…

— Да-а-а, кися… Не знаю, то ли под твоим влиянием, то ли внутри это все во мне сидело, но я все больше становлюсь прожженным циником. Подхожу ко всем событиям и поступкам — как своим, так и чужим, исключительно с точки зрения целесообразности, окончательно превратившись в Ольгу Миллер — матерую авантюристку, прикрытую сверху позолотой преуспевающей бизнес — леди… Хотя, с другой стороны, куда мне деваться.

В противном случае меня бы уже давно здесь сожрали, а заодно и Настю. А допустить этого я не могу ни при каких обстоятельствах. Завтра начнется финальный бой. Что же такое поставлено на карту, что было решено даже пожертвовать Хризантемой? Не сделать еще одной попытки приручить ее? Скоро мы это узнаем. Благо, уже знаем, где искать.

Пассажирский лайнер достаточно большой, чтобы на нем можно было затеряться и попытаться установить истину. И в то же время достаточно маленький, чтобы нельзя было прошерстить его сверху донизу, пусть для этого и придется нарушить целый свод правил и законов. Чьих — Земной Федерации? Это Ольга Шереметьева вряд ли позволила бы себе подобную авантюру. Перед Ольгой Миллер такой проблемы не существует.

Еще одна ночь прошла спокойно, хотя Ольга чувствовала, что ее ни на секунду не оставляют без наблюдения. Что во время передвижения по городу, что сторожат ее выход из дома, или офиса. Но внутрь не суются, и на том спасибо. Видать, никто не хочет повторять подвиг подполковника Швеца. Пока активные действия вряд — ли последуют. Понадеются, что госпожа Миллер клюнет на деньги. Однако, скоро ей придется проявить интерес к "Афродите", и скрыть это невозможно. Можно только предполагать, какую буную реакцию это вызовет, и тогда надо быть готовой ко всему. Хорошо, что Настя и дети сейчас далеко… Ну, а пока будем всячески усыплять бдительность новоявленных "торговых партнеров". Госпожа Миллер очень заинтересовалась выгодным предложением и готова заключить сделку хоть с подставившими ее соотечественниками, хоть с чертом, хоть с бывшим врагом, если это сулит хорошие барыши. Ольга была уверена, что ее встреча с Кемалем не прошла незамеченной. Вот пусть сейчас господа Савицкий с Фельдманом и поломают голову, что бы это значило. А тем временем вас можно еще позлить — взять, да и заявиться в гости к генералу Кемалю в посольство. Вот будет переполоху!

Топтуны это сразу обнаружат и доложат, куда следует. А что, Ольга Миллер сейчас гражданка нейтрального государства, на Земле имеет статус беглого преступника, и вполне может иметь приватные контакты с недавними врагами. Тем более, что за все время пребывания здесь, кроме провалившейся авантюры Сулеймана, они ничего плохого ей не сделали. В отличие от бывших соотечественников…

А что, позлим, право! Сейчас любые средства хороши, чтобы вывести противника из равновесия и заставить его совершать ошибки. А посему — быстренько завтракать, "боевую раскраску" на физиономию, соответствующую случаю "форму одежды", и вперед! А потом проделаем еще один трюк…

Когда Ольга, предупредив секретаря, чтобы ее не ждали в офисе с утра, вышла из дома на улицу, у топтунов отвисли челюсти. Всегда следившая за своей внешностью, сегодня она превзошла саму себя. Простучав сотню метров каблучками по асфальту, и дав топтнам возможность как следует рассмотреть свою фигуру греческой богини, облаченную в элегантное платье, Ольга остановила такси и поехала в посольство, велев водителю особо не торопиться. Машина топтунов, естественно, тут же рванулась следом. Не делая никаких попыток оторваться, такси в скором времени остановилось перед зданием посольства с развевающимся над входом знаменем враждебного государства. Ольга не торопясь вышла из машины и направилась к входной двери, повторно вызвав немую сцену.

— Доброе утро! Могу я поговорить с генералом Кемалем? — с улыбкой обратилась Ольга к охраннику на входе, предъявив документы.

— Одну минутку, мадам. Сейчас доложу.

Охранник связался с кем — то и доложил. Из всего его монолога Ольга разобрала только свое имя и фамилию. Закончив говорить, обернулся.

— Подождите немного, мадам. Вас проводят.

Вскоре появился молодой офицер в форме капитана войск связи.

— Доброе утро, мадам! Прошу… Это Вы?!

Не было никаких сомнений, что он узнал Ольгу. Если бы перед ним появился черт, или ангел, он бы, наверное, удивился меньше. Ольга же продолжила с лучезарной улыбкой.

— Доброе утро, господин капитан! Да, это я. А что Вы так удивились?

— Мадам… Вы, Ведьма с "Летающей ведьмы"… Здесь?!

Капитан оторопело смотрел на Ольгу. До охранника тоже начало доходить и он удивленно хлопал глазами. Ольга же продолжала мило улыбаться.

— Ну надо же, как прилипчивы прозвища. А почему Вас так удивляет, что я здесь? Ведь прийти в посольство с добрыми намерениями может каждый. И сейчас, увы, моей любмой "Летающей ведьмы" больше нет. Она обратилась в пепел на берегу океана.

— Простите, мадам… Никак не ожидал увидеть Вас здесь… Адъютант его превосходительства, капитан Руфинджи. Я провожу Вас, его превосходительство ждет.

Капитан сделал приглашающий жест, и они двинулись внутрь здания, оставив охранника на входе в онемевшем состоянии. Ольга с интересом осматривалась вокруг. Впервые она была на вражеской территории не как враг, а некоторое подобие нейтрала. Как долго продлится это состояние — не известно, и зависит оно от очень многих факторов. Навстречу попадалось много людей и все обращали на нее пристальное внимание. Подобные новости распространяются очень быстро и то, что сама Ведьма с "Летающей ведьмы" решила нанести визит вежливости, удивило многих. Хоть в разговор никто и не вступал, но Ольга ловила на себе множество взглядов. Причем, откровенно враждебных было немного.

В основном преобладало обыкновенное человеческое любопытство. Вскоре, переступив порог, Ольга оказалась в роскошно отделанном кабинете, в котором из — за стола поднялся сам его превосходительство генерал — лейтенант Кемаль.

— Доброе утро, мадам! Прошу Вас, проходите, присаживайтесь. Вот уж, честно говоря, никак не ожидал увидеть Вас здесь. Мой мундир Вас больше не пугает? — на лице генерала по прежнему была хитрая улыбка.

— Доброе утро, Ваше превосходительство! А если я в следующий раз приду в своем старом мундире — пальбу прямо с порога не откроете?

Генерал рассмеялся и знаком отпустил адъютанта. Когда за ним закрылась дверь, уже серьезным тоном спросил.

— Что случилось, Ольга? Я понимаю, что только чрезвычайные обстоятельства заставили Вас прийти сюда.

— Да, Амирхан. Не буду Вас обманывать. На меня устроили настоящую охоту. Где — то я перешла дорогу своим, и случайно сунула нос, куда не надо. Причем, даже понятия не имею, куда именно. Вчера, перед нашей встречей в ресторане, меня пытались элементарно купить. Предлагали восстановить в прежнем чине и должности. Когда это не помогло, предложили большие деньги. А перед этим меня пытались элементарно убрать, да только тоже не вышло. Сейчас они заглотили наживку — поверили, что я польстилась на деньги.

Но только долго это продолжаться не сможет и они поймут, что я вожу их за нос. Вот я и пришла к Вам в гости, чтобы вывести их из равновесия и заставить спешить и ошибаться в спешке. Слежка не прекращается, и сейчас топтуны проводили меня прямо до двери посольства. Уверена, что они уже доложили, кому надо.

— Вон оно что… И почему же от Вас никак не отстанут? Может, поживете у нас на терртории посольства, пока все не утихнет? Уж здесь Вас точно никто не достанет.

— Благодарю, Вас, Амирхан, да только не утихнет. Дело в том, что я случайный и опасный с в и д е т е л ь… Хотя сама не понимаю, свидетелем чего являюсь. И если буду следовать поведению страуса, то рано, или поздно, меня достанут. Лучшая защита — это нападение.

Иными словами — Ведьма вышла на тропу войны. Меня вынудили к этому. В свою очередь благодарю Вас, что все честно рассказали мне. А то я уже предполагала вести войну на два фронта.

— Может, помочь Вам чем — нибудь?

— Спасибо, не нужно. Пантера всегда охотится в одиночку. Я привыкла рассчитывать только на себя.

— Вы страшный человек, Ольга… Но почему — то я уверен, что у Вас все получится. Какое счастье, что мы с Вами больше не враги… Но что Вы — женщина, сможете сделать одна?

— Я не только женщина. Я — ведьма. И Вы имели случай в этом убедиться.

— Да уж… Скажите, Ольга, чисто из интереса. А что Вы вообще можете?

— Много чего. Могу, например, сказать, что сейчас у Вас болит левая рука в локте. Последствие ранения. Я уберу боль, и она больше никогда не вернется. Давайте руку.

Генерал, не особо веря, положил руку на стол. Ольга провела над ней ладонями несколько раз, и что — то прошептала. Лицо генерала удивленно вытянулось.

— Вот так, дорогой Амирхан. Можете сказать своему врачу, что его методика помогла и он Вас вылечил. Не надо говорить обо мне. А то еще на смех поднимут. Боевой генерал — и в ведьм верит. Но только знайте, что вот также, не касаясь руками, ведьма может и убить…

Они проговорили около часа на отвлеченные темы за чашкой кофе. Оба не углублялись в служебные вопросы, чтобы не ставить друг друга в неловкое положение. Нейтралитет вещь очень хрупкая и его надо беречь всеми силами. Генерал в который раз понял, как мудро поступил, постаравшись сделать из Ольги если не союзника, то хотя бы стороннего наблюдателя. Под конец он лично проводил ее до дверей посольства и галантно распрщался, предложив заходить в любое время. И все это на глазах у многих сотрудников.

Ольга была уверена, что в самое ближайшее время это станет самой обсуждаемой новостью в посольстве Земной Федерации. Когда за Ольгой закрылась дверь, генерал вытер вспотевший лоб.

— Господи, спасибо, что надоумил меня рассказать ей все и предложить мир. И каким же надо быть идиотом, чтобы сделать эту женщину своим врагом…

Выйдя из посольства, Ольга внимательно огляделась и прислушалась, снова мобилизовав все возможности зверя. Угрозы нет, но за ней внимательно наблюдают. Уже хорошо, она "засветилась" по полной программе, и сейчас господа Савицкий и Фельдман со товарищи ломают голову старыми вопросами — кто виноват, и что делать? Раз Ольга так запросто встречается с военным атташе противника, значит они уже знакомы давно, и поддерживают дружеские отношения, о чем было до сих пор не известно. И это значит, что немедленно начнутся поиски крайнего. А теперь надо добавить вам адреналина…

— Так, кися, все идет по плану. Сейчас съездим в один гадюшник, и там будь настороже.

Чует мое сердце, что по тихому уйти не получится. Ничего, не мы с тобой это затеяли.

Охота начинается!

Ничуть не пытаясь скрыться от топтунов, Ольга снова взяла такси. Попетляв по городу, машина остановилась возле посольства Земной Федерации. Ольга вышла и, как ни в чем не бывало, отправилась ко входу в здание, снова вогнав филеров в состояние ступора.

— Доброе утро! Могу я поговорить с господином Савицким? — с невинной улыбкой обратилась Ольга к охраннику.

— Одну минуту, мадам! — охранник начал с кем — то связываться, а Ольга украдкой осмотрелась, намечая пути отхода. Предчувствие подсказывало, что джентльменское отношение господ адмирала и статского советника долго не продлится, и уходить отсюда придется с очень большим шумом. Ничего, не первый раз будем решать проблемы по мере их возникновения!

— Сейчас, мадам. Вас проводят, — оторвал ее от размышлений возглас охранника. Ждать пришлось недолго, и вскоре появился майор военной полиции, предложивший Ольге следовать за ней. Внимательно запоминая дорогу, она ясно чувствовала сгущавшуюся вокруг нее опасность. Зверь не дремал и был готов к броску, но явной угрозы пока не было. В конце концов, они добрались до нужной двери и Ольга оказалась в кабинете, по сравнению с которым апартаменты генерала Кемаля выглядели, как номер в захудалом отеле. За столом восседал сам его превосходительство вице — адмирал Савицкий, изволивший оторвать свой начальственный взор от бумаг на столе при входе Ольги.

— Здравствуйте, Дмитрий Федорович!

— Здравствуйте, Ольга Александровна. Что привело Вас ко мне?

— Может, для начала предложите даме сесть?

— Да, садитесь, конечно. Слушаю Вас.

— Дмитрий Федорович. Приношу Вам свои извинения за вчерашнее. Но и Вы должны меня понять. Я принесла то, что Вы искали, — и с этими словами Ольга положила на стол кассету. Адмирал мгновенно преобразился, схватил кассету и вставил в компьютер. После этого облегченно вздохнул.

— Ну, слава богу! Благодарю Вас, Ольга Александровна. А теперь, прошу меня извинить, Вам придется пока задержаться.

— А что собственно случилось?

— Неужели Вы думали, что кто — то позволит Вам диктовать условия?

— Иными словами Вы хотите сказать, что все, сказанное Вами вчера, это блеф?

Адмирал не удостоил ее ответом и нажал кнопку под столом. Тут же в кабинет вошли уже знакомый майор и два гориллоподобных сержанта военной полиции.

— Госпожа Шереметьева, Вы арестованы. Следуйте за нами и не делайте глупостей.

— Как сие понимать, Ваше превосходительство? Ведь вчера Вы говорили, что все обвинения с меня сняты?

— Уведите! — коротко бросил адмирал.

— До свидания, Дмитрий Федорович! — улыбнулась Ольга. И поднявшись, добавила с улыбкой, обращаясь уже к подступившим к ней полицейским:

— Знаете, какая у вас проблема, ребята? Большие шкафы громче падают.

— Идите и ведите себя смирно, если не хотите проблем.

Ольгу вывели из кабинета, и повели по коридору. Д о б ы ч а ведет себя расслабленно и не воспринимает ее всерьез, выполняя конвоирование преступника, как нудную рутинную операцию. Уж больно преступник несерьезный… Завернув за угол, Ольга и конвой оказались в не просматриваемой зоне коридора. В ту же секунду майор и сержанты застыли, как вкопанные. "Взгляд змеи" пригвоздил их к полу. Ольга быстро изъяла у всех оружие, сковав всех троих вместе наручниками.

— Вот так, ребята. Я же вам говорила, что большие шкафы громче падают, — усмехнулась и нанесла всем троим удар в нужную точку рукояткой пистолета. С удовлетворением оглядев результат своих трудов, отвела глаза всем, кто мог бы ее увидеть в коридоре. Тем более, стали слышны чьи — то шаги. Из — за угла вышла девушка и, сделав секунную паузу, огласила все пронзительным визгом и бросилась назад. Все шло, как и планировалось. Ольга сделала несколько выстрелов из пистолета в разные стороны, и пошла обратно, держась поближе к стене. Раздался топот ног и из — за угла выбежала охрана.

Пронесясь мимо Ольги, они бросились к лежавшим без сознания коллегам. Некоторые начали приводить их в чувство, а остальные бросились дальше в поисках сбежавшего преступника. В посольстве уже начался переполох. Из кабинетов выглядывали люди, охрана бегала из конца в конец, так что Ольге даже пришлось постоять какое — то время в нише возле окна, чтобы на нее никто не наткнулся. Когда беготни в коридоре стало поменьше, она прошла в противоположный конец коридора и опять сделала несколько выстрелов по светильникам на потолке. Грохот выстрелов и звон разбитого стекла вызвали новый приступ активности охраны, если не сказать — паники. Все сотрудники посольства попрятались по своим кабинетам, и только охрана рыскала по всему зданию в поисках беглеца. Подождав, пока движения поблизости от нее поубавится, Ольга пошла к кабинту адмирала. Подойдя, толкнула дверь, оказавшуюся незапертой. Адмирала в кабинете не было. Просмотрев все бумаги на столе, не нашла ничего интересного. Попробовала влезть в компьютер, но он потребовал ввод пароля. Да-а-а… Лемке бы сюда сейчас, да часик времени… Но увы, Лемке далеко. Поэтому ограничимся простым посланием. Ольга взяла чистый лист бумаги, и написала размашистым почерком на русском языке: "Я была, есть, и буду!". Положила лист в самый центр стола, предварительно смахнув все прочие бумаги на пол, придавила его сверху пистолетом и вышла из кабинета.

Обратный путь особых трудностей не вызвал. Охрана искала Ольгу по всем закоулкам здания, но никто не обращал внимания на хорошо просматриваемые коридоры. Она понимала, что камеры наблюдения ее фиксируют, но у операторов не вызывала подозрения женщина, спокойно идущая по коридору. Тем более охрана, пробегавшая время от времени мимо, никакого внимания на нее не обращала. Так без приключений она добралась до входной двери, возле которой дежурило уже не один, а четверо охранников. Ситуация знакомая и уже отрабатываемая ранее. Первым делом Ольга осмотрела пульт охраны. Входная дверь заблокирована, но система знакомая. У нее в офисе стоит похожая. Не выходя из состояния отвода глаз, Ольга подошла вплотную к охранникам, парализовала их и стукнула каждого пистолетом. После этого сняла блокировку с двери и открыла ее.

Перешагнув через лежавшее возле двери тело, бросила рядом два оставшихся трофейных пистолета и снова материализовалась в воздухе.

— Все, ребята, я пошла. Приятно было с вами познакомиться. А эти железяки верните владельцам, когда очухаетесь.

Выйдя на улицу, внимательно осмотрелась. Зверь чувствовал повышенное внимание вокруг, но опасности не было. Ольгу искали внутри здания. Тем не менее, топтуны засекли ее сразу и подняли тревогу. Не торопясь, Ольга пошла по тротуару. Очень скоро сзади раздался топот. Обернувшись, она увидела, как двое топтунов бегут к ней. Подпустив их на несколько метров, Ольга снова применила "взгляд змеи". Развившие довольно высокую скорость, топтуны с размаху растянулись на асфальте. Рядом как раз проезжало такси. Махнув рукой, Ольга остановила машину. Вернула пропахавших пару метров по асфальту бедолаг только тогда, когда машина тронулась с места.

— Вот так, кися! Первый раунд за нами! Хоть тебе сегодня никого и не досталось, но оставлять трупы в этом гадюшнике нам нельзя. Пока нельзя…

Глава 10

Приехав в офис, Ольга сразу села за стол, и начала анализировать поступившую к этому времени информацию. Пока она наносила визит вежливости Кемалю и играла в прятки с адмиралом Савицким, произошло интересное событие. В космопорт прибыл новейший пассажирский лайнер "Афродита" и многие телекомпании наперебой освещали в эфире эту новость. Команда Лемке прекрасно потрудилась, собрав большое коичество информации, но если в отношении самого лайнера было все более — менее понятно, то список пассажиров и судовая роль экипажа ничего не проясняли. Ни одной личности, засветившейся когда — либо на неблаговидных делах, не было. Хотя, это еще ни о чем не говорит. Ольга внимательно рассматривала чертежи лайнера, фотографии различных отсеков и отдельных помещений. У нее было ощущение, что перед ней что — то важное, но она никак не может понять, что именно. Решила проконсультироваться с Жаном. Благо, сейчас он был дома, отдыхая после полета. Теперь он был капитаном быстроходного грузового шаттла, занимаясь доставкой не совсем законных грузов не совсем законными методами, проявляя при этом виртуозность пилотирования и чудеса изобретательности, оставляя всякий раз таможенников с носом и уходя от погони. Человек был на своем месте благодаря Ольге, сумевшей рассмотреть в нем незаурядного пилота. Жан сразу ответил на вызов и, спустя полчаса, уже был в офисе компании.

— Добрый день, мадам! Что, опять на Пандору? Или еще куда? Здорово Вы в прошлый раз на своем штурмовике нам помогли.

— Добрый день, Жан! Нет, ты мне нужен в качестве консультанта. Ведь ты работал на пассажирских судах, а я нет. Посмотри внимательно на все эти чертежи и фотографии.

У меня ощущение, что здесь есть какая — то деталь, выбивающаяся из общей картины, но не могу понять, какая именно.

Жан углубился в изучение чертежей, и Ольга ему не мешала. Пролистывая страницы, и временами возвращаясь назад, он молчал, иногда только издавая вздохи восхищения.

Перед ним был настоящий шедевр кораблестроения, и он также, как и Ольга, это прекрасно понимал. Наконец, просмотр был закончен.

— Непонятно, мадам. Все вроде, как обычно, но меня смущает необычно большая толщина переборок между отсеками. На пассажирских судах это нецелесообразно, так как переборок много и это крадет большой объем полезного пространства. Можно подумать, что судостроители изначально делали лайнер, предназначенный для провоза контрабанды.

Ведь в эти пустотелые переборки можно напихать чего угодно и в больших количествах.

Так, что ни одна таможня не найдет, если только не разберут лайнер по частям.

Ольга чуть не хлопнула себя по лбу от досады. Ведь действительно, она тоже обратила внимание на необычно большую толщину переборок, но не придала этому значения. Мало ли какими соображениями могли руководствоваться конструкторы. А ведь на пассажирском судне каждый кубометр полезного пространства на счету. Совершенно непонятная концепция. Как бы то ни было, одна интересная зацепка уже есть. Ох, не так все просто с этим лайнером… Сигнал вызова прервал размышления Ольги. К ее удивлению, на экране видеофона появился господин статский советник Фельдман.

— Ольга Александровна, здравствуйте! Что с Вами случилось?

— Со мной? Ничего не случилось. А что это Вас так интересует?

— Я только что вернулся в посольство и узнал, что Вы учинили тут настоящий погром.

Служба охраны и все остальные в шоке, и все рассказывают разные небылицы. Что такое произошло?

— Ничего особенного. Просто ваш адмирал показал, кто он есть на самом деле. Я пришла к нему извиниться за вчерашнее, а он приказал меня арестовать. И что же Вы хотите от меня? Вот я взяла и ушла, как посчитала нужным. И пусть скажет спасибо, что я не сделала там ни одного трупа. Надеюсь, что эти семь гоблинов уже оклемались?

— Ольга Александровна… Но как Вам это удалось?!

— У женщин свои секреты. Это все, что я могу Вам сказать. Генерал Кемаль заметил вчера, что мое прежнее начальство совершило фатальную ошибку, использовав меня в качестве разменной монеты. И смею Вас заверить, Вы еще не раз в этом убедитесь.

— Ольга Александровна… Но может быть, все таки, лучше давайте договоримся?

— О чем, Оскар Яковлевич?! О том, как засадить меня в вашу тюрягу? Меня такая перспектива не устраивает. Снова надеть военный мундир? Так все же сразу вернется на круги своя, и меня будут держать на коротком поводке убийством майора Асланова. И вообще большие сомнения, что мне дадут надеть этот мундир. Опять откроются какие — нибудь новые обстоятельства. Так что давайте закончим наши отношения, пока они не зашли слишком далеко. Прожила я без вас два года, и дальше проживу. Бывшие враги, к великому сожалению, оказались на много порядочнее, чем свои и не плели никакие интриги против меня, даже когда я отказалась перейти на их сторону…

Ольга намерено пресекала все попытки Фельдмана заинтересовать ее дальнейшим разговором. Она чувствовала, что он позвонил не просто так. Видно, к о н т о р а колеблется.

Решает вопрос, предложить ли ей стать Хризантемой. Ибо все попытки купить, или убрать ее проваливаются одна за другой. А то, что господин статский советник имеет отношение к к о н т о р е, можно уже не сомневаться. Также, как и то, что господин вице — адмирал со своими солдафонскими замашками слишком туп для нее. Там такие не нужны. Разве только для выполнения одноразовой акции. В качестве не очень ценного агента…

— Ольга Александровна, но ведь Вы не знаете всего… Клянусь, что в противном случае Вы могли бы переменить свое решение. Но это разговор не для открытой связи. Мы могли бы встретиться и поговорить? Да и у адмирала, будь он неладен со своими выходками, тоже есть к Вам вопрос.

— Что касается адмирала, то если его что — то интересует, пусть связывается сам. А что до встречи с Вами, так мне не хочется встретить там еще и взвод — другой военной полиции, которые Вы прихватите для моего задержания. Или полностью оголите посольство, взяв с собой всю охрану, сколько ее там есть?

— Ольга Александровна, клянусь Вам, что…

— Полноте, Оскар Яковлевич! Если бы Вы знали, сколько клятв в своей жизни я слышала от типов, подобных Вам. Неужели думаете, что я поверю в то, что Вы были не в курсе затеваемой адмиралом авантюры? Предавший один раз, предаст и второй. Таково мое личное мнение. Так что не тратьте больше свое и мое время.

И Ольга отключила связь, не дав Фельдману вставить ни слова. Вот пусть теперь господин статский советник повертится, как уж на сковороде. Его только что ясно и конкретно послали, дав понять, что дальнейшие контакты невозможны. А ему, похоже, кровь из носу надо попытаться заполучить Хризантему. Для начала хотя бы предложить. Согласится она, или откажется — это второй для него вопрос. В конце концов, даже если его миссия провалится из — за категорического отказа Ольги, то его вины в этом не будет. Не может же он навязать ей решение. Там уже ясно поняли, что все попытки силового решения проблемы обречены на провал. А вот если господин статский советник даже не смог поговорить с потенциальным агентом, не смог организовать встречу и сделал невозможными все дальнейшие контакты благодаря своему гнусному поведению — это уже совсем другой вопрос! Правда, ему очень помог в этом его подельник — адмирал, обращавшийся с таким ценным потенциальным агентом, как унтер из учебного отряда с матросом новобранцем, но кого это интересует. Вы там, уважаемый, для того и находитесь, чтобы подобные унтеры — адмиралы знали свое место и не мешали работать, открывая рот только тогда, когда им это позволят. А из всего этого следует, господин статский советник, что теперь Вам надо извертеться на пупе, но вернуть расположение потенциального агента, начало которому Вы так успешно положили, а Ваш друг адмирал так бездарно разрушил. Интересно будет посмотреть, как у Вас фантазия работает…

Неожиданно опять раздался сигнал вызова. Ольга ответила, и на экране возник не кто иной, как сам вице — адмирал. Легок на помине… Чтобы помочь ему начать разговор, Ольга улыбнулась и начала первой.

— Ну, вот мы и опять увиделись, Дмитрий Федорович! Что Вас интересует? Эти орангутаги уже очухались? Я же им говорила, что большие шкафы громче падают, а они не поверили.

— Ольга Александровна, как Вам удалось?!… Поймите, у меня был приказ…

— Так голова для того и дана военному, чтобы все приказы с умом выполнять, а не только фуражку носить. Правда, кое кто только фуражки носит. Но, я думаю, Вас интересует не это?

— Ольга Александровна, почему Вы отдали другую кассету?

— Какую другую?

— Не ту, что взяли у Мелешина?

— А разве я говорила, что взяла ее у Мелешина? Я сказала Вам — вот то, что Вы искали.

Раз Вам так нужна была кассета, вот я и решила Вам ее подарить в знак нашего примирения. Похоже, Ваше начальство на кассетах экономит? Так Вы только скажите, я вам пришлю целый контейнер. Окажу спонсорскую помощь соотечественникам…

— Вы издеваетесь?!

— Упаси боже, Вы что?! И в мыслях не было. Но почему же Вы сразу не сказали мне, что это совсем не то, что Вы ждали? Сначала Вы были очень довольны и сразу приказали меня арестовать, посчитав, что Ваша миссия выполнена. А теперь вдруг заявляете, что это не она. Ведь кассета чистая. Получается, что кассета Мелешина тоже была чистой? Так какая Вам разница?

— Ольга Александровна…

— Что?

— Вы должны понимать… И зачем Вы так поступили?

— Просто хотела кое — что проверить и убедиться.

— Что именно?

— То, что Вы полный дурак, по недоразумению носящий адмиральский мундир.

— Что-о-о?!

— Могу уточнить и дополнить: дурак, идиот……, позолоченный павлин……, - Ольга продолжала выдавать все определения из своего очень богатого словарного запаса, котрым она свободно оперировала еще в свою бытность Колей Верещагиным, гардемарином Морского Корпуса. За четыре с лишним века эти слова не утратили своего значения. Адмирал слушал, открыв рот. Видно, не ожидал услышать из уст прекрасной дамы столь специфические флотские термины. Когда словарный запас начал подходить к концу, Ольга остановилась, боясь повториться. А то некрасиво будет.

— Вот на этом, пожалуй, все, Дмитрий Федорович. У Вас еще будут вопросы?

— Да Вы знаете, кто Вы?!

— Знаю — …………………………. Вы это хотели сказать?

— Ну, знаете, у меня нет слов!

!! — А у меня, как видите, есть! Приятно было с Вами пообщаться, Дмитрий Федорович!

Если еще возникнут вопросы — звоните в любое время. Всего Вам доброго!

И Ольга отключила связь. Пусть теперь и этот позолоченный павлин почешет затылок и будет проклинать себя за то, что натворил. Так обрадовался, что даже не проверил, та ли это кассета. Посчитал, что Ольга попыталась сделать копию по совету господина статского советника и уничтожила этим информацию. А выяснить это было проще пареной репы. Ведь в Ольгиной то кассете встроенного микрочипа с таймером нет! А посему, господа, сидите вы сейчас по уши в дерьме, куда собственными стараниями и залезли.

Неожиданно Ольгу привлек странный давящийся звук. Она совсем забыла о сидящем рядом Жане. Он лег животом на стол и давился от хохота, стараясь не шуметь.

— Жан, что с тобой?!

Кое — как отдышавшись, Жан смог говорить.

— Простите, мадам… Но я довольно неплохо знаю русский. Такого я давно не слышал!

Здорово Вы его отчехвостили! Это те самые, что подставили Вас?

— Ну, не эти лично, но из той же компании. И для чего — то я им сильно нужна. Так нужна, что они уже наломали дров. И думаю, наломают еще. А я им в этом помогу.

— Но при чем здесь лайнер?

— Есть у меня нехорошее предчувствие, Жан, что вокруг этого лайнера идет слишком подозрительная возня. А ты знаешь, что предчувствие меня никогда не обманывает. На всякий случай, ради твоего же блага, ты ничего не слышал…

Отпустив Жана, Ольга призадумалась. Время идет, лайнер уже прибыл, но она совершенно не приблизилась к разгадке тайны. Знает только, что Савицкий с Фельдманом пойдут на все, только бы вывести ее из игры. И надо думать, что тут действует не только эта парочка, есть и другие. Через неделю лайнер уйдет в обратный рейс, и что тогда? Закончится ли все на этом? Быть может, ее хотят вывести из игры только на время пребывания лайнера здесь? А может быть и нет, потому, что она все равно остается с в и д е т е л е м…

Как бы то ни было, пора переходить к более активным действиям. Сидя у себя в кабинете она много не узнает. Вот с Вас, Ваше превосходительство, и начнем. Что — то подсказывает, что Вы очень жидкие на расправу. Думали, буду Вас Бабой — Ягой и Кощеем Бессмертным пугать? Этой парочке еще надо многому поучиться у ведьмы, нарушившей Запрет.

А пока сделаем еще одно дело. Так, на всякий случай. Хотя есть сильное предчувствие, что понадобится…

— Марта…

— Да, мадам! Слушаю.

— Марта, забронируйте один билет на лайнер "Афродита". Ближайший вылет. Забронируйте без предварительного указания имени и фамилии пассажира. И не из офиса, а из агенства в городе. Название "Экспресс шиппинг" нигде не должно фигурировать.

Поздно вечером Ольга заняла позицию недалеко от виллы господина адмирала Савицкого.

План виллы был уже подробно изучен, известна система сигнализации, охраны и привычный распорядок дня военного атташе. Лемке и его команда дело знали, так как служба связи занималась не только связью, но и еще много чем, где только применяется электроника. Они же снабдили Ольгу предметами первой необходимости — дешифратором элетронных замков, сканером и блокиратором систем сигнализации. Дополняли дамский набор пистолет с интегрированным глушителем "Кобра" — новейшая разработка, только только запущенная в серию, универсальный нож — кусачки, способный с одинаковым успехом резать как хлеб и колбасу, так людей и стальную проволоку и еще кое — какие мелочи. Хоть Ольга и избегала в последнее время применять оружие, но мало ли, что может встретиться на пути. Так что лучше иметь все необходимое под рукой. А то вдруг крепкая дверь попадется с допотопным механическим замком, которому на все эти электронные прибамбасы наплевать. Не ногой же ее высаживать. А работа отмычками — это целое искусство. Вот мощная "Кобра" и пригодится — любой замок вынесет. Все нюансы, вроде бы, учтены. Рабочая машина с фальшивым номером и документами, темный брючный костюм с покроем, скрадывающим фигуру, обувь на мягкой нескользящей подошве, черная маска в кармане, способная полностью закрыть лицо и обязательные перчатки.

Ольга еще раз критически осмотрела себя. Ни дать, ни взять — ниндзя. Только мечей и сюрикенов не хватает… А можно было бы прихватить для форса — попугать его превосходительство… Ладно, мадам ниндзя. Посмотрим, что из этого выйдет…

Днем ребята из службы безопасности вели наблюдение и доложили, когда его превосходительство изволили вернуться со службы. Хорошо, что все семейство господина Савицкого в отъезде, и дома только он и охрана. Правда, за оградой бегает несколько натасканых сторожевых псов. Этим неподкупным стражам его превосходительство доверяет больше, чем людям. Как знать, может и правильно делает…

По команде Ольги все покинули посты наблюдения. Больше никому светиться здесь не надо, мало ли что. Сама то она всегда сможет уйти, а вот ребятам понапрасну рисковать не следует. Выйдя из машины, Ольга направилась неторопливым шагом в сторону виллы, активизировав весь арсенал чувств зверя. За оградой спокойно. У входной двери дежурит один охранник, двое обходят территорию. Также свободно бегают шестеро здоровенных псов. Его превосходительство и остальная охрана внутри дома. Никакой тревоги нет, все выполняют свои обычные рутинные обязанности. Давно здесь ничего не происходило.

Вот сейчас и встряхнем вас немножко…

Идя вдоль ограды, Ольга завернула за угол и тут же отвела глаза всем, кто мог быть поблизости. Хоть ночная улица и была пустынна, но случайные свидетели крайне нежелательны. Высота ограды небольшая — всего то пара метров, да к тому же решетчатая. Здесь не принято отгораживаться крепостными стенами с окружающим их рвом. Включить блокиратор систем сигнализации. Теперь она не отреагирует на вторжение в охраняемую зону постороннего предмета с массой, сопоставимой с массой человека. Рывок, и гибкое тренированное тело в черной одежде оказывается с другой стороны ограды. На лицо уже надета маска, а на руки перчатки. Руки свободны, "Кобра" и нож пока на своих местах в состоянии готовности. В идеале они потребоваться не должны, но кто знает…

Очень часто планы операции расходятся с фактическим выполнением из — за непредвденных случайностей, которые обязательно появляются, как ни крути. Бегающие поблзости псы мгновенно замечают нарушителя и тут же бросаются на него. Но тренировка делает свое дело — псы бегут молча, чтобы не спугнуть добычу. То, что происходит далше, никакой тренировкой не предусмотрено…

Ольга ясно чувствовала и видела все вокруг. Темнота не была проблемой, и ясно ощущался запах несущейся прямо на нее добычи. Но добыча очень глупа, раз сама считает себя охотником. Зверь рыкнул и бегущие псы начали тормозить всеми лапами, летя через голову. В следующую секунду они уже удирали, поджав хвосты, в дальний конец сада. Если бы не было ограды, то неизвестно, как далеко они сбегут от такого страшного противника, с которым еще ни разу не доводилось встречаться. Убивать их нет смысла. Незачем оставлять лишние следы, а эти натасканные барбосы уже не опасны. Остается двуногая дичь, которая еще ни о чем не подозревает. Они чувствуют себя уверенно, надеясь на оружие и собак, а также на электронику и то, что ни один вор не посмеет сюда забраться.

Сканер охранных систем моментально определяет наличие и местоположение камер наблюдения и контрольных лучей. Первым делом — к охраннику, дежурящему у входа. Он спокойно сидит и что — то читает, изредка бросая взгляд на мониторы системы видеонаблюдения. Вход в подсознание, и через пару минут он уже спит крепким сном, сидя на своем месте. Остается пара охранников, патрулирующих территорию. Этих усыпить не получится, поэтому применяем старый прием. Став сбоку аллеи, Ольга ждала, когда эти двое поравняются с ней. Они уже обратили внимание на странное поведение собак и направляются к входной двери. Один подносит ко рту рацию, собираясь кого — то позвать. Что и говорить, ребята дело знают и не пытаются строить из себя героев, чтобы потом забрать все лавры. Ясно, что что — то не так и надо узнать, в чем дело и вызвать подкрепление. Только вот мне, ребятки, это совсем ни к чему…

Бросок вперед, "взгляд змеи" парализует обоих. Удар рукоятки "Кобры" в голову, а потом вход в подсознание с блокировкой памяти на несколько минут и погружением в глубокий сон. Все, до утра от этих стражей толку не будет.

— Так, кися, молодец! Здорово с собачками помогла. Здесь мы все вычистили. Теперь наведаемся в гости к его превосходительству…

Вот и входная дверь в дом. Замок электронный, но для изделий подпольной фирмы "Лемке и компания" никаких трудностей не представляет. Дверь открывается бесшумно. В нескольких метрах слышны голоса — рядом комнаты охраны. Шесть человек.

Четверо дрыхнут, а двое в соседней комнате смотрят телевизор, приглушив звук.

Больше никого поблизости нет. Подойти поближе к двери. Эти двое удобно устроились в мягких креслах. Телевизор вам не помешает. Спите спокойно до утра вместе со своими коллегами, которых тоже погрузим в глубокий сон. Если только разъяренное его превосходительство не разбудит…

Бесшумным призраком Ольга скользила по дому. Больше никого посторонних здесь сейчас быть не должно. Апартаменты его превосходительства на втором этаже. Обувь на мягкой подошве не издает звука. Ее никто не может увидеть. Зато она видит и слышит все. Огромное количество незнакомых запахов окружает со всех сторон. Господин адмирал еще не спит. Он в своем рабочем кабинете. Нервы напряжены до предела и от него ясно исходит липкий запах страха… Даже здесь, в своей резиденции, окруженный охраной, сторожевыми псами и всевозможной электроникой этот человек испытывает панический, животный страх. Он столкнулся с чем — то неведомым. С тем, с чем не мжет совладать ни грубая физическая сила находящихся в его распоряжении мордоворотов, ни оружие, ни самые совершенные системы охраны. И это тем более страшно, если привык всегда чувствовать себя хозяином положения. К хорошему привыкаешь быстро…

Подойдя к двери кабинета, Ольга еще раз внимательно "просканировала" все окружающее пространство. Все тихо, опасности нет. И тихонько толкнула дверь…

Адмирал сидит за столом и не смотрит в ее сторону. Его мысли сейчас очень далеко и единственное желание — убраться куда — нибудь подальше от этого места, еще вчера бывшего таким тихим и спокойным. И в котором так хорошо находиться на действителной военной службе в адмиральском чине и поучать всех, когда где — то полыхает война.

Ольга проскользнула к столу и уселась в кресле напротив, сняв маску и материализовавшись в воздухе.

— Доброй ночи, Дмитрий Федорович!

Пришлось вмешаться в работу организма его превосходительства и поддержать его, иначе господин адмирал имел все шансы скоропостижно скончаться. Ольга даже пожалела, что сделала все так неожиданно. Можно было бы подготовить заранее господина адмирала, а то еще коньки отбросит с перепугу. Слава богу, вроде обошлось…

— Дмитрий Федорович, что с Вами? Вам нехорошо?

— А-а-а-а!!!… Охрана-а-а!!!…

— Дмитрий Федорович, да не кричите Вы так, а то всех соседей на улице перебудите.

Ваша охрана сейчас спит сном праведников и проснется не скоро. Вас она все равно не услышит. Давайте побеседуем, раз Вы все равно не спите.

— Но как?! Откуда Вы взялись?! Как попали сюда?!

— Очень просто — ножками, ножками. Такой ответ Вас устраивает? Сегодня днем Вы не пожелали разговаривать со мной, когда я нанесла Вам визит вежливости и даже вели себя, как последний хам. Но, так и быть, я на Вас не сержусь… пока. У меня остался ряд невыясненных вопросов, вот я и пришла к Вам в нерабочее время. Уж извините, что без приглашения.

— Что Вам от меня надо?

— Правду, Дмитрий Федорович. Кто и почему на меня устроил охоту. Почему меня стараются нейтрализовать всеми силами — либо купить, либо ликвидировать. Кто расстрелял кортеж машин. Что записано на кассете, которую вез Юрий Мелешин и кому она предназначалась. Кто и зачем убрал полковника Матье. Кто и зачем натравливал на меня разведку противника. Какую роль во всем этом играет пассажирский лайнер "Афродита".

И почему с моментом его прибытия наступил всплеск невероятной активности ваших действий против меня и вы на пару с господином Фельдманом попытались меня купить.

— За кого Вы меня принимаете, Ольга Александровна?

— За успешного карьериста со связями, которые помогли ему занять это теплое местечко во время войны, и который больше всего на свете ценит собственную шкуру и благополучие. К тому же, не обладающего хорошими умственными способностями и выполняющго, по большей части, функции свадебного генерала, отвлекающего на себя внимание от настоящего руководителя. Хотите возразить? И чтобы не нарушать столь привычное и приятное для Вас положение вещей, Дмитрий Федорович, ответьте на мои вопросы и я уйду. Мне не нужна Ваша жизнь. Завтра Вы вспомните обо мне, как о кошмарном сне, который к счастью закончился. И будете дальше выполнять свою работу паркетного адмирала.

— А если не скажу? Что тогда будете делать? Неужели рассчитываете воевать со всей Федерацией?

— Зачем? Я ставлю перед собой только реально выполнимые задачи. Меня подставили и вышвырнули со службы, решив использовать в своих шпионских играх в качестве необходимого инструмента. Но меня такая перспектива не устраивает. Я в ваши игры не лезу, не трогайте и вы меня. Но вы никак не хотите успокоиться. Ну, а если не скажете…

Тогда, увы, мне придется уйти и искать другой источник информации. Но перед этим я убью Вас. Ведь Вы, дорогой мой Дмитрий Федорович, с в и д е т е л ь… А хороший свидетель — мертвый свидетель. Если бы Вы согласились регулярно поставлять мне информацию, то тогда совсем другое дело. Я сама была бы кровно заинтересована, чтобы ни один волос не упал с Вашей драгоценной головы. Но если Вы отказываетесь… Что делать, насильно мил не будешь… Можно было бы, конечно, вытряхнуть сейчас все из Вас, накачав соответствующими препаратами… Но что мне это даст? Подозреваю, что знаете Вы меньше, чем Ваш подельник Фельдман. А скрыть это не удастся и все узнают, что перед тем, как отбросить копыта, Вы исповедовались во всех грехах. А мне это не нужно. Остальные насторожатся, и работать станет сложнее. А так Вас найдут утром без признаков насильственной смерти. Охрана к тому времени проспится и никому не признается, что продрыхла всю ночь. А я смогу спокойно охотиться дальше, пока не найду кого — нибудь более сговорчивого в вашем гадюшнике.

— Господи, кто Вы?! Вы работаете на разведку врага?

— Я же Вам говорила, что я — ведьма, нарушившая Запрет, но это почему — то вызвало у Вас смех. А смеяться над этим не нужно. Я обладаю способностями, которые и не снились Бабе — Яге и Кощею Бессмертному. Вы уже смогли в этом убедиться. И ни на какую разведку я не работаю. Я работаю сама на себя. Единственное, что мне нужно, это чтобы вы все оставили меня в покое. Но поскольку вы этого не хотите и продолжаете меня преследовать, я приму ответные меры и буду устранять все, что представляет для меня угрозу. Начну с Вас, Дмитрий Федорович. Ведь я обещала устроить вам всем вендетту. Почему бы Вам не быть первым?

— Но… Но где гарантия, что Вы не убьете меня, если я все расскажу?

— А гарантия — здравый смысл. Зачем мне резать курицу, несущую золотые яйца? Ведь я планирую наладить с Вами долговременное сотрудничество, а не разовую акцию. И поверьте мне на слово, Дмитрий Федорович, что Вам это будет в ы г о д н о… Причем, не только в плане денег. Если у Вас возникнут какие — то проблемы, то я помогу их устранить. Если кто — то начнет под Вас копать, я устраню и эту проблему. Единственное, что мне нужно будет от Вас — это полная и своевременная информация. Со своей стороны могу пообещать, что я никогда не передам эту информацию противнику, буду использовать ее исключительно в своих личных целях и никогда Вас не подставлю. Как видите, в моем предложении для Вас одни позитивные моменты, если мы придем к соглашению. Ну, а если не придем… Тогда придется искать кого — то другого.

— Но ведь если наши узнают…

— А как они узнают, если только Вы сами не проболтаетесь? Я никому ничего не скажу это не в моих интересах. Ведь мне тоже на много в ы г о д н е е дружить с Вами, а не враждовать. Ваш коллега со стороны противника — генерал Кемаль это сразу понял и, когда у него не получилось привлечь меня на свою сторону, сделал все возможное, чтобы заручиться моим гарантированным нейтралитетом. Ему совершенно не улыбается перспектива иметь под боком такого врага, как я. И за это я ему благодарна. По крайней мере, он поступил на много честнее и порядочнее, чем вы. Думаю, Вы понимаете, что я имею ввиду не лично Вас, а всех, кого Вы представляете.

— Но… Но я, правда, не знаю многое из того, что Вас интересует…

— А Вы расскажите, что знаете. Не бойтесь, я без труда определяю, когда мне говорят правду, а когда пытаются соврать. Если действительно чего — то не знаете, что же делать.

Я понимаю, что нельзя знать абсолютно все.

— Хорошо, Ольга Александровна… Я расскажу, что знаю… Но меня действительно не допускают к настоящим секретам. Вы правильно выразились о роли свадебного генерала. Всем заправляет Фельдман и он сообщает мне только то, что сочтет нужным. А может быть, есть еще кто — то и над Фельдманом. Кто напал на кортеж, так и осталось невыясненным. Подозревают, что произошла утечка информации, так как Мелешин должен был доставить крупную сумму наличных денег в двух бронированных кейсах под видом дипломатической почты. Около шести миллионов в швейцарских франках для местной резидентуры. Этих денег, естественно, так и не нашли и полиции о них ничего не сказали. Они до сих пор ломают голову о мотивах нападения. А нападение носило чисто криминальный характер. Когда Вы подъехали к месту нападения, грабители уже забрали деньги и скрлись. Больше их ничего не интересовало. Но вместе с деньгами пропала кассета, которую вез Мелешин. Причем, у меня создалось впечатление, что Федьдмана это обеспокоило гораздо больше, чем пропажа денег. Поскольку уголовники вряд ли бы польстились на какую — то кассету, которую к тому же еще надо было найти, а сразу забрали деньги и скрылись, напрашивался вывод, что кассету взяли Вы. Ведь Мелешин был еще жив, когда Вы подъехали, и вполне мог попросить Вас передать кассету по назначению, так как понимал, что жить ему осталось недолго. Очевидно, Вы заговорили с ним по русски, вот он и принял Вас за кого — то из своих. У него просто не было выбора. Я не знаю, что на ней записано и кому ее должен был передать Мелешин. Но с этого момента нас начали постоянно дергать — любыми путями либо вернуть пропажу, либо гарантированно уничтожить. Кассета снабжена своеобразным самоликвидатором и при попытке копирования, или взлома программы, информация автоматически уничтожается, а без специального многоступенчатого кода открыть ее нельзя. Сначала не знали, кто Вы такая. Думали, просто кто — то из местных. Поручили операцию полковнику Матье с его цепными псами, поскольку в этот момент больше под рукой никого не было, а сверху кричали — срочно!

Что из этого получилось — Вам лучше известно. Теперь понимаю, что эти три вертухая не создали для Вас никаких проблем. Когда утром единственный из этой банды горе налетчиков, оставшийся в живых потому, что всю ночь простоял на стреме и не совался к Вам в дом сообщил, что его подельники исчезли и на связь не выходят, начался переполох. Решили даже подключить к этому делу полицию, чтобы выяснить, что же могло произойти. Сначала никто не поверил, что Вы смогли расправиться с тремя противниками и значит Вас кто — то прикрывает. Но Вы облапошили и полицию, она ничего не знала. После этого переполох перерос в панику. Никто не знал, что делать. Высказывались даже предположения, что этих трех придурков сцапала тайная полиция, в дела которой мы по незнанию сунули нос и сейчас можно ждать любых неприятностей. И тут Вы сами звоните в посольство и требуете встречи сначала с этим оставшимся вертухаем, а потом с полковником Матье. Не знаю, кто и зачем решил его убрать. Знаю только, что перед тем, как идти на встречу с Вами, он кому — то звонил. Возможно, он тоже оказался, как Вы говорите, с в и д е т е л е м… После этого приходит сообщение, что Вы — это никакая не Ольга Миллер, а Ольга Шереметьева, знаменитая Ведьма с "Летающей ведьмы", которая поставила всех на уши на Амальтее и сбежала, захватив трофейный штурмовик. Теперь все стало на свои места. Но возникло опасение, что Вы взяли кассету умышленно и хотите использовать ее в целях шантажа. Повторяю еще раз, я не знаю, что на ней записано. Но, очевидно, что — то очень важное. Настолько важное, что приказали нейтрализовать Вас любым способом. Попытаться купить, а в самом крайнем случае — ликвидировать. Теперь понимаю, что это верх глупости… Предлагать любые условия, любые деньги, только бы информация с кассеты не ушла на сторону. Информация на кассете будет автоматически уничтожена через определенное время, но это в том случае, если ее никто не будет трогать, и сработает установленный внутри микрочип с таймером. Наверху не строили иллзий и прекрасно понимали, что Вы попытаетесь прочесть кассету и обнаружите микрочип.

А остановить таймер для хорошего хакера не составит большого труда, хотя саму инфомацию без введения всех ступеней кода открыть невозможно. Это значит, что информация останется в Ваших руках, хотя и прочесть ее Вы не сможете. Но нет никакой гарантии, что Вам, или тем, кому Вы передадите кассету, не удастся найти код. И вот этого наверху боялись больше всего. С момента прибытия "Афродиты" там вообще с ума посходили. Требуют любой ценой нейтрализовать Вас любыми путями хотя бы на время стоянки лайнера, пока он не отправится в обратный рейс. О ликвидации уже речь не идет. Не знаю, какую информацию получил Фельдман, но мне кажется, что он Вас по настоящему боится. Боится до ужаса и не хочет портить отношений. Он был очень доволен, что вроде бы удалось наладить с Вами диалог, а я по собственной дурости все испортил. Обрадовался, дурак, что смогу утереть нос Фельдману. Знали бы Вы, что он после всего высказал о том, что обо мне думает… После этого рассказал о Вас т а к о е… Я, честно говоря, не поверил. Думал, что все это сказки. Теперь же готов поверить, чему угодно…

— Ну что же, Дмитрий Федорович. Я рада, что у нас наметилось взаимопонимание. Ведь я не маньяк — убийца и лишние трупы мне не нужны. Могу сразу успокоить Вас. У меня и в мыслях не было прибегать к шантажу. Я взяла кассету потому, что об этом попросил Мелешин. Но он не успел сказать, кому передать ее. Очевидно, он принял меня за женщину, сидевшую в машине, так как назвал меня Надей на русском. И я чисто машинально также на русском ответила ему. Я избавила его от боли и поддерживала в нем жизнь до самого прибытия скорой, но он был обречен. Ранения были тяжелейшие. Он мог жить только с моей поддержкой. Ну, а что было дальше, Вы знаете. Скажу сразу, что вина за случившееся целиком и полностью лежит на вашем руководстве. Ведь я собиралась на следующий день отнести кассету в посольство. Мне она совершенно не нужна. Более того, даже если бы ваши трое идиотов, вломившихся ко мне в дом под видом грабителей просто забрали кассету и ушли, как обещали, то я бы их отпустила. Мне совершенно не нужна лишняя реклама. Но им обязательно надо было убрать всех свидетелей и представить все, как бандитское нападение. Вот за это они и поплатились. Как Вы понимаете, у меня нет никакого желания, чтобы меня убрали. Я лучше сама уберу этих "убирателей".

И с этого момента события начали приобретать характер снежной лавины. Теперь о мином разрешении вопроса не может быть и речи. Я все равно буду оставаться для Вашего начальства с в и д е т е л е м… И эта кассета останется у меня, как своего рода страховка от ваших необдуманных действий. Могу пообещать, что специально вредить вам не буду не смотря на то, как со мной поступили. Но если против меня, или моей подруги, или наших детей будут предприняты какие — то враждебные действия, то немедленно приму ответные меры. И постараюсь найти код, чтобы сделать эту информацию достоянием гласности. А этого, как я понимаю, Ваше начальство боится больше всего.

— Да-а-а… Кто же Вы есть, Ольга Александровна? Человек, или дьявол?

— Мне много раз задавали этот вопрос. Я — не дьявол. Я — ведьма. Ведьма, нарушившая Запрет, то есть применившая свой дар для убийства. В свое время меня вынудили к этому.

Кстати, Вы говорили об "Афродите". Какую роль она играет во всей этой истории, что с моментом ее прибытия наблюдается такой всплеск активности ваших действий и меня надо любой ценой нейтрализовать хотя бы на время ее стоянки, до выхода в обратный рейс?

— Честное слово, не знаю. Но наверху носятся с этим лайнером, как дурень с писаной торбой. Требуют обеспечить максимальный уровень безопасности, и почему — то боятся, что Вы можете предпринять какую — то акцию против "Афродиты".

— Полный бред. Зачем мне это? Там что, вообще одни параноики собрались?

— Ей богу, не знаю! Но там всерьез обеспокоены, что раз Вы завладели кассетой, и не желаете признать этот факт, значит, вынашиваете какие — то враждебные планы. А тут такое событие — приход лайнера, открытие регулярной пассажирской линии, которая будет иметь огромное международное значение. А Вас, очевидно, считают за потенциального террориста, поскольку перед этим сами сделали все возможное, чтобы такие мысли могли у Вас появиться. Да и Фельдман говорил, что Вы никогда не забываете обид и можете отомстить своим противникам даже спустя много лет. Так что верю, что Ваши слова о вендетте — не пустой звук.

— Но причем здесь пассажирский лайнер?! Что плохого сделали мне эти люди? Ваше начальство вообще не дружит с головой? Раз я сбежала из тюрьмы и пригрозила в случае невыполнения моих требований применить оружие, которое, кстати, меня все — таки вынудили применить, так вообще меня считают уже за какого — то кровожадного маньяка?

Вот уж действительно, правы были древние греки, когда говорили, что если боги хотят кого — то наказать, то они прежде всего лишают его разума.

— Не знаю, Ольга Александровна… Но мне было сказано именно так.

— Вы получали какие — нибудь конкретные указания относительно "Афродиты"?

— Да. Обеспечить с местной полицией и охраной космопорта максимальный уровень безопасности. И еще одно странное поручение — загрузить перед отлетом на лайнер под видом дипломатического багажа, не подлежащего таможенному досмотру, контейнер. Никогда еще не было, чтобы багаж отправляли в таких количествах.

— А вот это уже интересно. Что за контейнер?

— Не знаю. Я его еще не видел и даже не знаю, где он сейчас находится.

— Очень, очень интересно… И последний вопрос — кода, чтобы прочесть кассету, у Вас, конечно, нет?

— Увы, нет. Возможно, он есть у Фельдмана, но не уверен.

— Ясно. Что ж, благодарю Вас, Дмитрий Федорович, за откровенность. Рада, что мы нашли общий язык. Теперь о наших дальнейших действиях. Сейчас я уйду, а Вы ложитесь спать, а то на Вас лица нет. Никому, естественно, о нашей встрече ни слова. Глядите, чтобы Фельдман ничего не заподозрил. Сейчас, пока "Афродита" не улетит и не уляжется этот ажиотаж вокруг нее, нам лучше не общаться. Ведь мы сегодня разругались вдрызг и Вы на меня очень злы. Да и у Вас забот полно. Когда лайнер улетит, потихоньку встретимся и определим порядок передачи Вашего "жалованья", где и как Вам будет удобно. Мне то без разницы, но чтоб Вас не подставить. Не бойтесь, не обижу. Будете получать в два раза больше, чем получаете сейчас от Министерства Обороны. Если возникнет что — то срочное, или какие — то проблемы, обращайтесь в любой момент. Если Фельдман, или кто другой начнет что — либо вынюхивать, или копать под Вас, немедленно сообщайте мне.

Я приму меры. Ваше спокойствие и безопасность для меня теперь важны не менее, чем свои собственные. Видеозапись на пульте охраны я сотру, так что утром никто не узнает о моем ночном визите. Все, Дмитрий Федорович! До свидания и спокойной ночи! Может, усыпить Вас, а то Вы весь на нервах? Ведь долго не заснете? Не бойтесь, это совершенно безопасно.

— Нет уж, знаете, я лучше сам…

— Ну, как хотите. Всего Вам доброго!

Ольга улыбнулась и растаяла в воздухе, снова отведя глаза адмиралу. Адмирал схватился за сердце. Ладно, ничего с тобой не станется. Это тебе не в своем шикарном кабинете командовать. Теперь командую я. А если Вы, Ваше превосходительство, по собственной глупости решите вести двойную игру, то придется Вас "нейтрализовать"…

Ольга поднялась из — за стола и безмолвным призраком выскользнула из кабинета.

Без труда покинув виллу адмирала и уничтожив видеозапись в компьютере охраны, Ольга отправилась домой, анализируя то, что узнала. Полученная информация настолько неожиданна, что требует тщательной проработки. Савицкий не врал, он говорил то, что ему сказали. Но это не обязательно должно соответствовать истине. Свадебному генералу знать истину не обязательно. Неужели ее и вправду считают способной докатиться до такого, чтобы на почве личных обид стать террористом? Ох, не так все просто… Савицкий, похоже, не знает всего. Ему известна только часть какого — то плана, причем часть очень небольшая. Что это за контейнер, который должен быть погружен на лайнер в последний момент? Не факт, что все знает и Фельдман. Возможно, что не он здесь главный, а есть кто — то и над ним. Значит, вывод напрашивается сам собой. Если ничего не удастся выяснить до отлета лайнера, то придется лететь на нем в качестве пассажира и действовать по обстановке. Ясно, как божий день, что задумана какая — то операция, в которой задействована "Афродита". И то, что если здесь замешана к о н т о р а, а и так ясно, что замешана, то ничего хорошего от такой операции ждать не приходится. Уже имеем личный опыт…

И даже если лайнер улетит и операция будет успешно выполнена, то Вы, уважаемая Ведьма, все равно будете оставаться с в и д е т е л е м… И самое удивительное и непрятное то, что причиной всех произошедших событий изначально была обычная уголовщина. Если бы не было этих денег в машине, то и никакого нападения бы не было. Она с самого начала пошла по неверному пути. Считала, что тут замешаны интересы спецслужб.

Потом выяснилось, что разведка противника к этому отношения не имеет и, возможно, это какие — то внутренние разборки между своими. А все оказалось гораздо проще. Денег, естественно, никто не найдет, да и искать не будет. Их уже давно поделили. И полицию в это дело впутывать не стали, секретность прежде всего. Да сами деньги вас, похоже, сильно и не интересуют. Что для такой организации какие — то шесть миллионов. На карту поставлено что — то гораздо большее. Настолько большее, что там согласны были идти на все, только бы не допустить утечки информации. Ладно, что гадать. Снова, как и раньше, придется решать проблемы по мере их возникновения…

Неожиданно зверь почувствовал опасность. Машина неслась по пустынной ночной улице. Впереди, на перекрестке из — за поворота, вынырнули две машины и стали поперек дороги, полностью перекрыв проезжую часть. Сзади из боковой улочки вынырнули еще две и бросились следом. Свернуть некуда и в машине она, как в ловушке. Нет той свободы маневра. Подняться в воздух, наплевав на правила? Предстоят длительные разборки с полицией и неизвестно, чем это закончится. И тогда она ничего не узнает, но будет гарантированно н е й т р а л и з о в а н а! Какой простой и остроумный план! Резкое торможение и машина быстро теряет скорость. Когда автомобиль остановится метрах в двадцати от перекрестка, отвести глаза всем, кто рядом, открыть дверь и быстро выбраться из машны…

Ольга успела покинуть салон автомобиля за долю секунды после того, как открыла дверь и теперь стояла на тротуаре, наблюдая за разворачивающимися событиями. Из двух перегородивших дорогу машин вышло восемь особей хомо сапиенс явно не интеллигентного вида и направились к ее машине. Сзади затормозили два преследователя, и из них также выбралось восемь особей очень похожей наружности. Вот они подходят к открытой двери и один бьет дубинкой по капоту…

— А ну вылазь, урод!

!!Вот это да!!! Так ошибиться! Вам, уважаемая Ведьма, уже везде мерещатся агенты противника, старающиеся Вас ликвидировать, или хотя бы временно нейтрализовать. А тут всего — то! Старая, как мир, уголовщина. Обычный дорожный гоп — стоп! Но все равно, кися, молодец!

— … его нигде нет!!! Куда этот… делся?!

— Да… с ним!!! Берем тачку и валим!

!!О-о-о, мальчики, это вы напрасно! Тачка мне самой нужна. Как же я среди ночи до дому то доберусь? Кися, ты у меня давно на голодном пайке. После той белобрысой куклы ни разу не получалось, нельзя было наследить. Ну, а тут сам бог велел… Взять!!! Зверь лязгнул клыками и шестнадцать фигур одна за другой с лицами, перекошенными от боли, рухнули на асфальт. Ольга внимательно осмотрелась, но зверь больше ничьего присутствия не обнаружил. Свидетелей нет. Ну и слава богу! Переступив через то, что совсем недавно считало себя охотником, села в машину и аккуратно подняла ее в воздух на пару метров, чтобы полицейские детекторы не смогли ее засечь. На минимальной скорости прошла над двумя перегородившими дорогу машинами и снова опустилась на проезжую часть. Ну а дальше будем ехать, строго соблюдая правила, как и положено дисциплинированному водителю и законопослушному гражданину, каковым и является всем известная бизнес — леди, уважаемая госпожа Миллер. А то, что сзади на дороге осталось… Да кто его знает… Свидетелей нет. Какие — то отморозки, видать, наркотиков перебрали, вот и загнулись все разом от передоза. Бывает… Следов — то насильственной смерти нет…

— Ну что, кися, мур — мур? Я же говорила — для тебя подонков хватит. Сегодня мы с тобой опять доброе дело сделали. На ночных улицах станет немного спокойнее. Ну а то, что полиции опять очередной "висяк" добавили, что же делать. Работа у них такая, трудная.

Нашу "Кобру" сейчас светить нельзя. Никто не поверит, что один человек перестрелял шестнадцать отморозков, а они стояли и спокойно ждали каждый своей очереди. Было бы двое — трое, еще куда ни шло. А шестнадцать — не поверят. А так — неизвестный науке случай. Повторение того, что было в прошлом году. Смерть группы лиц, явно занимающихся криминальной деятельностью, от неизвестной причины и явно в момент совершения очередного преступления. Тут уже и до мистики недалеко. Не удивлюсь, если скоро поползут слухи о появившемся духе мщения, убивающем преступников…

Не доезжая до дома пары кварталов, Ольга припарковала машину и снова активизировала все органы чувств зверя. Пока все спокойно. Утром ее ребята эту машину, служащую как раз для таких щекотливых дел, заберут, и будем считать, что она ее никогда не видела.

Разве преуспевающая бизнес — леди будет ездить на такой таратайке, хоть она и в прекрасном состоянии, а мотор тянет так, что можно уйти от любой погони? Шутите, господа? Шикарный автомобиль госпожи Миллер всю эту ночь простоял в гараже, ожидая свою хозяйку. И пусть кто — нибудь попробует доказать, что это было не так. А сама госпожа Миллер сейчас видит уже десятый сон, отдыхая после тяжких трудов и никуда, ни на какие виллы, ни к каким военным атташе среди ночи она не ездила. Скажете, тоже! Что госпоже Миллер там делать, да еще и среди ночи? Ведь она, как бы это сказать… Ну, в общем, это только слухи, но… Но, в конце концов, это ее личное дело! А то, что она всю эту ночь провела у себя дома — это неоспоримый факт!

Отведя всем глаза, Ольга незримой тенью прошла оставшееся расстояние до дома. Вокруг все тихо и привычно. Улица пустынна, все соседи давно спят, и только бессменные топтуны несут свою нелегкую службу вокруг ее дома. Вечером она незаметно покинула его, и теперь также возвращается назад. Перелезть через невысокую решетчатую ограду несложно, а включенный в кармане электронный ключ для прохода через свою систему охраны, чтобы она не подняла тревогу, делает свое дело. Теперь к потайной двери в стене, скрытой от посторонних глаз. Ну, вот Вы и дома, госпожа Миллер! Никаких посторонних запахов нет, никто нигде не прячется и в доме все спокойно. Быстро она отбила охоту у незваных гостей соваться сюда. Теперь весь дамский набор из электронных прибамбасов, "Кобры" и прочего убираем в тайник. Туда же диктофон с записью разговора с его превосходительством. Вдруг когда — нибудь пригодится. Сбрасываем с себя все эти черные тряпки в стиле а — ля — ниндзя и в ванну! А потом спать, поздно уже… Эх, Настюши рядом нет!

!!Вот бы после такого приключения… Но — увы…

На следующее утро Ольга проснулась довольно поздно. В офисе сейчас срочных дел нет, с ежедневной текучкой и без нее справятся, почему бы не выспаться после такой ночи, насыщенной событиями? Позавтракав, сразу проверила электронную почту и посмотрела новости. Так и есть. Этих отморозков уже обнаружили и телевизионщики взахлеб вещают о странном случае, очень похожем на тот, что произошел в прошлом году на побережье.

С той только разницей, что сейчас обошлось без стрельбы. Но, как и раньше, нет ни одного свидетеля и совершенно непонятна причина одновременной смерти банды, промышлявшей разбоем на дорогах и члены которой, как оказалось, уже давно на примете у криминальной полиции. Единственное, что более — менее понятно, это мотив. Нет никакого сомнения, что банда была уничтожена в момент совершения очередного преступления. Положение машин и тел на дороге, оружие, готовое к действию говорят в пользу этой версии. А другой вразумительной просто нет. Очевидно, бандиты на кого — то нарвались и не ожидали отпора. Хоть полиция и воздерживается от комментариев но, по мнению независимых экспертов, если отбросить всякую мистику, в городе завелся человек, обладающий странным, непонятным оружием. Которое способно одновременно поразить насмерть большую группу людей, не нанеся их телам абсолютно никаких повреждений. Ни внешних, ни внутренних, и ни с чем подобным криминалистика до сих пор не сталкивалась.

Уже ясно, что он не использует свое оружие для совершения преступлений, а только защищается, так как в обоих случаях целями были матерые уголовники, явно застигнутые в момент совершения преступления. Кто же этот новоявленный Робин Гуд, борящийся со злом? И когда ждать следующий случай? Судя по разгулу преступности — недолго. Коль скоро полиция не в состоянии навести порядок на улицах, это начинает делать Неизвестный Мститель, не трогающий законопослушных граждан, но беспощадно расправляющийся с уличными волками и шакалами. Творящий свое собственное правосудие, какое он считает нужным. И говорящий с бандитами на понятном им языке — языке силы. Как знать, может ему удастся то, перед чем бессильна полиция. Служба новостей. Оставайтесь с нами!

Вот так, кися. Нам уже присвоен титул Неизвестного Мстителя. Если так пойдет и далше, то скоро деяния этого Мстителя будут самыми горячими новостями эфира. Надо пока что притихнуть, не привлекать излишнего внимания. Потому, что соратники и начальники господина Фельдмана и иже с ним уже должны догадаться, что это может быть и чьих это рук дело. Интервью телевизионщикам они давать, конечно, не будут, и в полицию не настучат, но по подобным вещам могут проследить путь Хризантемы и предположить, причастна ли она к каким — либо событиям, произошедшим недалеко от этого места. Хоть на вилле его превосходительства ничего такого и не случилось, но если охрана начнет болтать о внезапно свалившем всех сне, а эти двое, что получили "Коброй" по голове, еще пожалуются на странный провал в памяти, то умный человек, знакомый со способностями и повадками Хризантемы, без особого труда сопоставит факты и придет к однозначному выводу. А это значит, что прежнего доверия, даже такого куцего, к его превосходительству уже не будет. И вполне может быть, что ему начнут сообщать откровенную дезинформацию. Вся надежда только на естественную человеческую сущность. Смена охраны, дежурившая сегодня, просто побоится признаться в этом. Ведь за подобные вещи можно запросто загреметь из такого теплого местечка прямо в район боевых действий, и радоваться при этом, что так легко отделались. А может быть кое что и похуже района боевых действий…

В электронной почте, кроме обычной переписки с агентами и торговыми партнерами, нашлось письмо от господина статского советника Фельдмана, в котором он, призвав все свое красноречие, пытался всеми силами заинтересовать Ольгу и назначить встречу для обсуждения важных вопросов. Так, с Вами все ясно, господин статский советник. Знаю, какие важные вопросы Вы собираетесь обсуждать. По открытой связи Вы говорить об этом ни за что не будете, а Ваше предложение о встрече мы просто проигнорируем. Посмотрим, что дальше Вам фантазия подскажет. А время идет, и Хризантема по — прежнему творит, что хочет, где хочет и когда хочет. И можно ждать от нее любых неожиданностей.

Вот и побегайте теперь за ней, господин статский советник!

На борту "Барса" тоже все нормально. Ольга просмотрела сообщения, полученные по гиперсвязи, и облегченно вздохнула. С Настей и детьми все в порядке, хоть это радует.

Отправила сообщение, что все идет, как надо. Незачем волновать подругу. А теперь можно и в офис. Отметиться там, пусть у господина Фельдмана не возникнет подозрений. Госпожа Миллер ведет обычный образ жизни, и ничего такого отчебучивать не собирается.

А потом обязательно съездить в космопорт, проявить интерес к "Элеоноре". Ибо, если она этого не сделает, то этим как раз возбудит сильные подозрения. Чтобы она, пилот профессионал, не проявила интереса к этому чуду?! Этого просто не может быть. И если это так, значит госпожа Миллер что — то замышляет.

В офисе все было спокойно. Работа шла, как обычно, транспортных кораблей "Экспресс шиппинг" в данный момент в порту не было, и никто госпожу Миллер пока не искал. Секретарь доложила, что забронировала один билет на "Афродиту" на рейс Швейцария — Эсмеральда — Земля. Вылет через шесть дней. Ну, что же. Если за это время ничего выяснить не удастся, то придется лететь. Как минимум, до Эсмеральды. На Землю соваться все — таки не хочется… Но, если придется, то никуда не денешься. Что делать, опять придется примерить шкуру разведчика — нелегала. Не первый раз…

Разобрав текущие дела, Ольга собралась ехать в космопорт, как ее снова вызвала секретарь:

— Мадам, к Вам господин Фельдман. Говорит, что у него срочное и важное дело.

Вот, липучий… Сказано же тебе было, что нам говорить не о чем. Знает, что по видеофону не отвечу, поэтому сам приперся… Ничего, голубчик. Посмотрим, как ты сейчас выкрутишься… Ольга вызвала по внутренней связи Лемке.

— Эрих, срочно ко мне. Как придешь, скажешь, что с одним из кораблей нет связи. Как войдешь к секретарю, говори, что важное и срочное дело, не терпящее отлагательства.

— Понял, мадам!

Буквально через минуту секретарь снова доложила.

— Мадам, тут Эрих Лемке к Вам буквально рвется. Говорит, что срочно.

— Да, Марта, я знаю. Давай их обоих сюда.

В кабинет вошли Лемке и Фельдман, причем физиономия у последнего была явно недовольная. Лемке сразу взял быка за рога.

— Мадам, у нас проблема. Потеряна связь с "Кассандрой". Завтра она должна прибыть, но до сих пор с нее нет диспетчерской радиограммы за последние сутки. Телеметрия хоть и с перебоями, но идет. Это значит, что корабль цел, но у них какие — то серьезные проблемы.

— Ясно, Эрих. Сейчас придется срочно ехать в космопорт на "Титан". Выйдем в космос на дальнюю орбиту за радиационные пояса планеты, оттуда связь лучше. Здравствуйте, Оскар Яковлевич, присаживайтесь. Извините, что заставила Вас ждать. Но у нас тут серьзная проблема с одним кораблем. Что Вы хотели?

— Здраствуйте, Ольга Александровна. Извините, но у меня к Вам очень срочное и важное дело.

— Хорошо, давайте Ваше срочное и важное дело, только побыстрее. У нас серьезная проблема.

— Ольга Александровна, но мне хотелось бы обсудить это с Вами наедине.

— От господина Лемке у меня нет секретов. Он начальник моей службы связи и вся информация все равно идет через него. Давайте, что у Вас. Через пять минут нам надо ехать.

— Но, Ольга Александровна… Это разговор долгий и конфиденциальный, не на пять минут…

— Ну, если не хотите говорить, тогда извините. У меня есть более важные дела. Я Вам уже сказала, что наши дальнейшие деловые отношения невозможны.

— Но почему?

— А потому, что вы очень ненадежные партнеры, Оскар Яковлевич. Я не говорю, что лично Вы, а те, кого Вы представляете. После того, как этот ваш позолоченный павлин попытался меня арестовать в посольстве, куда я пришла с мирными намерениями, ни о каком доверии не может быть и речи. Еще не хватало, чтобы вы арестовали все мои корабли в ваших портах.

— Ольга Александровна, клянусь Вам, что я уже высказал этому дураку все, что о нем думаю и я обещаю…

— Как Вы можете обещать за всех? У вас он что, один такой? Уж чего, а дураков у вас хвтает, на собственном опыте в этом убедилась. И как была я для вас всех беглым престуником, так им и останусь навсегда. И в этом Вы меня не переубедите. Не тратьте больше свое и мое время. Эрих, собирайся, бери все, что нужно и срочно едем в космопорт на "Титан". Выйдем за радиационные пояса, и там попробуешь наладить связь. Может, на пониженной мощности у них передатчик работает. А нет — срочно полетим навстречу.

Возможно, им нужна помощь.

— Мадам, ничего брать не надо. Аппаратура "Титана" позволяет поддерживать связь даже с аварийными кораблями. Лишь бы у них был хоть какой — нибудь источник энергии, или хотя бы шлюпочная радиостанция. Мощность передатчика и чувствительность приемника позволяют это.

— Тем лучше. Значит, едем.

— Ольга Александровна, куда Вы?!

— Вы же слышали — на "Титан". Это буксир — спасатель нашей Компании, который находится в порту в состоянии постоянной готовности к вылету. Вдруг какому — то из кораблей потребуется срочная помощь. Я не экономлю на безопасности. Лучше иметь в составе своего флота хоть один спасатель, чем рисковать потерять корабль с людьми.

— Ольга Александровна, но это, правда, срочно…

— Было бы срочно, Вы бы уже все сказали, а не тянули время, делая из этого тайну Мадрдского двора. Значит, не так уж оно и срочно. Все, Оскар Яковлевич. Простите, но я ждать больше не могу. До свидания. Эрих, срочно едем.

Ольга решительно поднялась из — за стола и направилась к выходу. Лемке тут же подскочил и направился следом за ней. Фельдман сидел и растерянно смотрел вслед. Он прекрсно понимал, что его только что красиво послали. Как посылают надоедливого посетитля, который уже всех достал. Не успела за Ольгой и Лемке закрыться дверь, как вошла Марта.

— Простите, господин Фельдман, но мне надо закрыть кабинет. Госпожа Миллер требует, чтобы во время ее отсутствия сюда никто из посторонних не входил.

Ольга и Лемке не мешкая вышли из офиса, демонстративно сели в машину и Ольга двинулась в сторону космопорта. Едва они завернули за угол, Лемке разобрал смех.

— Ей богу, мадам, видели бы Вы его физиономию! Никогда еще ни видел, чтобы так красиво кого — то посылали! Видать, здорово он Вас достал.

— Достал — не то слово… Посмотрим, что он теперь придумает. Надеюсь, с "Кассандрой" все в порядке?

— А что с ней, тьфу — тьфу, станется? Полчаса назад с ней разговаривал. Они уже вышли из гиперпространства и идут в обычном режиме. Доставка т о в а р а прошла успешно.

— Ну и слава богу!

По приезду в космопорт ради приличия зашли на борт "Титана", где связь с "Кассандрой" была "восстановлена". Что делать, антенна главного передатчика у них полетела. Бывает, никто от этого не застрахован. Хорошо, что вовремя отремонтировать успели, не понадобилось "Титан" в космос поднимать. Коль скоро все так благополучно разрешилось, можно и на "Афродиту" посмотреть, раз уж все равно сюда приехали. Но тут Ольгу и Эриха ждал неожиданный сюрприз. На борт лайнера никого посторонних не пускали. Меры безопасности приняты просто беспрецедентные, никогда еще такого не было. Даже вплоную к лайнеру подойти не получилось, чтобы рассмотреть его вблизи. Полицейский кодон разворачивал всех праздношатающихся. Да-а-а, так ничего не узнаешь… Придется действовать по другому…

Вернувшись в офис, Ольга уже не застала Фельдмана, но она прекрасно понимала, что господин статский советник все равно не откажется от своих намерений. Ну и ладно, без него спокойнее. А сейчас вернемся к нашим баранам… Ольга снова вызвала Жана.

— Жан, нужна твоя помощь. Ты ведь в порту всех знаешь. Есть у тебя знакомые из технческой службы, которые проводят техобслуживание "Афродиты"? Надо кое — что узнать. А в идеале мне бы самой на нее попасть.

— Знакомых найду, а вот насчет попасть на борт… Сомневаюсь. Такой системы охраны еще никогда не было, все удивляются. А что надо узнать?

— Все, что вызывает сомнения. Все необычное, нехарактерное для пассажирского лайнера.

Пусть это будет даже казаться чем — то незначительным, но выбивающимся из привычной картины. И если будет возможность, узнать, почему лайнер имеет переборки такой большой толщины.

— Хорошо, сделаем…

Глава 11

Время идет, а результата нет. До вылета лайнера остается три дня. Не смотря на усилия всех знакомых Жана, не удалось узнать абсолютно ничего. Технический персонал космопорта не пускают на борт лайнера, и они выполняют только работы снаружи корпуса, а там ничего, что могло бы внушить подозрения, нет. Господин Фельдман ведет планомерную осаду, и скрываться от него все труднее. Не переходить же на откровенную грубость и не посылать его по необходимому и хорошо известному адресу. А следовало бы…

Поэтому, сыграем сейчас в поддавки. Вам очень хочется вывести Хризантему из игры хотя бы до выхода "Афродиты" в рейс? Ребята, вам повезло! У нее появились срочные дела где — то у черта на рогах и сегодня она улетает. Так что вам ничего даже и делать не надо! Но сначала сделаем еще одно дело…

Ольга подумала, и вызвала Макса.

— Макс, есть у тебя на примете какая — нибудь влюбленная парочка не из болтливых и надежных, которые не настучат в полицию, но и сами не являются ее клиентами? Чтобы были абсолютно ч и с т ы е? И чтобы не было даже намека, что здесь замешана "Экспресс шипинг"?

— Найдем, конечно. А зачем?

— Хочу сделать им подарок — свадебное путешествие на пассажирском лайнере "Афродита" до Земли и обратно. Прилетят на старушку Землю, нашу прародину, погуляют там недельку, и следующим рейсом вернутся обратно. А за это еще и гонорар им заплачу — пять тысяч каждому. Вперед.

— Ого! И что же им надо будет делать в этом свадебном путешествии?

— В самом путешествии — уже ничего. Отдыхать и наслаждаться жизнью. Но они должны пронести кое что для меня на борт по "зеленому" коридору. После посадки и взлета я у них это заберу.

— И что именно?

— Алмазный дисковый резак, разные электронные штучки, которые наша служба связи не совсем законно мастерит и компьютерную кассету. И попробовать через кого — нибудь из портовских, кто будет грузить почтовые и багажные контейнеры, спрятать в грузовом трюме "Кобру" и запас патронов. Предложите любые деньги.

— Мадам, все так серьезно? Может, я с ребятами помогу? И зачем Вам "Кобра"? Ведь Вы же… Ну, в общем, Вы же ни в чем таком не нуждаетесь?

— Да, Макс, но есть одно "но". Если на борту "Афродиты" дойдет до дела, то там не должно остаться н е п р а в и л ь н ы х трупов. Поскольку там буду я, то умному человеку нетрудно будет сопоставить факты и рано, или поздно, вычислить меня. А мне это совершенно не нужно. И вы мне ничем не поможете, только подозрения усилите. Меня и так перед посадкой будут трясти, как грушу, а потом кругами ходить, вынюхивать.

А если еще и вы там будете, то сразу поймут, что мы что — то замышляем. Для вас у меня другое дело. Возьмешь человек двадцать с оружием, Лемке со всеми его прибамбасами, сядете на "Титан" и будете следовать за "Афродитой". Так, чтобы по моей команде через полчаса быть у нее под бортом, если она ляжет в дрейф.

— А зачем? На абордаж ее брать? Так на ней служба безопасности побольше будет. И кто же нас по хорошему внутрь пустит? Не резать же крышку люка. Или Вы что — то конретное знаете?

— Нет, Макс… Но нехорошие предчувствия у меня. Что вся эта возня, что идет с момента нападения на трассе, связана с "Афродитой". Что — то там замышляется.

— Но Вам — то что до всего этого? Улетит скоро эта "Афродита", да и черт с ней!

— Не так все просто. Даже, если она улетит, то я все равно останусь с в и д е т е л е м.

Хотя, даже не знаю, чего именно. И от меня все равно не отстанут…

Через несколько часов Ольга была уже на борту "Титана". Пусть кораблик побегает, а то застоялся уже. "Посылки" для нелегальной доставки на борт лайнера уже собраны, "почтальоны" найдены, и больше тут пока делать нечего. Неожиданно прозвучал вызов коммуникатора и высветился номер господина Фельдмана. Вот теперь можно и поговорить!

— Добрый день, Оскар Яковлевич! Вы все — таки не теряете надежды завлечь меня в свои сети? — голос Ольги звучал очень весело и дружелюбно, так что Фельдман был сбит с толку, но сразу попытался настроиться на нужную волну.

— Здравствуйте, Ольга Александровна! Ну, какие же сети?! У Вас, к сожалению, сложилось крайне негативное мнение обо мне. Вот так всегда и бывает в жизни. Одна паршивая овца все стадо портит. Что делать, сам виноват. Не доглядел за этим солдафоном. Какой из него дипломат? Ему бы на плацу ать — два командовать, да степень надраенности матросских ботинок проверять. На большее он, к сожалению, не способен. Но у него наверху хорошая "крыша", которая его сюда пристроила, и убрать его не так то просто.

— Сочувствую Вам, но думаю, Вы позвонили не за этим?

— Конечно. Ольга Александровна, боюсь показаться чрезмерно назойливым, но у меня, правда, есть предложение, которое может Вас очень заинтересовать. Не бойтесь, Вашим кораблям ничего не грозит, и заходить в наши порты им не придется. Если только Вы сами этого не захотите.

— Вот как? Интересно. И что же это за предложение?

— Увы, поверьте мне, это не для открытой связи. Давайте встретимся в любом удобном для Вас месте, в любое удобное для Вас время и все обсудим? Разговор конфиденциальный и информация предназначена только для Вас.

— Ой, Вы продолжаете меня интриговать! Что же Вы такого там припасли? Ну, так и быть!

Аж самой стало интересно. Через недельку вернусь, приходите ко мне в офис и все обсудим!

— А разве Вы куда — то уезжаете?!

— Да, надо слетать в одно место… Так сказать, по служебным делам. Бизнес есть бизнес, ничего не поделаешь. Все время из офиса руководить не получается. Приходится и самой выбираться в космос, но мне это не в тягость, а в удовольствие.

— И далеко, если не секрет?

— Оскар Яковлевич, вот Вы любопытный! Ну, прямо, как я! Коммерческая тайна! Я же о ваших дипломатических тайнах не выспрашиваю.

— Все, все, не буду! Жду Вашего возвращения и желаю Вам приятного полета!

— Благодарю Вас! И Вам всего доброго!

Ольга отключила связь и улыбнулась. Все, ребята! Празднуйте свой успех. Хоть это и не ваша заслуга, но Хризантема убирается на недельку из города по своим контрабандным делам и создавать потенциальную угрозу для вашей возни не будет. Зря вы боялись, что она проявит какие — то враждебные намерения в отношении вашей "Афродиты", носитесь с ней дальше. А у Хризантемы есть гораздо более важные дела. Тем более, что местный координатор "Экспедиционного корпуса" Франц Гофман куда — то опять исчез, и все экспедиционные дела своей фирмы ей приходится решать самой. Вот и пусть пока уйдет с головой в свой криминальный водочно — сигаретный бизнес и ничем другим не занимется. Всем вокруг спокойнее будет. Только не известно, в какую же тьмутаракань она сейчас отправится. Но это, в конце концов, не так и важно. Лишь бы подальше от Шварвальда. Ну, а как вернется, тогда и побеседуем…

Мерно гудя двигателями, "Титан" выруливал на взлетную площадку. Ольга сидела в кресле второго пилота и внимательно наблюдала. На буксирах ей еще летать не приходилось.

Хоть "Титан" появился в "Экспресс шиппинг" почти полгода назад, но выбраться на нем в космос никак не удавалось, и он большую часть времени проводил в порту. Корабль уж очень специфический. Вроде, и работы постоянной для него нет, но если прижмет, то никто кроме него не справится. Значительно уступающий транспортам в размерах, не имеющий больших грузовых помещений, он имел двигатели огромной мощности и соответствующее оборудование, предназначенное для оказания помощи при аварии, и мог справться с буксировкой аварийного корабля любых размеров с неработающими двигателями и полностью лишенного источников энергии до орбитального дока. Такая своеобразная палочка выручалочка, которая может пролежать без движения очень долго. Но если приспичит, то кроме нее никто не поможет. Вырулив на взлетную площадку, получили разрешение диспетчера на взлет, и капитан "Титана" — Анна Лют подняла машину в воздух.

Поднявшись на сотню метров, буксир начал разгон с набором высоты, входя в указанный взлетный коридор. Ольга не вмешивалась и только внимательно наблюдала. Анна уверенно вела машину. Чувствовалась огромная мощь двигателей, упрятанных в корпус сравнительно небольшой массы и размеров. Поскольку буксир шел "легкачом", то есть без буксируемого объекта, это ощущалось очень явно. Когда высота превысила пять километров, Ольга взяла управление на себя, чтобы опробовать незнакомую машину в атмосфере. Ни о каком лихачестве, естественно, не было и речи. Здесь за такие вещи можно огрести кучу неприятностей — это не Пандора и не Сахара, или что — нибудь похожее. Да и для выполнения различных кульбитов буксир не предназначен. Это просто сильная и надежная рабочая лошадка.

"Титан" рассекал воздух, поднимаясь все выше и выше. Вот уже небо над головой из светло — голубого стало темно — синим, и продолжало темнеть дальше. Показались певые звезды. Плотные слои атмосферы остались позади, и могучая машина понеслась прочь от планеты. Вокруг раскинулся бескрайний космос, усыпанный искорками звезд. Слева по борту ослепительно ярко сиял диск Альтаира — местного светила. Вот уже продена зона управления движением, и корабль уходит все дальше в космическое простраство. Голубой шар планеты остался позади и уменьшается в размерах. Это была стихия, в которой и жили корабли, творение человеческого разума. Стоянка в порту — это вынужденный перерыв. Их настоящая жизнь только здесь. Когда работает с полной нагрузкой реактор. Когда работают на номинальной мощности двигатели. Когда вокруг, куда ни глянь, только бездонная чернота Космоса с золотистой россыпью звезд по всему небосводу.

Настроение Ольги резко улучшилось. Она опять была в своей любимой стихии. Когда в твоих руках могучая машина, а вокруг только далекие звезды. Никаких интриг, разборок, уголовщины и шпионских игр. Ведь совсем недавно выбиралась в космос на "Барсе", еще и месяца не прошло, а уже успела соскучиться. Да-а-а, Оля… Ты — существо не приземлнное. Твоя настоящая жизнь только здесь, среди этой золотистой россыпи. Там, на дне атмосферы, никогда не увидишь такой красоты. Никогда не увидишь немерцающих звезд с их золотистым светом. Никогда не увидишь космического восхода, когда корабль выходит из планетной тени, и первые лучи местного светила озаряют все вокруг сквозь тонкий слой атмосферы, окрашивая ее на какие — то мгновения всеми цветами радуги, и начинают играть на обшивке корпуса. Когда одеваешь скафандр и выходишь за пределы корабля, покидая зону искусственной гравитации, и испытываешь удивительное чувство невесомости, которое не дано испытать, находясь на поверхности планеты. И вокруг тебя по прежнему — вечная красота Мироздания. Мироздания, которое ты видишь непосредственно перед собой, а не на обзорном экране в рубке, или через аварийный иллюминатор. И тебя отделяет от него только сверхпрочное стекло шлема и броня скафандра…

— Ну, наконец — то выбрались! А то уже застоялись. Пусть кораблик побегает! — радостно провозгласила Анна. Ей тоже, как и Ольге, здесь было более комфортно, и она не ушла бы с транспортных судов на буксир, находящийся на постоянном дежурстве в порту, если бы не дети с их переходным возрастом, требующие неусыпного внимания. "Титан", тем временем, удалялся все дальше и дальше от планеты. Официально он стартовал для встречи, оказания технической помощи и сопровождения к орбитальному терминалу "Эдельвейса" — одного из кораблей "Экспресс шиппинг", ожидающегося через пару дней. Но это официально. А что на самом деле будет творить госпожа Миллер на пару с "Эдельвейсом", и еще неизвестно, с "Эдельвейсом" ли, это совершенно никого не касается.

— Отлично, Анна. Уйдем еще подальше и ляжем в дрейф. Через пару дней должен подойти "Эдельвейс". Подойдем, состыкуемся, сходим в гости. Приличия должны быть соблюдены, а то вдруг кого — нибудь нелегкая принесет. А так все, как положено — спасатель оказывает техническую помощь. После этого сопровождаем "Эдельвейс" к орбитальному терминалу для выгрузки. Там я вас покину, и пойдете на посадку без меня. Если будут спрашивать — я осталась на "Эдельвейсе". Конкретно все уточню позже. Возможно, ситуация за два дня изменится.

— Мадам, будет жарко? — Анна летала не первый год, тоже состояла в "Экспедиционном корпусе" и прекрасно разбиралась в ситуации.

— Возможно. Пока еще не уверена, но предчувствие нехорошее.

— И какая наша цель?

— "Афродита".

— Что-о-о?!

— "Афродита". Что — то там замышляется. Я полечу на ней пассажиром и постараюсь разобраться в обстановке. Ваша задача — взять группу Макса, сразу стартовать, уйти за пределы зоны управления движением и отслеживать там взлет "Афродиты". Когда она стартует, следовать за ней, не приближаясь очень близко, но чтобы иметь возможность оказаться под бортом в течение тридцати минут, если лайнер ляжет в дрейф. И так следовать до момента ухода лайнера в гиперпространство. Если ничего не произойдет и не получите от меня никаких указаний — ваша миссия выполнена. Вернетесь в Шварцвальд.

— Но к чему хоть готовиться? Чего примерно ждать?

— Пока конкретно не знаю. Но какой — нибудь пакости, это гарантирую. И будьте готовы взять лайнер на буксир и полностью обеспечить энергией.

— С этим проблем не будет. Но если там будет серьезная заварушка, то что сможет сделать группа Макса? Ведь на лайнере больше пяти тысяч человек?

— Если что — то будет, то не все пять тысяч примут в этом участие. Буду смотреть по обстановке. Надо проверить сразу одну вещь, чтобы окончательно убедиться. Если все будет тихо и ничего не произойдет, значит, я ошибаюсь. Ну, что же, слетаю на Эсмеральду, навещу наших торговых партнеров. Оттуда вернусь назад другим пассажирским рейсом.

— Мадам, простите меня, конечно, за любопытство… А оно Вам надо? Связываться с этим лайнером, даже если там действительно что — то замышляется? Улетал бы он отсюда побыстрее, да и хрен с ним. Разве Вам своих проблем мало?

— Надо. В том — то и проблема, что надо… Вы ведь, Анна, не знаете всего. И есть такие вещи, про которые лучше вообще не знать. Спокойнее жизнь будет. Я вот сдуру сунула свой нос, куда не надо, и теперь расхлебываю. Поглядим, что из всего этого выйдет…

Два дня прошли совершенно спокойно. Ольга отсыпалась в предоставленной ей резервной каюте, общалась с экипажем и практиковалась в управлении незнакомой машиной. По аппаратуре гиперсвязи связалась с Настей. Хоть там было все хорошо. Настя настойчиво требовала информацию о состоянии дел, поэтому пришлось сообщить кое — что, чтобы успокоить подругу. В заключение Ольга добавила, что дело близится к завершению.

К исходу вторых суток пожаловал "Эдельвейс". Оба корабля сразу состыковались вместе, причем стыковку выполняла Ольга, не упустившая момент потренироваться лишний раз.

Как знать, что за сюрпризы возникнут в ближайшем будущем. После стыковки и открытия шлюза экипаж "Титана" пожаловал в гости на "Эдельвейс". У всех сразу нашлись общие знакомые и начался обмен информацией. Это был крупный контейнеровоз, возвращавшийся на Швейцарию. Вся часть "экспедиционных" дел этого рейса уже выполнена, и корабль совершенно "чист" в таможенном плане. Вообще — то, надобности в стыковке не было. Но поскольку они вылетели специально для оказания технической помощи, все случайные свидетели должны видеть, что "Титан" ее оказывает. Правда, за столом в кают — компании, но это уже другой вопрос. Ольга перебралась на "Эдельвейс". Она должна прибыть на нем на орбитальный терминал, и оттуда срочно вылететь на планету — в космопорт Шварцвальда. До старта "Афродиты" оставались сутки. Самое большее, через двадцать часов она должна быть у нее на борту.

Начинался обратный отсчет времени. В идеальном варианте, возможно, удастся выяснить все сразу. Но Ольга не строила иллюзий. Слишком серьезный противник на этот раз и неизвестно, что за всем этим кроется. Это не головорезы Ромочки Поланского, привыкшие иметь дело только с себе подобными. И еще неизвестно, как встретят ее на борту лайнера.

Может быть, опять попытаются арестовать. А то, что не удастся сохранить в тайне ее попытку попасть на корабль в качестве пассажира, Ольга не сомневалась. Проникать на борт по фальшивым документам тоже не хочется. Неизвестно, как все пойдет с самого начала и если ее поймают на этом, то она точно будет н е й т р а л и з о в а н а до самого вылета и на борт не попадет. А ссориться с местной полицией — лучше не надо. Не пакости, где живешь! Ладно, будем решать проблемы по мере их возникновения….

Буксир и контейнеровоз расстыковались и понеслись на полной скорости к планете.

Войдя в зону управления движением, "Эдельвейс" стал выполнять маневр по швартовке к орбитальному терминалу. Совершать сейчас посадку на планету он не будет. "Титан" выполнял сопровождение контейнеровоза до самого подхода к терминалу, где его приняли портовые буксиры, помогающие при стыковке. На этом его задача была выполнена, и, не подходя к терминалу, он устремился в сторону планеты. Группа Макса, предупрежденная заранее, уже ждет. После посадки "Титан" берет ее на борт и тут же взлетает, ожидая в дальнем космосе старт "Афродиты". А что будет дальше — задача со многими неизвестными.

Проводив взглядом уходящий "Титан", Ольга сразу же, как открыли люк, покинула контейнеровоз. Надо спешить. Не теряя времени, направилась в пассажирский модуль, и взяла билет на ближайший пассажирский шаттл, совершающий рейсы между орбиталным терминалом и космопортом на планете. Пока обстановка вокруг спокойная и на нее никто не обращает внимания. Весь багаж, с которым она придет на посадку, взят заранее на "Титан". Там нет абсолютно ничего, что могло бы заинтересовать самого придирчивго таможенника. А то, что придирки будут, можно не сомневаться. Едва она появится на регистрации, в определенных кругах начнется паника. Будут предприняты все доступные меры, чтобы не допустить ее на борт. Придется устроить скандал. На каком основании пассажира, не уличенного ни в чем противозаконном, и купившего билет не пускают на лайнер? Попытаются придраться на таможенном досмотре, да только ничего у вас не получится. Жена цезаря — вне подозрений!

После посадки в Шварцвальде и прохождения контроля Ольга тут же направилась в офис агенства, расположенного в порту, в котором ей забронировали билет. До вылета лайнера остается пять часов.

— Госпожа Миллер, что же Вы так задержались? Еще два часа — и вашу бронь бы аннулровали, — сразу сообщили ей в агенстве, когда она предъявила квитанцию о заказе с кодовым номером — на предъявителя. На этот случай уже давно был готов ответ.

— Что делать, до последнего момента не знали, кто именно из нашей фирмы полетит. Вот и заказали билет без указания конкретного пассажира. А сегодня утром меня обрадовали.

Говорят, собирайся, и вперед!

Получив билет, Ольга отправилась побродить по космопорту и узнать последние новости. Час все равно ничего не решит. Сделав звонки в офис "Экспресс шиппинг" и дав ряд указаний, приобрела последние газеты и пару журналов в киоске. Она ничем не должна выделяться из толпы пассажиров. "Титан" уже должен забрать группу Макса и уйти в дальний космос. Возможно, господин Фельдман пока еще не знает, что среди пассажиров предстоящего рейса объявилась Ольга Миллер, иначе бы уже примчался. Но скоро все равно узнает. Ольга находилась на четвертом этаже пассажирского терминала космопорта и через застекленную стену видела все летное поле. Не очень далеко стояла красавица "Афродита" в окружении других лайнеров, отличаясь от них гигантскими размерами.

Скоро начнется регистрация и посадка пассажиров. С профессиональным интересом разглядывая лайнер, Ольга неожиданно заметила странную деталь, выбивающуюся из првычной картины. На корпусе лайнера не было ни одного опознавательного знака, говорщего о его принадлежности к гражданскому флоту Федерации — синего круга в окружнии золотистых звезд. Вернее, не то, чтобы совсем не было, но было видно, что их совсем недавно закрасили. Как бы в подтверждение этого, из — за лайнера показалась машина технической службы. Служащие космопорта, находящиеся на ней, стали наносить на борт корабля новый символ — красный щит с прямым белым крестом внутри — опознавтельный знак гражданского судна Швейцарской республики. Это еще что такое?! Ольга достала билет и внимательно пролистала его. Так и есть! В графе, где указывается флаг лайнера, значится Швейцария! Она просто не обратила на это внимания, а в агенстве ничего не сказали. Ведь обычному пассажиру без разницы, какому государству принадлежит лайнер. И в смене флага, в общем — то, ничего удивительного нет. Эта практика пришла из глубокой древности, когда многие судоходные компании регистрировали суда не под флагом своей страны, а под так называемыми "банановыми", или "удобными" флагами слаборазвитых государств, уходя таким образом от уплаты налогов, соблюдения законов своей страны и многих других неприятностей. С выходом человечества в космос эта практика никуда не делась, и успешно перекочевала с морских торговых судов на космческие корабли. Но в свете последних событий внезапная смена флага на "Афродите" внушает сильные подозрения. Что — то тут нечисто. Рискнуть, и позвонить адмиралу? Нет, лучше не надо. Вдруг, его связь прослушивается. Ольга набрала номер Жана.

— Жан, срочно поставь на уши всех своих знакомых в порту, но узнай, когда и почему "Афродита" сменила флаг на швейцарский.

— А она что, флаг поменяла?! Вчера я был в порту, еще ничего не было!

— А сегодня я смотрю и вижу, как старые опознавательные знаки Федерации уже закрасили, и рисуют новые — швейцарские.

— Ничего себе! Сейчас узнаю!

Жан отключился и начал обзванивать своих многочисленных знакомых из портовой братии. Ольга прикидывала самые различные варианты, но не могла найти разумного объяснения этому шагу. Если только лайнер не собираются посылать в районы военных действий, чтобы нейтральный флаг служил ему прикрытием. Но, ведь насколько было известно из заявленного ранее, работа в таких районах не планировалась. Неужели рукводство компании, которой принадлежит лайнер, изменило свое решение? И что теперь можно ждать от рейса, на который у нее билет в кармане? Тут раздался звонок Жана.

— Да, мадам, все так и есть. Техническая служба только сегодня утром получила заказ на нанесение новых опознавательных знаков и перепрограммирование всей судовой радиоаппраратуры. В службе портового контроля все тоже были очень удивлены, когда сегодня были доставлены новые судовые документы, подтверждающие смену флага и прилось переоформлять отход. Внятного объяснения этой спешке никто дать не может. Обычно такие вещи делают заранее, а не в последний момент. Экипаж лайнера тоже недоумевает. Никаких разговоров о смене флага раньше не было.

— Ясно, Жан. Спасибо. Если еще что узнаешь, держи меня в курсе.

Между тем объявили о начале регистрации пассажиров и посадки на "Афродиту".

С фотографиями "почтальонов" и их именами Ольга ознакомилась еще до вылета на "Титане". Она их знает, они ее нет. Если возникнут проблемы на таможенном досмотре, то выйти на нее не смогут. Хотя, какие подозрения могут вызвать инструмент и электронные приборы с кассетой? Одно дело, если это найдут у Ольги. И совсем другое — у влюбленной парочки, отправляющейся в свадебное путешествие. Согласно информации, полученной от Макса, "Кобру" с боеприпасами все же удалось пронести и спрятать в трюме в условленном месте. Деньги любят все. Причем, "Кобра" новая, нигде еще не засветилась. Эх, если бы не понадобилась… Однако, предчувствие говорит совсем о другом.

И чем ближе к вылету, тем отчетливее… Пора. Окинув взглядом зал регистрации и не найдя ничего подозрительного, Ольга направилась к стойке с горящей надписью "Афродита".

— Добрый день, мадам! Пожалуйста, Ваши документы и билет. Это что — весь Ваш багаж?

— Да, а что?

— Ничего, просто у нас обычно набирают гораздо больше.

— Но я лечу по делам, а не как турист. Если мне там что — нибудь понадобится, по своей кредитной карте я смогу купить, что угодно. От носового платка до автомобиля.

— Конечно, мадам, извините. Все в порядке. Прошу Вас пройти на таможенный досмотр.

Ольга прошла эмиграционный контроль и направилась в сторону "зеленого" коридора, не требующего специального декларирования. Все равно у нее ничего нет. Основная масса пассажиров идет через него, так как мало у кого имеется что — либо, подлежащее обязательному декларированию в "красном" коридоре. И таможня тут обычно работает выборочно, или по наводке. А еще они говорят, что подавляющее большинство их "клиентов" трясется так, что из них само все сыплется. Что же, им виднее.

От Ольги не укрылось, что едва она прошла паспортный контроль, офицер эмиграционой полиции тут же стал куда — то названивать. Едва она переступила границу "зеленого" коридора, как к ней тут же подошли два таможенника.

— Приносим свои извинения, мадам, но Вам придется пройти в комнату досмотра.

— А что случилось? Ведь у меня ничего запрещенного нет.

— Тем лучше, мадам. Значит, Вам нечего беспокоиться. Но мы обязаны проводить выборочный контроль пассажиров.

— Ну, как хотите…

Когда Ольгу завели в комнату, находящуюся здесь же, неподалеку, там находилось еще двое таможенников. Очевидно, информация о ней прошла еще раньше и ее ждали. Ну, что же, господа. Сыграем. Будете искать у меня кассету? Или, что — нибудь еще? Старший сразу начал формальную процедуру.

— Госпожа Миллер, если Вы имеете у себя что — либо, подлежащее обязательному декларированию, просим предъявить это. Также предъявите, если у Вас есть что — либо, запрщенное к перевозке. Перечень всего этого находится перед Вами, — и положил перед Ольгой официальный бланк.

— Ничего, перечисленного в этом списке, у меня нет.

— В таком случае, прошу Вас подписать его. Этим Вы подтверждаете Ваше заявление.

Что и говорить, в юридическом плане таможенник был подкован неплохо. Когда Ольга подписала официальный бланк, он забрал его и попросил предъявить все личные вещи для досмотра. Ольга взгромоздила прямо на стол свою дорожную сумку и вежливо предложила свою помощь. На что ей также вежливо ответили отказом и предложили присесть на стул посреди комнаты. Ох, здорово напоминает это сцену на Амальтее. Разве только здешние таможенники ведут себя не в пример вежливее и волком не смотрят. Ясно, что они получили на нее наводку и просто выполняют свою работу. Главное, чтобы сами ничего не подбросили, а так у нее ничего интересного для них нет.

Время шло. Таможня рылась в Ольгиных вещах уже больше часа, и было видно, что они уже давно поняли, что их элементарно подставили и теперь просто тянули время. Ольга глянула на часы, висевшие на стене. Регистрация и посадка заканчивались через час. После этого на борт уже никого не пускают, начинается предстартовый отсчет времени, последние проверки и опробование всех систем, выруливание на стартовую площадку и взлет. Ясно, что ее любыми путями хотят не допустить к посадке.

— Господа, может быть, объясните, что вы ищете? А то, давайте я помогу. Вы перетряхнули все мои тряпки уже не по одному разу, но ничего не нашли. Скоро заканчивается посадка, а вы до сих пор держите меня здесь. На каком основании?

— Простите, мадам, но у нас есть информация, что Вы пытаетесь незаконно вывезти секретные материалы.

— Очень интересно! И какие же это материалы? Вы их нашли? И кто же это такой умный на меня настучал?

— Извините, госпожа Миллер, но поскольку в Ваших вещах ничего нет, мы обязаны провести личный досмотр. Без этого мы не можем допустить Вас к посадке.

— Так в чем проблема? Проводите.

— Ни одной женщины из таможенной службы сейчас нет. И Вас досматривать некому.

Ольга усмехнулась. Как все просто. Те, которые хотят не допустить ее на лайнер думают, что предусмотрели все…

— Насколько я вас поняла, личный досмотр — это единственное препятствие для моего допуска к полету? И если вы ничего не найдете, то я могу лететь?

— Совершенно верно, мадам. Весьма сожалею, но мы не можем допустить Вас…

— Не торопитесь сожалеть. Извольте вызвать начальника таможенной смены космопорта и начальника службы безопасности. Вы не имеете права отказать мне в этом.

Таможенник удивился, но связался с указанными лицами, и вскоре они прибыли. Ольга достала коммуникатор и демонстративно при всех включила его в режим диктофона, после чего обратилась к главному таможеннику.

— Господин офицер! Ваши подчиненные заявили мне, что не могут допустить меня к полету без личного досмотра. В моих вещах ничего запрещенного не нашли. И если в результате личного досмотра они ничего не найдут, то я могу лететь. Пусть они подтврдят это при Вас.

— Это так? — поинтересовался старший смены.

— Так.

— В таком случае, господа, начнем!

Ольга подошла к столу, за которым сидел таможенник, сняла туфли и поставила их на стол прямо перед ним. Все опешили. С мстительно — радостным выражением лица стщила через голову платье и швырнула на стол. Сверху платья легли колготки. Затем последовала очередь кружевных трусиков и лифчика. Ольга стояла перед всеми в костюме Евы и хищно улыбалась, глядя на хлопающие глаза и отвисшие челюсти.

— Давайте, господа, проводите! Что же вы стесняетесь? Да, кстати, кто из вас шестерых гинеколог?

— А-а-а… п-п-ричем здесь…г-гинеколог?!

— Как причем?! А разве т а м мне личный досмотр проводить не будете? А вдруг я террористка и туда бомбу запихала?! И я у вас тут кресла не вижу. Ну, ничего, я и на стол к вам залезу! И, пожалуйста, поторопитесь! Скоро посадка закончится!

Сказать, что это произвело эффект разорвавшейся бомбы, это значило не сказать ничего.

Т а к о г о таможенники за все время своей службы ни разу не видели. А Ольга не унималась, продолжая в ироничной форме изощренно издеваться над ними, но не допуская грубостей и соблюдая приторную вежливость.

— Господа, время идет. Если вы специально его тянете и не проводите мой личный домотр, чтобы не допустить меня к полету, хотя я этому не препятствую и создала вам масимально благоприятные условия, то я затаскаю вас по судам. Специально найму адвоката и заплачу ему хорошие деньги, чтобы он занимался только этим. Не знаю, кто вам про меня что наплел, но вы сами видите, что вас элементарно подставили. И если вы сейчас будете делать то, что положено, то мы расстанемся друзьями. Я против вас ничего не имею. Но если вы пойдете на поводу у этого шутника, и будете заниматься откровенным саботажем, чтобы я не попала на этот рейс, то я приложу все силы, чтобы вас выгнали со службы. Для меня это будет делом чести.

Эти слова возымели действие. Уж чего, а вылететь из таможни не хотел никто из присутствующих.

— Простите, мадам… Я теперь понимаю, что это была чья — то глупая шутка. Одевайтесь, мы не имеем оснований Вас задерживать. Вы можете пройти на посадку.

Таможенники вышли, оставив Ольгу одну. Быстро одевшись, она вышла из комнаты и направилась к выходу на посадку. Время поджимало. Она сразу почувствовала на себе пристальный взгляд. Очевидно тот, кто хотел не допустить ее к полету, не ожидал такого исхода таможенного досмотра и был сбит с толку, не понимая, что же могло случится. Глянув украдкой на толпу, Ольге показалось, что там мелькнуло лицо Фельдмана.

Хотя, она могла и ошибиться. Как бы там ни было, господин Фельдман, Вы просчитлись. Вы, наивный, надеялись найти что — либо, или смутить Ведьму? Вам это не дано.

Жена цезаря — вне подозрений!

Ольга уже подошла к трапу, как прозвучал вызов. Номер был незнаком.

— Да, слушаю!

— Ольга Александровна, здравствуйте! У меня к Вам срочное дело!

— Здравствуйте, Оскар Яковлевич! Как Вы не во время! Ну, давайте свое срочное дело.

Я только по трапу поднимусь.

— Ольга Александровна, вернитесь! Это очень срочно и очень важно!

— Ну, так если срочно и важно, то говорите. Меня эти игры в тайны уже, честно говоря, раздражают. И откуда Вы хотите, чтобы я вернулась?

— Вы сейчас садитесь на "Афродиту"?

— Да, а откуда Вы знаете?

— Ольга Александровна, я сейчас не могу сказать всего. Поверьте, это разговор не для мобильной связи. Прошу Вас, вернитесь, нам надо поговорить!

— Но ведь посадка закончится, и меня не пустят на борт!

— Вылетите другим лайнером через пять часов, я оплачу Вам все расходы! Поверьте мне на слово! Это очень важно!

!! — Вот что, дорогой мой Оскар Яковлевич! Я уже на борту "Афродиты". Если Вы имеете что — то действительно архи срочное и архи важное, извольте сказать это сейчас. И если это действительно так, то я покину лайнер, и мы с Вами встретимся. Не такая уж я большая шишка, чтобы вокруг моей скромной персоны городить какие — то секреты. Если Вас это не устраивает, то продолжайте эти игры в секретность со своим другом адмиралом.

А меня в них не впутывайте. Итак, я жду.

— Ольга Александровна!!! Я, честное слово, не могу…

— Ну, раз не можете, тогда извините. Как вернусь, тогда и побеседуем. До свидания!

Ольга отключила связь и улыбнулась. Да-а-а, господин статсткий советник… О Хризантеме Вы так просто говорить не будете, побоитесь. Что же Вы все — таки задумали?

Ладно, скоро все равно узнаем…

Изнутри лайнер поражал роскошью. Действительно, летающий дворец Гаруна Аль — Рашида в современном стиле. Пройдя по широким коридорам и преодолев несколько пролетов трапов, больше похожих на парадные лестницы, Ольга оказалась на палубе "А" в своей каюте номер 1184 по левому борту. В соседней каюте под номером 1182 разместилась влюбленная парочка — Карл и Грета, только что сыгравшие свадьбу и отправляющиеся в свадебное путешествие. На посадке их провожала целая толпа друзей, продолживших веселье прямо в зале регистрации космопорта, так что полиции пришлось призвать их к порядку. Молодые люди, правда, буянить не начали, и, пожелав молодоженам притного полета, предпочли убраться восвояси. Естественно, никому бы и в голову не приподумать, что эти полупьяные от счастья молодожены пытаются вывезти что — то секретное. По трансляции объявили, что посадка закончена и просили всех пассажиров, пока не закончится прохождение атмосферы и выход в космос, оставаться в каютах. Ольга внимательно осмотрелась. Каюта, действительно, была шикарная. Не сравнить с теми, что делают на обычных транспортных судах. Вот бы действительно попутешествовать в такой каютке вместе с Настей! Но сейчас не до этого. Прозвучало сообщение с просьбой всем занять противоперегрузочные кресла в каютах. В момент взлета и посадки надо обязатльно находиться в них на случай резкого маневра лайнера, чтобы не набить шишек. Хоть система искусственной гравитации сглаживает все перегрузки и создает искусственную тяжесть во время полета, но грохнуться на палубу при резком маневре все же можно.

Удобно разместившись в кресле, Ольга включила обзорный экран, занимающий одну из стен каюты. При желании можно было подключиться к датчикам внешнего обзора, и наблюдать то, что происходило за бортом в данный момент. Можно было посмотреть любой фильм из фильмотеки на борту лайнера, можно было подключиться к телевизионной сети при стоянке в порту, или на планетной орбите, можно было вывести на экран любой пейзаж со звуковым сопровождением, или без него, а можно просто выключить. Фильмы и пейзажи Ольгу в данный момент не интересовали, телевидение тоже, а вот посмотреть взлет — это совсем другое. Тем более, не часто ей выпадало летать в качестве пассажира.

Изображение на экране сдвинулось с места. Лайнер начал руление на стартовую площадку. Качество изображения было высочайшее, все звуки также транслировались и эффект присутствия был полный. Ольга наблюдала с чисто профессиональным интересом. Лайнер закончил руление, замерев на стартовой площадке. Можно было изменять направление вектора обзора и Ольга осмотрелась вокруг. Ничего подозрительного не было. Космопорт жил своей обычной жизнью, вдали стояли пассажирские лайнеры и грузовые суда, рядом не было никого. Стартовая площадка удалена от основного портового комплекса. Раздавался только низкий гул двигателей. Вот их тон изменился, стал выше, и лайнер начал плавно подниматься над бетонным полем. Подъем происходил ровно, без толчков, и, находясь в каюте, было бы совершенно невозможно определить это, если бы не система видеонаблюдения. Вот уже пройдена стометровая отметка, но лайнер продолжает подниматься в вертикальном режиме с очень малой скоростью. Его размеры огромны.

Длина восемьсот пятьдесят метров и масса почти полтора миллиона тонн. Наконец, на высоте тысячи метров, начинается горизонтальный разгон. Уже давно скрылось за кормой огромное поле космопорта. Лайнер несется над океаном, все больше наращивая высоту в пределах взлетного коридора. Скорость при прохождении атмосферы ограничена и основной набор скорости произойдет уже в космосе. А пока можно полюбоваться красотами этого мира. Угол тангажа небольшой и хорошо видно, как поверхность океана постепенно удаляется вниз все дальше и дальше. Береговая черта уже полностью скрылась. Небо вокруг из голубого становится темно — синим и продолжает темнеть дальше. Линия горизонта уходит все дальше вниз и вот уже видно, что планета — это действительно шар. Лайнер покидает плотные слои атмосферы и проходит ту неосязаемую границу, разделяющую расстояние до планеты и высоту. Голубой шар планеты начинает удаляться. "Афродита", не стесненная больше путами тяготения и сопротивлением атмосферы, устремляется в открытый космос, увеличивая скорость. Так она будет идти двое суток до входа в гиперпространство. Это сделано в целях безопасности. Лучше несколько увеличить время полета, но не рисковать лайнером таких размеров и массы. Весь же полет до Эсмеральды займет пять суток, и до Земли еще семь суток. Это с учетом полета в обычном космосе, после выхода из гиперпространства.

Ольга с интересом осматривалась, меняя направление вектора обзора. Снова вокруг нее одни звезды и сияющий диск Альтаира. Планета осталась за кормой и постепенно уменьшается в размерах. Но любоваться этой красотой Вселенной некогда. Она здесь не за этим. Прозвучало сообщение о возможности покинуть противоперегрузочные кресла и проследовать в ресторан на своей палубе на праздничный ужин по случаю начала путшествия. Ольга сразу отправилась в каюту к своим соседям, чтобы перехватить их. А то уйдут в ресторан, и будут там чревоугодничать неопределенное время. Еще и напиться вдрызг могут на радостях. Или никуда не пойдут, а завалятся в койку и будут развлекаться в ней тоже на радостях неопределенное время. Пусть сначала отдадут "посылку", а потом творят, что хотят. Ольга вышла в коридор и постучала в соседнюю дверь. Открыла миловидная девушка лет двадцати двух.

— Здравствуйте! Я ваша соседка. Можно войти?

— Да, входите, конечно, — девушка посторонилась и вопросительно посмотрела на Ольгу.

Внутри каюты был парень постарше, который настороженно посматривал на незваную гостью. По всему было видно, что на ужин они не собирались, и в мыслях у них было совсем другое.

— Здравствуйте еще раз! Простите, вас зовут Карл и Грета?

— Да, а что Вы хотели?

— Ребята, извините, что побеспокоила вас. Макс просил передать вам привет и надеется, что у вас все было нормально.

Это была условная фраза, выполняющая функцию пароля. Оба тут же облегченно вздохнули, парень достал из сумки небольшой пакет и передал Ольге.

— Вот, получайте. Все в целости и сохранности.

— На таможне проблем не было?

— Нет, что Вы! На нас даже никто и не глянул.

— Все, спасибо вам большое. Вы мне очень помогли. На всякий случай — мы не знакомы.

Ольга уже собралась выходить, как девушка окликнула ее.

— Мадам, простите, но что нам делать дальше?

— Ничего. Ваша миссия выполнена. Отдыхайте, веселитесь. Ведь у вас свадебное путешествие!

— Но ведь мы не дети и понимаем, что просто так подобные вещи не делаются и такие деньги не платят. Может, мы будем для Вас чем — то полезными? Друзья Макса — наши друзья.

— Посмотрим, ребята. Пока ничего не надо, а там видно будет.

Ольга вышла из каюты и направилась к себе. Нечего втягивать ребят в свои разборки.

Неизвестно, как все обернется. А теперь пора на ужин. Интересно, как здесь кормят.

Спрятав "посылку" и одевшись соответствующим образом, отправилась в ресторан.

Ресторан был на каждой пассажирской палубе, коих насчитывалось четыре, и был также отделан в модерновом стиле. Одну стену полностью занимал огромный обзорный экран, на который была выведена в настоящий момент обстановка за бортом. Создавалась полная иллюзия того, что стоит протянуть руку — и вот он открытый космос. Едва войдя в зал и направившись к свободному столику в углу, Ольга поймала на себе пристальный взгляд. Виду не подала, но решила специально занять место в самом углу, чтобы весь зал был под наблюдением. Едва она села за столик, как тут же появилась молоденькая официантка с модельной внешностью и предложила меню, мило улыбнувшись.

— Прошу Вас, мадам. Желаете ознакомиться, или что — то закажете сразу? У нас все есть!

Официантка излучала само радушие. Ольга глянула на точеную фигурку со стройными ножками, аппетитной попкой, стоячими грудками и смазливой мордашкой. И почувстввала — тоже шалунья. Как и она… В голове сразу завихрились шаловливые мысли. Но она тут же одернула себя. Во — первых, тебя Настя ждет. А во — вторых, ты тут не за этим. Поэтому спросила с самой невинной улыбкой.

— Ну, так уж и все! А шашлык из свинины, жареный на мангале, а не в электрической печи, у вас тоже есть?

— Конечно, есть! Кстати, одно из самых востребованных блюд наших пассажиров. Многим нравится!

— О-о-о, даже так! Тогда, давайте! Кроме этого свежие овощи, зелень, чай и томатный сок.

— Хорошо, мадам! Сейчас будет. А какие напитки желаете? Вина, коньяки, шампанское?

Или немного водки? У нас есть очень хорошая!

— Благодарю, пока не нужно. Только сок и чай. Кстати, у меня вопрос. Вы не знаете, почему лайнер перед самым вылетом сменил флаг?

— Не знаю, мадам. Никто этого не ожидал. Даже капитан был удивлен.

Официантка ушла, а Ольга начала анализировать полученную информацию. Конечно, обслуга из пассажирской службы может не знать всего, но какая — то информация все равно просачивается. И капитану незачем разыгрывать недоумение от такой банальной вещи, как смена флага, если он знал об этом заранее. Значит, не знал и это сделано внезапно. А зачем? Пока неизвестно… За столик села семейная пара, поздоровавшись с Ольгой и оторвав ее от раздумий. Зал постепенно заполнялся пассажирами. Она снова поймала на себе чей — то взгляд, и начала украдкой исследовать всех посетителей. Очень скоро она выявила четырех мужчин, сидевших через три столика и бросавших на нее время от времени подозрительные взгляды. Хотя и пытались делать это незаметно.

Значит, ее вычислили. Несомненно, Фельдман предупредил своих сообщников, что Хризантема, не смотря на всевозможные ухищрения, все же проникла на "Афродиту".

Дальнейшие их действия пока неизвестны. Ограничатся ли они только тем, что будут держать ее под наблюдением, если она не будет предпринимать никаких активных действий, либо снова попытаются н е й т р а л и з о в а т ь. Хотя, это вряд — ли. Нажив кучу неприятностей, господин статский советник уже тоже предпочитает не будить спящую собаку… На всякий случай, "срисовав" физиономии всех четверых, Ольга принялась непринужденно болтать со своими соседями, время от времени просматривая зал, но больше ничего подозрительного не обнаружила.

Как бы то ни было, но ужин был просто великолепен. Выйдя из ресторана, Ольга отправилась исследовать лайнер. Прошлась по всем его палубам, узнала места расположения лифтов, трапов, выходов к спасательным шлюпкам и многое из того, что предлагается пассажирам на пассажирских палубах. Но этого мало. Надо попасть в помещения экипажа, узнать, где выходы на мостик, в машинное отделение и грузовой трюм. Предчувствие грядущих событий не отпускало, и зверь тоже проявлял беспокойство. Хоть явной опасности пока нет, но она постепенно сгущается вокруг, как темнота с наступлением ночи.

Противник з н а е т, что она здесь. И он, несомненно, предпримет какие — то меры. Значит, ближайшая задача — уйти от наблюдения и попасть в помещения экипажа, а оттуда проникнуть в грузовой трюм и забрать "Кобру". Там же, заодно, можно будет проверить еще кое — что…

Ольга вернулась к себе в каюту и распаковала вещи. Вот в этом черном рабочем костюме и туфлях на мягкой подошве, на которые таможенники не обратили внимания, на монторах камер видеонаблюдения, если таковые имеются, она вполне может сойти за члена экипажа, направляющегося куда — то по своим делам. Кроме этого, он имеет огромное количество карманов и под ним можно спрятать, что угодно. Пока пассажиры еще не спят, и лайнер напоминает потревоженный муравейник, надо действовать. Шатающийся среди ночи по палубам пассажир, которому не спится, обязательно вызовет подозрения.

Сложив в непрозрачный пакет костюм, все электронные штучки криминальной фирмы "Лемке и компания", а также алмазный резак, Ольга надела самое тонкое и воздушное платье, которое можно при желании запросто засунуть в карман, туфли на мягкой подошве и вышла из каюты. Соглядатай тут же увязался следом. Побродив по палубам вроде без всякой цели, Ольга вычислила еще двоих. Значит, опасаются, что она может вмешаться и испортить им всю игру. Знать бы только — какую…

Пора "обрубать хвост". Свернув в коридор, из которого было несколько выходов в слжебные помещения и где пассажирам делать было нечего, Ольга тут же отвела глаза пре-следователям и стала под переборкой. Через несколько секунд появился шпик и лицо его удивленно вытянулось. Ведь деться Ольге было просто некуда. Открыть любую из дверей, ведущую в служебные помещения, даже имея электронный ключ она бы за такое время не смогла. Единственное разумное объяснение — что Ольгу кто — то ждал, заранее открыв ей дверь и как только она зашла, сразу закрыл. Очевидно, такая мысль и пришла в голову филеру. Он сказал по рации, что объект скрылся в служебных помещениях, развернулся и ушел. Ждать в этом коридоре бессмысленно. Ведь Ольга может вернуться в пассажирские помещения в любом другом месте. Выждав еще некоторое время, сбросила платье и надела рабочий костюм, засунув платье в карман. Теперь — ни дать, ни взять, член машинной команды. Достав одну из штучек Лемке — универсальный электронный ключ, который не только открывает все замки, но и блокирует сигнал на центральный бортовой компьютер об открытии двери, Ольга без труда открыла дверь и оказалась на территории, куда пассажирам вход воспрещен. Все — таки, у электроники, не смотря на огромное количество плюсов, есть и серьезные минусы. Хотя, это для кого как…

Ольга заранее неплохо изучила расположение всех помещений лайнера и сейчас довольно свободно ориентировалась. Да и типовые схемы, вывешенные на переборках, тоже помогали. Ведь новым членам экипажа тоже надо ознакомиться с кораблем. Она шла не торопясь, но и не тыкаясь по углам, отведя глаза всем встречным. Люди попадались редко.

Эти отсеки мало посещались экипажем. Но, в любом случае, никто из встречных Ольги не видел. Коридоры были очень широкие, и разминуться в них было нетрудно.

Вот и дверь в грузовой трюм. Опять в ход идет электронная отмычка Лемке. Поблизости никого нет. Щелчок замка, дверь открывается, и в следующую секунду она уже в грузовом трюме. Оказавшись внутри, Ольга внимательно осмотрелась. Никого из экипажа в трюме не было, да и делать им сейчас тут нечего. Груз погружен, закреплен и до посадки никто его трогать не будет. В трюме с полсотни контейнеров, и какой именно погружен под видом дипломатического багажа — не известно. Узнать это можно было, только повонив адмиралу, а этим его можно сразу засветить. Не вскрывать же сейчас все. Пройдя вдоль рядов контейнеров, Ольга активизировала обоняние зверя, но ничего конкретного определить не смогла. Полная мешанина запахов, и один забивает другой. Можно, конечно, определить, что в каждом конкретном контейнере, но как определить тот, который нужен? Ладно, не будем ломать голову. Пока есть другая работа. Подойдя к пульту управления грузовой аппарелью, Ольга засунула за него руку возле самой палубы. Там есть ниша, в которую удобно что — нибудь прятать и куда никто не лазит, так как делать там нечего. "Посылка" на месте. Развернула пакет и внимательно осмотрела. Все в порядке.

Заряженная "Кобра" и два десятка запасных магазинов ждут своего часа. В случае чего, перезаряжать их будет некогда. А теперь проверим одну вещь. Чем же руководствовались проектировщики, приняв такую необычную концепцию. Толщина переборок порядка пяти метров. Так до сих пор никто не делал. Ясно, что переборки пустотелые. Но что там внутри? Выбрав место подальше, скрытое за контейнерами, Ольга начала внимательно обследовать металл. Переборка глухая, никаких дверей в ней нет. Но в таких случаях невысоко над палубой должны обязательно делаться технологические лазы, задраенные крышками на шпильках. Мало ли, какая надобность возникнет, когда потребуется попасть в межпереборочное пространство. Не резать же для этой цели переборку. Обследовав гладкую металлическую поверхность, Ольга вскоре нашла задраенную горловину.

Можно, конечно, срезать гайки вместе с верхней частью шпилек резаком и потом снять крышку, но это будет сразу бросаться в глаза. А оставлять следов нельзя, да и время пока терпит. А уж сколько "добрых" слов будет сказано в ее адрес теми, кому потом придется выворачивать эти обрезанные шпильки, чтобы заменить их на новые! Поэтому, не будем действовать варварскими методами. Возле пульта всегда находится ящик с инструментами, чтобы не бегать каждый раз в мастерскую. Вот и воспользуемся им. Ольга взяла электрический гайковерт и быстро отвернула все гайки. Теперь поддеть крышку, и она сходит со шпилек. Путь открыт. Активизировав зрение зверя, чтобы видеть в темноте, проскользнула в открытую горловину и оказалась внутри.

Воздух довольно свежий, значит, вентиляция тут есть. Куча разных кабелей и трубопроводов. Силовые конструкции набора корпуса. Все, как обычно, ничего странного, выбивающегося из привычной картины, нет. Чтобы обследовать отсек полностью, надо добраться до бортовой обшивки. Внешний диаметр корпуса корабля — сто метров. Поэтому придется преодолеть множество препятствий из хитросплетений кабелей и трубопроводов под ногами. По высоте межпереборочное пространство разбито на несколько уровней с решетчатыми настилами и соединяющими их трапами. Что и говорить, возможность ремонта предусмотрена. Вот впереди показался борт корабля. Правда, это еще не наружная обшивка, а только внутренняя. Но что это за странные агрегаты прямо возле борта? Какие — то металлические ящики довольно приличных размеров, и они находятся на каждом ярусе. Никаких органов управления, или приборов на них нет, но к каждому посоединены кабели, уходящие куда — то за переборку. Назначение этих агрегатов совершенно непонятно, но видно, что все это сработано на совесть и явно в заводских условиях, а не на уровне "народного творчества". По приборам Лемке видно, что часть кабелей под напряжением, а часть нет. Хотя, что находится внутри, непонятно. Это совершенно ни на что не похоже. Нехорошие подозрения шевельнулись в душе. Зверь внимательно оглядывался и принюхивался, пытаясь проникнуть в тайну этой головоломки. Какой — то едва уловимый и очень знакомый запах все же пробивается…

Ольга решилась. Не зря же сюда лезла. Достав алмазный резак, включила его и начала осторожно вскрывать обшивку ящика. Едва алмазный диск прошел сквозь металл, чувствительное обоняние зверя тут же определило запах того, что находилось внутри, и Ольга поняла, почему он показался ей знакомым. Так пахнет нитрогексонит. Мощнейшее из известных на сегодняшний день взрывчатых веществ, применяемое в обычных боеголовках ракет класса "корабль — корабль". И если предположить, что в других ящиках то же самое, то получается, что только в этом отсеке его несколько тонн. А таких отсеков на лайнере много. Для очистки совести Ольга разрезала обшивку еще на трех ящиках. Везде то же самое. Это значит, что "Афродита" подготовлена к взрыву. Подготовлена заранее, со знанием дела и в условиях судостроительного завода. Но зачем?! В каком бреду могло возникнуть желание изначально, при постройке, заминировать пассажирский лайнер?!

Один, или даже десять человек не могли это сделать. Это сделано только сознательно и довольно большой группой людей, находящихся в составе руководства. Рабочие, монтирующие эти ящики и подсоединяющие к ним кабели, вполне могли не знать об их назначении. Но руководство верфи, где производилась постройка, не могло не знать. Итак, тайна необычных переборок "Афродиты" раскрыта. Но это не прояснило старых загадок, а только добавило новых. И весьма сомнительно, что экипаж знает, на какой бочке с порохом он сюда прилетел.

Все, надо выбираться отсюда. Главное она выяснила. Ответила на вопрос "Что?" Теперь надо ответить на вопросы "Зачем?" и "Когда?" Но ответы на эти вопросы в трюме не плучишь. Надо побеседовать со всеми "заинтересованными лицами". В первую очередь с капитаном. Возможно, он хоть что — то знает, но не придает этому значения. Желательно бы сцапать кого — нибудь из соглядатаев и разговорить. Может, что и прояснится.

Выбравшись из горловины, Ольга поставила крышку на место и завернула гайки. Видно, конечно, что крышку недавно снимали, но это надо специально обратить на нее внимние. А скоро и так узнают. Держать подобные вещи в секрете — это тупо следовать в западню. Заряды могут рвануть в любой момент, который режиссер этого спектакля сочтет подходящим. Убрав инструмент в ящик, Ольга снова открыла дверь своей унивесальной электронной отмычкой и невидимым призраком выскользнула из трюма. Больше здесь пока делать нечего, надо выбираться с запретной территории.

Обратный путь затруднений не вызвал. Чтобы не блуждать по незнакомым местам во избежание непредвиденных случайностей, Ольга решила вернуться прежним маршрутом.

Опять иногда ей попадались навстречу люди из экипажа, но ее никто не видел. Вот и та самая дверь. Быстренько сбрасываем с себя эту маскировочную "шкуру" и опять облачаемся в тоненькое элегантное платье. Хорошо, что материал не мнущийся, а то оригинально бы она сейчас выглядела. И хорошо, что обувь менять не надо. Раньше, сидя в кабине истребителя, она не придавала ей большого значения в бою. А теперь, побывав в шкуре ниндзя, поняла значение хорошей и удобной обуви. Все, новая "форма одежды" одета, старая упакована в пластиковый пакет вместе с "предметами первой необходимости", можно выходить. Вот будет номер, если опять подвернется кто — нибудь из топтунов.

Хотя, зверь никого поблизости не чувствует и прямой угрозы нет.

— Молодец, кися! Мы с тобой сейчас очень важную вещь узнали. И надо торопиться, чтбы нас не опередили, если не хотим, чтобы этот дворец Гаруна Аль-Рашида разлетелся на куски. Тогда будет очень плохо всем. И нам с тобой — в первую очередь.

Открыв дверь, Ольга выглянула в коридор. Никого. Быстро закрыла дверь и снова материализовалась в воздухе. Никто ее появления не видел, ну и ладно. Беззаботным шагом, придерживая значительно потяжелевший пакет — "Кобра" с боеприпасами весит немало, отправилась к себе в каюту. Выйдя из бокового коридора в центральный, сразу же окнулась в атмосферу веселья. Пассажирский лайнер жил своей жизнью. Пассажиры общались между собой, завязывались знакомства, серьезные и не очень, назначались встречи, а кто — то уже заперся по каютам — все, как обычно. Подходя к своей каюте, Ольга снова поймала на себе пристальные взгляды. Что — же, логика в их действиях есть. Уж мимо своей каюты она никак не пройдет, так что здесь надо обязательно держать наблюдателя.

Но от вас, ребятки, я прятаться больше не собираюсь. Пока… А там видно будет. Сейчас надо спрятать свое барахло. Не ходить же все время с пакетом по палубе. Зайдя в каюту, Ольга внимательно огляделась. Зверь принюхался, но посторонних запахов не обнаружил. Значит, во время ее отсутствия в каюту никто не входил.

— Да, кися. Ты у меня гораздо лучший страж, чем все эти электронные прибамбасы и древние контрольки, хотя и от них отказываться не будем. И как я раньше без тебя жила?

А теперь уже и не мыслю жить по другому. Чувствую, скоро будет для тебя работа. И будет такое "мур — мур", что… Ладно, не будем торопить события.

Пристроив свое не совсем, а точнее совсем незаконное имущество в каюте и предприняв кое какие меры предосторожности, Ольга вышла и направилась на поиски кого — нибудь из экипажа, кто отведет ее к капитану. Надо срочно переговорить с ним, но так, чтобы это не бросалось в глаза, иначе противная сторона может что — то заподозрить и принять меры. А пока ситуация не прояснится, допустить этого нельзя.

Глава 12

Когда Ольга подошла к первой попавшейся стюардессе и спросила ее, как можно переговорить с капитаном, та сразу связалась по рации и предложила проводить ее. Пройдя через несколько палуб, оказались перед дверью офиса пассажирской службы. Войдя внутрь, Ольга увидела перед собой мужчину в форме, но по шевронам на кителе сразу определила, что это не капитан.

— Добрый вечер, мадам! Что Вас интересует?

— Добрый вечер! Но я просила отвести меня к капитану, а Вы не капитан.

— Совершенно верно, мадам. Я пассажирский помощник Жерар Адилье и решаю все вопросы, касающиеся пассажирской службы. Просто многие пассажиры, если что случается, сразу требуют отвести их к капитану. Они не знают, что для этого есть другие члены экипажа. Что у Вас случилось?

— Ничего, но у меня есть конфиденциальная информация для капитана большой важности. Мне нужно срочно с ним переговорить. Но только с настоящим, а не с "печеночным" капитаном.

— О, мадам, Вы разбираетесь в нашей терминологии?

— Да. Я летала раньше на грузовых судах и дошла до старшего помощника капитана.

Хоть на пассажирских лайнерах не работала, но знаю, что здесь есть один настоящий капитан, а есть "печеночный", который работает большей частью своей печенью, принимая постоянное участие в попойках с пассажирами в ресторане.

— Ну, тогда для Вас нечего пытаться рассказывать флотские байки. У Вас что — то очень срочное, или можно подождать до утра? Думаю, капитан уже отдыхает.

— Срочное.

— Хорошо, подождите минутку.

Помощник начал связываться по внутренней связи, но ему долго не отвечали. Очевидно, капитан уже спал. Наконец, ответили. Жерар стал говорить об Ольге и ее просьбе и только по выражению его лица она понимала, что отвечал капитан. Но договоренность все же была достигнута. Жерар облегченно вздохнул и положил трубку.

— Все в порядке, мадам. Капитан сейчас Вас примет. Пойдемте, я провожу Вас.

Вдвоем они прошли опять через несколько палуб, остановившись возле двери капитанской каюты. Табличка на двери не допускала иного толкования. Жерар зашел первым, убедился, что капитан согласен и готов принять незваную полуночную гостью и пригласил Ольгу в каюту. В каюте за столом сидел не выспавшийся злой человек в капитанской форме, всеми силами пытающийся изобразить любезность. Хотя, это у него получалось неважно. Поднявшись из — за стола, он с деланной любезностью произнес:

— Добрый вечер, мадам. Я — капитан "Афродиты", Джон Келли. Проходите, присаживатесь. Надеюсь, у Вас очень веская причина, с которой Вы пришли ко мне?

— Добрый вечер, господин капитан! Я — Ольга Миллер. Извините, что пришлось нарушить Ваш сон, но у меня не было выбора. Скажите, Ваша каюта не прослушивается?

— Что за глупости Вы говорите, мадам? Кто меня будет прослушивать?

— Хорошо. Вы знаете, что Ваш лайнер подготовлен к взрыву?

— Что-о-о?! — капитан аж зашелся от хохота. Все сонное настроение с него как рукой сняло. Вдоволь насмеявшись, он посмотрел на Ольгу, как на шизофреничку.

— И откуда же у Вас эти сведения, мадам?

— Из кормовой переборки грузового трюма. Я только что была там и видела своими глазами подрывные заряды. Там несколько тонн нитрогексонита в металлических ящиках, укрепленных возле бортовой обшивки и соединенных кабелями. Подозреваю, что в других пустотелых переборках то же самое. Если Вы мне не верите, могу провести и показать.

— Но как Вы туда попали?! — голос капитана сразу стал серьезным.

— Долго рассказывать. Могу сказать только, что я специально взяла билет на "Афродиту" потому, что знала — тут что — то замышляется. До отлета это выяснить не удалось. И как видите — оказалась права.

— Не Вы ли та самая Ольга Миллер, о которой меня предупреждали сотрудники посольства? Говорили, что Вы можете проникнуть на борт и начнете тут чудить потому, что у Вас не все в порядке с головой.

— Та самая. Они приложили все силы, чтобы я не попала на этот рейс. Теперь понимаю, почему. А мои слова легко проверить. Пойдемте, я Вам все покажу.

— Ну, мадам… Если все это окажется глупой шуткой… Хорошо, идемте.

Капитан вышел из каюты, и Ольга последовала за ним. Под дверью до сих пор ждал пассажирский помощник. Капитан махнул ему рукой, приказав следовать за ними. Ольга напомнила, что необходимо взять фонари. Ей то без надобности, а вот капитан с помощником могут и шишек набить, да и не увидят в темноте ничего. Теперь прятаться ни от кого не надо, и они втроем быстро добрались до входа в грузовой трюм. Капитан своим ключом открыл дверь, и они вошли внутрь. Ольга снова активизировала чутье зверя, но все было тихо. С момента ее ухода сюда никто не входил. Без разговоров проследовав к ящику с инструментами, она взяла гайковерт и начала снова откручивать гайки, крепящие крышку горловины. Капитан с помощником только стояли молча и удивленно смотрели. Наконец, последняя гайка была отдана и крышка, снятая со шпилек, легла на палубу.

— Прошу за мной, господа! — провозгласила Ольга, и, поддернув платье, чтобы не мешало, исчезла в темной дыре горловины. Капитану и помощнику ничего не оставалось, как последовать за ней. Осторожно пробираясь между пучками кабелей и силовыми конструкциями корпуса, подсвечивая дорогу фонарями, они, наконец, добрались до цели. Ящики были на месте, и дыры в их корпусах, прорезанные алмазным резаком, тоже никуда не делись.

— Вот, полюбуйтесь, господа, какой сюрприз вам приготовили. Не знаю только, когда он должен сработать.

— Что это за хрень?! — капитан даже не пытался соблюдать приличия при даме, удивленно разглядывая странную находку. Помощник посветил фонарем в прорезанную дыру, запустил туда руку, поскреб пальцами желтую твердую субстанцию и понюхал их.

— Это нитрогексонит, сэр. Я служил в военном флоте и имел с ним дело. Мощная взрывчатка, которой снаряжаются боеголовки обычных ракет. Если все эти ящики ахнут одновременно, нас разорвет пополам.

— Теперь вы мне верите, господа, что я не зря вас побеспокоила?

— Простите, мадам, что сначала не принял Вас всерьез. Но для чего все это?!

— Я для того и появилась здесь, чтобы это выяснить.

— Вы из полиции, или из госбезопасности?

— Нет, я сама по себе. Можно сказать, что — то вроде частного детектива. Но меня это тоже касается.

— Хорошо. Сейчас возвращаемся ко мне и выработаем план действий. Здесь торчать нечего, только внимание привлекаем. Нельзя допустить утечки информации. Если начнется паника, то последствия будут куда страшнее, чем взрыв этих ящиков.

Все трое развернулись и отправились назад. Действительно, здесь делать больше нечего.

Капитан выбрался из горловины в трюм первый и галантно подал Ольге руку. Она извинилась, так как для того, чтобы выбраться, снова пришлось оголить ноги по самое "не хочу" — платье здорово мешало, и снова оказалась в трюме. Жерар не позволил ей крутить гайки и сам установил крышку горловины на место. Проделав обратный путь, они расположились в капитанской каюте и устроили военный совет. О сне уже никто не думал.

Ольга начала первой. Рассказала вкратце свою историю, выбрав только нужные моменты.

Все этим людям знать вовсе не обязательно. В конце внесла предложение.

— Нужно срочно лечь в дрейф, перейдя на замкнутую орбиту вокруг Альтаира, эвакуровать всех людей на шлюпках и ждать прибытия помощи. Позади нас следует буксир — спасатель моей компании "Титан". Он, конечно, не сможет принять на борт такое колчество народа, но сможет отбуксировать все шлюпки назад на орбиту — к орбитальному терминалу, где люди будут спасены. На "Афродите", насколько я знаю, тридцать стадартных шлюпок. С этим он справится без труда. Взрыв может произойти в любой ммент, и мы не знаем, что его вызовет. Или там установлен таймер на определенный ммент времени, или заряды сработают по достижению какого — то параметра полета, или по команде извне. Хотя, это вряд — ли. Вокруг никого нет и подать команду можно только отсюда. Не сидят же здесь камикадзе? Правда, могут дать команду и по гиперсвязи. А когда лайнер опустеет, пусть им занимаются саперы. Если это вообще возможно.

— Но, мадам, если мы объявим об эвакуации, может начаться паника. Это Вы учитываете?

Не лучше ли попытаться самим по — тихому дезактивировать заряды?

— Нет гарантии, что мы найдем все заряды. И многие из них могут быть установлены на неизвлекаемость. Если мы попытаемся отсоединить, или перерезать кабеля, то это тоже может инициировать взрыв. И среди нас вряд ли найдутся квалифицированные саперы.

Это работа для профессионалов, а мы дилетанты. Мое мнение — своими силами лайнер нам не спасти. Надо постараться спасти людей. Пока не поздно.

— Что ж, пожалуй, Вы правы… Как ни прискорбно это признать… Хорошо, подождем до утра. Иначе точно начнется паника. Будем надеяться, что до утра эта адская машина не сработает. Параметры полета менять не будем. Утром ляжем в дрейф и объявим, что сейчас будет проведена учебная тревога по оставлению судна. Это в порядке вещей и пассажиры об этом знают. Когда шлюпки с пассажирами отойдут на безопасное расстояние, экипаж тоже покинет лайнер. А там уже подадим сигнал бедствия, и будем ждать прибытия помощи. Да и Ваш "Титан" подежурит рядом. Буксировать такую ораву — честно говоря, не знаю, как он это сделает.

— Если надо — сделает. На то он и спасатель. Но, возможно, раньше подойдут более крупнотоннажные суда, чтобы можно было распределить людей на них.

— Решено! Сейчас расходимся и никому ни слова! Я предупрежу вахту на мостике и в машине, чтобы не меняли параметры полета. А утром начнем. Мадам, благодарю Вас.

Не знаю, кому и для чего это понадобилось, но если бы не Вы — одной катастрофой в космосе было бы больше. А сейчас отдыхайте, Жерар проводит Вас. Завтра у нас тяжелый день. И я попросил бы Вас задержаться при эвакуации и быть вместе со мной на мостике для связи с "Титаном". Я заранее пошлю за Вами человека.

— Да, господин капитан. Я в Вашем полном распоряжении. Если нужен пилот, то могу выполнять его обязанности.

— Вы — пилот?!

— Я работала старшим помощником капитана на транспортных судах. Да и с "Афродитой", в случае чего, справлюсь.

— Ну, не скажите! Здесь много разных новинок… Ладно, теперь я Вам спать не даю.

Все, спокойной ночи! Утром Вас разбудят и проводят на мостик.

— Спокойной ночи, господа! Хотя, какая она спокойная…

Оказавшись снова в своей каюте, Ольга вздохнула. Завтра она ее покинет и никогда сюда не вернется. Быстро заканчивается этот полет. Ей не удалось найти ответ на вопрос "Зачем?" Тянуть нельзя. Под угрозой жизнь пяти с лишним тысяч ничего не подозревающих людей. Оставаться же на лайнере после эвакуации и пытаться найти ответ — глупо. А ответ на вопрос "Когда?" и так скоро все узнают. Если успеют…

Зверь хорошо чувствует приближение опасности. Пока еще не явной, но неизбежной. Неужели они н е у с п е ю т покинуть обреченный лайнер?

— Все, кися, давай спать. Утро вечера мудренее. Мы с тобой сделали все, что могли. Минно — подрывные мероприятия — не наш профиль. Пусть этим занимаются специалисты.

А мы лучше со стороны понаблюдаем. Да, скорее всего, никто и не будет этим заниматься. Уж очень большой риск. Если все это сделано с умыслом, и на самом высоком уровне, то должны быть приняты все меры по недопущению разминирования. Ведь если об этом узнают — размеры международного скандала трудно предугадать. И главное, непонятно — з а ч е м?! Так что, очень может быть, что просто будут ждать, когда произодет Большой Бух! А произойдет он, похоже, очень скоро. Ведь мы с тобой вместе непрятности чувствуем…

Быстро ополоснувшись в душе, Ольга растянулась на широкой кровати. Нервное напряжение не спадало. Теперь понятны ощущения пилота — камикадзе. Последнего "гениального" изобретения японских стратегов в годы второй мировой войны. И мысли всякие в голову лезут…

Эх, какая была официанточка… Ну просто персик… И как на меня смотрела… Видать, тоже поняла… Вот, что значит, отпустила Настю надолго… А может…Настя и не узнет… Я тебе дам, может! Я тебе дам, не узнает! Летишь сейчас верхом на бомбе, которая может рвануть в любой момент. Да и официанточка уже, наверное, десятый сон видит. Это ты можешь дрыхнуть, а ей вставать рано! А все равно хочется… А если сильно хочется, то… Что, забыла, как начинала? Как тебя Ирина в клинике просвещала? Эх, опять "умелые ручки"… Ну прямо, как невинная девственница… А что делать? Все "игрушки" дома остались…

Ольга проснулась среди ночи от ощущения надвигающейся опасности. Спала она, похже, часа четыре. На борту лайнера сейчас глубокая "ночь". Зверь заранее почувствовал опасность и сейчас готов к броску, ясно чувствуя запах приближающейся добычи. Добыча движется по коридору в направлении ее каюты. Как и в прошлый раз, добыча считает себя охотником. Глупцы… В одно мгновение вскочить с койки, задернуть ее покрывалом и стать в стороне под переборкой, отведя глаза. Меня здесь нет. Одеваться некогда. Добыча уже под дверью и тихо пытается ее открыть. Так, похоже, электронная отмычка у них тоже есть… Дверь отворяется, и внутрь проскальзывают трое, прямо с порога начиная поливать койку, где она только что спала, из трех автоматов.

— Спасибо, кися! Ты умничка! А эти гоблины что творят? И пушки не простые. Штурмовой пистолет — пулемет "Стэн" с присоединяемым глушителем. Звук выстрела глушится полностью, слышна только работа затвора. Видать, шуметь вам не надо. Вот и побеседуем…

— Где эта сука?! Ее же здесь нет!

!! — Тихо, не ори. Глянь в сортире. Включи свет.

— И здесь нет!!! Говорили же, что она здесь! Может, трахается где — то в другой каюте?

— Ты что, она же лесбиянка.

— А забыл, как она в кабаке на официантку смотрела? Как кошка на сметану! Видать, нашли друг друга!

— Может быть… Ладно, сейчас мы ее все равно не найдем. Это корыто слишком большое.

Да и помешать она уже не сможет… Черт с ней, пошли.

А вот это, ребятки не получится. Можно было бы потрясти вас, да некогда. За дверью больше никого нет, хотя в коридоре люди есть. Оставим одного, главного. А остальных в расход. Кися, взять!

Зверь лязгнул клыками, и две фигуры без звука рухнули на палубу. Третий попытался дернуться, но тут же застыл на месте, парализованный "взглядом змеи". Ольга материализовалась в воздухе, выдернула ремни из брюк двух поверженных налетчиков и связала руки и ноги третьему. После этого быстро оделась, натянув свою черную униформу, сбила бандита с ног и вернула в нормальное состояние, предварительно сняв с него переносную радиостанцию и отключив ее. Он попытался позвать на помощь, но получил такой удар, что захлебнулся собственным криком.

— Не шуми, люди спят. А теперь отвечай четко и быстро. Кто вы такие и зачем хотели меня убить?

— Господи, что ты за ведьма?! Как ты это сделала?!

— Я — самая настоящая ведьма, а ты не знал? Мне с тобой болтать некогда. Отвечай на вопросы, или пожалеешь.

— Да пошла ты!

!! — Хорошо, сейчас пойду. Но сначала прострелю тебе локти и колени, вспорю брюхо и залеплю пасть, чтобы не орал. А после этого запру дверь и уйду. Можешь подыхать здесь в обществе своих приятелей. Не знаю, сколько ты протянешь.

— Что ты с ними сделала?!

— Тебе это знать не надо. А сейчас доделаю. Так сказать, последние штрихи к портрету…

Ольга достала свою "Кобру" и выстрелила в голову обоим мертвым бандитам, растянувшимся на палубе. Н е п р а в и л ь н ы х трупов быть не должно…

— Ты что делаешь?!

Оставшийся бандит заметно струхнул. От него исходит сильный запах страха. Страха, граничащего с ужасом. Он привык, что его все боятся, и не ожидал встретиться с таким противником. Он привык убивать, и он шел сюда убивать. И очевидно ждал сопротиления, так как, войдя, они сразу открыли огонь. То же, что произошло потом, не могло привидеться и в кошмарном сне…

— Как что? Контрольный выстрел. Как будто, ты не в курсе. Или думаешь, я с тобой шучу и на испуг беру?

— Господи, кто ты?!

— Я — Ольга Миллер. Больше тебе знать не надо. Последний раз спрашиваю — будешь говорить?

— Буду…

— Ну, вот и хорошо! Итак, кто вы такие и зачем хотели меня убрать?

— Мы из "Национального Фронта". На этом корыте что — то есть, что заинтересовало наше руководство. Не знаю, что именно. Наша задача — захватить ключевые точки. Рубка, машинное отделение, изолировать пассажиров и экипаж и продержаться до подхода главных сил.

— Каких главных сил?

— Должен подойти корабль, состыковаться и высадить десант нам в помощь.

— А дальше? И что за корабль?

— Не знаю. Сказали, что после того, как все закончится, мы перейдем на тот корабль.

— А этот?

— Бросим.

— То есть, вы не собирались его уничтожить?

— Нам про это ничего не говорили. Сказали — уйдем и все. Что мы, маньяки какие — то?

Ольга только усмехнулась. А кто же вы есть? "Национальный Фронт" — террористическая организация, загнанная в подполье и способная на любое преступление, оправдывая это борьбой за национальные интересы. Особенно, если пахнет хорошими ден ьгами. Как все это знакомо…

— Ясно. Ну, а я то вам чем помешала?

— Сказали, что ты агент тайной полиции и специально находишься здесь, чтобы сорвать операцию. Приказали тебя убрать и предупредили, что с тобой надо быть поосторожнее.

Ни в коем случае не пытаться взять живой, а сразу стрелять на поражение.

— Сколько вас всего на борту и как вы пронесли оружие?

— Сто двадцать человек. А оружие сюда доставили в контейнере. Мы ночью залезли в трюм и забрали его.

— А как же этот контейнер прошел проверку?

— Не знаю. Сказали, что его досматривать не будут.

— Вы уже захватили лайнер?

— Да, все уже должно закончиться.

— Когда подойдет другой корабль?

— Не знаю. Но сказали, что скоро.

— Кто у вас главный и где он находится?

— Курт Зильберт. Должен быть на мостике.

— А тебя как зовут?

— Пауль Кляйн — Сколько вас в коридоре на этой палубе?

— Еще семь человек.

— Ладно, Пауль. Спасибо за информацию. Вроде, больше из тебя ничего не выжать.

Прощай, с в и д е т е л ь…

Зверь лязгнул клыками, и лицо бандита застыло, исказившись от боли. Мягко клацнул затвор "Кобры", выбросив стреляную гильзу. Звук выстрела гасился полностью.

— Вот так, господин Кляйн… Теперь Вы — п р а в и л ь н ы й… Я очень не люблю тех, кто пытается меня убить. Ну что, кися, мур-мур? Охота началась!

Распределив по карманам запасные магазины и электронные приспособления, Ольга взяла радиостанцию бандита, снова отвела глаза всем и приоткрыла дверь, держа нагтове "Кобру". Тихо вышла в коридор, оставив дверь приоткрытой. Так и есть — семь человек. Как и те трое, что остались в каюте. Все одеты в одинаковую камуфляжную форму военного типа без знаков отличия и вооружены "Стэнами". Контролируют всю палубу. Благо, что все пассажиры спят. Увидели, что дверь открылась, но из каюты никто не вышел.

— Пауль, долго вы еще там возиться будете?

Двое направились в сторону каюты. Прощайте, ребята. Я отпускаю вам грехи… Сначала две, а потом еще пять фигур молча валятся на палубу, так ничего и не поняв. Прощальный укус "Кобры". Семь гильз со звоном падают на палубу. Вот теперь все правильно.

Террористы уничтожены, как оказавшие вооруженное сопротивление. Сейчас я уйду отсюда и здесь не должно остаться н е п р а в и л ь н ы х трупов…

Ольга не стала пользоваться лифтом. Вдруг будет отключено питание и она в нем застрнет. Тут никакие чары не помогут. Одна пассажирская палуба зачищена от террористов.

Радиостанцию переключить в режим работы только на прием. Говорить с ними она пока не собирается. Возле трапа на палубу "В" обнаружила еще двоих. Бросок зверя и укус "Кобры". Еще две гильзы покатились по палубе. Противник пока ничего не заподозрил, в эфире тихо. Иногда кто — то коротко переговаривается, но этих, что остались позади, видно еще никто не вызывал. На палубах "В" и "С" проблем не возникло. Зверь рычал и лязгал клыками, пистолетные магазины пустели один за другим и "Кобра" работала, внося п р а в и л ь н о с т ь в сюрреалистичную картину происходящего. Поэтому, когда Ольга оказалась на последней пассажирской палубе "D", позади нее, на всем пути, где она прошлась карающим мечом, уже все было п р а в и л ь н о.

На палубе "D" возникла заминка. Здесь у террористов не все прошло гладко и Ольга увидела лежащую на палубе группу людей, которых стерегли террористы, угрожая оружием.

Рассредоточившись, они держали все под наблюдением и в случае попытки сопротивления могли положить из автоматов большое количество жертв. Тот, кто разрабатывал операцию по захвату лайнера, знал свое дело и предусмотрел все. Все, кроме ведьмы…

Пятнадцать человек с автоматами. Действовать разом, пока пассажиры не успели ничего понять. А то повскакивают, начнется беготня, и ищи тогда террористов в толпе. А те еще и пальбу откроют.

— Кися, наша цель — эти пятнадцать с оружием, которые стоят. Только эти пятнадцать, больше никого. Взять!

!!Лязганье клыков, и пятнадцать фигур в камуфляже одна за другой падают, как подкошенные. Больше целей на этой палубе нет. Пока пассажиры ничего не поняли, материализоваться в воздухе и пустить в ход "Кобру".

— Господа, все в порядке! Прошу соблюдать спокойствие. Террористы уничтожены, вам ничего не грозит. Просьба всем оставаться в своих каютах!

Ольга старалась, как могла, успокоить пассажиров. Если начнется паника, дело будет плохо. Увидев группу людей в военной форме, направилась к ним. Остальные, тем временем, поднимались и удивленно озирались, ничего не понимая. Какая — то слабонервная дамочка подняла визг, но ее быстро заткнули. Подойдя ближе, Ольга поняла, в чем дело.

Господа военные, очевидно, спать не ложились и приятно проводили время за столом в компании дам. А время уединяться по каютам еще не наступило, как господа из "Национального Фронта" испортили всю обедню.

— Господа, прошу вас собрать оружие на всех четырех пассажирских палубах и организовать здесь оборону. Неизвестно, вдруг они опять сюда сунутся. Палубы "А", "В", и "С" уже зачищены. Я сейчас направляюсь на служебные палубы, и буду действовать там. Когда все закончится, объявлю по трансляции.

— Мадам, кто Вы?! Как Вам это удалось?! Давайте мы поможем! — неслось отовсюду.

— Благодарю, господа, не нужно. Я действую сама. У вас нет моей подготовки и вы будете только мешать.

— Вы не имеете права так поступать! Вы подвергаете опасности жизнь всех пассажиров!

Мы должны выполнять требования террористов во избежание человеческих жертв. Это обязанность спецподразделений, а не пассажиров! — выдал неожиданно один полковник.

— Идите в задницу, полковник! Можете залезть под одеяло в каюте и выполнять там требования террористов. Мое обращение к людям, носящим погоны. Если не хотите, не надо. Спрячьтесь в туалете и задрайте дверь своим пистолетом.

— Что Вы себе позволяете?! Я — полковник Генерального штаба Людвиг фон Майбах,

Глава военной миссии! Ваше имя и чин?! Я обязан подать рапорт о Вашем безобразном поведении!

— Генерал — майор Ольга Миллер. Государственная тайная полиция. Департамент по борьбе с терроризмом. Подавайте рапорт, полковник.

Ольга сменила опустевший магазин и повернулась спиной к полковнику, разом прикусившему язык. Оставались служебные палубы "Е" и "F", а также машинное отделение в корме и рубка в носовой части корабля. На палубе "Е" проблем не возникло. А вот на палубе "F" дело было гораздо хуже. Экипаж оказал сопротивление, и дошло до стрельбы.

Причем убитые и раненые имелись с обеих сторон. Часть экипажа, имевшая оружие, забаррикадировалась в ряде помещений и держала оборону, но они были отрезаны от остальных. Террористы не стали больше терять своих людей и ограничились тем, что просто блокировали экипаж и не давали никому высунуть носа. Невидимый дух мщения пронесся по палубе "F". Когда палуба была зачищена, и "Кобра" замолчала, Ольга проверила еще раз наличие опасности и снова материализовалась, окликнув экипаж.

— Господа, террористы на этой палубе уничтожены. Я — пассажир Ольга Миллер. Мне нужен капитан, или кто — нибудь из офицеров.

Из — за укрытий начали осторожно выглядывать члены экипажа. Увидев Ольгу, одиноко стоявшую с пистолетом в руке посреди лежавших вповалку трупов в камуфляже, удивленно стали выходить на открытое место. Капитан тоже был здесь, зажимая раненую руку.

— Мадам, это Вы?! Как Вам удалось?! Вы что — из подразделения антитеррора?! И где остальные Ваши люди?!

— Никого нет, я одна. Пассажирские палубы и палуба "Е" зачищены. Остались машинное отделение и рубка. Больше их нигде не должно быть. Я вытряхнула из одного информацию. Их всего сто двадцать человек. Восемьдесят шесть я уже ликвидировала. Семерых положили вы. Итого, остается двадцать семь. Но скоро подойдет их корабль и высадит им в помощь абордажную группу. Не знаю, что за корабль и сколько их будет. Поэтому нам надо срочно полностью восстановить контроль над лайнером и не допустить абордажа. Им что — то нужно здесь, поэтому "Афродита" нужна им целой и стрелять они не будут. И что — то здесь не сходится… Но, в любом случае, сначала надо уничтожить террористов.

— Мадам, мы сейчас соберем все оружие и выбьем их из рубки и машинного отделения.

Не нужно Вам больше рисковать.

— Нет, господин капитан. Террористы — это моя работа. Оружие соберите, но без меня не суйтесь. Я проведу зачистку сама. Сейчас пройдусь по машинному отделению, проводите меня до входа. Но внутрь не входить, пока я не скажу. А то будут бессмысленные жертвы. Поверьте, я все сделаю сама. Когда закончим в машине, идем в рубку. Там то же самое. Пока я не разрешу — не входить.

— Никогда бы раньше не поверил… А говорили, что частный детектив… Ну, как скажте… Командуйте, мадам!

Взяв с собой четверых, Ольга направилась в машинное отделение. Зверь был настороже, но опасности пока не было. Хуже то, что террористы забеспокоились. Какой — то Первый вызывал многих остальных, но ему отвечали далеко не все. Выход из рубки сейчас сторожит экипаж, вооружившийся трофейным оружием. И если террористы попытаются выйти оттуда, то их там всех и положат. Ольга подошла к двери, за которой было машинное отделение. Теперь надо отправить ребят в безопасное место. Не надо, чтобы они видели, как она "исчезнет".

— Все ребята. Теперь назад, завернете за угол коридора и носа не высовывать, пока я не скажу.

— Но что Вы сможете одна? Давайте мы поможем!

— Нет. Вам тут делать нечего. Поверьте, одна я лучше справлюсь. Когда работаешь один, то знаешь, что вокруг одни враги, и никого из своих не зацепишь. Мне так проще.

Когда экипаж скрылся за поворотом, Ольга снова растворилась в воздухе, отведя глаза.

Теперь надо проникнуть в машинное отделение. Плохо то, что ее там уже ждут. Зверь ясно чувствует пятерых человек, которые стоят за дверью и держат ее под прицелом. Можно попробовать через другую дверь, но там то же самое.

— Так, кися, внимательно. Там не только враги, но и друзья. Действуем очень аккуратно.

Ольга достала электронную отмычку и открыла дверь, тут же став в стороне. Едва дверь открылась, как из проема ударили автоматные очереди. Подождав, пока стрельба прекратится, она осторожно заглянула в проем. Вот они, голубчики. Все пятеро. Притаились и ждут. Как дверь открылась, сразу открыли пальбу. Думали, что найдется дурак, который сразу сунется. Теперь не стреляют и ждут, когда в проеме двери кто — нибудь покажется.

Ну, ну, ждите… Активизировав все возможности зверя, Ольга бесшумно скользнула в дверной проем и сразу ушла в сторону. Эти пятеро напуганы и усердно пялятся в открытую дверь. Они уже знают, что со всеми группами, кроме группы на мостике, нет связи.

А это значит, что что — то не так. И вполне возможно, что на борту уже действует антитеррористическое спецподразделение и их товарищей перестреляли. А теперь пришла их очередь. Ну, что же… Ваши предположения близки к истине. Зверь лязгает клыками и пять тел в камуфляже падают недалеко от двери. Не спасли вас укрытия, из — за которых вы собирались стрелять. Больше поблизости никого нет. Закрываем дверь и снова пускаем в ход "Кобру". Все, теперь картина вокруг п р а в и л ь н а я. Кися, умничка! Идем дальше.

Продвигаясь вперед по машинному отделению, Ольга внимательно следила за обстановкой. Здесь будут не только террористы, но и машинная вахта. Впереди зверь кого — то учуял. Тоже пятеро. И тоже сторожат дверь. Какие вы, ребята, предсказуемые. Ну, никакой фантазии! Лязганье клыков и клацанье затвора. Еще пять гильз со звоном падает на палубу. Хорошо, что патронами запаслась, а то пришлось бы сбором оружия заниматься.

И еще пять тел в камуфляже застыли неподвижно. Сколько же вас здесь еще? Оставалось двадцать семь, минус десять, итого семнадцать. Это вместе с теми, кто в рубке. Ладно, кися, продолжим охоту. Где они тут попрятались…

Ольга обошла машинное отделение по периметру. Зверь внимательно принюхивался, но больше здесь никого нет. Люди есть в ЦПУ — центральном посту управления, который отделен от остального помещения машинного отделения. Оттуда осуществляется управление и контроль за работой всех механизмов, и если никакой работы по ремонту и техобслуживанию нет, то машинная вахта находится там. Подойдя к ЦПУ, Ольга заглянула внутрь. Хорошо, что помещение ЦПУ имеет большие застекленные панели, через которые видно всю машину. Но точно также и из помещения машины можно видеть, что творится в ЦПУ. Главные двигатели работают, и корабль сохраняет все параметры полета.

Гипердвигатели пока молчат — точка входа в гиперпространство еще не достигнута. Работают также вспомогательные механизмы и реакторы, снабжая "Афродиту" энергией.

Внутри десять террористов. Двое держат под прицелом шестерых членов экипажа, уложив их на палубу — вахтенного механика и вахтенных машинистов и электриков. Остальные восемь вглядываются в помещение машины, ожидая оттуда нападения. Больше в ЦПУ никого нет. Эти десять напуганы до животного ужаса. Они вызывают Первого, вызывают остальных, и наверное тех, кто сторожит входы в машинное отделение. Кроме Первого никто не отвечает. Это значит, что сторожей уже нет и кто — то, кто расправился со всеми остальными, уже где — то рядом. Первый тоже на грани паники и не знает, что происходит. Отдает бестолковые команды, которые тут же отменяет. Видно, что все идет совершенно не по плану и операция провалилась. Теперь бы суметь унести ноги. Но для этого надо добраться до шлюпок. А чтобы сделать это, нужно выйти из тех помещений, где они в данный момент находятся, и пройти большое расстояние по палубам, которые, скорее всего, им уже не подконтрольны и захвачены неизвестным противником. А это значит, что шансы добраться до шлюпок у них нулевые. Поэтому единственный шанс удерживать заложников и постараться выторговать себе возможность ухода, прикрываясь ими. Сколько раз такая практика себя оправдывала. Никто не станет рисковать жизнью заложников. Да только неизвестный противник ведет себя очень странно. Он не вызывает их по радио, не вступает в переговоры, не предлагает сложить оружие и отпустить заложников, обещая сохранить жизнь и судебное разбирательство в рамках закона, не пугает штурмом и не просит сохранить жизнь заложникам, обещая, что даст им возможность уйти. Он просто молча расправляется с ними непонятным образом. Так, что никто даже не успевает ничего сообщить, и все группы замолкают одна за другой. Эти десять, что ждут в ЦПУ с автоматами наготове, напуганы до невозможности неизвестным безмолвным противником и могут сорваться в любой момент, начав палить во все строны по малейшему поводу. Зверь хорошо чувствует ужас добычи, которая даже не имеет возможности попытаться убежать. Бежать некуда… Лязг клыков, и десять фигур в камуфляже падают на палубу в ЦПУ рядом со своими пленниками. Те удивленно смотрят, ничего не понимая. Потом сразу бросаются к ним и отбирают оружие, тут же начиная нашпиговывать тела в камуфляже пулями. Они не знают, что это уже не нужно. Ну, что же, для "Кобры" работы меньше. Подождать надо, пока успокоятся. А то еще с перепугу и по своей спасительнице стрелять начнут.

— Ребята, у вас там все нормально? Не бойтесь, стрелять было не обязательно, они больше не кусаются!

— Кто здесь?! Выходи!

— Сейчас выйду, только не стреляйте. Лайнер уже зачищен от террористов, осталась только рубка.

Ольга зашла за корпус трансформатора, чтобы не был виден момент ее "проявления", снова появилась в воздухе и вышла обратно, засунув "Кобру" за пояс и подняв руки. А то еще пальнут сдуру.

— Ребята, все в порядке, это я. Пожалуйста, опустите пушки.

— Кто Вы? И что с этими козлами стало, что они все в один момент вырубились?

— Ребята, не могу раскрывать тайну. Одна из последних разработок в сфере борьбы с террористами. Это все, что могу сказать. Подписку о неразглашении с вас брать не буду, но по человечески прошу — не болтайте. Вам же спокойнее будет. Скажете, что я их замочила, и все.

— Так Вы что — из спецназа?!

— Почти. Я проверила, больше в машине никого нет. Еще по пятеро было возле каждого выхода, но они уже не кусаются. Берите машинное отделение под контроль и ждите кманды с мостика. Я сейчас туда, надо закончить работу. Когда мостик опять будет наш, я, или капитан выйдут с вами на связь. Будьте готовы к маневрам, но без команды ничего не делать.

— Ясно, мадам. Но все — таки, кто же Вы?

— Я — Ольга Миллер, ребята. Больше вам знать не надо.

Развернувшись, Ольга пошла к выходу. Машинная вахта соберет оставшееся оружие и будет настороже. Теперь остается рубка. Если господин Кляйн располагал достоверной информацией, то в рубке должно остаться семь террористов во главе с Куртом Зильбертом. Кляйн не врал, но он мог не знать всего. Поэтому, любыми путями надо взять этого самого Курта живым. Он наверняка знает на много больше, чем рядовой боевик террорист. И очень может быть, что здесь находится еще какая — нибудь группа, действующая автономно. Группа, о которой никто не знает. И выполняет свою задачу, отличную от той, которую выполняют эти головорезы. Ведь лайнер для чего — то подготовлен к взрыву. Это значит, что оставлять свидетелей не собираются, и ни на какой другой корабль эти борцы за национальные интересы после выполнения акции не перейдут. Хороший свидетель… А вместе с ними пассажиры и экипаж. Можно одним махом избавиться от всех. Но что же это за акция? Что такого должно здесь находиться, что это оправдывает ликвидацию своих собственных исполнителей и огромного количества посторонних людей? Что находится в контейнерах, погруженных в Шварцвальде? Надо будет сейчас распотрошить все контейнеры в трюме. Вдруг разгадка там? И что в том контейнере, который было поручено загрузить адмиралу Савицкому? Надо посмотреть в грузовом манифесте у капитана, какой именно контейнер оформлен, как дипломатический багаж.

Вскрывать, так уже все оптом. И когда ждать подхода второго корабля? Если это не блеф и этот корабль вообще будет… А если вся эта махинация имеет совсем другую цель? Если захват лайнера террористами и байка о втором корабле — это лишь прикрытие? Чтобы отвлечь внимание от чего — то более важного? Ладно, что гадать. Сначала надо взять за хобот господина — товарища Первого и потрясти хорошенько. Может, что и вытряхнем. Попутно найти этот "дипломатический" контейнер и перетряхнуть его. Перетряхнуть также все остальные контейнеры. А больше и искать негде. Чтобы обшарить все закоулки лайнера, разыскивая неизвестно что, это сколько же надо времени и людей. Поэтому опять придется решать проблемы по мере их возникновения.

Выйдя из машинного отделения и окликнув своих провожатых, Ольга снова направилась на палубу "F". Надо срочно переговорить с капитаном. А потом займемся рубкой.

Экипаж к этому времени собрал все трофейное оружие и восстановил контроль над "Афродитой". Живых террористов больше нигде обнаружено не было. Оставалась рубка, выходы из которой были перекрыты. Террористы попытались было покинуть ее, но автматная очередь, хлестнувшая по приоткрывшейся двери, мгновенно отбила у них такое желание. После этого они попытались вступить в переговоры, но им никто не отвечал.

Тогда Первый вышел на связь по рации, справедливо полагая, что раз все его люди молчат, значит, они ликвидированы и их средства связи находятся в руках противника. Он упорно продолжал вызывать командира спецподразделения, но Ольга слушала и не отвечала. Пусть помается неизвестностью. Когда — то, давным — давно на Земле, в государстве Израиль на берегу Средиземного моря, у тамошних спецслужб было хорошее правило никаких переговоров с террористами. Они однозначно подлежат уничтожению. И эта политика была очень эффективной. Не смотря на многочисленные террористические акции тамошних экстремистов, захватов заложников, тем не менее, не было. Очень быстро поняли, что это бесполезно. Ввести бы здесь такую практику. А то цацкаются с этими нелюдями в человеческом обличье, и они этим успешно пользуются. Увидев капитана, Ольга не стала откладывать дело в долгий ящик.

— Господин, капитан, террористы в машинном отделении уничтожены, и контроль над ним восстановлен. Сейчас я займусь рубкой. Ваша задача — по грузовому манифесту определить контейнер, который был погружен, как дипломатический багаж посольства Федерации. Надо проверить содержимое всех контейнеров, но начать с него. Не нравится мне все это. Есть подозрения, что этот захват — лишь отвлекающий маневр, и настоящая цель совсем другая.

— Но что же им нужно?

— Давайте сначала поищем в трюме. Может быть, там найдем разгадку. Только вскрывайте контейнеры осторожно. Лучше разрезать корпус, но не трогать двери. Не хватало еще там на мину нарваться. Уже не знаешь, чего ждать.

— Хорошо, мадам! Сейчас сделаем.

Ольга направилась в сторону рубки, оставив капитана заниматься другими вопросами.

Дойдя до последнего поста, где экипаж с оружием в руках сторожил выходы из рубки, не давая террористам высунуться, она снова велела всем отойти, чтобы никто не видел ее исчезновения. Когда команда была выполнена, отвела всем глаза, растворившись в воздухе. Перед этим экипаж оказал ей посильную помощь — разбил выстрелами из автоматов камеры видеонаблюдения в коридоре, ведущем в рубку. И теперь террористы не могут видеть ничего, что творится за закрытой дверью. Подойдя к двери, облицовка котрой была изуродована многочисленными попаданиями пуль, а замок вырван направленым взрывом, Ольга снова прислушалась, призвав на помощь зверя. Уровень страха, если можно так выразиться, просто зашкаливает. Ясное дело, что они не ожидали встретиться ни с чем подобным. На случай штурма спецназа всегда можно прикрыться заложниками. А тут совершенно непонятно, что творится. Спецназ так себя не ведет. А если это не спецназ, то… То это может быть любая "конкурирующая фирма". И это значит, что на заложников им наплевать и пощады ждать нечего. Вот так сейчас примерно эти господа — товарищи и думают. На этом и можно сыграть, когда возьмем господина Зильберта за хобот.

Ольга внимательно обследовала дверь. Замка больше нет, и она не запирается, а просто прикрыта. Дверь открывается наружу, то есть в коридор и забаррикадировать ее ничем изнутри нельзя. Запах только сгоревшей взрывчатки. Запаха свежей нет. Значит, дверь не заминирована, и эти семеро борцов за национальные интересы сейчас держат ее под прицелом, трясясь от страха. Открыв дверь настеж, Ольга сразу спряталась за переборкой.

В дверной проем тут же густым роем полетели пули. Стреляйте, мальчики, стреляйте.

Тратьте патроны. Они это быстро поняли и стрельбу прекратили. Страх усилился еще больше. Раз дверь открыли, значит, сейчас пожалуют гости. Это же элементарная логика.

Ольга осторожно заглянула в рубку, оценивая ситуацию. Так и есть. Семеро. Рассредоточились по рубке, чтобы вести по двери перекрестный огонь. Под переборкой в стороне лежат трое членов экипажа — ходовая вахта на мостике. Все трое, очевидно, контужены взрывом и толком в себя еще не пришли. Кто же из вас Курт Зильберт? Придется дейсвовать по другому. Кися, пока обожди… Парализовав всех семерых "взглядом змеи", Ольга вошла в рубку, прикрыв за собой дверь. Пока никому сюда заходить не надо.

Удар рукояткой "Кобры" каждому в нужную точку. Все. Боеспособных террористов на лайнере больше нет. Подойдя к вахтенным, Ольга снова появилась в воздухе и начала приводить их в чувство. Придя в себя, они с удивлением уставились на Ольгу.

— Ребята, все в порядке. Террористы обезврежены. Мне нужно знать, кто из них главный.

— Так это террористы?! Помню взрыв, и что — то сильно долбануло… А потом ничего не помню. И в голове до сих пор гудит…

— Ладно, лежите, отдыхайте. Сейчас здесь будет доктор. А я пока свою работу закончу…

Подойдя к одной фигуре в камуфляже, Ольга отобрала у него оружие и привела в чувство, приставив пистолет ко лбу.

— Очухался, сердешный? А теперь отвечай, кто из вас Курт Зильберт?

— Ты кто?!

— Я — Ольга Миллер. Ты не ответил на мой вопрос.

— Да пошла ты!

!!Ольга сместила ствол пистолета и выстрелила, раздробив террористу плечевой сустав и тут же снова парализовала его, так, что он даже не раскрыл рта. Подержав его так некоторое время, успокоила боль и вернула в прежнее состояние. Бандит заорал и попытался дернуться, но она придавила его коленом к палубе.

— Видишь, как чревато мне грубить? В общем, так. Сейчас ты показываешь мне Курта и я от тебя отстану. Мне нужен только он. Если ты соврешь, или будешь молчать, то патронов у меня много. И целых костей в твоем поганом организме еще тоже много. Или повторим?

— Нет!!! Вот он, Курт!

!! — Вот и все! А ты кочевряжился! Мне же от тебя больше ничего не надо. Спасибо, сердшный! Рада была с тобой познакомиться!

Зверь лязгнул клыками и "Кобра" в очередной раз клацнула затвором, выбросив гильзу.

Два патрона на одну цель. Непорядок. Ну, а теперь с господином Зильбертом побеседуем.

И на всякий случай его свяжем, а то еще брыкаться начнет. Сняв ремни с самого Зильбрта и еще одного террориста, Ольга креко связала товарища Курта по рукам и ногам.

А теперь можно и побеседовать, только остальных этих гоблинов разоружить. Собрав все оружие и бросив его в дальнем углу рубки, начала приводить в чувство Главаря.

— Как самочувствие, господин — товарищ Курт Зильберт? Это Ваше настоящее имя?

— Кто ты?!

— Я — Ольга Миллер. Та самая Ольга Миллер, которую ты своим отморозкам приказал ни в коем случае не брать живой. Ты не ответил на мой вопрос. Это ты — Курт Зильберт?

И ты главный в этой банде?

— Да, это я — Курт Зильберт! И мы не банда! Я требую адвоката!

— А кто же вы, если не банда? Но не будем полемизировать. А адвоката я тебе сейчас обеспечу. Вон там за дверью их много ждет. Несколько тысяч. И все рвутся с тобой пообщаться.

— Вы не имеете права! Согласно вашим гребаным инструкциям, Вы обязаны передать меня в руки правосудия!

— Так я и передам. Судмедэкспертам. Ты здорово лоханулся, Курт. Полицейские инструкции для меня не обязательны. Из всей вашей банды ты нужен мне один и то, только в том случае, если мы придем к соглашению и если у тебя будет то, что меня интересует. А пока подожди, я исполню остальные пункты с в о е й инструкции.

Ольга поднялась и оглядела место побоища, в которое превратилась рубка. Еще пять гоблинов в камуфляже валяются на палубе. Что ж, эти, по крайней мере, ничего не почувствуют… Лязгнули клыки и "Кобра" выбросила со звоном на палубу еще пять гильз.

Все, кися… Славная была охота… Спасибо тебе… Сколько раз ты уже спасла мне жизнь… А господина Зильберта придется оставить живым. На какое — то время…

Ольга стояла посреди рубки с пистолетом в руке и молча взирала на происшедшее здесь побоище. Трое членов экипажа, уже пришедшие в себя, смотрели, раскрыв рты.

Курт же смотрел на все это с ужасом. Такое поведение полиции, да и антитеррористичекого спецподразделения, не укладывалось в его сознании, привыкшем к тому, что разные полицейские инструкции защищали его иногда получше любого адвоката.

— Вот и все, мой друг! Теперь ты понял, к а к и м и гребаными инструкциями я руковдствуюсь? Сейчас, если хочешь еще пожить, ответишь на все мои вопросы. Если будешь молчать, могу пообещать одно. Будешь подыхать очень долго и очень больно, так как психотропных препаратов у меня с собой нет. И для тебя будет наилучшим выбором, если я просто отдам тебя экипажу. Там тебя, по крайней мере, прибьют гораздо быстрее. Сейчас я вызову экипаж, а мы с тобой потом уединимся и побеседуем. Это — если говорить не захочешь. Пока буду ходить, думай. Эй, ребята, вы как себя чувствуете, получше? Посторожите этого козла. Если начнет брыкаться, попинайте ногами. Но чтобы пока живой был.

— Не волнуйтесь, мадам! Никуда не убежит!

Ходовая вахта уже пришла в себя и восстановила управление кораблем, вслушиваясь в диалог, но не мешая Ольге. По их виду она поняла, что надолго их оставлять наедине с господином Зильбертом чревато. Можно лишиться единственного источника информции. Выйдя из рубки, она прошла коридор и позвала остальных.

— Ребята, все в порядке! Лайнер снова наш! Прошу! Где капитан?

Капитан был здесь. Не смотря на ранение, с перевязанной рукой он устремился в рубку.

Когда они вошли, по внешнему виду господина Зильберта Ольга поняла, что вахтенные даром время не теряли. Вид у главного террориста был плачевный и жалкий. И если бы она вернулась попозже, то еще не известно, остался бы он живым, или нет.

— Что это с Вами, господин Зильберт?! Никак, на ровном месте поскользнулись и так расшиблись?! Ай — яй — яй! Осторожнее надо! Вы мне здоровенький нужны, чтобы подольше протянули. Вот сейчас я с капитаном переговорю, и начнем! Господин капитан, можно попросить кого — нибудь принести пассатижи, шило, отвертку и нож. Мне больше ничего не нужно. Привыкла работать в полевых условиях. Так сказать, обходиться подручными средствами. Я потом с господином Зильбертом побеседую. А пока давайте в сторонку отойдем и поговорим. Что — нибудь уже узнали?

Капитан удивленно озирался по сторонам. Потом его взгляд сфокусировался на Зильбрте, и Ольга всерьез стала опасаться за жизнь своего источника информации. Но капитан взял себя в руки и отвел ее в дальний угол рубки, где их никто не мог слышать.

— Да, мадам. Ситуация на много хуже, чем мы думали. Контейнеры еще перетряхивают, но ничего серьезного там пока не нашли. Так, обычное барахло. Но когда мы вошли в трюм, один контейнер был вскрыт, из которого террористы забрали оружие. Больше в нем ничего не было. И именно этот контейнер шел, как дипломатический багаж посольства Федерации…

— Вы не могли ошибиться?!

— Увы, мадам. Очень бы этого хотел. Но номер на контейнере в точности совпадает с номером, указаным в коносаменте и грузовом манифесте. И он оформлен, как дипломатический багаж. Поэтому и не проходил таможенную проверку.

Информация была из ряда вон… Но ведь это полный бред, что посольство причастно к захвату лайнера… Зачем?! Хотя, с другой стороны, подрывные заряды — факт, с которым не поспоришь… Что же за чудовищная авантюра творится здесь и кто ее автор? И не поэтому ли хотели ее убрать, или не допустить на борт? Сотрудник МИДа Федерации прилетает на Швейцарию с кассетой, содержащей секретную информацию, и погибает в резльтате бандитского нападения…

Кассета попадает в чужие руки, то есть к ней, и с этого момента на нее устраивают настящую охоту…

Когда она сама расправляется с охотниками, ее пытаются купить…

Она обманывает всех, уходит от наблюдения и, приложив максимум изобретательности, все же попадает на лайнер, не смотря на отчаянные попытки помешать ей в этом… со стороны сотрудников посольства…

Подрывные заряды на лайнере установлены заранее, в больших количествах, отнюдь не дилетантами — террористами и сам лайнер как бы специально сконструирован так, чтобы эти заряды было удобно установить и скрыть…

Лайнер внезапно, в последний день, перед самым вылетом меняет флаг…

Посольство грузит контейнер с дипломатическим багажом, в котором на поверку оказывается оружие, используемое террористами для захвата лайнера…

Террористы знали, в каком контейнере искать оружие и знали, что он не подвергался таможенной проверке…

Террористам приказывают любыми путями убрать Ольгу Миллер, как агента тайной полиции, находящегося здесь, чтобы сорвать их акцию…

Иными словами, сама Федерация, и ее посольство в частности, планируют провести операцию по захвату своего собственного лайнера руками местных террористов с его послдующим уничтожением со всеми людьми, находящимися на борту? Получается, что так. Все факты говорят в пользу этой версии…

Оля, у тебя с головой все в порядке? Это как можно додуматься до такого бреда? И не понятно самое главное — з а ч е м?! Не хватает какого — то одного связующего звена. Последнего факта, который связал бы воедино все остальные и выстроил их в стройную логическую цепочку. А без этого последнего факта ее версия, построенная на других фактах, будет оставаться полным бредом. Просто потому, что такого не может быть!

!!Не может быть никогда! А другой версии просто нет…

— Да-а-а, не ожидала… Ну, что же, единственная возможность что — то узнать, это потрясти нашего дорогого друга Курта Зильберта. Много времени это не займет. А потом приступим к эвакуации. Придумайте что — нибудь, чтобы не было паники, если она уже не началась. Пассажиры могли проснуться. Ложитесь в дрейф, переходите на замкнутую орбиту вокруг Альтаира, подавайте сигнал бедствия и запрашивайте помощь. А я сейчас дам команду "Титану", чтобы подошел поближе и был в состоянии готовности. Возможно, кому — то из пассажиров станет плохо, и их придется сразу перевести на буксир. Человек триста он сможет принять, но не больше.

— Мадам, а с этим Зильбертом… Вы что — серьезно?

— Абсолютно серьезно, господин капитан. Если он будет молчать, я вытяну из него все.

А потом из милосердия пристрелю. У нас нет другой возможности прояснить ситуацию и не забывайте, что мы можем в любой момент разлететься на куски. Что, прикажете миндальничать с этим подонком? Скольких людей из Вашего экипажа они убили?

— Пятерых. И еще одиннадцать ранили.

— И Вас что — то смущает, господин капитан?

— Нет, мадам… Но, просто… Я никогда не сталкивался ни с чем подобным…

— А я тоже не всегда была такой. И меня такой сделали, не спрашивая моего согласия…

Ладно, не будем терять время.

Ольга вызвала по рации "Титан" и велела подойти ему поближе к борту лайнера. Главные двигатели "Афродиты" остановились, и она начала свой бег по замкнутой эллиптческой орбите вокруг Альтаира, став его спутником. "Титан" сразу ответил и подтвердил готовность начать спасательные работы. Через тридцать минут он будет возле борта лайнера. Экипажу отдан приказ готовить шлюпки. А пока есть время побеседовать с дорогим другом Куртом.

— Ну, как дела, мой дорогой друг? Время подумать у тебя было. И каков будет твой положительный ответ?

— Хорошо… Я расскажу…

— Вот это другое дело! Господин капитан, то, что я просила, пусть все равно принесут.

А то еще врать начнет, чтобы потом время не терять. Итак, продолжим. Кто дал вам задание захватить лайнер, и с какой целью?

— Я получил приказ от своего командира — Фрица Зайделя. А от кого он — не знаю. Он же снабдил меня электронными ключами и сообщил номер контейнера, в котором на борт будет доставлено оружие. Когда мы были уже здесь, сообщил о Вас, указал номер каюты и приказал нейтрализовать любыми средствами. Мы должны были установить контроль над лайнером, и продержаться до подхода главных сил. Нас слишком мало, чтобы гаратированно контролировать "Афродиту". Другой корабль должен был подойти, состыкваться и высадить помощь. После этого надо было перегрузить на него содержимое контейнеров, находящихся в трюме и всем перейти туда же. Сам лайнер нам не нужен.

— Как на том корабле узнают, что лайнер захвачен?

— Мы передали условный сигнал по радио, и скоро он будет здесь. Используя систему АИС, он нас быстро обнаружит на большом расстоянии.

— Что это за корабль и какова там численность и состав абордажной группы?

— Не знаю.

— Он имеет бортовое вооружение?

— Не знаю.

— Что вы собирались сделать с лайнером после завершения акции?

— Ничего. Только вывести из строя всю аппаратуру связи и уйти.

— Вам известно содержимое контейнеров, которое вы должны перегрузить?

— Нет.

— Каковы были ваши дальнейшие планы после покидания лайнера?

— Оставаться на борту другого корабля и ждать дальнейших указаний.

Ольга призадумалась. Ситуация запуталась еще больше. Ясно, что этих идиотов элементарно подставили. Свое собственное руководство. Но, либо по своей инициативе, либо кто — то подставил само руководство, а эти дуболомы — просто пушечное мясо для выполнения какого — то плана. Ведь ясно, что груз в трюме не при чем. Даже если там и есть что — то ценное, то не настолько, чтобы захватывать лайнер. Но все равно, проверим…

— Господин капитан, проверку контейнеров уже закончили?

Капитан связался с трюмом и быстро получил ответ.

— Да, мадам. Абсолютно ничего интересного. Обыкновенное барахло.

— Ты слышал, мой дорогой друг? Вас провели, как баранов, которых гонят на бойню.

Но, только либо твой Фриц по своей инициативе, либо кто — то провел его самого.

Здесь нет абсолютно ничего, что могло бы заинтересовать вас. И самое плохое то, что ты не врешь. Тебе действительно это сказали. Но это не обязательно соответствует истине.

— Корабль с правого борта, сэр! Приближается быстро! — доклад вахтенного помощника капитана заставил всех обернуться.

— Ну, вот сейчас и узнаем, кто к нам пожаловал! Честно говоря, думала, что это блеф. Господин капитан! Срочно запрашивайте помощь военных кораблей. Сообщите о попытке нападения с неизвестными целями. Они наш сигнал перехватят и, возможно, поостерегутся нападать. Если же нет, то я знаю, как не допустить абордажа. Но это в том случае, если у них нет вооружения, или они не собираются стрелять. Оказать никакого сопротивления мы не можем. Лайнер совершенно безоружен.

Капитан стал запрашивать помощь, но рассчитывать на скорое прибытие военных кораблей, даже самых быстроходных, было нереально. Они ушли очень далеко в космос от планеты, а уходить сейчас в гиперпространство — это играть в русскую рулетку. Рванет, или не рванет. Вернее, рванет обязательно, только неизвестно когда. Ольга внимательно наблюдала за приближающейся целью. Цель сбавила скорость и совершала маневр, чтбы подойти прямо к борту лайнера и состыковаться с ним стыковочными узлами. Значит, эти ребятки действительно хотят забрать что — то отсюда, иначе не стоит выполнять такой сложный маневр. Если надо просто удрать с лайнера и забрать с собой что — то, что можно унести в руках, для этого гораздо проще, быстрее и безопаснее воспользоваться шлюпками. Может быть то, что их интересует, находится вовсе не в трюме? А разговор о контейнерах — для отвода глаз? В любом случае, сейчас мы это все равно не узнаем.

— Господин капитан, с эвакуацией придется повременить. Мы просто не успеем. Сейчас главная задача — не допустить абордажа. Если им удастся состыковаться и оборудовать шлюзовой переход, все будет гораздо хуже. Мы не знаем, сколько их и каковы их намерения. Единственное, что утешает, стрелять они не будут. Они заходят на шватовку. Значит, им действительно тут что — то нужно.

— Но как мы не допустим абордажа?

— Предоставте это мне. Предупредите машину, чтобы были готовы дать форсированный ход.

— Что Вы задумали?

— В момент швартовки я дам резкое смещение по двум пространственным осям и сомну оба стыковочных узла. И наш, и их. Они не смогут состыковаться. Если попытаются подойти с другого борта, проделаю то же самое. У них не будет физической возможности для стыковки. И им придется или тупо болтаться у нас под бортом, кроя нас матом, или убираться не солоно хлебавши. Если попытаются высадить к нам снаружи на корпус ремонтников, то мы поджарим их двигателями боковой коррекции.

— Мадам, но это же ювелирный маневр! Ведь можно ударить так, что ни им, ни нам уже никакой ремонт не понадобится! Кто сможет его провести?!

— Я.

— Вы?!

— Да. Я не всегда была Ольгой Миллер. Когда — то я была Ольгой Шереметьевой…

— Шереметьева… Ведьма?! Ведьма с "Летающей ведьмы"?! Так это Вы?!

— Да, я. Решайте, господин капитан. Вы здесь командуете. Даете Вы мне возможность спасти нас всех, или нет.

— Мадам, "Афродита" в Вашем распоряжении. Я помогу при выполнении маневра. Сам бы попробовал, если б не рука…

Внезапно ожило радио. Неизвестный корабль медленно, но неуклонно приближался, стараясь стать параллельно корпусу "Афродиты" на минимальной дистанции.

— "Афродита", оставайтесь в дрейфе, ничего не предпринимайте. Я сам подойду и состыкуюсь. И что это за придурок у вас там орал, что на вас нападают? Вы что, не всех вычистили? Курт, ответь.

Ольга мгновенно сграбастала за шкирку террориста и сунула ему трубку радиостанции.

— Говори, гнида, что все нормально, а это какой — то идиот из шлюпочной радиостанции передавал, но вы его уже заткнули.

Когда Курт, заикаясь, выдал в эфир требуемую информацию, там, похоже, успокоились.

Ольга внимательно наблюдала за приближающимся кораблем. Он пока еще очень далеко и визуально не просматривается. Положение контролируется по радару. Но вот вдали появилась крохотная точка. Она приближается, увеличиваясь в размерах, и скоро можно будет использовать оптику, чтобы рассмотреть его получше. Но уже и так ясно, что корабль большой. Не какой — нибудь буксир, или планетный шаттл. Возможно, крупный балкер, танкер, или контейнеровоз. Ему придется изрядно попотеть, чтобы аккуратно подойти к "Афродите". Но для Ольги это даже лучше. Скорость подхода у него будет минимальная, моменты инерции огромные и будет больше времени на выполнение собственного маневра. Ее задача — в момент швартовки, используя свои двигатели, дать резкий толчок в нужный момент и совершить сильный удар своим стыковочным узлом по стыковочному узлу подходящего корабля. Ведь там рассчитывают свой маневр исходя из того, что "Афродита" неподвижно лежит в дрейфе, и давать ход не собирается, о чем ее заранее предупре-дили. В результате такого удара оба стыковочных узла будут изуродованы, и совершить стыковку другой корабль не сможет. Им останется только высказывать свое мнение об "Афродите" — все, что они о ней думают. Никакой возможности попасть внутрь лайнера у них не будет. А слишком долго оставаться в этом районе тоже опасно. Сигнал бедствия послан, и сообщено о попытке нападения. Это значит, что самое позднее, через шесть часов военные корабли будут здесь. И тогда охотник превратится в дичь. Поэтому надо будет уносить ноги, пока не поздно. Ибо связываться с военными кораблями — это надо совсем не дружить с головой.

Никаких опознавательных сигналов от приближающегося корабля не исходит. Его АИС, похоже, выключена. И он бродит здесь, как летучий голландец. Ольга начала настравать оптику. Сначала она ничего не поняла и решила подождать, когда цель подойдет поближе. Потом подумала, что ей померещилось, и она ошибается. Но очень скоро поняла, что никакой ошибки быть не может и память ее не подводит. Без всяких сомнний, перед ней старый знакомый — тяжелый крейсер космофлота сепаратистов типа "Сюркуф"…

— Посмотрите, господин капитан. Может быть, я полная дура, но я ничего не могу понять.

Это вражеский тяжелый крейсер типа "Сюркуф". Я хорошо знакома с этими кораблями.

Вес его залпа таков, что "Афродиту" разнесет на куски даже без подрывных зарядов. И я ума не приложу, откуда он мог взяться и как он может быть связан со всей этой историей… Придется играть в русскую рулетку. Время пока еще есть. Уходите немеленно в гиперпространство. Куда угодно, только подальше отсюда. Взорвемся мы, или нет, это еще вопрос. Но если останемся здесь, крейсер может уничтожить нас без всяких усилий. Мы для него все равно, что мишень на полигоне.

— Увы, мадам. Поздно. Здесь установлены гипердвигатели нового типа, более мощные, но для их выхода на режим пространственного прыжка требуется не менее двух часов.

"Афродита" имеет слишком большую массу. А крейсер, даже если не увеличит скорость, уже через полчаса будет у нас под бортом. И разве он будет стрелять? Ведь мы под нейтральным флагом!

— Забудьте о такой несущественной мелочи, как нейтральный флаг, если им тут что — то надо. А им определенно что — то надо, иначе бы уже разнесли нас к чертям. Это только в бумагах красиво написано — мы находимся в территориальном космическом прострастве Швейцарии, лайнер находится под нейтральным Швейцарским флагом и любая враждебная акция, предпринятая против него… Стоп!!! Вот оно, недостающее звено!

!! — О чем Вы?

— Я много думала, и все собранные факты говорят о том, что все это заранее спланировно и подготовлено самой Федерацией. Что именно там кто — то задумал чудовищную акцию с захватом собственного лайнера и его последующего уничтожения вместе со всеми находящимися здесь людьми. Но это же полный бред, и я не понимала — зачем? Не хватало последнего факта, который связал бы все предыдущие воедино и превратил бредовую версию в логичный и четко продуманный план. Вот он, этот факт! Перед Вами!

— Простите, не понимаю.

— Мы находимся в территориальном космическом пространстве нейтрального государства на пассажирском лайнере, несущем флаг этого государства. Военный корабль одной из воюющих сторон незаконно находится здесь, принимая все меры, чтобы его не смогли обнаружить, и совершает нападение на лайнер, в результате которого лайнер уничтожен вместе со всеми находящимися на нем людьми. Или, почти всеми. Надо же кому — то рассказать, что произошло. Как Вы понимаете, если Швейцария молча проглотит эту оплеуху, об нее начнут вытирать ноги все, кому не лень. И она вынуждена будет втянуться в военный конфликт. Естественно, не на стороне тех, кто учинил акт агрессии. Гениально.

Гражданское судно и пять с лишним тысяч человек, подавляющая часть которых является гражданами нейтрального государства, на территории которого и совершается нападение, приносятся в жертву ради великой цели. Хотела бы я знать, кто автор этой идеи.

— Мадам, но это же чудовищно, что Вы только что рассказали!

— У Вас есть другая версия? Выскажите ее. И мне непонятно, как сюда смогли заманить этот крейсер. Ведь сепаратисты тоже не дураки и прекрасно понимают, что ссориться со Швейцарской республикой им крайне н е в ы г о д н о! Получается, что их каким — то образом провели также, как и этих борцов за национальную идею. Заставили одних захватить лайнер и обеспечить встречу в нужной точке, а других прийти на эту встречу с какой — то целью. Знать бы, от чего и в какой момент должны сработать заряды. А так в глазах всего мира крейсер сепаратистов уничтожит нейтральный пассажирский лайнер.

— У меня нет слов, мадам… Мы не успеем провести эвакуацию…

— Малоразмерная цель с левого борта, сэр! Приближается очень быстро.

— Эй, "Афродита", вы там что, спите? Мы подходим, примите кончик! — раздался в эфире насмешливый голос Анны. "Титан" приближался, явно намереваясь провести стыковку с левого борта. Ольга встрепенулась.

— "Титан", подходите к стыковочному узлу правого борта. Анна, вызовите срочно Лемке.

— Я здесь, мадам!

— Эрих, думай, можно ли что — то сделать. Лайнер подготовлен к взрыву. Большое количество зарядов нитрогексонита, соединенных электрическими цепями. Можно ли заблокировать эту сеть, чтобы команда на взрыв не прошла?

— Откуда должна быть подана команда на взрыв?

— Не знаю.

— Хорошо. Есть тут у меня одна штука. Правда, ни разу еще не пробовал…

— Эрих, делай, что считаешь нужным. Если ничего не получится, немедленно расстыковывайтесь, и уходите на большое расстояние полным ходом, чтобы вас не зацепило. Никчему погибать еще и вам.

— За кого Вы нас принимаете, мадам?! И для меня это вопрос профессиональной гордсти. Чтобы я не смог разобраться в пучке проводов и вашем ящике с гордым названием бортовой компьютер?! Уверен, что вся сеть завязана на него. Осуществить синхронный подрыв большого количества зарядов не так то просто. Поверьте, у меня уже был опыт.

"Титан" проскользнул под днищем "Афродиты" и сходу пристыковался. Малые размеры и масса буксира, вкупе с двигателями огромной мощности, позволяли выполнять головокружительные маневры, и в умелых руках этот кораблик мог творить чудеса.

— "Афродита", что вы там несете? Какие заряды? И кто это там у вас под бортом возится? Курт, что случилось?

Ольга внимательно рассмотрела медленно приближающийся крейсер. На борту уже было четко видно название, выполненное золотистыми буквами — "Танжер". Тяжелый крейсер класса "А". В свое время ей приходилось принимать участие в атаках на корабли такого типа. Противник серьезный. Обладающий мощным наступательным и оборонительным вооружением и надежной броневой защитой. Правда, маневренность у него не очень высока. Да и энерговооруженность тоже. Для корабля такой массы мощность главных двигателей явно недостаточна. По сравнению с другими крейсерами своего класса он довольно медленно разгоняется и также медленно тормозит. Но ей сейчас это только на руку. Ну, что же. Пока Эрих колдует, поговорим.

— "Танжер", каковы ваши намерения? Вы находитесь в территориальном космическом пространстве Швейцарской республики и пытаетесь скрыть этот факт. Что касается вашего Курта, то он валяется здесь в рубке связанный и с разбитой мордой. Все его подельники уничтожены, он остался последний. Если будет хорошо себя вести, то может дожить до суда.

— Что за глупые шутки, Курт?! Немедленно прекрати!!! Кто это там болтает? И что это за корыто у вас под бортом?!

Анна такого святотатства стерпеть не могла и тут же взъярилась, выдав в эфир.

— Ты, казарма летающая, полегче! Я тебе дам, корыто! Это буксир — спасатель "Титан", находящийся при исполнении служебных обязанностей! А тебя сюда никто не звал!

— Да что у вас там за бабье царство?! В чем дело?!

Ольга захотела сразу установить видеосвязь с "Танжером", чтобы прояснить ситуацию.

Там до сих пор не поняли, что случилось. И если им удастся втолковать, что их очень тонко и со знанием дела подставили то, может быть, они откажутся от выполнения своих намерений. Если, конечно, там сидят не полные идиоты.

— "Танжер", даю настройку видеоизображения. Канал 14. Я хочу говорить с командиром.

Экран межкорабельной видеосвязи мигнул и перед Ольгой и капитаном возникло изображение боевой рубки крейсера. Перед ними были трое человек. Двое в форме космофлота и один в гражданском. Причем, по его внешнему виду, было очень похоже, что они с господином Куртом одного поля ягоды. Увидев Ольгу и капитана, он удивленно спросил — а где же Курт? Пришлось поднять его за шкирку и показать перед камерой.

Оба же офицера внимательно вглядывались в экран и молчали.

— Ну что, убедились? Ваш Курт тут больше не командует. Да ему и командовать некем.

Господа, я — Ольга Миллер, бывший капитан второго ранга Ольга Шереметьва. Не подходите к нам близко — лайнер подготовлен к взрыву. Когда он произойдет, мы не знаем.

Похоже, вас подставили точно так же, как и нас. Я думаю, вы знаете, как поступили со мной — Ведьмой с "Летающей Ведьмы". Подозреваю, что здесь то же самое, только в значительно больших масштабах. Кому — то в руководстве Федерации очень хочется втянуть Швейцарию в войну на своей стороне. Если нам не удастся предотвратить взрыв, это будет представлено, как нападение "Танжера" на лайнер. Причем, я уверена, что где — то уже подготовлены и свидетели, и вещественные доказательства. Если не хотите этого, лучше покиньте пространство Швейцарской республики.

Ожила внутренняя связь. "Титан" подключился по кабельному разъему, чтобы не выходить в эфир. На связи был Лемке.

— "Афродита", готово! Я заблокировал всю вашу корабельную сеть, и теперь все команды могут пройти только через мой компьютер. Ваш бортовой компьютер полностью изолирован. Если будет попытка подачи команды откуда бы ни было, я это сразу увижу и определю источник. Дальше меня она не пройдет.

У Ольги и всех, кто был в рубке "Афродиты", отлегло от сердца. Неожиданно на обзорном экране возникла странная картина. Одна из шлюпок лайнера вышла из своей ниши и осталась на консоли, готовая покинуть свое штатное место. Одновременно по внутренней связи Лемке доложил, что какой — то сигнал упорно пытается пробиться к бортовому компьютеру лайнера. Судя по схеме, сигнал идет из шлюпки номер 9. И это та самая шлюпка, готовящаяся отойти от борта лайнера. Еще секунда, и она отделилась от консли, рванувшись в сторону от корабля на полной скорости. Одновременно заработало радио на аварийной частоте.

— Всем, кто меня слышит! Крейсер "Танжер" обстреливает пассажирский лайнер "Афродита"! Требует остановиться! Повторяю, крейсер "Танжер" обстреливает пассажирский лайнер "Афродита! Требует остановиться!

Сообщение было повторено несколько раз. Шлюпка продолжала удаляться на полной скорости. Одновременно раздался голос начальника службы радиосвязи лайнера.

— Сэр, получено сообщение по гиперсвязи, что мы атакованы крейсером сепаратистов "Танжер". Даются наши координаты, и запрашивается помощь. Но мы не посылали этого сообщения.

Теперь все вставало на свои места. На крейсере тоже получили аналогичное сообщение и оба офицера волком смотрели на третьего в штатском. До них тоже начало доходить, какими пешками большой игры хотели их сделать. Наконец, один из них, очевидно — командир, сказал.

— Я верю Вам, мадам Шереметьева! И я узнал Вас сразу. Ведьму с "Летающей ведьмы" помнят все. Если вам нужна помощь, то мы можем ее оказать. У нас и в мыслях не было уничтожать пассажирский лайнер. Насколько я понимаю, команда на взрыв должна быть подана со шлюпки, которая только что отошла от вас? Нам удалось засечь источник переданных сообщений. Они шли из нее. Если хотите, мы можем сейчас уничтожить шлюпку.

— Нет, не нужно применять оружие. Не давайте лишнего повода для разговоров. Нам удалось блокировать все подрывные заряды. За предложение помощи благодарю, но мы справимся сами.

— В таком случае, всего вам хорошего. Мы уходим. Благодарю Вас, мадам, что Вы не позволили свершиться этому чудовищному замыслу.

Экран видеосвязи погас. "Танжер" уже встал параллельно корпусу "Афродиты".

Очень медленно он прошел мимо и, не останавливаясь, начал увеличивать скорость, быстро удаляясь от лайнера. Еще несколько минут, и он исчез, скрывшись в гиперпространстве.

— Вот и все, господин капитан… Я думаю, заряды уже не взорвутся. Лемке удалось блокировать всю сеть. Но продолжать рейс в таком состоянии я бы Вам не советовала. Надо возвращаться.

— Какой рейс, о чем Вы говорите?! Дай бог добраться до орбиты Швейцарии и высадить пассажиров! Только как это сделать? Все корабельные сети блокированы Вашим умельцем. Работают только системы жизнеобеспечения.

— Не волнуйтесь. "Титан" справится с буксировкой лайнера до самой орбиты. Если помощь подойдет раньше, можно будет пересадить людей туда. Сторожите, как следует, господина Зильберта. Хотя, у меня очень большие сомнения, что он доживет до суда.

Он очень нежелательный с в и д е т е л ь… А сейчас, нет ли у вас на борту свободной каютки? Я жутко устала. В моей каюте три трупа и койка вся разворочена пулями. "Титан" все сделает сам. Будьте только с ним на связи.

— Мадам, о чем речь?! Отдыхайте, у нас два свободных люкса. Берите любой на выбор, сейчас Вас проводят и перенесут туда все Ваши вещи. То, что удалось Вам… Даже не представляю, как это выразить. Ведь все эти люди, больше пяти тысяч человек, обязаны Вам жизнью. Это Вы спасли всех.

— Ну, это делала не только я. Ведь экипаж тоже не стоял в стороне. Да и без помощи "Титана" и Лемке с его электронными штучками тоже вряд ли бы удалось. И мы спасли не пять тысяч человек. Мы предотвратили войну…

Глава 13

— Вот и все, кися… Мур — мур? Ну, мурлычь, мурлычь… То, что мы с тобой сегодня сделали, долго не забудут. Как я тебе и обещала, такой охоты у нас еще не было… И не знаю, когда еще будет. Но то, что будет — не сомневаюсь… С сегодняшнего дня мы нажили могущественного врага, и он нам этого не простит. Но я почему — то не боюсь.

Я все больше становлюсь похожей на тебя. Хитрого, умного, смелого, безжалостного хищника. Уже и не знаю, чего во мне больше — человеческого, или нет… Но такие санитары каменных джунглей, как мы с тобой, тоже нужны. Слишком много в них живет всякой мерзости. Причем, живет за счет других… И пока так будет, ты без добычи не остнешься… А сейчас отдыхаем. Мы с тобой это заслужили… А все — таки, что сейчас делает официанточка? Ну надо же, вот зацепила… Так, надо срочно Настю домой звать.

Небось, умаялась там уже одна с этим малолетним бандформированием. Представляю, во что они "барсика" превратили. Поэтому, срочно домой. Надеюсь, что у господина статсткого советника и тех, кто над ним, хватит ума не устраивать вендетту. Иначе послдствия очень легко прогнозируемы. А дальше посмотрим. Да и за детьми и за Настей соскучилась. Эх, Настюшу бы сюда сейчас!… Надо же, как охота заводит… Значит, что — то человеческое во мне осталось. Из всех млекопитающих только человек трахается не только и не столько для сохранения и продолжения своего биологического вида, а в осноном для удовольствия. И не в период брачного сезона, а когда приспичит. А приспичивет ему очень часто. Некоторым, например таким, как мы — так каждый день. А это значит, кися, что мы с тобой, не смотря на все то, что мы творим, очень даже человеки! И Настя тоже…

Ольга отдыхала в шикарной каюте — люкс, любезно предоставленной в ее распоряжение.

С удовольствием растянувшись на широкой кровати, которую и кроватью то назвать язык не поворачивался — настоящее королевское ложе, она предавалась размышлениям.

Нервное напряжение еще не отпустило, и сон не шел. В который раз она пыталась разобраться, что же она натворила. Теперь ясно, как божий день, что ее легенде пришел конец. Она засветилась, как никто другой и сейчас несколько тысяч человек пересказывают друг другу историю, где уже правду трудно отличить от вымысла о генерале тайной полиции Ольге Миллер, в одиночку расправившейся с бандой террористов. А скоро эти сведения выплеснутся на экраны телевидения и первые полосы газет, и она снова станет звездой криминальной хроники. Не лучшая реклама в ее ситуации. Хотя, с другой стороны, она ясно дала понять господам из госбезопасности — на Хризантеме можете ставить крест. Работать на вас она не будет. Интересно, позвонит ли ей господин Фельдман по возвращению? А если не позвонит, то можно и самой поинтересоваться! Дескать, дорогой Оскар Яковлевич, и что же тебе надо? И кто же был на шлюпке? Пассажиры, или кто то из экипажа? Вряд ли их было очень много. Для того, чтобы подать команду на подрыв и передать заранее подготовленное сообщение, много людей не надо. Террористы выполнили свою задачу и привели лайнер в район встречи, предупредив крейсер. Что же планировалось дальше? После того, как шлюпка отойдет от борта? Взорвать лайнер заранее, или когда к нему подойдет крейсер? "Танжер" бы в этом случае тоже пострадал. В принципе, это не так уж и важно. Факт агрессии налицо. И куда бы потом сами на шлюпке делись? Гипердвигателя у нее нет. Значит, только назад, на Швейцарию, вопя на всю округу по радио о нападении военного корабля сепаратистов. А там появятся военные корабли Швейцарского флота и добьют "Танжер", если он не сможет из — за повреждений удрать в гиперпространство. А больше ничего и не надо. Что и говорить, надо иметь незаурядный извращенный ум, чтобы додуматься до такого.

И вся эта многоходовая сложнейшая операция провалилась. И первоначальной причиной была простая уголовщина. Разбойное нападение на дороге. Стратеги предусмотрели все, кроме того, что в дело могут вмешаться уголовники. Кто — то захотел сэкономить и упростить себе задачу, вот и отправил курьера с важной информацией, попутно навязав ему огромную сумму наличных денег. Не было бы этих денег, не было бы и нападения. И кассета не попала бы в руки Ольги. И не произошло бы многих последующих событий, идущих, как снежная лавина, одно за другим…

Ладно. Что сделано — то сделано. То, что она теперь станет объектом пристального внимания тайной полиции, в этом можно не сомневаться. Все будет зависеть от того, как там отнесутся к этим событиям. Посчитают ли ее законопослушным гражданином, решившим докопаться до истины самостоятельно, и действующим сообразно сложишейся ситуации, когда надо спасать свою и чужие жизни любыми средствами. Или потенциальным преступником, обладающим неслыханными возможностями и могущим использовать их как во благо, так и во вред. В любом случае, гадать осталось недолго.

Меньше, чем через сутки, "Титан" приведет лайнер на орбиту планеты. Там все люди будут эвакуированы и "Афродитой" займутся военные. Швейцарскому правительству потребуются доказательства этого чудовищного замысла. И там посмотрим, какая будет встреча. Как героя, или как преступника. Жаль, если придется бежать и отсюда. Только все наладилось… Ладно, надо спать. Неизвестно, что творится сейчас на лайнере но, если были бы какие — то проблемы, то уже бы ей сказали. Насти рядом нет… Официанточки… хм-м-м… тоже нет… Поэтому… Вот именно. Мы же, все — таки, человеки! А потом спать!

Проспала Ольга до самого обеда. Беготня по палубам, с непрерывным ведением боевых действий с превосходящими силами противника, все же утомляет. А потом еще и ведение дипломатических переговоров на высшем уровне, когда надо взвешивать каждое слово и стараться доказать свою правоту. Ибо, в противном случае, рискуешь стать на короткое время мишенью для военного корабля, способного одним залпом разнести твой летающий дворец массой полтора миллиона тонн на килограммы. И вот теперь, приведя себя в соответствующий вид, отправилась в ресторан на обед. По прежнему на палубе "А", так как ее новая каюта находилась тоже здесь. Едва войдя в зал, она тут же стала объектом пристального внимания. Информация о "генерале Миллер" уже разнеслась по всему кораблю. Сев за прежний столик, за которым вчера ужинала, Ольга углубилась в изучение меню, ловя на себе множество взглядов.

— Доброе утро, Ваше превосходительство!

Ольга удивленно подняла глаза. Перед ней стояла вчерашняя официанточка и смущенно улыбалась. Ну надо же, все уже на самом деле считают ее генералом! Ольга улыбнулась в ответ.

— Доброе утро! Ну, что Вы, девушка… Какое я превосходительство… Просто надо было поставить на место чинушу в погонах. Такие другого языка не понимают. Кстати, как Вас зовут?

— Вера. Вера Войнович… Мадам, спасибо Вам за то, что Вы сделали… Спасибо от всех нас…

— Ну что Вы, Верочка… Это, в какой — то степени, моя работа. Да и выбора у меня не было. Все мы сейчас в одной лодке…

Сделав заказ, Ольга посмотрела официантке вслед. Хороша, чертовка! Но только сейчас есть дела поважнее. Да и зверь что — то беспокоится. Что — то ему тут не нравится. Хоть явной опасности и нет, но что — то все равно происходит. Неужели на лайнере остались еще какие — то недобитки из конторы господина Зильберта, о которых он не знал и которые должны были присматривать за всеми в ходе операции, да и за самим Зильбертом в том числе? Очень может быть. Ведь они не знали о готовящемся взрыве. И уходить с борта "Афродиты", скорее всего, не собирались, если бы задуманная авантюра прошла успешно. Зачем им себя раскрывать? А когда затея с треском провалилась, тут уж тем более надо сидеть тихо и не высовываться. А что, очень даже может быть. Хорошо, что экипажу удалось предотвратить панику. О заложенных подрывных зарядах пассажиры не знают и считают, что террористы повредили главные двигатели лайнера, поэтому сейчас его ведут на буксире. "Титан" успешно вел "Афродиту", пристыковавшись к ее корме.

Он доведет ее до орбиты Швейцарии, недалеко от орбитального терминала, после чего все пассажиры и экипаж будут эвакуированы и лайнером займутся военные, уведя его на более дальнюю орбиту. А Вам, "Ваше превосходительство" надо готовить "приветственную речь". Что и как Вы будете говорить компетентным органам. Потому, что теперь Вы самый главный с в и д е т е л ь…

Остаток пути до орбитального терминала прошел без происшествий. Подводить "Афродиту" к самому терминалу не рискнули. "Титан" вывел ее на близкую дистанцию и будет находиться с ней до момента передачи военным, которые уже ждут. Началась эвакуация пассажиров. Затем последует очередь экипажа. Ольга хотела остаться до конца, и потом уйти на "Титане", но с первым же шаттлом прибыл какой — то чин в штатском, предъявивший документы полковника государственной тайной полиции и попросил Ольгу срочно проследовать с ним. Хорошо, что она заранее избавилась от "Кобры" и электронных штучек Лемке, передав все на "Титан". Светить их совершенно не нужно. Оставила только кассету.

Быстро собрав вещи, последовала за посланцем столь серьезного ведомства. По крайней мере, на арест не похоже. Ольга думала, что они пойдут на орбитальный терминал, но шаттл покинул орбиту и стал входить в атмосферу, направляясь на посадку в космопорт. В пассажирском отсеке никого, кроме Ольги и сопровождавшего ее полковника не было.

После посадки и руления на стоянке уже ждал автомобиль. Видно было, что Ольгой заинтересовались всерьез. Ехать далеко не пришлось, и автомобиль остановился возле зданий служебного комплекса космопорта. Поковник молчит, надо хоть немного попытаться прояснить ситуацию. А то, как бы не пришлось и здесь устроить "мур — мур"… Вот бы уж чего не хотелось…

— Простите, господин полковник. А куда мы, собственно, направляемся?

— Мы уже почти пришли, мадам. С Вами хочет поговорить генерал Кумметц. Больше ничего не могу сказать.

Они вошли в кабинет, где за столом сидела красивая женщина в темном платье. Едва глянув на вошедших, она кивнула полковнику, и он тут же развернулся и вышел. Какое — то время она молча смотрела на Ольгу своими зелеными глазами, взгляд которых, казлось, проникал насквозь. Их взгляды встретились, и Ольга поняла все…

— Ну, здравствуйте, генерал… Миллер! Вот Вы, оказывается, какая. Тут уже столько про Вас понарассказывали, что нельзя отличить правду от вымысла. А теперь все понимаю и верю каждому слову. Вижу, что и Вы все прекрасно поняли. Я первый заместитель начальника государственной тайной полиции генерал — лейтенант Эльза Кумметц. Контролирую расследование этого беспрецедентного случая. И хочу сразу побеседовать с главным с в и д е т е л е м. Расскажите мне все с самого начала. Врать не надо. Сами знаете. Присаживайтесь, разговор у нас будет долгий…

Пришлось рассказать все. Врать и утаивать, действительно, было бесполезно. Эльза слушала молча, не перебивая, иногда кое — что уточняя. Когда рассказ был закончен, Ольга положила на стол кассету. Ту самую кассету, из — за которой очень многие поплатились жизнями. Эльза тут же вставила ее в портативный компьютер. В разговоре наступила пауза. В конце концов, Эльза оторвалась от экрана.

— Так я и думала. Подробная инструкция операции "Лузитания". Это каким же чудовщем надо быть, чтобы додуматься до подобного.

— Простите, Ваше превосходительство?

— Называйте меня просто Эльза. Я не на много старше Вас, Ольга. Вы не смогли прочесть информацию на кассете потому, что у Вас не было кода. У меня он есть. Не спрашивайте, откуда. К тому, что Вы рассказали, я могу добавить еще кое что. На этой кассете подробная инструкция проведения акции по захвату лайнера с его подробнейшими чертежами.

У нас и раньше были сведения, что многие чиновники высшего эшелона в правительстве Федерации н е х о т я т скорого завершения этой войны. Для них было бы лучше, если бы она не закончилась никогда. Уж очень многие из них греют руки на этом. Да и не только они. Вот и была задумана операция, получившая название "Лузитания". По имени английского пассажирского лайнера, погибшего от торпеды германской подводной лодки в годы первой мировой войны. Он шел из Америки в Англию с большим количеством пассажиров, большая часть из которых была гражданами Соединенных Штатов Америки, то есть нейтрального государства, не участвовавшего в войне. Доказать неопровержимо не удалось, но очень много фактов говорит за то, английское Адмиралтейство преднамренно подставило "Лузитанию" под удар. Ее атаковала подводная лодка U-20, но если бы ее не было, нашлась бы другая. Лайнер шел без обещанного охранения и как бы сам провоцировал атаку. Более того, командир U-20 утверждал, что попал в лайнер о д н о й торпедой. Но взрывов было д в а! "Лузитания" затонула, унеся много человеческих жизней. Погибло много американцев. Это было достаточным поводом, чтобы США вступили в войну на стороне Антанты — стран, воюющих с Германией и ее союзниками — Австро — Венгрией и Турцией. Нечто подобное было задумано и сейчас. Не секрет, что у нас тоже есть ряд влиятельных личностей, которые не прочь погреть руки на этой войне. И гибель пассажирского лайнера в нашем пространстве, несущего наш флаг и с гибелью огромного количества наших граждан — об этом они могли только мечтать. Разве можно найти более удобный повод для развязывания войны? Вот и было решено осуществить захват лайнера силами местных нацистов, которых нам не дают раздавить, хотя мы можем это сделать, и обеспечить встречу с крейсером флота сепаратистов в условленном районе. Как я думаю, это Вы и сами поняли. А теперь расскажу то, чего Вы не знаете. Авторы этого проекта решили не рисковать и передать сюда информацию курьером для соблюдения секретности. Но на него было совершено нападение, в результате которого он погиб, и кассета с инструкцией исчезла. Теперь ясно, что ее взяли Вы. Поскольку время сильно поджимало, и можно было не успеть, им пришлось задействовать гипесвязь. Но то, что передается в эфире, можно перехватить. Вот именно этого они и опсались, но пришлось пойти на такой шаг. К сожалению, мы не располагали полной информацией, и не знали о готовящемся взрыве, а то бы просто не выпустили лайнер в рейс. Но с самого момента нападения на курьера вокруг Вас началась подозрительная возня и, как понимаете, нас не могло это не заинтересовать. Из полученной информации было ясно, что с "Афродитой" намечается какой — то инцидент, но никто даже не предполагал, что задумывалось на самом деле. На борту было несколько наших сотрудников и они присматривали за Вами, так как было ясно, что Вы — ключевая фигура в этой истории и пытаетесь разобраться самостоятельно. Если бы Вы сразу пришли к нам и отдали кассету, то всего этого можно было бы избежать. "Афродита" не ушла бы в этот рейс. Но, как говорят, история не терпит сослагательного наклонения. Что случилось — то случилось.

Признаю, что Вам удалось невозможное. То, что сделали Вы, войдет в историю. Сейчас уже вся пресса и телевидение наперебой дают репортажи, и генерал Миллер не сходит с первых полос. Без всякого преувеличения, Вы — национальный герой, Ольга. Что касается нас, то мы подошли к этому делу с другой стороны. Нам удалось вычислить тех, кто осуществил нападение на курьера. Обычные уголовники, никакого другого мотива там не было. Хоть представители посольства Федерации и не сказали ничего о перевозимых курьером деньгах, но шила в мешке не утаишь. Покушение на Вас и полковника Матье тоже носило чисто криминальный характер. По нашим данным, именно он был связан с уголовниками и сливал им информацию. Когда Вы вызвали его на встречу возле посольства, он совершил большую глупость — позвонил своим подельникам и предупредил их. Те решили не рисковать и убрать одним махом обоих свидетелей. Хоть криминальная полиция и считала, что Вас хотели просто попугать, но у меня на этот счет было другое мнение. Честно говоря, думала, что снайпер промахнулся. Теперь понимаю, в чем причина его промаха. Когда Вы развили бурную деятельность, мы не стали мешать.

Ольга, Вам никто не говорил, что у Вас талант сыщика? Вы не только пилот — истребитель экстра класса. Вашему аналитическому уму позавидовали бы многие наши сотрудники. Но вернемся к нашей истории. Нам удалось выйти на след нациков, и было поняно, что они тоже замешаны в этом деле. Хотя, до последнего момента, были неизвестны его масштабы. Как оказалось, им заплатили очень хорошие деньги и представили все так, что намечается обычный гоп — стоп в космосе. Якобы, на лайнер тайно погружена очень крупная партия чего — то очень ценного, о чем им знать не надо. И надо захватить лайнер, чтобы по тихому все это забрать, а потом бросить лайнер и уйти. Естественно, непосредственные исполнители не располагали даже этой информацией. Им была поставлена конкретная задача — от сих до сих. Так, что от Вашего Курта Зильберта мы вряд ли узнаем что — то большее. К сожалению, так и не удалось выяснить, какую же версию преподнесли другим участникам этой пьесы. Каким обазом удалось заманить "Танжер" в расставленную ловушку. Когда террористы начали действовать, наши люди ничего не смогли сделать, их было слишком мало. Ведь предполагалось, что это будет после выхода из гиперпространства возле Эсмеральды. Именно там вас и ждали военные корабли, чтобы взять нациков с поличным. Но режиссер этого спектакля перехитрил нас, в последний момент, перед самым взлетом дав новую команду исполнителям — захватить лайнер сразу после взлета в первую же ночь, и не мешать ему следовать заданным курсом к точке входа в гиперпостранство. Сразу после захвата сообщить условный сигнал "Танжеру", а тот, зная текущие координаты, курс и скорость лайнера, без труда перехватит его, утоняя данные по системе АИС. А дальше "Танжер" подошел бы к "Афродите" и последовал взрыв, уничтоживший лайнер. План был грандиозный и вполне осуществимый. И все это накрылось благодаря Вам. За что Вам от всего народа планеты и от меня лично огромное спасибо. Вы не позволили втянуть нас в эту войну. Я так понимаю, что Вы не предполагали, что там должно произойти?

— Нет, Эльза. Я для того и проникла на лайнер, чтобы все узнать. Уверенность, что зетевается какая — то пакость, у меня была. Но ничего конкретного я не знала. Хоть мне и пытались всячески помешать, но я все равно попала на борт.

— Да уж, о Вашем таможенном досмотре до сих пор судачат. Вся таможня в шоке, за всю нашу историю никогда не было ничего подобного. Я бы, наверное, так не смогла. Но для чего Вы применяли "Кобру"? Не хотели, чтобы остались н е п р а в и л ь н ы е трупы?

— Эльза, по моему, мы понимаем друг друга без слов…

— Ясно. Случай на побережье у мыса Носхорн — тоже Ваша работа? Судя по Вашей истории, это был п е р в ы й раз?

— Да.

— И недавнее происшествие на перекрестке — тоже Ваших рук дело?

— Да.

— Ну, что же, будем считать, что я этого не слышала. И это значит, что Ваша девочка Рожденная нарушившей Запрет?

— Да. Так же, как и Вы…

— М-м-да… Представляю, что тут начнет твориться лет через пятнадцать… Как раз и мои девочки подрастут… Ну, может, хоть всякой мрази поменьше будет… Моя р а б о т а проходит незамеченной. Аккуратнее работайте, Ольга. Нет, я Вас не осуждаю. Вы еще очень молоды и у Вас нет моего многолетнего опыта. Ведь я родилась такой, а Вы стали совсем недавно.

— У Вас тоже девочки? И они т о ж е?

— П о к а еще нет. У меня две дочери — трех и шести лет, но я уберегла их от этого.

Но уверена на сто процентов, что они не удержатся. Чувство справедливости у них впитано с моим молоком. Мой муж об этом, естественно, ничего не знает. Он хороший, добрый человек и не надо ему все это знать. А Ваша… э-э-э… сестра — знает?

— Да, Настя знает все. Но она не из болтливых.

— Ну, Вам виднее… Кстати, Вам интересно будет узнать, что на нашу ноту Федерация так до сих пор и не соизволила ответить. Очевидно, не ожидали такого провала и не предусмотрели способа замести следы. Этих субчиков, которые пытались уйти на шлюпке, тоже взяли. Двое из экипажа и двое пассажиров. Запираться не стали. Они подали комаду на подрыв перед отходом от борта, и через минуту бортовой компьютер лайнера должен был произвести синхронный взрыв всех зарядов. Хорошо, что Вашим людям на "Титане" удалось этому помешать. Как же они это сделали?

— Заблокировали всю корабельную сеть и полностью изолировали бортовой компьютер "Афродиты". Команда на подрыв до него просто не дошла.

— Гениально. Что же у Вас там за кудесники? Потом познакомьте нас. У меня к ним есть разговор…

Беседа продолжалась долго. Эльзу интересовали все подробности. Из этой беседы Ольга вынесла главное — преступником ее не считают. Она по прежнему остается главным с в и д е т е л е м. И на том спасибо… Эльза пообещала, что в ходе расследования не будут обнародованы подробности, о которых никому из посторонних знать не надо. Для себя она выяснила все, что хотела, и это касается только их двоих. Да другие могут просто и не понять. Расстались на дружеской ноте, и Ольга пригласила заходить к себе в гости в любое время. С такими людьми ссориться не надо. Да и по самой Эльзе видно, что баба она неплохая, хоть и жандарм. Жандармы, видно, тоже разные бывают. А теперь домой! Отправить сообщение по гиперсвязи Насте, пусть возвращается. Теперь Ольгу и ее близких вся компания господина статского советника будет обходить десятой дорогой.

Охрану главного свидетеля берет на себя государственная тайная полиция, и здесь уже все шутки в сторону. Когда беседа закончилась и Ольга, попрощавшись, направилась к выходу, Эльза пристально смотрела ей вслед. Вновь открывшиеся обстоятельства этого дела были совершенно неожиданными.

— Кто бы мог подумать… Ведь сразу возникли подозрения… И что я, дура, сразу не поговорила? Ну, теперь хоть будет поболтать с кем на н а ш и темы. Видно, что баба нормальная, можно с ней иметь дело. И баба серьезная, такой палец в рот не клади. Столько раз выходить сухой из воды при, казалось бы, безвыходных ситуациях. Пилот — истребитель, переквалифицировавшийся в контрабандиста — детектива… Убойное сочетание. Рассказать кому — не поверят. Но об этом знать никому не надо. И с каким блеском провести свое личное расследование и операцию по спасению лайнера… Генерал Миллер, департамент тайной полиции по борьбе с терроризмом… А что, интересная мысль…

Глава 14

— Вы идиот, а не министр госбезопасности! Провалить такую операцию из — за того, что всучить курьеру с важнейшей информацией еще два баула налички! Какой дурак мог додуматься до этого?! Что, хотели упростить себе работу?! Сделать два дела за один раз?!

— Но господин президент…

— Вон!!! А Вы, генерал Гринберг, останьтесь…

— Да, господин президент?

— Михаил Генрихович, я затребовал все Ваши рапорта и докладные записки. Ознакомился со всеми Вашими отчетами. У меня создалось впечатление, что Вы единственный здравомыслящий человек в этом клубе маразматиков под названием министерство госбезопасности. Вы единственный с самого начала были против разработки Шереметьевой и привлечения ее к агентурной работе. К сожалению, никто к этому не прислушался.

И теперь мы имеем то, что имеем. Вы по прежнему остаетесь при своем мнении? Что Ольга Шереметьева потеряна для нас навсегда?

— Да, господин президент. Мы потеряли прекрасного офицера флота, который, без сомнения, стал бы выдающимся адмиралом. Но мы не получили хорошего агента. Работать на нас она никогда не будет.

— Но как могло получиться, что Шереметьева в одиночку уничтожила всех террористов и восстановила контроль над лайнером?

— Ольга Шереметьева в данный момент, если можно так выразиться, не совсем человек.

Она и раньше обладала паранормальными способностями, но после прошлогодних событий, когда была сделана попытка взять ее под контроль, они усилились многократно. И сейчас неизвестно, чего в ней больше — от человека, или от хищного зверя. Обе эти сущности успешно уживаются в одном теле, но контроль принадлежит Шереметьевой. Правда, в нужный момент, она может мобилизовывать свои звериные инстинкты и управлять ими, используя в своих целях. Все это очень сложно и долго рассказывать, могу вкратце сказать, что Шереметьева может заранее предчувствовать опасность, становиться невдимой для других людей, в своем новом состоянии обладает нечеловеческой силой, обонянием, может видеть в полной темноте и может убивать на расстоянии любое количество противников, если только она их видит. Она могла бы справиться и со значительно большей бандой.

— Значит, все это не сказки?

— Нет, господин президент. Раньше это называли колдовством. Сейчас — биоэнергетикой.

Шереметьева — ведьма. А после того, как совершила убийство в целях обороны при помщи своих способностей, стала ведьмой, нарушившей Запрет, перейдя на более высокий уровень биоэнергетики. И еще более высоким уровнем будет обладать ее дочь — Рожденная нарушившей Запрет, когда вырастет.

— Поразительно… Разум отказывается воспринимать подобное… И откуда у Вас такие познания в столь специфической области?

— Моя мать — тоже ведьма. Она мне все рассказала.

— Фантастика… Просто фантастика… И если все это правда, то каким же надо быть идиотом, чтобы пытаться держать такого человека на поводке. Наш министр госбезопасности совершенно выжил из ума… Ладно, это тема для отдельного разговора. Что делается сейчас? Я понимаю, что ни ликвидировать Шереметьеву, ни тем более привлечь на свою сторону все ваше хваленое министерство во главе с министром не в состоянии. Какие меры приняты, чтобы Шереметьева, по крайней мере, хотя бы не вредила нам?

— Насколько я знаю Шереметьеву, если не трогать ни ее саму, ни ее близких, то преднамеренно вредить она не будет. Она никогда не нападает первая. Наша единственно правильная политика в отношении нее — это оставить ее в покое и полностью закрыть проект "Хризантема". Все равно Хризантемой она никогда не будет, и я предупреждал об этом с самого начала. Сейчас в ее окружении находится агент Сильва. Она предупреждена о способностях Шереметьевой и действует очень осторожно. Ее задача — войти в доверие и подружиться с ней. Если получится — затащить ее в постель. Ни в коем случае не препринимать никаких враждебных действий и только докладывать о каждом ее шаге и намерениях, чтобы мы были в курсе событий и могли прогнозировать ее поступки. Наши враги, в лице генерала Кемаля, поступили гораздо мудрее нас. Когда не получилось перетянуть Шереметьеву на свою сторону, они сделали все возможное, чтобы заручиться нейтралитетом с ее стороны. И эта политика принесла свои плоды. У Шереметьевой прекрасные отношения с Кемалем, они даже встречаются в ресторане и не предпринимают никаких враждебных акций друг против друга. И сепаратисты твердо держат слово. Иными словами, противнику удалось то, что не удалось нам. Они вывели Шереметьеву из игры и за все время она ни разу не пыталась им навредить.

— А как же эта ваша Сильва уцелела и не раскрыла себя? Ведь всех ваших агентов, которые должны были взорвать лайнер, повязали?

— Когда стало ясно, что операция провалилась, Сильва приняла решение остаться на корабле и не пытаться с него бежать вместе с остальными агентами. Они попытались провести подрыв, но неудачно. Сильва действовала автономно, и о ней никто не знал. Конечно, она сильно рисковала и могла погибнуть, но сделала ставку на то, что Шереметьевой удастся предотвратить взрыв, и не ошиблась. Скоро она войдет с ней в контакт и мы сможем быть в курсе дел Шреметьевой. Будем знать, чего от нее ждать в ближайшее время.

Первая их встреча прошла удачно и никакой неприязни Шереметьева не выказала. Как раз подобрали такой типаж, который ей нравится. Сильва тоже любит женщин, и Шереметьева это сразу поняла, хотя и никакой инициативы не проявила. А действовать более решительно Сильва не рискнула, чтобы не вызвать подозрений. Будем надеяться, что дальше все пройдет успешно.

— Что ж, разумно. По крайней мере, гораздо разумнее, чем пытаться заставить дикую тигрицу плясать под дудочку. Она уже показала свой крутой нрав. Это кем же надо быть, чтобы два раза наступать на одни и те же грабли… Ладно. О состоянии дел в отношении Шереметьевой информируйте меня лично. Отныне Вы единственный, кто будет заниматься этим вопросом. От этого министра — маразматика никакого толку. Собственными стараниями создать самим себе такого врага. Внимательно наблюдайте за Шереметьевой.

Может быть, удастся ее просто купить. Все Ваши предшественники не знали ее реальную цену и за это жестоко поплатились. А там, кто знает… Еще Гай Юлий Цезарь сказал:

"Что не могут легионы, то может маленький ослик, нагруженный золотом". И он был прав. Как знать, может это как раз такой случай…

Наконец то снова вместе! Они дома! Непередаваемое ощущение, когда маленькие ручонки с криком "Мама!" обнимают тебя за шею… Когда Ольга приехала в космопорт встречать Настю и детей, то после первых поцелуев и объятий Настя заявила, что в следующий раз лучше она останется здесь воевать со всеми бандитами, а Ольга пускай летит на "барсике" и воюет там сама с этим малолетним бандформированием, которое в данный момент крутится с радостным визгом под ногами. Было видно, что спать Насте удавалось урывками. В небольшой каютке штурмовика, никоим образом не расчитанной на такой "экипаж", это было весьма проблематично. Но вот и дома…

Этот хлопотный день, наконец, закончился. С трудом уложив разыгравшихся детей спать, подруги остались вдвоем. Ольга подробно рассказала всю историю. Не было смысла что — то утаивать. О "генерале Миллер" знали уже все. Настя долго не могла прийти в себя. То, что рассказала Ольга, было просто чудовищно, и ее разум отказывался воспринимать это.

— Вот так, Настюша. До чего наши стратеги дойти могут. Цель оправдывает средства.

И то, что сотворили с нами, это просто детская шалость по сравнению с этой самой операцией "Лузитания".

— И что же теперь будет? Что же они всему миру скажут?!

— А ничего не будет. Скажут, что ничего не знали, разберутся, найдут и накажут виновных. А не найдут, так назначат. Уж чего — чего, а крайних у нас искать умеют. Разве ты не знала, что политики — это самые бессовестные люди? Ладно, это уже история и слава богу, что она хорошо закончилась. Мадам Анастасия, генерал Миллер за Вами очень соскучилась! В ванную шагом марш!

— Есть, мон женераль!

Когда Настя упорхнула в ванную, Ольга на всякий случай вышла из дома во двор и снова "просканировала" окружающее пространство. Зверь внимательно осмотрелся, но ничего опасного не нашел. Охрана вокруг дома присутствует, но это именно охрана, а не топтуны. Уже собравшись вернуться в дом, Ольга обратила внимание на машину курьерской службы, явно направлявшуюся к ней. Машина остановилась возле ворот ее дома и водитель просигналил, увидев Ольгу, чтобы привлечь ее внимание.

— Мадам, это Вы Ольга Миллер? — поинтересовался он, когда Ольга вышла на улицу.

— Да, это я.

— Вам срочный пакет курьерской почтой. Распишитесь, пожалуйста.

Ольга расписалась и получила пакет стандартного формата, в котором обычно отправляют бумаги. Обратный адрес был незнаком. Удивившись, вернулась в дом и раскрыла пакет. Для объема и веса там была напихана обычная бумага, внутри которой находилась компьютерная кассета. Опять какие — то тайны, будь они неладны! Настя еще плещется в ванной, поэтому можно посмотреть, что же там на этот раз. Все — таки, любопытно…

Подойдя к компьютеру, Ольга вставила кассету, и на экране сразу появился текст на русском языке. Никаких кодов больше было не нужно…

"Здравствуй Оля. Хочу предупредить тебя. Официантка, которую ты видела на "Афродите" — Вера Войнович, это агент госбезопасности Федерации Сильва. У нее задание войти к тебе в доверие и сообщать о каждом твоем шаге. Никаких враждебных акций она предпринимать не будет. Проект "Хризантема" закрыт и хотят просто держать тебя под наблюдением. Не отталкивай ее, а то появится кто — то другой, о ком я могу не знать. Прости за откровенность, но ей тоже нравятся женщины, и она сделает все возможное, чтобы заполучить тебя. Это сообщение самоуничтожится через пятнадцать минут после активации кассеты.

P.S. Спасибо, что подарила мне жизнь."

Ну, дела! Такое мог написать только Мишутка. Получается, он все знает? Но как же он мог вспомнить? Ведь это исключено. Если… Если только с ним не поработала ведьма.

Ладно, что гадать. Спасибо, Мишенька, что предупредил. Понимаю, как дался тебе этот шаг. Значит, что — то человеческое в тебе все же осталось… Но какова Верочка!!! Ах ты, прелестная куколка! Сильва… твою мать!

— Оля, что — то пришло? — сзади подошла Настя, выбравшись наконец из ванны.

— А вот, почитай. Письмо от нашего старого друга. Видать, совесть проснулась. А я пока в ванную.

В ванной Ольга думала, как же справиться с возникшей ситуацией. Уж больно она щекотливая. Можно, конечно, приручить эту Сильву, но как к этому отнесется Настя? Как бы ее не обидеть. А то, гори эта Сильва синим пламенем, Настя для нее дороже. Хотя, с другой стороны, более лучшего способа "нейтрализации" противника не придумаешь.

Так ничего и не решив, сгорая от нетерпения и быстренько завершив все водные процдуры, благоухая ароматным шампунем, Ольга прошла в спальню. Настя была уже там. Едва войдя в комнату, прыснула со смеху. На кровати выстроились в ряд все их "игрушки" и Настя подскочила, став по стойке смирно:

— Мон женераль! Орудия к бою готовы! Разрешите открыть огонь?

— Ладно, Настюша, хватит хохмить! Лучше скажи, что ты обо всем этом думаешь?

— А что я думаю? По крайней мере, Хризантему больше из тебя сделать не пытаются, и то хорошо. Ну, а насчет этой Сильвы… Есть одна задумка. Не знаю только, как ты к этому отнесешься. Если скажешь нет, то нет… Как ты думаешь?

— Также, как и ты. Боялась тебе сказать. Думала — обидешься.

— Оленька, какие обиды?! Ты что, думаешь, какая — то кукла сможет между нами клин вбить? А вот хрен ей!!! Я тебя никому не отдам! Но в интересах дела давай сделаем так. Пригласи ее к нам в гости, уложим детей спать и устроим вечер при свечах. Раз уж у нее такое задание — пусть постарается. Посмотрю, как она тебя "клеить" будет! А ты поломайся для приличия. А потом и я подключусь. Скажу, что втроем веселее, всю жизнь мечтали попробовать. Интересно, как она отреагирует. Но думаю — согласится. Деваться ей некуда. А потом вдвоем покажем ей небо в алмазах! Вычитала я тут недавно в сети пару приемчиков, сегодня тебе покажу. И поверь, она у нас шелковая будет! Подсадим ее на секс, как на наркотик. Будет своему начальству рапортовать то, что мы ей подсунем. Неужели ты думаешь, что мы какую — то швабру смазливую вдвоем не уделаем?!

Тем более, с твоими ведьмиными талантами!

Ольга рассмеялась и обняла подругу. Щекотливый вопрос разрешился. Все — таки хорошо, когда двое понимают друг друга и доверяют друг другу.

— Ладно, Настюша! Ты у меня, оказывается, тоже стратег! Только сейчас я тебе небо в алмазах устрою!

Мягко опрокинув подругу на кровать, Ольга прошлась поцелуями по всему ее телу, затавив его трепетать. Как давно она мечтала об этом миге. Но Настя в один момент перхватила инициативу, заставив тело Ольги выгнуться дугой. Что и говорить, она толк в этом знала. Сама научила. Сопротивляться этому напору просто не было сил и Ольга расслабилась, полностью отдавшись во власть подруги. И очень скоро алмазы засверкали в небе. Жаркие и нежные ласки Насти заставили Ольгу воспарить до небес. Купаясь в волнах блаженства и воспаряя над всем обыденным, она была далеко от этого мира, полного насилия и жестокости. И пусть, благодаря им, он хоть немного станет лучше… И в голове промелькнула мысль:

— А все — таки, кися, мы с тобой тоже человеки!

Книга четвертая ВЕДЬМА — ВСЕГДА ВЕДЬМА

Глава 1

Обшивка борта была разворочена так сильно, что было понятно — это не легкая ракета класса "воздух — воздух". Но и не тяжелая противокорабельная с мощным зарядом, способная, разорвать судно таких размеров пополам. Так, что — то среднее. Противокорабельная, но небольшого калибра. Хотя, десяток таких "малюток" запросто мог бы развалить контейнеровоз "Аргонавт" на куски. Нападавшие учитывали это и ограничились одним выстрелом. Очевидно, их целью было захватить судно, но не обязательно в исправном виде и с живым экипажем. Если бы на месте "Аргонавта" был обычный сухогруз, то в исходе мероприятия можно было не сомневаться. Но на беду любителей легкой поживы, задумавших устроить гоп — стоп в окрестностях Сахары на ее дальней орбите и пощипать содержимое контейнеров, "Аргонавт" оказался принадлежащим к известной и уважаемой судоходной компании "Экспресс шиппинг", имя которой, а также имя ее хозяйки — очаровательной бизнес — леди Ольги Миллер, было известно во многих звездных системах галактики…

Все знают, что госпожа Миллер — надежный торговый партнер, всегда выполняющий взятые на себя обязательства и ее судоходная компания берется за такие рейсы и в такие районы, от которых многие отказываются ввиду их высокого риска. Но госпожа Миллер на безопасности судов и экипажей не экономит, совершенно справедливо полагая, что в местах, подобных Сахаре — уединенной безлюдной планете, которую просто так никто посещать не будет, у кого длиннее ствол, тот и прав. И надо, чтобы этот ствол был не один. Поговаривают также, что тот, кто попытается "кинуть" госпожу Миллер, или сделать ей какую — нибудь бяку, долго не живет. В буквальном смысле. Правда, ни одного свидетеля этому так до сих пор и не нашлось. Наговаривают, скорее всего, на всеми уважаемую женщину. Хоть она и говорит иногда, что добро должно быть с кулаками. И иногда шутит, что хороший свидетель — мертвый свидетель. Но ведь это только шутка и все это прекрасно понимают. Хотя, враги госпожи Миллер исчезают бесследно, или гибнут при загадочных обстоятельствах и никто не может этого объяснить. Как ни пытаются некоторые уж очень дотошные полицейские связать эти дела с Ольгой Миллер, как с единственным человеком, которому выгодна эта ситуация, но ничего не получается. Абсолютно никаких улик против нее нет. У нее всегда железное алиби. А то, что это оказывается ей выгодно, то на это у нее всегда один ответ: "Бог не фраер — все видит!" Никто не знает точного значения этих слов. Очевидно, это какое — то старинное идиоматическое выражение русского языка, ибо это родной язык госпожи Миллер и со своей сестрой — Анастасией Миллер и со своими детьми они общаются только на нем.

Так что все это наговоры завистников и совершенная неправда, что всеми уважаемая деловая женщина занимается чем — то криминальным. Ну а то, что все суда "Экспресс шиппинг" и их экипажи вооружены до зубов, то тут ничего противозаконного нет. Все совершенно легально. Каждый имеет право на самооборону в космосе, ибо к каждому гражданскому судну военный корабль эскорта не приставишь. И госпожа Миллер почему — то свято верит в то, что если дать экипажу оружие, то они не перестреляют друг друга в процессе выяснения отношений и не займутся сами разбоем на большой космической дороге, а будут применять его исключительно для защиты в случае нападения. Хотя, в отличие от нее, многие судоходные компании считают экипажи судов чем — то вроде сборища дебилов, которым нельзя давать в руки ничего опаснее вилки, так как в противном случае они непременно перестреляют друг друга выясняя, кто круче и специально оговаривают в контракте полное отсутствие оружия на борту. К чему это приводит, известно всем. Огромные корабли исчезают бесследно вместе с грузами и экипажами. И не всегда удается списать это на непреодолимые силы стихии. Иногда экипажам удается успеть подать сигнал тревоги, сообщив о нападении, но на этом все и заканчивается. Права госпожа Миллер.

Хороший свидетель — мертвый свидетель… С кораблями же "Экспресс шиппинг" такой номер не проходит, так как госпожа Миллер твердо уверена, что если на тебя нападают с целью грабежа, то ствол со взведенным курком, неожиданно направленный в лоб грабителю, действует гораздо эффективнее, чем все эти системы оповещения и слежения с ворохом инструкций, как себя вести в случае нападения и не провоцировать пиратов на крайние меры. И в случае надобности этот курок будет спущен. Очень понятно и доходчиво, даже для самых тупых.

Вот и сейчас, едва только "Аргонавт" появился в окрестностях Сахары, вынырнув из гиперпространства, он сразу же принял сигнал бедствия, отправленный с лежащего в дрейфе небольшого танкера. Поскольку этот бесчестный прием применялся очень часто, экипаж "Аргонавта" не бросился вперед на помощь, очертя голову. На контейнеровозе сразу сыграли боевую тревогу, экипаж облачился в скафандры на случай внезапной разгерметизации корпуса и занял места согласно расписания по тревоге. Все имеющееся бортовое вооружение приведено в боевую готовность. Попытались установить радиообмен с поврежденным танкером. Оттуда сразу сообщили о поломке двигателей и запросили помощи. Как этот танкер оказался в этом районе, было совершенно непонятно, так как делать ему здесь абсолютно нечего. Планета Сахара пользовалась дурной репутацией и сюда залетали только для обстряпывания каких — либо темных делишек. Вот и "Аргонавт" появился здесь не просто так… И очень может быть, что его специально ждали…

Когда контейнеровоз, с соблюдением всех предосторожностей, приблизился к танкеру, с него неожиданно вылетела ракета и устремилась к цели. Расстояние было очень маленькое — всего тысяча метров и огромный корпус "Аргонавта" представлял прекрасную мишень. Не смотря на вовремя поставленные помехи и отстрел ловушек, ракета все же попала в левый борт в районе грузового трюма, разворотив обшивку корпуса и проделав огромную пробоину, через которую воздух сразу же ринулся в вакуум открытого космоса.

Очевидно, система самонаведения ракеты сразу же отключилась при постановке помех и она продолжала полет по заранее заданной траектории. При небольшой дальности стрельбы, огромных размерах и моментах инерции цели, а также высокой скорости ракеты это вполне допустимо. Перехватить такую ракету практически невозможно, если только не успеть расстрелять ее из скорострельных артустановок, но тут как повезет…

Именно так когда — то совершали свои атаки подводные лодки, выпуская стремительные торпеды с малых дистанций по малоподвижным неповоротливым транспортным судам, не давая им никакого шанса на спасение. Особенно, если производился залп веером из нескольких торпед и по судам, идущим в составе конвоя. Если небольшие военные корабли эскорта — эсминцы, фрегаты и корветы еще могли увернуться от удара подводной смерти, несущейся на глубине нескольких метров со скоростью тридцать — сорок узлов, то тяжелым транспортам такое зачастую было не под силу. И сейчас эта тактика успешно применялась в космосе при стрельбе с малых дистанций по крупным малоподвижным целям, когда можно отключить систему наведения. И ракета пойдет по прямой, либо по какой — то запрограммированной траектории, не реагируя на помехи и ловушки…

Сразу же после взрыва из — за корпуса танкера выскочили две быстроходные шлюпки и устремились к "Аргонавту" с явным намерением взять его на абордаж. Если атакуемое судно повреждено и не может двигаться, то технически это не так уж и сложно, если иметь соответствующее оборудование. А соответствующее оборудование там, похоже, было…

Дальнейшее, обычно, не составляет труда. Шлюпки подлетают к борту, стыкуются магнитными захватами в районе входного люка, плазменной горелкой прожигают в крышке люка дыру подходящих размеров и вот мы, здравствуйте! А дальше все зависит от поставленной задачи, навыков, численности и оснащенности абордажной группы с одной стороны и экипажа атакованного судна с другой. Причем, сравнение почти всегда не в пользу последнего. А когда поставленная задача выполнена и то, что нужно, найдено и изъято, вступает в действие правило "Хороший свидетель — мертвый свидетель". И это соблюдается неукоснительно, если только неожиданно не появится военный корабль и не сорвет операцию. Здесь роли мгновенно меняются на противоположные, и единственное спасение — бегство. Если удастся. Так как военные корабли абсолютно всех государств наконец то получили карт — бланш на свободный и неограниченный отстрел современных джентльменов удачи. Без различия флага, национальности и соблюдения кучи параграфов огромного количества инструкций, как было до недавнего времени. Когда дело доходило до абсурда и пойманных с поличным пиратов отпускали "ввиду отсутствия законодательной базы"! Раньше, на старушке Земле, в лихих столетиях, когда океаны бороздили парусные фрегаты и галеоны, существовала очень простая и эффективная "законодательная база". Все пойманные пираты подлежали повешению на рее любого военного корабля, который их захватил. Без всякого суда, следствия и соблюдения огромного количества инструкций. Как говорится — дешево и сердито! То же самое наконец — то решили ввести и сейчас. С той только разницей, что пойманных пиратов не вешают, так как на современных боевых космических кораблях рангоут отсутствует, и вешать супостатов на всеобщее обозрение не на чем. Поэтому их или разносят на куски вместе с кораблем, если пытаются удрать, или стреляют, предварительно вытряхнув интересующую информацию, если сдаются и надеются выкрутиться с помощью ловкого адвоката. Просто, надежно и эффективно. И никакой крючкотвор адвокат ничего сделать не сможет, не смотря на любые связи и материальные средства задержанных, так как для того, чтобы защищать своих клиентов, они нужны ему живые. А с расстрелянного пирата денег не получишь…

Что — то подобное намечалось и сейчас. Контейнеровоз серьезно поврежден, экипаж частично, или полностью выведен из строя, так как должен был готовиться к оказанию помощи аварийному судну. Можно быстренько подойти к борту, вскрыть люк, забраться в бронированных скафандрах внутрь корпуса с оружием и добить остатки экипажа, чтобы не мешал заниматься делом. Поэтому, когда шлюпки преодолели уже две трети расстояния между судами, вылетевшая из корпуса "Аргонавта" пара ракет "Бумеранг" была полной неожиданностью. Эти ракеты появились сравнительно недавно и не были ракетами в чистом виде. Это были боевые роботы — перехватчики, способные настигнуть корабль противника, проломить ему борт и взорваться внутри корпуса, полностью его уничтожив.

Если же надобность в атаке отпадала, то "Бумеранг" возвращался к запустившему его кораблю, стыковался и был готов к следующему запуску. В отличие от обычных ракет, которые вернуться не могли и уничтожались в этом случае самоликвидатором. Конструкция значительно более дорогая, но и значительно более эффективная, способная преследовать цель, не смотря на ее маневры уклонения. "Стряхнуть с хвоста" подобную конструкцию гораздо сложнее, чем обычную противокорабельную ракету. И сейчас две таких конструкции на огромной скорости понеслись к танкеру, проигнорировав шлюпки.

На подходе разделились, взяв его в клещи и один "Бумеранг" сходу проломил борт пиратского корабля. В следующую секунду в том месте, где находился танкер, вспыхнул яркий огненный шар. Второй "Бумеранг" облетел район взрыва, убедился, что продолжения атаки не требуется, и вернулся к "Аргонавту". Оказавшиеся без прикрытия шлюпки тут же развернулись и попытались удрать, но попали под огонь скорострельных артавтоматов, очереди которых разнесли их на куски. Все это заняло не более двух десятков секунд. Ни пиратского корабля, ни его экипажа больше не существовало…

Все это Ольга внимательно просмотрела несколько раз в записи, произведенной бортовым компьютером "Аргонавта", куда немедленно прибыла, получив срочное сообщение о нападении. Она находилась в офисе компании, когда был получен сигнал с контейнеровоза по аппаратуре кодированной гиперсвязи. Группа быстрого реагирования компании немедленно выехала в космопорт, погрузилась на буксир — спасатель "Титан", выполняющий в "Экспресс шиппинг" роль палочки — выручалочки, и отправилась к месту происшествия. "Титан", в случае чего, может оказать не только техническую помощь, но и прикрыть огнем поврежденный корабль. Сама же Ольга вылетела на своем любимом "Барсе", который в последнее время все чаще приходилось применять по его прямому назначению, то есть в качестве штурмовика. Вооруженная до зубов быстроходная бронированная машина уже давно имела репутацию летающего танка, находящегося в умелых руках. Там, где он появлялся, исход столкновения между кораблями "Экспресс шиппинг" и их противниками был предрешен. В опытных руках Ольги он успешно играл роль того самого ствола со взведенным курком, направленного в лоб бандиту. И еще не было случая, чтобы этот курок не пришлось спустить. Грабители с большой дороги другого языка не понимают и на помощь полиции рассчитывать не приходится. Поэтому, когда "Барс" и "Титан" почти одновременно вынырнули из гиперпространства в системе Проксимы и понеслись к Сахаре, на борту "Аргонавта" у всех отлегло от сердца. "Барс", не смотря на свои сравнительно скромные размеры, может справиться с десятком пиратских кораблей. Это не тяжелые крейсеры, или авианосцы, для атаки которых он создавался. И в чем госпожа Миллер в свое время весьма преуспела. Правда, тогда она была еще Ольгой Шереметьевой и офицером флота, а не беглым преступником, превратившимся в матерого контрабандиста.

И вот теперь, облаченная в бронированный скафандр, она стояла на борту "Аргонавта" с несколькими ремонтниками, капитаном и старшим механиком контейнеровоза и рассматривала пробоину. Поле искусственной гравитации за бортом не действовало, поэтому пришлось включить электромагнитные захваты на подошвах. Пробоина была огромна — не менее десяти метров в диаметре и ее зазубренные края сверкали в лучах Проксимы, как зубы сказочного дракона. Заделать ее в условиях открытого космоса и вдали от ремонтной базы будет не так то просто.

— Да-а, ребята… Эк вас угораздило! Слава богу, что все целы. Ну а железо оно и есть железо…

— Мадам, честное слово, мы ничего не успели сделать. Этот гад выстрелил с минимальной дистанции и отключил систему наведения. Помехи и ловушки не сработали и мы не успели сбить ракету…

— Да не волнуйтесь вы, я же вас ни в чем не виню. Наоборот, ваши действия были единственно правильными. Сама хорошо знаю, что такое торпеда в борт с минимальной дистанции…

— Торпеда?! Причем тут торпеда?

— Ладно, это к делу не относится… Как думаете, можно что — то сделать?

— Подлатаем, конечно, но ремонт в условиях орбитального дока все равно необходим.

В атмосферу в таком состоянии входить нельзя. Двигатели целы, корабль сможет выполнить гиперпространственный прыжок и самостоятельно дойти до орбиты Швейцарии.

"Титан" его подстрахует. Часть систем гидравлики и электрических цепей выведены из строя, но это не смертельно. Хоть трюм и ряд отсеков разгерметизированы, но часть жилого контура, рубка и машинное отделение целы и корабль на ходу, а это главное.

Проведем проверку всех систем, подтянем, что надо, поставим временную заплату на пробоину, чтобы восстановить герметичность и можно лететь. Но ведь еще выгрузка?

Выгружаться придется здесь, на орбите. Посадка на Сахару категорически запрещена.

При входе в атмосферу могут возникнуть большие перегрузки и сильные напряжения в корпусе, а силовые конструкции повреждены взрывом. Нет гарантии, что разрушение не пойдет дальше.

— Это понятно… Ладно, делайте, что считаете нужным. Время не ограничиваю. Сколько надо — столько надо. С нашими партнерами я связалась и предупредила, что возникли проблемы и предстоит выгрузка в условиях открытого космоса, а не на планете. Их шаттлы скоро будут здесь. Все равно с нашим грузом в орбитальный док соваться нельзя.

Таможня сразу начнет вынюхивать, там далеко не дураки работают. Когда пойдем на Швейцарию, здесь все должно быть ч и с т о. Я пока похожу здесь, а потом подежурю в кабине "Барса". Вдруг опять кого — нибудь нелегкая принесет. У меня на внешней подвеске четыре "Бумеранга", вот и опробую новинку…

Ольга оставила своих людей заниматься ремонтом, а сама решила обойти контейнеровоз по периметру снаружи. Нечасто выпадают такие прогулки в космосе, так как для этого нужна веская причина и корабль нужно положить в дрейф, заглушив двигатели. Обычно это делают на планетных орбитах при плановых проверках и ремонтных работах. Сейчас причина была очень веская и раз уж выпал такой случай, то надо внимательно осмотреть корабль снаружи. Клацая захватами на подошвах, Ольга медленно шла вдоль борта, внимательно разглядывая все вокруг. Корабль начал входить в тень планеты и сверкающий диск Проксимы медленно скрывался за ней, расцвечивая атмосферу всеми цветами радуги. Какое — то время лучи света еще обрамляли планетный диск, но скоро исчезли и они.

Со всех сторон теперь светили только далекие звезды. Ольга осмотрелась. Ее глаза, обладающие зрением зверя, прекрасно видели в темноте. Прямо под ней плыла ночная сторона чужой планеты. На ней нет развитых форм жизни, так как атмосфера не пригодна для дыхания. Люди здесь так и не прижились. Ничего интересного и ценного здесь нет. И поэтому планета привлекает только авантюристов всех мастей для проворачивания сделок сомнительного характера. Семь лет назад она сослужила хорошую службу ей и Насте, став временным убежищем, надежно укрыв двух беглянок с их машиной, одно только появление которой поставило бы всех на уши. Тогда это была еще не частная яхта "Барс", переоборудованная из списанного военного корабля и зарегистрированная под флагом Швейцарской республики на имя преуспевающей бизнес — леди Ольги Миллер.

Тогда это был вражеский штурмовик типа "Сункар" с безликим бортовым номером.

Боевой трофей, попавший целым и невредимым в руки Военно — Космического Флота Федерации. Трофей несправедливо разжалованного и осужденного капитана второго ранга Ольги Шереметьевой, добытый в последнем бою. Ее последняя победа в этой бесконечной войне…

Ольга стояла молча, устремив взгляд на темную поверхность Сахары. Непривычное и жутковатое впечатление. На ночной стороне заселенных и обжитых планет всегда светятся огни огромных мегаполисов, прекрасно видные сквозь атмосферу там, где нет облаков. Атмосфера играет роль огромной линзы, фокусируя лучи света и позволяя видеть довольно отчетливо даже довольно мелкие детали. Вот такой природный феномен, которого нет на планетах, лишенных атмосферы, или закрытых сплошным облачным покровом. Здесь же облачность отсутствовала полностью, вся поверхность терялась во тьме, и внизу не было ни огонька. Это был безжизненный мир. Царство песка и камня, в котором человеку не было места… Ольга прислушалась к своим ощущениям. Ощущения опасности нет и зверь спокоен, хотя и не может использовать здесь все свои возможности.

Герметичный скафандр не позволяет этого. Да и какой запах может быть в космическом вакууме. Опасность была раньше, но уже рассеялась. Пиратский корабль пришел один и "Бумеранг" уничтожил его полностью. Не осталось даже крупных обломков. Больше поблизости никого нет и связка из трех кораблей — "Аргонавт", "Титан" и "Барс" безмолвно плывет в космическом пространстве. Двигатели не работают, и корабли лежат в дрейфе, совершая свой стремительный бег по замкнутой эллиптической орбите вокруг молчаливой планеты, хранительницы чужих тайн. Кроме нее никто не знает, сколько кровавых драм разыгралось здесь. И сколько искателей приключений, отчаянных бродяг космоса сложили здесь свои головы, найдя последнее пристанище среди безжизненных песчаных барханов и гранитных скал. И сколько сложит еще…

— Вот так, кися… Опять, похоже, мы выходим на тропу войны. И думаю, нас снова ждет большая охота. Это нападение не случайно — "Аргонавт" здесь ждали. Кто — то точно знал место и время встречи. А это значит, что где — то есть утечка информации. Либо в "Экспресс шиппинг", либо в самом "Экспедиционном корпусе"..

Ольга уже привыкла разговаривать в уме со своей второй сущностью, проснувшейся в ней, когда она из обычной ведьмы стала ведьмой, нарушившей Запрет. Сущностью хищного зверя — умного, хитрого и беспощадного. Всегда готового устранить любую опасность, угрожающую его хозяйке, от кого бы она ни исходила. Хоть зверь разговаривать и не может, но их сознания слиты воедино, и они прекрасно понимают друг друга…

О своих подозрениях она, конечно, доложит, но это дела не меняет. Надо быть готовыми ко всему. Началось все где — то полгода назад. Кто — то играет по крупному против ее компании. Сначала были мелочи. Всякие накладки, возникающие из ниоткуда и действующие на нервы. Нападки таможни по чьей — то наводке. Хулиганские выходки против экипажей судов и сотрудников офиса компании. Доносы в полицию о несуществующих преступлениях, якобы совершенных Ольгой Миллер и ее подчиненными. Все это по отдельности было несущественно, но все вместе здорово напрягало. Потом пошли угрозы по почте с требованиями выплаты "налога" за возможность жить спокойно. Ольга удивлялась — неужели еще один Цезарь нашелся? Вся местная шпана давно поджимала хвост и удирала в кусты при одном упоминании имени Ольги Миллер. А серьезные крестные отцы местной мафии мудро считали, что с таким человеком, как "генерал Миллер", лучше не ссориться. В их сферу деятельности она не вмешивается, и конкурировать не пытается. Но за попытку сунуть нос в ее дела и начать диктовать условия расправа следует незамедлительно. Быстро, жестоко и эффективно. И примеров тому масса. Как ни пыталась Ольга вычислить таинственного вымогателя, ничего не получилось. К более активным действиям он не переходил, ограничиваясь одними посланиями. И вот первая серьезная вылазка за все время. Никаких сомнений не было, что нападение на "Аргонавт" и все предыдущие события — это звенья одной цепи. Нечего пиратам делать возле этой богом забытой планеты, где многие месяцы может никто не появиться. А если и появится, то не просто так, а для обстряпывания какой — нибудь криминальной негоции. И значит люди там готовы к любым неожиданностям. Из всего этого следует, что на танкере знали о прибытии "Аргонавта" и готовили ему встречу. Надеялись захватить врасплох.

Если раньше все можно было списать на обыкновенное хулиганство, переходящее все мыслимые границы, то это — самое настоящее объявление войны. Вымогатель ясно и недвусмысленно продемонстрировал серьезность своих намерений. И если бы не готовность экипажа к отражению нападения и наличие вооружения на борту, то с "Аргонавтом" можно было бы распрощаться. Он бы пополнил список судов, бесследно исчезнувших по неизвестным причинам.

Хорошо, что все экипажи безоговорочно выполняют требование Ольги, пришедшее из военного флота — при объявлении тревоги всем обязательно быть в скафандрах. В случае разгерметизации отсека до него можно просто не успеть добраться. И нет сомнений, что именно скафандры сейчас спасли большую часть экипажа "Аргонавта" при взрыве ракеты. Хоть взрыв никого и не задел, так как в трюме никого не было, но герметичность многих переборок была нарушена, и воздух из этих отсеков быстро улетучился в космос.

Ну, что же. На войне — как на войне. Не в первый раз. Плохо, что полиция об этом все равно узнает. Скрыть такие повреждения невозможно, и ремонт кораблю необходим. А отправлять его для ремонта в какое — нибудь другое место нельзя. Неизвестно, что этот новоявленный противник выкинет. А у себя дома она обломает рога любому отморозку.

Либо лично, не прибегая ни к чьей помощи, если захочет сделать все по тихому, либо с помощью своих людей в полиции, если захочет поднять побольше шума. Посмотрим, как будут дальше развиваться события. Мистер "некто", скорее всего, пока еще не знает, что его авантюра провалилась. Уж очень мало времени прошло с момента начала нападения до той секунды, когда пиратский танкер испарился в адском пламени взрыва. Они бы при всем желании не успели подать сигнал по гиперсвязи, даже если бы и захотели. Ведь они не сомневались в успехе. Про шлюпки и речи нет. Это значит, что мистер "некто" сейчас в некоторых непонятках, почему с танкером нет связи. Косвенным подтверждением того, что не все прошло гладко, может служить спешный вылет "Титана" и "Барса" в неизвестном направлении во главе с самой госпожой Миллер. Но окончательно все выяснится, когда поврежденный "Аргонавт" вернется на орбиту Швейцарии и станет в орбитальный док. Интересно, какую тактику он предпримет дальше…

Да и дома сюрприз за сюрпризом… Хоть с Мишенькиной конторой отношения наладились. Не пытаются больше сделать из Ведьмы Хризантему, а только внимательно наблюдают за каждым ее шагом с помощью своего агента Сильвы. Там, наверное, рады до умопомрачения и довольно потирают руки, что удалось так ловко подвести к ней эту самую Сильву. Ничего не скажешь, девочка умна, красива, раскована и… любвеобильна. Причем не играет, а это так и есть. Уж кто — кто, а Ольга мгновенно почувствовала бы фальшь. Ради того, чтобы все время была в поле зрения, пришлось даже взять ее на работу в "Экспресс шиппинг", введя мифическую должность менеджера по общим вопросам с непонятным кругом обязанностей. И это, несомненно, считалось невероятным успехом в стане вероятного противника — сам объект разработки взял агента в святая святых — офис своей компании. Правда, сам объект придерживается такого же мнения. Если знаешь, где стоит капкан, значит, никогда не попадешь в него. А поскольку ни к каким реальным секретам "Экспресс шиппинг" очаровательная Сильва — в миру Верочка Войнович, не допущена, то и вреда от нее особого нет. Одна только польза — исправно стучит своим шефам то, что подсовывает ей объект разработки, то бишь госпожа Миллер. Ну и плюс их регулярные встречи втроем…

Ольга улыбнулась. Верочка давно уже стала их "другом семьи". Настя все рассчитала правильно. Когда пять лет назад "генерал Миллер" стала национальным героем, спася от верной гибели пассажирский лайнер "Афродита", в одиночку перебив банду захвативших лайнер террористов, Верочка Войнович — милое создание, официантка из пассажирской службы "Афродиты" лично пришла в офис к своей спасительнице и передала благодар

ность от всех пассажиров и экипажа лайнера. Это была сама скромность и невинность, беззащитно моргающая ресницами. Но как — то само собой получилось, что эту самую невинность Ольга пригласила к себе в гости отметить чудесное спасение. Настя дома была уже готова и с нетерпением поджидала дорогую гостью. Когда в назначенное время Верочка появилась на пороге особняка сестер Миллер, ее ждал самый душевный прием. Детишек уложили спать и устроили великолепный ужин при свечах. Надо отдать должное Сильве — держалась она великолепно. Очень осторожно и аккуратно начала делать подход к Ольге, чтобы случайно не оттолкнуть ее. Но объект разработки был очень даже не против, и даже помог Верочке, мягко проявив инициативу, когда Настя на короткое время оставила их одних. Появившись вновь и прервав их нежное воркование, Настюша сразу взяла быка за рога, и нежно поцеловав обеих, предложила заняться любовью втроем, так как они с Ольгой давно мечтали об этом. Деваться Сильве было некуда. Не разрушать же самой с таким трудом налаженный контакт с объектом. То, что произошло дальше, было достойно пиров Калигулы и древнеримских сатурналий. Задумка Насти удалась. Они с Ольгой, объединив усилия, действительно показали Верочке вдвоем небо в алмазах. Такого им вытворять еще не приходилось. По Верочке было видно, что подобного она просто не ожидала и такой жаркой, нежной и насыщенной ночи любви у нее еще не было.

Причем, ни о каком насилии не было и речи. Ольга и Настя окружили Верочку такой нежностью, лаской и вниманием, что она всерьез поверила в существование нирваны. Это было что — то!!! Дальнейшие их встречи втроем стали происходить с завидным постоянством. Это был ошеломительный успех Сильвы. Донесения потекли шефам, что все идет прекрасно, и ей удалось втереться в доверие к объекту. Правда, все осторожные попытки вбить клин между Ольгой и Настей сразу пресекались на корню. Верочке четко и ясно дали понять — либо втроем, либо никак. Менять Настю на Верочку Ольга не собирается. Но это, в конце концов, не так и важно. Главная цель достигнута. Агент внедрился в ближайшее окружение, стал вхож не только в дом, но и в постель Хризантемы, не вызывает никаких подозрений и докладывает о каждом ее шаге. Операция по взятию Хризантемы под непрерывное наблюдение удалась. Ну, а дальше… Кто сказал, что секс не может быть наркотиком?! Еще как может! Сестрички Миллер доказали это на практике.

И теперь Верочка — Сильва ждет не дождется очередной встречи. Как жаль, что они бывают не каждый день, а только два — три раза в неделю. Чаще не получается. Дети дома, все — таки… И в это время Ольга и Настя безраздельно принадлежат только друг другу.

Как говорится — все довольны, все смеются. Мишина контора больше себя никак не проявляет и уверена, что за Хризантемой осуществляется постоянный неусыпный надзор.

За все эти годы она ни разу не сделала попытки навредить бывшим соотечественникам.

А это значит, что ее наконец — то удалось н е й т р а л и з о в а т ь! Мишенька тоже исчез с горизонта и больше не напоминает о себе. Спасибо, Мишутка, что предупредил, дай бог тебе здоровья! С генералом Кемалем тоже полное взаимопонимание и периодические посиделки в ресторане "Дары Нептуна", куда они приходят вместе с Настей и со смехом вспоминают свою первую встречу, невольно положившую начало цепи удивительных событий. Это, как говорится, потенциальные противники, тоже старающиеся поддерживать состояние нейтралитета. Со стороны неожиданного союзника — генерала Эльзы Кумметц, тоже все нормально. Эльза с в о я, и ей не надо ничего объяснять. Они с Ольгой прекрасно понимают друг друга и дружат домами. Комиссар полиции Гюнтер Лехман продолжает исправно получать свои серебренники от госбезопасности Федерации и таскает в клювике информацию, время от времени оказывая Ольге деликатные услуги, не совсем согласующиеся с уголовным кодексом. А вот бедняга Франц куда — то пропал. Видать, не простили ему такой забывчивости, что Хризантема воскресла из мертвых, и теперь на Швейцарии новый координатор "Экспедиционного корпуса". Хотели предложить этот пост Ольге, но она убедила всех, что являясь руководителем и хозяйкой фирмы, занимающейся отмыванием денег для "корпуса", принесет гораздо больше пользы и с ней согласились. Незачем ей светиться. Жена цезаря — вне подозрений, как говорили древние римляне. То есть со стороны деловых отношений — полная идиллия. А вот дома… Дочурка начинает давать жизни… Натура Рожденной нарушившей Запрет начинает проявляться со всей силой. Как говорится, чем дальше в лес — тем толще партизаны… Ольге за делами трудно найти время для общения с дочерью, хотя она и старается, как может. Весь дом с детьми находится на плечах Насти и зачастую ей одной приходится контролировать это малолетнее бандформирование. Причем чем дальше, тем труднее. Но что удивительно и хорошо, внутри этого самого "формирования" никаких внутренних раздоров нет, какие иногда бывают между братом и сестрой одного возраста. Саша и Аня очень дружны, друг за друга перед всеми стоят горой и шкодят вместе, проявляя чудеса изобретательности. И получают вместе… Когда каждый от своей мамы, а когда оба от Насти, если Ольги нет дома. Вот и месяц назад отчебучили… Как ни строила Анечка маме свои ангельские зеленые глазки, а все равно пришлось любимую доченьку выпороть. Аж самой потом жалко стало. А что делать, если слова абсолютно не доходят. Рожденная нарушившей Запрет, никуда не денешься… И то ли еще будет… В этом году детки пошли в школу, в первый класс, и обе мамы с ужасом ждут каждый день оттуда известий. Если какая неделя проходит тихо, то значит на следующую что — то обязательно будет. Спасайся, кто может. Причем Саша и Аня учатся в одном классе. Все попытки со стороны учителей разъединить это "формирование" и развести по разным классам вызвали бурю невероятного протеста, грозящего перейти в конфликт глобального масштаба и поэтому потерпели полное фиаско. "Формирование" сохранило свою целостность, выступает в случае чего единым фронтом, и вероятность гуманитарной катастрофы в пределах одной отдельно взятой школы резко возросла. Одним только мамам пока еще удается сдерживать эту стихийную силу, способную натворить много бед. Когда словами, когда ремнем. Но и это еще не все… С Сашей все понятно — нормальный пацан и его поведение соответствует возрасту. А вот Анютка… То, что она творит, на поведение шестилетней девочки никак не похоже. Это самая отъявленная "пацанка" и вдвоем с Сашей они ставят весь дом и окрестности на уши. Как ни пытаются Ольга с Настей внушить ей, что она все — таки девочка и надо вести себя поприличнее, все это остается гласом вопиющего в пустыне.

Если в стиле одежды Анечка еще идет на уступки, позволяя наряжать себя, как куклу, то на этом вся ее "женственность" и заканчивается. Это самый настоящий тайфун, проявляющий интерес ко всему, что ездит, плавает, летает и стреляет. Куклы и игры типа "дочки — матери" ее не интересуют совершенно. Когда они год назад полетели все вместе на "Барсе" на прогулку в дальний космос, удалившись на большое расстояние от планеты, Аню очень заинтересовало, как мама управляет яхтой, и она пристала с просьбой научить.

Как говорится, научить оказалось проще, чем отказать. Разъяснив назначение органов управления и приборов на пульте, Ольга посадила дочь в кресло второго пилота и передала управление, внимательно наблюдая. Все равно ничего опасного она бы сделать не смогла, так как "Барс" находился очень далеко от планеты, и столкнуться ни с чем не мог.

То, что произошло потом, все вспоминали долго. Это было море щенячьего восторга, когда Аня поняла, что у нее получается и огромная машина повинуется ей. При возвращении, когда "Барс" вошел в атмосферу, она тоже попыталась "поуправлять", но тут уже было не до шуток. Получив отказ, Анечка надулась. Она уже считала себя настоящим пилотом, как мама. Пришлось пообещать, что мама обязательно научит ее пилотированию, когда выберутся в космос в следующий раз. И выбираться пришлось очень скоро, так как Аня всех просто достала. Снова было море щенячьего восторга. Иными словами, у нее растет "папина дочка". Папы только нет. Значит, придется Ольге быть и мамой и папой…

Над планетным диском начало разгораться зарево космического восхода. Первые лучи заиграли на броне скафандра и обшивке борта. Корабль выходил из планетной тени.

Еще несколько мгновений, и атмосфера планеты расцветилась радугой. Яркий диск Проксимы начал подниматься над горизонтом. Ольга еще раз окинула взглядом лежавшую перед ней планету и оторвалась от размышлений. В конце концов, ничего страшного пока не произошло. Сейчас надо завершить внешний осмотр корабля и ждать, пока ремонтные работы не будут завершены, чтобы "Аргонавт" смог выполнить пространственный прыжок из системы Проксимы в систему Альтаира, а затем, если все будет нормально, доковылял до орбиты Швейцарии. Но если удастся совершить пространственный прыжок, дальше будет проще. У себя "дома", в системе Альтаира, поврежденный корабль можно будет, в случае чего, довести до места назначения на буксире. "Титан" без проблем справится с этой задачей.

— Вот так, кися… Посмотрим, что теперь из всего этого выйдет… Уж кто только не катил на нас бочку. Судя по почерку, это все — таки не уровень к о н т о р ы. Это этажом ниже.

Контора в последнее время успокоилась и довольна существующим положением вещей, что Хризантема зарыла топор войны и делать им очередную бяку не собирается. Во всяком случае, преднамеренно. А это, скорее всего, какой — нибудь уголовный наполеончик местного разлива. Из молодых, да ранних. Провернул пару удачных дел и голова от успехов закружилась. Поверил, что выше него только звезды, а круче только яйца. Что теперь для него и "генерал Миллер" не авторитет. Ну — ну… Кися, я же говорила, что для тебя подонков хватит? Как раз твой случай. Уж если мы с тобой к о н т о р у на место поставили, так неужели какому — то наглому бандюку рога не обломаем? Все идет в штатном режиме, будем решать проблемы по мере их возникновения!

Ольга продолжила осмотр корпуса снаружи, обойдя его от носа до кормы. Больше видимых повреждений не было. Ремонтные работы по заделке пробоины шли полным ходом.

Задерживаться здесь лишнее время нежелательно, а то как бы мистер "некто" не выслал подкрепление своим головорезам. Ведь сообщения от них до сих пор нет, и это значит, что операция пошла, не как планировалось. А что, очень даже может быть. Поэтому лучше вернуться на "Барс" и ждать там появления незваных гостей. Хватит бродить по наружной обшивке в условиях невесомости и любоваться местным пейзажем. Здесь и без нее справятся. Завершив осмотр, Ольга еще раз окинула взглядом окружающее пространство, убедилась, что ремонт проходит успешно, и направилась к своему "Барсу", который пристыковался к корпусу "Аргонавта" с помощью электромагнитных захватов по правому борту в районе кормы. Левый стыковочный узел контейнеровоза был поврежден. Правый занимал "Титан". Вот и пришлось "прилипнуть" в другом месте, чтобы не мешать. Шлюзовой переход в корабль в таком случае не оборудуешь, да он ей и не нужен. Надела скафандр и выбралась прямо на наружную обшивку корпуса корабля, через свою шлюзовую камеру. И вот теперь таким же макаром назад. Перейдя на другой борт, Ольга обошла "Титан" и направилась в сторону кормы, где стоял ее штурмовик. Открывшийся вид был просто завораживающий, и она даже остановилась, чтобы рассмотреть получше. На фоне освещенной стороны планеты, в окружении звезд стоял ее "барсик". Могучая машина, творение человеческого разума. С обтекаемыми, зализанными, стремительными формами, хорошо приспособленными для полетов на огромной скорости в атмосфере. Во всем угадывались повадки сильного и быстрого хищника. Эта машина создавалась не для прогулок в космосе. Лучи света, падающие сбоку, играли на броне, создавая причудливый узор света и тени. По сравнению с огромным "Аргонавтом", "Барс" выглядел очень маленьким, и стоял на его борту в корме, как маленькая рыбка — прилипала, присосавшаяся к телу огромной акулы. Возникшая ассоциация напомнила о Земле, о годах, проведенных на ней, и Ольге стало грустно…

Оказавшись в кабине "Барса", Ольга первым делом просканировала окружающее пространство на предмет незваных визитеров. Половина пространственной сферы затеняется корпусом "Аргонавта", но с другой стороны ведет наблюдение он и если появятся незваные гости, то они не подойдут незамеченными. Однако, в данный момент, вокруг все было тихо. Если у нападавших бандитов и были сообщники, находящиеся на поверхности планеты, то они никак себя не проявляли. Результат скоротечного боя в космосе на орбите был уж очень нагляден, так что лучше сидеть тихо и не высовываться. В любом случае, после того, как "Аргонавт" и "Титан" уйдут, надо будет самым тщательным образом спуститься на более низкую орбиту и "прочесать" как следует всю поверхность планеты на предмет наличия источников энергии и радиоизлучения. Хотя, вероятность успеха не высока. Если противник затаится, и не будет работать своей аппаратурой на излучение, то обнаружить его с орбиты практически невозможно. А обнаружить инфракрасное излучение работающего реактора можно только на небольшом расстоянии, войдя в атмосферу и снизившись до пяти — шести километров. Причем, на дневной стороне планеты это сделать чрезвычайно трудно — поверхность Сахары раскаляется очень сильно под лучами Проксимы и полученный фон затмит все сигналы. Правда, на ночной стороне вероятность обнаружения намного выше, так как здесь царит лютый холод и любой источник инфракрасного излучения хорошо виден. Но только в том случае, если он работает в номинальном режиме. А там сейчас должны сидеть тихо, как мыши. В любом случае, попытаемся. Чем черт не шутит, когда бог спит! Если с орбиты ничего не обнаружим, войдем в атмосферу и поищем там с малых высот. Хотя, здесь все решает Его Величество Случай. Чтобы просканировать всю планету с такой маленькой высоты, понадобится очень много времени. Но торопиться пока некуда. Глядишь, что — нибудь и отыщется. Нам с в и д е т е л и тоже не нужны…

Прозвучал сигнал радара, и Ольга посмотрела на экран. Четыре быстроходных малоразмерных цели вынырнули из гиперпространства и неслись в сторону Сахары, сканируя все вокруг своими радарами. Свои, или г о с т и? Но вскоре автоматика идентифицировала цели. Это приближались свои грузовые шаттлы, чтобы забрать часть груза "Аргонавта", не указанную ни в каких документах. Что поделаешь, спиртные и табачные изделия до сих пор являются акцизным товаром и облагаются драконовской пошлиной. А пошлину, как известно, платить никто не хочет. Товар пользуется высоким спросом, и если можно сделать так, чтобы эту пошлину не платить, то почему бы и нет? Быстроходные шаттлы, принадлежащие "Экспедиционному корпусу", заберут товар и доставят его дальше в обход всех таможенных постов. Как это сделать — настоящее искусство. А дальше в дело вступят наземные группы и обеспечат доставку по назначению. Задача же "Аргонавта" доставка всей партии товара в точку перевалки. На сами планеты, куда надо доставить товар, суда "Экспресс шиппинг" не суются. У компании другое предназначение — отмывание денег для "Экспедиционного корпуса", вырученных на контрабандном бизнесе. Ну и попутно — доставка в точки перевалки, где нет таможенного контроля. Здесь проблемы могут возникнуть только со стороны местного криминала. А с этой наглой и зарвавшейся публикой разговор короткий. Хороший свидетель — мертвый свидетель.

Между тем шаттлы сбросили скорость и стали приближаться к "Аргонавту". Обменялись информацией по радио и согласовали порядок действий. Поскольку один стыковочный узел поврежден, а второй занят, придется "прилипать" к борту контейнеровоза по примеру "Барса" и проводить перегрузку прямо через космос. Все равно трюм сейчас разгерметизирован, а упаковка "товара" не боится вакуума и большого перепада температур. Все предусмотрено. Конечно, сложнее, чем из трюма в трюм, но что же делать. Работа у "экспедиторов" такая, что надо быть готовым к любым неожиданностям. Бывает и похуже…

Чтобы не мешать шаттлам и дать им побольше места, Ольга "отлипла" от борта корабля и отошла на небольшое расстояние, положив штурмовик в дрейф и уравняв скорость движения по орбите. Грузовики подошли к "Аргонавту" на минимальное расстояние, тоже уравняли скорости, и один за другим "прилипли" к его правому борту. Размерами они были гораздо больше "Барса", но места всем хватило. Ну точно, как рыбы — прилипалы, подумала Ольга. Теперь надо следить в оба. Если раньше все можно было представить, как спасательную операцию, то теперь характер "операции" несколько изменился.

"Барс" отошел еще дальше от контейнеровоза и начал медленно барражировать вокруг, чтобы не оставалось не просматриваемых секторов. Хоть вахта в рубке "Аргонавта" тоже не спит и наблюдает во все глаза, но тут лишний наблюдатель не помешает. Да и поисковая аппаратура у "Барса" получше — военное прошлое сказывается. Ольга внимательно сканировала окружающее пространство, но радар и детекторы излучения не обнаруживали ничего подозрительного. Да и зверь спокоен. Ни одного чужого корабля поблизости нет. А если кто и есть на Сахаре в данный момент, то затихарился и тоже наблюдает.

Пытаться сейчас взлететь — это полностью демаскировать себя. Поручив наблюдение автоматике, Ольга визуально осматривала все вокруг, используя оптические системы.

Огромный корпус "Аргонавта" медленно плыл в космосе в тысяче метров от нее. Было хорошо видно, как сияет пламя ионной сварки. Работы по заделке пробоины шли полным ходом. Параллельно спасательным работам велась перегрузка товара и большая группа людей — экипажи контейнеровоза и четырех шаттлов вручную перетаскивали небольшие герметичные контейнеры из раскрытого грузового люка "Аргонавта". Погрузчики сейчас задействовать нельзя. Это возможно только при штатной стыковке и перегрузке "трюм — трюм". Но в условиях невесомости за бортом и установке минимальной искусственной гравитации внутри корпусов кораблей это не такая уж и тяжелая работа, как может показаться со стороны непосвященному человеку. Понаблюдав за "Аргонавтом", Ольга переключила внимание на планету. Сейчас они как раз были над дневной стороной.

Облачность в атмосфере Сахары отсутствует, и поэтому ее поверхность в мощную оптику видна великолепно. Унылые песчаные барханы, движимые ветром, достигающим иногда ураганной силы. Каменистые плато, усеянные обломками крупных и мелких камней. Острые зубья гранитных скал, вздымающиеся к небу на довольно большую высоту и еще не сглаженные временем. Тектонические процессы на планете присутствуют и она живет своей жизнью — жизнью космической материи, где миллион лет это все равно, что один миг. Ей нет никакого дела до крошечных существ, которые копошатся сейчас в небе над ней, озабоченных своими проблемами. Она выше всего этого и она не звала их сюда. Этот мир не для них. Здесь почти полностью отсутствует кислород в атмосфере и совершенно нет воды. Необходимейших условий для жизни этих существ. Редко, и очень не многие из них отваживаются нарушить ее покой… По поверхности пробежала тень и песчаные барханы стали погружаться во тьму. Корабли снова входили в тень планеты, перемещаясь на ночную сторону. Раскаленные камни и песок быстро охлаждаются, и космический холод начинает царствовать здесь до тех пор, пока на небосводе снова не засияет сверкающий диск Проксимы. День — ночь, день — ночь… И так тысячи и миллионы лет…

Ольга перевела взгляд на небо. Ярко сияет полоска Млечного пути. Быстро нашла Солнце.

Ближайшая звезда от Проксимы. Где — то там старушка Земля, колыбель человечества.

И ее родина. Вернется ли она когда — нибудь туда…

Ольга резко тряхнула головой, отгоняя ненужные мысли. Хватит ностальгировать, так и нюни распустить недолго. Ты сейчас на боевом посту и формально находишься в территориальном пространстве вероятного противника, так как система Проксимы со всеми прилегающими планетами — это владения Федерации. Что с того, что эта система для нее все равно, что пятое колесо в телеге и никаких представителей власти здесь нет. Теоретически они могут появиться в любой момент, и тогда не оберешься неприятностей. Сразу возникнет масса глупых вопросов, отвечать на которые нет никакого желания. Что — опять "Хороший свидетель — …"? Так ведь это не криминальные элементы, за уменьшение количества которых в окружающем пространстве тебе никто и нигде плохого слова не скажет, а полиция так еще втихомолку и благодарна будет. Тут возможен очень сильный международный скандал… если узнают. Но это — если узнают. Хорошо, если это будет всего лишь полицейский патрульный корабль. Такие в серьезную драку ввязываться не будут и постараются удрать, чтобы сообщить о случившемся, и вызвать подмогу. Да боевые действия с превосходящими силами противника в обязанности патруля и не входят. А вот если из гиперпространства на небольшом расстоянии вынырнет что — то вроде корвета, или фрегата, не говоря о легком, или тяжелом крейсере, принадлежащих Военно — Космическому Флоту Федерации, то это полный "песец". "Барс" и, возможно, шаттлы еще успеют удрать в гиперпространство. А вот "Аргонавт" обречен. Эти ребята церемониться не будут и в случае отказа выполнить их законное требование о проведении досмотра и попытки бегства, шарахнут из всех калибров так, что только перья полетят. И будут правы. Одна надежда на то, что делать здесь военным кораблям Федерации абсолютно нечего. А если нарисуется полиция, то сразу же и смотается. И пока сюда доберется военный корабль, здесь уже и след всех простынет.

Несколько раз уже сменились "ночь" и "день". Корабли лежали в дрейфе на орбите планеты, отсчитывая виток за витком. Перегрузка была закончена и шаттлы готовились к обратному полету. Наконец, ремонтные работы были завершены и "Аргонавт" доложил о готовности. Шаттлы один за другим "отлипли" от борта контейнеровоза и отошли в сторону. "Титан" какое — то время еще оставался под бортом, но вот отошел и он. Медленно, словно огромный пассажирский лайнер в окружении портовых буксиров, "Аргонавт" дал ход и, сойдя с орбиты, начал удаляться от планеты.

"Титан" шел следом, держась в стороне. Оба корабля быстро удалялись и вскоре превратились в едва видимые точки, а затем и вовсе исчезли. Теперь их положение можно было контролировать только по радару. Еще некоторое время, и они исчезли с экрана, уйдя в гиперпространство. Ольга решила пока придержать шаттлы. Надо провести разведку планеты. Дав ход, пять быстрых юрких машин стали снижаться, переходя на более низкую орбиту. Вскоре шаттлы рассредоточились вокруг планеты, заняв такое положение, чтобы держать всю Сахару под наблюдением, не оставив не просматриваемых участков. "Барс" снизился еще больше и несся по орбите, задействовав всю свою поисковую аппаратуру. Если бы у тех, кто находился внизу, не выдержали нервы и они попытались взлететь после того, как "Барс" скрылся за горизонтом, их взлет не укрылся бы от шаттлов, зорко наблюдающих сверху и отслеживающих обстановку. Время шло, "Барс" отсчитывал виток за витком, меняя наклонение орбиты, но ничего подозрительного не было. Видя, что результат пока нулевой, Ольга решила войти в атмосферу и провести разведку с малых высот. Хоть просматриваемая площадь при этом резко снижается, но кто знает… Может и повезет… Штурмовик вошел в атмосферу. Не став углубляться резко, чтобы не подвергать корпус излишнему нагреву, Ольга прошлась сначала в верхних слоях атмосферы, плавно сбрасывая скорость, и стала снижаться, убрав тягу двигателей. Режим полета в воздушной среде резко отличается от полета в условиях космического пространства, но машины этого класса одинаково хорошо приспособлены и к тому, и к другому. Высота начала быстро уменьшаться. Пятьдесят, сорок, тридцать километров… Достигнув пяти тысяч метров, Ольга увеличила тягу двигателей и прекратила снижение. Теперь полет шел зигзагом, чтобы осмотреть наибольшую площадь. Может быть, тут никого и нет. Но, как говорит наука, отрицательный результат — это тоже результат. Так что лучше знать наверняка.

"Барс" несся в небе Сахары, нарушая своим появлением покой этого безмолвного мира.

Снова внизу проплывали песчаные барханы, чередующиеся с каменистой пустыней. Иногда металлодетекторы засекали внизу крупные куски металла, но при детальном рассмотрении выяснялось, что это старый хлам, оставленный предыдущими посетителями этих негостеприимных мест. Попались даже три старых сильно поврежденных корабля, получившие здесь свою последнюю вечную стоянку. Один был разбит практически полностью.

Два других имели более — менее целый вид, но когда Ольга снизилась, чтобы повнимательнее рассмотреть находку, многочисленные пробоины в бортах с изуродованными взрывом листами обшивки не допускали двоякого толкования о причине появления здесь этих судов. Они смогли совершить свою последнюю мягкую посадку. Но взлететь снова в космос уже не смогли и обрели вечный покой. Здесь их никто не тронет. Не станет разбирать на металлолом. И даже коррозия — извечный враг металла, не коснется их корпусов. В атмосфере планеты практически полностью отсутствует кислород. И только песок, гонимый ветром, будет оставлять отметины на изуродованных бортах. Если кто — то из экипажей и выжил после этой посадки, то здесь уже нет никого. Видно, что корабли лежат много лет и появились в разное время. Памятники человеческой храбрости, подлости, алчности и жажды познания неизведанного. Никто не знает, да уже и никогда не узнает, что привело их сюда. Пройдут сотни лет, но они также будут стоять здесь, на каменистом плато, словно законсервированные в инертной атмосфере планеты, молча взирая холодными ночами на звезды. Звезды, к которым они уже никогда не вернутся…

Ольга вздохнула и снова начала набирать высоту, увеличив скорость. Вид потерпевших аварию, брошенных экипажами кораблей всегда навевал на нее печальные мысли. Ясно, что когда — то здесь пролилась кровь и многие из этих экипажей нашли здесь последнее пристанище. Если не все. Кто знает, удалось ли им выбраться с этой суровой планеты.

Если не удастся послать радиосигнал о помощи, и если никто не знает, где тебя искать, то шансов на спасение практически нет. Если только какой — нибудь другой корабль, случайно оказавшийся в этих краях, не подберет потерпевших крушение. Но тут тоже возможно всякое. Корабль, появившийся на Сахаре, прилетает сюда не просто так.

Возможно, ему тоже не нужны с в и д е т е л и…

"Барс" снова набрал высоту в пять тысяч метров и начал методически "прочесывать" поверхность планеты. Ольга понимала, что полностью осмотреть планету она не сможет, так как для этого потребуется очень много времени, но предчувствие подсказывало, что эти поиски не напрасны. Зверь начал проявлять беспокойство. Началось это сразу, как только "Барс" покинул место последней давней трагедии. Но как Ольга ни вглядывалась в проплывающие внизу пустынные пейзажи, как чуткая электроника ни прощупывала поверхность, ничего подозрительного больше обнаружить не удалось. Ольга уже думала прекратить поиск и возвращаться домой, посчитав, что если тут кто — то и спрятался, то обнаруживать себя он не собирается и ждет, когда "Барс" с шаттлами улетят.

Ему тоже не улыбается перспектива вступать в бой с пятью кораблями, один из которых — военный штурмовик, и значит, вооруженный до зубов, а остальные тоже могут иметь на внешней подвеске все, что угодно. Даже новейшие "Бумеранги", один из которых так красиво разнес танкер. Технически это никаких трудностей не представляет.

И вот в такой момент, когда она уже увеличила тягу двигателей и начала набирать высоту, сработал сигнал детектора металла и теплового излучения. Сразу сбросив скорость, "Барс" устремился вниз. Ольга снизилась до тысячи метров, и внимательно вглядывалась вниз, задействовав аппаратуру ночного видения, работающую в инфракрасном диапазоне.

Здесь уже была ночь, вздымающиеся в небо скалы успели остыть, и среди них угадывался металлический предмет с температурой несколько большей чем окружающая его каменистая порода. Сбросив скорость до минимума, "Барс" завис в воздухе на высоте тысячи метров над небольшой площадкой диаметром метров семьсот, окруженной скалами.

Место, в общем то, идеальное для посадки. Если есть желание, чтобы тебя не нашли.

Ольга понимала, что она вышла сюда случайно. Если бы "Барс" прошел километров на десять в стороне, то вершины скалистых пиков надежно бы укрыли от его детекторов и радара то, что было сейчас внизу. А внизу было что — то, напоминающее небольшой ко

рабль. Яхту, буксир, или планетный шаттл. Контуры корпуса угадываются слабо, так как корабль стоит в тени, отбрасываемой скалами и его реактор, очевидно, переведен на режим минимальной мощности, чтобы не демаскировать себя. Ольга попыталась вызвать незнакомца на дежурном канале радиосвязи, но безрезультатно. Сообщив о своей находке на орбиту и держа неожиданную находку под прицелом, снизилась до ста метров. Так и есть — средних размеров яхта типа "Орфей". Кораблик очень быстроходный, довольно таки маневренный и может взять на борт до пятидесяти человек без перегрузки системы жизнеобеспечения. А также штук шесть противокорабельных ракет малого калибра на внешнюю подвеску. Или парочку крупного… Как бы там ни было, но если там кто — то и есть, то общаться с неожиданно свалившимся с неба гостем он не хочет. Или не может.

Стрелять он по "Барсу" вряд ли будет потому, что это равносильно самоубийству. Залп штурмовика разнесет его скорлупку на куски, и он это прекрасно понимает.

Слишком долго играть в молчанку тоже нельзя. Не будет же "Барс" висеть на одном месте до бесконечности. Ситуация повторялась почти один к одному, как когда — то на берегу океана. С той только разницей, что сейчас трофейный штурмовик в руках Ольги и она является хозяйкой положения. Надо принимать какое — то решение. Стрелять? Но вдруг эти люди не причем? Вдруг они проворачивают здесь какую — то свою, не совсем законную негоцию, и оказались в этом месте и в это время совершенно случайно? Такого она себе позволить не может. "Генерал Миллер" контрабандист, а не разбойник с большой дороги. Она убивает только в целях самозащиты. Если неизвестный корабль никак не отреагирует на ее появление, то придется высаживать десант с шаттлов. Она не возьмет грех на душу и не выстрелит в яхту только потому, что та оказалась в неподходящем месте и в неподходящее время. А совершать посадку и выходить из штурмовика — чистое безумие. "В случае незапланированной посадки в незнакомой местности, или на необорудованную площадку, никогда и ни при каких обстоятельствах не оставлять корабль без присмотра". Железное правило полетной инструкции, стоившее жизни многим, кто его нарушал. В том числе и предыдущему экипажу "Барса", когда он еще был номерным "Сункаром"… Ольга никогда не сделает такой ошибки. Уж очень наглядны были последствия. Решив обойти всю площадку на стометровой высоте и рассмотреть корабль вблизи, держа его под прицелом бортового оружия, она дала ход. Если ничего не произойдет, придется звать помощь с орбиты. Шаттлы совершат посадку неподалеку, высадят вооруженный десант, а "Барс" прикроет десант с воздуха, подавив огнем любую попытку сопротивления. А когда возьмем кого — нибудь с этой яхты, тогда и расспросим, какого рожна им тут надо. Если выяснится, что это посторонние, случайно оказавшиеся не там и не тогда, где надо и не будут быковать, тогда отпустим. Только заблокируем память, чтобы за последние сутки ничего не вспомнили и были уверены, что честно пропьянствовали и проспали все двадцать четыре часа. Ну, а если нет… На войне — как на войне…

"Барс" медленно двигался над площадкой. Ольга настороженно вглядывалась в обзорный экран. Неизвестный корабль не подавал признаков жизни, и можно было подумать, что он оставлен экипажем. На нем не было ни огонька, никаких радиосигналов не исходило и только слабое тепловое излучение реактора, переведенного в режим ожидания на минимальную мощность говорило, что корабль жив. Корпус не имел никаких повреждений и входной люк был закрыт. Неожиданно среди камней появился мигающий огонек и неясные очертания какого — то предмета. "Барс" переместился ближе и завис в воздухе. Чтобы подтвердить догадку, Ольга включила прожектор и направила луч вниз. Сомнений не было — внизу среди камней лежал человек, облаченный в рабочий скафандр. Рядом лежали инструменты и стояла небольшая бурильная установка, которые обычно берут с собой в геологоразведочную экспедицию. Человек, если он еще жив, скорее всего, без сознания.

Аварийный маячок на скафандре непрерывно подает сигнал, но свет уже очень слабый.

Очевидно, аккумуляторная батарея сильно разрядилась и энергии для работы радиомаяка уже не хватает. Еле — еле работает только световой сигнал. Совершить посадку и оказать помощь? "В случае незапланированной посадки…". Вот именно. Да и зверь рычит, что — то его сильно беспокоит. Проверим… Ольга вышла в эфир по кодированной связи.

— Ребята, у кого есть погрузчик с дистанционным управлением, что не жалко выбросить?

Вопрос вызвал недоумение и стали запрашивать, что случилось. Обрисовав ситуацию, Ольга тем временем продолжила обследование площадки, но больше ничего интересного не нашла. Неизвестный корабль по — прежнему безмолвствовал. На шаттлах посовещались и вскоре один из них — "Корморан", пошел на посадку. "Барс" снова отошел в сторону и завис в воздухе, поднявшись до тысячи метров. Согласовали совместные действия. Шаттл садится, выгружает на поверхность погрузчик и уходит, набрав высоту не менее тысячи метров. Оттуда будет управлять погрузчиком, направляя его визуально и с помощью встроенных камер видеообзора. "Барс" прикрывет место высадки и следит за обстановкой, в случае чего, принимая необходимые меры. "Корморан" снизился, завис над площадкой и стал осторожно опускаться вниз в самом дальнем конце площадки, подальше от неизвестного корабля. Коснувшись шасси каменистого грунта, он выждал некоторое время, оценивая обстановку, готовый к немедленному взлету. "Барс" висел на одном месте, нацелившись на стоящий корабль. Больше вокруг никого нет, иначе поисковая аппаратура уже засекла бы движение и малейшие источники тепла.

Ольга внимательно наблюдала и решила не рисковать. Подготовила к пуску один "Томагавк", отключив систему самонаведения. Новые "Бумеранги" на такую цель лучше не тратить. Вдруг встретится зверь покрупнее и более резвый. Внутренняя система гиростабилизации ракеты удержит ее на заданной траектории, конечная точка которой упирается в неизвестный корабль. Цель неподвижна и быстро изменить позицию не сможет. В случае чего, ракета пойдет по заданной траектории, и сбить ее с курса никакими помехами и ловушками будет невозможно. Кто бы мог подумать, что спустя четыре с лишним века методика торпедной стрельбы по морским целям опять станет актуальной, и будет применяться в космических боях в определенных ситуациях. Да уж, Ваше благородие, господин лейтенант… Сказали бы раньше, никто бы не поверил… Вот уж действительно, новое — это хорошо забытое старое… Только скорости и дистанции гораздо больше. Да и размеры целей и "торпед". Ничего, Ваше благородие. Попадали Вы раньше торпедами по германским транспортам, попадете как — нибудь и в эту жестянку, гордо носящую статус космического корабля. Даже много одного "Томагавка" на такую мелюзгу, но помельче ничего нет. А стрелять из пушек — можно не успеть гарантированно н е й т р а л и з о в а т ь противника…

В борту "Корморана" открылся грузовой люк и на поверхность выехал погрузчик. Люк тут же закрылся и шаттл поднялся в воздух, набирая высоту и удаляясь от площадки.

Отойдя на безопасное расстояние, тоже завис в воздухе. Погрузчик тронулся с места и начал движение по площадке в сторону лежащего человека. Ольга следила за обстановкой. Зверь рычит, и нервы напряжены до предела. Что — то здесь не то…

Погрузчик медленно продвигался вперед, объезжая большие камни. Местность для его передвижения была не очень удобная, но большой диаметр колес и полный привод выручали. Оператор, находящийся на "Корморане", вел свою машину с помощью дистанционного телеуправления. Если не возникнет никаких нюансов, погрузчик подъедет к лежащему человеку, манипуляторами переместит его в кабину через верхний люк, а там уже можно будет определить с помощью датчиков — жив ли он. В зависимости от этого будет определен дальнейший порядок действий. Либо "Корморан" срочно пойдет на посадку, чтобы оказать помощь пострадавшему, либо погрузчик продолжит обследование площадки и стоящего на ней корабля, если помощь оказывать уже поздно…

Ольга внимательно смотрела на экран. Ее одолевали нехорошие предчувствия. Именно поэтому она настояла на том, чтобы разведка местности была проведена без участия людей, в дистанционном режиме. Внизу мелькали лучи фар медленно продвигающейся среди камней машины. Хоть освещенность местности была практически нулевая, но с помощью аппаратуры ночного видения изображение на обзорный экран выводилось довольно четко.

Вот погрузчик подъехал почти вплотную к человеку, обогнув бурильную установку. Замер на несколько секунд. Пока все было спокойно. Оператор на шаттле переключился на управление манипуляторами. Не смотря на их устрашающий вид и огромное развиваемое усилие, способное переломить при желании стальную балку, ими можно было выполнять очень тонкие и ответственные операции, когда усилия и перемещения дозируются до такой степени, что можно при наличии сноровки открыть ими бутылку шампанского и налить его в стеклянный бокал. Причем и бутылка и бокал останутся целыми.

Манипуляторы пришли в движение и осторожно убрали в сторону несколько камней, чтобы не мешали. Осторожно прошли под лежащим человеком и начали его поднимать…

Яркая вспышка мощного взрыва озарила на мгновение все вокруг. Сила взрыва была такова, что десятитонный погрузчик был подброшен в воздух на высоту пятнадцать — двадцать метров. Поднятые взрывом песок и мелкие камни образовали большое облако, мешающее наблюдению, но Ольга вовремя заметила, как стоящий внизу корабль ожил. Из шахт внутри его корпуса вырвались три ракеты и устремились в сторону "Барса" и "Корморана".

Одновременно уровень помех, поставленных им и фиксируемых датчиками "Барса", просто зашкалил. В воздух взлетели тепловые и радиолокационные ловушки. Теперь все встало на свои места. В то же мгновение палец нажал кнопку пуска и "Томагавк" рванул- ся вперед, мелькнув своим огненным хвостом. Вы зря надеетесь, ребята, на свой генератор помех и массу запущенных ловушек. От летящего с выключенной системой самонаведения "Томагавка", несущегося по прямой и не реагирующего ни на что, вас теперь спасет только чудо…

— "Корморан"!!! Форсаж и вверх!!! — Ольга отстрелила ловушки и рванула штурмовик в сторону, включив генератор помех. Внизу блеснула ярчайшая вспышка и огромное облако песка и горной породы взлетело в небо. "Томагавк" нашел свою цель. Быстрый и верткий штурмовик, совершив головокружительный маневр, уклонился от идущих в его сторону двух ракет и они потеряли цель, уйдя в небо. Но третья, направленная на "Корморан", прочно захватила цель и быстро догоняла его. Значительно более крупный и тяжелый грузовой шаттл не обладал такой скоростью и маневренностью, как военный штурмовик.

Еще двадцать пять — тридцать секунд и ракета поразит его, не смотря на отчаянные попытки оторваться на форсажном режиме работы двигателей и маневрировании. Тяжелому грузовику это не под силу. Отстреленные ловушки и помехи не помогли. Слишком близко выпущена ракета…

— "Корморан"!!! Иди по прямой! Никуда не сворачивай! Я собью ракету!

Ольга рванула "Барс" вверх. У нее единственный шанс. Если "Корморан" будет идти по прямой, то и ракета будет гнаться за ним по его следу и ее траектория движения будет легко прогнозируема. В нужный момент времени дать залп из всех пушек в точку предполагаемой встречи ракеты и снарядов. Теоретически возможно, практически нет.

Ольга прильнула к прицелу. "Корморан" выполнил команду и шел по прямой, бесполезно пытаясь оторваться от несущейся по пятам смерти…

— Давай, Ведьма… Ты сможешь… Вспомни учебный бой с Арцеуловым… Вспомни все свои бои в космосе… От тебя зависит жизнь двух десятков людей…

Ольга прекрасно чувствовала полет ракеты и з н а л а, как она себя поведет…

Палец нажал на гашетку и огненный шквал из сотен снарядов рванулся вперед. Ольга не жалела боезапаса. Ракета мчится в атмосфере по следу своей цели и не реагирует на приближающийся сбоку рой небольших кусочков металла, начиненных взрывчаткой. Вот они встречаются в одной точке пространства и эти маленькие кусочки металла начинают рвать тело ракеты, разваливая его на куски серией десятков взрывов, сливающихся в один…

За кормой шаттла в нескольких сотнях метров вспыхивает яркая вспышка. Ракета уничтожена. Ольга убрала форсаж и шумно вздохнула. Ей удалось сделать это!

— Ребята, я вам задницу не присмалила? Все целы?

— Мадам, браво!!! Никогда бы не поверил! Как вернемся, с нас ящик русской водки!

— Фу, мальчики! Это же моветон — предлагать даме водку! "Мартини" есть?

— Пардон, мадам!!! "Мартини бьянко" — два ящика! От нашего стола Вашему!

— Вот это другое дело! Возвращаться и забирать свою железную лошадку будете?

— Мадам, Вы шутите?! Там уже и забирать нечего!

— Ну, тогда дуйте на орбиту. Я вернусь, посмотрю, что там и тогда до дому, до хаты.

"Корморан" продолжил подъем, уходя в космос, а Ольга развернула "Барс" и направила вниз. Высота быстро уменьшалась, и остроконечные скалы неслись навстречу. Забрезжил рассвет и от скал протянулись длинные тени. Новый день вставал над молчаливой планетой. "Барс" снизился до сотни метров и завис в воздухе над местом недавней битвы.

Все бортовое вооружение на всякий случай приведено в боевую готовность. Но с первого взгляда ясно, что это не нужно. Ольга подождала, когда окончательно рассветет и можно будет рассмотреть все при естественном освещении.

Спасать здесь больше некого. Взрыв мощного "Томагавка" разнес корабль на куски. Взрывная волна, отраженная от скал, перемолола все, что находилось внизу. Только кое — где были видны куски металла, перемешанные с обломками камней. Очевидно, взорвался реактор, так как радиационный фон был значительно выше естественного уровня.

— Вот и все, ребята… Я вас не трогала. Вы первые начали. Упокой господь ваши души…

Ольга увеличила тягу двигателей и "Барс" начал набирать высоту. Здесь больше нечего делать. Сахара приняла очередную жертву. Но молчаливая безлюдная планета сохранит и эту тайну. Сколько их уже было, и сколько еще будет. Ей все равно. Она молча взирает на возню этих маленьких существ, которые иногда появляются здесь и убивают друг друга. Взирает, как бесстрастный арбитр, которому совершенно безразлично, кто останется "со щитом", а кто "на щите". А кто вообще сгинет безвестно в этих краях.

Бесстрастный арбитр выше всего этого…

Глава 2

"Барс" вынырнул из гиперпространства в системе Альтаира и продолжал полет в трехмерном космическом пространстве по направлению к Швейцарии. До входа в зону управления движением возле планеты еще далеко. И надо за это время узнать последние новости. По времени "Титан" и "Аргонавт" уже должны быть на месте. Грузовые шаттлы ушли по своим маршрутам на другие планеты, куда надо доставить "товар" и вернутся не раньше, чем через неделю. А госпожа Миллер возвращается на своей яхте одна. Летала хозяйка "Экспресс шиппинг" куда — то по своим делам. А куда и зачем — никого не касается.

Коммерческая тайна. Может, просто развеяться ей захотелось… Ольга вызвала офис компании по аппаратуре кодированной связи. Дежурный диспетчер ответил сразу и передал трубку начальнику службы безопасности, оказавшемуся поблизости.

— Макс, привет! Как дела в родной управе? "Титан" и "Аргонавт" прибыли?

— Доброе утро, мадам! Все в порядке. "Аргонавт" сразу по прибытию завели в орбитальный док. Обещают через две недели закончить ремонт. "Титан" сейчас на грузовом терминале космопорта. Стоит на дежурстве. В офисе все нормально.

— А у меня дома? Детки там еще школу не взорвали?

— Нормально…

— Макс, ты врать не умеешь. Что случилось?

— Мадам, сейчас все нормально. Но как Вы улетели, вскоре случилось ЧП. Пассажирский шаттл, на котором Ваши дети вылетели на экскурсию на Пальмовые острова, потерпел аварию…

— Что с ними?!

— Не волнуйтесь, все в порядке. Никто не пострадал. Шаттлу удалось совершить посадку, но медики пока держат всех в клинике и проводят обследование всех, кто был на борту.

Ваша сестра сейчас там. Думали сообщить Вам сразу, но она запретила. Сказала, что раз все обошлось, то нечего Вас волновать. Все равно по возвращению все узнаете.

— Где они сейчас?

— Медицинский центр экстренной помощи при поисково — спасательной службе космофлота. Это возле Приморского парка на берегу.

Ольга выяснила еще ряд вопросов и отключилась. Что же могло случиться? Почему пассажирский шаттл — одна из надежнейших машин потерпел аварию и что за характер аварии? Макс об этом не знает. Оно и понятно, полиция старается не разглашать подробности. Надо будет тряхнуть старину Гюнтера, чтобы поделился информацией. Да и Эльзу Кумметц можно попросить об услуге. Странное совпадение. Авария произошла сразу после ее вылета в систему Проксимы…

Совершив посадку и оставив "Барс" на стоянке, Ольга помчалась в медицинский центр. Пыталась дозвониться Насте, но ее коммуникатор долго не отвечал. Наконец, Настя ответила.

— Настюша, ты где, что с детьми?!

— Оля, ради бога, не волнуйся! Все хорошо. С детьми все в порядке. Я сейчас в клинике возле Приморского парка. Рассказывать долго. Приезжай сюда.

С огромным трудом сдерживая себя, чтобы не нарушать правила на дороге, Ольга ехала в медицинский центр. То, что дети до сих пор там, это уже хорошо. Если бы были какие то проблемы, то их бы сразу отправили в специализированные клиники. Но что же могло случиться?

Подъехав к территории центра и заехав на парковочную площадку, Ольга сразу заметила машину Насти и встала рядом. Насти в машине не было и пришлось звонить ей на коммуникатор.

— Настюша, я прибыла. Ты где?

— Заходи через главный вход и спроси, где кабинет главного врача. Я тут у него под дверью. Он рвется с тобой поговорить.

Быстро разыскав кабинет главврача, Ольга после объятий и поцелуев сразу набросилась на Настю с расспросами, но та толком ничего не знала.

— Оленька, не знаю. Знаю только, что шаттл совершил аварийную посадку и все живы и здоровы. В тот же день, как ты улетела, класс Саши и Ани должен был лететь на экскурсию в морской заповедник на Пальмовых островах. Ты же знаешь — это в полутора тысячах километров отсюда в океане. Я и многие родители провожали детей в космопорт, и перед посадкой Аня учинила дикий скандал. Она не хотела садится в шаттл и кричала, что он упадет. Никто, естественно, это всерьез не воспринял. Я пыталась ее успокоить, но бесполезно. Классный руководитель, летевшая вместе с ними, уже хотела просить меня забрать Аню домой и не нервировать ее, если она боится лететь. Но она неожиданно успокоилась и сказала, что полетит только в том случае, если ей разрешат сесть в кресло второго пилота. Это вызвало настоящий хохот, но капитан шаттла разрешил. Честно говоря, думала, что это один из Аниных фокусов и на ушко пообещала ей всыпать дома, если она еще раз устроит подобное. Как бы то ни было, Аня оказалась права. Шаттл потерпел аварию и чудом совершил посадку. Подробности нам не сообщили. Я уже разговаривала с ними, там все хорошо. Кое кто набил синяки и шишки, но ничего серьезного нет. А Аня и Саша так вообще без единой царапины. И почему — то главврач хочет с тобой поговорить. Не знаю, в чем дело…

Ольга терялась в догадках. Информация была настолько неожиданной, что требовала тщательной проработки. Технические подробности пока неизвестны, но она по своим каналам все узнает. А вот поведение Ани… Неужели, у нее уже начал проявляться дар? В шесть лет?! Поразительно…

— Мадам, простите, это Вы Ольга Миллер? — чей — то голос оторвал Ольгу от размышлений. К ним подходил мужчина в белом халате. Настя тут же подскочила.

— Да, доктор! Это моя сестра. Она только что приехала.

— Здравствуйте, мадам! Я главный врач центра Густав Меркель. Мне бы хотелось поговорить с Вами наедине. Это касается Вашей дочери.

— Здравствуйте доктор! Конечно, я к Вашим услугам.

Оставив Настю в коридоре, главврач и Ольга зашли в кабинет. Предложив Ольге сесть, врач приготовил видеоаппаратуру и тоже расположился за столом. По нему было видно, что произошло что — то непонятное. Такое, с чем он никогда не встречался.

— Мадам, у меня к Вам долгий и серьезный разговор. Если Вы почему — либо не захотите отвечать — это Ваше право. Но то, что я сейчас расскажу, не должно покинуть стены моего кабинета. Если посчитаете возможным, можете рассказать это Вашей сестре. Но больше никому.

— Доктор, Вы меня пугаете. Что случилось?

— Начну с того, что Ваша дочь — Анна Миллер, никоим образом не может быть сестрой Александра Миллера, сына Вашей сестры. Генетический анализ дает стопроцентную гарантию и опровергает это. Вам это известно?

— Здесь как раз ничего странного нет. Я и Настя — сводные сестры. У нас нет общих родителей.

— Ну, тогда понятно. Одним вопросом меньше. Продолжим. Скажите, Вы не замечали никаких странностей за дочерью?

— В общем, нет. Разве только шкодит часто и всегда пытается выкрутиться. А что такое?

— То, что шкодит и пытается выкрутиться — это нормальное явление. Это обычное детское поведение. Давайте сделаем так. Я сейчас расскажу все по порядку, а потом обсудим возникшие вопросы. Уверен, что они у Вас появятся. Согласны?

— Конечно.

— Тогда слушайте. Я буду говорить только факты, а все предположения оставим на потом.

В космопорту Ваша дочь устроила истерику и не хотела идти на посадку. Она утверждала, что шаттл упадет, и оказалась права. То есть, она з н а л а это. Но откуда это может знать шестилетний ребенок? Как ни пытались ее успокоить, ничего не получалось. Уже хотели отправить ее домой с Вашей сестрой, как вдруг она сама успокоилась и сказала, что полетит только в том случае, если ей разрешат быть на месте второго пилота. Сказано это было таким серьезным тоном, что все просто покатились со смеху и ситуация разрядилась. Присутствовавший здесь же командир шаттла, вдоволь насмеявшись, разрешил.

Хоть, конечно, и не положено, но разрешил. Как оказалось позже, это всех и спасло.

Думаю, Вам знаком пассажирский шаттл типа "Пеликан". Небольшая надежная машина, способная принять до пятидесяти пассажиров. Может летать как в атмосфере, так и в космическом пространстве на дальние орбиты, или на естественные спутники планеты.

Сразу, как Ваша дочь оказалась в кабине шаттла, она первым делом подогнала под себя пилотское кресло. Хоть конечно этого было мало, так как на таких маленьких пилотов они не рассчитаны, но более менее она устроилась. Все это делалось с таким серьезным видом, что командир и второй пилот еле сдерживали улыбку. Сначала все шло нормально.

Шаттл набрал заданную высоту и продолжил полет. Оба пилота находились в кабине.

Когда полет подходил к концу, и скоро надо было начинать снижение, командир и второй пилот неожиданно оба почувствовали себя плохо и буквально через пару минут потеряли сознание. Шаттл остался неуправляем. Из взрослых на борту была только одна женщина школьный учитель, но она не умела управлять шаттлом. И вот тут начинается самое странное. В кабине стоит система видеозаписи и фиксирует абсолютно все, что происходит во время полета. Как внутри самой кабины, так и того, что творится за бортом. Едва пилоты потеряли сознание, Ваша дочь тут же вышла на связь с диспетчером и сообщила о случившемся. Там сначала не поняли. А когда дошло, что машиной управляет шестилетний ребенок, начался переполох. Шаттл шел на автопилоте, и непосредственной угрозы пока не было. В принципе, его можно посадить, не отключая автопилота, управляя дистанционно из центра управления полетами космопорта, но для этого все системы должны работать в штатном режиме. Диспетчер сообщил Вашей дочери, что шаттл взят на дистанционное управление и чтобы она ничего не трогала. Посадка будет проведена в автоматическом режиме на Пальмовых островах, до которых было уже недалеко. Причем, Аня отнеслась ко всему очень серьезно. Как Вам начало истории?

— Да уж… Но пока еще ничего странного нет. Дочь часто летала вместе со мной и принцип управления ей знаком. Так же, как и радиообмен с диспетчером. Я разрешала ей управлять яхтой в простых ситуациях. Естественно, в любой момент была готова взять управление на себя.

— Все это так и, в принципе, это возможно. Как говорится, бывает. А теперь я расскажу то, чего не бывает. То, что произошло потом, мы узнали только после посадки. Шаттл продолжал полет в автоматическом режиме на высоте двадцати километров, как вдруг пропала радиосвязь. Каналы телеметрии еще действовали, но скоро и они начали давать сбой.

Начался лавинообразный отказ электроники, а без нее полет на дистанционном управлении невозможен. Ваша дочь оказалась предоставлена самой себе. Как она ни пыталась вызвать диспетчера, связи не было. И тут один за другим начинают отказывать маршевые двигатели. Отказали три двигателя из четырех, а в этой ситуации шаттл не может удерживать заданную высоту и идет с постоянным снижением. Причем автопилот практически бесполезен, машиной надо управлять вручную, иначе она начинает "сыпаться", как говорят пилоты. Аня принимает единственно верное в этой ситуации решение. Она отключает автопилот, переходит на ручное управление и начинает снижаться, удерживая требуемую скорость, чтобы машина не сорвалась в штопор. С тремя неработающими двигателями совершить посадку невозможно. Это если в обычном режиме — со сбросом скорости до нуля, зависании над площадкой и плавном вертикальном снижении. Но теоретически можно посадить машину с горизонтального полета при наличии определенной поступательной скорости и наличии ровной поверхности достаточной протяженности. Так когда то и делали, и думаю Вам, как пилоту, это хорошо известно. Но для этого надо быть пилотом высочайшего класса и хорошо чувствовать машину. Аня сказала нам, что когда двигатели встали и шаттл начал падать, у нее как будто что — то включилось в голове, и она знала, что надо делать. Единственным спасением было тянуть на одном двигателе, работающем на максимальной тяге, в сторону берега с постоянной потерей высоты, насколько ее хватит. А после этого попытаться совершить посадку на воду с горизонтального полета.

И именно это Аня и собиралась сделать! Пока это с большой натяжкой можно считать допустимым. Ведь девочка знакома с принципом управления. А дальше начинается совсем невероятное. Оставшийся двигатель начинает давать сбои. Машина быстро теряет высоту, но пока еще летит. Аня не паникует, а всеми силами пытается удержать машину, не дав ей свалиться в штопор. Высота около пяти тысяч метров и берег уже недалеко. И тут внизу появляется крупное морское судно, занятое работами на прибрежном шельфе. Ваша дочь неожиданно бросает машину почти в отвесное пикирование и направляет ее прямо на это судно. Представьте себе ощущения тех, кто находился в этот момент на палубе.

Хорошо, что внутри самого шаттла все сидели, пристегнутые в креслах, и никто не пострадал. Когда высота была уже порядка тысячи метров, Аня поняла, что делает что — то не то. Она как бы очнулась и начала выводить машину из пикирования. Причем, делала это грамотно по отзывам всех пилотов, которые анализировали запись. Ей удалось выйти из пикирования на высоте сто двадцать метров. Приборы все точно зафиксировали. Шаттл набрал при падении большую скорость и двигатель пока работал. Аня стала снижаться, берег был уже рядом. Она захотела посадить машину на кромку воды возле берега. Там песчаный пляж и береговая линия довольно ровная с малыми глубинами. Ей удалось совершить посадку, как она и задумала. На кромку воды возле самого берега. Шаттл остался цел, получив незначительные повреждения. Все живы и здоровы. Помощь подоспела быстро и все люди были срочно эвакуированы. Когда спасатели вошли в кабину, Аня сидела в кресле и держалась за штурвал, глядя перед собой в одну точку и не реагируя на окружающее. Спасатели — здоровенные мужики, не смогли оторвать ее от штурвала. Пришлось ввести девочке релаксирующий препарат, расслабляющий мышцы. Сначала никто не поверил, что все это сделала Ваша дочь. Но запись полета и показания других детей и учительницы все подтвердили. Вы можете объяснить это? Как шестилетний ребенок, пусть даже и знакомый с управлением, может сделать то, на что способен только пилот экстра класса? И что с ней случилось, когда она увидела под собой это морское судно? Ведь она совершенно серьезно намеревалась совершить таран. И что произошло, почему она отказалась от этого намерения? Вывела машину из пикирования и совершила посадку в чрезвычайно сложных условиях, проявив невероятное мастерство?

— Не знаю, доктор… Вы меня просто сразили… Когда — то мне пришлось проделать похожий маневр, посадив сильно поврежденную машину на кромку воды у пляжа… Но я была уже опытным пилотом, отлетавшим на этой машине несколько лет… Не знаю… Я могу поговорить с дочерью? Как она себя чувствует?

— Она в полном порядке. То, что касается физического состояния. Абсолютно здоровый и нормальный ребенок. Никаких травм при посадке она не получила. Но нам непонятно ее поведение. Все дети, когда их привезли сюда, очень быстро пришли в себя и ведут привычный для них образ жизни, насколько это здесь возможно. Играют, шалят, общаются друг с другом. Аня же замкнулась в себе и общается, в основном, только со своим братом.

На все вопросы, как это ей удалось, говорит, что и сама не знает. Просто показалось, что надо делать именно так, а не иначе. Она не играет с другими детьми и старается быть одна. Исключение делает только для брата и Вашей сестры. Говорит, что очень хочет увидеть Вас.

— Так, может быть, давайте я поговорю с ней? У нас нет секретов друг от друга. Я общаюсь с дочерью на равных. И уже известно, что случилось с пилотами, и почему произошел такой массовый отказ многих систем?

— У обоих пилотов, как это ни покажется странным, отравление ядом растительного происхождения. Алкаллоид ядовитого гриба, вызывающий помутнение сознания. Они оба сейчас здесь и есть сильное подозрение, что их намеренно отравили. Что касается технической части — расследование еще идет, и здесь ничего сказать не могу. А с дочерью обязательно поговорите. Только я сначала покажу одну вещь. Это фрагмент записи полета, когда Ваша дочь собирается совершить таран. Я и мои коллеги просматривали его много раз, но так и не смогли прийти к единому мнению. Сами понимаете, попытка суицида не может нас не насторожить. Тем более попытка, сделанная спонтанно, когда абсолютно ничего к этому не располагало. Скажите, какими языками владеет Ваша дочь?

— Русским и немецким свободно. Немного английским.

— Немного? У меня сложилось впечатление, что английский она как раз знает неплохо. Мы к этому еще вернемся. А сейчас давайте посмотрим запись. Дело в том, что в ней трудно что либо понять в плане звука. Стоит страшный шум. Все дети кричат от страха, когда шаттл вошел в пике. Но Ваша дочь молчит. А потом вдруг кричит непонятную фразу и замолкает. Нам удалось убрать все посторонние шумы и выделить эту фразу. Но ни в русском, ни в немецком, ни в английском языке таких слов нет. Может, Вы нам поможете?

Доктор включил запись и начал комментировать. Ольга видела изображение кабины шаттла. Лицо Ани хорошо фиксировалось камерой. Звук почти отсутствовал, так как все посторонние звуки были отфильтрованы. Вот хорошо видно, как Аня всеми силами пытается удержать машину в воздухе и не дать ей сорваться в штопор. С одним работающим двигателем это крайне сложно, но возможно. Если набрать скорость на снижении, то можно выйти в горизонтальный полет на минимальной высоте и совершить посадку на воду. Лицо Ани сосредоточено и никакой паники нет. Но вот она замечает что — то внизу. На лице замешательство. Секунда, и изумрудно — зеленые глаза дочери широко раскрываются, и она смотрит, как будто чем — то сильно удивлена. В следующую секунду отжимает штурвал и шаттл несется вниз, войдя в пике. Лицо напряжено и в глазах полыхает огонь. Вдруг ее губы приходят в движение, и по нервам Ольги хлестнуло хорошо знакомым…

— Банзай!!!

Дальнейшая запись ничего не прояснила. Аня скоро пришла в себя и стала выравнивать машину. Снова на лице серьезная сосредоточенность. Запись закончилась.

— Не знаю, доктор… Я поговорю с дочерью… Но, в любом случае, что бы это не было, она вовремя отказалась от попытки тарана. Это я Вам говорю, как пилот.

— Что же… Тут Вам виднее. Откровенно скажу, это первый такой случай в моей практике. Да и среди моих коллег никто не слышал ни о чем подобном. И я просто не знаю, что Вам сказать… Хотелось бы понаблюдать за девочкой. Держать ее здесь нет смысла. Никакой патологии не выявлено и было бы лучше, чтобы она вернулась домой, в привычную обстановку. Могли бы Вы ненавязчиво понаблюдать за ней и сообщать информацию нам? Случай просто уникальный.

— Разумеется. Все, что в моих силах.

— И еще кое что. Она плохо спит. Просыпается каждую ночь с криком. Очевидно, ее мучают кошмары, хотя она в этом и не признается. В отличие от других детей она заняла круговую оборону и никого не пускает к себе в душу. Психолог работал с ней, но ничего не добился. На все вопросы о происшествии девочка отвечает одинаково — не знаю и не помню. Хотя мы уверены, что это не так. Она всеми силами пытается что — то скрыть.

И кроме этого есть еще одна интересная деталь, объяснить которую мы не в состоянии.

Как Ваша дочь относится к компьютерным играм?

— Даже слишком положительно. Вместе с братом устраивают такие компьютерные баталии, что приходится отгонять и выключать.

— Естественное поведение для детей. У нас здесь есть хороший компьютерный центр, где все дети любят бывать и играть в компьютерные игры. Весь класс, бывший на борту этого злосчастного рейса, не исключение. Кроме Вашей дочери. Она приходит в центр, но игры ее не интересуют. Она сразу входит в сеть и запоем читает материалы по истории. В том числе и на английском. Откуда это у шестилетней девочки? Раньше Вы подобного за ней не замечали?

— Нет… Ей богу, доктор, Вы совершенно загнали меня в тупик. Даже не знаю, что думать.

То, что раньше Аню не интересовали разные девчоночьи увлечения, мы с сестрой к этому уже привыкли и махнули рукой. Она самая настоящая "пацанка" и тут ничего не поделаешь. Пусть занимается тем, что ей нравится. Но это… А Вы не спрашивали, почему вдруг ее потянуло на историю?

— Спрашивали. Говорит, что ей просто интересно.

— Нужно поговорить с Аней. Ситуация для меня совершенно не понятная. Мог этот стресс повлиять на ее поведение?

— Мог, конечно. Но обычно картина постстрессового синдрома совсем иная. Поведение же Ани не укладывается ни в какие рамки, и мы имеем дело с неизвестным медицине случаем. Ладно, что гадать. Сейчас Вы встретитесь с дочерью и поговорите с ней. Может быть, Вам она скажет больше, чем нам…

Выйдя из кабинета главврача, Ольга вместе с ним и Настей отправилась в компьютерный центр. Аня сейчас была там. Едва они вошли, Аня с криком "Мамочка!" бросилась к Ольге. Но от Ольги не укрылось, что сначала она удалила всю информацию с экрана монитора. Дальнейшее было, как обычно. Аня повисла у матери на шее и бурно выражала радость встречи. Даже несколько больше, чем обычно. Ольга решила отложить все расспросы на потом. Она чувствовала неподдельную радость дочери.

— Ну вот, барышня, Ваша мама прибыла специально за Вами! Теперь можете вместе со своим братом отправляться домой. И больше к нам не попадайте!

Глава 3

По дороге домой Ольга разговаривала с дочерью на отвлеченные темы, больше интересуясь школьными и домашними делами. Аварии шаттла коснулась вскользь, и из — за явного нежелания Ани обсуждать эту тему, решила не настаивать. Аня полностью оттаяла и вела себя, как обычно. Во всяком случае, ничего подозрительного, или непонятного Ольга не заметила. Настя ехала с сыном на другой машине и тоже пыталась ненавязчиво выяснить подробности. Они заранее договорились с Ольгой об этом, чтобы сравнить информацию и сделать выводы. Определенные подозрения у Ольги были…

По приезду домой дети обрадовались и начали свои обычные действия, от которых, как говорят, в доме "поднимается крыша". Предоставив Саше и Ане возможность беспрепятственно "поднимать крышу", Ольга и Настя уединились, чтобы спокойно поговорить.

А поговорить было о чем. Ольга не стала делать тайну из рассказа врача, чем ввела Настю в состояние полного недоумения.

— Оля, но ведь это же чистая фантастика. Как может шестилетняя девочка проделать то, о чем ты говоришь?!

— Не знаю, Настюша… Фантастикой казалось когда — то и мое появление здесь…

— Ты думаешь…

— Нет. Аня прекрасно помнит свое прошлое. Я ненавязчиво все у нее выспросила и она ни разу не ошиблась и не пыталась соврать. То, что это о н а, у меня нет сомнений. Но в то же время чувствую, что с ней что — то не так. Ее что — то беспокоит. Как будто бы с ней произошло что — то такое, что она не знает — огорчаться ей, или радоваться. Когда мы встретились с ней в компьютерном центре, она совершенно искренне обрадовалась.

Я бы даже сказала — слишком сильно обрадовалась… Гораздо сильнее, чем обычно…

Как будто бы я своим появлением избавила ее от чего — то. И вот это мне не понятно.

И еще, Настюша. На то, что сделала Аня, способен только настоящий Профессионал.

Профессионал с большой буквы. Сейчас многие пилоты уже забыли, что когда — то почти все машины приходилось сажать с горизонтального полета на взлетно — посадочную полосу. Не говоря о том, чтобы выполнить такую посадку на аварийной машине…

— Но как это может быть? Не могла же Аня за те занятия, что ты с ней провела, стать таким профессионалом?

— Не могла. Если только…

— Что?

— Нет. Так можно черт знает до чего додуматься… Давай понаблюдаем за ними, не показывая своего интереса. Отношения с Сашей у нее не изменились. Малолетнее бандформирование продолжает действовать. И есть у меня еще одна задумка. Но сделать это надо будет очень аккуратно…

Вечером, уложив детей спать, подруги выработали план действий. Все будет зависеть от того, как дальше поведет себя Аня. Не проявится ли у нее что — то еще. И каковы будут результаты технической экспертизы. Ольга сказала, что все равно узнает правду по своим каналам. То, что это диверсия, у нее нет никаких сомнений. Но тут сразу возникает вопрос — з а ч е м?! Кому и для чего понадобилось угробить пассажирский шаттл?!

А может — просто перепутали? Думали, что эта машина будет совершать другой рейс, а ее в последний момент заменили, и отыграть все назад было уже нельзя? Кому могли помешать первоклашки? Подытожили на том, что утро вечера мудренее.

— Ладно, Настюша. Уже поздно. Хорошо, что деткам завтра в школу не надо. Пусть выспятся… Настенька… А я за тобой очень соскучилась!

Когда подруги угомонились после жаркой ночи любви, которую подарили друг дружке, было уже далеко за полночь. Настя, уставшая после бурной встречи, заснула быстро.

А вот Ольге не спалось. Снова душу грызли сомнения. И как она не отгоняла от себя дурные мысли, они все равно крутились в голове. Неожиданно она услышала крик из детской. Они с Настей по прежнему держали связь между комнатами включенной, чтобы, в случае чего, быстро встать и успокоить детей ночью. Мгновенно подхватившись, Ольга бросилась в комнату к детям. Когда она вошла, Аня сидела на кровати. Саша тоже проснулся и пытался успокоить сестренку. Ольга подошла и села рядом.

— Анечка, что с тобой?

— Мама, мне страшно!

— Не бойся, доченька, я здесь. Тебе приснился страшный сон?

— Не знаю, мама. Но мне страшно.

Ольга сразу почувствовала, что дочь лукавит. Что — то очень сильно потрясло ее. Но это и не удивительно после всего, что случилось.

— Не бойся, Анечка. Я буду с тобой. Сейчас давай пойдем в другую комнату, а то мы Саше спать мешаем.

— Оля, что случилось? — из приоткрытой двери раздался шепот Насти. Она тоже проснулась от крика.

— Ничего, Настюша, все нормально. Анечке что — то приснилось. Мы сейчас пойдем в другую комнату и ляжем там.

Ольга уложила дочь в комнате для гостей и сама легла рядом. Благо, кровать большая и места хватит с избытком. Аня тут же прижалась к матери и притихла. Теперь, когда мама рядом, ей ничего не страшно…

— Спи, Анечка. Спокойной ночи. Ничего не бойся, я здесь…, - тихо шептала Ольга, убаюкивая дочь. Она специально увела дочь в другую комнату и уложила вместе с собой.

Надо прояснить эту загадку…

Солнце только что взошло, и его лучи осветили верхушки пальм, росших невдалеке от взлетной полосы. Этот аэродром недалеко от Манилы был еще более менее цивилизованным. Совсем не то, что дыра в Рабауле. Хорошо, когда его авиагруппа базировалась на Сингапур. Вот там действительно настоящая цивилизация, не сравнить с Рабаулом.

Такое ощущение, что живешь на вулкане, который вот вот бабахнет. А что делать, когда начались бои за Гуадалканал, начальство не спрашивало ничьего мнения. Его истребительная авиагруппа была срочно переброшена из Сингапура на помощь защитникам острова. Увы, все было напрасно. Сингапур, Гуадалканал, Рабаул — обо всем этом надо забыть.

Императорская армия, так победоносно начавшая войну в декабре 1941 года на Тихом океане, теперь теряла все завоеванные позиции одну за другой. И Императорский флот, совсем недавно не знавший себе равных на просторах океана, ничем не мог ей помочь.

Сбылось предсказание Исороку Ямамото — командующего Объединенным флотом, который предупреждал о недопустимости войны с таким противником. Тем более — затяжной войны. Он был готов преподнести императору цепь блестящих побед, но только в том случае, если война продлится не более шести — восьми месяцев. В противном случае победа в войне становится призрачной. Это был великий человек, который смотрел на много дальше горлопанов из правительства. И вот теперь его нет. И с его гибелью началась сплошная цепь поражений. Сейчас февраль 1945 года и борьба идет уже за Филиппины, но и так ясно, что это начало конца. Еще немного, и враг будет у родных берегов…

Взмах флажка — взлет разрешен. Сектор газа до упора, истребитель начинает разбег. Бомбардировщики и торпедоносцы уже взлетели, и их задача — прикрытие этих тяжелых и неповоротливых машин от вражеских истребителей. Прошли безвозвратно те времена, когда стремительные и юркие "Рейзены" не имели равных противников в небе над всем Тихим океаном. Вражеский П-40 "Томагавк", с которым янки встретили начало войны, не шел ни в какое сравнение с его истребителем. Но теперь враг располагает новейшими "Мустангом", "Лайтингом" и "Хеллкэтом", и его господство в воздухе очевидно. Им остается только огрызаться, теряя своих товарищей в каждом бою. Противник, если не может одолеть их мастерством, берет количеством. И когда над морем пара "Рейзенов" встречается с десятком "Мустангов", или "Хеллкэтов", исход боя предсказать нетрудно…

От его авиагруппы осталось меньше половины. Машин нет, людей нет, боеприпасов и топлива тоже нет. Бои идут уже на Филиппинах. Кто знает, может быть это его последний полет. Он никогда не прятался за спины подчиненных. Он всегда поднимался в небо, и не уклонялся от встреч с врагом. Как и подобает настоящему воину. И даже когда стал кома-ндиром авиагруппы, не отсиживался в относительной безопасности командного пункта на аэродроме. Сегодня он мог бы остаться на земле, и никто бы ему ничего не сказал. Командир авиагруппы имеет на это право. Но он сам бы не простил себе этого никогда…

Истребитель закончил подпрыгивать на неровностях полосы и взмыл в небо. Убрать газ, перейдя на экономичный режим полета. Топливо еще понадобится. Стукнули стойки шасси, уйдя в ниши внутри крыльев. Разворот — и внизу проносится зеленый ковер из тропического леса, сменяющийся бирюзовой гладью океана. Погода стоит тихая и ясная. Как назло, ни одного облачка и они совершенно открыты для вражеских корабельных зениток и истребителей. Истребители окружают бомбардировщики и торпедоносцы, сопровождая их к цели. По данным авиаразведки, крупное соединение боевых кораблей и транспортов противника приближается к берегу. И помешать им больше некому. С трудом удалось собрать эту армаду разномастных машин, уцелевших в огне недавних боев.

Берег остался позади и под крыльями, куда ни глянь, синева Тихого океана. Глаза зорко всматриваются в линию горизонта. Скоро должен появиться вражеский конвой. В составе конвоя два авианосца, а это значит, что их встретят еще на подходе. Бомбардировщики и торпедоносцы, мерно гудя моторами, идут, стараясь соблюдать строй. Если со "свои-ми", то есть самолетами морской авиации, проблем не возникает, то вот с армейской авиацией просто беда. Сегодня пришлось взять и их тоже, а толку от них немного. Как были они всю войну "инвалидной" авиацией, как прозвали их моряки, так ей и остались. Они совершенно не могут летать над морем, и без сопровождения самолетов морской авиации могут залететь неизвестно куда. Прецеденты уже были. А о способности поражать малоразмерные подвижные цели — вражеские корабли, об этом и речи нет. По крайней мере, заставят противника распылить огонь, оттянув на себя часть вражеских истребителей и внимание зенитчиков. А кто — нибудь может даже и попадет по кораблю. Как говорят, на дурочку…

Вдали показались черные точки. Конвой приближается, и бомбардировщики с торпедоносцами выходят на боевой курс. Однако, их уже давно заметили вражеские радары, и навстречу несутся истребители, заранее поднятые в воздух с авианосцев. Большая группа "Хеллкэтов" набрасывается на "Рейзены", связывая их боем, а остальные начинают кромсать бомбардировщики и торпедоносцы. Тяжелые машины, отягощенные торпедами и бомбами и лишенные истребительного прикрытия, становятся легкой добычей для налетевших воздушных хищников. То один, то другой бомбардировщик вспыхивает и падает вниз, подняв серебристый фонтан воды, врезавшись в океанские волны, даже не успев приблизиться к цели. Некоторые сбрасывают бомбы и торпеды куда попало и пытаются уйти, но это их не спасает. Вражеские истребители повсюду. Но конвой все ближе и ближе…

Смертельная карусель в воздухе не прекращается. Четырем торпедоносцам удается прорваться сквозь истребительный заслон и они устремляются к кораблям конвоя. Их экипажи прекрасно знают, что обратной дороги нет. С кораблей несется огненный шквал зенитного огня, воздвигая стену разрывов перед несущимися навстречу своей гибели машинами. Сброс торпед, и четыре смертоносные стальные сигары понеслись к цели. Шквал разрывов зенитных снарядов накрывает торпедоносцы. Один за другим они вспыхивают дымными факелами и падают в волны. Два взрыва сотрясают воздух и два пенных фонта-на поднимаются возле бортов транспортов. Две торпеды нашли свою цель…

Ручку на себя, газ до предела. Истребитель идет вверх свечой и тут же уход вправо. Ручку от себя, и огненные трассы проходят мимо. Резкий рывок влево и один "Хеллкэт" зазевался, не успев уйти с линии огня. Огонь пушек и пулеметов тут же превращает его в огненный метеор. Две пары "Хеллкэтов" заходят сзади и две сторожат сверху, стараясь прижать к воде. Рядом проносятся огненные трассы и только чутье позволяет вовремя убрать машину в сторону. Вокруг уже почти не осталось своих машин. Вражеские истребители наседают, избрав новую тактику — затягивание боя. Обороты двигателя большие, расход топлива огромный, и они могут просто не дотянуть до берега. Противнику же далеко лететь не надо — его авианосцы рядом. И у него огромное численное преимущество.

Вокруг все больше вражеских машин и уходить от непрерывных атак все труднее. Еще один "Хеллкэт" попал в прицел и, спустя мгновение, вспыхнул и понесся вниз, исчезнув в волнах. Сзади не отстает унтер-офицер Маэда, его ведомый. Поразительно, как ему удалось продержаться столько времени. Но вот сверху налетает очередная пара "Хеллкэтов" и истребитель Маэды вспыхивает, превратившись на мгновение в огненный шар. Рывок в сторону, но рой пуль крупнокалиберных пулеметов все же цепляет краем его истребитель. Мотор, ревущий до этого момента на предельных оборотах, начинает давать перебои и, спустя несколько секунд, глохнет. Необычная тишина, которой никогда не бывает в полете. Только воздух свистит, врываясь в пробоины в обшивке… Треск, и фонарь кабины разлетается вдребезги, поранив лицо. Одновременно что — то жгучее впивается в левую ногу и бок. Это конец… Ты честно воевал, не прятавшись от противни-ка. Теперь пришел твой черед. Когда — то это должно было произойти…

Двигатель молчит, и запустить его не удается. Смертельно раненый истребитель опустил нос и падает в океан. Прыгать нет смысла, да ты и не сможешь выбраться из кабины. Что ж, Сабуро — сан, ты с честью исполнил свой долг перед императором. Долг самурая…

Внизу вражеский конвой и навстречу несутся огненные нити. Зенитки бьют по одинокому самолету, коршуном падающим с небес…

Воздушный поток врывается в кабину через разбитый фонарь. Как раз под самолетом крупный транспорт в окружении эсминцев. Скоро становится ясно, что это танкер. А танкер — это топливо для сотен самолетов и танков. И его истребитель — последнее оружие, которым он может попытаться задержать эти самолеты и танки…

Истребитель падает, но еще слушается управления. Ручку от себя и машина входит в отвесное пике. Воздух вокруг полыхает сотнями разрывов. Истребитель вздрагивает от прошивающих его осколков, но остановить его уже невозможно. Высота стремительно уменьшается и палуба танкера неотвратимо несется навстречу. Рядом проносятся десятки огненных трасс, от самолета отлетают куски обшивки, но палуба все ближе. Вот она встает, как огромная стена, заслоняющая все вокруг…

— Банзай!!!

Удар и миллионы острых игл впиваются в тело…

— Мамочка, мамочка, что с тобой, проснись!

Что такое? Все тихо, нет никаких разрывов снарядов, и он не в кабине своего "Рейзена", а в кровати, укрытый одеялом… Господи, какого "Рейзена"?!… Так значит, Аня…

— Мамочка, мамочка, проснись! Тебе что — плохо?

Ольга постепенно приходила в себя. Аня сидела на кровати над ней и тормошила ее обеими руками. Детские глазенки испуганно смотрели на мать.

— Мамочка, может позвать тетю Настю? Что с тобой?

— Анечка, что случилось? Что ты меня будишь?

— Ой, мамочка, как ты меня напугала. Ты так сильно кричала во сне, что я проснулась.

Тебе приснилось что — то страшное?

Ольга села на кровати и перевела дух. Ни разу ей еще не доводилось входить в параллель с чужим подсознанием во сне. Просто нужды в этом не было. А вот теперь пришлось…

И теперь она знает причину… Бедный ребенок, снова пережить т а к о е… Нет никаких сомнений, что Аня вспомнила, кем она была р а н ь ш е… Попала в аналогичную ситуацию, и вспомнила…

Возможно, пока она еще этого не осознает, но память о прошлой жизни — жизни неведомого летчика морской авиации японского флота, погибшего во время войны на Тихом океане, вернулась к ней. Вернулась вместе с его мастерством пилота и спасла ее и всех остальных, кто был на борту шаттла. Когда же это было? Взятие Филиппин американскими войсками? Ах, да… Февраль 1945 года… Кто же ты был, Сабуро — сан?..

— Прости, Анечка. Наверное, да… Приснилось что — то страшное. Как ты спала? Нормально?

— Тоже что — то снилось, но ты так кричала, что я проснулась.

— Прости, доченька. Все хорошо. Давай спать.

Аня снова прижалась к матери и закрыла глаза. Ольга положила ей руку на голову и погладила шелковистые черные волосы. Ребенок успокоился и затих. Как могла, она всеми силами пыталась внушить дочери, что у нее все хорошо. Чтобы э т о не настигало ее во сне…

Остаток ночи прошел тихо. Ужасы войны больше не снились. Очевидно, удалось таки что — то внушить Ане, чтобы ночные кошмары не донимали ее. Чтобы память о том последнем вылете не всплывала каждую ночь из глубин подсознания во всех подробностях.

Ольгу аж передернуло, когда она вспомнила, через что пришлось пройти ее дочери.

Когда она проснулась, было уже довольно поздно. В офис она с утра не пойдет, предупредила всех еще вчера. Надо разобраться с домашними проблемами. Рядом тихо спала дочь, разметавшись во сне. Лицо ребенка дышало спокойствием. Ольга тихонько встала, чтобы не разбудить ее. Спи, доченька. Этот ужас больше не повторится. Ты больше не самурай Сабуро — сан, офицер Императорского флота, отдавший жизнь во славу императора в этой жестокой войне. Ты маленькая девочка Аня, у которой впереди долгая и счастливая жизнь. И перед которой не должно стоять дилеммы — покинуть кабину сбитого самолета, или обрушить его на палубу вражеского судна. Это никогда не должно повториться…

Когда Ольга вышла из комнаты, Настя ждала ее с нетерпением. Она уже давно встала и не мешала им выспаться. Саша тоже старался не шуметь. Не смотря на свои шесть полновесных прожитых лет, он тоже понимал, что сделала для него сестренка и теперь был готов свернуть горы ради нее.

— Оля, что такое случилось? — Настя была сильно озабочена сложившейся ситуацией и не знала, что и думать. Ольга вчера сказала ей, что постарается войти в подсознание дочери во время сна и выяснить, что произошло. Пришлось это сделать в первую же ночь.

— Полностью всего не знаю, Настюша. Одно могу сказать точно. Аня — мой коллега.

Пилот — истребитель японского Императорского флота, погибший в феврале 1945 года во время войны на Тихом океане между Японией и США. Его самолет был сбит во время атаки на американский конвой в боях за Филиппины. Он был ранен и не стал пытаться покинуть обреченный самолет, падающий в океан, а направил его на танкер, идущий в составе конвоя. Очевидно, ситуация во время полета на шаттле была очень похожая, и это дало толчок к пробуждению памяти. Ведь Аня совершенно серьезно намеревалась совершить таран этого судна, так некстати оказавшегося внизу. Скорее всего, ей показалось, что она по прежнему находится в кабине своего подбитого "Рейзена"..

Ольга подробно рассказала события прошедшей ночи. Настя растерянно хлопала ресницами.

— Оля… Так это что же получается… Я недавно самурая по голой заднице отлупила?! А он теперь мне башку не отрубит, когда я спать буду?!

— Не бойся. Тогда Аня еще и понятия не имела, что она в прошлом — самурай, офицер Императорского флота. А теперь, думаю, и подавно бояться нечего. Ты обратила внимание, что она стала тише себя вести? Играет с Сашей вместе, но не шкодит. То, что сейчас свалилось на нее, выдержит не каждый. Думаю, она сейчас всеми силами пытается скрыть это от нас, вот и говорит, что не знает, как у нее все получилось. Она помнит во всех подробностях то, что произошло с ней четыре века назад. Мы с ней примерно из одного времени, с разницей в пару десятков лет. И она ценит то, что сейчас имеет. Наша задача — не травмировать ее психику и не давать повода подозревать, что мы все знаем. Она хочет остаться для нас маленькой девочкой. Такой же, какой была до этого злосчастного полета. Что же, это ее право. Если захочет — сама расскажет. Нет — значит нет. А сегодня вечером сделаем еще одну вещь. Посмотришь, тебе будет интересно. Только детям ни слова!

День прошел без происшествий. Саша и Аня наслаждались неожиданным отдыхом от школы и опять "поднимали крышу", но в пределах разумного и применение "репрессий" не требовалось. Во всяком случае, необратимых разрушений это не вызвало. Ольга и Настя внимательно наблюдали. Поведение Саши не претерпело изменений, но Аня вела себя совсем по другому. Она пыталась изображать из себя прежнюю шестилетнюю беззаботную девочку — "пацанку", но Ольга чувствовала игру. Ее дочь стала д р у г о й. К детской непосредственности добавилась недетская рассудительность и осторожность. Взвешивание каждого слова. Когда настал вечер, и надо было уже ложиться спать, Ольга снова постелила дочери в другой комнате. Удивления это у Ани не вызвало. Она сама понимала, что будит криком брата. Когда девочка уже собралась пожелать маме спокойной ночи и нырнуть в постель, Ольга неожиданно вошла в комнату с чашкой какого — то дымящегося напитка.

— Анечка, выпей. Это настой трав и он тебя успокоит. Ты будешь лучше спать.

Девочка недоверчиво понюхала напиток, источающий резкий запах трав, но выпила.

Через минуту она уже спала крепким сном. Ольга выглянула из комнаты и тихонько позвала Настю.

— Входи, Настюша. Сейчас будет момент истины…

Аня спокойно спала, растянувшись на кровати и не реагируя на окружающее. Травяной настой сделал свое дело. Ольга решила прибегнуть к тому же методу, с помощью которого ее бабушка узнала всю правду о ней. Девочке это ничем не повредит, но им с Настей достоверная информация необходима. И вот сейчас, приглушив свет до минимума, они сидели возле кровати, и Ольга пристально вглядывалась в лицо дочери, входя в контакт с ее подсознанием. Вскоре контакт был установлен, и она стала говорить ласковым голосом, чтобы сразу расположить к себе Аню. Ведь она — Рожденная нарушившей Запрет, а это значит, что возможны любые неожиданности.

— Доченька, как тебя зовут?

— Аня Миллер.

— Ты знаешь, кто я?

— Да. Ты моя мама.

— Анечка, как тебя звали раньше?

— Не понимаю.

— Раньше. До того, как ты стала Аней Миллер?

— Не понимаю.

Ольга удивилась. Проверенный веками способ давал сбой. Это было просто невероятно!

Неужели сила дочери настолько велика, что Ольга не может ее полностью контролировать?! Если это так, то недалеко до беды. Дочь, не успев толком выйти из транса, может натворить много бед, даже не осознавая этого! Надо срочно спасать ситуацию. Хорошо, что она предвидела нечто подобное и приготовилась. Достав заготовленную шпаргалку с заранее составленными автоматическим переводчиком фразами, она начала читать по — японски, стараясь, чтобы голос звучал наиболее доброжелательно.

— Вы среди друзей, Сабуро — сан. Вам нечего бояться. Сейчас Вы Аня Миллер и я Ваша мама. Доверьтесь мне. Я знаю, что Вы служили в Императорском флоте и отдали жизнь за императора, таранив своим самолетом вражеский корабль. Вы с честью исполнили свой долг самурая. Сейчас у Вас новая жизнь, Сабуро — сан. Поверьте, я хочу Вам только добра.

Неожиданно Аня заговорила на непонятном языке, и подругам показалось, что это японский. Ольга снова заглянула в шпаргалку, найдя заготовленную фразу.

— Извините, Сабуро — сан. Я не понимаю по-японски. Вы можете говорить по-русски, по-немецки, или по-английски?

— Да, мама, — неожиданно продолжила Аня на чистом русском языке.

— Анечка, ты хорошо помнишь, кем ты была раньше?

— Да.

— Ты поэтому и справилась с шаттлом во время полета, что вспомнила это?

— Да.

— А почему ты не хочешь говорить это мне и тете Насте?

— Я боюсь.

— Не бойся, Анечка. Я же твоя мама. Мы с тетей Настей тебя очень любим. Расскажи мне про себя, кем ты была раньше. Как твое прежнее имя?

— Сабуро Токугава. Капитан первого ранга Императорского флота. Командир истребительной авиагруппы морской авиации…

Ольга и Настя слушали, раскрыв глаза и навострив уши. Такого им слышать еще не приходилось. Аня поведала все о своей прежней жизни — жизни военного летчика, прошедшего горнило ужасной войны и погибшего незадолго до ее окончания. Когда Ольга стала задавать уточняющие вопросы, Аня начала проявлять беспокойство и Ольга поняла, что теряет над ней контроль. Неожиданно Аня открыла глаза и с удивлением уставилась на них, не понимая, что это мама и тетя Настя сидят возле ее кровати.

Глава 4

Оля, и что теперь делать будем? Может, Саша тоже — римский легионер? А я — королев-ский мушкетер из роты капитана Де — Тревиля? Или гвардеец господина кардинала?

С тобой — то все ясно, Ваше благородие, господин лейтенант…

Успокоив Аню, что все нормально, и они с тетей Настей просто хотели подежурить возле нее, подруги оставили девочку в покое и удалились в свою спальню. Хотя Ольга чувствовала, что дочь им не поверила и что — то заподозрила. И вот теперь они снова держали военный совет.

— Будем жить, как жили, Настюша. Может быть, Саша и есть римский легионер. А может фрейлина петербургского двора. И ты вполне можешь быть гвардейцем господина кардинала… Этого не знает никто. Я — совсем другой случай. Это наша жизнь, и какой она будет, зависит от нас. То, что произошло с Аней — чистая случайность. События, произошедшие четыре века назад, с большой точностью повторились с ней сейчас, это и всколыхнуло глубины памяти, выплеснув на поверхность то, что было надежно скрыто. И теперь Аня знает и умеет все, что знал и умел когда — то самурай Токугава… Знает, что когда — то она была этим самураем, офицером Императорского флота. Хотя, в то же время, осознает, что все это в прошлом. И сейчас она — шестилетняя девочка.

— Поразительно… Оля, у меня голова кругом идет. Совсем еще недавно все было так просто и понятно… А ты можешь также узнать про меня и про Сашу?

— В принципе, могу, но лучше этого не делать. Недаром память скрывает это от нас, возможны нежелательные негативные моменты, если пытаться ее взломать. Анин случай гораздо проще. Она сама вспомнила, кем была раньше, и я просто вошла в контакт с ее подсознанием в состоянии транса, ничего не "взламывая", если можно так выразиться. Это совершенно безопасно. Также могу войти в контакт с тобой и с Сашей, но узнаю только то, что вы знаете сейчас. Память о прошлой жизни так не раскроешь. Повторяю, Настюша, с этим лучше не шутить.

— Ладно, не будем лезть туда, куда простым смертным лезть не положено. А как Аня воспримет такое резкое изменение своего статуса?

— Какое изменение? Она считает, что мы ничего не знаем, и по прежнему считаем ее маленькой девочкой. А остальные и подавно не знают. Саше она тем более ничего не сказала. Он для нее — ребенок. Поэтому сейчас она будет всеми силами поддерживать свое инкогнито. Так же, как я пыталась сделать когда-то, пока бабушка меня не расколола. Вот и не будем разубеждать ее в этом. Пусть считает, что мы ничего не знаем. Ну, а в отношении всего остального… Думаю, это ей только поможет. Все знания и жизненный опыт, накопленные раньше, она легко сможет применить сейчас. Со мной было то же самое. Когда я впервые открыла глаза, выйдя из состояния клинической смерти, я тоже была сильно удивлена и ничего не понимала. А когда поняла, что я больше не лейтенант Николай Верещагин, а пятнадцатилетняя хулиганка Оля Шереметьева и нас разделяет четыреста лет, голова кругом пошла. Мне было сложнее еще и потому, что я оказалась в теле этой самой Оли Шереметьевой в м е с т о нее. И не знала абсолютно ничего о пятнадцати годах ее жизни. Поэтому моя бабушка насторожилась и, в конечном итоге, вывела меня на чистую воду именно таким же способом. Спасибо ей, что кроме дедушки она никому ничего не сказала, и они сохранили мою тайну. Ты первая, кто узнал об этом. И я сразу же, стараясь адаптироваться к новой жизни, стала осторожно применять свои прежние знания и это у меня получалось! В школе никто ничего не заметил. Просто подумали, что непутевая девчонка в пятнадцать лет наконец — то взялась за ум. Анечке проще — ей всего шесть и этот период "взросления" пройдет у нее более сглажено. А мы будем делать вид, что все принимаем за чистую монету и радуемся ее успехам. Хотя, тут есть и один печальный момент. Можно сказать, что ее детство закончилось…

На следующее утро, не откладывая дело в долгий ящик, Ольга отправилась в центральный комиссариат полиции разузнать подробности этого дела. Она была уверена, что старина Гюнтер, повязанный по рукам и ногам и обреченный на вечную дружбу с ней, не откажет и выдаст что — нибудь из разряда "для служебного пользования". Подругу Эльзу решила к делу пока не подключать. Это уже тяжелая артиллерия и ей надо пользоваться крайне осмотрительно и в самом крайнем случае. Гюнтер был на месте и обрадовался, увидев Ольгу. Все-таки, каким бы прохиндеем он не был, а прекрасно понимал, кому обязан своей счастливой и обеспеченной жизнью.

— Здравствуй, Оленька! Рад тебя видеть! И что привело тебя в нашу забегаловку?

— Здравствуй, мой дорогой Гюнтер! Что же ты так нелестно отзываешься о вашем храме защиты порядка и справедливости?

— Оля, ты шутишь? Какой храм? А я тут, стало быть, верховный жрец?

— А разве нет?

— Оленька, ты мне льстишь. Но все равно приятно. Ладно, давай перейдем к делу. Кофе, коньяк, шампанское? Или твой любимый "Мартини"?

— Нет, Гюнтер, только кофе. Я за рулем.

— Все, сейчас будет.

Гюнтер куда — то позвонил и вскоре стол был накрыт разными вкусностями. У Ольги аж слюнки побежали. Что и говорить, в этом у старины Гюнтера был настоящий талант.

— Гюнтер, как ты можешь так поступать?! Ведь я не удержусь! Ты создаешь потенциальную угрозу моей фигуре!

— Оленька, не волнуйся, здесь ничего опасного для тебя нет. Да тебе это и не грозит. Ведь ты у нас, как греческая богиня, сошедшая с небес на грешную землю.

— Ох, льстец и врун! Похлеще меня… А все равно приятно! Ладно, Гюнтер, я к тебе по делу. Что интересного удалось узнать по факту аварии шаттла?

— Кое — что удалось. Хотя следствие, похоже, будет очень долгим. Уж очень много непонятных моментов. И самое главное — непонятен мотив. Если исключить версию о действиях какого — то помешанного маньяка, задумавшего угробить пассажирский шаттл, то совершенно непонятно, кому и зачем это было нужно. На сегодняшний день точно установлено, что оба пилота были отравлены ядом растительного происхождения. Алкаллоид местного ядовитого гриба с труднопроизносимым латинским названием. В народе его называют болотная поганка. Яд действует довольно медленно и вызывает длительное помутнение сознания. Вкуса и запаха не имеет, при больших дозах может привести к летальному исходу. Пока неизвестно, где же именно им подсунули этот яд, так как они перекусывали перед полетом в нескольких местах. А уж на самоубийц оба никак не похожи.

Что касается технической стороны, однозначно — диверсия. Кто — то влез в программу бортового компьютера, загрузив вирус, вызвавший массовый отказ электроники. То же самое проделали и с двигателями, нарушив энергетические цепи. Просто удивительно, как один двигатель все же продолжал работать, хоть и с перебоями. Точно, кто — то из тех, кто был на борту, в рубашке родился. И уж совсем невероятно, как твоя девочка смогла посадить шаттл. В это все отказывались верить, но против фактов, как говорится, не попрешь.

— А удалось выяснить, кто именно это сделал?

— Пока нет. Видели, что возле шаттла крутился какой — то тип в униформе технической службы, но ведь там полно народу. Вполне могли принять за какого — то новенького, только что принятого на работу. Больше этого типа никто не видел. На нескольких видеокамерах он все же засветился, но это мало что дает. Он вполне мог быть в гриме.

— А внутри шаттла он нигде не наследил? Ведь те, кто это подстроил, были уверены, что шаттл упадет в океан, и все концы в воду?

— Ищем, но пока ничего не нашли. Да и это, скорее всего, рядовой исполнитель, не знающий ничего конкретного, и работающий за деньги.

— А не могли перепутать? Вдруг этот шаттл должен был совершать совсем другой рейс и в последний момент сделали замену?

— Нет. Именно он на этот рейс и планировался. Поэтому совершенно непонятно, кому и зачем пришла в голову такая дикость. Я бы еще мог понять, если бы на борту были какие то крупные шишки, которые кому — то сильно мешали. Но дети…

Пообщавшись с Лехманом больше часа, Ольга ничего важного больше не узнала. Скорее всего, дело обернется очередным "висяком". Ведь совершенно неясен мотив преступления и непонятно, кому же это выгодно. Таинственный вымогатель пока угомонился и больше не напоминает о себе. Видать, не ожидал такого сокрушительного провала возле Сахары и теперь обдумывает следующие действия. Зверь, правда, не совсем спокоен, хотя близкой опасности и не чувствует. Ладно, будем решать проблемы по мере их возникновения. Сейчас надо съездить в офис, разобрать текучку. Может, какие новости появятся.

А вечером у них по плану очередной "ужин при свечах" с Верочкой. Прошлый сорвался из — за того, что пришлось накануне срочно вылететь на помощь "Аргонавту". Верочка там уже извелась. Надо же, как они с Настей ее на "это" подсадили! Ждет, не дождется очередной "встречи". Сильва хренова… Но такие "сильвы" тоже нужны. Пусть исправно стучит своим шефам, что Хризантема с головой ушла в криминальный бизнес и дела Федерации ее интересуют, как прошлогодний снег. От честного и порядочного офицера флота Ольги Шереметьевой не осталось ничего. Появился хитрый, расчетливый, безжалостный, умный и очень удачливый контрабандист "генерал Миллер", прикрытый блестящей позолотой бизнес — леди. Это прозвище прочно прилипло к Ольге после известных событий шестилетней давности, когда она перебила в одиночку банду террористов, захвативших пассажирский лайнер и предотвратила его взрыв. И теперь иначе, как "генерал Миллер", в определенных кругах ее и не называют. Следовательно, с точки зрения шефов Сильвы, Хризантема никакой опасности для интересов Федерации больше не представляет и если, не дай бог, возникнут какие — то случайные коллизии, то это можно решить старым и проверенным способом — за деньги. А если за деньги нельзя, то за большие деньги.

Просто, надежно и эффективно. Это с нищими идеалистами — такими, как Ольга Шереметьва, невозможно поладить. Им терять нечего и они не продаются. А вот с Ольгой Миллер очень даже можно… Так примерно там и думают. Ну и пускай думают. А мы, с помощью Верочки — Сильвы, будем этому всячески способствовать. Правду сказал кто — то из великих, что если знаешь, где стоит капкан, значит, никогда не попадешь в него…

Подъехав к офису, Ольга припарковала машину и сразу отправилась к своему менеджеру по общим вопросам. Сильва сидела в своем кабинете, обложившись бумагами, и делала вид, что занята делом. Отношение сотрудников фирмы к ней было доброжелательно — ироничное. Хоть об этом прямо и не говорилось, но все ясно понимали причину ее появления в "Экспресс щиппинг". Все знают о пристрастиях и вкусах хозяйки, которая и не скрывает, что любит женщин. Вот и взяла в офис прелестную любвеобильную куколку, чтобы всегда была под рукой.

— Верочка, доброе утро! Как вы тут без меня? — Ольга оторвала девушку от "дел".

— Ой, доброе утро, мадам! А я не видела, как Вы подъехали. У нас тут все тихо, но все поражены тем, что случилось с шаттлом, где были Ваши дети. Какое счастье, что все обошлось. Мы думали сразу сообщить, но Ваша сестра запретила. Не хотела беспокоить.

— Ничего, Макс мне еще перед посадкой все рассказал. Хороший парень, но врать совершенно не умеет. Ума не приложу, что же могло случиться. Такая надежная машина…

Ладно. Хорошо, что все хорошо закончилось. Пусть теперь полиция голову ломает.

Верочка, мы за тобой очень соскучились! Ждем тебя сегодня в гости!

Голос Ольги звучал очень игриво, и она с улыбкой обняла и поцеловала девушку. Когда они были одни, то позволяли себе такие нежности, хотя и слишком далеко не заходили.

Вера растаяла в руках Ольги и подалась ей навстречу. Нежно проведя рукой по волосам девушки и мягко скользнув ладонью по спине, слегка прижала к себе, коснувшись ее груди своей. Вера закрыла глаза и задрожала. Ольга прекрасно знала, к а к надо себя вести и ч т о надо делать. Зверь тоже откликнулся на призыв своей хозяйки и чувства обострились до предела. Сердце Сильвы учащенно бьется, и желание выплескивается через край.

Она не играет, ей э т о действительно нравится. Запах истомленной желанием женщины затмевает все остальные запахи. Ну, что же, моя дорогая Сильва, тем лучше. Сегодня ты опять придешь к н а м… Ты снова будешь выполнять свое задание, как агент…

И ты сама прекрасно понимаешь, как тебе сказочно повезло… Твое задание совпадает с твоими желаниями и ты в который раз поблагодаришь судьбу, что тебе приходится ложиться в постель ради дела не с каким — нибудь мерзавцем, не отличающим тебя от проститутки, а с двумя прекрасными женщинами, возносящими тебя на недосягаемые вершины блаженства, которых ты никогда не знала прежде. Все твои предыдущие подружки не шли ни в какое сравнение и никогда еще так ярко небо не сверкало алмазами над твоей головой… Эти две прекрасные женщины, как две райские гурии, открывают перед тобой двери в удивительнейший мир чувственных наслаждений, какие тебе никогда еще не доводилось испытывать раньше… И они снова ждут тебя… Сегодня…

Ольга продолжала нежно целовать и ласкать девушку. Она чувствовала кончиками своих пальцев молодое горячее тело, отделенное от нее только тоненькой тканью платья. Вера была уже полностью в ее власти и, если бы Ольга захотела, то… Но она никогда не переходила границу, когда они были вдвоем и на службе. Только дома и только вместе с Настей… Райские гурии не могут друг без друга…

Зверь довольно мурлычет, чувствуя запах зовущего и разгоряченного тела самки… Нет, кися, подожди до вечера. Вечером опять устроим для всех небо в алмазах. И для тебя тоже… Ведь куда я, туда и ты…

— Верочка, извини, но мне надо идти… Куча неотложных дел. Ждем тебя сегодня с нетерпением. Настя тоже очень соскучилась.

— О-о-х… А как я соскучилась…

Еще раз нежно поцеловав девушку в пухлые сочные губы, Ольга повернулась и пошла к выходу из кабинета, оставив ее на взводе. Как она дотерпит до вечера… Да и будет ли терпеть… Ольга улыбнулась.

— Вот так, кися. Мы с тобой не только воевать умеем. Чтобы победить врага, не обязательно его убивать. Можно сделать так, что он будет зависеть от тебя и сам радоваться встрече с тобой. Что мы в данный момент и имеем. У нашего тайного агента Сильвы трусики уже мокрые… Впрочем, и у меня тоже…

Выйдя от Верочки, Ольга направилась в свой кабинет. За время ее отсутствия накопилось довольно много информации, но ничего экстраординарного не было. За исключением последнего сообщения, пришедшего сегодня утром. Опять проявился неизвестный вымогатель, который в вежливой форме требовал миллион, иначе Ольгу ожидают крупные неприятности. Значит, разобрался с тем, что случилось возле Сахары и что — то опять задумал. Быстро, ничего не скажешь… Ладно, поступим, как и раньше. Просто проигнорируем. Генерал Миллер не реагирует на подобное тявканье из кустов. Он выше этого. А если тявканье переходит в попытку укусить, то молча рвет противника на куски.

Посмотрим, что последует за этим. Неожиданно Ольгу посетила мысль — а вдруг нападение на "Аргонавт" и авария шаттла связаны между собой? Уж очень согласованы они по времени и нападавшие не могли не знать, что встретят серьезное сопротивление. Стычки флота "генерала Миллер" с разномастной шпаной, промышляющей разбоем в космосе, уже давно стали притчей во языцех и еще не было ни одного случая, когда налетчикам удалось бы одержать победу. А это значит, что вероятность успеха довольно призрачная и это нападение имеет совсем другую цель. Не захватить "Аргонавт", а выманить в дальний космос хозяйку "Экспресс шиппинг"? Чтобы она была подальше от Швейцарии и не могла влиять на события? А что, очень даже может быть… Тот, кто это задумал, должен очень хорошо знать Ольгу Миллер. Все ее привычки и стиль поведения. Ведь она не усидит в офисе, если на кокой — то из ее кораблей совершено нападение и обязательно постарается быть в центре событий… Если эти предпосылки верны, то получается, что основной целью этой сложнейшей и дорогостоящей операции была… ликвидация ее дочери Ани. И в какой — то степени — племянника Саши… Так как больше на борту злополучного шаттла никого не было, кто хоть как — то связан с ней. Причем, представить все, как несчастный случай… Но ведь это полнейший бред! Кому могли помешать дети?! Если только… Если только это не намерение сделать "бяку" Ольге. Соединить два дела в одно…

Но кому она могла перейти дорогу? К о н т о р е? Маловероятно. Там уже давно поняли, что с Хризантемы никакого толку не будет и пытаться взять ее под контроль чревато. Можно и головы лишиться. Вот и подослали эту Сильву, чтобы следить за каждым ее шагом. Да и подобные методы не в духе конторы. Что можно получить, убив ребенка потенциального агента? Такого, как Ольга? Только бесконечную войну до полного истребления одной из воюющих сторон, и там этого не могут не понимать. Такого не прощают. Значит, контора не причем. Мафия? Тем более маловероятно. После разгрома криминальной империи Ромы Поланского у нее с мафией мир. Остальные крестные отцы поняли, что с подобным противником шутки плохи. А поскольку ее интересы никак не затрагивают их интересы, и Ольга не пытается сломать существующий порядок вещей, нагло влезая в чужой "бизнес", то и пусть крутится дальше, как хочет. Значит, и мафия не причем. Мелкая уголовная шпана, которую Ольга давит, как тараканов, если они только попытаются сунуть свой нос, куда не следует? Им организовать такое просто не под силу. Не те финансовые возможности. Но тогда же кто?! Пожалуй, придется все — таки нанести визит Эльзе.

Посидим, поболтаем о своем, о женском… Но это — завтра. А на сегодня по плану — "ужин при свечах"! Надо очередную порцию "дезы" в контору заслать, порадовать Мишутку. Большие подозрения, что именно он занимается ее делом. Ведь никто в конторе не знает Ведьму — Хризантему лучше, чем он. Знает с тех времен, когда она не была еще ни Ведьмой с "Летающей ведьмы", ни Хризантемой. И он оказался дальновиднее всех, когда доказывал, что из Ведьмы Хризантемы не получится. Но агента под прикрытием, работавшего с объектом вербовки долгое время бок о бок, не послушали. Кабинетные стратеги всегда считают себя умнее. И теперь, господа, вы имеете то, что имеете. И благодарите бога, что у Хризантемы добродушный характер. Она убивает только в случае нападения на нее, или ее близких. Иначе очень многие, носящие погоны с большими звездами в вашем гадюшнике, скончались бы от неизвестной причины. Это целиком ваша вина, что Ведьма — Хризантема из обычной ведьмы превратилась в ведьму, нарушившую Запрет…

День прошел в разгребании накопившейся текучки. Неотложных дел не было, все шло в штатном режиме и аппаратура кодированной связи молчала. Это значит, что на судах "Экспресс шиппинг" все спокойно и больше никто не пытается поставить генерала Миллер в стойло. Видать, ребятки не ожидали такого разгрома и теперь десять раз подумают, стоит ли и дальше действовать так нагло. Подождем, что господин "некто" теперь придумает… На всякий случай, позвонила Лехману, но комиссар ничем новым порадовать не смог. Дело обещало стать классическим "висяком" — непонятен мотив. А свою версию Ольга решила пока не озвучивать. В криминальной полиции очень много лишних ушей. Лучше обсудить этот вопрос с Эльзой. Она с в о я, все прекрасно понимает, да и возможностей у нее побольше. С недавних пор Эльза Кумметц — уже не заместитель, а начальник государственной тайной полиции. Ольга усмехнулась. Надо же, какие выкрутасы бывают в жизни. Главный жандарм государства и матерый контрабандист "генерал Миллер" — закадычные подруги. Обо всех художествах Ольги Эльза прекрасно знает. Но, поскольку подруга свято соблюдает принцип "Не пакости, где живешь", формально имеет право закрывать на это глаза. Ведь она, в конце концов, не таможня. Да и таможня прицепиться не может — местных законов Швейцарской республики Ольга не нарушает и исправно платит налоги. А то, что на других планетах и в космосе иногда случается… Так ведь это под местную юрисдикцию не попадает… Да и вообще, не пойман — не вор! Ей богу, наговаривают на честную женщину!

Рабочий день в офисе закончился, и сотрудники стали расходиться по домам. Ничего экстраординарного не случилось, ну и ладно. Проверив еще раз электронную почту, Ольга покинула свой кабинет и направилась к машине. Верочка уже уехала, сейчас пообчистит перышки и скоро предстанет перед райскими гуриями во всей красе. Ну, что же, милости просим, дорогая… Сильва! Сегодня ты опять выведаешь у своего босса, за которым шпионишь, кое — что интересное и завтра же сможешь доложить, куда следует. Информация прекрасная и точная — Хризантема окончательно и бесповоротно превратилась в генерала Миллер, погрязнув в своих контрабандных делах, и больше ее ничего не интересует. Она живет, как хочет, и другим не мешает. Ну, а сегодня… Ух, что будет сегодня!!!

Спускаясь по лестнице, Ольга ощутила беспокойство. Зверь почувствовал опасность, и чем ближе она подходила к входной двери, ощущение усиливалось. Несомненно, ее ждут.

Либо снайпер, либо какая — то гадость с машиной. Хотя, с машиной вряд — ли. Парковочная площадка перед офисом находится под неусыпным наблюдением охраны и если бы возле машин сотрудников, или посетителей кто — то крутился, охрана сразу бы заинтересовалась. Остается снайпер. Выйти через черный ход? Нет смысла. Если начали охоту на нее, то все равно постараются достать в другом месте. Уж лучше проясним ситуацию…

Активировав чувства зверя до предела, Ольга с беззаботным видом вышла на улицу и направилась к машине. Вокруг огромное количество посторонних запахов и звуков, но только от этих двух молодых парней, сидящих на аэробайке и тронувшихся с места при ее появлении, исходит запах запредельного напряжения. Это не страх в простом понимании.

Это ощущение зажатой до предела пружины, которой достаточно малейшего толчка, чтобы она выпрямилась, сметая все вокруг на своем пути. Видать, мальчики не желторотые любители, задумавшие срубить деньжат. На головах надеты шлемы и лиц не видно…

Аэробайк медленно двигается, сокращая дистанцию. Двадцать, пятнадцать, десять метров… Ольга остановилась возле машины и стала делать вид, что роется в сумочке в поис-ках ключей… Пять метров… Рука того, что сидит сзади на пассажирском сиденье, ныряет под куртку и извлекает пистолет с глушителем. Мгновения растягиваются и хорошо видно, как рука, не останавливаясь, разворачивает ствол в сторону Ольги. Но мозг не успевает подать команду. "Взгляд змеи" парализует обоих. Тот, который сидит за рулем, теряет управление и аэробайк падает. Скорость очень мала. Два неподвижных тела распростерлись на проезжей части. Сзади тормозит автомобиль, чтобы не наехать на опрокинувшийся аэробайк с его пассажирами. Теперь можно быстро вызвать охрану и уволочь обоих субчиков в офис. Так сказать, для оказания медицинской помощи. И вытряхнуть из них все, что знают. А хоть что то они обязательно знают… Ольга достала коммуникатор, чтобы позвать охрану. Благо, офис совсем рядом. Но почему ощущение опасности не проходит? Знакомое уже ощущение спрессовывания воздуха и расходящихся во все стороны колебаний. Что — то приближается довольно быстро. Мгновенно определяется направление, траектория полета и зверь сам берет контроль над человеческим телом, бросая его под прикрытие за стоящий автомобиль…

Едва Ольга успела спрятаться за корпусом машины, через то место, где она только что стояла, пролетела пуля, ударившая в стену здания. Вслед за этим раздались два глухих удара. Выглянув из — за машины и прикинув траекторию полета пули поняла, что ловить снайпера бесполезно. Стрельба идет, похоже, с крыши здания, отстоящего не менее, чем на полторы тысячи метров. Пока охрана туда доберется, его и след простынет. Значит, мистер "некто" опять заявил о себе. Ольга вызвала охрану, сообщив о покушении. Дежурная группа появилась мгновенно, прикрыв Ольгу и уведя ее в здание. Хотя она чувствовала, что это лишнее. Снайпер уже покинул позицию и сматывается, пока его не поймали. Охрана осмотрела место происшествия и вызвала полицию. На немой вопрос Ольги — "Зачем?", ведь теперь не потрясешь эту сладкую парочку, один из охранников ответил:

— Оба выстрелом в голову, мадам. Как раз в середину шлема. Лучше Вам не смотреть…

Вот так дела… Мистер "некто" подстраховывается и сразу убирает исполнителей… Только непонятно, должны ли были убрать их сразу в любом случае после выполнения акции, или только если облажаются, чтобы не попали в руки полиции и не наболтали лишнего.

Как бы то ни было, они уже ничего не расскажут. Жаль… И какой — то неправильный вымогатель получается. Утром требует деньги, а в конце рабочего дня подсылает киллеров, даже не дождавшись ответа. А вдруг бы Ольга согласилась и заплатила? Совершенно нелогично… Правда, тут возможен вариант, что вымогатель и киллеры не связаны между собой. Что это подсуетился кто — то еще, кому она по незнанию перешла дорогу. Но кто?! В любом случае, надо ждать полицию. И что за день? Одни неприятности…

Позвонив Лехману и обрисовав ситуацию, Ольга попросила приехать его лично, чтобы ускорить формальности. Ей вовсе не улыбалась перспектива проторчать до позднего вечера в полицейском участке, вновь и вновь рассказывая, как было дело. Ведь теперь она опять главный с в и д е т е л ь и следователь будет стараться вытащить на свет божий все детали происшествия. Хотя, какие тут детали. Все детали остались лежать на асфальте, а одна застряла в стене здания. Ну, может быть, найдут винтовку на крыше, откуда стреляли. И все. Никто больше ничего не видел и не знает. Не в первый раз…

Лехман заверил, что сейчас же выезжает и лично возглавит расследование. А то еще приедет какой — нибудь слишком дотошный инспектор. Уж они — то с Ольгой вдвоем всегда разберутся, и нечего впутывать сюда посторонних. После этого пришлось "обрадовать" Настю. Скрывать такое глупо и недопустимо. Впрочем, для Насти это уже не было неожиданностью. Она привыкла, что ее любимая подруга не может жить без приключений и совершенно не удивилась, когда услышала:

— Настюша, привет! Это я. Мы, похоже, опять вышли на тропу войны. В меня только что стреляли…

Хорошо, что хоть дома все было, как обычно. Ольга все — таки порядком задержалась, разбираясь с полицией. Верочка была уже здесь и они вдвоем с Настей с тревогой ждали известий. И едва Ольга переступила порог дома, тут же накинулись с расспросами. Надо было сразу всех успокоить.

— Ничего, девочки, все нормально! Очевидно, какой — то псих стрелял, но не попал. Пускай теперь полиция его ловит, ей за это деньги платят! А мы сегодня не будем о грустном!

Настенька, Верочка, я за вами очень соскучилась!

Обстановку удалось разрядить, но Ольга понимала, что Настю не обманешь. Уж кто — кто, а она прекрасно разбиралась в ситуации, в какой они оказались с самого первого момента их появления на Швейцарии. Однако, с другой стороны, она уже привыкла и была почти уверена, что с Ольгой в принципе ничего не может случиться. Ведьма, нарушившая Запрет, попирает все законы вероятности и всегда выходит сухой из воды. На то она и ведьма. И поэтому самое лучшее — не мешать Ольге. Она знает, что делает. И с такой подругой она, как за каменной стеной! Поэтому, они поговорят подробнее позже, когда Верочка — Сильва убежит завтра утром докладывать начальству о произошедших событиях. Вот будет номер, если там всполошатся и предпримут меры по защите Хризантемы от неизвестного противника! Лишь бы только она не подумала, что это опять происки конторы и не начала против них ответные действия. А что, очень даже может быть! Давай, Мишутка, расстарайся! На то ты и генерал госбезопасности. А пока — все проблемы в сторону!

— Оленька, как ты долго! Мы с Верой уже переволновались! Правда, ничего страшного?

— Девчонки, никаких проблем!!! Все проблемы оставляем за бортом! Бак пробит, хвост горит, но машина летит! На честном слове, и на одном крыле! Детишки уже спят?

— Недавно уснули. Хоть я им ничего и не сказала, но Анечка, похоже, что — то чувствует.

Все спрашивала, что с мамой. Насилу успокоили.

— Ну, и слава богу! Не надо им об этом знать… Девчонки, как я вас люблю! Как хорошо, что вы у меня есть!

Нежные объятия и поцелуи, пьянящий аромат духов… Сначала за стол с зажженными свечами. Звон бокалов изысканного вина, раздающийся, как музыка в комнате… Возбуждающий запах афродизиаков, плывущий в воздухе… Две райские гурии уже готовы и ждут свою подругу у врат, открывающих вход в удивительный мир… Комната с изысканно сервированным столом сменяется на полутемную спальню с огромным ложем любви, на котором райские гурии окружают Веру такой лаской и нежностью, что она просто тает, возносясь к вершинам блаженства… Но Вера тоже хочет подарить райским гуриям хотя бы малую толику того, что они дают ей, и они с радостью принимают это…

Великое таинство любви совершается здесь и никому не дано право осуждать их…

Это касается только их и никого больше…

Глава 5

На следующее утро пришлось подняться рано, чтобы собрать детей в школу. Веру оставили досыпать, ей торопиться некуда. Успеет еще настучать своим шефам. Саша и Аня, расправившись с завтраком, ждали школьный автобус. Саша вел себя, как обычно, а Аня бросала на маму и тетю Настю хитрые взгляды. Она уже расспросила Ольгу, что вчера случилось и Ольга, как могла, постаралась успокоить дочь. Но Ане этого было мало.

Наконец, дочурка не выдержала.

— Мама, а тетя Вера еще спит? Что же она с нами не села завтракать?

Вопрос был явно с подтекстом и хитрющие глазенки дочери не оставляли в этом сомнений. Ольга смутилась… Ну, Сабуро — сан!!! Задрать бы Вам юбчонку, да дать ремня хорошенько! Но… Не за что… Самый невинный детский вопрос, ни до чего не прице — пишься! Ай, да Сабуро — сан… Все прекрасно понимает… И придется теперь все это вытворять у дочери на глазах, а она ведь не дура…Или не дурак? Ладно… Куда же теперь деваться. Не разрушать же налаженный канал информации, а то Сильва что — нибудь заподозрит. Да если они и перенесут свои встречи в другое место, это ничего не даст.

Дочь уже все знает и с ее богатейшим предыдущим опытом (представляю, с каким!!!) это не является для нее чем — то из ряда вон… Получается, что также прекрасно знает и об их с Настей отношениях…Ладно!!! В конце концов, это жизнь…Саша пока еще ничего не понимает, а Вы, Сабуро — сан, не забывайте, что сейчас Вы не капитан первого ранга Императорского флота, а шестилетняя девочка Аня со всеми вытекающими из этого правами и обязанностями. И в случае чего рискуете схлопотать по голой попке от своей мамочки, если будете плохо себя вести, как не раз уже бывало… Да в том то и дело, что теперь Вы хулиганить не будете. Знаете, чем это грозит. Уж чему, а дисциплине Вас, старшего офицера Императорского флота, потомка древнего самурайского рода Токугава, учить не надо. Вас выдрессировали так, что и мне не снилось… А это значит, что так и будете дальше подкалывать свою мамочку невинными детскими вопросами — по Вашей хитрющей улыбающейся физиономии видно. И никогда не перейдете грань, за которой Ваша мамочка будет иметь полное моральное право взять ремень и наставить Вас на путь истинный. Ну, ничего! Когда — нибудь, да попадетесь!!! И уж тогда я Вам напомню, что сейчас Вы не Сабуро Токугава, а Анечка Миллер!!!

— Анечка, тетя Вера очень устала, ей надо отдохнуть. Она встанет попозже.

Анечка, казалось, удовольствовалась этим ответом и переключилась с Сашей на обсуждение школьных проблем. Прозвучал сигнал школьного автобуса и дети, подхватив кейсы, выскочили на улицу. Ольга с Настей проводили их. Когда они вернулись в дом, Настя растерянно спросила:

— Оля, так что же получается? Анечка все знает? И что делать будем?

Ольга только вздохнула. Ситуация была совершенно неординарная и подруги не были к этому готовы. Ох, детки, детки…

— Уверена, Настюша, что в с е знает… А что конкретно не знает — о том догадывается… Уж я читала, что вытворяли господа самураи с дамами… Думаю, Анечка тоже давала жизни в бытность офицером флота… Ведь на Востоке секс возведен в ранг искусства, а не греха, как в христианском мире, так что все это для нее знакомо и не является из ряда вон выходящим. Единственно, о чем она знать не может — з а ч е м мы приглашаем к себе эту тетю Веру… Чтоб ей пусто было… Ну и пусть не знает. Пусть считает, что маме с тетей Настей уже не хватает друг друга, вот они и завели третью подружку в своей постели… Неудобно, конечно, перед ребенком… Мама с тетей — сестрички лесбиянки…Но самурай Сабуро — сан поймет и не осудит. У них, в Японии, такие вещи вытворялись, что нам, с нашей христианской ханжеской моралью, и не снилось. Слава богу, что хоть сейчас с этим стало попроще. А в то мое время, четыре века назад, об этом и заикнуться было бы нельзя… Так что живем, как жили! Ничего не изменилось. Считаем, что мы ничего не знаем, и Аня ничего не знает. Она девочка умная и языком болтать не будет. К тому же, не забывай, что теперь для нее честь самурая — превыше всего. Хоть она уже и не самурай… И она не сделает ничего, что могло бы бросить тень на ее семью…

— А сейчас что? Пойдем эту куклу будить? Ей, вроде бы, на работу пора.

— Пойдем. Только на работу нам еще рано. В конторе и без нас управятся, а если что срочное, то связь есть, найдут. А мы давай еще разик покажем ей небо в алмазах. По утру оно тоже неплохо. А потом пусть бежит докладывать своему начальству последние новости!

Не знаю, какой у нее канал связи, но ясно, что информация идет сплошным потоком и т а м ей очень довольны. Иначе, тут бы уже появилась какая — нибудь Кармен вместо Сильвы…

После завершения утреннего "показа неба в алмазах" Вера, придя в себя, упорхнула. Якобы в офис. Совершенно ясно, что по дороге она куда — то завернет и информация о вчерашнем происшествии уйдет по назначению. Молодчина, Сильва! Так держать!

Ольга же, приведя себя в соответствующий статусу вид, направилась в офис, предварительно переговорив по телефону с Эльзой и договорившись о встрече после рабочего дня.

Светиться лишний раз у нее на службе тоже не надо. Ситуация пока не критическая и до вечера потерпит. Настю и детей охраняют, она побеспокоилась об этом сразу по прилету, а ей самой никакая охрана не нужна. Если кто — то захочет на нее напасть, это будут его личные и очень большие проблемы. А пока можно для очистки совести заехать к Лехману. Она, все — таки, с в и д е т е л ь! И что — то неспокойно на душе. Ощущение беды, ходящей рядом. И непонятны взгляды Ани, которые она украдкой бросает на мать. Это не простое осознание ее постельных приключений. Здесь что — то другое. Как будто, девочка хочет спросить что — то очень важное, но не решается. Ладно, поговорим вечером…

Лехман был на месте и не удивился, увидев Ольгу. Он прекрасно знал, что она не будет стоять в стороне от расследования и примет в нем самое активное участие, стараясь докопаться до истины. После взаимных приветствий сразу перешли к делу.

— В общем, так, Оля. Что имеем на сегодняшний день. Те двое, которые собирались стрелять в тебя, уже опознаны. Местные бандюки. Давно были на примете, но взять не удавалось. Адвокаты все время вытягивали. А вот теперь допрыгались. Потрясли их дружков, но узнали очень мало. По крайней мере, из того, что мы нарыли, можно сделать вывод, что это заказ со стороны. Никому из местных ты дорогу не переходила. Так что думай, где ты могла наследить. Также создалось впечатление, что тот, кто разрабатывал операцию, особо и не рассчитывал на успех этой парочки. Ничем подобным они раньше не занимались, промышляя рэкетом и грабежами. Видать, им хорошо заплатили, раз они решили сменить "специализацию". И возможно, что их задача была только в отвлечении внимания. Многие уже знают о твоей способности выходить сухой из воды и выживать, в казалось бы, безвыходных ситуациях. На этом и строился рассчет. Твое внимание будет отвлечено на этих громил и снайпер спокойно выполнит свою работу, а затем заодно и уберет ненужных свидетелей. Как видишь, у них все не получилось за малым. Оля, не знаю, как ты это делаешь, но мне ты можешь не рассказывать сказки. Мы знаем друг друга много лет. И я знаю, что простой человек просто не м о ж е т делать то, что делаешь ты.

Как это называется — гипноз, или что — то еще, это не так уж и важно. Ты — экстрасенс, я в этом давно уверен. Важно другое. Тот, кто это задумал, з н а л об этом. И специально подставил тебе двух этих орангутангов с куриными мозгами, чтобы твое внимание полностью переключилось на них. Им, естественно, не сказали, что они выступают в роли наживки и что их уберут. Согласно информации, что есть на них в нашем архиве, оба не блистали интеллектом и годились только в качестве тупых громил. Ты уверена, что это не приветственное послание от Ромочки Поланского с того света? Вернее, от его людей? Ведь нам удалось вычистить далеко не всех.

— Не знаю, Гюнтер… Но думаю, вряд — ли… Уж очень большой размах, ромочкиным шестеркам, которые остались на свободе, такое организовать просто не под силу. Нападение на "Аргонавт", авария пассажирского шаттла, вчерашнее покушение… Не думаю.

— Все это так, если рассматривать версию, что против тебя играет один противник. А если их несколько? Если все эти случаи никак не связаны между собой и их совпадение по времени — простая случайность?

— Я уже думала об этом. Но так и не смогла найти ни одного вероятного кандидата на эту роль. Просто ума не приложу, кому же это надо. Вроде, никому дорогу не перешла…

— А… наши общие знакомые?

— Нет. Вот здесь точно нет. Там рады радешеньки, что удалось наконец — то от меня избавиться. Теперь тамошние ребятки свято соблюдают принцип "Не будите спящую собаку".

Уверена, это не они.

— Что же, может быть… Меня тоже давно не беспокоят…

Неожиданно раздался сигнал вызова на коммуникаторе Ольги и ее сердце сжалось в предчувствии беды…

— Да, слушаю…

— Простите, это госпожа Миллер?

Здравствуйте, это инспектор криминальной полиции Карл Дауфман. У меня плохие новости для Вас, мадам…

— Что случилось?!

— На группу детей, с которыми школьная учительница проводила занятия в парке, совершено нападение. Вашу дочь — Анну Миллер, похитили…

Ольга сидела в кресле и молчала, тупо уставившись в одну точку прямо перед собой. Предчувствие в который раз не обмануло… Инспектор еще что — то говорил, но она не слушала. По ее виду Лехман сразу понял, что случилось ЧП. На его вопросительный взгляд Ольга молча передала коммуникатор. Комиссар быстро вник в ситуацию и стал задавать коллеге профессиональные вопросы. Проговорив минут пять, он отключил связь.

— В общем так, Оля. Что известно сейчас. Учительница проводила урок на природе в парке и на них напала какая — то группа людей. Твоя охрана, приставленная к детям, попыталась вмешаться, но нападавшие сразу открыли стрельбу. Никто этого не ожидал. Все твои охранники с ранениями разной степени тяжести увезены в госпиталь. Убитых, к счастью, нет. Но им тоже удалось подстрелить двоих из нападавших. Они тоже в госпитале под охраной полиции. Показания очевидцев путаные и противоречивые. Из них складывается следующая картина. Группа людей — человек двадцать, напали на детей в парке, схватили твою дочь, затолкали в машину и увезли в неизвестном направлении. На других внимания не обратили. В завязавшейся перестрелке двое налетчиков были ранены, но свои не стали подбирать их и бросили, стремясь поскорее покинуть место происшествия. Учительница и несколько посетителей, бывших в парке, дают разное описание внешности нападавших. Сходятся только в том, что их было много. Номеров машин, на которых уехали налетчики, тоже никто не запомнил. То есть, ситуация обычная. Оля, похитители скоро с тобой свяжутся. Значит, что — то им от тебя надо. Возможно, только деньги. Ничего не делай, не посоветовавшись со мной.

— Да, Гюнтер… Я понимаю…

— Оля, ради бога, успокойся. Твоя дочь жива и невредима. И пока ей ничего не грозит…

— Знаю. В каком госпитале раненые бандиты?

— Госпиталь скорой помощи, отделение травм… Оля, ты что задумала?

— Сейчас поеду туда и выверну их наизнанку. Пока они еще живы. А жить, думаю, им осталось недолго…

— Но ведь тебя не пустят к ним! Да и они, скорее всего, еще не отошли от наркоза после операции…

— Пустят!!! А не пустят — сделаю так, что пустят!!! Я их сама из наркоза выведу!!!

Решительно встав, Ольга направилась к выходу. Лехман бросился за ней. Как опытный полицейский, он прекрасно понимал, в каком состоянии сейчас находится Ольга. И лучше быть рядом с ней, чтобы она в горячке не наломала дров. По дороге к машине ему удалось убедить Ольгу, что лучше им поехать вместе, раз уж она так хочет. Все — таки, он официальный представитель власти и если врачи в госпитале заартачатся, ему будет проще найти с ними общий язык.

До госпиталя добрались быстро. Дежурный врач, едва узнав о цели незваных посетителей, сразу сказал решительное "Нет!". Однако, Лехману удалось его убедить, отозвав в сторонку. Очевидно, у прохиндея комиссара был свой подход к людям. Очень быстро решительное "Нет!" сменилось на "Хорошо. Только недолго". Одев белые халаты, Ольга и Гюнтер, в сопровождении врача, отправились к раненым.

У входа в отдельную палату дежурило трое полицейских. Было видно, что меры охраны приняты. Комиссара Лехмана все трое знали, но документы у него и Ольги все равно проверили. И только после этого допустили в палату. Врач, зайдя вместе с ними, указал на лежавшего в койке человека.

— Вот, смотрите. Все равно он сейчас говорить не может. Наркоз отойдет не раньше, чем через семь — восемь часов. Ранение не опасное, жить будет. Второй — в соседней палате через стенку. Тоже отходит от наркоза, но там дело серьезнее. Охранники из Вашей фирмы тоже здесь, на другом этаже. С ними все в порядке. Хоть и поймали каждый по несколько пуль, но обошлось…

— Благодарю Вас, доктор. А теперь не могли бы Вы оставить нас одних.

Врач, удивленный такой наглостью, глянул на Лехмана. Тот молча кивнул. Видно, у врача с комиссаром были какие — то свои давние деловые отношения, поэтому он не стал возмущаться, а только ограничился обязательным "Только недолго" и покинул палату.

Ольга подошла к койке, внимательно разглядывая раненого. Ярко выраженная азиатская внешность. Лицо бледное. Проведя руками вдоль тела, диагностировала состояние. Состояние удовлетворительное. Жить, сволочь, будет. Если только свои не уберут, чтобы не болтал… Наркоз еще действует, а это значит, что сейчас его можно вывернуть наизнанку.

Повезло. А потом пусть его дружки убирают… Ольга выпрямилась и в упор глянула на Лехмана.

— Гюнтер. Ты правильно сказал, мы знаем друг друга много лет. Хоть ты и работал против меня когда — то, но мы все выяснили и закрыли этот вопрос. Я зла не держу. Сможешь ли ты держать язык за зубами и никогда не рассказывать о том, что увидишь сейчас? Если нет, то лучше выйди и не мешай мне!

— Даю слово, Оля, что буду молчать, как рыба! — Лехман был сам заинтригован.

Ольга придвинула стул к кровати и села у изголовья. Пристально глянула в лицо азиата и стала проникать в его подсознание. Вскоре контакт был установлен. Ольга задала вопрос на немецком, чтобы и Лехману было понятно. Если этот человек не знает немецкого, или английского, то будут проблемы.

— Ваше имя?

— Хейхациро Танака.

— Расскажите, откуда Вы и для чего похитили девочку.

— Мы прилетели неделю назад с Земли. Вчера нам сказали, что наша задача — выкрасть какую — то девчонку. Я не знаю, кто она, и для чего это нужно. Предупредили только, чтобы действовали очень аккуратно и ни в коем случае не причинили ей вреда.

— Где сейчас находится девочка?

— Ее должны отвезти в космопорт. Сразу после завершения акции мы должны были покинуть планету.

— На каком корабле?

— Я не знаю. Это держали в секрете. Наша задача — доставить девчонку в космопорт, где нас должны были встретить…

Ольга подробно расспрашивала бандита. Лехман тем временем связался с охраной космопорта и договорился о самом тщательном осмотре всех уходящих судов. Но после нападения прошло уже много времени. Возможно, они опоздали…

Через полчаса Ольга уже довольно ясно представляла картину. Каким — то неведомым образом она перешла дорогу якудза. Мощной криминальной организации, до сих пор представляющей серьезную силу в современной Японии на Земле. Как это получилось, бандит не знал. Это был всего лишь рядовой боец преступной организации, которому лишнего знать не положено. Единственное, что удалось из него вытянуть — имя его непосредственного босса на Земле — Митугу Доихара. Именно от него было получено распоряжение выкрасть Аню. Но была ли это его идея, или чей — то приказ свыше, Танака не знал.

Разговор со вторым бандитом тоже не прояснил картину, а только добавил некоторые несущественные детали. Что с того, что они узнали состав группы, осуществившей нападение. Скорее всего, они все уже покинули планету. Хоть Лехман и дал распоряжение о задержании указанных лиц, но и Ольга и Гюнтер понимали, что время упущено. Когда "беседа" была закончена, Лехман смотрел на Ольгу, как на чудо. Ни разу еще ему не приходилось видеть подобное. Запинаясь, он спросил:

— Оля, как ты это делаешь?! Я так думаю, что ты можешь не только это?

Ольга только вздохнула. В конце концов, они повязаны с Гюнтером одной веревочкой и "обречены" на вечную "дружбу". Правда, взаимовыгодную для обеих сторон.

— Я много что могу, Гюнтер. Никогда тебе не говорила, что я — ведьма. Поверь, это не сказки. Именно поэтому и попала в поле зрения наших общих знакомых, задумавших использовать меня в своих целях. Но у них ничего не получилось, так как ручных ведьм не бывает. Им пришлось набить много шишек, чтобы убедиться в этом и оставить меня в покое. Так что молчи о том, что ты только что видел. Думаю, не надо тебе объяснять, что эту информацию ты не сможешь использовать, как улики для суда. Считай, что ты ничего не слышал…

Навестив своих раненых охранников и переговорив еще раз с врачом, Ольга и Лехман собрались уходить. Здесь больше делать было нечего, вся возможная информация уже получена. Лехман собирался ехать в комиссариат, а Ольге велел отправляться в офис и ждать новостей. Скоро похитители с ней свяжутся и выставят свои требования. Из этого будет понятно, что делать дальше.

Ольгу не отпускало ощущение опасности. Казалось, что тот, кто устроил охоту на нее, неутомимо идет по следу и знает о ее местонахождении. Хотя, с похищением это никак не вяжется. Неужели ей и в самом деле противостоит двое противников, которые преследуют каждый свои цели, причем противоположные? Одному надо ее убрать, а второй похитил дочь с неизвестной целью. Но если Ольга погибнет, то как же он этой цели добьется? А не попробовать ли столкнуть их лбами? Похититель кровь из носу заинтересован, чтобы Ольга осталась жива, иначе он не получит то, что ему надо. Вот и попробуем сыграть на этом…

Ольга предупредила Лехмана, чтобы он остался в здании госпиталя, пока она не уедет.

На резонный вопрос "Зачем?" ответила буднично "Думаю, в меня сейчас будут стрелять", чем ввела комиссара в состояние ступора.

Выйдя из здания, Ольга направилась к машине. Она чувствовала, что находится в прицеле снайпера. Вот знакомое ощущение спрессовывания воздуха и расхождение звуковых колебаний от летящей пули. Тело реагирует само, совершая резкий прыжок в сторону с огромной скоростью. Но что это? Приближается не одна, а несколько пуль, причем с разных сторон! Значит, противник учел прошлую неудачу и вывел на позицию не одного, а двух стрелков! И они не жалеют боеприпасов! Зверь проявляет чудеса ловкости и реакции, уходя от летящей смерти. Вот она уже скрылась за корпусом машины и здесь ее не достать. Пули взрывают асфальт, не причинив никому вреда. Краем глаза успела вычислить позиции стрелков. Далековато. Успеют удрать. А то, что уже удирают, нет никаких сомнений. Оба видели, что объект опять сумел ускользнуть совершенно невредимым.

И оба искренне недоумевают, как это может быть. Ведь прицел был взят точно и все выстрелы должны были поразить цель. Сегодня доложат своему начальству об очередном провале и потребуют объяснений, что это за объект им подсунули. Потому, что не может простой человек быть способным на такое… Ольга внимательно прислушалась, активизировав органы чувств зверя, но опасности больше не было. Снайперы уже удрали, а до минирования ее машины пока еще дело не дошло. Теперь можно и старине Гюнтеру свежую информацию подбросить.

— Гюнтер, это я. Все, можешь выходить, они уже отстрелялись и драпают. Вызывай наряд полиции, пусть проверят крыши вон тех двух белых высоток с рекламой. Но, думаю, кроме брошеных снайперских винтовок и стреляных гильз там ничего не найдут. Опять никто ничего не видел и никто ничего не знает.

— Оля, в тебя что, опять стреляли?! Ты жива?!

— Опять стреляли, я уже к этому привыкла. Похоже, это становится моим обычным состоянием. Давай, Гюнтер, действуй. Будем решать проблемы по мере их возникновения…

Глава 6

Ольга ехала по городу, размышляя о сложившейся ситуации и постаравшись отрешиться от эмоций, хотя сделать это было непросто. Если она хочет спасти свою дочь, то должна превратиться в бесчувственный боевой автомат, безжалостного робота — убийцу, наделенного холодным рациональным интеллектом, не знающим ни симпатии, ни антипатии, а подчиняющегося только железной логике рациональности и деления всех вокруг себя на "свой — чужой" без всяких полутонов. Никакой надежды на полицию нет, это было ясно с самого начала. И даже всемогущая государственная тайная полиция в лице подруги Эльзы Кумметц, вряд ли сможет помочь. Похитители предвидели это. Они знали о том, что у Ольги здесь хорошие связи и постарались максимально быстро покинуть планету, использовав то небольшое время в качестве форы, прошедшее с начала нападения до того момента, когда картина начала проясняться. Они знают, что двое их людей схвачены и нет никакой гарантии, что они не заговорили. А это значит, что Аня сейчас где — то в космосе на борту чужого корабля, конечный пункт полета которого неизвестен. Она уже предупредила Настю и Эльзу. Сейчас они встретятся с Эльзой и все обсудят. Что можно противопоставить похитителям в данный момент? Только нестандартность ситуации, к которой они не готовы. А это спутает им все карты и заставит нервничать. Что по их мнению должна делать сейчас обезумевшая от горя мать? Ставить на уши полицию, бросаться каждый раз к телефону при любом звонке, устраивать истерики и тому подобное. Но Аню этим не вернешь. А что должен делать боевой робот — убийца, лишенный эмоций? Анализировать информацию, по мере необходимости вступать в контакт и идти по следу, не реагируя на любые угрозы и истеричные вопли похитителей. Робот прекрасно понимает, что заложник жив только до тех пор, пока требования бандитов не будут выполнены. После этого вероятность освобождения заложника становится призрачной. Хороший свидетель мертвый свидетель… Совершенно ясно, что пока Ане ничего не грозит. Не для того ее выкрали, чтобы убить. Это можно было бы сделать и в парке. Значит, от Ольги что — то нужно. А для этого надо сначала, как минимум, связаться с ней и выставить свои требования. Коммуникатор Ольги звонил несколько раз, но номер вызывающего абонента был незнакомым и она не отвечала. Подергайтесь, ребята. Я не буду отвечать, пока не поговорю с Эльзой. А вы попсихуйте, что никак не удается связаться с объектом шантажа и выставить свои требования. Настя не в счет. Она ее предупредила, чтобы на все вопросы отвечала, что не знает, где Ольга. Вы, ребята, совершили большую ошибку. Возможно, самую большую ошибку в вашей жизни, подняв руку на ведьму, нарушившую Запрет. Отныне все, не связанное со спасением дочери, отходит на второй план. Она будет безостановочно идти по следу, устраняя всех, кто захочет ей помешать. Одна цель уже есть — Митугу Доихара. Что с того, что он находится на далекой Земле и местная полиция не может его достать. Для ведьмы таких проблем не существует. Точно также, как не будут обременять ее всякие условности вроде улик, доказательств, прокурорских постановлений и прочей ненужной атрибутики. Она з н а е т, что это дело рук Доихары и этого достаточно. Это будет первое звено в возможно очень длинной цепи, которую придется перебрать, пока дойдешь до цели. И рядом маячит кто — то еще, устроивший на нее охоту. Вот и постараемся стравить вас, а под шум вашей грызни подобраться поближе… Ольга прислушалась к своим ощущениям. Зверь тоже на взводе, хотя опасности поблизости и не чувствует.

— Все, кися. Мы с тобой снова на тропе войны и у нас будет большая охота. Я тебе это обещаю. Мы отправляемся в заповедные края, где очень давно не были. И у тебя будет очень много добычи. Настолько много, что ты и представить себе не можешь…

Прозвучал сигнал вызова. Ольга посмотрела на номер — звонила Эльза.

— Да, Эльза, слушаю.

— Ну что, Оля, пока молчат? Еще не озвучили, что им надо?

— Кто — то упорно пытается дозвониться, но не отвечаю. Сначала хочу поговорить с тобой.

— Правильно, пусть понервничают. Давай срочно ко мне. Кое что есть.

Эльза отключила связь. У подруги есть какая — то информация. Уже хорошо. Ох, ребятки, не в тот огород вы влезли… Скоро Ольга была уже на месте и ее сразу провели в кабинет Эльзы. После взаимных приветствий Эльза перешла к делу.

— Слушай, Оля, что имеем на данный момент. На грузовом терминале космопорта видели группу лиц азиатской внешности, которые очень сильно торопились. Они ушли на грузовом корабле Федерации "Саго — Мару". Погрузка велась в спешке и они торопились пройти все формальности. К сожалению, когда пришло сообщение о нападении с прика зом о тщательном досмотре всех судов, "Саго — Мару" уже взлетел и выходил из зоны орбитального контроля. Приказ вернуться он проигнорировал и едва только удалился на безопасное расстояние от планеты, спешно скрылся в гиперпространстве. Поднятые по тревоге два сторожевика не успели его перехватить. Скорее всего, Аня находится там. Весь экипаж и пассажиры "Саго — Мару" есть в базе данных иммиграционной службы космопорта, а также мы располагаем видеозаписью камер наблюдения, расположенных на терминале. Во многих местах они не по одному разу засветились. Когда фото и видеозапись этих азиатов были показаны свидетелям нападения — учительнице, детям, а также случайным прохожим, находившихся в этот момент в парке, некоторых из них опознали. Из всего этого следует, что эта группа появилась здесь только для одноразовой акции и весь расчет делался на внезапность нападения и быстрый отход, иначе бы им не удалось ускользнуть с планеты. Пришлось бы искать какую — то берлогу здесь, а это чревато неприятными последствиями. Им ведь надо не просто спрятаться, а добиться чего — то от тебя. А это значит, что с первого момента, как они себя обнаружат, предъявив свои требования, на них начнется планомерная охота. Вот они и решили подстраховаться, скрывшись на своей территории. Кстати, как именно ты узнала, что приказ о похищении отдал Митугу Доихара?

Тряхнула раненых бандитов, когда они были под наркозом?

— Да. Воспользовалась моментом и вывернула обоих наизнанку. Но это рядовые бойцы и они многого не знают. Им сообщили только то, что посчитали нужным. Думаю, скоро их уберут. Ведь Доихара не знает, что мы уже вытряхнули из них информацию.

— Пожалуй… Ну и черт с ними… Всякой мрази поменьше будет. Теперь, что касается самого Доихары. Эта личность у нас уже засветилась. Хоть сам здесь и не появлялся, но его люди здесь бывали. Самый обычный бандит с обычной для мафии специализацией наркотики, проституция, игорный бизнес. Мнит себя добропорядочным бизнесменом, но на деле состоит в якудза — японской мафии, которую все никак не могут истребить, как ни стараются. В преступной иерархии занимает среднее положение. До самых высоких боссов ему далековато, но он и не мелкая шишка на ровном месте. Так что, скорее всего, он и его люди — это лишь исполнители чьего — то замысла. Насколько мне известно, вы друг другу дорогу никогда не переходили. Возможно, Доихара получил приказ свыше от своих боссов. А возможно, работает за деньги, или за что — то еще, получив заказ со стороны.

Кстати, некоторые из нападавших проходят по нашей базе данных, как люди, связанные с Доихарой. Но ничего криминального им вменить не смогли, поэтому они тут так спокойно и разгуливали до самого момента нападения. Думаю, что Аню сейчас доставят к этому бандиту на Землю. Там у него хорошие связи и, в случае чего, он всегда выкрутится. Придется напрягать криминальную полицию Федерации. Это их поле деятельности, мы там официально действовать не можем. Можем только откомандировать своих сотрудников в помощь и делиться информацией.

— Понимаю, Эльза… Проинформировать тамошнюю полицию, думаю, бесполезно. У Доихары там, скорее всего, куча осведомителей. И никого посылать не надо. Я сама отправлюсь в гости к Доихаре. Те несколько человек, которых ты сможешь послать, все равно погоды не сделают и только привлекут внимание. Пантера всегда охотится в одиночку…

— Оля, ты что задумала? Сама сунуть голову в пасть тигру?

— Это не тигр. Это шакал. А с шакалами у пантеры разговор короткий.

— Оля, не надо аллегорий. Ты хоть понимаешь, во что ввязываешься?

— Прекрасно понимаю. Также понимаю, что если они получат от меня, что хотят, то Аню я больше не увижу. Или будут доить меня до бесконечности. Если сообщить в японский департамент криминальной полиции Федерации, то я еще не успею прибыть на Землю, а меня будут уже ждать и следить за каждым шагом. Уверена, что у него в полиции есть свои люди, которые будут регулярно поставлять ему свежую информацию и мешать мне всеми доступными способами, и причем все будет в рамках закона. Ты сама это прекрасно понимаешь, Эльза, и в глубине души тоже согласна со мной. Только одинокий сильный хищник, вроде нас с тобой, имеет шансы на успех. Хищник, который нападает, возникая из ниоткуда. И после этого бесследно исчезает в никуда. Только так я смогу спасти свою дочь.

— М-м-да… И хотела бы возразить, да не могу… Пожалуй, Оля, ты права… Это единственно возможный вариант. Он не ждет нападения на своей территории, в своем собственном логове. Более того, он пока уверен, что о нем никто не знает. Надо использовать это, пока он думает, что полностью контролирует ситуацию. Заодно исчезнешь отсюда, чтобы не раздражать того, кто устроил на тебя охоту. У тебя так и не появилось подозрений, кому ты могла перейти дорогу?

— Абсолютно никаких. Ума не приложу, кому это надо…

Неожиданно прозвучал сигнал вызова и Эльза сняла трубку. По мере выслушивания говорившего лицо ее делалось все более озабоченным. Задав несколько уточняющих вопросов, она отключила связь и уставилась на Ольгу, которая сверлила ее вопросительным взглядом.

— Интересная информация, Оля. Оба бандита, принимавших участие в нападении на твою дочь, скончались от неизвестной причины. Вскрытие сейчас проводят, результатов еще нет. Хотя час назад врачи совершенно не боялись за их поганую жизнь. Доихара начал действовать. Теперь он уверен, что обрубил все концы. Ведь они так и не пришли в сознание.

— Да-а, быстро… Очень быстро. Это значит, что сообщники у него тут остались.

— Вот именно. Поэтому, самый лучший вариант для тебя сейчас — внезапно исчезнуть.

Это в корне расстроит их планы. За дочь не бойся. Такая операция стоит колоссальных расходов и убивать ее никто не будет. Наоборот, сейчас на нее молиться должны и пылинки сдувать. Твоя девочка для них очень дорого стоит и никто не допустит, чтобы эти деньги пропали. Если они все — таки на тебя выйдут, стой на своем. Требуй разговора с дочерью по видеосвязи. Отметай все их требования, пока тебе не предоставят доказательства, что твоя дочь жива и здорова. Они согласятся, деваться им будет некуда. А дальше действуй по обстановке. Сейчас дам указание собрать все материалы по Доихаре и его компании, что у нас есть. Тебе это пригодится. И лучше попасть на Землю нелегально, минуя иммиграционный и таможенный контроль. Либо прибыть по чужим документам.

— Согласна. Если только я засвечусь в любом из космопортов Земли, Доихара через пять минут об этом узнает. И не только он. Уверена, что это не его идея и за похищением стоит кто — то другой. Тот, который может отдавать приказы Доихаре, либо щедро оплачивает его услуги.

— Действуй, Оля. Тебе что — нибудь нужно? Деньги, оружие, документы?

— Нет, спасибо. Только максимально подробная информация об этом бандите и его гадюшнике…

Переговорив с Эльзой, Ольга отправилась домой. По дороге позвонила в офис и предупредила, что должна срочно уехать. Дома ждала Настя, не находившая себе места. Едва только Ольга переступила порог, тут же бросилась к ней.

— Оля, недавно по электронной почте пришло сообщение. За Аню требуют два миллиона.

Есть какие — нибудь новости?

— Кое что есть. Никто не звонил?

— Постоянно звонят какие — то люди и требуют тебя. Но я говорю, что тебя нет.

— Правильно, так и дальше говори. Я сейчас уеду по делам и меня какое — то время не будет. Что бы тебе не говорили и не требовали, ничему не верь. Даже если будут говорить якобы от моего имени. Пока я сама не свяжусь с тобой. Вас с Сашей будут круглосуточно охранять, но думаю, это лишнее. Им нужна только я, иначе бы и Сашу похитили тоже. Этому ничего не мешало.

— Оля, как ты можешь так спокойно говорить?! Как там сейчас Аня?!

— Думаю, с ней все нормально. Не для того ее похищали, чтобы причинить вред. И если я сейчас устрою истерику и буду рвать на себе волосы, лучше ей от этого не будет. Они требуют два миллиона? Им придется обождать.

— Оля, ты что задумала?! Не лучше ли отдать им эти проклятые деньги…

— Настюша, если мы отдадим деньги, то Аню уже никогда не увидим. Либо превратимся в дойную корову. Стоит уступить шантажисту хоть раз, и он уже не остановится. Не бойся. Уж если мы переиграли к о н т о р у, то с уголовниками как — нибудь справимся…

Ольга рассказала Насте все, что узнала. Решение отправиться на Землю не на шутку ее перепугало и Ольге долго пришлось доказывать, что другого выхода просто нет. Аню, скорее всего, сейчас везут туда. И там Ольгу пока не ждут. Более того, пока даже уверены в том, что удалось сохранить свое инкогнито. И надо использовать этот благоприятный момент. Ознакомившись с посланием, пришедшим по электронной почте, Ольга не удивилась. Чего — то похожего она и ждала. Требование денег и строжайшее требование не обращаться в полицию, так как у них везде свои люди. Ну, это мы уже проходили…

Как всегда, деньги наличными и мелкими банкнотами. Насколько вы, ребята, не оригинальны. Аж обидно. Раз устроили такую широкомасштабную операцию, могли бы придумать что — то поинтереснее.

Сборы не заняли много времени. Четыре комплекта документов на разные фамилии, наличные деньги, несколько банковских кредитных карт и минимум вещей. Оружие решила не брать. На Земле нечего бояться оставлять н е п р а в и л ь н ы е трупы. Наоборот, страху нагонит, а задерживаться надолго она там не собирается. Спасет Аню и сразу назад. А вы, господа бандиты, ломайте голову, почему некоторые из вас загнулись от неизвестной причины. Плохо то, что она при всем желании не успеет попасть на Землю раньше, чем туда прибудет "Саго — Мару". Тогда бы задача резко упростилась и можно было бы перехватить похитителей прямо в космопорту. Сразу, как только откроют люк после посадки, взойти на борт, отведя глаза всем и устроить маленькое тихое побоище.

А затем забрать Аню и тихонько покинуть корабль с мертвым экипажем. Полностью, или частично, это уже как получится. На войне — как на войне… А потом можно было бы нанести визит Вам, уважаемый Митугу — сан! Что это Вам в голову взбрело заняться киднепингом? Большие подозрения, что это не Ваша личная инициатива. На кого — то Вы работаете, а вот на кого именно, это и интересно бы выяснить… Но увы, все это не реально. Она не успеет попасть на Землю до посадки бандитов. Еще и неизвестно, в каком именно порту они сядут. По идее — в Токио. Ближайшее место к логову Доихары. Но не факт. Они вполне могут высадиться в другом порту, или даже на Луне, а уже оттуда прибыть местным рейсом. Хотя, вряд — ли… Ведь тогда резко возрастает вероятность провала, так как Аня молчать не будет. Закатит такой скандал, что все вокруг услышат. Это шестилетнего ребенка можно запугать, а самурая Токугаву… Но они ведь не знают, что Аня не совсем обычный ребенок. Либо будут держать ее все время в полубессознательном состоянии… Нет, слишком сложно, да и чего им опасаться? Сядут в Токио — поближе к дому. Там все свои, в случае чего договорятся. Да и безутешная мамочка, по идее, ничего знать не должна…

Коммуникатор звонил несколько раз, но Ольга упорно не отвечала на незнакомые номера.

Подергайтесь, ребятки. Ситуация для вас совершенно неожиданная. Объект шантажа не стремится получить информацию от вас, а наоборот избегает всяческих контактов. Сейчас будете связываться со своим начальством, затребуете инструкции. Ну — ну… Вскоре пришло сообщение по электронной почте, где уже содержались угрозы и требование, чтобы Ольга вышла на связь. О-о-о, ребятки, как вы задергались! Это очень хорошо, психуйте дальше. Чем больше вы будете психовать, тем больше наделаете ошибок. И домашний видефон надрывается, но по нему тоже никто не отвечает. Хотя, вы знаете, что в доме есть люди. Ведь наблюдение за домом вы обязательно должны были организовать.

Какой — то неправильный объект шантажа вам попался. Ну, это уже ваши проблемы…

— Все, Настюша. Присядем на дорожку. Никогда не думала, что вот так придется на родную планету возвращаться — аки тать ночной… Но другого выхода нет.

— Оля, но ведь это очень опасно! Может, все таки лучше сообщить в полицию там, на месте? И прибыть совершенно легально?

— Настюша, а жить вообще опасно. От этого, говорят, умирают. И едва мы сообщим что нибудь токийской полиции, Доихара узнает об этом в тот же день и примет меры. К тому же, не забывай, что я по прежнему — беглый преступник в федеральном розыске. От меня отстали потому, что я сижу здесь и не собираюсь им пакостить. Но неизвестно, как поведет себя контора, если появлюсь на их территории. Вполне могут попытаться взять реванш за прошлые поражения и мне не улыбается перспектива вести там войну не только с мафией, находящейся вне закона, но и с государственной структурой, располагающей несоизмеримо большими возможностями, чем мафия. Поэтому, придется опять поработать в роли ниндзя и пролезть на Землю через замочную скважину. Чем дольше там обо мне никто не узнает, тем легче мне будет выполнять задачу. И попасть туда — это только первая и самая легкая часть нашего плана. Гораздо труднее будет обнаружить место, где держат Аню, освободить ее и выбраться обратно. Поэтому постарайся сделать так, чтобы держать нашу Верочку — Сильву в неведении как можно дольше. Встречи ваши не прекращайте, поддерживай с ней хорошие отношения, но на все попытки узнать где я, говори, что не знаешь. Дескать, я тебя к своим делам не подпускаю и держу в полном неведении, соблюдая секретность. Внезапно исчезаю в неизвестном направлении и также внезапно появляюсь. И тебе это самой не нравится. Можете вдвоем перемыть мне кости.

Не надо, чтобы контора узнала, что я отправилась в их владения…

Глава 7

Пассажирский лайнер "Лорелея" вышел из гиперпространства за орбитой Марса. По местным правилам, связанным с безопасностью, приближаться к Земле можно только в обычном режиме, то есть в трехмерном космосе. Что поделаешь, метрополия установила такие порядки и все собственные граждане, а также прибывающие гости обязаны подчиняться.

Военное положение никто не отменял. Хоть военные действия и перешли сейчас в вяло текущую фазу, ни одного корабля противника в пределах Солнечной системы нет, но мало ли… Как говорится, береженого бог бережет! Пассажирский лайнер следует по расписанию, выходит из гиперпространства в обозначенном для этих целей районе и сразу опознается, поэтому пассажирам и экипажу волноваться нечего. А если появится какой нибудь неопознанный чужак, то группа крейсеров Федерации перехватит его на дальних подступах, вызвав в случае чего подмогу.

Пассажир швейцарского лайнера графиня Маргарита фон Люкнер отдыхала в каюте, просматривая последние новости. Как всегда, обилие рекламы, но она уже привыкла выбирать из вороха информации то, что необходимо. Через трое суток лайнер пересечет орбиту Луны и будет готовиться к посадке на Землю. Конечная цель путешествия — космопорт Франкфурт-на-Майне. Гражданка Швейцарии графиня фон Люкнер хочет посетить родину своих предков. Правда, сразу после прохождения иммиграционного и таможенного контроля, графиня исчезнет. Вместо нее появится местная уроженка Линда Браун, частный предприниматель, вылетающая по своим коммерческим делам в Токио. Линда Браун, после прибытия в Токио, тоже испарится без следа. Вместо нее по токийским улицам будет ходить гостья из Санкт-Петербурга Эльвира Ройзман — историк, собирающий материал по истории древней Японии. Она же и должна будет покинуть Японию вместе со своей дочерью, улетев обратно в Санкт-Петербург. Но на берегах Невы они надолго не задержатся, вылетев во Франкфурт. Откуда вернется назад на родную планету графиня фон Люкнер вместе со своей племянницей, отправленной погостить к любимой тетушке.

Это все в идеальном варианте, если не возникнет никаких проблем. В противном случае на сцену выступит сотрудник министерства госбезопасности Федерации Елена Крофт, которой все государственные и негосударственные структуры обязаны оказывать всяческое содействие в выполнении важной миссии. Таков был предварительный план, который Ольга разработала еще дома. На бумаге все получалось красиво, но она знала, что на деле могут возникнуть всякие непредвиденные нюансы и надо быть готовой ко всему.

Предчувствие было нехорошее, но отступать уже некуда. Через трое с небольшим суток лайнер совершит посадку во Франкфурте и надо будет проходить контроль со своими "почти настоящими" документами. Ольга надеялась на то, что раз "Лорелея" прибудет непосредственно со Швейцарии, то есть нейтрального государства, находящегося в хороших отношениях с Федерацией, то и пассажиров лайнера, граждан Швейцарской республики, особо трясти не будут. Если же произойдет самое худшее, и ее опознают, то придется уходить из космопорта с большим шумом и действовать по обстановке…

Ольга в который раз прокручивала в уме различные варианты. Она знала, что не удалось покинуть Швейцарию незамеченной. Билет на лайнер был заказан заранее на имя Маргариты фон Люкнер. Из дома удалось выбраться, не потащив за собой хвост, хотя Ольга чувствовала наблюдателей. Отведя всем глаза, она села в машину на пассажирское сиденье и Настя вывезла ее в центр города. Поплутав по улицам, она остановилась в малолюдном переулке, где Ольга покинула машину. Пройдя пешком небольшое расстояние и убедившись, что хвоста нет, "материализовалась". Выйдя на соседнюю оживленную улицу, взяла такси и отправилась в космопорт. Чтобы предотвратить утечку информации, полностью весь план не знал никто. Частично в курсе были Эльза Кумметц и Настя. Но по прибытии в космопорт Ольга опять почувствовала слежку и даже вычислила топтунов. Правда, сделать ничего уже было нельзя и было непонятно, к какой именно группировке они принадлежали — похитителей, или "охотников". Во всяком случае, никаких агрессивных действий они не предпринимали, ограничиваясь только наблюдением. Без проблем пройдя иммиграционный и таможенный контроль, Ольга оказалась на борту "Лорелеи" — пассажирского лайнера, совершающего прямые рейсы Швейцария — Земля — Швейцария без промежуточных заходов. Сам полет прошел без приключений и на лайнере топтунов не оказалось. Очевидно, до последнего момента не знали, что Ольга полетит именно на "Лорелее", вот и не успели никого сюда внедрить. Но это не исключало того, что на Земле во Франкфурте ее уже ждут. И опять неизвестно кто. То ли бандиты Доихары, то ли "конкурирующая фирма", о которой до сих пор ничего не известно…

Закончив просмотр новостей, Ольга отключила телеканал и перевела экран в режим внешнего обзора. За бортом снова сияли золотистым светом далекие звезды. Как давно не была она в этих местах и даже не думала, что придется возвращаться вот так — под чужим именем. Всякие ностальгические мысли лезли в голову, но она взяла себя в руки. Сейчас главное — спасти дочь и благополучно выбраться отсюда. Потом будем предаваться воспоминаниям. Боевой робот не имеет права на сентиментальность. Это будет мешать выполнению поставленной задачи…

— Вот так, кися… После стольких лет мы возвращаемся… И какой нас ждет прием, не известно… Чувствую, что для тебя будет много работы. Раньше мы действовали на своей территории, а теперь нам предстоит действовать на территории противника, где каждый встречный может оказаться врагом. Докатились мы с тобой до ручки! Моя родная планета, где я родилась, где прошла большая часть моей жизни, за которую я воевала, и неплохо воевала, вдруг стала территорией противника… Будь прокляты эти дельцы от политики, для которых вся вселенная — это большая шахматная доска. А люди — "трудовые", или "боевые" ресурсы для обеспечения их далеко идущих планов. Сколько лет идет уже эта война? Теперь и дураку понятно, что правительство Федерации просто н е х о ч е т ее заканчивать. Внешний враг — великолепная причина всех своих собственных проблем.

И какие деньги делаются на этом! Да уж… Поистине, если бы не было этих сепаратистов, то правительство Федерации их бы выдумало… Ладно, не будем сильно углубляться в вещи, где мы многого не знаем и не понимаем. Перед нами стоит конкретная задача — проникнуть на территорию… хм-м… противника, не вызвав подозрений, найти и освободить Аню, а затем вместе с ней эту территорию покинуть. Поэтому, будем решать все проблемы по мере их возникновения…

Трое суток прошли без каких либо неординарных событий. Работали бары, рестораны, пассажиры отдыхали каждый по своему усмотрению, экипаж обеспечивал работу всего этого, то есть пассажирский лайнер жил своей обычной жизнью. Полет заканчивался и "Лорелея" подходила к орбите Луны, как вдруг неожиданно по трансляции было объявлено, что лайнер совершит промежуточную посадку в космопорту Спэйс-Сити. Самому крупному на Луне. Никаких вразумительных объяснений дано не было, да пассажирам то, по большому счету, это не так уж и важно. Подумаешь, потеряют пол-суток, или около того. Это экипажу больше разных проблем с возможными проверками портовыми властями и прочим. Но Ольгу это сообщение встревожило не на шутку. Совершенно ясно, что это не прихоть капитана и не распоряжение судоходной компании. "Лорелея" стоит на регулярной пассажирской линии и любое отклонение от маршрута, да еще и с промежуточным заходом, срывает расписание рейсов и грозит линейному перевозчику большими финансовыми потерями. А это значит, что лайнер получил приказ о заходе в Спэйс-Сити от местных властей. И для того, чтобы отдать такой приказ, нужны очень серьезные основания. Самое плохое в этой ситуации то, что абсолютно ничего не можешь сделать.

Лайнер совершит незапланированную посадку на Луну независимо от твоего желания.

Это на своем "Барсе" можно творить, что хочешь. И если запахло жареным, наплевать на все и удрать в гиперпространство. Ищите ветра в поле… А сейчас она обыкновенный пассажир, которого никто не спрашивает, как его доставить до места назначения. Да еще и с липовыми документами… Хоть сделаны они на высочайшем уровне, но это только до того момента, когда не начнут усиленно и целенаправленно копать. Тут любая "липа" вылезет. Поэтому остается надеяться на лучшее и действовать по обстановке. Вдруг это чисто техническая причина и сам лайнер никаких подозрений не вызывает.

"Лорелея" сбросила скорость и перешла на окололунную орбиту. Всех пассажиров попросили находиться в каютах и теперь Ольга внимательно следила за изображением на экране. Старая знакомая — Луна, проплывала под кораблем. Высота орбиты была небольшой, всего пятьдесят километров, и поверхность древнего спутника Земли хорошо просматривалась. Не смотря на отсутствие атмосферы, Луна была уже хорошо освоена. С нее когда то и начался поход человечества в космос. Здесь уже выросли города под прочными куполами с искусственной атмосферой, велись рудные разработки и многие вредные производства были выведены сюда с Земли. Большое количество грузовых судов курсировало на линии между Землей и Луной, перевозя готовую продукцию и сырье. Когда — то Ольга не раз бывала здесь, и сейчас узнавала знакомые ориентиры. "Лорелея", тем временем, начала снижаться, приближаясь к полю космопорта. Издалека был виден огромный купол Спэйс-Сити и громадная бетонная равнина возле него. Высота быстро уменьшалась, вот уже стали различимы довольно мелкие детали на поверхности, и наконец лайнер завис на высоте двух сотен метров над бетоном, полностью погасив горизонтальную и вертикальную скорость. Зависнув на несколько секунд на одном месте, "Лорелея" стала плавно снижаться, пока не коснулась бетонного покрытия, простирающегося вокруг на большое расстояние и замерла. Дальний полет с межзвездным прыжком из системы Альтаира в систему Солнца был благополучно завершен. Остался совсем небольшой участок от Луны до Земли. Можно сказать, уже маневр возле порта, но его надо еще преодолеть. Что — то пошло не так и Ольге это что — то внушало опасения. Зверь явно чувствовал приближение опасности, хотя и непонятно, какой именно.

— Ладно, кися. Сейчас все выяснится. Не думаю, что Митугу — сан настолько влиятелен, чтобы задержать лайнер. Хотя, какую — нибудь "дезу" властям подкинуть может. Но это какого же уровня должна быть "деза", чтобы принять решение о задержании лайнера с принудительной посадкой? Ладно… Сыграем ка мы в прятки! Очень интересно, как вы, господа, выкрутитесь из этой ситуации!

Ольга быстро переоделась в свой походный брючный костюм, в котором вполне можно было как ходить по городским улицам, не шокируя прохожих своим видом, так и заниматься, в случае надобности, бегом с препятствиями по пересеченной местности, ведя стрельбу на поражение. По карманам рассовала все документы, банковские карты и всякие электронные штучки. В каюте осталось только барахло — тряпки, косметика и прочее. Отведя глаза всем, Ольга выскользнула из каюты в коридор. Исследуя лайнер во время полета, она обнаружила, что не все участки коридоров просматриваются камерами наблюдения. Скорее всего, просматриваются и не все помещения. Вот на этом можно и сыграть.

В коридоре уже были пассажиры, поэтому, если кто — то сейчас и видит ее в камере видеонаблюдения, подозрения это не вызовет. Хоть еще и не было разрешения по трансляции о возможности покинуть каюты, но многие пассажиры это правило сразу после посадки нарушают и экипажи лайнеров к этому уже привыкли. Подойдя к двери кладовки, где хранился различный расходной материал, которым пользовалась пассажирская служба экипажа, Ольга открыла дверь своей универсальной электронной отмычкой и проскользнула внутрь помещения. Здесь было темно, но ее глаза все прекрасно видели в темноте. Сюда каждый день наведывались стюардессы за какими нибудь мелочами, ничего ценного тут не было и поэтому замок тут стоял самый простенький. Оглядев несколько рядов двухрядных стеллажей с ящиками, Ольга выбрала себе место на втором ярусе подальше от входной двери и подальше от лежавших ящиков. Место это хорошо просматривалось с палубы и всем вошедшим будет понятно, что на стеллаже здесь ничего нет. Вряд ли кому — то придет в голову, что там довольно удобно расположилась ведьма, которая отвела всем глаза и только посмеивается в душе над происходящим. Как бы там ни было, ждать осталось не долго. Какое — то время было тихо. Потом в коридоре раздались возбужденные голоса и топот ног. Хлопали двери, пассажиры бурно выражали возмущение, кто — то отрывистым голосом отдавал команды. Было ясно — что-то, или кого-то ищут. А если поразмыслить в духе последних событий, то ясно, кого именно. Ай да Митугу-сан!

Неожиданно входная дверь открылась и в помещение зашла старшая стюардесса этой палубы в сопровождении четырех вооруженных до зубов военных полицейских. То, что это была не гражданская служба безопасности космопорта, говорило само за себя. Стюардесса включила свет и обвела рукой свои владения.

— Вот, смотрите, господа. Здесь при всем желании нигде не спрячешься. Если ее нет в своей каюте, то ищите только в других каютах, ресторане, или в барах. С этой палубы она может попасть только в помещения экипажа, но для этого необходим специальный ключ.

Либо на другие пассажирские палубы. Ищите там, если здесь нет.

Полицейские обшарили взглядом помещение, заглянули для порядка в несколько ящиков, но в них при всем желании не смог бы поместиться человек. Перебросившись парой фраз, выключили свет и вышли. Все ясно. Если ее подозрения верны, то кто — то натравил на нее военную полицию, использовав старые грехи Ольги. Потому, что по другому она заниматься этим делом просто не будет, там своих забот хватает…

Между тем, время шло. Суматоха в коридоре усиливалась. К поиску подключился экипаж, так как это было ЧП — пропал пассажир! Теперь Ольга не сомневалась, что ищут именно ее. Еще два раза открывалась входная дверь и полиция с экипажем осматривала помещение, но спрятаться здесь было решительно негде. Несколько раз делали объявление по трансляции с просьбой к госпоже фон Люкнер подойти к своей каюте. Ольга только посмеивалась. Она хорошо понимала, что сейчас творится на лайнере. Во первых — пропажа пассажира. Во вторых — срыв расписания. Скандал разгорается все сильнее. Военная полиция задержала лайнер, перевернула его вверх дном, но никаких реальных доказательств представить не может. Прошло уже два часа с момента посадки. Шум в коридоре усиливается. Пассажиры возмущаются все сильнее. Каюты осмотрены уже не по одному разу и до сих пор никто не найден. Естественно, капитан заявил, что знать не знает никакой Ольги Шереметьевой. У него на борту должна быть Маргарита фон Люкнер, уроженка Швейцарии и ему наплевать на измышления господ в военных мундирах. Если ее не могут найти, значит она крутит любовь с кем — нибудь в чужой каюте, или пьянствует. За такое короткое время невозможно обыскать лайнер полностью, но к моменту посадки во Франкфурте эта особа обязательно появится. Такие случаи уже бывали. И если господа военные настаивают на задержании судна, то он заявляет официальный протест и уведомляет судоходную компанию. А дальше пусть этим делом занимаются адвокаты компании и в судебном порядке определяют виновного в этих убытках, связанных с непредвиденной и необоснованной задержкой судна. А также о взыскании этих самых убытков с виновных.

Неизвестно, что из всего этого получится, но что нервы вам хорошо потреплют, это гарантировано.

Прошло еще два часа. Ольге уже надоело сидеть на стеллаже, но выходить в коридор она не рисковала. Наконец, шум в коридоре стал утихать. По трансляции было сделано объявление, что пассажирам приносятся извинения за доставленные неудобства и просят занять места в своих каютах, так как лайнер взлетает. По появившемуся отдаленному гулу и нескольким небольшим толчкам Ольга определила, что взлет произведен. Значит, максимум через шесть часов "Лорелея" должна совершить посадку на Земле. В космопорт Франкфурт-на-Майне. Конечная точка полета. Разгоняться до большой скорости в околоземном пространстве лайнер не будет. И можно не сомневаться, что там лайнер прошерстят вдоль и поперек в поисках беглого преступника. Какие хитроумные трюки придумает полиция, не известно. А поэтому, надо покинуть "Лорелею" раньше, чем ее шасси коснутся бетонного поля космопорта. Уже ясно, что попасть на Землю незамеченной не удалось. Маргарита фон Люкнер опознана, как беглый преступник Ольга Шереметьева и поэтому должна исчезнуть. Как это сделать — другой вопрос…

Подождав некоторое время, пока по трансляции не прозвучало разрешение покинуть каюты, Ольга подошла к двери, активизировав свои возможности, одновременно "материализовавшись" в воздухе.

— Давай кися, посмотрим, кто там…

В коридоре есть люди, но возле этой двери никого нет и все заняты бурным обсуждением последних событий. Открыв дверь электронной отмычкой, Ольга спокойно вышла в коридор и заперла дверь снова. Никого из экипажа рядом не было, а пассажиры не обратили на нее внимания. Беззаботно сунув отмычку в карман, Ольга отправилась в бар. В каюту решила пока не заходить. Проходя мимо, остановилась, как бы разглядывая картину не переборке. Сразу же определила, что в каюте кто — то есть. Это плохо. Значит, полиция не успокоилась и оставила засаду. И очень может быть, что не только в ее каюте. Что же делать, они имеют на это полномочия. Отказать им капитан не в праве. Да он и не захочет наживать неприятности с властями из-за пассажира с сомнительной репутацией. Придется опять прятаться до самого входа в атмосферу Земли. А там уходить. И не просто с шумом, а с очень большим шумом, раз по тихому не получается…

Завершив "осмотр" картины, Ольга продолжила свое движение в сторону бара. Здесь уже было полно пассажиров, шумно обсуждающих инцидент на Луне за стаканчиком горячительного. Все дружно перемывали кости "обнаглевшим фараонам", от которых житья нет.

Изображая из себя дамочку, которая немного перебрала, Ольга заказала коктейль и присоединилась к дискуссии. Очень скоро картина произошедшего была восстановлена во всех деталях и Ольга удивилась, до какого размаха дошло дело. Больше сотни военных полицейских обшаривали лайнер и кого — то искали, сличая всех женщин с какой-то фотографией. На все вопросы ничего толком не отвечали, а только приносили извинения. Во всяком случае, откровенного хамства не было, хотя въедливость некоторых превосходила все границы и ужасно раздражала. Потом вся эта банда в мундирах исчезла так же внезапно, как и появилась, и лайнер взлетел. И если будет обеспечен такой же "торжественный прием" во Франкфурте, то стоит много раз подумать, стоит ли прилетать сюда вообще. А то ненароком еще и виноватым сделают. Непонятно в чем. Просто так, для отчетности…

Ольга ощутила на себе пристальный взгляд и зверь недвусмысленно почувствовал приближение опасности. Непринужденно болтая с соседями и потягивая коктейль, она украдкой осмотрелась и очень быстро вычислила двоих в штатском, только что зашедших в бар. Заметив Ольгу, один из них отвернулся и что — то сказал, но за сильным шумом ничего разобрать было нельзя. Значит, ее обнаружили. А до входа в атмосферу еще больше пяти часов. Интересно, сколько их на борту и каковы их намерения. Попытаются ли задержать ее во время полета, или подождут до посадки, получив на месте подкрепление? Не исключена возможность, что на орбите Земли к ним подойдет военный корабль и доставит подкрепление прямо в космосе. То, что ее намерены задержать любой ценой, а не держать под наблюдением, уже понятно. Иначе бы не устраивали такой широкомасштабной операции в Спэйс-Сити. Ладно, ребятки. Хотите поиграть в войнушку с ведьмой? Сейчас поиграем…

Нетвердыми шагами, изображая хорошо набравшуюся дамочку, Ольга направилась прямо к появившейся парочке и непринужденно бухнулась к ним за стол, расточая обоим лучезарные улыбки.

— Привет, мальчики! А вы кто? Почему я вас тут раньше не видела?

Подобной наглости от беглого преступника, естественно, никто не ожидал. Но старший, а то, что это был старший, Ольга не сомневалась, нашелся быстро и с улыбкой ответил, не моргнув глазом.

— Здравствуйте, мадам! Мы здесь недавно, всего пару часов. Надо было срочно добраться из Спэйс-Сити на Землю, а тут как раз и подвернулся этот лайнер. Нам то с другом без разницы, на чем лететь. Разрешите представиться — Рудольф. А этой мой друг — Вилли.

А как Ваше имя, прекрасная незнакомка?

— О-о-о, Руди и Вилли! Какая прелесть! Таких знакомых у меня еще не было! А я, если хотите знать, Маргарита фон Люкнер, которую вы так долго и безуспешно искали! Сидеть!!!

Ольга резко пресекла попытку обоих филеров что — либо сделать, парализовав их "взглядом змеи". Больше в баре никого из их сообщников нет, а всю возможную прослушку она подавила работающим генератором помех, находящимся в кармане. С милой улыбкой обшарив карманы своих соседей по столику, изъяла оружие, документы и средства связи. Поскольку ни один из них не возмущался и не делал никаких попыток помешать этому, то никто из присутствующих ничего плохого и не подумал. А кто случайно увидел, вполне мог посчитать это заигрыванием подвыпившей дамочки с двумя трезвыми мужиками. А что, бывает… Ознакомившись с документами, Ольга молча бросила их на стол. Все ясно. Военная прокуратура и военная полиция. А такое "сотрудничество" возможно только в одном случае — ищут не Хризантему. Ищут беглого преступника Ольгу Шереметьеву. Отсюда и вся эта показуха с сотней военных полицейских в форме. Министерство госбезопасности никогда бы такое щоу не устроило. Им засвечивать и злить Хризантему лишний раз не резон. Если хотели бы поговорить о чем — то, вполне могли бы направить одного Мишаню на переговоры. Путем набития шишек уже определили, что с госпожой Хризантемой надо обращаться бережно и вежливо, тогда и проблем не будет. И уж своему старому другу она не откажет и вредить не будет. А то, что произошла такая накладка, говорит только о том, что военной прокуратуре и полиции знать про Хризантему совершенно не обязательно. И кто-то решил сыграть на старых грехах беглого преступника, натравив на него военное ведомство, в котором раньше этот преступник имел честь служить…

— В общем, так, мальчики… Руди и Вилли… Вилли и Руди… Сейчас у нас два возможных сценария развития событий. Первый вариант. Я привожу вас в нормальное состояние и вы мне все подробно рассказываете. Кто вас навел, зачем, каковы были ваши дальнейшие планы, сколько вас на борту и так далее. Если честно все расскажете, то уйдете живыми и здоровыми, только без оружия и средств связи. Я лично против вас ничего не имею и ваши жизни мне не нужны. Понимаю, что это ваша работа. Вариант второй. Вы ничего не говорите, пытаетесь меня задержать, начинаете звать на помощь и так далее. В этом случае я тихо убиваю вас, даже не касаясь руками и ухожу. На войне — как на войне. Падете бессмысленными жертвами. Мне надо заботиться о своих интересах. Вы уже убедились, что у вас очень необычный противник. Вы оба сидите рядом со мной, видите и слышите меня, но не можете пошевелить даже пальцем. Поверьте, с такой же легкостью я могу и убить вас, просто остановив сердце. Выбор за вами. Предупреждаю, я знаю, когда мне говорят правду, а когда пытаются соврать. Даю вам три попытки. Если соврете три раза, мое предложение аннулируется, и я передаю вас в руки судмедэкспертов. Итак, ваше слово, Руди и Вилли!

Ольга привела обоих в нормальное состояние и продолжала улыбаться своей обворожительной улыбкой. Она прекрасно чувствует страх обоих своих противников. Страх почти мистический. Боязнь такого, с чем им никогда не приходилось встречаться и если бы об этом сказали раньше, то они бы просто не поверили. Пошевелившись в креслах и поняв, что э т о их отпустило, изумленно уставились на Ольгу. Пауза затягивалась.

— Мальчики, я жду. Не испытывайте мое терпение.

— Сударыня, кто Вы?! Вы… человек?!

— А кто же я по вашему — обезьяна? Вы меня обижаете.

— Но как Вы все это делаете?! Это что — гипноз?

— Неважно, как это называется. Я хочу получить ответы на свои вопросы. Затем, если сочту возможным, отвечу на ваши. Ну?!

Руди и Вилли переглянулись, помялись, но все таки начали разговор. Подозрения Ольги подтвердились. Пришла команда сверху, что беглый преступник — разжалованный капитан второго ранга Ольга Шереметьева пытается нелегально попасть на Землю под именем Маргариты фон Люкнер. Поиски в Спэйс-Сити ничего не дали и дальнейшая задержка лайнера грозила крупным скандалом. Поэтому было принято решение лайнер отпустить, оставив на борту группу из восьми человек. Так, на всякий случай. А после посадки во Франкфурте "Лорелея" будет осмотрена самым тщательным образом. Пассажиры и экипаж тоже пройдут строжайший контроль.

— Двое человек ждут в Вашей каюте, а еще четверо дежурят на двух других пассажирских палубах, — закончил свой рассказ Рудольф. Ольга задумалась. Все рассказанное было правдой. Это значит, что "Лорелею" надо любыми путями покинуть до того момента, когда она пересечет границу космопорта. После посадки там будет не протолкнуться от полиции и возможны всякие случайности. И еще не известно, соответствует ли все рассказанное истине. Ведь представителям военной полиции и военной прокуратуры, которые приходили на борт на Луне, могли не сказать всей правды. А могли в чем — то и дезинформировать. Ладно, будем решать проблемы по мере их возникновения…

— Хорошо, мальчики. Я вам верю. Надеюсь на ваше благоразумие. Сейчас я уйду, а вы посидите здесь еще. Отдохните, выпейте, закусите, снимите девочек. И не пытайтесь меня преследовать — вам же хуже будет. Я слов на ветер не бросаю. Всего вам хорошего!

Улыбнувшись еще раз, Ольга поднялась из — за стола, и не очень твердой походкой направилась к выходу. Зверь рычал, предупреждая о близкой опасности, и Ольга дала ему полную свободу действий. Хоть она и повернулась к Руди и Вилли спиной, но зверь прекрасно чувствовал, как Руди бесшумно вскочил с кресла и бросился с тяжелой пепельницей на нее сзади, надеясь нанести точный удар в голову.

— Кися, взять!!!

Зверь лязгнул клыками, и тяжелое тело с грохотом упало. Массивная металлическая пепельница покатилась по палубе. Ольга обернулась и тут же пригвоздила к креслу Вилли "взглядом змеи", хотя он даже не сделал попытки встать. Все вокруг переполошились и несколько человек бросилось к лежавшему неподвижно Рудольфу. Кто — то требовал позвать врача. На Ольгу никто не обращал внимания. Воспользовавшись суматохой, она подошла поближе к сидящему Вилли и прошептала на ухо.

— Сейчас я верну тебя в нормальное состояние. Веди себя хорошо и будь рядом со мной.

Не делай подобных глупостей и с тобой ничего не случится.

Вилли пошевелился в кресле и глянул на Ольгу с мистическим ужасом. Она ясно ощущала этот страх. Страх перед неведомым. Тем, что выходит за рамки человеческого понимания. Но, как бы то ни было, геройствовать представитель военной прокуратуры не собирался. Лежавшее без признаков жизни тело представителя военной полиции было очень доходчивым предупреждением. Запинаясь, он кое как все же спросил в полголоса:

— Мадам, что с ним?!

— Он умер. От остановки сердца. Я же вас предупреждала, но он не поверил. Хорошо, что ты оказался умнее, а то бы лежал сейчас рядом с ним. Я всегда считала военную полицию дебилами. Не ошиблась и на этот раз. Так что, прошу тебя, Вилли, не уподобляйся фараонам в военных мундирах. Сейчас мы с тобой тихонечко отсюда выйдем и пойдем ко мне в каюту. И по дороге улыбайся, мило болтай со мной. Ведь мы друзья, не так ли?

Бедняге из военной прокуратуры оставалось только подняться из — за стола, и с вымученной улыбкой последовать за Ольгой. Вокруг Рудольфа уже собралась толпа, прибыл судовой врач с медсестрой и они пытались оказать помощь. Врач сразу определил остановку сердца и сейчас пытался всеми силами оживить пострадавшего. Покрутившись для приличия несколько минут в толпе и послушав разные версии случившегося, Ольга и Вильгельм незамеченными выскользнули из бара. В коридоре находились еще четверо филеров, которых Ольга сразу вычислила. Было видно, что они встревожены и не понимают, что случилось. Но, поскольку им был дан приказ дежурить в коридоре и в бар не соваться, им оставалось только догадываться. Когда же Ольга и Вилли вышли из бара под ручку, они с трудом скрыли удивление. Но приказ есть приказ. Поскольку Вилли никакого сигнала не подавал и о помощи не просил, а разыскиваемый преступник бежать не собирается, то они остались на своих местах и продолжили наблюдение.

— Все нормально, Вилли. Твои друзья вмешиваться не будут? А то мне придется их всех к праотцам отправить. Разъяснять некогда.

— Нет. Им приказано только наблюдать и ждать дальнейших распоряжений. Поскольку Вас обнаружили на этой палубе, они все переместились сюда.

— Понятно. Они все из полиции? Или есть кто — нибудь из прокуратуры?

— Все из военной полиции. Из военной прокуратуры только я один.

— Ну и ладно. В крайнем случае, еще шестью дебилами на свете станет меньше. Вилли, пусть тебя утешает мысль, что я всегда относила представителей военной прокуратуры к существам мыслящим, а не человекоподобным организмам, каковыми является подавляющее большинство служащих военной полиции…

Между тем, проследовав по коридору под ручку, они оказались возле двери Ольгиной каюты. Зверь внимательно слушал и принюхивался. За дверью явно есть люди и они на взводе. Ведь уже получено сообщение, что объект слежки обнаружен и взят под наблюдение. Но дальше ничего не понятно. Скорее всего, им уже сообщили, что в баре произошло какое — то ЧП, а преступник вместе с представителем прокуратуры направляется к своей каюте. И сейчас они приготовились. Один стоит возле двери, другой в глубине каюты. Ладно, ребятки, опять поиграем в войнушку…

Открыв дверь, Ольга втолкнула туда Вилли и только после этого зашла сама. Еще переступая порог, она парализовала "взглядом змеи" всех, находившихся в каюте и спокойно закрыла за собой дверь. Дальнейшее не составило трудностей. Изъять у обоих оружие, средства связи и документы. У бедного Вилли изымать уже было нечего и он стоял столбом, пока Ольга выворачивала карманы его коллег. Найдя у обоих полицейских наручники, сковала их между собой и вернула в нормальное состояние. Один тут же попытался позвать на помощь, но Ольга на мгновение взяла его сердце под контроль и тут же выпустила.

— Тихо!!! Теперь я здесь командую. Проходи, Вилли, садись рядышком со своими друзьями, чтобы я всех вас видела. Мне не нужны лишние трупы.

— Продал? — один из полицейских неприязненно глянул на Вилли.

— Нет, господа, Вилли здесь не причем. Он сам жертва обстоятельств. Такая же, как и вы. И если будете хорошо себя вести, то выйдете из этой каюты живыми. Если нет — мне придется вас убить. Терять мне нечего, так что выбор за вами.

Пленники с опаской смотрели на Ольгу. Такого преступника им задерживать еще не приходилось и они совершенно не понимали того, что с ними случилось. Наконец, один не выдержал и заговорил:

— Сударыня, вы что — гипнотизер? Как Вам это удалось?

— Нет, господа, я не гипнотизер. Я — ведьма, нарушившая Запрет. Хотя, это вам ничего не скажет. Вас просто подставили и сделали пешками в чужой игре. Именно поэтому я сохраню вам жизнь. Если, конечно, меня не вынудят защищаться. Вы уже убедились, что я не простой человек и совладать со мной вы не сможете, сколько бы вас здесь не было. Поэтому прошу вас вести себя благоразумно. Один ваш коллега — Рудольф Кранке, не послушался и мне пришлось его убрать. Сейчас судовые медики проводят реанимационные мероприятия, но у них ничего не получится. Если не хотите последовать за ним, то ведите себя тихо.

— Но на что Вы рассчитываете? Разве не понимаете, что после посадки здесь будет полно полиции и Вас все равно возьмут? Или застрелят при попытке оказать сопротивление?

Лучше не усугубляйте свое положение и сдайтесь. Или собираетесь воевать со всей Федерацией? Ведь Вы теперь не сможете покинуть планету.

— Воевать с кем бы то ни было я не собираюсь. Уже отвоевалась. Если только кто — нибудь не станет воевать лично со мной. И зачем же мне сдаваться, если мне влепили пожизненное заключение? Не вижу смысла.

— Но так Вам сохранят жизнь. Иначе Вас пристрелят, если окажете сопротивление.

— Когда — то я уже дала ответ на этот вопрос. Жизнь беглого преступника во всех отношениях лучше жизни преступника, отбывающего пожизненное заключение. Так что не пытайтесь меня купить столь дешево. Имеете предложить что-нибудь еще?

— Вы сумасшедшая…

— Может быть. Но я останусь при своем мнении.

Возникла тягостная пауза. Ольга ловила на себе настороженные взгляды всех троих и понимала, что по крайней мере двое из них только ждут подходящего момента, чтобы изменить ситуацию в свою пользу. Вилли напуган так, что вряд — ли способен на активные действия. К тому же, он следователь, а не оперативник и задержание преступника не его дело. Неожиданно ожило радио. Оставшиеся в коридоре запрашивали дальнейшие инструкции. Ольга подала радиостанцию Вилли.

— Скажи им, что меня взяли. Двоим дежурить в коридоре, двое могут пойти перекусить.

Пусть сменяют друг друга.

Но "прокуратура" неожиданно заартачилась.

— Нет, я никогда не пойду на это!

— Тогда мне придется тебя убить, Вилли. А потом выйти и убить тех четверых, как я сделала это с твоим дружком Руди. Он тоже меня не послушался.

Это возымело действие и Вилли, заикаясь, выдал требуемое в эфир. Но Ольга не обольщалась. Во первых, полицейских могло насторожить, что распоряжение дал офицер прокуратуры, а не полиции, а во вторых, они могли уже узнать о том, что произошло в баре.

Хотя объяснить это и не смогут. Зверь рычал, чувствуя сгущающуюся опасность. Значит, скоро надо ждать гостей. А до входа в атмосферу еще около трех часов…

Зверь ощутил приближение опасности. Опасность под дверью и старается незаметно ее открыть. Что же, трудно было бы рассчитывать на что — то другое. В одно мгновение Ольга подскочила из кресла, парализовала всех троих, находящихся в каюте и стала в сторонке под переборкой, отведя всем глаза. Дверь распахнулась и в каюту влетели двое громил с оружием в руках, а еще двое стали в дверях на подстраховке. По ним было видно, что они не задумываясь начали бы стрелять, если бы увидели цель. Но цели не было. Это несколько сбило их с толку. Но ведь Ольга могла находиться в туалете, поэтому один из них осторожно стал продвигаться к двери санузла. Вот и остальные двое вошли в каюту, закрыв за собой дверь и держа под прицелом всю молчаливую компанию, абсолютно ничего не понимая. Пора. А то, можно так и доиграться. На войне — как на войне…

Зверь лязгнул клыками и четыре фигуры одна за другой, как подкошенные, упали на палубу. Вам просто не повезло, ребята. У меня не было выбора. Либо я вас, либо вы меня…

Если верить полученной информации, больше на борту "Лорелеи" никого из полиции нет. Ольга вернула своих пленников в нормальное состояние и все трое смотрели на нее с нескрываемым ужасом. Причем их поразил не столько факт того, что вошедшая четверка упала без чувств, сколько факт исчезновения Ольги и появления в том же месте спустя какое — то время. Это уже пахло чертовщиной, в которую никто из них до сих пор не верил. Наконец, один из полицейских разлепил губы.

— Сударыня, как Вам это удалось?! И что Вы с ними сделали?!

— Я убила их потому, что они хотели убить меня. Я дала им шанс остаться в живых, но они меня не послушались. Точно так же, как господин Кранке. Ведь им же было сказано дежурить в коридоре. Зачем они зашли сюда? В итоге, они нарушили приказ и поплатились за это. То же самое касается и вас, джентльмены. Будете делать то, что вам говорят, останетесь живы. Нет — значит нет. Решать вам…

Время шло. В каюту никто не заходил, и Ольгой больше никто не интересовался. Она сидела в кресле, обдумывая дальнейшие действия. Покинуть лайнер до посадки можно, только захватив шлюпку. Выход на шлюпочную палубу есть прямо из этого коридора.

Но пассажирам там делать нечего и если она там появится, то это сразу вызовет подозрения. Не делать же опять "мур — мур"… Экипаж тут совершенно не причем и она не будет никого из них втягивать в свои разборки. Значит, ей надо выиграть пару минут, когда она будет идти по коридору шлюпочной палубы к одной из шлюпок. Отводить глаза нет смысла, так как на камерах видеонаблюдения ее все равно будет видно. Значит, остается… маскарад! Вот именно! Раздобыть где — нибудь женскую форму и выдать себя за члена экипажа. В экипаже больше шестисот человек и не могут все знать всех. Теперь надо наметить "жертву" из пассажирской службы, которую придется раздеть. Размер одежды должен совпадать, иначе сразу заподозрят неладное. А это значит, что придется покинуть каюту, оставив эту троицу без присмотра, чего бы очень не хотелось. Придется их "отключить", ничего не поделаешь…

Прозвучало сообщение, что через час лайнер войдет в атмосферу Земли и полет подходит к концу. Просьба всем пассажирам разойтись по каютам и приготовиться занять места в противоперегрузочных креслах. Пора выходить на охоту. Окинув взглядом своих пленников, пребывающих в состоянии полнейшей растерянности и взирающих на неведомого противника, как на посланца нечистой силы, Ольга усмехнулась.

— Значит так, джентльмены! Сейчас вы все заснете и проснетесь часа через четыре, если только после посадки вас не растолкают. Расскажите все, что видели. И передайте своему начальству — Ольга Шереметьева не собирается вредить интересам Федерации. Она прибыла сюда по частному делу. Пусть не пытаются меня задержать. Это приведет только к бессмысленным жертвам с вашей стороны. Если мне не будут мешать, я никого не трону. Но если в отношении меня будут предприняты любые агрессивные действия, ответные меры последуют незамедлительно. Быстро, жестко и эффективно. Надеюсь на ваше благоразумие. Прощайте, и желаю вам всего хорошего!

С этими словами Ольга вошла в контакт с подсознанием всех троих, и через несколько минут они спали крепким сном. Все, эти выведены из игры. Теперь надо идти добывать форму.

— Вот так, кися… Мы на тропе войны. Довольна? Мур — мур? Скоро будет еще "мур — мур". А этих троих мы отпускаем. Живые они нам будут гораздо полезнее. Пусть нагонят страху на свое начальство и введут его в непонятки…

Выйдя из каюты и заперев дверь, Ольга отправилась в ресторан перекусить. Когда теперь придется есть в следующий раз. Пассажиры уже начинали расходиться по каютам и появление Ольги у официанток энтузиазма не вызвало. Но работа есть работа. Быстренько пообедав, Ольга покинула ресторан. Там она ничего подходящего не нашла. Форма официантки не годится. Нужна форма стюардессы. Побродив немного по коридору, она наметила подходящую "жертву" — девушку подходящего роста и комплекции. Надо было торопиться, так как до входа в атмосферу оставалось не более двадцати минут. Приняв озабоченный вид, Ольга подошла к стюардессе.

— Девушка, Вы не могли бы мне помочь?

— Да, слушаю Вас, мадам?

— У меня в каюте противоперегрузочное кресло что — то перестало регулироваться.

Может быть, я что — то не то нажала? Вы не посмотрите?

— Конечно, мадам! Пойдемте.

Подойдя к каюте, Ольга открыла дверь и пригласила стюардессу войти. Хорошо, что от самой двери из коридора ничего не было видно. Едва войдя в каюту и увидев лежавшие вповалку тела, девушка вскрикнула от страха, но Ольга уже захлопнула дверь и закрыла замок. Стюардесса попыталась вырваться и выскочить в коридор, но Ольга без труда справилась с ней, скрутив и бросив на койку.

— Тихо, девушка! Я ничего плохого Вам не сделаю, если не будете брыкаться. Быстренько раздевайтесь!

— Мадам, Вы что?! Я не такая!!!

— Дура! Я не покушаюсь на Вашу сексуальную ориентацию. Мне нужна только Ваша форма. Быстренько раздевайтесь, или я Вас сама из нее вытряхну!

Дрожащими руками девушка начала раздеваться, со страхом поглядывая на Ольгу. Когда на ней остались только белье и колготки, Ольга остановила процесс и бросила ей банный халат.

— Все, хватит! Оденьте! И усаживайтесь в противоперегрузочное кресло. Все там нормально работает!

Дрожа от страха, несчастная стюардесса выполнила приказ. Ольга тут же взяла ее подсознание под контроль и погрузила девушку в глубокий сон. Она проспит до самой посадки и ей ничего не грозит. После того, как придет в себя, она и оставшиеся в живых полицейские подробно расскажут о случившемся. Пусть знают, что Ольга Шереметьева не трогает тех, кто не хочет причинить ей зла. Она убивает только в целях самозащиты.

Но теперь надо выбираться отсюда. Включив обзорный экран и подключив его к датчикам внешнего обзора, Ольга убедилась, что до входа в атмосферу Земли осталось совсем немного и надо спешить. Порывшись в своей сумке, нашла колготки подходящего цвета.

Быстро раздевшись, облачилась в форму стюардессы. Юбка, блузка и китель подошли идеально, а вот туфли слегка жмут. Ничего, долго в них ходить не придется. Колготки тоже подходят. Покрутилась перед зеркалом. Ни дать, ни взять — стюардесса! Сложив все свои вещи в сумку, а также добавив два "трофейных" пистолета со всем запасом патронов, который выгребла из карманов и других пистолетов полицейских, а также две радиостанции, стала ждать. На экране хорошо было видно, как лайнер приближался к огромному голубому шару, местами укрытому белизной облаков. Сквозь разрывы облачности хорошо просматривались очертания материков и синева океанов. Перед ней была Земля прародина человечества. Снова нахлынули ностальгические мысли…

"Лорелея" шла над Атлантикой и приближалась к побережью Европы. Лайнер уже вошел в верхние слои атмосферы и начал плавное снижение со сбросом скорости. Высота порядка ста километров. Приборов в каюте нет, но, благодаря огромному опыту, Ольга прикидывала местоположение лайнера визуально. Высота постепенно уменьшается. Вот уже пройдена береговая линия — побережье Бискайского залива и лайнер несется над материком. Погода стоит ясная, облаков нет и все внизу прекрасно просматривается. Это хорошо, так как надо не упустить момент. Слишком рано захватывать шлюпку и ждать в ней подхода к Франкфурту нельзя. Сработает сигнализация в рубке, указывающая, что входной люк шлюза одной из шлюпок открыт. Сразу захотят выяснить, что случилось, а вредить экипажу она не хочет. Уж эти люди совершенно не причем. Быстро захватить шлюпку и сразу покинуть лайнер на большой высоте, вдали от космопорта, тоже нельзя. Нет никакой гарантии, что ее сразу же не попытаются сбить, приняв за террориста, или за вылазку противника. А спасательная шлюпка — не истребитель и не штурмовик. Она совершенно беззащитна в случае атаки. Нет ничего более паршивого для пилота, чем ощущение полной беспомощности. Когда в твоих руках не боевая машина, способная дать реальный отпор, а маленькое гражданское суденышко, совершенно бесполезное в военном отношении. Когда тебя атакуют, а ты совершенно ничего не можешь сделать. Поэтому, надо ждать, пока лайнер не начнет маневр захода на посадку. Быстро захватить шлюпку и покинуть "Лорелею" на малой высоте в районе космопорта. Сразу стрелять по ней не будут, так как ничего не поймут. Вполне могут подумать, что на лайнере авария. Она вдобавок даст еще сигнал бедствия. Пока разберутся, шлюпка будет уже возле городских окраин, а там стрелять тем более не будут. А большего ей и не надо. Совершить посадку поближе к городским кварталам и затеряться среди жителей. Ищите, ребята, Маргариту фон Люкнер, или Ольгу Шереметьеву!

Высота уменьшилась, и Ольга внимательно вглядывалась в наземные ориентиры. Включила режим карты и проверила место. Да, лайнер приближается к Франкфурту. Высота порядка пяти километров. Все, пора…

Взяв сумку и бросив еще раз взгляд на своих пленников, Ольга вышла из каюты. Коридор пассажирской палубы был пуст. Все уже сидят по каютам в ожидании посадки, да и представителям пассажирской службы тут пока делать нечего. Оглянувшись, быстро направилась к двери, ведущей на шлюпочную палубу. Достав электронный ключ, изъятый у стюардессы, открыла дверь и оказалась на служебной территории, куда пассажиры могут попасть только при объявлении тревоги по оставлению судна. Если кто — то сейчас и видит ее через систему видеонаблюдения, то не обратит особого внимания. Мало ли, зачем стюардессе понадобилось попасть на шлюпочную палубу. Пока она не откроет дверь в шлюпочный шлюз, никто беспокоиться не должен. Неторопливо идя по коридору шлюпочной палубы, Ольга делала вид, что разглядывает схемы и инструкции на переборках. Надо еще потянуть время. Хотя бы несколько минут…

На лайнере двадцать четыре шлюпки. По двенадцать с каждого борта. Глянула на часы.

По времени лайнер уже должен начинать маневр захода на посадку и находиться на высоте тысячи метров. Вот и дверь входного шлюза шлюпки номер 7. Время!

Дернув рычаг, Ольга открыла тяжелую бронированную дверь и вошла в шлюз. Закрыла ее и начала открывать входной люк шлюпки. Сигнализация на пульте в рубке уже сработала и вахта не понимает, в чем дело. Если не видели момент, как она входила в шлюз, то могут принять это за сбой в системе. Но когда пройдет команда на запуск реактора шлюпки, сразу поймут, что в шлюпке кто-то есть. Теперь дело решают секунды. Люк шлюпки открылся без проблем. Хорошо, что здесь нет никаких хитроумных приспособлений и замков. Спасательная техника должна быть максимально простой в управлении, надежной и эффективной. Чтобы с ней, в случае чего, смог справиться любой человек, даже не обладающий специальной подготовкой. Достаточно прочитать иллюстрированные инструкции, наклеенные на переборки внутри шлюпки. Задраив за собой люк, Ольга сразу бросилась к пульту управления и включила разгон реактора. Время разгона — двадцать секунд. За это время, если вдруг сюда кто — то захочет вломиться и помешать ей, она ничего не сможет сделать. Останется только защищаться. Хорошо, что все системы шлюпки полностью автономны и она не зависит от команд извне. Можно только передавать туда и обратно информацию, но нельзя помешать старту. Это сделано специально, чтобы в случае аварии ничто не смогло помешать покинуть судно. Экран видеосвязи засветился и на Ольгу удивленно уставился мужчина в форме.

— Эй, Вы что там делаете?! Немедленно остановите реактор, мы уже заходим на посадку!

Ольга не удостоила его ответом. Реактор вышел на режим номинальной мощности и она подала команду на подготовку к взлету. Еще пять секунд. Зверь насторожился. Это значит, что скоро сюда пожалуют гости разобраться с полоумной стюардессой, которой вздумалось поиграть в пилота. Ибо, зачем еще залазить в шлюпку и активировать реактор?

Наконец, бортовой компьютер шлюпки доложил о готовности всех систем к взлету. На обзорных экранах было хорошо видно бетонное поле космопорта, к которому приближался лайнер. Что ж, спасибо, "Лорелея"! А теперь пора прощаться. Ольга рванула рычаг аварийного отстрела и катапульта выбросила шлюпку прочь из шлюза.

Едва маленькое суденышко вырвалось на простор, сразу же автоматически запустились двигатели. Ольга тут же включила подачу сигнала бедствия и перешла на ручное управление. Динамик радиостанции не умолкал. Диспетчер службы управления движением вызывал "Лорелею" и спрашивал, что у них случилось. "Лорелея" тоже вызывала свою сбежавшую шлюпку, ничего не понимая. Маленькое суденышко швыряло в сильных турбулентных потоках и не сразу удалось его выровнять. Ольга бросила взгляд на приборы и обзорные экраны. Так и есть. Высота тысяча сто метров и космопорт совсем рядом. Справа вдалеке виднеются очертания огромного города. Это и есть Франкфурт — на — Майне. Город с одним из крупнейших космопортов в сердце Европы. Ее ближайшая цель. Надо срочно добраться туда, так как спрятаться в огромном мегаполисе гораздо легче. Заложив вираж, Ольга резко пошла на снижение и развернула шлюпку в сторону города, до предела увеличив скорость. Воздушное пространство рядом сейчас свободно — диспетчер разогнал всех при получении сигнала бедствия. В экране кормового обзора мелькнул огромный корпус "Лорелеи" и стал удаляться. Шлюпка на предельной скорости неслась в сторону города, одновременно снижаясь. Ольга прекратила снижение, только достигнув высоты ста метров. Полет на такой малой высоте с высокой скоростью в ручном режиме пилотирования сложен и доступен только пилоту высокой квалификации. Она лишний раз доказала, что по праву носила когда-то золотой значок пилота экстра класса. Те, кто находились на земле, удивленно поднимали головы вверх и не верили своим глазам, когда над ними, на ничтожно малой высоте, проносилась с ревом неизвестная машина. Такого тут никогда не бывает, так как полеты в районе космопорта строго регламентируются и никакой вольности тут быть не может. Ольга переключилась на автопилот, включив также систему огибания рельефа местности, и сосредоточилась на показаниях приборов. То, что радио надрывается, и кто-то вызывает сбежавшую шлюпку, на это она внимания не обращала. Все равно сказать нечего. А вот то, что на экране радара появились две малоразмерные быстроходные цели, поднявшиеся из космопорта, это более важно. Быстро ребята очухались. Если это истребители, и они прямо сейчас откроют огонь, то можно самой врезаться в землю. Уйти от ракет на этой посудине нет никаких шансов. Надежда на то, что это обычные полицейские машины и сразу стрелять они не будут. Постараются взять живьем нарушителя спокойствия. Но при приближении к городу опасность резко возрастает. Вполне могут принять за террориста — смертника и уж тогда точно собьют. Такие придурки, к сожалению, еще встречаются и полиция не будет рисковать. Снизиться до пятидесяти метров. Полет на такой высоте не просто труден, а опасен. Но на большей высоте шлюпку проще обнаружить и сбить средствами ПВО. Машины сзади быстро настигают, но огня не открывают. Ольга внимательно всмотрелась в экран. Да, так и есть. Небольшие полицейские сторожевики, больше приспособленные для перевозки полицейского спецназа, чем для воздушного, или космического боя. Вооружение у них довольно скромное. Хорошо, что рядом не оказалось ни одного истребителя. Но и с ними лучше не шутить, поскольку шлюпка вообще безоружна. И если они приблизятся еще больше, то вполне могут сбить ее из пушек. Внизу все сливается и невозможно ничего разобрать. Шлюпка несется на предельной скорости и черта города все ближе и ближе. Сзади настигают сторожевики, но еще не вышли на дистанцию огня.

Все, надо заканчивать. А то еще немного, и полиция сможет открыть огонь. Сброс тяги двигателей с включением реверса и шлюпка начинает быстро терять скорость. Местность внизу не очень ровная, поэтому придется сбросить скорость до нуля и совершить посадку в вертикальном режиме, а это потеря времени. Наконец, поступательная скорость нулевая. Выпустить шасси. Теперь убрать тягу поворотных дюз и шлюпка начинает медленно снижаться. Касание грунта. Все, полет завершен. Выключить двигатели и заглушить реактор. Подхватив сумку с вещами, Ольга бросилась к входному люку. Открыв люк, сразу же отвела глаза всем присутствующим и спрыгнула на мягкую почву, покрытую невысокой травой. Издалека доносился гул работающих двигателей. Полицейские сторожевики тоже сбросили скорость и готовились совершить посадку. Быстро переобувшись в свою обувь, Ольга зашагала к ближайшим постройкам, которые находились от нее не далее, чем в двух сотнях метров. Группа людей, находившихся там, с удивлением смотрела на незнакомую машину, совершившую посадку почти рядом с городскими кварталами. Такое здесь было просто немыслимо, и никто ничего не понимал.

Ольга шагала по зеленой сочной траве, вдыхая полной грудью пьянящий воздух. Спустя столько лет она снова вернулась домой. На свою родную планету. Правда, никто ее здесь не ждал…

Глава 8

Ольга шагала по вечерним ярко освещенным улицам Франкфурта, еще раз перебирая в памяти все события этого дня. Не совершила ли она где — нибудь ошибки? Все может испортить маленькая нелепая случайность. От полиции она ушла довольно легко. Пока сторожевики добрались до места посадки шлюпки, сбросили скорость, сами совершили посадку, прошло достаточно времени, чтобы она успела добраться до первых городских построек и скрыться среди других людей, уйдя с открытой местности. Найдя непросматриваемый закуток, снова "материализовалась" в воздухе и тут же переоделась в свой походный брючный наряд, сняв форму стюардессы и запихав ее в сумку. Улик здесь лучше никаких не оставлять. Приведя себя в порядок, Ольга вышла из укрытия, и как ни в чем не бывало, отправилась дальше, не вызывая никаких подозрений. Оглянувшись, она увидела оба сторожевика, стоящие возле шлюпки и толпу вооруженных полицейских, окруживших ее. Очевидно, они уже перевернули там все вверх дном и гадают, куда же делся возмутитель спокойствия. Несколько полицейских опрашивали очевидцев, стоявших неподалеку, и те клятвенно заверяли, что хоть люк и открылся, но из шлюпки никто не выходил, иначе бы они точно его заметили. Ольга усмехнулась и пошла дальше. Поломайте головы над этой задачей, ребятки. А мне пора. Маргариты фон Люкнер больше нет. Сейчас в город по своим делам направляется Линда Браун. А то, что у нее сумка в руках — ну и что? Законом не запрещается носить сумки. Отойдя сотню метров, Ольга поймала такси и поехала в центр. На этом этапе, вроде бы, все сошло благополучно.

Однако успокаиваться рано. Сегодня вечером она будет звездой экрана в криминальных новостях. "Лорелея" уже совершила посадку и все, кому положено, знают, кто именно так нагло угнал шлюпку. Из этого следует, что ее портрет, как опасного преступника, появится на всех каналах телевидения и в газетах. Такого переполоха тут давно никто не устраивал. Поэтому, надо побыстрее убраться из Франкфурта. В идеальном варианте прямо в Токио. Или, хотя бы на территорию Японии, а там уже будет проще затеряться.

Задача очень простая при современных видах транспорта, если знать, как это сделать.

А вот сделать будет очень непросто. На всех пассажирских терминалах Ольгу будут ждать. Ее фото будет у всех полицейских патрулей. Власти обеспокоены серьезно, так как то, что она выкинула, не удавалось еще никому, поэтому и меры безопасности везде будут приняты беспрецедентные. А залезть в какую — нибудь нору и переждать этот переполох нельзя. Ведь Аня до сих пор у похитителей и неизвестно, насколько у них хватит терпения. Значит, лететь надо сейчас и пассажирский транспорт отпадает. Остается грузовой. Пробраться на грузовой шаттл, отправляющийся куда угодно в Японию и там незаметно его покинуть. Тоже задачка не из простых, даже с ее способностями. На грузовых терминалах космопорта тоже будет хватать полицейских. И если людей она еще может обмануть, то мимо камер видео наблюдения никак не проскочит. И даже если она и попадет внутрь шаттла, то ведь там надо будет прятаться несколько часов полета от экипажа. А устраивать еще и там "мур — мур" в ее планы никак не входит. Если на борту корабля что — то произойдет, это сразу привлечет внимание и местным полицейским властям не составит большого труда проанализировать ситуацию и сопоставить факты.

И охота продолжится, а Митугу-сан будет таким образом предупрежден о ее прибытии.

Значит, полная нелегальщина отпадает. Еще до посадки на "Лорелею" Ольга предвидела такой вариант развития событий, когда не все пойдет гладко и на каком — то этапе полета, или в момент прибытия на Землю она будет обнаружена и ей потребуется помощь.

Хоть и не хотелось расширять круг посвященных, а придется. Во Франкфурте был человек, который мог и обязан был ей помочь. Преуспевающий адвокат Пауль Шуман, владелец богатой адвокатской конторы, имел хорошие связи во многих кругах, начиная от высших полицейских чинов и кончая боссами мафии. Как у него все удавалось, никто понять не мог. И только немногие, и Ольга в том числе, знали, что герр Шуман — один из ценнейших сотрудников "Экспедиционного корпуса" и все его благосостояние во многом обязано работе на него. До этого Ольга и Пауль уже имели деловые контакты, связанные с работой "корпуса" и вот теперь настала очередь, когда помощь нужна самой Ольге. Именно к нему она сейчас и направлялась, тщательно проверяя, не тянется ли за ней "хвост"..

Хвоста не было, никто на нее особого внимания не обращал и Ольга без проблем добралась до дома господина Шумана. По последней имеющейся информации она знала, что Пауль живет один. Оба его брака оказались неудачными. И оба из-за того, что его бывшие жены очень уж хотели контролировать его доходы, то есть пытались влезть в святая святых. А поскольку это было чревато потерей не только денег, но и головы бедняги Пауля, о чем его дражайшие половины совершенно не подозревали, пришлось с ними расстаться, отвалив в обоих случаях солидные "отступные". Но если в первый раз дело закончилось полюбовно и бывшая женушка больше не надоедала, то второй раз изрядно потрепал ему нервы. Подруга жизни смекнула, что рыльце у ее муженька изрядно в пушку, а поэтому не грех бы и подоить его всю оставшуюся жизнь и начала действовать, как ей казалось нужным. Глупая женщина не учла, что есть вещи, которые герр Шуман ценит превыше всего — это личная свобода и деньги. И если кто — то на них покушается, опускаясь до грубого шантажа, то выносит себе смертный приговор. С шантажистами у преуспевающего адвоката разговор был очень короткий, в чем ему оказывали помощь местные криминальные боссы. В нескольких случаях, когда подобное имело место, шантажисты просто бесследно исчезали. На все вопросы полиции господин Шуман отвечал, что знать ничего не знает, и это было абсолютной правдой. Ведь он действительно н е з н а л, куда делись вымогатели. Это был единственный случай, когда он отошел от своего железного правила. Причиной был банальный инстинкт самосохранения. Ведь если дражайшая половина, с которой господин Шуман собрался разводиться, вдруг исчезнет, то это вызовет массу глупых вопросов к нему со стороны полиции, а также повышенное внимание, что человеку, занятому таким родом деятельности, совершенно не нужно. Если от полиции он еще сможет отвертеться, то вот от "Экспедиционного корпуса" — вряд ли. Там тоже не придут в восторг от такой "популярности" и не исключена возможность, что его сочтут опасным с в и д е т е л е м. А хороший свидетель, как говорится… И вот, чтобы до этого не дошло, Пауль пригласил свою женушку отдохнуть на Мальдивы. Его помощники, направленные мафиозным боссом, уже прибыли туда. Им требовалось в тот момент убрать одного неугодного, вот и решили совместить две акции в одну. Супруга была в полной уверенности, что ее муженек поджал хвост и никуда не денется. О-о-о, как это опасно, недооценивать противника… Поэтому и не заподозрила ничего плохого, когда их новые знакомые пригласили покататься на яхте. Воды Индийского океана до сих пор очень опасны. Здесь водится столько хищных тварей, что за борт лучше не падать…

Когда берег скрылся за горизонтом, яхта легла в дрейф. Приговоренного, который ни о чем не подозревал, вытащили на палубу и кинули за борт. Акулы появились тут же. Из милосердия несчастного пристрелили до того, как его растерзали. И все это произошло на глазах у Пауля и его дражайшей половины. Когда все закончилось, он будничным голосом сказал, что она сейчас отправится следом, но патрона на нее тратить не будут.

Это в том случае, если любимая не откажется от своих бредовых требований. Но если она осознает, что не права, подпишет сейчас же все необходимые бумаги и удовольствуется половиной той суммы, которую он предлагал ей ранее в качестве отступного, так как вторая половина пошла на расходы по всему этому мероприятию, то он дает честное слово доставить ее на берег в целости и сохранности и отпустить на все четыре стороны. Выбор сделать было нетрудно, и на берег Пауль сошел счастливым свободным человеком. После этого он зарекся жениться, так как кроме неприятностей это ему ничего не приносило. А когда еще подсчитал, что если сложить все финансовые потери, которые нанесли ему обе женитьбы, то они оказались на много больше, чем если бы он напропалую пользовался услугами девочек по вызову. Там, по крайней мере, никаких финансовых претензий ни от кого не было. Все согласно действующим тарифам. Это окончательно сделало Пауля убежденным холостяком. Во всем остальном это был умный, обаятельный и веселый человек, который прекрасно умел ладить с людьми и помогал им выкрутиться из самых сложных ситуаций. И вот теперь Ольга стояла перед дверью дома этого человека, так как лучше него никто не смог бы ей помочь. Звонить по видеофону не стала. Мало ли что. Вдруг видеофон у адвоката на прослушке совсем по другому поводу…

На звонок в дверь очень скоро раздались шаги, дверь открылась и господин Шуман предстал перед Ольгой собственной персоной. Он сразу узнал ее, расплылся в улыбке и пригласил зайти. Со времени их последней встречи, которая была год назад, он совершенно не изменился. Все такой же ухоженный "котяра", знающий себе цену. Во всяком случае, Ольге он искренне обрадовался. Они были старыми друзьями еще со времен ее начала работы на "корпус".

— Оленька, добрый вечер! Какими судьбами в наши края? А ты все такая же красавица, как мы виделись в последний раз! Честно говоря, сильно удивился, когда увидел твой портрет в вечерних новостях. Что случилось, что ты пошла на такой риск? Ведь можно было бы связаться и все обсудить, что тебе нужно!

— Здравствуй, мой дорогой Пауль! Спасибо за комплимент, ты тоже прекрасно выглядишь! Небось, всех местных цыпочек в округе осчастливил? Я ведь твою натуру знаю.

И что — я уже звезда телеэкрана? Быстро ребята работают…

Ольга обворожительно улыбалась, активизировав все возможности зверя. Но все было спокойно, полиция сюда еще не добралась. Хотя, по виду Пауля было похоже, что он либо собрался уходить, либо кого — то ждал, так как был одет соответствующим образом. Друг от друга у них секретов не было, и оба частенько подкалывали один другого на предмет любовных похождений. Когда они впервые встретились еще во время работы Ольги в экипаже корабля "экспедиторов", он попытался познакомиться с ней "поближе", и был удивлен, когда его вежливо отшили. Но уж кем, а хамом и наглецом Пауль никогда не был. Если ему сказали "нет" — это значит "нет". Ведь причины отказа он тогда еще не знал. А когда узнал, это не помешало им стать хорошими друзьями и деловыми партнерами. Оба отличались любвеобильным нравом, хотя и каждый в своей области, и поскольку им временами приходилось работать вместе, то и куролесили они тоже вместе. Находили двух девочек и веселились от души. Причем, к огромному удивлению Пауля, ни разу ни одна не отказалась. Что и говорить, Ольга толк в этом знала и всегда могла найти нужный подход практически к любой подружке. Что было — то было…

… И что это у тебя такой парадный вид? Кого-то ждешь в гости, а тут меня нелегкая принесла?

— Оля, не поверишь. Тебя ждал. Как только узнал из новостей, что ты тут появилась таким экстравагантным способом, так сразу подумал, что ко мне придешь. Или, я не прав?

— Прав, прав… Пауль, мне нужна твоя помощь. Больше обращаться ни к кому не хочу.

— Так, проходи, располагайся, рассказывай. Сейчас поужинаем, я в ресторан позвоню, заказ сделаю…

Уточнив у Ольги, что бы ей хотелось на ужин, Пауль сделал заказ и, усадив Ольгу за стол, начал расспросы. Пришлось рассказать ему в общих чертах, умолчав только о некоторых "сверхестественных" подробностях. Пауля это задело за живое. Уж кого-кого, а шантажистов он терпеть не мог. Под конец разговора поинтересовался, может, подключить местные ресурсы — полицию, или мафию? В принципе, возможно и то, и другое.

Но Ольга не согласилась.

— Нет, Пауль. И так слишком много людей знает об этом. Если бы удалось попасть на Землю незамеченной, то я бы и тебя в эту историю не впутывала. Зачем тебе рисковать.

А сейчас просто выбора нет. Мне надо срочно попасть в Токио, а моя фотография сейчас есть у каждого полицейского. И скоро они не успокоятся. Можно что-нибудь сделать?

— Подумаем. Есть у меня тут кое-какие контакты… Но это — завтра. Сегодня уже поздно.

Сейчас поужинаем, а потом отдыхай. С утра я займусь этим делом. А сегодня… Может, давай, как раньше? Вызовем двух девочек… Тут сейчас появились такие симпатяшки из Азии! Просто персики! Ты как?

— Вот, "котяра" неугомонный!!! Каким был, таким и остался! В другой раз попробуем.

Но не сейчас. Не надо, чтобы меня кто-то здесь видел. А то ведь твои симпатяшки азиаточки тоже телевизор смотрят. Запросто стукануть могут. Тебе оно надо?

— Гм-м, я как — то не подумал… Действительно, ты права. Не надо тебе светиться… Значит, ужинаем и отдыхай. Завтра у нас тяжелый день. А я пока посижу и все обмозгую.

Нет таких задач, которые нельзя было бы решить в наше время, если есть деньги. А деньги любят все. Независимо от чинов, должностей и вероисповеданий…

Ночь прошла спокойно. Ольга хорошо выспалась после вчерашних приключений и была готова к новым. А то, что они появятся, и притом очень скоро, никаких сомнений не было. После завтрака Пауль ушел, оставив ее одну, строго настрого запретив выходить из дома, подходить к видеофону и вообще подавать какие — либо признаки жизни. Все знают, что господин Шуман живет один, поэтому не надо привлекать внимание. Ольга прекрасно все понимала и, хоть ее кипучая натура требовала действий, но согласилась, что сейчас в ее ситуации лучше переждать, пока Пауль не прояснит ситуацию. Слава богу, на ее след пока еще не вышли и здесь искать не будут.

После ухода адвоката Ольга позволила себе только залезть через компьютер в сеть и ознакомиться с последними новостями. Проверила также почту от Насти и Эльзы. Ничего нового не было. Видно, похитители знали, что адресата нет на месте, вот и не утруждали себя писаниной. Ну, а коль скоро уже известно, что адресат прибыл на Землю, то и писать дальше бессмысленно. Ей будут готовить встречу в Японии, в логове Доихары. Потому, что больше ей идти просто некуда. Никакой другой зацепки нет. А то, что она прибыла на Землю именно за этим, у противника не вызывает сомнений. Уж слишком хорошо известна всем натура генерала Миллер. Плохо то, что утрачен элемент внезапности и Аню могут перевезти в другое место. Хотя, не факт, что ее до сих пор держали там… Но, в любом случае, сейчас ближайшая цель — Доихара. Потому, что никакой другой нет…

Ознакомившись с новостями, Ольга выключила компьютер. Телевизионную систему включать не стала, чтобы не шуметь. Время до обеда тянулось медленно, и она просто изнывала от скуки, не зная, куда себя деть. Несколько раз снова входила в сеть, но ничего нового не узнала. Наконец, вернулся Пауль, и по его озабоченной физиономии Ольга поняла, что дело дрянь. Бухнувшись за стол, он сходу начал выдавать новости.

— В общем так, Оля. Ситуация на много серьезнее, чем я думал. Полиция стоит на ушах и роет копытами землю. Давно такого не припомню. По своим каналам разузнал — дело на контроле на самом верху. Устроила ты переполох в этом болоте. Поэтому, чтобы спокойно ходить по городу, не может быть и речи. Все выезды из города, все терминалы космопорта перекрыты, идет повальная проверка всех видов транспорта. Мышь не проскочит.

Любыми путями хотят не выпустить тебя из Франкфурта, и такая возможность у них есть.

И самое неприятное то, что возле своего дома я заметил слежку. Легавые что — то пронюхали. Полной уверенности у них, очевидно, нет, а то бы уже давно вломились с обыском.

А так сидят и ждут тебя, чтобы не спугнуть. Значит, кто — то тебя сдал, раз они знают, что ты обязательно должна прийти ко мне. У тебя нет никаких соображений?

— Нет… Абсолютно никаких… Даже не знаю, кто это может сделать. Дело в том, что абсолютно н и к т о не знал о моих планах, что я буду делать после прибытия на Землю. Может, случайность?

— Оля, случайность, это когда муж возвращается из командировки раньше времени и без предупреждения. А это закономерность. Меня целенаправленно п а с у т. Значит знают, что ты постараешься выйти на меня, иначе по другому поводу меня пасти просто незачем.

Пока спасает то, что они думают, будто мы еще не встретились. Но ведь долго так продолжаться не может. Если бы не был важен фактор времени — ради бога. Сиди, сколько угодно в моей берлоге. Пока им не надоест, и они не плюнут, решив, что ты и не собиралась сюда приходить, а каким- то образом все таки выскользнула из города. Но ведь тебе надо срочно быть в Токио. Значит, это не подходит. Есть возможность доставить тебя сегодня же прямо до места. Я узнавал — грузовой шаттл компании "Джапан спэйс лайнз" уходит сегодня в двадцать часов в Токио с грузом контейнеров. Капитан шаттла — мой хороший знакомый. Экипаж тоже болтать не будет. Но нет никакой возможности вывести тебя из дома. Все выходы перекрыты шпиками и тебя сразу заметят.

— А на машине? Если я спрячусь в машине еще в гараже?

— Не получится. Два раза они меня уже пасли таким же образом. Едва только я выезжал из гаража на улицу, тут же останавливали и обыскивали машину. Тебя сразу обнаружат.

Даже, если в багажник залезешь…

— Зачем в багажник? Сяду на заднем сиденье. Стекла у тебя тонированные? Камеры видео наблюдения через них не заметят?

— Оля, причем тут стекла… Толку с них, что они тонированные. Я же тебе говорю — машину обязательно остано… Оля, ты где?!

Лицо Пауля удивленно вытянулось, и он растерянно озирался. Ольга, только что сидевшая в кресле напротив, исчезла! Чувствуя себя полным дураком, он даже заглянул под стол, а потом ущипнул себя за руку и потряс головой. Ольга с улыбкой наблюдала. Эффект был потрясающий. Ведь Пауль до сих пор не сталкивался с ее способностями, хотя и слышал кое что раньше. Решив, что нужный эффект достигнут, она снова "материализовалась" в воздухе, приведя Пауля снова в состояние полной растерянности.

— Ну как?

— Оля!!! У-ф-ф… Нет слов… Как ты это делаешь?!

— Тебе ведь говорили, что я ведьма. Поверь, это не сказки. То, что я только что сделала, называется "отвести глаза". Вот ты меня и не увидел. Так почему меня увидят полицейские?

— Фантастика… Никогда бы не поверил, если бы не увидел… Хотя и говорили, что таким образом ты выбралась из засады, когда ваш корабль попал в ловушку. Но я не поверил.

Думал, что вам как — то удалось всех обмануть… Но если ты можешь творить такие вещи, так зачем тебе корабль? Может, ты и так можешь переместиться в пространстве? Как там пишут в книгах — телепортировать?

— Нет, Пауль, телепортировать я не могу. Ведьма — это не колдунья. Никакого волшебства здесь нет. Я просто могу воздействовать на человека определенным образом. Как на его психику, так и на физическое состояние. Во времена средневековья это называли колдовством. Сейчас — биоэнергетикой. Но я не могу летать на помеле, или в ступе, вот поэтому мне и нужен корабль. И я не могу воздействовать на механизмы. Только на людей и на животных, стоящих на высокой ступени развития, то есть с развитой нервной системой. Вот поэтому и спросила тебя о стеклах в машине. На видео камеры мои "чары" не подействуют.

— Понятно… Хотя, ни черта не понятно… Ладно. Сейчас перекусим, потом я уеду, договорюсь обо всем, а ты опять сиди тихо. Думал, будет самой большой проблемой тебя из дома вывести. Ну, а если так… Оля, слава богу, что сейчас нет инквизиции!

Пауль ушел, а Ольга снова занялась просеиванием информации, полученной из сети.

Она обратила внимание, что ажиотаж, поднятый информационными агентствами вокруг нее, как — то очень быстро стал затихать. То, что творилось вчера вечером, не шло ни в какое сравнение с тем, что было сегодня. Появились какие — то новые сенсации, зачастую высосанные из пальца, скандальная светская хроника, любовные похождения кинозвезд и звезд эстрады и тому подобное. Создавалось впечатление, что кто — то самым решительным образом фильтрует поток информации, удаляя из него то, о чем широкой публике знать не надо. Зверь тоже вел себя беспокойно, чувствуя опасность, сгущаюшуюся за стенами дома. Отсюда надо уходить, и чем быстрее, тем лучше. Скоро полиции надоест наблюдать за домом адвоката, и они могут нагрянуть с обыском. Повод всегда найдется. Хотя бы одно из его прошлых дел. Скажут, что возникли новые обстоятельства и ничего им не скажешь, приличия будут соблюдены. А устраивать побоище в доме Пауля очень не хочется. Он то здесь причем, незачем еще и его в свои разборки втягивать. А сдаваться полиции ни в коем случае нельзя. Мало ли, что они могут выкинуть… Поэтому, когда вернется Пауль, независимо от того, удастся ли ему договориться о доставке нелегального пассажира, или не удастся, все равно надо уходить. Пусть вывезет ее из дома на машине на другой конец города, а там она уже будет действовать самостоятельно. Что — нибудь да придумает. Проблемы надо решать по мере их возникновения…

Время тянулось долго. День уже клонился к вечеру, а Пауля все не было. Позвонить ему Ольга не решалась. Осталось три часа до вылета. Наконец, хлопнула входная дверь и Пауль влетел в дом, как будто за ним гналась свора собак. Времени на разговоры уже не осталось.

— Оля, быстро собирайся. Одень что — нибудь такое, чтобы можно было и по улицам ходить, и огородами через заборы, в случае чего, удирать. Ничего лишнего с собой не бери. Только документы, деньги и оружие, если надо. Давно с парашютом прыгала?

— Пауль, ты что, белены объелся?! Какой парашют?!

— Учебно-тренировочный, с управляемым куполом. Если не подходит, будет спортивный, тоже с управляемым куполом.

— Пауль, у тебя все в порядке? Ты что несешь?

— Оля, я в здравом уме и твердой памяти. Только что разговаривал с Аримой, он и предложил этот древний метод.

— А это кто такой?

— Иногути Арима, капитан грузового корабля "Сойя — Мару", на котором ты полетишь.

После взлета корабль выйдет из атмосферы и совершит стыковку с орбитальным терминалом. После завершения грузовых операций войдет в атмосферу над Японией и совершит посадку в токийском космопорту. Но в сам космопорт тебе соваться крайне нежелательно. Возможно, ты сможешь покинуть его, но только с большим шумом, а тебе это не надо. Арима при мне связывался с друзьями в Токио, не показывая своего интереса, и в разговоре узнал, что там тоже вся охрана космопорта стоит на ушах. Оля, тебя там ждут. Где — то протекает информация, и мы не знаем где. Вот Арима и предложил использовать древнейший метод — парашют. Сейчас он используется только в спортивных целях. Ну еще, как последнее средство спасения пилота в атмосфере. А ведь когда — то, несколько веков назад, он использовался и как средство доставки диверсантов в тыл противника. И для высадки десанта в больших количествах. Никто не будет ждать твоего прибытия туда т а к и м образом. По времени как раз хорошо получается. Когда "Сойя — Мару" отойдет от орбитального терминала и войдет в атмосферу, в Японии будет глубокая ночь и тебя никто не увидит в небе. Подробности обговорите с Аримой. Я в парашютном деле не силен.

— Ну ты, Пауль, даешь… Я в последний раз еще на службе прыгала. Обязательные ежегодные прыжки. Не до баловства было, война все — таки… Хотя, признаю, идея неожиданная и очень интересная. Так меня, действительно, никто не ждет. Согласна. Только, если можно, парашют учебно — тренировочный. Я не спортсмен. К спортивному куполу привыкнуть надо, да и управлять им надо умеючи, а то еще и сложиться может. А учебный "дуб" никогда не сложится.

— Что за дуб?

— А это жаргонное название учебного парашюта — "дуб". Потому, что он прочный, простой до ужаса и надежный. Поэтому и применяется для обучения новичков. Хотя, управляется гораздо хуже спортивного. Но мне сейчас воздушную акробатику крутить не надо.

— Хорошо, будет тебе "дуб". Давай, собирайся.

Через десять минут Ольга была готова. Бросила на себя взгляд в зеркало. Сойдет. По городским улицам ходить можно, а на прием в Елисейский дворец она не собирается. Разложила по карманам документы, деньги с кредитками, оба пистолета с запасными магазинами и кое какие мелочи. Тряпки придется оставить. Во время прыжка на ней не должно быть ничего лишнего. Присела на дорожку, окинув взглядом комнату, любезно предоставленную в ее распоряжение Паулем. Больше она сюда, скорее всего, никогда не вернется… Вздохнув, глянула на часы. Пора. Решительно встав, направилась к выходу.

— Все, Пауль, я готова. Едем. Все тряпки вместе с сумкой, что я оставила, потом уничтожь. Не надо, чтобы кто — то их обнаружил у тебя…

Спустившись в гараж, Пауль раскрыл заднюю дверь автомобиля и помог Ольге разместиться как раз посередине сиденья. Она сразу же отвела глаза, "растворившись" в воздухе. Пауль крякнул и помотал головой.

— Да не бойся, я здесь! — раздался насмешливый голос Ольги из пустоты.

— Матерь божья… Не увидел — не поверил бы… Оля, не ту работу ты себе выбрала!

Сев в машину, Пауль подал команду на открытие ворот и запустил двигатель. Выехав из гаража на улицу, он попытался было влиться в поток машин, но был тут же остановлен патрулем транспортной полиции. Как законопослушный водитель, Пауль немедленно остановился и опустил стекло в двери. Полицейский не торопясь подошел и заглянул в салон машины.

— Добрый вечер. Ваши документы, пожалуйста.

Придраться абсолютно ни до чего было нельзя. Пауль улыбнулся, подал документы и вежливо поинтересовался.

— Добрый вечер, инспектор! Вот, пожалуйста. А что случилось? Я ведь, вроде, ничего не нарушал. Только что из гаража выехал.

Полицейский с деланным интересом посмотрел документы и еще раз заглянул в салон, убедившись, что там, кроме Пауля, никого нет.

— Откройте, пожалуйста, багажник.

Пауль не стал кочевряжиться, а спокойно вышел из машины и открыл багажник. Заглянув туда, инспектор с сомнением обошел вокруг машины и вернул Паулю документы.

— Все в порядке, господин Шуман, можете ехать. Извините — просто плановая проверка.

Пауль с улыбкой забрал документы и не спеша тронулся с места, влившись в транспортный поток. Ольга чувствовала его запредельное напряжение, но вел он себя великолепно. Профессиональный актер так бы не сыграл. Только свернув на другую улицу, он шумно вздохнул и подал голос.

— Оля, ты здесь?

— А куда же я денусь? Пауль, тебе не говорили, что из тебя великолепный артист получился бы?

— Да какой к черту артист. Аж поджилки тряслись. Думал, сейчас накроют… Ты там пока не "проявляйся". Мало ли что…

— Хорошо, не буду. Хвоста за нами пока нет, так что езжай спокойно. Если кто появится, я сообщу.

Дорога до космопорта сюрпризов не преподнесла. Хвоста не было, и Ольга убедилась, что все внимание сосредоточено на доме адвоката. Ее ждут именно там и считают, что она туда еще не приходила. И чем дольше такая ситуация будет продолжаться, тем лучше для нее. Покрутившись еще какое — то время и проверив отсутствие слежки, Пауль приехал в район грузовых складов космопорта. Здесь такого тщательного контроля не было, как на грузовых терминалах, и можно было затеряться. Заехав в один из складов, Пауль остановил машину.

— Все, Оля, приехали. Можешь "проявляться". Сейчас познакомлю тебя с капитаном "Сойя — Мару". Человек надежный, я его давно знаю.

Вскоре к машине подошли двое. Один рослый крепыш в рабочем комбинезоне из местных и худощавый человек в форме торгового космофлота Федерации с капитанскими шевронами на рукавах кителя и с ярко выраженной азиатской внешностью. Пауль вышел из машины, велев Ольге пока обождать. Перебросившись парой фраз, он открыл дверь.

— Все в порядке, Оля, выходи. Знакомьтесь, господа. Вот наша возмутительница спокойствия, которая встряхнула, как следует, все это болото. И дальше ей здесь оставаться не желательно…

Знакомство не заняло много времени. Крепыш в комбинезоне оказался старшим стивидором, а азиат — господином Аримой, капитаном грузового шаттла "Сойя — Мару". Уточнив ряд деталей, капитан сразу изложил свой план — посадить Ольгу в контейнер с грузом, который будет погружен на его корабль. Контейнер таможенный досмотр проходить не будет, так как это не международный рейс. Ограничиваются, обычно, просто оформлением документов. А после взлета Ольгу выпустят. Если контейнер все же будет вскрыт и досмотрен перед погрузкой, то от Ольги потребуется снова "исчезнуть".

Паулю пришлось предупредить обоих о таких способностях Ольги, причем оба сначала дружно не поверили. Пришлось продемонстрировать свое умение. Господин Арима постарался не показать своего изумления, а стивидор аж присел с отвисшей челюстью.

Убедившись, что нужный эффект достигнут, Ольга опять с улыбкой "проявилась" в воздухе.

— Ну как, господа, теперь верите?

— Мадам… Вы человек, или нет?!

— А кто же я по вашему? Просто я — ведьма.

— Господи, сказал бы кто раньше… И чего только на свете не бывает!

Стивидор с капитаном удивленно переглянулись. Увиденное выходило за рамки их понимания. Но надо делать дело. Подойдя к нужному контейнеру, стивидор ловко снял пломбу, не нарушая ее, и открыл дверь.

— Заходите, мадам, устраивайтесь. Контейнер с принудительной вентиляцией, так что удушье Вам не грозит. Скоро его погрузят на корабль. Если контейнер будут вскрывать, это будет слышно заранее. Сразу "исчезайте". Полностью контейнеры никогда не перетряхивают. Иногда откроют, глянут и все. Света внутри, правда, нет. Придется посидеть в темноте.

Пора было прощаться. Ольга повернулась к Паулю и протянула руку.

— Спасибо, Пауль, что выручил. Никогда тебе этого не забуду. И вам спасибо, ребята. Пауль, свяжешься с моей конторой, пусть там оплатят все расходы.

— Да ладно, Оля, чего уж там… Свои люди. Может, когда — нибудь и мне твоя помощь понадобится. Дай бог, чтобы у тебя все получилось…

Глава 9

Дверь контейнера захлопнулась, замок закрылся, и Ольгу окутала темнота. Проблем это не создавало, так как она сразу же активизировала зрение зверя. Голоса, раздававшиеся еще какое — то время за дверью, утихли. Окинув взглядом свое временное пристанище, которое могло с одинаковым успехом стать как средством доставки на корабль, так и ловушкой, Ольга прошла в самый дальний угол. Контейнер был загружен какими-то крупными электронными блоками, надежно закрепленными, чтобы не сместились при перевозке. Места между ними было достаточно для прохода, и она разместилась даже с некоторой долей комфорта. Очевидно, для данного вида груза требовалось поддержание определенного уровня температуры и влажности, так как работала встроенная в контейнер сплит — система. Ждать осталось недолго. Через пару часов "Сойя Мару" должен взлететь, а погрузку нужно закончить не менее, чем за час до взлета.

Неожиданно рядом раздался низкий гул работающего двигателя. Клацнули замки захватов и контейнер пришел в движение. Очевидно, подъехал погрузчик, взял контейнер и повез на погрузочный терминал. Если он сразу доставит контейнер на корабль, то это идеальный вариант. Значит, проверки содержимого не будет. Какое — то время ничего не происходило, и Ольга подумала, что вроде все получается. Но, неожиданно, тон работы двигателя погрузчика изменился, и стало понятно, что он останавливается. Загудела гидравлика и контейнер плавно опустился на бетон. То, что это не палуба корабля, не было никаких сомнений. Ольга тут же "исчезла" и вовремя, так как послышались звуки открывающегося замка и дверь распахнулась. До Ольги донесся недовольный возглас.

— Ребята, вы же погрузку задерживаете! Не успеем закончить к вылету! Вы, разве, простой оплачивать будете?

— Ничем не можем помочь. Сказали, провести досмотр всего груза. Жалуйтесь, парни, этажом выше. Это не наша прихоть. Нам этот головняк тоже не нужен.

Дверь полностью открылась, и в контейнер вошли двое в форме полицейских с фонарями в руках. Посветив между блоками и осмотрев контейнер, один раздраженно махнул рукой.

— Нет здесь ни черта. Какой дурак сюда залезет. Все, закрывай, а то еще три сотни контейнеров на другие рейсы вскрывать. До утра провозимся! Вот, подбросило начальство работенку!

Дверь закрылась, и контейнер снова погрузился во тьму. Снаружи еще были слышны голоса и какая — то возня. Очевидно, навешивали новую пломбу. Потом снова загудел двигатель погрузчика, заработала гидравлика, и контейнер пришел в движение. Через несколько минут Ольга почувствовала, что погрузчик движется по наклонной плоскости, а это значит, что он въехал на грузовую аппарель корабля и направляется в трюм.

Вскоре погрузчик остановился, снова загудела гидравлика, и раздалось характерное клацанье электромагнитных захватов. Все, контейнер в грузовом трюме корабля. Гул двигателя погрузчика стал удаляться. Спустя несколько секунд подошел другой погрузчик и поставил рядом еще один контейнер. Погрузка продолжалась своим чередом. Первый шаг был сделан — она попала на борт корабля. Теперь надо благополучно убраться из Франкфурта.

Погрузка продолжалась еще около получаса. Наконец, гул двигателей погрузчиков стих и наступила тишина. Предстартовая тишина, которая бывает, когда погрузка закончена, аппарели убраны, все люки закрыты, но двигатели еще не запущены. Но вот раздался низкий гул и корпус корабля слегка задрожал. Гул усилился, тон звука стал выше и вибрация исчезла. Ольга почувствовала, как корабль начал движение по рулежной дорожке в сторону стартовой площадки. Грузовой шаттл не очень большой, значительно меньше магистральных балкеров, танкеров и контейнеровозов, поэтому его стартовая площадка может быть не очень далеко от погрузочного терминала. Движение прекратилось и корабль замер. Какое — то время ничего не происходило. Но вот гул двигателей усилился еще больше и Ольга почувствовала, что начался взлет. Корабль поднимался пока в вертикальном режиме. На высоте двух — трех сотен метров он начнет горизонтальный разгон.

Из трюма это определить трудно, но при определенном опыте возможно. По изменившемуся углу наклона палубы Ольга поняла, что корабль начал горизонтальный разгон с набором высоты. Перегрузка небольшая. Вскоре шаттл выйдет на орбиту и состыкуется с орбитальным терминалом. В любом случае, раньше выхода на орбиту ее из этой мышеловки не выпустят, так как капитану сейчас не до нее. Препаршивейшее все таки чувство сидеть взаперти и знать, что ничего не можешь сделать…

Наконец, тон работы двигателей изменился, включился генератор искусственной гравитации и Ольга поняла, что корабль вышел на орбиту. Сразу ли он получит разрешение на швартовку от диспетчера терминала, или заставят подождать в дрейфе какое — то время, не известно. Сильно долго задерживаться бы не хотелось, так как иначе они окажутся над Японией в светлое время суток. И тогда очень многие могут увидеть "ангела", спускающегося с неба. Сама то она сможет скрыться, "отведя глаза", но скрыть еще и огромный купол парашюта высоко над головой, на это ни одна ведьма не способна.

Вскоре раздалось щелканье замка, и дверь стала открываться. Холодный свет диодных ламп, освещающих грузовой трюм, хлынул в контейнер. Ольга, на всякий случай, сразу "исчезла", но это был капитан. Заглянув вовнутрь, он никого не увидел, но не удивился.

— Сударыня, все в порядке. Можете выходить, мы уже на орбите.

Ольга удивилась. Капитан хорошо говорил по — русски. "Материализовавшись" в воздухе, она выбралась из своего закутка в углу контейнера.

— Большое спасибо Вам, господин Арима! Контейнер все таки досматривали, но меня не увидели. Простите, что создаю Вам столько проблем.

— Не волнуйтесь, сударыня. Это уже не проблемы. Самое сложное было провести Вас на корабль, дальше будет проще. Пойдемте, провожу Вас в Вашу каюту. Грузовые операции на орбитальном терминале займут достаточно времени, поэтому выспитесь, как следует.

Неизвестно, когда Вам придется спать в следующий раз. Еду стюард будет приносить в каюту. Не надо, чтобы слишком многие Вас видели. Хоть люди и надежные, болтать не будут, но мало ли что…

Выйдя из трюма, капитан и Ольга направились в жилой отсек. По дороге никого не попалось и она поняла, что капитан специально оставил пока что всех на своих постах, чтобы ее никто не видел. Подойдя к каюте, оказавшейся резервной, капитан толкнул дверь и пригласил Ольгу зайти. С первого взгляда было понятно, что пассажира здесь ждали. Койка была застелена, туалетные принадлежности лежали на столике и имелись в наличии даже банный халат и тапочки. Капитан знал, что у Ольги с собой ничего не будет, и поэтому постарался обеспечить ее, как мог.

— Спасибо, господин Арима. Вы тут мне самый настоящий пятизвездочный отель устроили!

— Какой там отель, простая резервная каюта. Вы наша гостья, так что располагайтесь и отдыхайте. Прошу Вас только из каюты никуда не выходить. Скоро мы ошвартуемся к терминалу, и на корабле могут быть посторонние. Не надо, чтобы Вас кто — то видел. А после швартовки поужинаем и обговорим подробно дальнейший порядок действий…

Капитан ушел, оставив Ольгу одну. Так, сразу в душ! Скоро капитан придет с ней ужинать, надо иметь соответствующий вид. А то, после этого контейнера видок, как у грабителя из под моста. А женщина должна всегда быть Женщиной!

С удовольствием поплескавшись в душе, Ольга облачилась в банный халат и тапочки и с удовольствием разместилась в кресле за столом возле обзорного экрана, подключив внешние датчики. На экран вышла панорама ближнего космоса в околоземном пространстве. Покрутив ручки настройки и меняя направление вектора обзора, огляделась вокруг. Снизу плыл голубой шар планеты Земля. Родной планеты, ставшей сейчас такой негостеприимной и опасной. Корабль был сейчас над освещенной стороной планеты и внизу хорошо просматривались очертания материков, окруженных синевой океанов.

Часть поверхности была закрыта белизной облаков. Ольга только вздохнула. Красивое зрелище… Сколько раз она наблюдала эту картину, стартуя в космос с родной планеты и возвращаясь на нее из далеких галактических рейсов. Сейчас это уже все в прошлом.

Нельзя войти в одну реку дважды… Изменив направление обзора, оглядела все небо, усыпанное звездами. Солнце, гораздо более яркое, чем это кажется с поверхности Земли, светило, как и прежде. За все время, пока ее не было здесь, ничего не изменилось.

Все так же ослепительно ярко сиял золотистый диск Солнца, все так же неслась по орбите старушка Земля, наматывая виток за витком, год за годом…

Впереди по курсу показался огромный объект, усеянный тысячами огоньков. Орбитальный терминал. Корабль заходил на швартовку к причалу. Грузовой шаттл имеет небольшие размеры и может подойти сам, но два буксира, на всякий случай, висели в космическом пространстве, подстраховывая "Сойя — Мару", и готовые в любой момент оказать помощь. Расстояние медленно сокращалось. Громада терминала надвигалась. Уже стали заметны створные огни, показывающие, к какому именно причалу следует подходить.

Ольга следила за всем с чисто профессиональным интересом. Вот уже прошел мимо край причала. Шаттл двигался дальше, подходя к стыковочному узлу. Скорость все меньше.

Наконец, стоп. Корабль завис в пространстве почти параллельно причалу. Выдвигаются два манипулятора, захватывают "гостя" и центруют его, добиваясь соосного совмещения стыковочных узлов. Легкий толчок и корабль замер. Все, швартовка закончена.

Ольга отключила экран. Все равно, смотреть больше не на что. Весь обзор закрывают металлические конструкции, залитые ярким светом прожекторов. Теперь надо держать ухо востро. Обычно, досмотр кораблей на орбитальном терминале не проводится никогда. Но сейчас неизвестно, что можно ожидать. В крайнем случае, опять можно будет "исчезнуть", если кто и заглянет в каюту. А вещи можно забросить в шкаф. Мало ли, чьи тряпки здесь лежат. Просто не успели убрать каюту после последнего пассажира, а он свои тряпки забыл, или выбросил. Активизировав чувства зверя, Ольга прислушивалась к звукам за дверью, но ничего подозрительного не было, и зверь был спокоен.

— Вот так, кися… Из одной ловушки мы удрали. Теперь сунемся в следующую. Чтобы я без тебя делала… Ох, чувствую, будет такое "мур — мур"..

Неожиданно в коридоре раздались шаги, и Ольга определила, что направляются к ней.

Но зверь беспокойства не проявлял, визитер шел с мирными намерениями. В дверь постучали, и вошла молодая японка в белой куртке. Она сначала обратилась на японском с улыбкой на лице, но, поняв свою ошибку, тут же перешла на русский.

— Простите, сударыня, добрый вечер! Я стюард Фурукава Тосико. Вам сейчас подать ужин, или позже?

Ольга уже порядком проголодалась после таких взбадривающих событий и с радостью согласилась. Уточнив меню, Тосико удалилась, предупредив, что накроет стол на две персоны. С ней будет ужинать капитан.

Вскоре девушка появилась снова с передвижным столиком, уставленным вкусностями.

От распространившегося по каюте запаха у Ольги аж слюнки потекли, но садиться за стол и начинать трапезу без капитана было бы просто не вежливо. К счастью, капитан появился буквально через пару минут. Тосико поклонилась, пожелала приятного аппетита и исчезла. Господин Арима по прежнему был в форме и Ольге стало неловко за свой наряд, состоящий из халата и тапочек.

— Простите, господин Арима, за мой внешний вид. Но мне сказали ничего лишнего с собой не брать…

— Не волнуйтесь, сударыня. Вам понравилось у нас? Может, есть какие просьбы, пожелания?

— Нет, что Вы. Все просто великолепно. Я даже не ожидала разместиться с таким комфортом.

— В таком случае, прошу к столу! Нам надо многое обсудить…

За ужином, который прошел за неторопливой светской беседой, последовала деловая часть программы. Как только Тосико прибрала стол и бесшумно удалилась, разговор перешел на профессиональные темы. Арима предложил свой план. Корабль сходит с орбиты, проходит атмосферу и следует по трассе в сторону космопорта возле Токио. Когда будет пройден Токийский залив и полет будет проходить над сушей, километрах в двадцати от границы космопорта, можно совершить прыжок. Высота на этом участке полета составит всего две тысячи метров и разгерметизации корабля опасаться нечего.

Скорость придется держать не менее трехсот километров в час, иначе у диспетчера службы управления движением возникнут подозрения. Местность на этом участке ровная и никаких опасностей там нет. Поскольку прыжок будет совершаться ночью, то нежелательных свидетелей не должно быть. Выведя на обзорный экран карту, Арима подробно ознакомил Ольгу с местом выброски. Хорошо, что недалеко проходит трасса скоростного метрополитена, связывающего космопорт с Токио и рядом находится одна из станций. Можно быстро покинуть место приземления. А дальше, в городе, уже придется действовать самой. Арима знал в общих чертах проблему Ольги и предупредил, что она рискует очень многим, если перейдет дорогу якудза. Ей этого никогда не простят и будут вести бесконечную войну на истребление. Но у Ольги на этот счет были свои соображения. Господин Доихара — это еще не вся мафия. Есть боссы и повыше.

И если дело будет пахнуть хорошими деньгами от будущих сделок, то боссы Доихары вполне могут сменить гнев на милость. К тому же, не исключена возможность, что это похищение — его самодеятельность. А это уже грозит Митугу-сан крупными неприятностями. По части дисциплины якудза может дать фору элитному армейскому подразделению. А когда главные боссы узнают, что похищенная девочка — дочь генерала Миллер, за которой стоит "Экспедиционный корпус", то положению Митугу-сан и вовсе не позавидуешь. Начинать войну с "корпусом" из-за девочки и зарвавшегося бандита якудза не будет. Постараются найти компромисс, дающий возможность "сохранить лицо", а Ольга им в этом поможет. Но все это прояснится только после встречи с Доихарой. Под конец Ольга спросила напрямую — почему господин Арима ей помогает? И была поражена услышанным.

— Я перед Вами в неоплатном долгу, сударыня. Моя жена и дети остались живы благодаря Вам. Это Ваше звено истребителей отразило атаку вражеских штурмовиков на пассажирский лайнер "Европа", уничтожив их. Вы думаете, я Вас не узнал? Ведьму с "Летающей ведьмы" знает и помнит весь флот. И весь флот знает, как с Вами поступили…

Отдельно обсудили вопрос прыжка. Капитан поинтересовался, когда Ольга прыгала последний раз и с какими типами парашютов она знакома. Тут похвастаться особо было нечем. Последние прыжки у нее были еще во время службы и кроме как с учебно — тренировочными и спасательными парашютами она дела не имела. Прыжки были только учебные. Катапультироваться по настоящему, покидая сбитую машину в атмосфере, слава богу, не пришлось ни разу. Арима успокоил ее, сказав, что во Франкфурте перед отлетом они раздобыли специально для нее учебный "дуб". А Тосико перед входом в атмосферу проведет с ней инструктаж, поможет подогнать подвесную систему и будет в трюме в момент прыжка, осуществляя функции выпускающего. На удивленный взгляд Ольги капитан ответил с улыбкой.

— Тосико Фурукава — мастер парашютного спорта. У нее на счету больше двух тысяч прыжков разной сложности. В том числе и из стратосферы в скафандре. Это, кстати, была ее идея выбросить Вас с парашютом. И она тоже обязана Вам жизнью, так как тоже находилась на "Европе" в тот злосчастный рейс.

Когда все технические детали были оговорены, капитан поднялся и пожелал Ольге спокойной ночи. Стоянка на терминале займет не менее десяти часов, поэтому надо хорошенько отдохнуть. Завтрашний день обещает быть богатым на события и нормально поспать в следующий раз удастся, скорее всего, нескоро…

"Ночь" на борту корабля прошла тихо. Никто по каютам не шастал, вверх дном ничего не переворачивал и Ольга хорошо выспалась. Здесь, на орбитальном терминале, в условиях открытого космоса, были свои порядки. И здешние власти зачастую сквозь пальцы смотрели на различные мелкие нарушения потому, что иначе тут работать будет просто невозможно. Можно распугать всю клиентуру и терминал останется без работы, неся колоссальные убытки. А это, естественно, никому не надо. Бизнес есть бизнес…

"Утром" ее разбудила Тосико, подав завтрак. Грузовые операции заканчивались и шаттл вскоре должен был отойти от терминала. Позавтракав, Ольга стала просматривать новости. Настроение было отвратительное. Если бы не это похищение, то сегодня в их доме был бы праздник. Они все вместе отмечали бы седьмой день рождения Ани. А через три дня — Саши. Кто знает, когда они теперь соберутся все вместе за одним столом…

Корпус корабля качнулся, и Ольга переключилась сразу на датчики внешнего обзора.

Стенка причала пришла в движение. Корабль медленно отходил в сторону, а затем стал двигаться назад, увеличивая расстояние. Начинался следующий этап операции. Менее, чем через два часа, она должна ступить на землю древней Японии. "Сойя — Мару" малым ходом отошел от терминала, разверулся, включив двигатели боковой коррекции, и дал ход. Терминал стал быстро удаляться. Снова внизу была Земля. Шаттл снижался, перейдя на более низкую орбиту. Скоро он войдет в плотные слои атмосферы и станет плавно гасить скорость. Раздался стук в дверь. Ольга обернулась. Это снова была Тосико.

— Сударыня, собирайтесь. Парашют я подготовила, теперь надо подогнать подвесную систему. Согласно информации, полученной из Токио, погода на месте выброски хорошая. Температура плюс двадцать три, ясно, ветер восточный, три — пять метров в секунду. Условия почти идеальные, если бы не ночь. У Вас были ночные прыжки?

— Были. За меня не волнуйтесь, я хорошо вижу в темноте.

— Хорошо. Собирайтесь, я вернусь через полчаса. Мы уже должны будем войти в атмосферу.

Тосико удалилась, и Ольга стала собираться. Натянув снова свой походный наряд, распределила по карманам немудреное имущество, основной вес которого составляли пистоле- ты с боеприпасами. От оружия решила, на всякий случай, не отказываться. Мало ли что…

Время пока еще было и можно посмотреть по сторонам. Изменяя направление вектора обзора, Ольга внимательно осмотрелась. Корабль уже начал входить в верхние слои атмосферы. Внизу была ночная сторона планеты и во многих местах светились огни огромных мегаполисов. Сразу было видно, что это планета с высокоразвитой цивилизацией.

В дверь постучали и вошли капитан Арима и Тосико. Капитан сразу перешел к делу.

— Вы готовы, сударыня?

— Да.

— Сейчас мы входим в атмосферу. Тосико проводит Вас в трюм. А я должен Вас покинуть.

Мое место в рубке. Рад был лично познакомиться с Вами, Ольга Александровна… Или Ольга-сан, как сказали бы у нас. И рад, что смог хоть чем — то Вам помочь. Спасибо Вам за то, что Вы сделали.

Капитан, с соблюдением принятого в Японии этикета, поклонился Ольге. Ольга тоже попробовала сделать церемониальный поклон, но у нее с непривычки не очень получилось.

— Спасибо Вам, Иногути-сан. Я правильно говорю?

— Правильно. А сейчас извините, мне надо идти. Да помогут Вам боги! — улыбнулся капитан и, поклонившись еще раз, вышел из каюты. Тосико поторопила Ольгу.

— Пойдемте, сударыня. Времени осталось немного…

По пустынному коридору Ольга со своей провожатой прошла в грузовой трюм. Тосико извлекла из ниши шлем, парашют и подвесную систему. Надела ее на Ольгу и помогла подогнать по фигуре. После этого прикрепила сам парашют и достала, на всякий случай, сумку с "запаской" и пристегнула ее спереди, установив автомат замка на высоту четыреста метров. Было видно, что дело она хорошо знает. Закончив всю подготовку, достала из кармана куртки маленький наручный высотомер и надела его на руку Ольге.

— Все готово сударыня. Автомат "запаски" установлен на высоту четыреста метров. Высота покидания борта — две тысячи метров. Откройте основной купол желательно не ниже, чем шестьсот метров, иначе сработает автомат запасного парашюта. Не забудьте отключить автомат "запаски" после срабатывания основного купола. Контролируйте высоту по высотомеру — цифры там светящиеся и хорошо видны. Приземление — строго земля "набегает" на Вас спереди, ноги вместе, слегка согнуты и немного напряжены, ступни параллельно земле. Сразу, после касания грунта ступнями, падать на бок, руки держать вверх, за стропы. Сразу "погасите" купол после приземления… Господи, сударыня, что я Вам рассказываю… Ведьме с "Летающей ведьмы"..

Ольга улыбнулась. Надо же, сколько времени прошло, а она все равно остается для своих Ведьмой с "Летающей ведьмы"..

— Ничего, Тосико-сан, теорию вспомнить никогда не мешает. Я ведь последний раз давно прыгала. Да я и не спортсмен-парашютист. Для меня парашют был лишь средством спасения, которым ни разу так и не воспользовалась. К счастью.

— Все. Теперь ждем. Из рубки дадут команду и я открою кормовую аппарель. По моему сигналу просто выбежите на нее, и Вас вынесет потоком воздуха. Сразу окажетесь за кормой корабля и ни за что не зацепитсь. Не открывайте купол сразу. Сделайте выдержку не менее пяти секунд. А после приземления парашют, если будет возможность, закопайте.

Ольга и Тосико уселись на откидную скамью в трюме возле пульта управления аппарелью. Здесь же находился пост связи с рубкой. Чувствовалось, что корабль уже идет в атмосфере. Ольга поглядывала на часы. Наконец, раздался сигнал вызова из рубки. Пятиминутная готовность. Тосико подала питание на механизмы открывания аппарели, и пристегнулась тросиком, закрепленным на поясе, к металлическим конструкциям корпуса корабля, чтобы ее не вынесло воздушным потоком. Хоть она находится и далеко от аппарели, но безопасность прежде всего. Надела шлем с системой связи, обеспечивающей двустороннюю связь с рубкой. Когда аппарель будет открыта, рев двигателей заглушит все вокруг и ничего не будет слышно. Готовность одна минута. Тосико еще раз прощается с Ольгой и подает ей команду приготовиться. Тридцать секунд. Тосико приводит в действие систему открывания аппарели и рев двигателей врывается в трюм. Воздушный поток вихрем влетает внутрь. Хорошо, что все предметы закреплены. Ольга держится руками за поручень возле борта и ждет команды. Рев двигателей заглушает все и слов уже не разобрать. Пошел!!! Тосико хлопает Ольгу по плечу, и она отпускает поручень, устремляясь в черноту огромного люка в кормовой части трюма. Десяток метров и чудовищная сила подхватывает человеческую фигурку, выбрасывая ее прямо в черную ревущую бездну…

Едва Ольга оказалась за бортом, сразу возникло ощущение, что она попала в бурлящий поток. Когда расстояние между ней и кораблем превысило сто метров, сработал дистанционный датчик и вышел стабилизирующий парашют. Кувыркание в воздухе сразу прекратилось. Рассмотреть пока что-либо было трудно, и Ольга сосредоточила взгляд на высотомере. Раскрывать парашют слишком высоко не хотелось. Ветром ее может унести далеко в сторону. Высота быстро уменьшается. Восемьсот, семьсот, шестьсот метров…

Пора. Рывок кольца и лямки подвесной системы впиваются в тело. Купол вышел. Глянув вверх, облегченно вздохнула — купол раскрылся нормально. Что ни говори, а все таки, каждый прыжок — это волнующий момент. И всегда гложет пакостная мыслишка раскроется, или не раскроется? Хоть сейчас парашюты и доведены почти до совершенства, но все таки… Говорят, и палка раз в год стреляет…

Теперь заблокировать автомат "запаски". А то еще не хватало спускаться на двух куполах, как какой-нибудь желторотый курсант, забывший это сделать с перепугу, или из — за восторженных чувств. Едва купол наполнился воздухом, вокруг Ольги сразу разлилась удивительная тишина. Та самая тишина, которая поражает своей нереальностью каждого парашютиста после рева двигателей и свиста ветра в ушах. Где — то вдалеке слышался гул двигателей удаляющегося корабля. Ольга активировала чувства зверя и внимательно стала всматриваться вниз. Под ней довольно обширная ровная площадка, покрытая травой. В стороне огни какого — то населенного пункта. Там же должна быть и станция метрополитена. Высота уменьшается. Так, развернуть купол против ветра, как учили, и уменьшить этим горизонтальную скорость, или вообще свести ее до нуля.

Управляемые купола на это способны… Земля все ближе… Двадцать, пятнадцать, десять метров… Хорошо видны зеленые травинки… Под ноги не смотреть, смотреть чуть вперед! Ступни жестко касаются земли и сразу падать на бок! У-ф-ф-ф!!! Ура, Оля, ты на земле! Пошевелив ногами и руками, Ольга убедилась, что все цело. Купол, наполненный воздухом, протянул ее несколько метров по траве, пока она его не погасила.

Зверь внимательно осматривался и принюхивался, но опасности не обнаружил. Похоже, ее столь экзотический способ прибытия на место назначения остался незамеченным. Теперь срочно избавиться от парашюта и покинуть это место. Ольга расстегнула подвес-ную систему и сбросила парашют. Осмотрелась по сторонам и метрах в пятидесети увидела полосу кустарника. Подойдя вплотную, обнаружила небольшой овражек. Именно то, что нужно! Отстегнув от пояса выданную Тосико складную лопатку, быстро вырыла в мягком грунте яму и уложила туда все "вещдоки". Привалив все сверху несколькими камнями и набросав сухие ветки, осталась довольна. С первого взгляда и незаметно, что здесь недавно что — то зарыли. Спрятав таким образом все "вещдоки", быстро направилась к огням вдали. Глянула на часы — три часа сорок минут по токийскому времени. Глубокая ночь. До утра она должна добраться до Токио и покинуть метрополитен, затерявшись среди жителей многомиллионного города. Бесшумной походкой хищника, вышедшего на охоту, Ольга ступала по древней земле Японии. Зверь внимательно следил за обстановкой, но ничего подозрительного пока не было.

— Вот, кися, мы и на месте. Посмотрим, как нас встретят в логове врага. Будет скоро у тебя добыча…

Глава 10

До станции метрополитена Ольга добралась без приключений. Пришлось, правда, перейти через местный автобан, но в это время он был пуст, ни одного автомобиля так и не появилось. Зверь тоже никакой опасности не замечал и был спокоен. Войдя в помещение станции, Ольга удивилась. Никого не было, даже персонал метрополитена отсутствовал.

Она читала раньше, что здешний метрополитен максимально роботизирован, но не думала, что до такой степени. Не желая терять времени, сразу прошла на посадку, приложив к контрольному автомату универсальную платежную карту, которой можно было рассчитываться где угодно на территории всей Земли. Очень удобная штука. Хорошо, что она озаботилась обзавестись ей еще на Швейцарии. Никаких неприятных моментов не возникло и автомат беспрепятственно пропустил Ольгу. Спустившись на эскалаторе вниз и оказавшись на перроне, она осмотрелась. Несколько припозднившихся пассажиров сидели в креслах в ожидании экспресса. На Ольгу особого внимания никто не обратил, все были заняты своими делами. Подойдя к информационному табло, она ознакомилась с голографической схемой всех линий токийского метрополитена. Хорошо, что ей пересаживаться нигде не надо. Эта линия связывает космопорт с центром города и через час она будет на месте. К началу рабочего дня она должна быть на поверхности, ибо метро — это опасная ловушка. Надо исходить из худшего и считать, что утром ее парашют будет найден. Если бы не было поднято такого ажиотажа вокруг нее, то может это и прошло бы незамеченным. Полиция поломала бы голову над этой загадкой, да и отправила дело в архив. Ведь никакого криминала нет. Зарыл кто — то парашют, ну и что? Но рассчитывать на это не стоит. Будем исходить из того, что парашют найдут и поднимут шум. Из этого будет сделан правильный вывод, что, вероятнее всего, она покинула место выброски на экспрессе метрополитена, если только ее не подобрал сообщник с автомобилем. И это значит, что эту ветку метро проверят самым тщательнейшим образом. Найдут свидетелей, которые видели женщину европейской внешности, проверят запись камер видео наблюдения и узнают, что беглый преступник Ольга Шереметьева все таки вырвалась каким — то образом из Франкфурта и добралась до Японии. Хоть и попала в нее таким экзотическим методом. А дальше — дело техники и снова на нее устроят охоту. Причем, не только полиция, но и головорезы Доихары. Он то, в отличие от полиции, прекрасно понимает, зачем она прибыла в Токио.

Раздался сигнал, предупреждающий о появлении экспресса. Все пассажиры встали с мест в ожидании поезда. Послышался удаленный гул, нарастающий с каждой секундой, и сверкающий огнями экспресс неожиданно выскочил из туннеля, быстро сбрасывая скорость.

Двери мягко открылись, и Ольга оказалась внутри вагона, больше похожего на салон пассажирского космического шаттла. Окинув взглядом вагон, она убедилась, что он почти пуст. Время очень раннее. Забравшись в самый угол, чтобы держать все под наблюдением, с удовольствием расположилась в мягком удобном кресле. Двери закрылись и поезд плавно тронулся с места, с каждым мгновением увеличивая скорость. Территория станции промелькнула и исчезла. Экспресс несся в трубе туннеля с огромной скоростью.

Все пассажиры, находившиеся в вагоне, дремали в креслах и на Ольгу никто внимания не обращал. В конце концов, если кому — то взбрела в голову блажь шататься по ночам, то это его личное дело. До первой остановки поезд идет тридцать минут. Потом еще десять минут до следующей станции. Это как раз окраина Токио. Далее остановки будут следовать гораздо чаще. В принципе, ей не обязательно добираться до центра. Можно выйти раньше, чтобы не рисковать. Первым делом надо найти пристанище. Обращаться ни к кому, кто так, или иначе связан с "Экспедиционным корпусом", не хочется. Что — то поразительно быстро вычислили во Франкфурте, что она отправится именно к Шуману.

Это значит, что Доихара, или тот, кто играет против нее, прекрасно осведомлен о ее связях и может прогнозировать ее действия с высокой точностью. Ибо н и к т о не знал, что она собирается нанести визит Паулю. Это решение было принято в последний момент под давлением обстоятельств, так как не удалось проникнуть на Землю без шума. Иначе старый друг так и остался бы в неведении, что его подружка по старым контрабандным и любовным делам изволила посетить проездом Франкфурт — на — Майне. А из всего этого следует, что неизвестный противник очень хорошо все з н а е т про Ольгу. И это не Доихара. Тот, скорее всего, еще пару дней назад даже не подозревал о существовании Пауля. Значит, дело осложняется и Доихара — это только первое звено в цепи. И сколько этих звеньев, не знает никто. Возможно, не знает и сам Доихара…

Раздался сигнал о приближении к станции. Экспресс стал плавно тормозить, и часть пассажиров поднялась со своих мест. Вот за окном мелькнул ярко освещенный перрон. Здесь пассажиров было уже гораздо больше. Поезд остановился и двери открылись. Несколько человек вышли, и в вагон ввалилась толпа молодежи. Очевидно, где-то куролесили ночью, а теперь по домам. Что ж, бывает… Ольга вспомнила свою юность и улыбнулась, глядя на вошедшую компанию. А компания вела себя довольно развязно и шумно. Было видно, что они считают себя здесь хозяевами положения. На беду Ольгину улыбку и устремленный на них взгляд заметил один из великовозрастных балбесов и что-то сказал остальным.

Трое с ухмылками тут же направились в ее сторону и, подойдя почти вплотную, сказали что-то на японском. Ольга не хотела накалять ситуацию и вежливо ответила на английском.

— Извините пожалуйста, но я не знаю японского языка.

Зверь рычал, чувствуя близкую опасность. Один из подошедших скривился и выдал на довольно хорошем английском.

— Ты, шалава. Если работаешь у нас, то должна знать наш язык. Наверное, и без билета едешь? А ну плати штраф!

И он неосмотрительно протянул руку к Ольге… Ольга глянула ему в лицо с улыбкой.

Ну что же, ребятки, я этого не хотела… Вы сами начали… Рука хулигана уже почти дотянулась до Ольгиной куртки. Мгновенно схватив его руку за запястье и чуть выше локтя, Ольга подскочила и рывком опустила чужую руку на свое колено как раз серединой предплечья. У обычного человека такое вряд-ли получится, но чудовищная сила зверя переломила руку пополам. Хулиган взвыл от дикой боли. Двое его друзей растерялись и тут же упали без сознания, сраженные двумя мощными ударами. Зверь рычал и лязгал клыками, но Ольга его успокаивала.

— Тихо, кися, тихо… К сожалению, нельзя убивать этих подонков. Иначе мы тут сильно наследим. Мне пока нужна только твоя физическая сила. А добыча у тебя еще будет, обещаю…

Вся остальная компания повскакивала со своих мест, но подойти не решалась. Уж очень наглядно было "воспитательное воздействие". Сев снова в кресло и отшвырнув вопящего от боли хулигана, она недобро зыркнула в сторону остальных.

— Ну что, кому еще штраф заплатить? — спросила Ольга на русском. Желающих не нашлось и недавние храбрецы притихли, бросая исподтишка злобные взгляды. Ольга была раздосадована. Надо же, так глупо засветиться. И откуда черт принес этих оболтусов? Не было никакой гарантии, что кто-нибудь из других пассажиров не вызвал полицию, как только завязалась драка. Это значит, что сейчас в любом случае надо уходить. Хорошо, что до следующей станции осталось несколько минут. Решив укрепить уверен- ность своих оппонентов в своей причастности к русской мафии, Ольга поднялась и подошла к сразу сжавшейся компании.

— Вы, "одуванчики" хреновы. Я вашего обезъяннего языка не понимаю, это вы мой великий и могучий знать должны. Совсем нюх потеряли? Кто русский знает?

— Я знаю, сударыня, — тихо пролепетала одна девица.

— Значит так, куколка. Переведи своим хахалям, чтобы заткнули пасть этому "самураю".

Мне его вопли слушать тошно. А не то я ему вторую клешню сломаю. Втроем с бабой справиться не смогли! На что же вы годитесь? А если бы тут вместо меня кто — нибудь из наших пацанов был? А они не такие добрые, как я… Подумайте на досуге.

Поезд стал тормозить, прозвучал сигнал приближения к станции, и Ольга прекратила дискуссию. Надо срочно убираться отсюда, пока не нагрянула полиция. Двери открылись и она сразу вышла из вагона, чувствуя на себе множество взглядов. Слава богу, полиции вроде нет. Очевидно, не успели. А может, никто тревоги и не поднял. Но надеяться на это лучше не стоит. По крайней мере, какое — то время полиция будет введена в заблуждение, разыскивая женщину, причастную к русской мафии. Да и будет ли разыскивать? Сомнительно, что эта уличная шпана подаст жалобу в полицию. У самих рыльце в пушку…

Пройдя на эскалатор, Ольга оглянулась. Экспресс уже ушел и никто в ее сторону не смотрел. Вроде, пронесло! Теперь срочно наверх, вырваться из этой мышеловки. А на поверхности будет гораздо больше свободы маневра.

Эскалатор вынес Ольгу на поверхность. Выйдя из помещения станции, она с наслаждением вдохнула свежий утренний воздух. Город просыпался, на улицах уже было достаточно народа и никто не обратил внимания на женщину с европейской внешностью, вышедшую из метрополитена. Вот теперь надо было обзавестись соответствующим "прикидом". Если она заявится в отель в таком походном виде и без вещей, то это сразу вызовет подозрения. Надо дождаться открытия магазинов, прибарахлиться как следует, а потом и отправляться на поиски отеля. Побродив по улицам и поглазев на витрины, Ольга наткнулась на крупный гипермаркет. Тут можно было приобрести все, что надо.

Магазин только что открылся, и она оказалась в числе первых покупателей. Линда Браун зашла в магазин. Спустя какое-то время она вышла на улицу, переодетая в элегантный брючный костюм и с большим кейсом, набитым вещами. Поймав такси, отправилась в отель. Когда такси подъехало к парковочной площадке перед отелем, из машины вышла уже Эльвира Ройзман. Профессор, прибывшая собирать материалы по истории древней Японии.

Новое здание отеля "Хилтон" поражало великолепием. Ольга поселилась в шикарном номере на четвертом этаже. Сильно высоко забираться не захотела. А то, как бы не пришлось спешно удирать и отсюда. Красивая, элегантно одетая женщина с большим дорожным кейсом никаких подозрений не вызвала. Опытные сотрудники отеля сразу поняли, что новая постоялица приехала не как турист, а по делу, поэтому обычный туристический сервис и не навязывали. Расположившись в номере, Ольга первым делом осмотрела сначала его, а потом прошлась по этажам, намечая пути отхода на случай срочного покидания отеля. Точнее, бегства. Береженого бог бережет… После этого заперлась и с наслаждением растянулась в ванной. Теперь надо все внимательно обдумать. До места назначения она добралась, можно сказать, почти без приключений. Здесь на нее никто внимания не обратил, она бы сразу обнаружила настороженность. Возможно, из-за того, что новость о чрезвычайном происшествии во Франкфурте быстро замяли, (а то, что замяли, нет никаких сомнений) и она сюда не дошла, или дошла в сильно урезанном виде и особого внимания ей никто не придал. Мало ли хулиганья сейчас развелось. Ну, угнали шлюпку из хулиганских побуждений, ну и что? Вот если бы какие-нибудь звезды шоу-бизнеса подрались, или две кино-дивы друг дружке волосы на официальном приеме повыдирали, это другое дело! Это сенсация номер один! А эта хулиганская выходка… Если на все внимание обращать… В общем, ничего важного! Если еще пройдет незамеченным и инцидент в метро, то можно надеяться, что Доихара до сих пор считает, что она не смогла выбраться из Франкфурта. Вот и попробуем подобраться поближе, пока он пребывает в счастливом неведении. Плохо то, что его дом находится довольно далеко от города, на берегу океана и подобраться к нему незамеченным на машине невозможно. Машину она лучше возьмет напрокат, так как таксистов в свои дела лучше не впутывать. Чем меньше народу будет знать о ее передвижениях, тем лучше. Находясь в гостях у Эльзы, она ознакомилась со снимками дома из разных точек наблюдения, а также самого Доихары. Правда, внутреннего интерьера дома узнать не удалось. Поскольку подобраться к особняку бандита довольно сложно, есть еще одно место, где можно взять его за хобот — казино "Золотой дракон", находящееся в черте города. Казино принадлежит Доихаре и является одновременно его штабом.

Проникнуть сюда не в пример проще под видом посетителя, которому некуда девать деньги. Бандит бывает здесь довольно часто и можно взять его тепленьким, перебив охрану.

Здесь нечего бояться оставлять "неправильные" трупы. Все равно, долго задерживаться на Земле она не собирается. Взять за шкирку Митугу-сан и предложить сделку, от которой ему трудно будет отказаться. Обменять Аню на его драгоценнейшую шкуру. И предупредить, что в случае отказа от сделки он умрет не самым быстрым и безболезненным способом. А то, что генерал Миллер слов на ветер не бросает, знают все. Вот, пожалуй, с казино и начнем. Днем проведем разведку на местности, а вечером можно будет нанести визит. Прежде, чем начинать операцию, надо осмотреть место ее проведения…

— Кися, операция входит в завершающую фазу. Сейчас мне потребуется все твое умение.

Добычи, похоже, у тебя будет очень много. Может, даже больше, чем на "Афродите".

Охота начинается!

Закончив водные процедуры, Ольга привела себя в порядок и спустилась в ресторан отеля. Война войной, а завтрак — обед — ужин по расписанию. Нельзя выпадать из общей картины и сильно отличаться от других постояльцев. Да и местную кухню надо оценить. Время завтрака как раз подошло. Ольга зашла в помещение ресторана и осмотрелась. Все, как обычно во всех отелях. На завтрак "шведский стол". Ну и ладно…

Сев за стол, она принялась за еду. С местными кулинарными достопримечательностями решила пока не рисковать, избрав привычную европейскую кухню. А дальше будет видно. Осторожно оглядываясь, Ольга "просканировала" все окружающее пространство, но опасности не обнаружила. Значит, пока удается соблюдать свое инкогнито. Но после посещения казино высока вероятность, что ее опознают, и тогда надо будет действовать очень быстро. Нельзя дать противнику время для подготовки ответного удара.

Первым делом — нужна машина, чтобы не связываться с такси. Лишние свидетели не нужны. С этим проблем не возникло. Оказывается, машину можно было заказать прямо в отеле, и очень скоро в распоряжении Ольги оказалась небольшая "Тойота", хорошо приспособленная для движения в городских условиях. Вежливое предложение предоставить машину вместе с водителем, знающим город, было ей отклонено к немалому удивлению сотрудников автомобильной фирмы. Но, как говорится, хозяин — барин. Если этой русской нравится самой разбираться в городской толчее, то ради бога. Сев за руль, Ольга включила компьютер и ознакомилась с картой города. Вот и казино "Золотой дракон". Находится в оживленном районе и появление там никаких подзрений вызвать не должно. Особняк же Доихары находится довольно далеко за городом. Полеты во всем этом районе категорически запрещены и движение возможно только в наземном режиме. И местность вокруг особняка довольно открытая, незамеченным на машине не подберешься. Знал бандюк, где устраивать свое логово… Ладно, разберемся. Начнем с казино…

Выехав со стоянки, Ольга сразу влилась в бурлящий городской транспортный поток. Хорошо, что бортовой компьютер подсказывал дорогу. Не смотря на высокую интенсивность движения, особых проблем не возникало. Все водители соблюдали правила, так как транспортная полиция свое дело очень хорошо знала и штрафы за нарушения были просто драконовские. Тем более, встроенная автоматика в автомобили, могла не только предотвратить аварию при возникновении опасной ситуации, но тут же и докладывала полиции о совершенном нарушении. На Швейцарии таких "шпионов" пока еще не было и поначалу, с непривычки, это сильно раздражало. А отключить этого "шпиона" нельзя — сразу сработает датчик контроля с посылкой радиосигнала, что такой-то автомобиль выключен из общей сети. И стражи порядка не заставят себя долго ждать. Как бы то ни было, Ольга без приключений добралась до казино "Золотой дракон" и проехала мимо. Теперь нужна парковка. Найдя ближайшую, припарковала машину и дальше направилась пешком. Улицы были уже запружены народом, европейцев было очень много и на Ольгу внимания никто не обращал. С беззаботным видом туриста она шла по улице, разглядывая витрины магазинов. Напротив казино был ресторан, через окна которого хорошо просматривался вход в казино, и Ольга решила пока понаблюдать. Может и появится что интересное…

Едва Ольга вошла в ресторан, метрдотель был тут как тут, кланяясь и улыбаясь дежурной улыбкой.

— Доброе утро, мадам! Прошу Вас, проходите. Надеюсь, Вам понравится у нас!

Метр сразу обратился к ней на английском, резонно рассудив, что вряд ли женщина европейка знает японский. Ольга не стала раскрывать свое знание русского и тоже заговорила на английском, источая лучезарную улыбку, на которую клевали многие.

— Доброе утро! Могу я у Вас перекусить? Только я опасаюсь пробовать местные блюда.

Наслышана о знаменитой рыбе фугу.

— О, мадам, не волнуйтесь! Приготовление блюд из фугу находится под строжайшим контролем и случаев отравления не зафиксировано уже много лет. Последний случай был зарегистрирован больше ста лет назад. Но самому, в домашних условиях, я бы не советовал это делать. Прошу Вас, присаживайтесь. У нас не только местная, но и европейская кухня.

Вы можете выбрать что-нибудь привычное для Вас, если хотите.

Подав меню, метр с поклоном удалился, оставив Ольгу одну. Просмотрев меню, она решила не рисковать, связываясь с местными кулинарными шедеврами. Лучше взять что нибудь знакомое. Вот, например, жареная рыба, не фугу, и вареные креветки. Хоть меню и на нескольких языках, но по этим экзотическим названиям ничего не определишь. Уж лучше они придут сюда вместе с Аней, а она быстро разберется. Вряд ли за четыре века названия блюд изменились, а капитан первого ранга японского Императорского флота должен разбираться, по идее, в местных деликатесах. Сделав заказ официантке — молодой хорошенькой японке, Ольга проводила ее игривым взглядом, тут же обругав себя.

— Ну, Оля…Ваше благородие, господин лейтенант!!! На молоднячок потянуло? Опять засвербило? Хватит, есть уже у тебя одна экс-официанточка! Знал бы кто раньше… А азиаточки есть очень даже ничего… Прав был Пауль… В следующий раз, если все будет спокойно… Ох, и блудливый же Вы котяра, Ваше благородие!!! Даже то, что Вам уже под сорок лет и находитесь Вы в теле прекрасной дамы, Вашу блудливую натуру это все равно не меняет! Какие азиаточки?! Надо выцарапать Аню из лап бандитов, уложив при этом кучу криминальных личностей, так как иначе не получится, и уносить отсюда ноги! И чем скорее, тем лучше! А дома уже оторвемся по полной вместе с Настюшей… И с Верочкой — Сильвой… Куда же ее теперь денешь!

Сидя в ожидании заказа, Ольга не только перемывала сама себе кости, но и поглядывала на противоположную сторону улицы. Она специально выбрала столик возле окна и вход в казино был перед ней, как на ладони. Сейчас первая половина дня и людей там почти нет, поэтому и соваться туда неразумно. При очень малом количестве посетителей днем, да еще и с европейской внешностью, она сразу привлечет внимание.

Между тем официантка принесла заказ и начала сервировать стол. От запаха жареной рыбы аж слюнки потекли. Закончив, девушка пожелала приятного аппетита и уже хотела уйти, как Ольга ее остановила.

— Скажите, а что это за заведение напротив? Похоже на казино?

— Да, мадам, это казино "Золотой дракон". В это время там обычно никого не бывает, но вечером всегда полно народу. Если хотите, можете сходить. Заведение очень приличное и дорожит своей репутацией.

Поблагодарив официантку, Ольга занялась жареной рыбой. Вкус был просто изумительный и она воздала должное местным поварам. Неожиданно зверь напрягся и начал проявлять беспокойство. Значит, приближается опасность, хотя пока еще и неявная. Ладно, подождем. Не выдавая ничем своего беспокойства, Ольга продолжала трапезу, но зверь был начеку. За окном появились три автомобиля и завернули на площадку возле казино.

Из них вышла группа мужчин и направилась к главному входу. На игроков они никак не были похожи. Причем некоторые из них внимательно осмотрели улицу, бросив также взгляд на окно ресторана, будто чувствуя, что за ними внимательно наблюдают. И тут Ольга узнала Доихару. Бандит был явно чем то озабочен, и не глядя по сторонам сразу направился к двери. Вскоре он и вся его свита скрылись. Значит, Митугу-сан чем то недоволен. Скорее всего, что до сих пор не удалось напасть на ее след. А это значит, что можно ждать удар в любой момент. Скорее всего, он уже и сам не рад, что ввязался в эту историю. А может, ему просто не оставили выбора? Согласно информации, полученной от Эльзы, Доихара далеко не дурак. И прекрасно понимает, что его могли вычислить по попавшим в руки полиции двум его бойцам, даже если они и не заговорят. А это значит, что пока он единственная известная цель для генерала Миллер. А уж как поступает генерал Миллер с теми, кто поднимает на нее руку, знает весь криминальный мир. И теперь за его жизнь не дадут и медного гроша, вопрос только во времени. И остается непонятным, кто же хотел ее убрать? Доихара тут абсолютно не причем. Значит, остается какой то еще неизвестный противник…

Закончив трапезу, Ольга вышла из ресторана и направилась к машине. Больше тут пока делать нечего, надо съездить к дому Доихары. Может, там попадется что-нибудь интересное. Эх, если бы знать систему охраны… Но тут вряд ли что выйдет. Если не получится проникнуть в логово Доихары незаметно, как ниндзя, придется вламываться американским ковбоем — с большим шумом. И валить уже всех врагов без разбора, пока не доберется до Ани. Но до этого надо добраться до Митугу-сан, или кого то из его ближайших помощников, чтобы узнать, где прячут Аню…

Идя не спеша по улице, Ольга ничем не отличалась от любопытного туриста, глазеющего по сторонам. Но ощущение опасности не проходило и зверь был настороже. Неожиданно она почувтсвовала на себе пристальные взгляды. Задержавшись возле витрины большого магазина, без труда обнаружила топтунов. Значит, она раскрыта. Очевидно, возле казино были посты наблюдения и ее опознали. Противник был у в е р е н, что она придет сюда.

Да-а-а, недолго ей удавалось скрываться от преследования… Теперь посмотрим, что будет дальше. Скорее всего, это филеры Доихары, а не полиции. Он впутывать сюда посторонних ни за что не будет. А это значит, господа, что можно с вами особо не церемониться…

И прятаться больше не надо. Не замечать слежки, а в нужный момент уйти от наблюдения. Но к дому бандита съездить все равно придется. Ведь это совершенно естественно и если она поведет себя по другому, то бандиты могут заподозрить неладное.

Подойдя к машине, Ольга остановилась, доставая ключи из сумочки. Попутно дала себя как следует рассмотреть топтунам, а также запомнить машину. Можно не сомневаться, что теперь всю поездку за ней будет тащиться хвост. Пускай. Чем спокойнее она будет себя вести, не выдавая, что обнаружила слежку, тем лучше. Сев в машину, ознакомилась с картой пригородов, включив компьютер. Далековато бандит забрался. Ладно, будем решать проблемы по мере их возникновения!

Выехав со стоянки, Ольга влилась в транспортный поток и тут же заметила вынырнывшую сбоку машину. Не делая никаких попыток оторваться, внимательно наблюдала. Так и есть. Ее ведут три автомобиля, сменяя друг друга. Пока еще не выяснили ее намерения, куда она направляется, но дальше все станет предельно ясно. Интересно, предпримут ли бандиты какие-то активные действия, или будут только наблюдать?

Машина вырвалась на загородный автобан, проходящий недалеко от побережья. Свежий морской воздух ворвался в приоткрытое окно, растрепав волосы. Дыхание Тихого океана ощущулось очень явно. Хоть и стояла хорошая погода, но Ольга знала, что это затишье обманчиво. Древний океан живет своей жизнью. Это стихия, которую люди так и не смогли себе подчинить.

Между тем, городские постройки давно закончились. Машина неслась по ленте автобана и сзади не отставали преследователи. Три машины по прежнему меняли друг друга, не приближаясь близко. Вот развилка и в сторону уходит шоссе, проходящее мимо дома Доихары. Как только машина Ольги свернула, преследователям все стало ясно. Один автомобиль приблизился, совершил обгон и ушел вперед. Два других остались сзади. Зверь глухо рычал, чувствуя близкую опасность. Но пока, судя по всему, нападать на нее не собираются. Вот вдалеке показался дом Доихары, стоящий обособленно от всех. Вокруг пустое пространство и к дому ведет боковое ответвление дороги около полукилометра.

Если она свернет к дому, то станет совершенно ясно, что ее интересует. А она пока еще не готова к встрече. Мало информации. Поэтому, "Тойота" Ольги, не снижая скорости, пронеслась мимо. Все, что хотела, она выяснила. К дому невозможно подобраться незамеченным. Пешком сюда не доберешься, а любой автомобиль будет виден издалека.

Поэтому, нанесем сегодня визит в казино. Посмотрим, насколько "приличное" это заведение…

Глава 11

В вечернем Токио бурлила жизнь. На улицах были толпы людей, яркие огни рекламы сверкали в ночи, освещая все вокруг. Такси остановилось перед казино "Золотой дракон" и Ольга в шикарном вечернем платье выпорхнула наружу и направилась к главному входу. Фасад "Золотого дракона" утопал в огнях, на площадке перед входом было большое количество автомобилей дорогих марок и внешний вид местной публики явно говорил, что здесь собрались не простые смертные. Ольга знала, что на входе в казино дежурит охрана, поэтому не взяла с собой ничего компрометирующего. Оружие и всякие электронные штучки остались в отеле. Посмотрим, как ее встретят. В случае чего…

— Вот, кися, мы и на месте… Посмотрим на этот гадюшник изнутри. Возможно, придется сразу устроить "мур — мур"… Уж больно много тут всякой бандитской публики.

И нет у меня уверенности, что они устоят перед искушением…

Простучав каблучками по асфальту и окинув все любопытным взглядом, Ольга, как ни в чем не бывало, подошла к входной двери и уже хотела пройти внутрь, как вдруг перед ней выросли два охранника. Вели они себя корректно, но путь преградили. И что удивительно, один сразу заговорил на неплохом русском.

— Добрый вечер, сударыня! Простите, но нам хотелось бы узнать цель Вашего визита.

— Добрый вечер, господа! А что, собственно, случилось? Какая еще может быть цель, чтобы посетить казино? Хочу выиграть у вас все деньги!

Ольга улыбалась лучезарной улыбкой, но зверь чувствовал опасность. Один из охранников связался по рации с кем-то на японском и получил инструкции. После чего продолжил извиняющимся тоном.

— Прошу прощения, сударыня, очевидно, мы ошиблись. У Вас при себе нет оружия? Правилами казино вход с оружием запрещен. Если есть, сдайте на хранение в нашу службу безопасности. На выходе получите его назад.

— Господа, что вы, откуда у меня оружие?! Вы что меня, за бандитку какую-то принимаете?

— Еще раз просим простить нас, сударыня, проходите. Желаем Вам хорошо отдохнуть и выиграть!

Улыбнувшись еще раз, Ольга прошла в казино. Изнутри "Золотой дракон" поражал великолепием. Было видно, что денежки тут водились и причем немалые. Скорее всего, помимо обдирания праздной публики, здесь тоже занимаются отмыванием "грязных" денег. Что же, старый, как мир, способ. Не вы, Митугу-сан, первый. Не Вы и последний…

Внутри было довольно шумно. Проблема была в том, что Ольга никогда раньше не играла в казино. Она ясно представляла себе всю эту кухню по рассказам своих знакомых, в том числе и такого признанного эксперта в игорном деле, как Гюнтера Лехмана и была согласна с утверждением, что в казино можно выиграть только одним способом — купить его. Но сейчас надо изображать из себя праздную дамочку, охваченную азартом игры, иначе служба безопасности сразу насторожится. То, что ее узнали, она не сомневалась.

Но, пока она не будет проявлять активности, то за ней будут просто наблюдать. А надо еще выяснить, где Доихара и как попасть к нему на "прием". Глянув мельком на игру в карты, Ольга подошла к столу с рулеткой. Сделала небольшую ставку и проиграла. Вок руг суетились другие игроки, кто-то выигрывал, кто-то проигрывал и атмосфера была накалена до предела. Ольга снова и снова делала небольшие ставки, наблюдая, как идет игра. Зверь был на сторожен, все чувства обострены и внезапно она поняла, что з н а е т, как поведет себя шарик, брошенный рукой крупье. Проверила несколько раз — все совпало! Ну, Митугу-сан, держитесь!!! Сейчас Вам будет сюрприз!

Ольга сделала ставку побольше и, к удивлению всех присутствующих, выиграла приличную сумму. Изображая из себя захваченного азартом игрока, она удвоила ставку и снова выиграла! Все вокруг смотрели с нескрываемым интересом. Следующая ставка, и досадный проигрыш. Все разочарованно вздохнули. Никто не знал, что Ольга сделала это специально. Следующая игра. Выигрыш! Возле рулетки уже собралась большая толпа. Ольга, как одержимая, все увеличивала и увеличивала ставки. Выигрыши сменялись проигрышами, за которыми следовали еще более крупные выигрыши. Общий выигрыш Ольги уже составлял порядка пятисот тысяч долларов Федерации. Такого здесь не помнил никто!

Были случаи, что выигрывались счастливчиками значительно меньшие суммы — порядка десятков тысяч. Да и то злые языки говорили, что эти счастливчики — подставные лица.

Служащие казино заволновались, начали связываться с начальством, поменяли крупье.

Обвинить Ольгу в жульничестве было невозможно. Рулетка — не карты. Шарика руками она не касается и никакого сговора с крупье быть не может. Игра шла и их меняли уже нескоько раз. После каждой игры в казино поднимался настоящий рев восторженной толпы. Ольга почти не проигрывала, а методично увеличивала сумму выигрыша. Служащие были в панике. Насильно прервать игру на глазах у нескольких сотен свидетелей, занимающих не последнее положение в обществе? Престижу заведения будет нанесен такой удар, что оно может уже никогда не подняться. Будут говорить, что господин Доихара просто мелкий жулик, обдуривающий простачков. А как нарвался на серьезного игрока, сразу "сдулся". Пора было заканчивать. Ольга сделала последнюю рискованную ставку.

Как ни пытался крупье схимичить, но все его попытки Ольга чувствовала и не оставляла ни малейшего шанса. Шарик упал в гнездо и колесо стало останавливаться. Восторженный рев толпы заглушил все вокруг. Выигрыш Ольги составил более двух с половиной миллионов. Это было неслыханно и нет никаких сомнений, что господин Доихара уже в курсе. Вот и посмотрим, насколько "приличное" это заведение, а заодно и его хозяин. Если выигрыш не будет выплачен, какие бы причины не выдвигались, об имидже солидного и порядочного бизнесмена господин Доихара может забыть. И свое казино тоже может закрывать, больше в него никто не прийдет. Ольга усмехнулась и спросила окружавшую ее толпу.

— Дамы и господа, как вы считаете? Может быть хватит? А то, если так пойдет и дальше, у этого казино может появиться новый владелец!

Ответом был хохот и аплодисменты. Ольга изъявила желание прекратить игру и получить свой выигрыш. Все увертки главного менеджера, что сумма довольно велика и наличные необходимо собрать и подготовить, она отмела одной фразой.

— Я не требую наличные. Переведите все на мой банковский счет. Как во всяком приличном заведении, у вас должен быть выносной банковский терминал, обеспечивающий перевод денег двадцать четыре часа в сутки. Если его у вас нет, или он не функционирует, то это нарушение закона. Без этого вы не имели права начинать сегодняшнюю игру.

— Мадам, но если Вы прибегнете к услугам выносного банковского терминала, то Вы потеряете до трех процентов за перевод. Плюс налог на выигрыш в пятнадцать процентов, который тоже автоматически снимается. Если бы Вы согласились подождать наличные…

— Вы в присутствии нескольких сотен свидетелей предлагаете мне нарушить закон? Я Вас правильно понимаю?

После этого главному менеджеру оставалось только замолчать. Уж чего, а обвинения в нарушении закона его заведением он не хотел. Иначе нетрудно представить, что его ожидает. Причем, неприятности с полицией, это самое мелкое и несущественное, что только может быть. В конце концов, есть босс, пусть он и решает. Неожиданно из служебных помещений казино вышла молодая девушка и направилась к Ольге.

— Добрый вечер, сударыня! Я секретарь господина Доихары — Ханако Ватанабе. Господин Доихара хочет обсудить с Вами один вопрос, который Вас, несомненно заинтересует.

Ольга удивилась и зверь зарычал. Миловидная японка обратилась к ней по — русски. Это значит, что Доихара больше не намерен играть впрятки. Что же, проверим…

— Добрый вечер, госпожа Ватанабе. Я с удовольствием встречусь с господином Доихарой.

— В таком случае, прошу Вас пройти со мной.

Девушка сделала приглашающий жест и направилась к двери в служебные помещения казино. Ольга направилась следом. Зверь был настороже, но непосредственной опасности пока не было. В конце концов, Доихаре она нужна живая. В противном случае, он ничего не получит. Пройдя в конец коридора, Ханако открыла последнюю дверь и Ольга оказалась внутри роскошно отделанного кабинета. Возможно, это был кабинет Доихары, только его самого на месте не было. Девушка махнула в сторону кресла, предложив Ольге сесть и сама уселась напротив, закинув одну прелестную ножку на другую и с улыбкой уставившись на Ольгу. Ольга усмехнулась, тоже приняв непринужденную позу и окинула взглядом сидевшую перед ней девицу. Ничего, девочка… Такие ножки показать не грех… Длина юбчонки, как говорится, только-только… Только, что же тебе надо?

Не похоже, чтобы Доихара горел желанием встретиться с ней. Ольга окинула взглядом кабинет. Старинные картины соседствовали с современной мебелью и оргтехникой, но в целом было довольно уютно. Поскольку пауза затянулась, решила начать первой.

— Ну, и где же Ваш босс? Зачем он хотел меня видеть?

— Я думаю, Вы догадываетесь, госпожа Ройзман. Или, госпожа фон Рюкнер? А может Миллер, или Шереметьева? Какая из этих фамилий настоящая?

— Вы перечислили далеко не все мои псевдонимы, Хана-сан. Я правильно произнесла Ваше имя? И я не вижу здесь Вашего босса. Не похоже, чтобы он горел желанием встретиться со мной.

Ольга с насмешкой смотрела на секретаря. Совершенно ясно, что выигрыш ей платить никто не будет. Постараются шантажировать ее нелегальным положением. Ну — ну… Ханако, тем временем, продолжила с невинной улыбкой.

— Простите, но господин Доихара сейчас очень занят и просил меня поговорить с Вами.

У него есть к Вам предложение, которое Вас, несомненно, заинтересует.

— Я Вас внимательно слушаю. Что же это за предложение?

— Сударыня, мне известна цель Вашего появления здесь. Не так давно у Вас похитили дочь и Вы хотите ее вернуть. Господин Доихара хочет помочь Вам в этом.

— Вот как? И каким образом?

— Сударыня, я буду говорить открыто, чтобы между нами не было недомолвок. Произошло досаднейшее недоразумение, которое выяснилось слишком поздно. Мы много знаем друг о друге. Вы знаете, против кого собираетесь действовать. Мы тоже знаем, кто стоит за Вашей спиной. В наших общих интересах не устраивать конфронтацию и не доводить дело до открытой войны между нашими организациями. Никому это не нужно.

Поэтому господин Доихара предлагает Вам помощь в возвращении Вашей дочери и просит забыть об этом недоразумении.

— Даже так? И теперь с меня уже не требуют денег? А что же он сам мне об этом не сказал?

— Повторяю, господин Доихара очень занят, вот и велел мне поговорить с Вами.

— Хорошо. Допустим, я соглашусь и забуду об этом, как Вы сказали, недоразумении.

Где и когда я могу забрать свою дочь?

— Завтра за Вами приедут и отвезут к дочери. Мы знаем, в каком отеле Вы остановились.

— Хорошо, буду ждать. Надеюсь, господин Доихара искренне желает устранить это… недоразумение, возникшее между нами. Сейчас уже поздно, мне пора возвращаться в отель. Я так понимаю, что о моем выигрыше говорить просто неприлично?

— Вы же умный человек, госпожа Шереметьева. Но мы с радостью вручим Вам золотую карту почетного гостя казино "Золотой дракон".

— Стоимостью два с половиной миллиона? Дарю ее Вам. А мне лучше вызовете такси…

Выйдя из казино и сев в такси, Ольга назвала водителю название отеля и призадумалась. Машина неслась по залитым огнями улицам Токио, но она не обрашала на все это внимания. Уж очень неожиданными оказались последние новости. Такого шага от Доихары Ольга просто не ожидала. В чем же здесь подвох? В желание уладить это дело миром она не верила ни секунды. То, что эта девчонка говорила правду, ничего не значит. Доихара действительно говорил ей это, но, как говорится, он сказал то, что хотел сказать. Но не обязательно сделать. И очень может быть, что все это хитрый маневр заманить ее в ловушку. С чего бы это он вдруг испугался конфронтации с "Экспедиционным корпусом"?

Она ни за что не поверит, что он узнал о ее связи с этой могущественной организацией только после похищения Ани. А это значит, что либо Доихара действительно хочет любыми путями выкрутиться, дабы избежать никому не нужной войны, либо… Хороший свидетель — мертвый свидетель… Если Ольга и Аня исчезнут, то и войны не будет. Если не будет твердых доказательств, что это дело рук Доихары, "Экспедиционный корпус" воевать с якудза не будет. Да и вообще вряд ли будет. Эта война никому не нужна. А якудза, чтобы соблюсти приличия, если вина Доихары будет доказана, сделают его козлом отпущения и заявят, что это его самодеятельность. Могут даже преподнести голову Доихары.

Воевать из-за одного зарвавшегося бандита с такой мощной организацией якудза не будет.

Да только Ольге и Ане от этого не легче. Ладно, что гадать. Утро вечера мудренее. Будем решать проблемы по мере их возникновения…

— Вот так, кися… Продолжение этого спектакля весьма неожиданное. Посмотрим, что за сюрприз Митугу-сан нам приготовил. То, что какая-то пакость, даже не сомневайся. Поэтому, завтра нам надо быть готовыми ко всему. На "Афродите", все таки, было проще.

Там на нашей стороне был экипаж и пассажиры. А здесь всех надо считать врагами и помощи ждать не от кого. Только мы с тобой в окружении армии неприятеля. Ничего, не первый раз. Знать бы только, что задумал Митугу-сан… В крайнем случае, придется уложить всех, кто попытается нас уничтожить, или захватить. Здесь можно не церемониться. Мы действуем на территории противника и долго здесь задерживаться не станем. Завтра начнется вторая часть марлезонского балета и все станет ясно…

Глава 12

На следующий день рано утром Ольга была уже на ногах. Позавтракав, она никуда не выходила из отеля. Вскоре на ее коммуникатор позвонила Ханако и предупредила, что вечером за ней заедут, а пока она может заняться своими делами. Господи, какие дела? Ольга не могла найти себе места. В честность Доихары она не верила, но и придумать ничего не могла. Дом бандита — настоящая крепость и не факт, что Аню держат име-нно там. Придется ждать…

Наконец, уже под вечер, Ханако позвонила вновь и предупредила, что через полчаса за Ольгой прийдет машина. Ольга надела свой походно-боевой наряд, в котором прыгала с парашютом и стала ждать. Оружие не взяла, так как это бессмысленно. Наверняка ее обыщут. Вскоре разлался стук в дверь и зверь глухо зарычал. Вошла Ханако с дежурной улыбкой.

— Добрый вечер, сударыня! Вы готовы?

— Да.

— Я прошу оставить здесь оружие, если оно у Вас есть. Вам ничего не грозит.

— Не вонуйтесь, у меня ничего нет.

— В таком случае, прошу Вас следовать за мной.

Ханако повернулась и вышла из номера. Ольга направилась следом. Они шли вместе по коридору и на них никто не обращал внимания. Спустившись на первый этаж и выйдя из отеля на парковочную площадку, Ольга увидела два автомобиля. Возле них стояла группа японцев. Ольга сразу поняла, что ни к постояльцам отеля, ни к его служащим они никакого отношения не имеют. Шесть пар настороженных глаз с интересом смотрели на Ольгу. Один сделал шаг к машине и открыл дверь, предлагая Ольге сесть на переднее сиденье. Ольга усмехнулась, предложила Ханако сесть вперед, а сама открыла заднюю дверцу и устроилась сзади. На лице японца ничего не отразилось, только злобно сверкнули глаза, но возражать ни он, ни Ханако не стали. Пятеро других сели в другой автомобиль и машины выехали со стоянки.

Машины ехали по вечернему Токио в сторону выезда из города и Ольга старательно запоминала дорогу. От нее не скрывают маршрут, а это плохо. Возможно, Доихара уверен, что возвращаться ей не придется. Значит, ее заманивают в ловушку. И зверь очень неспокоен, чувствует надвигающуюся опасность. Ладно, подождем. С этими шестью бандюками и прелестной куколкой она без труда справится…

Автомобили выехали на загородный автобан и понеслись в знакомом направлении. Все ясно, ее везут в дом Доихары. Всю поездку водитель и Ханако молчали. Ольга тоже не произнесла ни слова. Пока говорить не о чем. Вот и развилка дороги. Машины снизили скорость и повернули в сторону дома. Вскоре дорога закончилась и они остановились перед огромными металлическими воротами. Здесь их уже ждали, так как ворота раскрылись и машины въехали на территорию просторного двора, больше похожего на какой — нибудь дворцовый парк. Ольга с интересом осматривалась. Да-а-а, господин Доихара любит пожить красиво. Такого великолепия она не видела давно. Асфальтовые дорожки шли между газонами с экзотическими растениями. Дальше, за газонами, был настоящий парк.

Дом в три этажа вырастал перед ней прямо из парка. Машины подъехали к парадному входу и остановились. Возле дверей стояли три человека с оружием, но Доихары среди них не было. Ханако объявила, что приехали и можно выходить. Выйдя из машины, Ольга осмотрелась. Рядом стояли пятеро бандитов, приехавших во втором автомобиле. У входа еще трое. Плюс водитель ее машины и Ханако. Девочка, похоже, непростая…

Ханако снова предложила следовать за ней. Все, кроме водителей машин, вошли в дом.

Едва они вошли в просторный холл, как Ханако остановила Ольгу.

— Прошу прощения, сударыня. У Вас точно нет оружия? Я обязана Вас обыскать.

— Я же Вам сказала, что нет. Хотите — ищите…

Ханако провела по ее телу металлодетектором, а после этого еще и обшарила, допуская непозволительные вольности под ухмылками остальных бандитов. Ольга молчала. Зверь рычал, чувствуя близкую опасность, но сделать пока ничего нельзя. Наконец, Ханако закончила.

— Все чисто. Идите за мной.

Ханако впереди, за ней Ольга, а позади еще четверо бандитов направились внутрь дома.

Изнутри дом просто поражал великолепием. Они шли из холла в холл и Ольга запоминала дорогу. Зверь неистовствовал, чувствуя смертельную опасность вокруг, но приходилось ждать. Наконец, когда они проходили через последний небольшой холл, Ханако попробовала открыть следующую дверь и у нее ничего не получилось. Удивленная этим, девушка достала магнитную карту-ключ и приложила к замку, снова попытавшись открыть дверь. Никакого эффекта. На лице отразилось недоумение. Ольга сразу поняла все и рванулась назад. Но дверь, через которую они только что вошли, была закрыта. Причем, по виду двери, было понятно, что сделана она не из хрупкого дерева, или пластика, которые можно легко вышибить. Деревянная была только облицовка. Ее все таки поймали в ловушку. Поймали до смешного просто. Доихара решил пожертвовать своими людьми ради такой цели…

Все это пронеслось в голове Ольги за доли секунды. Бандиты и Ханако только — только начали соображать. Ольга усмехнулась.

— Что, Хана-сан? Ваш босс решил отдать вас пятерых мне на съедение ради того, чтобы поймать?

Бандиты схватились за оружие, направив его на Ольгу. Ханако тоже была обескуражена.

Было ясно, что ее просто подставили и такого она не ожидала.

— Ну, вот и встретились, Миллер!!! — неожиданно раздался голос на немецком.

Все удивленно оглянулись. На одной из стен возникло стереоизображение какого-то помещения. Значит, в этой комнате была оборудована телевизионная система. В комнате находились трое. Аня, сидевшая на скамейке и двое мужчин европейской внешности. Один показался ей знакомым, не смотря на то, что его лицо было покрыто шрамами и вся голова была седая. Второй выглядел не лучше, хотя по габаритам был на много больше первого.

Аня сразу узнала Ольгу и радостно вскрикнула.

— Мамочка! Я знала, что ты приедешь! Посмотри, что у меня есть!

Ольга посмотрела на дочь и с огромным удивлением увидела у нее в руках… куклу…

Это было настолько невероятно, что она растерялась. Что они сделали с дочерью?!

— Анечка, с тобой все в порядке?!

— Да, мамочка! У меня все хорошо. Я даже попросила куклу и мне подарили!

Ольга ничего не понимала. Неожиданно ее отвлек прежний голос. Говорил тот, который показался знакомым.

— Надо же, какая трогательная встреча мамы с дочкой! А как я ждал этой встречи, Миллер!

Ольга внимательно всмотрелась в исполосованное старыми шрамами лицо. Неожиданно догадка осенила ее.

— Цезарь?! Ты жив?!

— Ну, наконец-то!!! А я думал, что ты меня вообще не узнаешь! Ведь ты меня уже похоронила, не так ли? Если бы ты знала, сколько я ждал нашей встречи! Это единственное, что поддерживало во мне силы в этом аду под названием Пандора!

— Но как ты спасся?!

— Нас обнаружили случайно полгода назад люди Доихары, прибывшие по своим делам на Пандору. Из четырехсот семидесяти человек нас осталось только двое. Я и Фридрих… Я бы продал душу дьяволу за нашу сегодняшнюю встречу. И вот она состоялась. Тебе придется немного обождать, пока приедет господин Доихара. Для тебя будет масса сюрпризов…

— На что ты надеешься, Цезарь? Ведь я все равно выйду отсюда и достану вас всех. И я не верю, что это твоих рук дело. Кто играет против меня? И вам не жалко своих людей, которые сейчас здесь со мной? Выпусти меня по-хорошему, и договоримся. Тебе не нужны деньги?

— Не нужны. Мне нужна ты. Со временем все узнаешь. А с этими можешь делать, что хочешь. И твоей девке я теперь лично выпущу кишки у тебя глазах…

Ольга от бессилия сжала зубы. Ее поймали. Она н и ч е г о не может сделать… Обернулась к Ханако.

— Хочешь жить, Хана-сан? И хочешь заработать? Переведи своим отморозкам. Даю тебе и им каждому по миллиону, если поможете мне спасти дочь.

Ханако стала быстро говорить по-японски, но бандиты только качали головой. Обстановка накалялась. Цезарь посмеивался, сидя в кресле, а Фридрих подошел к Ане и сел на скамью рядом с ней, притиснув к себе. Аня попыталась отодвинуться, но бандит держал ее крепко. Неожиданно Аня заговорила тихо на немецком.

— Дяденька, тише. Вы мне куклу разбудите! Она только что уснула!

Цезарь и Фридрих рассмеялись. После этого Фридрих отпустил Аню и протянул руку к кукле.

— А давай мы ее на кровать спать положим! Зачем же все время ее на руках держать?

Аня поколебалась, но отдала куклу. Фридрих взял ее на руки и одним резким движением оторвал кукле голову.

— Все. Она уже не проснется!

Оба бандита захохотали. То, что произошло дальше, Ольга поняла не сразу. Фридрих неожиданно подавился своим смехом и застыл. Аня молниеносным движением выхватила десантный нож, висевший на поясе Фридриха в ножнах, и вонзила ему в горло. Брызнул фонтан крови, залив руку девочки. Бандит захрипел и упал, заливая все вокруг кровью.

Все опешили. Цезарь оборвал смех, вскочил с кресла и бросился на Аню, но неожиданно рухнул на пол. Аня, не обращая внимания на агонизирующего Фридриха, присела на корточки возле Цезаря и положила обе ладони ему на голову, отложив окровавленный нож.

Ольга была в шоке. Пауза затягивалась. Аня и Цезарь молчали. Ханако и бандиты, окружающие Ольгу, во все глаза смотрели на стереоэкран. Наконец, Аня убрала руки, снова взяла нож и бесстрастно обратилась к Цезарю на немецком.

— Значит, говоришь, выпустишь мне кишки? И самое плохое, что ты не врал… Ты действительно собирался это сделать. Зря ты это сказал…

То, что началось дальше, напоминало сцену из фильма ужасов. Ольга стояла в ступоре и не могла пошевелиться. От увиденного волосы становились дыбом… Неужели ее Аня, ее девочка способна на т а к о е?! Рядом раздался вздох и двух бандитов вырвало.

Это привело Ольгу в чувство. Она встрепенулась. Двое, которым стало плохо, отвернулись, не в силах смотреть на происходящее. Остальные, включая Ханако, смотрели, растерянно разинув рты…

— Аня, что ты делаешь?! — в ужасе закричала Ольга.

Аня вскинула голову и посмотрела на экран. Их взгляды встретились, и Ольга поняла все.

Это не был взгляд семилетней девочки. Это был взгляд самурая…

Между тем, Аня закончила и поднялась с колен, вытерев нож и руки об одежду Цезаря.

— Вот, пожалуй, и все. Ты проживешь еще минут тридцать. У тебя будет достаточно времени пожалеть о содеянном. Никто не вправе поднять руку на мою маму!

Аня повернулась и вышла из комнаты, оставив два окровавленных тела, одно из которых тут же разразилось воплем. Это тело было еще живо. Вернее то, что от него осталось…

Ольга, подавив чувство дурноты, отвернулась от экрана. Бандиты и Ханако смотрели на нее с ужасом, сжимая в руках оружие, но никто не решался выстрелить. А может, у них был категорический приказ — не причинить Ольге вреда…

Неожиданно дверь открылась и на пороге появилась Аня. Бандиты вскинули оружие, но тут же упали. Ольга ничего не понимала. Аня стояла в дверях и неожиданно крикнула:

— Мама, справа!!!

Зверь уже давно рычал и лязгал клыками, но из-за шока она не обращала на него внимания. Теперь же он сам взял контроль над ее телом. Рывок в сторону и рука Ханако, с зажатой в руке длинной заколкой для волос, проскользнула мимо ее шеи. Зверь лязгнул клыками, и лицо девушки исказил приступ боли. "Удар молнии" нашел свою очередную жертву…

— Это один из приемов ниндзюцу, мама. Правило ниндзя гласит — оружием может быть все. Никогда нельзя расслабляться, когда ты в окружении врагов.

Голос Ани вернул Ольгу к действительности. Она бросилась к дочери вон из этой комнаты.

— Анечка, доченька моя, с тобой все в порядке? — Ольга обняла дочь. Аня была в полном порядке, только препачканная кровью.

— Мамочка, не волнуйся, со мной все хорошо. Постой здесь, я сейчас. Держи вот эту кнопку, тогда дверь не закроется.

Аня выскользнула из объятий матери и метнулась в комнату. Через несколько секунд все бандиты и Ханако лежали с перерезанным горлом…

Ольга смотрела с ужасом на дочь. Аня вытерла руки и рукоятку ножа, стерев отпечатки пальцев и отбросила его в сторону. С серьезным видом глянула на Ольгу.

— Мама, надо срочно уходить. Они скоро будут здесь…

— Анечка, зачем ты это сделала? — Ольга все не могла прийти в себя. Аня молчала, насупив брови и сжав губы. Пауза затягивалась. В конце концов, ее глаза гневно сверкнули.

— Если бы я была постарше, и у меня был меч, я бы отрубила им головы!

— Как велит кодекс чести воина "Бусидо"?

— Мама… Так ты все знаешь?! — глаза дочери стали круглыми от удивления.

— Знаю, Анечка… Или, Сабуро-сан… Как мне тебя теперь называть, мой господин капитан первого ранга…

На глаза Ани навернулись слезы. Но она быстро справилась с собой и потащила Ольгу к выходу, поторапливая ее. Очевидно, она хорошо знала, куда идти. Проходя по коридорам и через залы, они несколько раз наткнулись на трупы с перерезанным горлом. Рядом лежало оружие, которым они так и не успели воспользоваться. Ольга поняла, что Аня уже прошла здесь. И эти бандиты, на свою беду, повстречались ей на пути…

Большой зал, вдоль стен которого развешано старинное оружие. Мечи, кинжалы, алебарды и что-то еще, в чем могут разобраться только специалисты. В другой раз Ольга с интересом ознакомилась бы с этим, но сейчас не было врмени. Зверь ясно чувствовал опасность, но неожиданно Аня остановилась, не скрывая досады.

— Опоздали… Теперь придется драться, мама…

С другой стороны в зал вошли два человека. В одном Ольга сразу узнала Доихару. Но рядом с ним была молодая женщина, японка лет тридцати. Она была не знакома, но Ольга мгновенно поняла все. Перед ней стояла ведьма. Так вот, о каком сюрпризе говорил Цезарь… Она сможет помешать Ольге применить свои способности. Хотя и сама ничего с ней сделать не сможет. И все сведется к обычной драке, или применению оружия. А у Доихары громадное численное преимущество… Было…

Лицо Доихары в ужасе исказилось. Женщина резко сказала что-то ему по-японски. Затем, сбросив туфли на каблуках, схватила с подставки меч и бросилась на Ольгу.

— Мама, возьми меч! — крикнула Аня.

Ольга не понимала, что делает. Выхватив из ножен меч, лежащий на подставке возле стены, Ольга взяла его в руки и стала в боевую позицию, держа клинок вертикально вверх. Все это заняло не больше секунды. Женщина была уже близко, но увидев Ольгу, стоявшую с мечом в руках, остановилась.

— Назови свое имя! — крикнула Ольга.

— Доихара Юмико. Назови ты себя!

— Ольга Шереметьева. Что тебе нужно от меня?

— Твоя голова!

Женщина бросилась вперед, но Ольга легко ушла в сторону и меч Юмико промахнулся.

Ольга спокойно наблюдала. Непонятная сила переливалась в ладони из рукояти меча и непонятные образы всплывали в памяти…

Противник не очень искусен… И у него в руках не катана, а тати, лучше приспособленный для конного, а не пешего боя… Хотя, в умелых руках и тати представляет грозную силу в пешем бою… У меня меч великого мастера Масамунэ из провинции Сагами, периода Камакура… Его мечи легко прорубали доспехи… А противник без доспехов… Обычный бандит, забравшийся в дом, а не воин… Его движения неточны и видно, что его рука не привыкла к мечу…

Ольга бесшумно скользила по залу, держа катану наготове. Юмико делала выпад за выпадом, но ни один из них не достигал цели. Ольга понимала, что фехтовальщик перед ней неважный и не размахивала зря мечом. Высшим достижением в кэн-до считается сразить врага одним ударом. И пока Юмико бестолково машет своим тати, ее катана ждет своего мига. Все вокруг ушло на задний план и перед ней враг, заносящий свой клинок…

Обманное движение в сторону и лезвие меча пролетает в нескольких сантиметрах от тела Ольги. Меч противника по инерции проходит вперед, и он полностью открывается… Миг настал. Катана обрушивается вниз, и ее лезвие касается нежной кожи на шее Юмико. Человеческое тело — очень слабая преграда для клинка… Катана скользит дальше и руки Ольги, сжимающие рукоять, не ощущают никакого сопротивления…

Лицо Юмико искажает гримаса удивления. Клинок катаны скользит вперед, голова Юмико отделяется от шеи и с глухим стуком падает на пол… Обезглавленное тело еще стоит пару мгновений, забрызгивая кровью все вокруг, и начинает медленно оседать…

Меч выпадает из ослабевших рук и со звоном падает на пол…

Ольга стояла, опустив окровавленный меч, и смотрела на тело поверженного противника.

Ты пала в честном поединке, Юми-сан…

Повернувшись к Доихаре, Ольга направилась к нему, сжимая меч. Бандит стоял на месте и даже не делал попыток убежать. Лицо исказилось от ужаса. Она не сразу поняла, что его держит "взгляд змеи". Но ведь она была занята поединком с Юмико… Значит, его держит… Аня?! Аня, тем временем, связала вместе шнурки туфель на ногах Доихары и связала ему сзади руки его собственным ремнем, после чего сбила с ног, просто толкнув. Бандит с грохотом упал и Аня его "выпустила", вернув в нормальное состояние.

В ту же секунду меч Ольги уперся в живот Доихаре. Он со страхом смотрел на старинный клинок, с которого стекала кровь и расплывалась алыми пятнами на его белоснежной рубашке…

— Вот и встретились, Митугу-сан… Сейчас, если хочешь жить, ты расскажешь мне все от начала до конца. Я не верю, что это твоя идея — выкрасть мою дочь. У меня никогда не было разногласий с якудза. Если расскажешь все честно, обещаю подарить тебе жизнь. Предупреждаю, я знаю, когда мне говорят правду, а когда врут. За каждый неверный ответ буду отрубать тебе по одному пальцу.

— Ольга-сан, честное слово, я мало что знаю. Это был заказ со стороны. Мне сообщила об этом моя племянница — Юмико. Только она знала этого человека. Он заплатил огромные деньги — два миллиона. И говорил, что заплатит еще столько же. Почему-то он был уверен, что Вы не станете платить, и примчитесь сюда выручать дочь. Именно поэтому Вам и подставили двух бойцов, раненых при похищении девочки, чтобы Вы узнали обо мне…

— А зачем же их тогда убрали, если хотели, чтобы они рассказали про тебя?

— Я не знаю. Этот человек приказал дать всем бойцам перед операцией медленно действующий яд. Те бойцы, которые вернулись, сразу получили противоядие и остались живы.

Почему — то он был уверен, что Вы успеете получить от них информацию.

— Ясно. Все остальные фокусы — тоже твоих рук дело? Авария шаттла, нападение на "Аргонавт", покушения на меня?

— "Аргонавт" — да. Но за остальное я не знаю.

— Как можно связаться с этим человеком?

— Я не знаю. С ним поддерживала связь Юмико и передавала мне информацию.

— Она уже сообщила ему, что вы поймали меня в ловушку?

— Нет. Она хотела убелиться в этом и только тогда сообщить.

— Что вы должны были сейчас делать?

— Ничего. Ждать прибытия этого человека и держать пока что Вас взаперти. Юмико сказала, что может воспрепятствовать Вам, чтобы Вы не смогли применить свои способности. Именно поэтому группа во главе с Ханако ничего не знала. Им был дан приказ привезти Вас на встречу и больше ничего. Юмико предупредила меня, что секретарь должна принимать все за чистую монету, иначе Вы сразу заподозрите обман.

— Ханако — ниндзя?

— Не совсем. Полностью искусство ниндзюцу утеряно. Но кое что сохранилось. Поэтому можно сказать, что для сегодняшнего дня она может считаться ниндзя.

— Могла… Хорошо, Митугу-сан. Я тебе верю, и все твои пальцы останутся целы. Я дарю тебе жизнь и свободу, как обещала. И не вздумай еще раз поднять руку на меня, или моих близких. Запомни — руку, поднятую на меня, я отрубаю. Твой меч я прихвачу в качестве трофея. Не каждый день попадает в руки меч великого мастера Масамунэ…

И онна-бугэйся он больше к лицу, чем презренному бандиту вроде тебя, который даже не знает, как держать в руках оружие воина. Идем, Аня-тян. Кстати, посмотри, какой меч тебе нравится?

Аня прошла вдоль подставок с мечами и взяла в руки один, вынув из ножен. Сверкнула полированная узорчатая сталь…

— Вот этот, мама. Это тоже меч мастера Масамунэ. Их осталось не так много в мире.

— Он твой. Онна-бугэйся должна иметь настоящее оружие, достойное воина. И чтобы оно помогло тебе одержать победу над сильным врагом. Гораздо сильнее, чем вот этот слизняк…

Вытерев клинок своего меча от крови лоскутком, оторванным от рубашки Доихары, Ольга вложила его в ножны. Аня вложила в ножны "свой" меч и отдала матери. Для ребенка клинок был все таки тяжеловат. Подхватив оба меча, Ольга направилась к выходу. По дороге больше никто не встречался. Похоже, они с Аней уложили в доме всех.

Но кто — то еще мог остаться вне дома, во дворе. Внезапно Ольга остановилась, словно пораженная молнией. Какая онна-бугэйся?! Какой мастер Масамунэ?! Какой, к дьяволу, период Камакура?! И как она отличила к а т а н у от т а т и?! Откуда она все это знает?! И тут только до Ольги дошло, что все это время, как только она взяла меч в руки и ощутила ладонями его рукоять, она говорила на японском языке!!! И это все — техника боя, названия разных видов оружия ей хочень хорошо знакомы! В памяти всплывали все новые и новые подробности… Неужели… Она в прошлом… онна-бугэйся?! Женщина — воин из сословия самураев?!… Но где же Аня?

Неожиданно раздался душераздирающий вопль. Аня вскоре выбежала из двери, держа в руках и вытирая от крови на ходу короткий клинок. Вытерев, вложила в ножны. Ольга ахнула.

— Аня, что это?!

— Это? Вакидзаси. Укороченный вариант меча. Применялся для боя в стесненном пространстве, когда места для замаха катаной не хватало. Применялся также для некоторых фехтовальных приемов вместе с катаной. А также для ритуального самоубийства сэппуку, больше известного у европейцев, как харакири. Да ты и сама ведь это знаешь!

— Я знаю, что это вакидза…си…, - Ольга растерянно замолчала. Она действительно это з н а л а! Она хотела спросить, почему клинок в крови, кто это орал и что все это значит. Но была поражена вновь открывшимся з н а н и я м…

— Мама, нам надо срочно уходить. Кстати, я забрала коммуникаторы Юмико и Митугу.

Может, наш таинственный незнакомец с нами свяжется.

Ольга растерянно смотрела на дочь. Произошедшее просто не укладывалось в сознании.

— Мама, идем!

И Аня уверенно направилась к выходу. Ольга последовала за ней, снова ативизировав все органы чувств зверя. До выхода из дома добрались благополучно, никого не встретив. Если тут кто-то и остался, то не желал связываться с таким непонятным противником. Подойдя к выходу, Ольга задвинула дочь к себе за спину и осмотрелась, отведя глаза возможным наблюдателям, прикрыв себя и Аню. На площадке возле дома дежурили шестеро бандитов. Здесь же стояли четыре автомобиля. Очевидно, Доихара не ездил без охраны. Все ребята. На войне — как на войне… Зверь лязгнул клыками и шесть тел одно за другим рухнули на землю. Больше поблизости никого нет. Выскользнув из дома, но не убирая защиты невидимости, Ольга подошла к водителю машины, на которой она сюда приехала. Обшарив карманы, нашла ключи и пульт открывания ворот. Надо было срочно убираться отсюда. Не исключено, что где-то еще притаились головорезы Доихары. Бросив в автомобиль оба меча, посадила дочь и запустила двигатель. Автомобиль плавно тронулся с места. Можно, конечно, поднять его в воздух, но электронный "шпион" мгновенно предупредит об этом полицию. А привлекать полицию не в их интересах.

Двигаясь на малой скорости по дорожкам парка к выходу, Ольга внимательно смотрела по сторонам, но опасности пока не было. Вот и ворота, через которые она въехала совсем недавно… Нажатие кнопки, и ворота начали открываться. Как же медленно они открываются… Вот уже виден участок асфальта с другой стороны ворот, но места для проезда машины еще недостаточно… Зверь рычит, и справа выскакивают двое с автоматами. Время замедляется и хорошо видно, как стволы разворачиваются в сторону автомобиля. Командные импульсы идут из мозга к пальцам, лежащих на спусковых крючках… Но неожиданно бандиты начинают падать, и безжизненные пальцы соскакивают со спусковых крючков, так и не дождавшись команды…

Ворота полностью открылись, и автомобиль рванулся вперед, выскользнув из этой красивой ловушки, которой был дом Доихары. Ольга старалась не превышать допустимую скорость, иначе очень быстро появится полиция. Приходилось следить за окружающей обстановкой, но в голове роился миллион мыслей. Рядом сидела довольная Аня и с интересом крутила головой направо и налево. В заляпанной кровью одежде, с перемазанной мордашкой и всклокоченными волосами, но живая и невредимая! Прежняя, веселая и жизнерадостная Аня, сжимающая в руках короткий меч вакидзаси, с которым не хотела расставаться… Обстановка, вроде бы, пока спокойная. Надо бы кое — что прояснить…

— Анечка, с тобой все в порядке?

— Мамочка, конечно! Ведь ты здесь! Я знала, что ты приедешь! — глазенки дочери просто светились от радости.

— Анечка, а что случилось с теми двумя, что были у ворот и собирались стрелять? Ведь я ничего не делала.

— Я убила их. Просто заметила их раньше, вот и опередила тебя.

— Ты?! Но как?!

— Как и ты — "ударом молнии".

— Ты владеешь "ударом молнии"?!

— Да, а что это тебя так удивляет? Ведь я твоя дочь. А ведьма — всегда ведьма!

— Но откуда ты узнала?! Ведь я тебя еще не учила!!!

— Мамочка, это очень долго рассказывать. Давай поговорим в спокойной обстановке, а не сейчас, когда в любой момент может начаться погоня. Я уверена, что у тебя накопилось много вопросов.

— Хорошо, тогда еще один вопрос. Что ты сделала с Доихарой? Ведь я обещала подарить ему жизнь.

— Так ты выполнила свое обещание. Но я ему такого обещания не давала. И тебе что, жалко этого педофила?

— Ка…кого педофила?!… Он что, тебя изнасиловал?!

— Хотел… Мама, прости, но я буду называть вещи своими именами. Когда меня доставили к Доихаре, то он сразу начал ко мне приставать. Очевидно, ему запретили причинять мне какой-либо вред, вот он все время и запугивал меня, пытаясь заставить заняться с ним оральным сексом… Когда же я предупредила его, что все, что он засунет мне в рот, может безвозвратно потерять, он страшно разозлился и пообещал, что самое первое, что он сделает, когда тебя поймают, трахнет меня в зад…

— Ну и?!

— А я пообещала ему, что как только выберусь из этой передряги, сделаю его евнухом! И я тоже выполнила свое обещание… Кстати, мама, у нас гости…

Ольга тоже заметила три автомобиля, быстро настигавших их сзади. Значит, кто-то из бандитов в доме уцелел. А может, ждали в резерве в другом месте. Им, похоже, наплевать на полицию с ее штрафами. И живыми их брать, скорее всего, не собираются…

Если успеть добраться до города, то там они вряд ли рискнут стрелять. Хотя… В любом случае, надо попробовать оторваться. Ольга развила предельную скорость, какую можно было держать на автобане, но преследователи все равно настигали. Неожиданно раздался треск, и заднее стекло покрылось сеткой трещин. Через несколько пробоин потянуло сквозняком. Пока они далеко за городом, их машину могут просто расстрелять. Аня неожиданно отложила вакидзаси и полезла на заднее сиденье.

— Мама, перед поворотом сбавь скорость и подпусти машины поближе.

— Зачем?!

— Надо!

Ольга не стала спорить. Раз Аня так сказала, значит знает, что делает. Пора признать, что ее дочь уже не несмышленый ребенок. Как она сказала? Ведьма — всегда ведьма!

Вот и плавный поворот. Скорость можно и не снижать, но Ольга слегка притормозила, сразу сократив расстояние с преследователями. Машина вошла в поворот. Головной автомобиль преследователей уже близко. Они идут близко друг от друга и двое пошли на обгон, стараясь прижать машину Ольги к бетонному ограждению автобана. Неожиданно головной автомобиль вместо того, чтобы войти в поворот, продолжает движение прямо, на огромной скорости врезается в бетонное ограждение и летит кувырком.

В него на большой скорости врезается автомобиль, идущий вторым, и его отбрасывает влево, прямо в сторону третьего, который он бьет в бок. Все заняло доли секунды, и Ольга видела в экране заднего обзора летящие кувырком три автомобиля, исчезнувших в следующее мгновение в огненной вспышке. Костер сзади быстро удалялся. Уже стемнело и он был хорошо виден в ночи издалека. Ольга перевела дух. Повезло, что ребята не справились с управлением. Недаром действует хорошее правило на дороге — соблюдай дистанцию!

— Вот теперь порядок! Больше пока никого нет, — довольно констатировала факт Аня, перебираясь на переднее сиденье.

— Все, мама! Никогда так не пробовала, но получилось. Куда теперь?

— Анечка?!! Так это ты сделала?!

— Ну да! В момент входа в поворот взяла одного за другим под контроль водителей машин и они продолжали ехать прямо, не снижая скорости. Первая машина сходу врезалась в ограждение и перегородила дорогу второй. Вторая ударила третью. Надо соблюдать дистанцию на дороге!

Ольга потрясенно молчала. Произошедшее не укладывалось ни в какие рамки… Какое чудовище проснулось в ее дочери и что можно ждать дальше?! Ведь ей всего семь лет!!!

Но Аня вела себя, как ни в чем не бывало, с любопытством ребенка поглядывая по сторонам. Ночь уже вступила в свои права, но глаза Ольги, прекрасно видевшие в темноте, замечали все вокруг. И тут она поняла, что Аня ведь тоже обладает зрением зверя! И всеми его способностями! И Ольге стало страшно. Ведь она еще ребенок и не может должным образом себя контролировать!!!

Между тем, машина приближалась к Токио. Вдали вырастало огромное зарево одного из крупнейших мегаполисов. Ольга отвлеклась от тревожных мыслей и сосредоточила свое внимание на дороге. Главная задача выполнена — Аня спасена, но теперь перед ними встают другие проблемы. И самая первая из них — избавиться от этой машины и "пообчистить" перышки. Если Ольга еще может худо-бедно появиться в своем походном наряде на улице, то об Ане и речи нет. Ее одежда залита кровью и сразу привлечет внимание. Как оказалось, Аня думала о том же.

— Мама, нам надо сменить прикид. Я вообще вся в крови, да и у тебя на одежде брызги крови. Видела, как на тебя попало, когда ты этой сучке башку снесла. Ловко у тебя получилось!

Ольга покосилась на дочь. Ну и выражения! Вся в маму!!! Но, как бы то ни было, Аня права. Появляться в таком виде на улицах города нельзя. Они дойдут до первого полицейского… Неожиданно впереди вспыхнул знак развилки. Боковая дорога уходила в сторону океана. Аня тут же встрепенулась.

— Мама, сворачивай!

Ольга уже и не спорила. Ей самой стало интересно, что будет дальше. Вскоре машина выехала на берег. Место пустынное и рядом никого нет. Только издалека доносился шум автострады и мерно шумел прибой, накатываясь на прибрежные камни. Аня проворно выскочила из машины и начала раздеваться.

— Мама, попробуй застирать кровь на своей одежде. Моей — то уже ничего не поможет.

Если не получится, замажь грязью. В крайнем случае, скажем, что в аварию попали!

Ольга только покачала головой и тоже стала раздеваться. Аня думала на один шаг впереди нее! Ну и ну…

Из стирки, как и ожидалось, ничего не получилось. Стирать в набегающей морской волне, стоя на скользких камнях в ночной темноте не очень удобно. Хоть темнота ни для Ольги, ни для Ани проблем не составляла, но со всем остальным сладить было трудно.

Кое — как застирав свои брюки и куртку, Ольга попробовала привести в божеский вид одежду Ани, но сразу поняла, что это бессмысленно.

— Все, Анечка. Лучше уже не будет. Поедем так, а то до утра провозимся. А нам отсюда надо поскорее убраться.

Забравшись в машину, Ольга сразу включила обогрев салона, чтобы мокрые вещи быстрее высохли. Вскоре можно было ехать. Замазав в проблемных местах одежду грязью, Ольга думала заехать в один из магазинов на окраине и прибарахлиться. На Ане так вообще остались одни трусики. Все остальное пришлось закопать на берегу…

Осмотревшись вокруг еще раз, Ольга не заметила ничего подозрительного и направила машину в сторону города.

С соблюдением всех правил, дабы не привлекать внимания старжей порядка, Ольга припарковалась недалеко от супермаркета. Искать более мелкий и неприметный магазин не было времени. Лучше было бы, оставив Аню в машине, пойти и самой купить вещи. Но Ольга уже просто боялась оставлять дочь одну без присмотра. Поэтому, завернув Аню в свою куртку со следами крови, замазанными грязью, отправилась вместе с ней к сияющему входу.

Едва войдя в супермаркет, они сразу привлекли внимание своим живописным видом. Ольга глянула в большое зеркало на стене. Ну и видик! Баба в заляпанных грязью брюках и футболке и девочка, завернувшаяся в такую же грязную куртку. Охранник на входе сразу поспешил к ним, поинтересовавшись, что собственно мадам здесь забыла. Рассказанная история про аварию на него впечатления не произвела, и он всеми силами давал понять, что дальнейшее присутствие этой странной парочки в столь уважаемом заведении, старающемся поддерживать свой престиж, крайне нежелательно. Он был твердо уверен, что необходимых средств у Ольги все равно нет. Но Ольга знала, как разговаривать с подобной публикой. Тем более, вокруг уже собралась толпа любопытных.

— Хорошо. Сейчас я сюда вызову репортеров газет и телевидения. А после этого Вы будете прямо сюда таскать мне то, что нужно. И я с удовольствием дам интервью, как встречают покупателей в этом магазине.

А вот этого персонал магазина категорически не хотел. С извинениями Ольгу и Аню проводили в секцию готовой женской одежды. Продавщицы сразу определили в Ольге русскую и одна из девушек начала спрашивать на довольно хорошем русском, что мадам интересует и как она собирается рассчитываться. После предъявления банковской карты и суммы счета на ней, продавщицы забегали очень быстро. Перебрасываясь между собой фразами, они мило улыбались Ольге. Но неожиданно до ее слуха донеслось:

— С такой задницей, неудивительно. Вполне может на тряпки себе и своей девчонке заработать!

Продавщицы захихикали, а Ольга рявкнула.

— Вы у меня своими задницами на целый магазин барахла заработаете!

Продавщицы аж присели от неожиданности и замерли, открыв рот. А после этого забегали еще быстрее. И только тут до Ольги дошло, что все это было сказано по-японски!

Она поняла, что говорили о ней и сама ответила на японском, даже не заметив этого!

Аня восторженно глядела на нее.

— Ну, мамочка, ты даешь! Я так не умею!

Ольга только вздохнула и покосилась на дочь. Ее хитрющая и улыбающаяся физиономия никакого доверия не внушала. И странно, что она не удивилась, когда мама заговорила на японском. Может быть, считает, что она знала его раньше? И откуда в ней открылось умение владеть мечом? Онна — бугэйся с катаной… Голова кругом идет… Аня попала в похожую ситуацию во время полета на шаттле и вспомнила свое прошлое. Неужели с ней произошло то же самое? Как только ее ладони коснулись рукояти меча?

Ведь именно с этого момента все и началось. Вдруг, она и правда, онна-бугэйся? Вернее, была ей до того, как стала Николаем Верещагиным? Женщиной-воином в древней Японии? Той, кто принимал участие в сражениях наравне с мужчинами и тоже относился к сословию самураев? С ума сойти…

Между тем, Ольга подобрала соотвествующие наряды для себя и для Ани. Ане так вообще пришлось покупать абсолютно все, так как здесь у нее ничего не было. Через час, одетые по последнему писку моды, умытые и причесанные, мама с дочерью вышли из супермаркета. Пришлось купить также огромный кейс, куда Ольга собиралась спрятать все три меча, дожидавшихся их в машине. Не ходить же с ними по городу! Охранник на входе раскланивался с улыбкой и провожал дорогих покупателей. Ольга снисходительно улыбнулась и кивнула. Пусть знает, что нельзя делать выводы по одежке…

Подойдя к машине, осмотрелись. Ольга снова активировала органы чувств зверя, но было тихо. Очевидно, бандиты потеряли след. Теперь надо было избавиться от машины. Разъезжать на ней по городу, да еще и со следами обстрела, было опасно. Аня сразу нырнула в салон и стала вытирать платком все поверхности, где могли остаться отпечатки пальцев.

Ольга открыла кейс и уложила туда все три меча. Они с дочерью понимали друг друга без слов.

— Вот и все, мама. Надо уходить. Не сомневаюсь, что эти бандюки нас ищут. Якудза никогда не простит нам такого позора. Не та публика. Оставь ключи в машине и не закрывай ее. Может, местная шпана угонит…

Ольга нечего было добавить. Стратегическое мышление у Ани проявлялось все явственней. Да-а-а, господин капитан первого ранга… Создадите Вы еще хлопот своей мамочке…

Уничтожив все следы пребывания в машине, Ольга и Аня прошли на соседнюю улицу и там взяли такси. Первая задача была решена. Они попали в город сравнительно незаметно. Вряд ли персонал супермаркета станет трепать языком, можно и на неприятности от своего начальства нарваться. Машину, скорее всего, в течение ночи угонят. Хотя бы даже малолетки — просто покататься. И пускай ее потом ищут, если захотят…

Вскоре такси остановилось перед отелем и женщина с девочкой вошли в вестибюль.

Портье запомнил Ольгу и не удивился, увидев Аню. Ольга предупредила, что к ней скоро приедет дочь из России.

— Как долетели, мадемуазель? — с улыбкой обратился он к маленькой посетительнице на русском.

— Спасибо, очень хорошо, — ответила Аня по-японски, чудовищно коверкая слова, так что все вокруг засмеялись. Едва оказавшись в номере, Ольга перевела дух, и устало опустилась на диван. Только сейчас она осознала, что все — таки сделала. Аня спасена. Хоть и при таком невероятнейшем стечении обстоятельств, о которых она даже не мыслила, но спасена. Теперь им надо срочно убираться с Земли. Охота на них уже началась. До сих пор неизвестен тот, кто все это затеял и это дает ему большое преимущество. Фактически, она вернулась к тому, с чего начала. К моменту, предшествующему похищению Ани. То, что устранены Митугу и Цезарь, это не важно. Это самые обычные шестерки. Исполнители, работающие за деньги. Устранили одних, найдутся другие. Были бы деньги. А деньги, похоже, у нашего оппонента имеются. Гораздо более тяжелым ударом для него является гибель Юмико. Не просто в наши дни найти ведьму. Тем более ведьму, согласившуюся работать против другой ведьмы. Чем этот мистер "некто" ее прельстил, или купил, не понятно. Но уж не запугал, это точно. И только она знала своего работодателя. Теперь у Юмико уже ничего не спросишь… Очень может быть, что мистер "некто" уже знает о том, что произошло в особняке Доихары. Именно поэтому и не звонит на коммуникатор Юмико, чтобы не раскрывать себя. Ольга просмотрела в нем все входящие и исходящие вызовы, но никакой цацепки не нашла. Ладно, подождем… И пока мистер "некто" будет сохранять свое инкогнито, добраться до него невозможно. Вряд ли он откажется от своих намерений. Станет только еще более осторожным. Но кое — что все таки выплыло наружу, из чего можно сделать определенные выводы. Деньги этого человека не интересуют. Ему нужна лично Ольга. Аня — это для него лишь средство достижения цели. Но зачем ему это? Неужели, к о н т о р а затеяла какую-то новую игру? Нет. Они бы тогда и близко не подпустили к Ане такую одиозную фигуру, как Цезарь. Ведь психика у него уже была нарушена. Но для чего же тогда городить этот огород? Информация по — прежнему, практически отсутствует.

Хочешь — не хочешь, а придется ждать нового шага противника. И надеяться, что он допустит ошибку. Или самой спровоцировать его на поспешные и необдуманные действия. А еще надо поговорить с Аней. Ее поведение внушает большие опасения. Если так пойдет и дальше…

Из отеля, тем не менее, пришлось срочно убираться. Он был известен бандитам. Покружив по городу и несколько раз сменив такси, остановились в небольшом отеле на окраине Токио. Аня сразу оккупировала ванну и плескалась в свое удовольствие. Ольга знала, что дочь это очень любит и не мешала ей. Наконец, она все — таки соизволила выйти.

— Уф-ф-ф!!! Мамочка, как хорошо! Я не сильно долго?

— Ничего, до утра еще далеко. Сейчас я по — быстрому, а потом поужинаем и поговорим.

Анечка, нам надо многое обсудить.

Ольга направилась в ванну, оставив дочь смотреть телевизор. Как раз начался выпуск новостей. Вряд ли журналюги что-то уже пронюхали. Но утром надо ждать сенсации.

Быстренько покончив с водными процедурами, Ольга сделала заказ ужина в номер. За едой она хотела в непринужденной обстановке выяснить у Ани вопросы, которые ее очень волновали. Она попросила рассказать все с самого начала. Расправившись с ужином, Аня поведала, что же с ней случилось. Нападение было таким внезапным, что никто не успел ничего понять. Она предчувствовала неладное и говорила об этом учительнице, но та не стала ее слушать и высмеяла перед всем классом, сказав, что пуганая ворона куста боится. Применили какой-то газ, затуманивающий сознание, поэтому она ничего не смогла сделать. Очнулась уже на корабле. Куда ее везут, не знала. Попав в дом Доихары, Аня стала получать информацию, так как скрывала свое знание японского языка, а бандиты во главе с Доихарой без опаски разговаривали при ней на разные темы.

Именно так она и узнала, что все это затеяно для того, чтобы поймать Ольгу в ловушку.

Но зачем, этого никто из бандитов не говорил. Юмико она видела всего лишь раз и ей показалось, что японка ее откровенно побаивается. Видать, сама уже пожалела, что ввязалась в это дело. А то, что у нее была кукла, так надо же было создать у этих придурков мнение, что она обычная нормальная девчонка, с которой никаких хлопот не будет!

Но Ольгу очень интересовали события сегодняшнего дня.

— Анечка, а что произошло, когда ты… нейтрализовала этого Фридриха? И Цезаря?

— Мама, так это же очень просто! Я сначала применила "взгляд змеи", а когда он застыл, достала его нож и полоснула по горлу. Мечом, конечно, было бы лучше… Но меча не было. То же самое и с Цезарем. Но Цезарь сам напросился…

— А с теми, что были в одной комнате со мной? Ведь я их не трогала!

— Это я убрала их. Они собирались стрелять. Мама, тут либо мы их, либо они нас. Поверь, они бы нас не пожалели. Вспомни Ханако. Ее, кстати, "нейтрализовала" ты.

— Аня, но откуда у тебя это?! Когда у тебя проснулись способности ведьмы?! Меня этому начали обучать в пятнадцать лет. А тебе всего семь! И ведь я тебя не учила!

— Мама, ты помнишь тот вечер, когда ты дала мне выпить травяной настой? Я не хочу ничего скрывать от тебя. Сразу заподозрила неладное, но он меня все таки сморил и я уснула. Но потом поняла, что кто-то пытается войти со мной в контакт во сне. Я и сама не понимаю, как это объяснить. Но я как бы находилась в двух состояниях. Знала, что сплю, но одновременно знала, что мы с тобой общаемся и наши подсознания соединены. Ты узнала обо мне все. Да, мамочка, ты права. Я — Сабуро Токугава, капитан первого ранга Императорского флота, пилот-истребитель. Я погибла 3 февраля 1945 года, таранив своим самолетом вражеский танкер, когда меня сбили. Это был мой последний вылет. Во время полета на шаттле ситуация получилось очень похожая, когда я всеми силами пыталась удержать машину в воздухе. Мне казалось, что я уже делала это когда-то. А после того, как увидела то морское судно внизу, у меня в голове как плотину прорвало. Я вспомнила все… И мне показалось, что я опять сижу в кабине своего "Рейзена" и он падает… Знала бы ты, что я пережила… Вот поэтому и бросила шаттл в пике… Мне показалось, что я снова Сабуро Токугава… К счастью, быстро поняла, что это не так и стала выводить машину из пикирования. Она еле держалась в воздухе на одном двигателе, и я набрала скорость на снижении. Посадила машину на брюхо на кромку пляжа. Пока была занята посадкой, о посторонних вещах не думала. Но когда закончила, и шаттл остановился, на меня такое навалилось… Не знаю, как тебе это объяснить. Когда в тебе просыпается память человека, которым ты был раньше… Но я уклонилась от темы. Так вот, когда ты меня таким своеобразным способом "расспрашивала", твое подсознание тоже было открыто для меня. И я узнала много нового и интересного. Теперь я знаю, что мы — ведьмы. И я научилась у тебя некоторым приемам. Потом это состояние стало исчезать, и я проснулась. Контакт с нами сразу разорвался…

Ольга была поражена услышаным. Так кто же кого расспрашивал?! И что успела узнать Аня?! И что она теперь может натворить?!

— Анечка, но ведь тебе еще рано знать такие вещи… Недаром обучение ведьмы начинают в пятнадцать лет. Как бы ты чего нечаянно не натворила.

— Мамочка, но что же теперь делать? Я тоже не ожидала в семь лет стать капитаном первого ранга. Хоть и четырехвековой давности. Ведь я помню абсолютно все о той своей жизни. От самого детства до последнего дня… Это знание свалилось на меня неожиданно и я нисколько не жалею об этом. А то, что я научилась у тебя кое чему… Так ведь это нам помогло. Самой тебе было бы гораздо труднее справиться с бандитами. И "удар молнии" не такой сложный. Но как эффективен!

— Аня, но ведь он убивает!!!

— Мама, а разве мы с тобой не убивали на войне? Мы пилоты — истребители. Ты думаешь, я не знаю, что это такое? У меня сорок восемь подтвержденных сбитых машин противника. У тебя в семь раз больше. Но сейчас и техника другая. Я прекрасно знаю, что это значит — убивать. И сейчас я никого не убила просто так. Эти люди пытались убить нас.

Разве, я не права?

— Права, доченька… И хотела бы возразить, да не могу… Ладно, давай спать. Поздно уже. Мы обе устали. Утро вечера мудренее. А утром подумаем, как теперь отсюда выбираться…

Аня была не против. Поскольку, кровать в номере была одна, хоть и больших размеров, им опять пришлось спать вместе, но Аня не возражала. Пожелав маме спокойной ночи, она быстро уснула. Но Ольге не спалось. Она в который раз прокручивала в уме разговор и все яснее понимала, какого джинна из лампы выпустила своим любопытством. Аня кое чему научилась у нее во время их "разговора". Это невероятно, но кто знает, на что может быть способна Рожденная нарушившей Запрет. По крайней мере, точно известно, что она владеет "взглядом змеи" и "ударом молнии". "Взгляд змеи" — ладно. Он безопасен. Но "удар молнии"… А ведь она еще ребенок и не может контролировать свои поступки. Вдруг обычная детская ссора со сверстниками… Если ей что-то не понравится, она сможет применять его направо и налево… А что она творила с бандитами… До сих пор кровь стынет в жилах… Аня в том состоянии, в каком она сейчас есть, просто опасна для окружающих. Она может наломать таких дров… Этого нельзя допустить ни при каких обстоятельствах. А для этого есть только один способ… Аня должна з а б ы т ь обо всем. Абсолютно. Вплоть до того дня, когда произошел этот злосчастный полет. Не надо ей знать все это. Пусть она снова станет маленькой девочкой и будет радоваться, познавая этот мир. Возможно, когда вырастет, и поведать ей эту историю. А может, сохранить ее в тайне навсегда…

Ольга приподнялась на локте и посмотрела на дочь. Девочка спокойно спала, улыбаясь чему-то во сне. Для нее все проблемы закончились. Ведь мама рядом. Она примчалась сюда, не смотря ни на что, и спасла ее. Спи, доченька… Прости, но так будет лучше для тебя…

Лучшего случая не представится. Утром она расскажет дочери, что ее похитили и пичкали какими-то препаратами для удержания в бессознательном состоянии, из-за чего у нее провал в памяти на несколько недель. Осторожно Ольга начала входить в подсознание девочки, начиная блокирование памяти. Ей это ничем не повредит. Она снова станет только Анечкой Миллер. Озорной шкодливой девчонкой. А Сабуро Токугава уйдет в вечность. И Аня Миллер никогда больше не вспомнит о нем…

Ольга сразу же поняла, что что-то идет не так. Как будто бы она наткнулась на непроницаемую стену. Разум дочери защищала броня, которую она не в силах пробить! Неожиданно Аня открыла глаза, и они яркими зелеными звездами вспыхнули в темноте.

Ольге показалось, что два зеленых лазерных луча прожгли ее насквозь. Страшная боль пронзила мозг и сознание померкло…

В лицо повеяло чьим то дыханием. Голова еще гудит, как после сильного удара. Она лежит на спине и не может пошевелиться. Какая-то сильная ломота во всем теле. Рядом кто-то есть. Ольга с трудом открыла глаза и затуманенным взглядом посмотрела перед собой. Что это было? Она лежит в кровати, а над ней склонилась Аня, внимательно вглядываясь ей в лицо.

— Мамочка, тебе лучше?

— Аня, что со мной? Что это было?

— Мама, лежи спокойно. Сейчас я закончу, — Аня положила руки ей на голову и дурнота стала проходить. С каждой секундой Ольга чувствовала себя все лучше и лучше. Наконец, она полностью восстановилась и села на кровати, удивленно осматриваясь. Ничего не изменилось. Она по прежнему лежит в кровати в своей ночной рубашке, рядом Аня в своей пижамке, в которой ложилась спать. Это номер отеля, в котором они остановились… Но что же это было?!

— Анечка, ничего не понимаю. Что со мной было? — Ольга глянула на дочь и осеклась под ее взглядом.

— Мама, тебе лучше пока лечь. Нам надо серьезно поговорить. Зачем ты пыталась это сделать?

— Что именно, Анечка?

— Мама, не прикидывайся, будто ничего не помнишь. Зачем ты пыталась заблокировать мне память? Ты понимаешь, что в таком положении ты совершенно открыта, и я тебя чуть не убила? Хорошо, вовремя поняла, что это ты и успела ослабить удар.

— Анечка, прости… Но я боялась за тебя… Что ты можешь натворить дел в этом состоянии… Ведь ты еще ребенок…

— Мама, я уже не ребенок. Ребенком я перестала быть, когда вывела шаттл из пикирования.

И давай договоримся с тобой сразу. Если у тебя снова взыграет педагогический зуд и возникнет огромное желание меня выпороть, как раньше, то тут я ничего не смогу сделать.

Физически ты сильнее меня, а вредить тебе я не буду. Ты, все таки, моя мама. За прошлые разы, кстати, на тебя не сержусь. Теперь сама понимаю, что честно заработала… Но никогда не пытайся сделать что-либо с моей памятью! Этого я тебе никогда не позволю. Здесь моя сила на много превышает твою. Разве ты забыла, кто из нас Рожденная нарушившей Запрет?

— Ты и это знаешь?!

— Я многое знаю. Знаю также обстоятельства, которые сделали меня такой. И огромное спасибо тебе за это. Ты спасла мне жизнь.

— Но откуда?! Кто тебе рассказал? Тетя Настя?

— Нет. Мама, это очень долго рассказывать, и боюсь, что ты не поймешь. Давай пока оставим все, как есть…

— Анечка, но ведь я очень боюсь за тебя. Сможешь ли ты себя контролировать? С твоим то характером? А если ты поссоришься с кем — то в школе? Или на улице? Сможешь ли ты сдержаться и не натворить дел? "Удар молнии" — страшная вещь. Стоит попробовать лишь раз…

— Мама, но я на твоих глазах пробовала его уже несколько раз. И как видишь, маньяком не стала. В магазине этих продавщиц и охранника, что над нами насмехались, на тот свет не отправила. И кого ты собираешься учить дисциплине и сдержанности, мама? Меня, старшего офицера Императорского флота?! Капитана первого ранга морской авиации?! Потомка древнего самурайского рода Токугава?!

Сказано это было таким серьезным тоном, что Ольга просто покатилась со смеху. Аня обиженно поджала губы и нахмурилась. Она не понимала, почему это маму развеселили серьезные вещи.

— Мама, прости, но я не понимаю. Что такого смешного я сказала?

Отсмеявшись, Ольга обняла дочь и развернула лицом к зеркалу.

— Господин капитан первого ранга, Вы себя в зеркале видели?

Аня глянула в зеркало, и увидев свою насупленную мордашку с всклокоченными волосами, расхохоталась сама. Напряженная ситуация разрядилась. Прижав к себе и поцеловав дочь, Ольга подвела итог.

— Ладно, мой дорогой капитан первого ранга. Захочешь, сама расскажешь. Давай оставим все, как есть. Я тебе верю. Думаю, два старших офицера флота поймут друг друга и найдут общий язык. А теперь давай спать. Завтра… Впрочем, уже сегодня у нас будет тяжелый день…

Неожиданно раздался сигнал вызова. Ольга не сразу поняла, что это звонит коммуникатор Юмико. Подскочив на кровати, она схватила прибор и не решалась ответить. Выдать себя за нее она не сможет. Может быть, абонент воспользуется голосовой почтой, если не отвечать? Спустя некоторое время аппарат затих, но дисплей светился. Работала запись голосовой почты. Когда все закончилось, Ольга посмотрела номер абонента, но он ни о чем не говорил. После этого включила воспроизведение записи. Сообщение было на русском.

— Юми-сан, это я. Почему так долго не звонишь? Что, возникли проблемы? Предупреди своего дядюшку и этих двух придурков, чтобы не вздумали причинить вред девчонке и Шереметьевой. Они нужны мне живые и невредимые. Иначе я им сам харакири сделаю.

Как сможешь, срочно позвони.

Запись закончилась. Неизвестный незнакомец не утерпел и позвонил. Это значит, что он еще ничего не знает. Но утром обязательно узнает, так как скрыть это невозможно. Если бы все не вышло за пределы особняка Доихары, то еще можно было надеяться, что репортеры ничего не пронюхают. Но такая авария на автобане сразу привлечет внимание. А это люди Доихары. Репортеры и полиция начнут копать и неизвестно, что накопают. Дальше в Токио оставаться опасно. Надо уезжать, куда угодно. В Осаку, Иокогаму, Владивосток, Гонконг, к черту на рога, но только подальше отсюда. Пытаться покинуть сейчас Землю?

В космопортах еще не утих ажиотаж, связанный с ее появлением. Возможно, придется провести какое-то время на Земле. Переждать месяц — другой. Потом служебное рвение и охотничий азарт неизбежно спадут и можно будет тихо ускользнуть. Вы, ребята, не смогли остановить одну ведьму. Куда вам остановить двух! Тем более, что одна из них — Рожденная нарушившей Запрет. Что с того, что ей всего семь лет. Ведьма — всегда ведьма!

И чей же это голос? Где-то она его уже слышала… Мужчина, привыкший отдавать приказы… Вся манера разговора говорит об этом…

— Мама, неужели наш мистер "икс" проявился? Не утерпел, торопыга?

— Да. Мне кажется, что этот голос мне знаком, но никак не могу вспомнить… Послушай.

Аня взяла коммуникатор, но, внимательно прослушав запись, отрицательно покачала головой.

— Нет, этот голос я никогда не слышала. Подождем, может, не утерпит и позвонит опять?

Утром он все равно все узнает и тогда уже ждать бесполезно. Как знать, возможно, он испугается и прекратит дальнейшие действия. Шестерок вроде Доихары он всегда найдет.

Но вот заменить Юмико ему некем. Подозреваю, что все держалось на ней и для нашего мистера "икс" это страшный удар. Найти ведьму, которая согласится действовать против другой ведьмы? Как ему вообще это удалось…

Ольга уже ничему не удивлялась. И она впервые посмотрела на дочь не как на маленькую девочку, от ощущения чего ей все не удавалось избавиться, а как на равную себе. Верного товарища по оружию. Аня стала взрослой, пора это было признать. И ее детское тело этому не помеха. Тело со временем вырастет и из ребенка превратится в прекрасную женщину. Но в нем уже живет разум Великой Ведьмы. Рожденной нарушившей Запрет…

— Да, Анечка. Я тоже так думаю. В утреннем выпуске новостей все узнаем. А пытаться определить абонента по номеру… В нашем нелегальном положении лучше этого не делать. Чем меньше мы будем мелькать, тем лучше. Все, доча, отбой. Уже далеко за полночь. Думаю, до утра нас никто не побеспокоит. А с утра составим стратегический план.

Как выбраться из этого гадюшника…

Глава 13

До утра больше никаких происшествий не случилось. Ольга и Аня выспались и теперь завтракали в ресторане отеля, просматривая одновременно выпуск утренних новостей.

Как и предвидела Ольга, новостью номер один была массовая авария на автобане. Полицейские камеры наблюдения, установленные на повороте, зафиксировали все подробно.

Создавалось впечатление, что три автомобиля, преследовавшие кого-то впереди, одновременно потеряли управление на входе в поворот. Выживших в этой чудовищной катастрофе нет и причины случившегося пока неясны. Удалось только выяснить личности погибших. Это служащие строительной компании "Токийская строительная корпорация", принадлежащей известному бизнесмену, господину Доихара Митугу. Правда, от него пока никаких заявлений не поступало, и взять у него интервью не удалось.

— Ну вот, теперь начнется…, - Ольга не скрывала досады.

— Мама, а ты хорошо знаешь японский! Надо же, какая ты скрытная!

Реплика дочери вернула Ольгу к реальности. Ведь действительно, новости шли на японском языке! Прямо чудеса какие-то… Ну, Вы и даете, Ваше благородие… Самурай хренов… Или, как там… онна-бугэйся. Язык с непривычки сломаешь…

— Ладно, доча. Сейчас съездим в космопорт и понаблюдаем. Ищут меня одну и на женщину с ребенком вряд ли обратят внимание. Может быть, прямо сегодня удастся вылететь во Владивосток, или в Гонконг. Только бы подальше отсюда. А то, неровен час, сестричка Юмико объявится и нам вендетту устроит. Не хотелось бы и ей голову отрубить… С другими то проще будет справиться. Но устраивать полномасштабную войну с якудза в наши планы не входит.

— Да, мама… Но у меня к тебе будет огромная просьба…

— Какая?

— Прежде, чем мы покинем Токио, я должна посетить храм Ясукуни… Для меня это очень много значит…

Ольга поняла дочь. Самый почитаемый храм в Японии. Храм, где поклоняются душам погибших воинов… Поклоняются, как богам. Храм, где хранятся имена всех, кто отдал жизнь за императора в огне сражений. Там же находится и имя Сабуро Токугава…

Женщина и девочка, одетые в строгую черную одежду, подошли к дверям храма. Ольга покосилась на дочь. Лицо Ани было непроницаемо. Ольга осталась недалеко от входа, а Аня прошла к алтарю. Склонив голову и сложив руки ладонями вместе, она что-то тихо шептала по-японски. Так продолжалось довольно долго. Ольга сама прониклась серьезностью происходящего. Аня даже настояла на их "форме одежды", напоминающей флотский мундир. Черная юбка и черный жакет с белой блузкой. Никаких украшений.

Последний раз она была здесь четыре века назад…

— Простите, мадам. Разве ваша девочка — японка? — тихо сказал Ольге подошедший священник. Он сразу обратил внимание на эту странную пару. Женщину и девочку европейской внешности, совершенно непохожих на туристов. По нему было видно, что он искренне удивлен, но не стал вмешиваться. Ольга вздохнула. Она чувствовала, что н е м о ж е т соврать этому человеку…

— Вы вряд ли мне поверите, святой отец… Простите, хоть я и знаю японский, но не знаю, как сейчас принято обращаться к священнику в Японии. В моей дочери живет душа воина, погибшего четыре века назад. Его имя Сабуро Токугава. Капитан первого ранга Императорского флота, пилот-истребитель. Его самолет был сбит над океаном 3 февраля 1945 года. Он не покинул свой истребитель, а направил его на американский танкер, идущий в составе конвоя. Он не был камикадзе. Он сделал это по собственной воле. И недавно моя дочь, оказавшись на краю гибели, вспомнила об этом. Память воина проснулась в ней. Этим она спасла себя и еще многих людей. Прошу Вас, поговорите с ней. Для нее это очень важно. Она сама попросила меня прийти сюда.

— Вы говорите удивительные вещи, мадам! Но я верю Вам. Конечно, я поговорю с Вашей девочкой…

Священник подошел к Ане и стал рядом. Ольга не мешала их разговору. Но она чувствовала, что поступила правильно, рассказав все. Прошло довольно много времени, но Аня и священник никак не могли наговориться. Наконец, они повернулись и направились к выходу. Священник пожелал им всего хорошего и предложил заходить всегда, когда они захотят. Выйдя в парк, окружавший храм, Аня остановилась. Ольга видела, что дочь держится из последних сил. Еще секунда, и слезы покатились из глаз девочки.

Она всеми силами пыталась их сдержать, но не могла. Ольга тут же усадила ее на скамейку в тени деревьев и стала успокаивать, как могла. Она чувствовала, что творится в душе дочери. Аня уткнулась в грудь матери и разрыдалась.

— Мама… Мне кажется, что я их чувствую… Они все здесь… Все, кто летал вместе со мной… Если бы ты знала, как это тяжело…

У Ольги сердце кровью обливалось, но она ничем не могла помочь своей дочери. От отчаяния она сделала последнюю попытку.

— Анечка, подумай о том, что я говорила тебе раньше. Ведь ты можешь забыть все это.

Ты только не сопротивляйся. И ты снова станешь маленькой девочкой…

— Нет, мама… Это надо помнить… Чтобы это никогда не повторилось… За меня не бойся. Это просто временная слабость. Я не думала, что это так на меня подействует.

Ведь здесь почти ничего не изменилось за четыре века. Я как будто попала в свою прошлую жизнь… Не пристало офицеру Императорского флота лить слезы, больше этого не будет.

И Аня улыбнулась. Ольга, вытерев платком заплаканное лицо дочери, решительно поднялась со скамейки.

— Я тебе верю, Аня. Нам надо идти. Сейчас головорезы Доихары ищут нас по всему городу. Не исключено, что уже вычислили наш отель.

— Пускай вычисляют. Я вот подумала, никуда нам бежать не надо. И никаких хитрых планов по тому, как выбраться отсюда, тоже строить не надо. Сам Доихара нам поможет.

Разумеется, не он лично, а его люди.

— Аня, ты что задумала?!

— Мама, дело в том, что они н и ч е г о нам сделать не смогут. Полицию сюда впутывать они ни за что не будут. Это им самим выйдет боком. Да, якудза не простит такого позора. Но там тоже не идиоты и прекрасно понимают, что столкнулись с чем-то таким, чего раньше никогда не было. Думаю, у Доихары в доме были камеры видео записи и они зафиксировали все события. Те, кто побывал в доме после нашего ухода, уже все просмотрели.

Если помощь подоспела достаточно быстро, то живым мог остаться один Доихара. Если только не загнулся от болевого шока. Думаю, им было известно, что Юмико — ведьма.

Это была их главная ударная сила в борьбе с нами. И этой ударной силе снесли голову в поединке. И сделать это могла только более сильная ведьма. Они сейчас не решатся на нас нападать. Якудза имеет строгую иерархию с железной дисциплиной. А Доихара — это далеко не "генерал" мафии. И даже не "полковник". Так, что-то вроде "майора". Все это — его самодеятельность. Мотив один — деньги. Юмико предложила ему хорошо заработать и он польстился. А это значит, что если только эти сведения дойдут до главных боссов якудза, Доихаре конец. Ему не простят такого самоуправства. Там прекрасно знают, кто стоит за твоей спиной. И спровоцировать войну между двумя такими организациями никто не захочет. Поэтому, если наш друг Митугу-сан еще жив, то он кровно заинтересован в том, чтобы мы убрались отсюда побыстрее. Выхода на заказчика у него нет. Да он и поостережется теперь иметь дело с Доихарой после такого сокрушительного провала.

Я уже не говорю о гибели Юмико. Для него это крах всей затеи. И к якудза он никакого отношения не имеет. В ней — только японцы. А он даже не знает японского языка. Иначе, чего бы ради связывался с Юмико на русском?

— И что же ты предлагаешь?

— Нанесем визит господину Доихаре. Вернее, не ему лично, а его людям.

— Куда именно?

— В казино "Золотой дракон". Выигрыш ты ведь так и не получила? Если они заартачатся и откажутся платить, то сегодня мы просто обчистим "Золотой дракон". Я помогу тебе выиграть в рулетку. Предпринимать какие либо действия на глазах у всей публики они просто побоятся. В этом случае "Золотой дракон" можно будет превращать в обычную забегаловку, серьезная публика там больше не появится. Честная репутация заведения — это очень много значит в игорном бизнесе. А когда вытряхнем из них нужную сумму, то завтра же утром можем купить любую, самую шикарную яхту с гипердвигателем.

У того же господина Доихары. Думаю, продаст с радостью, даже торговаться не станет.

С таможенно — иммиграционным контролем тоже проблем не будет. Подумаешь — захотелось мамочке покататься с дочуркой на яхте до Луны и обратно! Вылетем здесь же, из токийского космопорта на прогулку в пределах лунной орбиты, так заявим диспетчеру.

Когда пройдем пояс земных орбитальных спутников и удалимся примерно на половину расстояния до Луны, включим гипердвигатель и уйдем в гиперпространство. Возвращаться ведь мы сюда не собираемся. И пускай гадают, куда и зачем мы сбежали. Потом, конечно, поймут. Но мы будем уже дома — на Швейцарии!

— Аня, из тебя хороший стратег получится. Мне адмиралом не дали стать, а у тебя все шансы.

— Мама, так я же не против! Вот только школу сначала надо закончить… Будь она не ладна! А по части стратегии… Позже расскажу тебе о боях за Сингапур и Малайзию.

Вот там была стратегия! А что творилось в Индонезии в 1942 году!

— Ладно, задавака. Мне тоже есть, что рассказать. А вообще, конечно, хотелось бы узнать подробности. Массовое примнение атмосферных машин с воздушным винтом и поршневым двигателем внутреннего сгорания. И успешного применения! Раньше это была экзотика… Ладно, вернемся к нашим баранам. А как ты поможешь мне выиграть? Я просто з н а л а, куда упадет шарик.

— Буду контролировать движения крупье. И в случае необходимости направлю шарик в нужное гнездо колеса.

— Ты и это можешь?!

— Да, но с предметами небольшой массы. Раньше это называли телекинезом…

Ольга растерянно смотрела на дочь. Она удивляла ее все больше и больше. Джинн вырвался из лампы и загнать его обратно нет уже никакой возможности. Маленькая зеленоглазая бестия лукаво смотрела на мать и хитро улыбалась.

Стратегия стратегией, но обед по расписанию. Ольге захотелось снова посетить ресторан возле "Золотого дракона". Заодно можно и понаблюдать. Вдруг, произойдет что-то интересное. На такси добрались быстро, и Ольга снова заняла столик у окна, через которое было хорошо видно вход в казино. Знание языка решила не показывать, чтобы не вызывать подозрений. Аня сразу же углубилась в изучение меню и стала давать пояснения, рассказывая об особенностях японской кухни. Остановились на супе из акульих плавников и вареных крабах. Есть что-то более экзотическое, вроде рыбы фугу, Ольга все же не рискнула. Пока ждали заказ, она внимательно расспросила дочь обо всех подробностях ее пребывания в доме Доихары. Вчера было не до этого. И была сильно удивлена, когда узнала, что Аню держали взаперти и почти не выпускали из комнаты.

— А как же ты свободно ориентировалась в доме?! И как быстро нашла меня?!

— А я залезла в память Цезаря и все из него вытряхнула. До того, как ему кишки выпустила. Помнишь, я подошла к нему и положила руки на голову? Держала его "взглядом змеи" и одновременно узнавала информацию. Точно также сделала с Доихарой и вывернула его наизнанку после того, как ты пошла к выходу. Много времени для этого не нужно. Но это далеко не безвредный метод для того, из кого эту информацию "достаешь". Лучше усы- пить человека и потом войти в его память, так совершенно безопасно. А с этими то бандюками что церемониться? Я к ним в гости не напрашивалась… Но ты, мама, так не сможешь. Для этого нужен более высокий биоэнергетический уровень. Такой, как у меня.

Ольга судорожно сглотнула слюну. Сказать было нечего. Джинн веселится на свободе и что будет делать дальше, известно только ему одному. И она должна заниматься воспитанием этого джинна?! Только кто кого воспитывать будет?! Воистину, нелегок труд матери…

— Анечка, я давно хочу тебя спросить… Ведь мы обе, нарушившие Запрет… Как ты ладишь с… тем, кто внутри тебя?

— А мы хорошие друзья. Он еще маленький и игривый, как котенок. Пытался раньше рычать и кусаться, но пока я не научилась у тебя "удару молнии", у него не получалось.

И он меня слушается. Хотя, все время рвется меня защитить и предупреждает об опасности… О-о-о, а вот и обед! Пахнет то как вкусно!

Аня сразу переключилась на еду, уплетая за обе щеки, а Ольга, прихлебывая суп, все переваривала последнюю информацию. Каких теперь сюрпризов ждать? И есть подозрение, что Аня рассказала далеко не все, что знает. Видать, просто не хочет шокировать свою мамочку. И так ее уже напугала. А если опять бандиты полезут… Ой, ребятки, не завидую я вам… Рожденная нарушившей Запрет с душой самурая… О возможности такой дьявольской смеси она даже не предполагала…

Обед подходил к концу, Ольга и Аня расправлялись с десертом, как вдруг на улице возникло интенсивное движение. Несколько автомобилей остановились на площадке перед казино и группа весьма колоритных личностей азиатской внешности выбралась из них, быстро направившись внутрь. По характеру поведения большей части прибывших, было ясно, что прибыли большие боссы с охраной. Значит, афера Доихары не прошла незамеченной. Теперь от него уже ничего не зависит. А если так, то можно ждать любых неожиданностей. Мнение боссов может разделиться и остается только надеяться на их благоразумие. Затевать войну из-за одного зарвавшегося бандита? Тем более, нарушившего "устав"? Вряд ли… Но пара горячих голов всегда может найтись. Тем более, если метят на повышение…

Неожиданно зверь зарычал, и Ольга почувствовала чужой взгляд. Осмотрев зал, сразу заметила двух мужчин, только что вошедших в ресторан. Хоть они и делали вид, что сидящие в противоположном конце зала женщина с девочкой их не интересуют, но обмануть Ольгу было невозможно. Причем, что ее удивило, это были не японцы, а европейцы. Сев за стол, они начали изучать меню, изредка перебрасываясь фразами на русском, обсуждая кулинарные достоинства местных блюд. То есть, разговор шел ни о чем.

Аня тоже обратила внимание на эту пару.

— Мама, похоже, у нас опять гости…

— Вижу… Аня, заканчиваем трапезу и уходим. Не будем испытывать судьбу…

— Так ведь если полезут, можно им и "мур-мур" устроить!

— Анечка, какое "мур-мур"!!! Вот уж действительно, вся… в маму! Мы пока не знаем, кто это…

— Мамочка, шучу, шучу! "Мур-мур" обещаю делать только в случае крайней необходимости. А пока, подожди минутку, я сейчас…

— Аня, ты что задумала?

— Подойду к ним и поговорю. С ребенка какой спрос? Тем более, нас они все равно вычислили. А мы про них ничего не знаем!

Ольга даже не успела рта открыть, как Аня подхватилась и пошла по залу. Проходя мимо стола с двумя филерами, остановилась, и начала непринужденно болтать. Тем ничего не оставалось, как только включиться в игру. Ольга напрягала слух и внимательно наблюдала, готовая прийти на помощь дочери, но беседа протекала мирно. Через несколько минут, удовлетворив свое любопытство, довольная Аня вернулась за стол.

— Ну и как прошла разведоперация? — Ольга улыбалась, бросая украдкой смущенные взгляды на филеров. Дескать, я тут не причем. Это дочка — проказница.

— Мама, ты права. Наплели мне с три короба. Коммерсанты из Владивостока и все такое.

Подошла и радостно им сказала, что мы тоже из России. Вот услышала русскую речь и обрадовалась землякам. Никакие они не коммерсанты. И на полицию тоже не похожи.

У обоих оружие в плечевой кобуре. Все за нас расспрашивали. Сказала, что ты историк, собираешь материал по древней Японии, согласно нашей легенде. Но все это впустую.

Мама, я чувствую, что они з н а ю т, кто мы. Думаю, за нас взялась госбезопасность…

— А вот это плохо… Аня, сегодня ночью нам надо исчезнуть из Токио. Куда угодно и обрубить хвост. Дальше будем думать, как покинуть планету.

— А сейчас что делать будем?

— Пока не будем их настораживать, чтобы не провоцировать на активные действия. Пусть наблюдают. Делаем вид, что мы ничего не замечаем. Вечером, как и задумали, посетим казино. Они тоже увяжутся за нами. Пощипаем слегка нашего друга господина Митугу и посмотрим за окружающей обстановкой. Как знать, может, удастся столкнуть их лбами.

И пока жандармы будут разбираться с якудза, мы имеем все шансы улизнуть. Тем более, я так думаю, что если в деле замешана госбезопасность, то местную криминальную полицию они в известность не поставили…

Закончив обед, Ольга и Аня без проблем покинули ресторан и пошли прогуляться по токийским улицам. Худшие опасения Ольги оправдались. Их очень грамотно и целенаправленно ведут. Причем, топтунов целая бригада и они сменяют друг друга. Сколько это будет продолжаться, не известно. Во всяком случае, они ограничиваются только наблюдением. Будем надеяться, что до завтрашнего утра терпения у них хватит. А утром Ольги и Ани здесь уже не будет.

Глава 14

Казино "Золотой дракон" сверкало огнями. Ольга и Аня вышли из такси и направились к главному входу. Было ясно, что не смотря на внешнее великолепие, в служебных помещениях царит полная растерянность. В новостях уже прошла информация, что на дом хозяина казино неизвестные совершили нападение, перерезав кучу народа. Сам господин Доихара чудом остался жив и сейчас находится в госпитале. Но состояние его крайне тяжелое и врачи к нему пока не пускают. Причем, совершенно непонятны мотивы нападения. И какие то друзья босса тут целый день крутились. И по тому, как эти друзья себя вели, было похоже, что никакие они не друзья, а босс у них сам на побегушках. В общем, тумана много, а информации почти ноль.

Шурша вечерним платьем и стуча каблучками, Ольга подошла к двери, держа за руку Аню, тоже одетую, как кукла. Охрана попыталась их задержать, мотивируя тем, что несовершеннолетним в казино играть запрещается. Но Ольга быстро поставила их на место.

— Господа, а кто вам сказал, что моя дочь будет и г р а т ь? Она будет с м о т р е т ь, как я и г р а ю. К тому же, я была у вас позавчера, но так до сих пор и не получила выигрыш.

Хорошую рекламу вы делаете своему заведению. Звоните господину Доихаре. Он меня заверял, что никаких проблем не будет…

Охрана не стала нарываться на неприятности и вызвала старшего менеджера. Тот сразу узнал Ольгу и изменился в лице. Очевидно, он кое что знал. Ольга не стала откладывать дело в долгий ящик.

— Добрый вечер. Не будете ли Вы столь любезны объяснить, почему нас не пускают?

Насколько мне известно, правила запрещают и г р у несовершеннолетних в казино. Но не запрещают п р и с у т с т в и е. Тем более, вместе с родителями. Это во первых. А во вторых, секретарь Вашего босса меня обманула самым беззастенчивым образом. Клятвенно заверяла, что мой выигрыш будет перечислен на банковский счет, но денег до сих пор нет. Мне очень бы хотелось ее увидеть.

— Простите, сударыня, но госпожи Ватанабе сейчас нет, и я не знаю, когда она будет.

— Хорошо. Тогда мы можем обсудить этот вопрос с Вами?

— Простите, но почему Вы не получили выигрыш сразу? Я не в курсе о ваших договоренностях с госпожой Ватанабе. Давайте подождем ее.

— Иными словами, платить Вы отказываетесь. Хорошо. Не хотите платить два с половиной миллиона — заплатите больше. Я могу пройти в казино? Или мне звать сюда газетчиков и телевизионщиков?

Вот этого старший менеджер никак не хотел. Тем более, Ольга разговаривала на повышенных тонах и на них стали обращать внимание. Ольга и Аня прошли в казино, а менеджер сразу стал кому-то названивать. Ольга усмехнулась. Забегали, мерзавцы. С радостью бы меня пристрелили, да не получается. Ничего, то ли еще будет! И топтуны тоже здесь, наблюдают издалека. И бандитские рожи тоже присутствуют. Ишь, как зыркают. Вот бы вас стравить друг с другом… Ладно, посмотрим…

Возле стола с рулеткой уже толпился народ. Местные завсегдатаи сразу узнали Ольгу, произведшую здесь фурор пару дней назад. Каково же было всеобщее негодование, когда она во всеуслышание заявила, что казино до сих пор не выплатило выигрыша и платить, похоже, вообще не собирается. Теперь у нее было много союзников. И напоследок она просто добила старшего менеджера.

— Призываю вас всех в свидетели, господа. Казино отказалось заплатить мне мой выигрыш в два с половиной миллиона. Если бы они это сделали, то я бы прямо сейчас развернулась и ушла. Но, поскольку в "Золотом драконе" не любят выплачивать выигрыши, я буду играть до тех пор, пока мой выигрыш не станет в два раза больше. То есть не менее пяти миллионов. Обещаю, что очень много времени это не займет. Если казино и в этом случае откажется платить, то прошу вас донести эту новость до всех.

А я приложу все усилия, чтобы превратить "Золотой дракон" в забегаловку! Вы согласны со мной?

Ответом Ольге был гром аплодисментов. Служащие казино ничего не могли сделать.

Если сейчас удалить Ольгу из зала, то уйдут все. А эта новость мгновенно распространится по Токио. И завтра здесь можно будет открывать забегаловку. Никто больше сюда не прийдет. Началась игра. Больше за этим столом никто не играл. Все стояли и смотрели, как Ольга одна играет против казино. Она все время ставила только на один номер, чтобы размер выигрыша был максимальным — тридцать пять к одному. Иногда специально проигрывала довольно крупные суммы, но во время следующей игры компенсировала проигрыш и опять уходила в выигрыш. Толпа вокруг нее восторженно ревела, аплодируя после каждой удачной ставки. Выигрыш неуклонно увеличивался.

Вот он уже достиг отметки двух с половиной миллионов, но Ольга не останавливалась, продолжая играть. Аня наблюдала, изображая любознательного ребенка, впервые попавшего на такое шоу, где мама исполняла главную роль. Посетители казино даже принесли для нее стул, на который она залезла, чтобы лучше видеть игровое поле и вращающееся колесо. После каждой маминой удачи она хлопала в ладоши и радостно кричала.

Персонал казино был в панике, но предпринять ничего не мог. Крупье меняли постоянно, но это не помогало. Каждый выигрыш Ольги сопровождался громом аплодисментов.

В конце концов, она сделала последнюю ставку. Шарик еще крутился, но она уже знала, что господин Доихара жестоко наказан за свою авантюру. Не только физически, но и материально. Шарик упал в гнездо и колесо начало останавливаться. Выигрыш составил семь миллионов двести пятьдесят пять тысяч. Это был триумф. Аплодисменты не смолкали и перешли в настоящую овацию. Ольга церемонно раскланивалась со всеми и благодарила за оказанную поддержку. Когда страсти начали утихать, громогласно объявила на весь зал.

— Дамы и господа, это еще не все. Сейчас наступает вторая часть нашей программы. Посмотрим, собирается ли казино заплатить выигрыш. Говорю сразу: я не требую наличные.

Пусть сделают банковский перевод с удержанием всех положенных налогов но здесь, немедленно, в этом зале и в вашем присутствии. А потом посмотрим, стоит ли сюда приходить завтра!

Толпа взорвалась хохотом. После некоторой заминки в зал все таки принесли мобильный банковский терминал. Очевидно, после консультации с начальством, сотрудники казино получили распоряжение выплатить деньги. Ибо в противном случае финансовые потери были бы гораздо больше. Вручив свою универсальную банковскую карту, Ольга велела сделать перевод основной суммы на счета "Экспресс шиппинг", а десять тысяч взять наличными. Так сказать, на карманные расходы. Когда перевод был совершен, Ольга проконтролировала баланс счета, так как доверия к "Золотому дракону" уже не было.

— Ну вот, господа. Если вас очень попросить, то и вы, оказывается, можете быть честными!

Я же вас предупреждала. Отдайте мне мои два с половиной миллиона и я уйду, но вы не захотели. Теперь отдали семь. У нас в России есть хорошая поговорка: "Бог не фраер — все видит!" А что губит фраера? Жадность! Мои поздравления и наилучшие пожелания господину Доихаре и его секретарю госпоже Ватанабе. Если они и дальше будут так себя вести, то мне придется прийти сюда снова.

Последние слова Ольги утонули в раскатах гомерического хохота. Такого здесь не могли припомнить даже местные старожилы. Выйдя из казино под восторженные возгласы, Ольга и Аня сели в такси. От их внимания не ускользнуло, что соглядатаи увязались следом. Причем, было видно, что против них действуют две группировки, не связаные друг с другом. Если одни действовали довольно нагло и открыто, то другие тщательно скрывали свои намерения. Но так ли это, выяснить не было возможности. Возможно, это просто хитрый ход со стороны противника. Отрываться не было смысла, так как уже был известен отель, где они остановились. Ольга не провоцировала преследователей и давала им возможность спокойно вести наблюдение. По крайней мере, больше по ним не стреляют, что уже хорошо. Она ждала делового предложения со стороны преступного синдиката. Ей не будут чинить никаких препятствий и даже окажут помощь, но только бы она убралась отсюда подальше и побыстрее. Вся логика событий подводила к такому решению. Если продолжать конфронтацию дальше, то ничего, кроме новых жертв и финансовых потерь это не принесет. Боссы якудза поняли, что столкнулись с теми, с кем они просто н е м о г у т справиться классическими методами. Отрубленная голова Юмико красноречиво говорила об этом. А искать какие-то нестандартные решения — это опять таки грозит огромными потерями. И потребует неопределенного количества времени.

Поэтому, лучше будет постараться спровадить подальше такого противника. Тем более, что она ясно дала понять — ее ответные действия направлены только против конкретного обидчика, то есть Доихары. Воевать с организацией в целом она не собирается. Если такого предложения не поступит сейчас, то ночью надо любыми путями исчезнуть из Токио. Появление на хвосте ребят из к о н т о р ы не сулило ничего хорошего. Эти никаких предложений делать не будут. Они у себя дома и Хризантема без их ведома вторглась на их территорию. А то, что следят именно за Х р и з а н т е м о й, а не за беглым преступником Ольгой Шереметьевой, не было никаких сомнений.

Неожиданно автомобиль, в котором ехали преследователи, был блокирован тремя машинами и остановлен. Вторая машина, ведущая наблюдение и попытавшаяся обогнуть образовавшийся затор на дороге, нарушив правила, была тут же остановлена патрулем транспортной полиции, как будто специально ожидавшим в этом месте. Сколько Ольга и Аня не всматривались в поток машин, но преследователей больше обнаружить не смогли. Неожиданная помощь со стороны очень насторожила Ольгу. Что-то было здесь не так. И она приняла решение уезжать немедленно. Утром может быть поздно.

Подъехав к отелю и отпустив машину, Ольга и Аня сразу стали собираться. Они понимали друг друга без слов. Сейчас же, ночным экспрессом, выехать в Иокогаму. А уже оттуда вылететь во Владивосток. Историк Эльвира Ройзман с дочерью возвращаются домой. Вряд ли в Иокогаме они вызовут подозрения. Когда сборы были в самом разгаре, они обе почувствовали, что к их номеру кто-то приближается. Уже был поздний час для гостей.

Ольга, на всякий случай, достала пистолет и, передернув затвор, положила его на кровать, прикрыв сверху курткой. В дверь постучали и, не дожидаясь особого приглашения, распахнули… Такого посетителя Ольга не ожидала. Женщина европейка. Взгляд зеленых глаз, кажется, пронизывает насквозь. Стройная худощавая фигура облачена в дорожный брючный костюм. Все движения и взгляд напоминают крадущегося хищника. И что-то очень знакомое проскальзывает в чертах лица…

— Здравствуйте, Ольга. Извините, что так поздно. Но нам надо срочно поговорить…

Резкий звук вырванного из ножен вакидзаси отвлек Ольгу. Аня выхватила короткий меч и бросила матери катану. Поймав меч на лету, Ольга мгновенно выхватила клинок из ножен и стала в боевую стойку. Слова были излишни. Пистолет применять нельзя — грохот выстрела взбудоражит всех. А по другому не получится. Перед ними — ведьма. Рожденная нарушившей Запрет… Недооценила она мистера "икс"..

Оружия у нее нет. Во всяком случае, обоняние зверя его не чувствует. А это значит, что ей предстоит драться голыми руками против меча. Не очень веселая перспектива…

— Вот Вы, оказывается, какая, Ольга… Давно хотела с Вами увидеться… Не волнуйтесь, я ничего плохого Вам и Вашей девочке не сделаю. А Вы великолепно владеете катаной. Я смотрела запись Вашего боя с Юмико Доихара. Очень эффектно. Когда эту запись просмотрели эксперты, то они сказали, что так владеть мечом может только настоящий мастер кэн-до. Когда Вы успели этому научиться?

— Кто Вы? И что Вам надо?

— Мое имя — Маргарита Гринберг. И я здесь для того, чтобы Вам помочь…

Смутные подозрения шевельнулись в душе Ольги. И догадка росла с каждой секундой…

— Михаил Гринберг — это не Ваш родственник?

— Это мой сын…

Теперь все встало на свои места. Ольга опустила меч. Но что же все это значит? И каким образом Мишутка замешан в этой истории? И где он сам, в конце концов? Аня подозрительно переводила взгляд с матери на гостью и обратно, но клинок из рук не выпускала.

— Анечка, положи свой клинок в ножны. Он тебе пока не понадобится. Нам с твоей мамой надо многое обсудить. Да и тебе будет интересно послушать…

Аня глянула на мать и та кивнула головой. События принимали вообще непредвиденный оборот. Но если в деле замешан Мишутка, то можно ждать, чего угодно. Во всяком случае, ничего враждебного в ее отношении он за последние годы не предпринимал.

— Хорошо, сударыня. Я Вас слушаю. А где сам Михаил?

— Миша, заходи! — на лице женщины скользнула улыбка. Очевидно, у нее была радиосистема, позволяющая поддерживать связь. Дверь отворилась и на пороге бесшумно возник человек, которого Ольга видела в последний раз больше семи лет назад. Поразительно, но он не меняется. Та же грация тигра, тот же пронизывающий взгляд зеленых глаз.

И та же улыбка на лице…

— Здравстсвуй, Оленька. Вот мы, наконец, и встретились снова.

— Здравствуй, Миша… Никак не ожидала увидеть тебя здесь. Извини, что так невежливо встретила твою маму, — Ольга улыбнулась, и вложила катану в ножны. Теперь надо было прояснять ситуацию.

— Проходите, гости дорогие, присаживайтесь. Может, вы объясните, что все это значит?

— Это значит, Оля, что твое прошлое до сих пор не дает тебе покоя. Мы опоздали буквально на несколько часов. В противном случае, тебе не пришлось бы устраивать такую резню…

Ольга чувствовала, что Михаил не врет. И что они действительно прибыли сюда, чтобы им помочь. Но что же все это значит? Очередная шахматная партия к о н т о р ы?

— Миша, давай договоримся сразу. Я отвечу на твои вопросы, если смогу. Но расскажи и ты все по порядку. От начала и до конца.

— С самого начала? Хорошо, слушай. Помнишь события шестилетней давности? Когда ты своими действиями сорвала тщательно засекреченную операцию "Лузитания"? Изза этого очень многие лишились погон и насиженных мест. Но один человек пострадал больше всех. Мало того, что его вышвырнули в отставку, так он на этом еще и потерял много денег, как выяснилось позже. Хоть нищим он и не стал, но для таких людей потеря власти, потеря общественного положения — это крах всему. Он затаил на тебя лютую злобу, мечтая отомстить любой ценой. Но он умный человек и хорошо тебя знает. И прекрасно знает, что просто так взять тебя невозможно. Очень многие уже обломали об тебя свои зубы. Но где — то полгода назад он совершенно случайно встречает Юмико Доихара.

Она связана с якудза и выполняет довольно специфические задания. Поняв, что нашел равного тебе противника, он несказанно обрадовался. Пообещав ей хорошие деньги и выплатив щедрый аванс, он привлек ее к своему плану. Начались проблемы в твоей компании, но это была просто разведка боем. Как ты себя поведешь. Потом было нападение на "Аргонавт". Никто не ожидал такого результата. Доихара был очень удивлен, когда все сорвалось и оба его корабля были уничтожены. Аварию с шаттлом подстроили местные "специалисты", на которых вышла Юмико. Но они перестарались. Планировался просто выход из строя некоторых систем, чтобы посадить шаттл дистанционно. Эти умники не рассчитали, что откажут еще и три двигателя из четырех и полностью будет потеряна связь с центром управления. Были организованы покушения на тебя, но только с той целью, чтобы создать впечатление, что против тебя действуют два противника с диаметрально противоположными целями. Ведь ты так и подумала. Юмико знала, что ты без проблем избежишь пуль, вот и подготавливала все всерьез. И апофеоз всего — похищение твоей дочери. Тебе подставили двух бандитов, чтобы ты вытянула из них имя Митугу Доихара. Заказчик всего этого плана прекрасно знал, что ты ничего платить не будешь и ринешься на Землю выручать дочь. После прибытия в Солнечную систему он организовал охоту на тебя в Спэйс-Сити на Луне с помощью своих старых связей. На то, чтобы тебя поймать, ни он, ни Юмико всерьез не рассчитывали. Им надо было заставить тебя раскрыться, наделать побольше шума и желательно с наибольшим количеством трупов. Тебя хотели замазать как можно сильнее. Насчет трупов особо не получилось, рассчитывали на гораздо большее. Но вот насчет шума их затея полностью удалась. Такого переполоха, который ты устроила во Франкфурте, не помнит никто. Тут стоит добавить, что в ходе операции планы нашего заказчика несколько изменились. То ли с подачи Юмико, то ли это была его собственная идея. Если им сначала руководило одно желание — отомстить, то теперь он решил тебя приручить. Держать на коротком поводке, удерживая в заложниках твою дочь. И Юмико была бы постоянно рядом, не позволяя тебе воспользоваться своими способностями. Это был его главный козырь в игре. Но для этого надо все равно тебя сначала поймать. В этом есть еще один немаловажный аспект. Заказчик любой ценой хочет опять вернуться в большую политику. А с человеком, который поймал саму Хризантему, будут считаться. Оля, ты у нас очень популярна в определенных кругах под этим псевдонимом. Им было предусмотрено все. Но он недооценил ни тебя, ни твою дочь. Я видел запись, сделанную в особняке. Честно говоря, кадры шокирующие…

— Что делать, Миша… На войне — как на войне. Я их не трогала. Они первые начали.

И кто же заказчик? Ты его знаешь? Он позвонил на коммуникатор Юмико после того, как мы уже уехали и оставил сообщение для нее по голосовой почте. Голос мне знаком, но никак не могу вспомнить, где я его слышала…

Ольга достала коммуникатор и включила запись, установив громкую связь. Михаил с матерью выслушали и переглянулись.

— Так и есть, это его голос. Большая ошибка с его стороны. Ты его, Оля, тоже хорошо знаешь. Человек, который стоял в самом начале этой истории и заварил всю кашу. Который захотел сделать из тебя Хризантему…

— Министр?!

— Уже бывший. После провала "Лузитании", одним из авторов которой он являлся, его выгнали в отставку. И он еще очень легко отделался. То, чем он занимался во время пребывания на посту министра и после ухода с него, описывается многими статьями уголовного кодекса. И недавно за него взялись, так как он уже слишком заигрался. Похищение твоей дочери — это лишь один из эпизодов дела. На нем висит очень многое. Следствие идет и есть высокая вероятность, что теперь он уже не выкрутится. Во всяком случае, со вчерашнего дня ему запрещено покидать пределы своей дачи под Москвой под угрозой тюремного заключения, если попробует скрыться.

— Миша, я могу тебе помочь упрятать его за решетку.

— Каким образом?

— У тебя есть номер его видеофона, где он сейчас находится?

Получив номер, Ольга подошла к видеофону, установленному в номере, набрала цифры и подозвала Аню. Долго никто не отвечал. Наконец, экран вспыхнул, и на нем появилось знакомое лицо, часто мелькавшее раньше на экранах телевидения. Сначала он был недоволен, что его побеспокоили, но тут же узнал Ольгу и переменился в лице, но быстро взял себя в руки. Ольга улыбалась своей очаровательной улыбкой.

— Здравствуйте, Ваше бывшее высокопревосходительство! Вот, наконец-то, мы с Вами и увиделись! Хоть пока и по видеосвязи, но расстояния в наше время не помеха.

— Сударыня, простите, кто Вы? Я Вас не знаю.

— Зато я Вас хорошо знаю. Хочу поблагодарить Вас за сообщение, которое Вы дали Юмико Доихара.

— Какое сообщение?! Я Вас не понимаю!

Ольга включила коммуникатор на громкую связь и дала прослушать все еще раз. После этого, не убирая улыбки со своего лица, продолжила.

— Это, конечно, было опрометчиво с Вашей стороны. Но я Вас прекрасно понимаю. Вы очень волновались за исход операции. Но только Ваше сообщение опоздало. Когда оно пришло, моя дочь одному из этих придурков уже перерезала горло, а второму сделала харакири. А их босса Митугу Доихара сделала евнухом за то, что он хотел ее изнасиловать. Вы уж ее простите, но девочка на них очень рассердилась. А Вы, случайно, не собирались изнасиловать мою дочь?

— Я не понимаю, о чем Вы…

— Зато я прекрасно понимаю. Кстати, не сердитесь на Юмико, что она до сих пор с Вами не связалась. Она не сможет этого сделать. Я отрубила ей голову… Ладно, что я тут всякие ужасы рассказываю… Анечка, видишь этого дядю? Это он приказал тебя похитить.

— Что за бред Вы несете?! И что Вам вообще от меня надо?!

— От Вас? Ничего особенного. Просто хотела убедиться, что это Вы и поговорить. Но по видеофону все не скажешь. Вы не будете против, если мы с дочерью подъедем к Вам?

Сейчас мы в Токио, но если вылетим утренним рейсом, то завтра же будем в Москве.

А там до Вашей дачи рукой подать…

Экран погас и связь прекратилась. Ольга продолжала улыбаться.

— Вот, Мишенька, и все. Даю гарантию в девяносто девять процентов, что он немедленно попытается удрать. Вот и возьмете его с поличным. А я его потом все равно достану…

— Оля, я говорил, что ты страшный человек…

— Мишенька, ты же меня хорошо знаешь. Страшная я только для тех, кто поднимает руку на меня и моих друзей и близких. А для всех остальных — я хорошая девочка. Ну, почти…

Ваш экс-министр совершил огромную ошибку. Попытался сделать из Ведьмы Хризантему… Но Хризантемы не получилось. Получился Генерал Миллер. Он снова не успокоился. И вот закономерный финал. Хотя, еще пока не финал… Финал я обеспечу.

— Оля, ты что задумала?

— Мишенька, ты не волнуйся. Тебя я в это дело впутывать не буду. Спасибо, конечно, за помощь, но свои проблемы я привыкла решать сама…

— Оля, я говорю совершенно серьезно. Не играй с огнем. Там разберутся без тебя. Он был настолько уверен в своей неуязвимости, что нажил огромное количество высокопоставленных врагов. А вам надо срочно покинуть пределы Федерации. Завтра вечером из Токио вылетает пассажирский лайнер "Кассиопея". Прямой рейс на Швейцарию, космопорт Шварцвальд. Билеты для тебя и твоей дочери уже заказаны…

Разговор продолжался долго и закончился далеко за полночь. Михаил и Маргарита подробно рассказали обо всех событиях, о которых Ольге не было известно. Верочка-Сильва подняла тревогу, и Михаил правильно рассудил, что Ольга никаких выкупов платить не будет, а отправится на Землю выручать дочь. И все это не обычное похищение, цель которого — деньги. Он стал работать в этом направлении, в конце концов выйдя на Юмико и заказчика. Его мать Маргарита, которую он тоже посвятил в это дело, подключилась к нему и очень помогла, связавшись с Эльзой Кумметц. Как оказалось, они хорошо знали друг друга. Эльза помогла выйти на Юмико и тех уголовников, с которыми японка работала в Шварцвальде. Кольцо вокруг похитителей сжималось, но все карты спутала Ольга, самым невероятным образом исчезнув из Франкфурта. Служба госбезопасности разыскивала ее, приглушив весь скандал в прессе, связанный с шумным появлением, но она как в воду канула. И вдруг громом среди ясного неба прозвучала авария на автобане с участием людей Доихары и его попадание в госпиталь со столь специфическими ранениями. Когда госбезопасность совместно с криминальной полицией нагрянули в особняк, бандиты даже еще не успели убрать трупы. Михаил сразу навестил Доихару в госпитале и "разговорил" его, тем более, что это было нетрудно. Бандит был напуган до смерти и не стал запираться. Но Ольга и Аня опять исчезли. И только сегодня днем, прикинув все места, где они могут появиться, их все таки обнаружили. Маргарита категорически заявила, что на первую встречу пойдет она. Неизвестно, как Ольга на все отреагирует. Вдруг подумает, что это опять происки госбезопасности, желающей заполучить Хризантему. Да и уложит вокруг себя еще пару десятков оперативников, снова ускользнув в неизвестность.

Глава 15

Весь следующий день пронесся, как вихрь. Не надо было никуда бежать, не надо прятаться, но Ольга и Аня хотели провести его с максимальной пользой. Кто знает, когда они попадут сюда снова. Они бродили вчетвером по улицам и паркам Токио, посетили еще раз храм Ясукуни, а потом Аня неожданно заявила, что хотела бы посетить антикварные магазины. Никто не возражал. Они посетили несколько крупных центров, причем Аня все время намекала Ольге побыть с дядей Мишей и предаться воспоминаниям, пока они с тетей Маргаритой пройдутся по всем залам. Ольга была непротив. Двоим Рожденным нарушившей Запрет есть о чем поговорить друг с другом. Да и они с Михаилом не прочь были вспомнить лихие события молодости. Михаил честно рассказал ей все. Как мать вошла в его память и извлекла оттуда все подробности их последней встречи. Поинтересовался также за Верочку.

— А как там моя крестница себя ведет? Не докучает? От нее идет информация сплошным потоком, что Хризантема зарылась в свой контрабандный бизнес и никакой угрозы интересам Федерации не представляет. Ты там ее не заездила?

— Такую заездишь. Но девочка — персик! Мишенька, ты ведь все равно все знаешь, так что скрывать не буду. Мы ее вместе с Настюшей на секс, как на наркотик подсадили.

Регулярно вдвоем показываем ей небо в алмазах. Видел бы ты свою крестницу в этот момент!

— Да уж, помню твои похождения!

Время летело быстро. Они смеялись, вспоминали прошлое, но день неумолимо клонился к вечеру. Аня накупила каких-то старинных побрякушек и шкатулок, но Ольга не возражала. Если ребенку хочется, то почему бы и нет? Тем более, это ее прежняя родина…

Настало время прощаться. Михаил и Маргарита проводили их до самой стойки регистрации. Он заверил, что никаких проблем с контролем не будет. Напоследок Ольга пригласила всех к себе в гости. Она понимала, что для нее проблема в посещении Земли не исчезла. Ее просто боятся. И помогли только из-за того, чтобы она убралась отсюда побыстрее.

Последние слова прощания, поцелуи и прощальный взмах рукой. Но неожиданно Маргарита окликнула Ольгу.

— Ольга, я хочу выразить Вам сердечную благодарность и земной поклон матери.

— За что?

— За то, что подарили жизнь моему сыну…

Лайнер "Кассиопея" был готов к старту. Ольга и Аня разместились в своей каюте и заняли места в противоперегрузочных креслах. Прошло сообщение по трансляции о готовности, лайнер закончил руление на стартовую площадку, и вот наконец — взлет!

Ольга сразу подключила датчики внешнего обзора, и они внимательно наблюдали весь процесс взлета. Ольга комментировала и прочла целую лекцию, меняя направление вектора обзора. Аня впитывала информацию, как губка. На таком большом корабле ей еще летать не приходилось, если не считать "Саго — Мару", но там ее держали взаперти и кроме каюты она ничего не видела. И вот теперь она внимательно рассматривала свою прародину — Землю из космоса. "Кассиопея" плавно набирала высоту, прошивая атмосферу. Вот линия горизонта стала удаляться, появилась его кривизна и Земля все больше принимала форму шара. Плотные слои атмосферы остались позади и "Кассиопея" стала наращивать скорость. В таком режиме она выйдет далеко за орбиту Луны и там уйдет в гиперпространство. Наконец, прозвучало сообщение о возможности покинуть противоперегрузочные кресла и через час всех приглашали на праздничный ужин во знаменование начала их космического путешествия.

— Все, Анечка! Наши трудности позади и мы летим домой. Тетю Настю я уже предупредила. А сейчас приводим себя в порядок, переодеваемся, и скоро будем ужинать. Поедим чего нибудь вкусненького, а то я уже проголодалась!

Ольга стала наводить "боевую раскраску" на физиономию, как она это называла, а Аня исследовала каюту. Закончив "раскраску" и переодевшись, Ольга стала ждать дочь. Она хотела до ужина побродить по палубам и ознакомиться с лайнером. Да и Аня тоже проявила к этому живейший интерес. В ожидании дочери села перед экраном, глядя на удаляющуюся Землю. Снова нахлынули воспоминания…

— Мама!

Возглас дочери отвлек Ольгу от грустных мыслей. Она очень удивилась. Аня стояла в том же черном наряде, в каком они в первый раз посетили храм. Взгляд серьезный и в руках одна из деревянных шкатулок, купленных в антикварном центре.

— Анечка, что с тобой? Ты готова? Пойдем, прогуляемся перед ужином. Ознакомлю тебя с кораблем. Ведь ты на пассажирских лайнерах еще не бывала.

— Мама, нам надо серьезно поговорить…

— О чем? Может, по дороге поговорим?

— Нет, сейчас. Я хочу попросить у тебя прощения. Той ночью, когда тебе было плохо, я не все сказала тебе. Ты потеряла сознание и я, оказывая тебе помощь, не удержалась.

Я вошла в твою память. Ты так не можешь. Ты можешь только входить в контакт с подсознанием и задавать вопросы. А я могу полностью войти "в тебя" и наша память в этот момент становится общей. Я знаю, кто ты…

— Анечка, но кем же я могу быть? Я — твоя мама. Разве не так?

— Так… Мама, прошу тебя принять от меня подарок. Я специально разыскала это.

Аня передала матери деревянную шкатулку. Ольга с интересом открыла и… На глазах навернулись слезы. В деревянной шкатулке из благородного сандалового дерева, на пурпурном бархате, лежал белый крест на колодке с черно-оранжевой лентой. Орден "Святого Георгия" четвертой степени. Здесь же лежал российский морской кортик образа 1913 года. И орден, и кортик прекрасно сохранились. Ольга сидела в кресле и не могла произнести ни слова. В горле стоял ком, а слезы бежали из глаз…

— Мамочка, я знаю, что у тебя были точно такие же. И они остались на дне Балтики…

Теперь я знаю, что это фотография твоей субмарины стоит у тебя на столе. Прости, что я заставила тебя плакать…

Ольга обняла и расцеловала дочь. Не сразу даже пришло осознание того, что Аня теперь знает о ней абсолютно в с е. Но это уже, в конце концов, и не важно…

— Спасибо, Анечка… Огромное спасибо… Никак не ожидала взять еще когда нибудь их в руки… Тебя не смущает такая… странная мама, как я?

— Мамочка, о чем ты говоришь?! Ты у меня самая лучшая мама на свете! Кое что я узнала еще дома, когда ты со мной "разговаривала", но очень мало и я толком не поняла.

А теперь все понятно. Ты — лейтенант Российского Императорского Флота. Мы с тобой, оказывается, почти ровесники. Надо же, как бывает… Наши родители были врагами в русско-японской войне, а теперь ты — моя мама! Я до сих пор удивляюсь твоей истории.

Как ты оказалась в теле Оли Шереметьевой вместо нее. Значит, она была недостойна жить…

Аня обняла мать за шею и не отпускала. Ольга прижала к себе ребенка и поняла, что есть в мире ценности, которые купить невозможно. Либо они есть, либо их нет…

Неожиданно Аня оживилась. Подскочила и вытащила из кейса какую-то книгу.

— Мамочка, ты только не сердись, но у меня тут есть для тебя еще кое-что…

— Что же именно? — Ольга улыбнулась, так как по внешнему виду Ани было видно, что эта проказница что-то задумала.

— Мама, только дай мне слово, что не будешь хвататься за ремень.

— Зачем?!

— Да кто же тебя знает… Я помню, что когда спросила про тетю Веру, так у тебя руки чесались меня отлупить. Разве не так?

— Так…Но не отлупила же, — Ольга с улыбкой смотрела на дочь.

— Так вот, мама. Я могу помочь тебе и тете Насте с этой Верой-Сильвой. Знаю, что она специально прислана шпионить за тобой. Для этого вы с тетей Настей ее и "нейтрализовали" таким своеобразным образом. Когда она в очередной раз придет к нам, я смогу внушить ей, что угодно. Любую дезинформацию, какую ты захочешь отправить на Землю.

И она ничего не заподозрит, принимая все за чистую монету. А потом показывайте ей небо в алмазах…

Ольга сильно смутилась и покраснела. А что делать? Дочурка знает абсолютно все.

И даже мамины постельные тайны для нее уже таковыми не являются…

— Анечка, ну, ты понимаешь… Мы с тетей Настей любим друг друга… Ведь ты знаешь, почему… Я не смогла переступить через себя… А эта Вера-Сильва… Вынужденная мера.

— Мама, так разве я что-нибудь против говорю? Я прекрасно понимаю тебя и не осуждаю.

Но это еще не все… Я хочу помочь и вам с тетей Настей. Знаю, что вам хорошо друг с другом. Но… Мама, я опять буду называть вещи своими именами. Кое что вы делаете не совсем правильно. Вот эта книга — утерянные одно время и потом обнаруженные страницы древнего трактата об искусстве любви. В том числе и между двумя женщинами. Я это знала и раньше. И вот нашла эту книгу для вас… Мама, прошу тебя, не относись ко мне, как к ребенку. Поверь, в искусстве любви я разбираюсь не хуже тебя. Если не лучше.

В Японии, к счастью, не было господствующего влияния христианства с его ханжескими запретами…

— Аня, я не понимаю. Что мы можем делать неправильно? — Ольга строго глянула на дочь.

— Ну, к примеру, вы не совсем правильно проводите "полет двух драконов". И тебе и тете Насте это очень нравится. Но это можно делать несколько иначе и тогда ощущения будут намного сильнее и лучше…

— Каких еще "драконов"?! — Ольга не скрывала изумления.

— Вы с тетей Настей называете это — двойное проникновение…

— Аня, ты что — подглядывала?! — Ольга была возмущена и залилась краской до корней волос. Но тут же сконфузилась. Аня же смущенно улыбалась.

— Мамочка, извини, что вогнала тебя в краску… Просто, у нас никогда не было таких запретов и это не считалось чем — то порочащим человека. Я не подглядывала. Ты забыла, что я знаю все, что знаешь ты? И зачем противиться желаниям своего тела? Ведь это совершенно естественно. В этом воплощении мы обе рождены женщинами, так зачем же нам отказываться от того, что дает радость женскому телу?

— Прости, Анечка… Да, конечно, я с тобой согласна… Все считаю тебя маленькой девочкой… Забываю, что ты — самурай…

— Ну, мама, не совсем самурай. Я происхожу из древнего самурайского рода Токугава.

Но после реставрации Мейдзи в 1870 году, указом императора сословие самураев было официально отменено. Хотя, все высшие посты в государстве, офицерские должности в армии и на флоте, занимались, в основном, вчерашними самураями. И это сохранялось очень долго. В моем роду свято придерживались самурайских традиций и чтили память предков. Так что, можно было считать нас самураями…

— Понимаю, Анечка… Но все таки, ведь по твоему биологическому возрасту ты еще семилетняя девочка… Рано тебе еще знакомиться с этими… "драконами"..

— Мамочка, так разве я не понимаю? Да, по биологическому возрасту я еще маленькая девочка. Поэтому, мне можно пока только "порхание бабочки над цветком".

— А это еще что такое?!

— А это вы с тетей Настей называете "умелые ручки"!

Краснеть еще больше Ольге было уже некуда. Маленькая зеленоглазая бестия хитро посматривала на нее и невинно улыбалась. Ну что прикажешь с ней делать? Злиться и отругать? Глупо. Взять ремень и отлупить? Еще глупее. И Ольга нашла единственно верное решение. Она рассмеялась. Пора признать, что ее дочь уже взрослая. Хоть ей всего семь лет. Аня рассмеялась тоже. Вдоволь насмеявшись, Ольга постаралась уйти от щекотливой темы.

— Ладно, Анечка, книгу мы с тетей Настей обязательно изучим. Она на японском? Кстати, у меня к тебе вопрос. Может быть, ты мне это объяснишь? Как у тебя произошло раскрытие памяти во время полета на шаттле? Дело в том, что со мной произошло нечто похожее. Как только я взяла в руки меч, сразу нахлынули воспоминания. Оказалось, что я прекрасно владею мечом, знакома со всеми видами холодного оружия, техникой боя и даже знаю японский язык! Мне показалось, что я онна- бугэйся! Женщина — воин из сословия самураев. Ты можешь это объяснить? Я что, действительно была раньше онна-бугэйся?

И ее память проснулась во мне?

Аня снова хитро улыбнулась, лукаво посматривая на мать. И Ольга поняла, что этот зеленоглазый чертенок не так прост и знает на много больше, чем говорит. В конце концов, Аня не выдержала.

— Ладно, мама. Скажу. Какие теперь между нами могут быть тайны… Может быть, когда то ты и была этой женщиной-воином. Не знаю. Но сейчас онна-бугэйся из тебя сделала я!

— Как?!

— Как только Юмико схватила меч, я поняла, что кое какие навыки в этом у нее есть. У тебя не было шансов противостоять ей. Но я раньше была мастером кэндо — искусством ведения боя на мечах. И внушила тебе все свои знания в этой области. Одновременно ты узнала и японский язык. Я — Рожденная нарушившей Запрет и обладаю биоэнергетическим полем огромной силы. Это трудно объяснить на пальцах. То, на что у обычных лю

дей уходят годы, я смогла внушить тебе за доли секунды. Внушила тебе, что ты женщина — воин древней Японии. И что ты прекрасно владеешь мечом. Эти знания у тебя никуда не делись, и ты можешь применять их дальше. Вдруг еще надо будет кому-то голову снести… Или поговорить с кем — нибудь на японском… Или книжку на японском прочитать!

Ольга сидела, не шелохнувшись, и растерянно смотрела на дочь. А та улыбалась, и смотрела на нее. В конце концов, к Ольге вернулась способность говорить.

— Анечка… Так это что же получается… Ты можешь внушить, что угодно и кому угодно?!

— Мама, а я тебе о чем говорю? Что угодно и почти кому угодно. Кроме только таких, как я. Но всем простым людям и ведьмам с менее высоким уровнем биоэнергетики — могу. Разумеется, при условии, что я знаю это сама. Никакого волшебства здесь нет, просто очень быстрая передача информации. Давай, научу тебя пилотировать мой истребитель "Мицубиси А6М"! Наши пилоты называли его "Рейзен". А враги дали ему название "Зеро", то есть ноль. Но это был далеко не "ноль"! С этим так называемым "нолем" мы завоевали господство в небе сразу после начала войны. Для того времени это был шедевр авиастроения. Тебе будет интересно. Ведь ты никогда не летала на атмосферных машинах с воздушным винтом и поршневым двигателем внутреннего сгорания. Если не считать нескольких полетов пассажиром в твою бытность лейтенантом Российского флота. А так ты сможешь сразу сесть в кабину истребителя, на котором летала я в двадцатом веке и не только лететать на нем, но и вести бой в воздухе. Я была хорошим пилотом, и эти навыки могу передать тебе. Это мне пригодится и сейчас. После школы я хочу поступить в академию космофлота.

Ольга сидела в полной растерянности. Такого поворота событий она никак не ожидала.

Вот к чему может привести любопытство, когда она захотела узнать, что же произошло с дочерью… Джинн на свободе… Но, в конце концов, это их всех и спасло. Да и джинн ей попался очень дисциплинированный…

— Анечка, но это просто невероятно… И ведь тебе только семь лет!

— Мама, ты же сама сказала, что я — ведьма! Рожденная Нарушившей Запрет. А ведьма — всегда ведьма. Даже если ей всего семь лет!

Книга пятая РОЖДЕННАЯ НАРУШИВШЕЙ ЗАПРЕТ

Глава 1

Пассажирский лайнер "Кассиопея" пронизывал космическое пространство, пока все еще оставаясь в трехмерном космосе. Точка входа в гиперпространство еще не достиг-нута и все, находящиеся на нем, могут любоваться красотами Солнечной системы.

Недавно пройдена лунная орбита, еще двое суток полета, и, не доходя до орбиты Марса, лайнер совершит гиперпространственный прыжок в систему Альтаира, направляясь дальше к планете Швейцария, в космопорт Шварцвальд, являющийся конечной точкой маршрута. Самый обычный рейс самого обычного пассажирского лайнера, обслуживающегоэту линию, которая существует уже много лет. Пассажиры проводят время в полете каждый по своему. Кто отсыпается, кто беспробудно пьянствует, кто заводит не очень серьезные знакомства, предаваясь любовным утехам, так как делать им в полете абсолютно нечего. Полет из одной звездной системы в другую не бывает короче одной, или нескольких недель, так как опасно выводить огромные махины кораблей из гиперпространства очень близко от планеты назначения. Вот и приходится большую часть времени полета проводить в трехмерном космосе, двигаясь сначала от космопорта взлета к точке входа в гиперпространство где-нибудь у черта на рогах в своей звездной системе, затем совершатьпрыжок через гиперпространство, выходить из него в точке выхода в другой звездной системе, находящейся также у черта на рогах, и дальше снова ползти через трехмерный обычный космос до космопорта назначения. Вот за это время вынужденного бездействия изкаждого человека и вылазит вся дурь, которая в нем сидит, и сидела бы дальше, не попади он в обстановку, когда ему абсолютно нечего делать и от него абсолютно ничего не зависит. Экипажи пассажирских лайнеров к этому привыкли и не удивляются, когда кто-нибудь из подвыпивших пассажиров начинает чудить. Лишь бы это было безопасно для остальных и их самих. Но если кого-то начинает тянуть на подвиги, то тут уже никто церемониться не станет. У службы безопасности лайнера с подобными "героями" разговор короткий и полномочия широчайшие. Космос — это космос, и до сих пор не удалось избавиться от ситуаций, когда действие, или бездействие одного человека ставит под угрозужизнь всех, находящихся на борту.

Очередной рейс "Кассиопеи" — пассажирского лайнера Федерации, не был исключением.

Шли вторые сутки полета, все идет в штатном режиме, пассажиры уже перезнакомилисьдруг с другом и разбились на группы по интересам. Каждый нашел, что хотел. Кто партнеров для игры в карты, кто партнеров для постельных "игр", кто собутыльников. Несколько тысяч мужчин и женщин, вырванных одновременно из привычного образа жизни наопределенный период времени, проводили этот период так, как считали нужным и приятным, раз уж выдалась такая возможность. Иными словами, пассажирский лайнер, этот гу-дящий и сверкающий человеческий муравейник, жил своей обычной жизнью.

Ольга и Аня сидели за столом в ресторане на своей пассажирской палубе и ужинали. В ресторане народу было довольно много, веселье в разгаре и никто внимания на них не обращал. Потенциальных "Дон Жуанов" женщина, пусть даже и красивая, но путешествующая с ребенком, не очень интересует. Вокруг достаточно более перспективных кандидатур, путешествующих в одиночестве. Но пару особенно навязчивых типов Ольге все же пришлось отшить, употребив специфическую терминологию, к немалому веселью Ани. Это было вчера, сразу после посадки в космопорту Спэйс — Сити на Луне, а сегодня их уже никто не трогал. Со стороны могло показаться, что мама обсуждает с дочкой ее обычные детские проблемы, так как обе были увлечены разговором, отрываясь даже время от времени от еды, чтобы нарисовать что-то на салфетке. Но тот, кто услышал бы их разговор, наверняка подумал, что у мамы с дочкой точно "поехала крыша"…

— Аня, но как обеспечить отсутствие сноса при заходе на посадку при сильном боковом ветре?! Ведь палуба очень узкая, да и длина не очень большая. А бортовая качка?

— Мама, так это же очень просто! Авианосец при взлете и посадке самолетов разворачивается против ветра и идет полным ходом. Бортовая качка при этом практически отсутствует, а бокового сноса нет вообще. Хотя, конечно, длина палубы оставляет желать лучшего. Это, все-таки, не береговой аэродром. Но нас этому специально обучали, и мы летали в любых условиях. Начинали с самых легких, потом все сложнее и сложнее. Пилотморской авиации должен был уметь выполнять посадку на авианосец в сложных погод-ных условиях, в любое время дня и ночи, с почти пустыми баками, и на поврежденной вбою машине. И эту науку нам приходилось постигать, если хотели остаться в живых. Этим мы в корне отличались от пилотов "инвалидной", то есть армейской авиации, какмы их прозвали. Там всегда можно совершить вынужденную посадку, пусть даже на брюхо, если местность позволяет. А нам садиться было некуда. Именно поэтому наш флот лишился всего самолетного парка и почти всего летного состава при сражении у Мидуэя. После гибели четырех наших авианосцев тем машинам, которые вернулись из полета, просто некуда было садиться и они все утонули в океане после выработки топлива. Хорошо, что меня там в этот момент уже не было, я была в группе берегового базирования в Сингапуре. А ведь начало войны на Тихом океане я встретила именно там — в авианосном соединении "Кидо Бутаи" адмирала Нагумо. На авианосце "Кага".

— Действительно, какое простое решение… Просто держать курс строго против ветра и идти полным ходом! Так можно и на посадку заходить с большей скоростью. Ведь порядка тридцати узлов ваши авианосцы того времени могли дать? В мою бытность лейтенантом Российского Флота, в 1916 году, быстрее тридцати узлов ходили только эсминцы и торпедные катера. Авианосцев еще и в помине не было. А сама авиация была экзотикой. Поначалу иначе, как для разведки, ее даже и не знали, для чего применять. Думали, что ни на что другое эти летающие "этажерки" не способны. Но в ходе войны выяснилось, что это далеко не так.

— Вот именно! Но уже в ходе той войны было успешно опробовано бомбометание и борьба самолетов с себе подобными путем установки бортового вооружения. Стало ясно, чтоуниверсального летательного аппарата не существует и уже к концу войны начало четкопрослеживаться деление военной авиации на разные типы — истребители, бомбардировщики, разведчики. Я тогда была еще ребенком, но тоже помню эти неуклюжие "этажерки". Но, мама, если бы не было этих "этажерок", не сидели бы мы с тобой сейчас здесь, на борту этого шикарного космического лайнера, способного совершать гиперпространственные прыжки из одной звездной системы в другую, что в то время наша наука считала невозможным в принципе. Так что с этих хрупких деревянно-тряпичных конструкций все и началось. Ведь всего за пару десятков лет, прошедших после первой мировой войны, самолеты было уже не узнать. От тех "этажерок" не осталось и следа. По сравнениюс тем "Фарманом", на котором ты летала пассажиром, мой "Рейзен" уже выглядел, как паровой броненосец рядом с каравеллой Колумба.

— Да, я с интересом изучала все материалы по истории авиации и космонавтики. Особенно, как узнала про тебя, тщательнейшим образом проштудировала все, что есть о войне на Тихом океане. Но ведь ты пришла на службу еще раньше?

— Раньше. Я закончила летное училище в 1936 году по мировому летоисчислению. Летоисчисление в Японии тогда отличалось от общепринятого. И вскоре попала на войну в Китай. Все части морской авиации обкатывались в условиях боевых действий на суше, таккак войны на море еще не было. У китайцев практически отсутствовал флот и наш флотбезраздельно господствовал на море. Вот и помогали "инвалидной" авиации. Но это былахорошая школа. Когда был нанесен удар по Пёрл-Харбор на Гаваях в декабре 1941 года, наша морская авиация была самой подготовленной в мире и дальнейшие события это хорошо подтвердили.

— Ты тоже принимала участие в том налете?

— Да, я была уже капитан-лейтенантом, командиром эскадрильи истребителей. Мы прикрывали бомбардировщики и торпедоносцы первой волны. Янки были захвачены врасплох.

Без того боевого опыта, полученного в Китае, вряд ли бы так все удалось.

— А хорошо помнишь свой первый боевой вылет? Первый сбитый?

— Этого забыть невозможно, мама. Помню, как будто это было вчера. Мы тогда отражали атаку китайских бомбардировщиков на наши позиции. Хотя, какие они китайские… Это были русские бомбардировщики СБ с китайскими опознавательными знаками, и сиделив них русские экипажи. Мы им здорово помешали. Они сбросили бомбы, куда попало, и бросились наутек. Я погналась за одним и преследовала его очень долго, залетев далеко вглубь территории противника. Там сидел опытный пилот, и он умело уходил от моих атак, хотя все-таки я его достала. Правда, для этого мне пришлось расстрелять весь боезапас. Бомбардировщик был сильно поврежден и совершил вынужденную посадку набрюхо. На свой аэродром я вернулась с почти пустыми баками, и меня просто распиралоот гордости за свою первую победу в воздушном бою. Но командир "приземлил" меня очень быстро, когда я явилась с докладом на командный пункт. Выгнав наружу всех, устроил мне такую головомойку, что я не знала, куда себя деть. Если убрать за скобки все непарламентские выражения, то суть была в том, что мне, самонадеянному молодому идиоту, просто сказочно повезло, что в воздухе за все время полета не оказалось ни одного истребителя противника, бортстрелки бомбардировщика все время стреляли мимо и ни разу в меня не попали, и вообще мне хватило бензина на обратный полет. Что богиня Аматерасу иногда оказывает помощь подобным идиотам, посылая им неслыханную удачу, но ее терпение не беспредельно. И если я и дальше буду рассчитывать исключительно на ее помощь, то недолго задержусь на этом свете. Вот такой, мама, у меня был первый сбитый. Совсем не то, что у тебя. Я как вспомню твой первый бой с четырьмя "Хамсинами" — на незнакомой машине, не имея никакого опыта, со стартом в космос прямо из грузового трюма почти разрушенного корабля… Мама, тебе не говорили, что ты гений? Что ты рождена пилотом — истребителем?

— Доча, да какой я гений… У самой была душа в пятках. Просто, у меня не было выбора.

Либо я их, либо они меня. Они расстреляли мой "Фомальгаут" совершенно безнаказанно.

Ведь это был гражданский контейнеровоз, не имеющий абсолютно никакого вооружения. Тот истребитель, который я вывела в космос, находился на корабле в качестве груза. Мне удалось выйти победителем из этого боя, только использовав в полной мере фактор внеза- пности. Они совершенно расслабились и не ожидали сопротивления. Если бы после этого рядом появился хоть один истребитель сепаратистов с опытным пилотом, то у меня не было бы никаких шансов.

— И это говорит сама Ведьма с "Летающей ведьмы", живая легенда космофлота?

— А тогда я еще не была Ведьмой с "Летающей ведьмы". Я стала ей гораздо позже. После того, как великий пилот-истребитель, капитан первого ранга Арцеулов, согласился взять на авианосец под свою ответственность в авиагруппу, командиром которой он являлся, девчонку из торгового флота, пилота транспортного корабля. Настолько далекой от военного флота вообще и аэрокосмического истребителя в частности, на котором она прилетела на авианосец после боя с четырьмя штурмовиками и гибели своего "Фомальгаута", что это даже трудно представить. Это он разглядел во мне талант пилота — истребителя. Учил меня воевать и в атмосфере, и в космосе. И то, что я до сих пор жива, это его заслуга.

— Это случайно не адмирал Арцеулов, командующий палубной авиацией Военно — Космического Флота Федерации? И не является ли он прямым потомком поручика русской армии Арцеулова, который первым разработал методику выхода из штопора на своем самолете? Нам рассказывали про него. До этого штопор был бичом авиации и многие пилоты погибли, не сумев вывести машину из неконтролируемого вращения. Арцеулов был первым, кто сумел преднамеренно войти в штопор и успешно выйти из него благодаря разработанной им оригинальной методике.

— Да, он самый. А вот является ли он потомком поручика Арцеулова, не знаю. Он об этом никогда не рассказывал. Может, просто однофамилец…

Ольга внимательно осмотрела зал ресторана. Зверь внутри начал проявлять признаки беспокойства. Хоть явной опасности пока нет, но что-то здесь не то… Аня тоже стала зыркать по сторонам.

— Мама, ты тоже чувствуешь?

— Да, что-то тут не чисто… Видать, рано мы успокоились. А нам еще лететь довольно долго, и тут их территория… Ладно, доча, не первый раз. Будем решать проблемы по мере их возникновения. Все, переводим разговор на тему о тряпках. О нашем, а тем более о твоем прошлом, им знать совершенно не обязательно. Не удивлюсь, если нас будут прослушивать микрофоном направленного действия. Послушают наши разговоры и точно решат, что у мамы с дочкой на почве нервного стресса крыша поехала. Причем, у обеих одинако-во, и в одну сторону. Сенсационный случай в медицине… На активные действия они пока вряд ли пойдут, если умеют делать правильные выводы. А вот пасти нас могут. Только, не понятно кто. Якудза, или к о н т о р а? И непонятно, что же им еще надо…

— Мама, а зачем о тряпках? Ведь есть гораздо более интересные темы. Ну, например о… сексе! То-то будет им фунт изюму! Пусть послушают, о чем мама с дочкой разговаривают! У нас в Японии это, кстати, было в порядке вещей. Мать учила дочь искусству любви…

— Вот, маленькая негодница, так и норовишь свою мамочку снова в краску вогнать! Мы то сейчас не в Японии. Хотя… чего уж там. Ты и так обо всех моих похождениях знаешь…

В отличие от меня. Я то о твоих могу только догадываться… Уж рассказали бы, мой дорогой господин капитан первого ранга, Сабуро-сан, как Вы там, в своей прошлой жизни чудили! А то как-то не честно получается. Ты обо мне абсолютно все знаешь, а я — нет.

Аня только хохотнула и лукаво посмотрела на мать. Видать, ей было что вспомнить…

Но со стороны это выглядело, как милая беседа мамы с дочкой.

— Ой, мама, и не говори! Уж что только мы не вытворяли… Да и ты, мамочка, что в этой, что в прошлой жизни, тоже от меня не отставала. Уж в этом господа офицеры русского и японского флота были совершенно единодушны. Да и сейчас ничего не изменилось. Это, мама, вечно! Любовь будет царствовать над миром, пока существует род человеческий! А что я творила раньше, обязательно расскажу. Тебе будет интересно. Только попозже… Посмотри вправо в конец зала. Мне вон те два типа, что в углу сидят, очень не нравятся…

Ольга посмотрела в указанном направлении и сходу вычислила двух мужчин за столи-ком, старательно делающих вид, что заняты разговорами "за жизнь" за стаканчиком горячительного, но внимательно наблюдающих за ними. Сразу стало ясно, что это не якудза. Оба были европейцы. Хотя, и японская мафия тоже может ошиваться поблизости, ведя свою игру. По их представлениям они полностью "потеряют лицо", если позволят безнаказано ускользнуть противнику, нанесшему им такое поражение. Так что одно другогоне исключает… И совершенно непонятно, к какой компании принадлежит эта сладкая парочка. С к о н т о р о й, вроде бы, все вопросы уладили. Мишутка бы врать не стал. Другой вопрос, что он мог не знать всего… Кто же вы есть, ребятки? По внешнему виду и повадкам чувствуются п р о ф е с с и о н а л ы… Только непонятно, где же вы зарплату получаете. А может — г о н о р а р? А что, очень даже может быть… Ольга прислушалась к своим ощущениям, активировав чувства зверя…

— Так, кися, дело опять грозит обернуться серьезной дракой. Похоже, без "мур-мур" необойдется. Тем более, эта гнида, экс-министр, подсказал вам способ, как можно меня одолеть. То есть найти еще одну ведьму, которая сможет помешать мне в применении моих паранормальных способностей. И под ее прикрытием вы сможете спокойно наш пиговать меня и Аню пулями. Девочку вы тоже не пощадите, так как считаете ее очень опасной. Вы смотрели запись в особняке Доихары и знаете, как Аня расправилась с целой сворой бандитов. И хорошо знаете, что ее сила даже превышает мою. Из нас двоих именно она — Рожденная нарушившей Запрет, и наиболее опасная для вас… Ладно, пока еще ничего не случилось. Ясно, что здесь не только эти двое, есть и другие, но пока противник ограничивается только наблюдением. И на весь лайнер, вроде бы, только две ведьмы. Я и Аня. Возможно, контора действительно решила просто понаблюдать за нами, дабы две ведьмы, мама с дочкой, не задумали на прощание сделать вам какую-нибудь бяку. Ведь с нас вполне станется, мы обе на вас злые…

— Мама, еще двое. Только что вошли…

Ольга тоже обратила внимание на вошедших в зал. Никаких сомнений, из той же компа-нии… Значит, кольцо сжимается. Скорее всего, они сели на Луне, в Спэйс — Сити. И сколько их всего, неизвестно. Как неизвестны и намерения… Ольга отвернулась и тихо обратилась к дочери на японском.

— Аня-тян, продолжаем нашу трапезу. Здесь, при большом скоплении людей, они ничего делать не будут. Дальше говорим по — русски, и только на нейтральные темы. Если надо сказать что-то важное в их присутствии, переходим на японский. Вряд ли они его знают.

Но это в самом крайнем случае. Не надо без нужды раскрывать наше знание японскогоязыка.

Аня понимающе кивнула и тут же увлеченно стала обсуждать кулинарные достоинства представленных блюд. Двое вошедших оперативников (или киллеров?) сели за соседний столик и вполне могли слышать их разговор. Но кроме гастрономических особенностей здешней кухни, и навевающих скуку на любого мужика тряпочно — косметических тем, никаких других сведений за весь вечер они так и не узнали.

Ужин закончился без происшествий. Ольга и Аня пошли прогуляться по пассажирским палубам перед сном, благо, тут было куда пойти. Этим они преследовали еще одну цель — проверить наличие слежки и выявить наибольшее количество топтунов. Вряд ли их здесь очень много, вот и надо срисовать их физиономии. Топтуны не заставили себя долго ждать, и очень скоро Ольга вычислила шестерых. Это кроме тех, что были в ресторане.

Ребятки работают очень профессионально, но куда им тягаться с ведьмой. Тем более, с двумя. Это значит, что-то пошло не так. Если бы просто хотели держать их под наблюдением до Шварцвальда на все время полета, то не пригнали бы такую толпу. Это уже больше похоже на подготовку операции по задержанию, или ликвидации, что более вероятно.

Там не дураки, и прекрасно понимают, что пытаться их задержать, это все равно, что пытаться дернуть за усы тигра. Результат будет примерно тот же самый. Поэтому, надо ждать какого-то нестандартного хода с вашей стороны, ибо все стандартные схемы, разработанные на все случаи жизни, не срабатывают, когда они направлены против ведьмы.

Тем более, когда их двое. Хоть одна из них всего лишь семилетняя девчонка, но эта девчонка — ведьма. Причем, ведьма — Рожденная нарушившей Запрет. Обладательница высшего титула в негласной иерархии ведьм. И вы об этом прекрасно знаете…

— Мама, что будем делать? Может, возьмем кого-нибудь из них за хобот и тряхнем? А то до сих пор не знаем, что им надо.

— А как ты хочешь это сделать? Ведь мы не сможем умыкнуть никого надолго, остальные сразу поднимут тревогу. Мне, чтобы войти в контакт с подсознанием, нужно время и определенная подготовка. А чего нибудь вроде "жасмина", или "Стикса", чтобы развязатьим язык, у нас тоже нет. Действовать методами святой инквизиции? Так для этого нуж-но время. И это сразу подтолкнет их к активным действиям, как мы кого-то умыкнем…

— Мама, ничего этого делать не надо. Они нужны мне всего-то на пару минут. Ты меня подстрахуешь, отведешь всем глаза, а я войду в память кого-нибудь из них и узнаю абсолютно все. Точно так же, как сделала это с Цезарем и с тобой. Но ты была в бессознательном состоянии, время у меня было неограниченно и я вошла в твою память очень осторожно, одновременно оказывая помощь. все-таки, здорово я тебя тогда приложила спросонья, ты уж на меня не сердись… И больше так не делай…А вот с Цезарем нисколько нецеремонилась. В полном сознании вломилась ему в память, пробив напрочь всю его ментальную защиту. Это очень пагубно сказывается на здоровье того, кому это делают. Но на войне — как на войне. Я все равно не собиралась оставлять этого подонка в живых…

— Да уж, доча, как вспомню… Мне от твоих самурайских традиций аж не по себе стало… Зрелище не для слабонервных…

— Ну-у-у, мамочка, кто бы говорил! Я то знаю, как ты у Мишутки, как ты его называешь, искусству развязывать языки научилась и даже иногда это успешно применяла. Да и когда снесла голову Юмико мечом в поединке, особых отрицательных эмоций я что-то у тебя тоже не заметила!

— Скажешь, тоже! Я то уже взрослая женщина, да и никакого удовольствия мне это недоставляет. Как раз наоборот. А ты еще ребенок, с неокрепшей психикой.

— Мама, снова старые песни на новый лад? Еще раз повторяю тебе — я уже не ребенок.

Я — капитан первого ранга Императорского флота Сабуро Токугава, а Аня Миллер я только последние семь лет. Тебя смущает мое детское тело? Так я вырасту со временем.

— Да, доча… Все никак не могу отделаться от мысли, что ты семилетняя девочка…

— Вот именно, мама! Внешность бывает очень обманчива. Так вот, прикроешь нас на паруминут, а я выверну их наизнанку. А после этого отключу их ударом в голову и заблокирую память на несколько больший предыдущий период — минут на десять. Потом мы уйдем, а они ничего не вспомнят. Даже, если у них крыша поедет, мы то тут при чем?

6

— А может, сделаем по другому? Сначала усыпим их, а потом ты войдешь в их память? Ведь так будет для них безопаснее? А нам потребуется только на несколько минут больше времени.

— Гм-м… Пожалуй, так тоже можно. Да, для них это будет безопаснее. А откуда это у тебя приступ человеколюбия? Уж поверь, они с нами церемониться не будут.

— Знаю. Но только наследить не хочется. Никаких сомнений у меня нет, это к о н т о р а.

Но ссориться с конторой на данном этапе в наши планы не входит. И есть у меня еще одно предположение. Если мы незаметно и совершенно безвредно для топтунов узнаем отних информацию, то они могут это скрыть от начальства. Просто подумают, что заснули на посту. А ни один топтун в этом не признается, это грозит ему крупными неприятностями.

— Да-а-а, мама… В тебе действительно потеряли великого разведчика. Я больше привыкладействовать чисто военными методами. Если перед тобой враг, и он не сдается, то его уничтожают. Ладно, когда начнем?

— Сегодня, когда народ по каютам рассосется. Выберем пару подопытных кроликов…

И чует мое сердце, Анечка, что надо нам торопиться. Что-то контора задумала в отношении нас. А что они могут задумать, кроме пакости…

Время шло. Ольга и Аня бродили по палубам этого летающего дворца, не делая никаких попыток избавиться от слежки. Их вели очень тонко и грамотно. Видно, что люди делознали. Народ вокруг радовался жизни, отрываясь по полной программе, и мама с дочкой старались соответствовать окружающей обстановке. Посетив район магазинов и кое-чтоприкупив, Ольга уже собиралась возвращаться назад, время было довольно позднее. Всетаки, Ане лучше спать ложиться вовремя. Кто бы она ни была в душе, а организм у неевсе же семилетней девочки. Как неожиданно Аня потянула ее за руку.

— Мама, смотри, секс-шоп! Давай зайдем?

Ольга смутилась. Ну, Анютка… И все тебе надо… Могла бы и не конфузить мамочку лишний раз. Аня мгновенно все поняла и постаралась сгладить ситуацию.

— Мамочка, но что тут такого? Ведь это совершенно естественно. Все меня стесняешься?

— Анечка, прости, но все не могу привыкнуть, что ты уже не ребенок… Душой понимаю, но…

— Ну и ничего страшного! Ведь тебе, в конце концов, надо заниматься воспитанием своей дочери и в этой области! И гораздо лучше, если дети узнают обо всем дома от родителей, а не неизвестно где и от кого. Правда, я в этой области побольше тебя знаю, и еще научить могу кое-чему, но кто об этом, кроме нас знает? А мне просто интересно. Ведь я там еще не была.

— Ох, доча… На все у тебя ответ есть… Ладно. В конце концов, не наркотой же там торгу-ют…

Магазин был очень большой и с богатым ассортиментом товара, Аня вела себя очень прилично, только глазея вокруг, и чувство неловкости у Ольги прошло. В конце концов, все они живые люди. Она осмелела настолько, что даже прикупила кое-что из новых "игру-шек". Опробуют с Настей при встрече. Аня воспринимала все, как должное, и не задавалаглупых вопросов. Когда они уже выходили из магазина, разминулись со стайкой молодежи, весело ввалившейся внутрь. Некоторые девушки были очень даже ничего и Ольга скользнула по ним оценивающим взглядом.

— Что, мама, понравились?

Ольга удивленно оглянулась на дочь. Аня опять хитро улыбалась.

— Анечка, ты о чем?

— Да все о том же, мама. Думаешь, я ничего не понимаю? Мама, я говорю совершенно серьезно. Если тебе хочется здесь с кем-то познакомиться и хорошо провести время, я тете Насте ничего не скажу. Я умею хранить тайны и никогда тебя не выдам.

— Фу, Аня, как ты можешь… Что это вдруг на тебя нашло?

— Ладно, ладно… Можно подумать, это мне официанточка в токийском ресторане понравилась… Я просто хотела сказать, что ничего против иметь не буду и тайну сохраню…

Сердиться на дочь Ольга уже не могла, ее начал разбирать смех. все-таки, лучше сво-дить все к шутке, чем делать из этого запретный плод…

— Ох, доча, с тобой не соскучишься! Как ты мне меня в юности напоминаешь. Вот уж, дей-ствительно, вся в маму! Ну, понравилась мне официанточка, и что? Ничего такого ведь ясебе не позволила?

— Ага, не позволила… Потому, что в логово Доихары собиралась и все прочее было несущественно. Но нет, так нет. Я же не настаиваю…

Ольга прыснула со смеху. все-таки, лучше общаться с дочерью, как с подругой, а не маленьким ребенком. Пора это признать. Сразу снимается куча проблем. Возможно, и правы были японки, что учили своих дочерей всем аспектам взрослой жизни дома и с ранних лет.

— Ладно, Анечка, идем в каюту. Отнесем покупки, а потом выйдем на охоту. Каких — нибудь клоунов надо выловить обязательно. Время работает не на нас. А потом баиньки.

Хоть ты у меня и капитан первого ранга, но организм у тебя пока еще детский. И спать тебе надо ложиться вовремя!

Непринужденно переговариваясь, Ольга шла с дочерью в сторону трапа на свою п алубу, не прекращая, тем не менее, наблюдения за обстановкой. От нее не укрылось, что едва они направились в сторону своей каюты, как топтуны забеспокоились. Похоже, что в каюте сейчас кто-то есть. Значит, ищут самым тщательным образом и еще не закончили.

Вот только что ищут? Если бы просто устроили засаду, так не было бы такого ажиотажа.

Вот и поглядим, кого черти принесли…

Еще только подходя к двери, Ольга определила, что в каюте посторонние. Зверь рычал, чувствуя близкую опасность. Специально задержавшись перед дверью и громко разгова-ривая, Ольга вошла в каюту, предусмотрительно держа Аню за спиной. Так и есть. В каюте стюардесса в форме старательно делает вид, что занимается приборкой.

— Ой, простите, мадам, я уже заканчиваю. Ваша каюта у меня последняя, вот и задержалась.

— Ну, что Вы, девушка, никаких проблем! Мы сейчас оставим вещи и уйдем.

Ольга окинула цепким взглядом незваную гостью. Девица лет тридцати. Тело тренированное и видно, что это не фитнесс. Туфли на низком каблуке, и юбка хоть и форменная, но сделана с запахом… Такие носят телохранительницы, оперативницы и киллерши. Такую юбку можно сорвать одним движением за долю секунды и работать ногами… Вот ты, подруга, и прокололась…

"Взгляд змеи" пригвоздил "стюардессу" к полу. Никакого сигнала она подать не успела.

Аня, тем временем, тоже включилась в работу и стала усыплять женщину. Через пару минут она уже спала крепким сном и безвольно рухнула прямо в руки Ольги. Аня продолжала работать на публику. И она, и Ольга подозревали, что в каюте уже полно "жучков".

— Ой, мамочка, что это с тетей?! Ей плохо?

— Анечка, не знаю. Сейчас посмотрим. Давай тетю на кровать уложим.

Активировав чувства зверя, Ольга с его чудовищной силой подхватила женщину, как пушинку, и бережно положила на кровать. Зверь рычал, но она его удержала, всячески успо-каивая.

— Тихо, кися, тихо… "Мур-мур" пока делать нельзя, нам тут лишние трупы не нужны.

Сейчас мы эту "добычу" как следует расспросим. Живая она нам гораздо полезнее…

А теперь и нам надо на публику поработать…

— Аня, у нее, похоже, обморок. Ничего, сейчас пройдет. Помоги мне, поддержи ей голову.

Аня склонилась над стюардессой и положила ей руки на голову. Ольга, тем временем, расстегнула на ней блузку и пояс юбки, делая вид, что оказывает помощь. Взгляд невольноскользнул по красивому телу… Хороша, чертовка…

— Мама, вот это удача!!! Ни одного "жучка" нет! Они решили не рисковать. Теперь можно такое шоу устроить! Быстро раздевайся и давай эту куклу разденем!

— Аня, ты что задумала?! Это контора?

— Контора, но долго рассказывать. Быстро раздевайся и в койку! И эту куклу туда же!

— Аня, да ты объяснишь, наконец?

Аня, тем временем, метнулась к пакетам с покупками, достала все "игрушки" из секс-шопа и вывалила их на кровать. Ольга вообще ничего не понимала.

— Объясню, объясню. Эта подруга проводила тут тщательный обыск и если ее застукают, как сейчас, представилась бы стюардессой, делающей приборку. Ясное дело, что мы бы не поверили, но приличия были бы соблюдены. Там понимают, что не в наших интересах поднимать шум. И теперь мы представим все так, как будто ничего этого не было и мыничего не заподозрили!

— Но как? Просто заблокируем память?

— Не совсем. Я не только заблокировала ей память… Мама, только не сердись на меня…

Ведь они прекрасно знают, что ты любишь женщин. Вот я и внушила этой кукле, что как только мы сюда вошли, ты отправила меня спать в соседнюю комнату, а сама ее соблазнила и уложила в постель. И вы провели страстный вечер любви…

Ольга аж задохнулась от неожиданности, не зная, что ей делать. Негодовать, или смеять- ся. А маленькая зеленоглазая бестия, тем временем, быстро разбирала постель. Закончив, начала проворно раздевать "стюардессу". Ольга прикинула все за и против и согласилась, что Аня, все-таки, права. Это замечательный способ замести следы, чтобы эта кукла ниче-го не заподозрила и не настучала своему начальству. Ольга глянула на полураздетую девицу, возле которой суетилась дочь.

— Все, Анечка. Дальше я сама справлюсь. А ты сейчас будешь хорошей девочкой, пойдешьв соседнюю комнату и будешь там сидеть, пока я тебя не позову. А потом расскажешь, что у нее узнала.

Аня не стала спорить, а хитро улыбнувшись, направилась в другую комнату, бросив находу.

— Ее Эллой зовут.

Ольга освободила Эллу от остатков одежды и разделась сама… Да-а-а, девочка, что надо!

Прости, Настюша, но это для пользы дела. Мы с Аней тебе все равно не скажем. Тут, какговориться, на войне — как на войне. Это у нас такая боевая операция по обезвреживанию противника…

Пьянящий аромат молодого, сильного, женского тела… Зверь тоже возбужден, чувствуязапах самки… Ольга склонилась над женщиной и стала нежно целовать ее. Тело, хоть и вспящем состоянии, реагировало на ласки и распалялось все больше… Ничего, подруга…

Посмотрим, что с тобой будет, когда проснешься! Неожиданно Ольга почувствовала насебе чужой взгляд. Оглянулась украдкой — так и есть. Эта бестия специально оставила дверь приоткрытой и не только все прекрасно слышит, но и видит, лежа на диване в другой комнате. Ох, Анютка!!! Или, Сабуро-сан!!! Ремень по тебе плачет!

— А ну закрой дверь, бесстыдница! Мало тебе, что мамочку под танк бросила, не спросивее мнения, так еще и подглядываешь?

— Мама, не подглядываю, а контролирую ситуацию! Мало ли, что может случиться, и тебе помощь понадобится!

— Вот, нахалка! Прямо, как…я! Закрой дверь, я тут и сама все проконтролирую!

Аня захихикала, но дверь закрыла. Все же, умная девочка. Знает, когда надо остановиться.

Ольга продолжила прерванное занятие…

Когда тело Эллочки было уже распалено до предела и до кульминации оставалось совсемчуть чуть, Ольга вывела ее из транса. Бедная оперативница не успела ничего понять, когдамощнейший оргазм просто захлестнул ее, лишив способности адекватно воспринимать окружающее. Ольга же продолжала нежно ласкать и целовать это красивое, тренированное и очень опасное тело… Наконец, способность соображать вернулась к ней.

— Что это было?!

— Эллочка, у тебя было помутнение сознания? Такое иногда бывает при сильном оргазме.

Сейчас ты хорошо себя чувствуешь? Расслабься, я тебе сейчас помогу. Так легче?

Женщина удивленно хлопала ресницами. Разобранная постель, на которой явно не просто спали, приглушенный верхний свет, сброшенная одежда на креслах, обнаженная Ольга, нежно обнимающая и целующая ее, разложенные на постели "игрушки", явно побывавшие в деле… И она сама, лежащая, в чем мать родила рядом с Ольгой, и только что испытавшая ярчайший оргазм, какой она раньше никогда не испытывала, и отголоски которогоеще шелестят волнами блаженства по всему телу, как ласковая морская волна, в тихую по-году лениво накатывающаяся на берег… Все это не допускало двоякого толкования…

— Оля? Оля, я не понимаю, что это на меня нашло…Я ведь ни разу…

— Ну, что ты, Эллочка, не бойся… Ведь нам хорошо было, правда? Ну их, этих мужиков…

Они ведь только о себе и думают… Какая ты у меня красивая… Иди ко мне…

— Оля… Оленька…Прости, но мне надо идти… Я ведь на работе!

— А ты приходи, как закончишь! Я тебя ждать буду. Дочка уже спит и нам не помешает!

— Да, да… Конечно… Я сейчас… Потом… Обязательно…

Элла подхватилась, быстро оделась и пулей вылетела из каюты. Ольга плотоядно улыбнулась. Интересно, придет ли еще, или нет? Все, теперь надо звать Аню. Пусть выкладываетвсе, что узнала. Встала, набросив халат на голое тело.

— Занавес! Аня, можешь выходить на сцену. Спектакль окончен!

Аня появилась из соседней комнаты, давясь от хохота. Было видно, что она очень довольна проведенной "боевой операцией". Ох, Сабуро-сан… Подкинете Вы еще сюрпризов своей мамочке… Наконец, Аня успокоилась и смогла внятно говорить.

— Мама, ты не только великий пилот — истребитель. Ты еще и гениальная актриса! Ведь она все приняла за чистую монету!

— Аня, лирика потом. Давай сначала о деле. Что ты узнала?

— А дела очень хреновые, мама. Эта девица — майор Элла Клименко, аналитический отдел Министерства госбезопасности. За этим непонятным аналитическим названием скрывается внутренняя контрразведка. Своеобразная к о н т о р а внутри к о н т о р ы. Самая секретная ее часть. Их на борту, в общей сложности, тридцать два человека. Случай беспрецедентный, таким количеством они никогда не работают и сами здорово удивлены. Их спешным порядком отправили с Земли на Луну на быстроходном военном корабле вскорепосле нашего вылета из Токио. Помнишь, мы задержались на пару часов сверх положенного в Спэйс — Сити? Оказывается, мы ждали их. Им дано задание — постоянно держать нас под наблюдением, стараясь себя не обнаруживать, и любой ценой изъять у нас какието секретные документы. Какие именно, они и сами не знают. Знают только, что часть изних на компьютерных кассетах, а часть на бумаге. Эта Элла сегодня проникла в нашу каюту, все здесь обыскала, но так ничего и не нашла. Зная о твоих способностях, ее предупредили, чтобы ни в коем случае не пыталась геройствовать и не имела при себе ничегокомпрометирующего — вроде оружия, средств связи, и прочего. Именно поэтому решили не устанавливать в каюту "жучки". Пока их ближайшая задача — найти и изъять эти документы, стараясь сделать это без шума. Если документы не будут обнаружены, или будут, но изъять их не удастся, сообщить начальству и ждать дальнейших указаний. Сейчас она побежала докладывать, что ничего не нашла, а мы вернулись и сорвали дальнейшие поис-ки. Расскажет ли она о своем любовном приключении — не знаю. Она убежденная гетеро-сексуалка и занималась сексом только с мужчинами. Ты у нее первая и она сама сейчас неможет понять, что же на нее нашло, почему она согласилась. Но, похоже, ей очень понравилось! Вот это вкратце основное, мама.

— Да-а, доча… Хреновей некуда… Тут возможны два варианта. Либо нашего Мишутку держат самого за болвана и не говорят всего, хоть он и генерал госбезопасности… Хотя, нет. Тогда бы нас так легко не выпустили из Токио. Ведь они рады были избавиться от нас поскорее и никаких препятствий не чинили. Значит, причина одна. Вскоре после нашего отлета произошло что-то такое, что в корне поменяло их планы. "Кассиопею" возвращать не стали, а просто придержали в Спэйс — Сити на Луне, пока не прибудет опергруппа этих самых "аналитиков". И нас опять кто-то тонко и со знанием дела подставил.

Только зачем? Какие секретные документы? Подозреваю, что это очередной блеф конторы. "Аналитики" все принимают за чистую монету, они действительно получили такойприказ и они его выполняют. Только что же контора хочет этим добиться? Ну, помотаютнам нервы до посадки в Шварцвальде… Ну и что? Ликвидировать они нас не могут, ина-че мы отправим на тот свет всю эту гоп-компанию "аналитиков", и они об этом прекраснознают… Насчет задержания — чистая фантастика, а они реалисты. Что же им надо?

— А может, эта история с документами — просто отвлекающий маневр? И цель этой возни совсем другая? И тут есть еще одна группа, о которой "аналитики" ничего не знают, и выполняет свою задачу? Вспомни операцию "Лузитания", которую ты им с блеском сорвала.

Ведь ты тогда до последнего момента не подозревала об их истинных намерениях.

— Возможно… А кто у них тут главный? Может, стоит его потрясти…Глядишь, чего и звякнет…

— Полковник Иван Меркулов. Да только вряд ли он знает на много больше. Элла — его заместитель. Остальные — простые оперативники.

— М-м-да… Ладно, подождем развития событий. Пока они вредить нам не собираются, а там посмотрим. Может, что еще вылезет… Все, Анечка. На сегодня хватит военных действий. Сейчас в душ и спать. А утром видно будет…

Когда Ольга вышла из душа, то увидела Аню, сидящую на ее кровати и с интересом разглядывающую "игрушки", которые она забыла убрать. Решив не создавать искусственно запретного плода, который, как известно, очень сладок, спросила дочь совершенно спокойно.

— Что, Аня, интересно?

— Конечно, интересно, мама! Ну надо же, до чего додумались! В то мое время хоть и былипохожие "игрушки" у женщин, но материал! Ведь совсем, как настоящий!

Ольга вовремя удержала язык, чтобы не ляпнуть, где это Аня видела настоящий. А дочь, тем временем, продолжала свою исследовательскую деятельность.

— Ну надо же, даже подогрев есть до естественной температуры тела для полноты ощуще-ний! Интересно будет попробовать…

— Доча, а ремня для полноты ощущений не надо? — Ольга не на шутку забеспокоилась.

— Чего? Ремня? Нет, ремня не надо… Садо-мазо меня никогда не интересовало…А вот такими двумя, если одновременно…

— Аня, ты что задумала?! Эти "игрушки" еще не для тебя! Ты говорила, что там тебе можно? "Порхание бабочки над цветком"? Вот и пусть "порхает"! Понимаю, что запрещать и наказывать за это глупо. А это для тебя еще рановато!

— Мама, да не пугайся так. Ты что меня, вообще за дуру держишь? Я прекрасно понимаю, что у меня тело семилетнего ребенка и до подобных вещей я еще не доросла. "Бабочка",конечно, "порхает", и причем регулярно… Что уж это от тебя скрывать, все равно не поверишь, даже если отрицать буду… А все равно интересно… Лет так… через шесть-семь можно будет попробовать…

— Анютка!!! Я на первый прием к гинекологу в четырнадцать лет с тобой вместе пойду!

Если узнаю, что не девственница, выпорю так, что на всю жизнь запомнишь! Вот подрастешь, выйдешь замуж, и будет тогда тебе и настоящий, и куча подобных "игрушек"!!!

И с мальчиками раньше времени гулять не вздумай!!!

— Ну-у-у, мамочка… Чуть что, так сразу "выпорю"! Этим же ты просто расписываешьсяв своем полном бессилии в решении возникшей проблемы. И если бы я тебя хорошо незнала, то подумала бы, что в тебе говорит пресловутая женская логика. То есть, отсутствие всякой логики. Посуди сама — если уж тебе так хочется меня выпороть для предотвращения ранней потери девственности, так меня надо пороть "до", а не "после". Ибо "после" пороть уже бесполезно, так как девственность от этого не восстановится, и в следующий визит к гинекологу вместе с тобой я девственницей опять не стану. Что, опять меня выпорешь? Так девственность опять таки не восстановится. Ты знаешь, ведь эта особенность женского организма не подлежит регенерации, и слава богу… Спроси у тети Насти, если мне не веришь, а она все-таки врач. Далее. Если ты захочешь меня выпороть "до того как…". А когда именно? Ведь надо четко определить момент, когда я соберусь совершить задуманное, а как ты его узнаешь? Я тебе не скажу. Будешь пороть меня каждый день, чтобы не ошибиться? Ты сама понимаешь, что это верх глупости. Так что вариант споркой давай снимем с вооружения, как совершенно неэффективный. Далее. Насчет заму-жества. Мама, я похожа на дуру, которая мечтает выскочить в восемнадцать лет замуж, чтобы потрахаться? Этим можно заниматься и до замужества. Не будем показывать пальцами, но вспомни себя в юности. Хотя, тогда это была и не ты, а Оля Шереметьева, а тыоказалась в ее теле только в возрасте пятнадцати лет и взяла себе ее имя, но тем не менее.

Да и ты, мамочка, став Олей Шереметьевой, тоже сразу начала давать жизни. Правда, тебе нравились девушки, так как в душе ты осталась мужчиной, и ты успешно занималась с ними любовью, но все-таки…Да и повзрослев, не изменила своих привычек, укладывая в свою постель пачками понравившихся девиц. До того, как встретила тетю Настю, тебя ведь называли Казановой в юбке. Далее. О той самой девственности, за которую ты так боишься. Мамочка, ни тебе, ни тем более мне не надо рассказывать, что в сексе существует огромная масса приемов, как им заниматься в свое удовольствие и оставаться при этом формально девственницей. Я могу творить удивительные вещи в постели, но на осмотре десяток гинекологов признают меня невинной девственницей. И последнее. Насчет мальчиков. Тут, мама, можешь быть спокойна. Мне самой не интересно заниматься вопросами предохранения от беременности в юном возрасте, рискуя залететь от какого-нибудь сопляка, у которого избыточное давление в яйцах и гормоны выплески Ваются через край. И который больше, чем на несколько минут "активной деятельности", совершенно не способен. У подростков это обычное явление. Хотя, может много раз…

Да и волновать его будут не мои ощущения, а его собственные. У меня, мама, ситуация очень похожа на твою, когда ты поняла, что ты больше не лейтенант Российского ФлотаНиколай Верещагин. Что теперь ты — пятнадцатилетняя девчонка и живешь спустя четыреста лет. И твое сексуальное поведение должно измениться на сто восемьдесят градусов.

Ты не смогла переступить через себя и правильно сделала. Не надо ломать свое собственное Я. Уж очень резко произошел у тебя переход из одной ипостаси в другую. У меня си-туация несколько проще. Я родилась в этой жизни девчонкой и с самого раннего детства, как только стала все понимать, считала это в порядке вещей. То, что произошло со мной недавно, когда в результате того злосчастного полета на шаттле у меня открылась памятьо прошлой жизни, конечно, внесло коррективы в мое мироощущение, но не настолько, чтобы разрушить мое осознание того, что я — женщина в этой жизни. И отношения с мужчинами меня не пугают так, как тебя. Хотя, если до конца быть честной… То немного не по себе… Раньше я имела женщин, как хотела и куда хотела, а теперь бу-дут иметь меня…Как я захочу и куда я захочу… Но это — позже. Надо сначала подрасти. А пока, в подростковом возрасте, я тоже хочу сначала попробовать с девушками. Как ты. Ведь две девушки не допускают грубостей и бережно относятся друг к другу, да и лучше знают, как доставить друг другу удовольствие. И никакого риска залететь. Разве не так? Лет с девятнадцати можно будет попробовать и с парнями. А замуж только после акаде- мии космофлота… Мама, что с тобой?

Ольга упала в кресло и сидела там, держась руками за голову и готовая завыть, как волчица на Луну. Нет никаких сомнений, что этот джинн, вырвавшийся из лампы, будет творить, что хочет, где хочет и когда хочет. И она н и ч е г о не может сделать! Ремень — невыход. Это она уже поняла. Слава богу, что мозги у этого джинна на месте. Такую теоретическую базу под все дочурка подвела… И у нее, как у матери, остается единственный разумный выход. Не давить на Аню и не пытаться сломать сложившуюся ситуацию. А стать терпеливым наставником и мудрым советником для своей так рано повзрослевшей дочери. Хотя, в последнее время, она только этим и занималась… Аня же истолковала затянувшуюся паузу по — своему.

— Мама, я догадываюсь, о чем ты думаешь. Не бойся, у тебя обязательно будут внуки.

И обязательно хотя бы одна внучка. И я обещаю, что выращу из нее настоящую ведьму, достойную наследницу нашего великого рода. Когда-то ты дала эту клятву своей бабушке после того, как она выяснила, кто ты есть на самом деле. Теперь я даю эту клятву тебе…

Ольга с грустной улыбкой смотрела на дочь. История повторялась… Как Аня напоминала ей ее саму… Когда она не была еще ни "генералом Миллер", ни Хризантемой, ни Ведьмой с "Летающей ведьмы", ни Пантерой… А была простой школьницей, хулиганистой девчонкой Олей Шереметьевой… Вернее, девчонкой, носящей это имя. Новое имя, которое получил офицер Российского Императорского Флота Николай Верещагин вместе с удивительнейшим подарком — новой жизнью…

— Ладно, мамочка. Я тебя не сильно шокировала? Ты уж прости, но сказала то, что думала и то, что собираюсь делать. Не хочу тебя обманывать. Но, повторяю, не волнуйся, всему свое время. Обещаю тебе, что проблем со мной не будет. А пока давай спать. Думаю, наша Эллочка, по крайней мере, сегодня, больше не вернется. А завтра… Как знать! Ничего, устрою вам в очередной раз романтическую встречу…

— Аня!!!

— Мама, а что тут такого? Я же вижу, что девица в твоем вкусе и тебе, да и ей очень понравилось. Вот я и помогу ей в начале раскрепоститься, чтобы была посмелее. А дальше тебе карты в руки…

— Аня, но что ты говоришь такое?!

— Как что? Развитие успеха боевой операции по обезвреживанию противника. Ведь она сейчас встретится со своим полковником, доложит о полученных результатах и получит от него новые инструкции, которые преподнесет нам на блюдечке. Правда, с моей помощью. Об этом ты не подумала? Ведь это великолепный канал получения информации опланах противника!

Ольга удивленно подняла брови. А ведь действительно! И как она сама об этом не подумала? Ведь если "подружиться" с этой Эллой, то она, сама того не ведая, будет поставлятьим самую свежую и достоверную информацию. Ай да Аня! Вернее, Сабуро-сан!

— Да, Анечка, я как-то и не подумала! Ты настоящий капитан первого ранга! Посмотрим, может, что путное из этой затеи и получится. Но это, если только она придет…

— Думаю, мама, придет. Она уверена, что никаких подозрений не вызвала. А подсылатьк нам новую "стюардессу" никто не будет. Обычно, каюты закреплены за определеннымистюардессами и приходят постоянно одни и те же.

— Ладно, доча, попробуем… Но только, чтобы тете Насте — ни сном, ни духом!

— Мама, да за кого ты меня принимаешь? Не бойся, я умею хранить чужие тайны. А сейчас я в душ, а ты ложись спать. Я там задержусь не менее, чем на полчасика, поплескаюсь…

— Не поняла… Это ты к чему?

— Мама… Все тебе объяснять надо…Тебя не хочу смущать! Ведь ты только этой Эллой занималась, а сама ни с чем осталась. Я же прекрасно чувствую, у тебя весь организм навзводе. Не забывай, что мой зверь хоть еще и маленький, но посильнее твоего будет. И чутье у него более тонкое. А остаться без ничего — это вредно для организма. "Игрушки" — вот они. Знаю ведь, что при мне стесняться будешь. Все, спокойной ночи, мамочка!

И маленькая зеленоглазая бестия упорхнула в душ, чмокнув маму в щечку, оставив еев одиночестве переваривать услышанное…

Ольга сидела на кровати, все никак не придя в себя. Возмущение боролось с безудержнымхохотом. И что же эта чертовка себе позволяет?! Хотя, с другой стороны… Она абсолют-но права! Просто высказала вслух то, что в нашем обществе как-то говорить не принято.

Сама ведь думала об этом, просто хотела подождать, пока Аня уснет… Чего уж саму себя — то обманывать… Да-а-а, Оля… У тебя очень умная и чуткая дочь, которая заботится о твоем здоровье, а ты задаешь глупые вопросы, нарываясь на неудобные ответы… Все, теперь будем относиться к этому с положенной долей юмора! Возьмем на вооружение опыт японских женщин. Ведь Аня права, в Японии действительно было так принято. Мать обучала дочь всему. Вот и будем теперь "учиться"! Правда, только неизвестно, ктоу кого… Эта маленькая бестия, похоже, в "этом" гораздо лучше нее вместе с Настей разбирается… Ольга бросила взгляд на "игрушки"… Ладно, время то идет… Дочурка, скорее всего, тоже сейчас время в душе зря не теряет. И чего только не понапридумывают… "Порхание бабочки над цветком"!!! Умеют же цветисто выражаться эти японцы…

Скажешь кому-нибудь, ведь и не поймут, кто не знает… Ладно, доча. Пусть там "бабочка" порхает над твоим "цветком", а мы сейчас выпустим в "полет" одного "дракона"!

Выпустить двух не получится. Времени маловато, да и не готовилась. Это мы дома на пару с Настюшей проделаем. С чувством, с толком, с расстановкой! И этот древний трактат об искусстве любви внимательно вместе проштудируем и будем на практике применять! Интересно, что там еще эдакого есть… А что будет непонятно, можно и у Анюткиспросить. В конце концов, все мы живые люди…

Сбросив банный халат, Ольга с удовольствием растянулась на широкой постели. Эх, Настюшу бы сюда сейчас! А Анютку — спать в соседнюю комнату. Нечего этой бесстыднице" ситуацию контролировать"! Да и эта Эллочка… Очень даже ничего! Интересно, придет еще, или нет? Вот уж, действительно, ситуация… В постели с врагом… Хорошая, все-таки, штука — жизнь! Не смотря на то, что бывают в ней неприятные моменты. Но бывают и очень приятные! Так, где тут наши "дракончики"?..

Глава 2

Ночь прошла без происшествий. Хоть Ольга и спала очень чутко, готовая к немедленному сопротивлению в случае нападения, но их никто не побеспокоил. Зверь, тем не менее, проявлял признаки беспокойства, чувствуя надвигавшуюся опасность. Пока еще неявную, но постоянно нарастающую. Как нарастает и сгущается темнота в лесу с заходом солнца… Аня чувствовала то же самое. Шли третьи сутки полета. Если не произойдет ничего нештатного, то еще через сутки "Кассиопея" совершит гиперпространственный прыжок из Солнечной системы в систему Альтаира. Ольга прикинула возможные варианты. Итак, что они имеют по времени. Полтора суток до входа в гиперпространство.

Полет в гиперпространстве-трое суток по судовому времени. Затем выход из гиперпространства в обычный космос в системе Альтаира. Плюс пять суток на полет в системе Альтаира до Швейцарии — конечного пункта назначения. Итого — девять с половиной суток, в течение которых можно ждать любой пакости. Это — если лайнер будет следовать согласно установленного расписания. Но контора, в лице "аналитиков", вполне может это расписание подкорректировать. Как в одну, так и в другую сторону. Также может подкорректировать и маршрут, это нельзя сбрасывать со счетов. Такие полномочия у них есть, а на вопли судоходной компании о потерянной выгоде, связанной со срывом расписания, министерству госбезопасности совершенно наплевать. А будут сильно качать права, еще и какое-нибудь дело состряпают. Что-нибудь вроде саботажа в военное время. Именно это и обсуждали Ольга с Аней за завтраком, уединившись за стоявшим в углу столиком, подальше от других посетителей, которых, правда, было немного. Народ отсыпался после бурно проведенной ночи.

— Мама, ситуация меня настораживает. Можно тупо сидеть и ждать их очередного хода, ничего не предпринимая. Разве, только кроме ваших "романтических встреч" с Эллой ради получения информации. Но так мы полностью выпустим инициативу из рук и неиз Вестно, какую еще пакость они нам приготовят. Ведь мы можем не успеть получить информацию вовремя от этой Эллы. А можно нанести упреждающий удар, который полностью отобьет у них желание пакостить нам дальше. По крайней мере, до самой посадки в Шварцвальде. Их тут всего тридцать два человека. С ними мы можем справиться без труда.

— Как налет на Пёрл-Харбор? Когда вы одним ударом избавились от американского флота на Тихом океане?

— Вроде этого. Ты понимаешь, мама, что они все равно от нас не отстанут? Незачем было городить весь этот огород с направлением вдогонку лайнеру оперативной группы самого секретного департамента МГБ только ради того, чтобы обшарить нашу каюту. С этим вполне могла бы справиться служба безопасности лайнера. В ней тоже дураков не держат.

И кроме мордоворотов с двумя извилинами, там имеют также и думающих людей, которые этими мордоворотами руководят.

— И рада была бы возразить, Анечка, да не могу… Чувствую, что-то здесь замышляется.

И обыск в нашей каюте — это только первый шаг. К тому же, предполагаю, что они особо и не рассчитывали там что-нибудь найти. Скорее, сделали это для очистки совести.

— Так что, мама? Пёрл-Харбор?

— Возможно. Сегодня постараемся выловить эту Эллочку и узнать у нее последние новости. Что-то новенькое она все равно должна знать. Будет мало — тряхнем полковника.

И в зависимости от полученной информации примем решение. Но что-то подсказывает, что Пёрл-Харбор неизбежен…

— Банзай!

На том и порешили. Пока остается только наблюдать за окружающей обстановкой, не обнаруживая своего интереса к мышиной возне вокруг них. Ольга еще подумала, а не связаться ли с "экспедиторами"? Вызвать подмогу? Резервные каналы связи у нее есть, а выход в информационную сеть для пассажиров возможен. Но потом решила не торопиться. В конце концов, пока еще ничего серьезного не случилось. А с этой жандармской командой они с Аней справятся и сами. Но это в том случае, если не будет непосредственной угрозы самому лайнеру. Тут уже никакие чары не помогут…

Явно, вроде бы, сейчас никто не следит. Но проверим на всякий случай…

Ольга и Аня уже понимали друг друга без слов, и одновременно вдвоем активировали чувства зверя…

Близкой и непосредственной опасности нет, но она ходит вокруг, медленно усиливаясь.

Вокруг множество запахов, но только от этих четверых, сидящих в противоположных углах зала, исходит угроза. Добыча готова к бою, но трезво оценивает свои силы и понимает, что лучше себя не обнаруживать. Поскольку знает, что шансы на победу у нее нулевые. Поэтому, она ждет, когда мы допустим ошибку. Рядом напрягся, сжавшись, как взведенная пружина, другой зверь. Он еще маленький и непоседливый, как и его маленькая хозяйка, но он уже смертельно опасен для тех, кто захочет напасть на нее. Он рвется в бой, чувствуя угрозу своей хозяйке, но она его успокаивает. Успокою и я маленького. Не волнуйся, малыш, тебе тоже хватит добычи. Твоей хозяйке ничего не грозит, ведь я тоже защищаю ее…

Ольга внимательно посмотрела на выявленных топтунов. Физиономии незнакомые, вчера еще не засветились. Ведут себя, как ни в чем не бывало и совершенно не обращают на них внимания. Ну-ну, ребятки… Сидите тихо весь полет, и останетесь живы. Иначе на войне — как на войне…

День прошел без приключений. "Стюардесса" по имени Элла больше не появлялась, топтуны не докучали излишним вниманием и держали дистанцию, и Ольга стала надеяться, что может, хоть на этот раз пронесет. Вдруг контора просто подстраховалась, вот и пригнала сюда эту команду "аналитиков". Хотя в душе и понимала, что таких чудес не бывает.

Несколько раз они покидали свою каюту, потом возвращались снова, но в их отсутствие никто не входил. Весь день Ольга потратила на изучение лайнера. Вместе с Аней исходила его от носа до кормы по всем палубам, доступным для пассажиров. Особенно уделила внимание выходам на служебные палубы, к шлюпкам и в ходовую рубку. Учебную тревогу по оставлению судна пока не проводили, что само по себе было странным. Обычно, такая тревога проводится в первые сутки полета, чтобы ознакомить пассажиров с местами сбора и посадки в шлюпки. Это для них даже своеобразное развлечение. Может, здесь настолько привыкли к тому, что ничего не случается и самоуспокоились? Опасное заблуждение. Но, тем не менее, в чужой монастырь… Ладно, в конце концов, не она тут капитан.

Аня проявляла самый живейший интерес, и расспрашивала обо всем, вникая в такие технические подробности, что если бы кто услышал это от семилетней девочки, то был бы очень сильно удивлен. Исследуя лайнер, Ольга преследовала еще одну цель. Возможно, события начнут разворачиваться так, что придется бежать с "Кассиопеи". А бежать можно, только захватив шлюпку. Но этот маневр уже известен противнику. Там до сих пор не могут отойти от шока, как она сбежала подобным образом с "Лорелеи". Когда, казалось бы, мышеловка захлопнулась. Поэтому, тут могут быть приняты какие-то меры против возможного угона. Только вот какие? Разбираться в последний момент — можно и не успеть… Ане лучше пока ничего не говорить. А то этот малолетний самурай в юбке сразу захочет провести свой второй Пёрл-Харбор. Адреналина Анютке не хватает… Ладно, Анечка. Или, Сабуро-сан. Похоже, хоть это крайне нежелательно, но твое желание все таки сбудется. Будет тебе второй Пёрл-Харбор…

Вернувшись в каюту, Ольга подошла к установленному компьютеру и вошла во внутрисудовую сеть. Здесь есть справочные материалы по конструкции лайнера. Расположение всех помещений, выходов, различных агрегатов и прочего. Есть материалы чисто популярного характера, предназначенные для любопытных пассажиров, которым интересно ознакомиться с этим чудом техники, переносящим их из одной звездной системы в другую, но есть и те, что предназначены для профессионалов. То есть для экипажа и технических служб космопортов. Вот именно сюда Ольга и влезла. Данные эти открыты для общего пользования и надо просто знать, что и где искать. Аня была рядом, проявляя самый неподдельный интерес, заваливая мать кучей узкоспециальных технических вопросов. Ольга не удивлялась и не раздражалась потому, что прекрасно понимала — человеку, для которого вершиной достижений науки и техники был его истребитель "Мицубиси — А6М" с поршневым двигателем и воздушным винтом, современный межзвездный космический лайнер представляется пришельцем из сказки. До этого, при полетах на их "Барсе", Аню интересовало больше само управление, и она особо не вникала в технические детали, считая это само собой разумеющимся. Теперь же капитана первого ранга Токугаву интересовали мельчайшие технические подробности. По характеру задаваемых вопросов Ольга поняла, что Аня, вернее, Сабуро-сан, подкована в техническом плане очень неплохо.

— Анечка, честно говоря, я приятно удивлена. Твои технические знания сделали бы честь и кое-кому из взрослых современников! А то даже сейчас встречаются личности, которые считают, что море соленое потому, что в нем селедка плавает.

— Это выражение из твоего прошлого, мама. Сейчас могут и не понять. А то, что я разбираюсь в технике, так ведь нас учили не только пилотировать самолет и стрелять. Была и техническая подготовка, мы должны были хорошо знать машины, на которых приходилось воевать. От этого зависела наша жизнь. А к концу войны, когда начались проблемы со снабжением, приходилось вместе с техниками проявлять такие чудеса изобретательности, чтобы заставить поднять в воздух то, что летать уже не могло. Иногда приходилось собирать один самолет из трех, а некоторые детали вытачивать прямо на месте. Кстати, мама…

Хоть ты и пыталась не привлекать моего внимания, но я поняла, что ты очень сильно интересовалась шлюпками. Думаешь, что придется бежать и отсюда, как с "Лорелеи"?

— Ох, доча, ничего от тебя не скроешь… Специально говорить не хотела, чтобы тебя не волновать. А то сразу в тебе самурай взыграет, станет настаивать на идее упреждающего удара. Тактически верно, но стратегически — лучше пока подождать, попытаться выяснить их планы. Хотя, такой вероятности я не исключаю, что нам придется покинуть лайнер.

— Мама, самураем я сейчас быть не могу по определению, так как слово "самурай" применимо только к мужчине. Женщина-воин из сословия самураев называлась онна-бугэйся, и ты это знаешь. Но по сути ты права. Мне трудно сидеть и ждать, когда нам попытаются перерезать глотки. Предпочитаю сделать это сама.

— Да уж, Анечка… Как вспомню…

— Мама, не надо считать меня кровожадным маньяком. Я воин, и передо мной были враги, которые хотели нас убить. Но я не палач. Да, я убивала врагов в бою. В основном, конечно, в воздухе, так как я летчик-истребитель. Убивала их также на суше и на море, так как считаю, что если перед тобой враг и он не сдается, то его уничтожают. Но я никогда не рубила головы пленным. Да, я считала, что они потеряли лицо, но я не запятнала свое имя тем, что позже было признано военными преступлениями. Думаю, тебе известно, что некоторые мои соотечественники вели себя на той войне не лучшим образом. А то, что я перерезала глотки бандитам в особняке Доихары, так ведь я, как и ты, не хотела, чтобы там остались н е п р а в и л ь н ы е трупы. Правда, когда мы уходили, то с теми, кто остался во дворе, возиться было уже некогда. Да и смысла в этом не было, как оказалось. Они все сняли на камеры видео наблюдения. Представляю, что стоил один только твой бой с Юмико. Это классика кэн-до. Реальный бой на мечах в наше время. И какой бой! Мама, ты великий мастер! Сразить противника одним ударом катаны!

— Ладно, подлиза. Сама сказала, что это ты сделала меня мастером, внушив свои знания.

А до начала боя я даже не могла отличить катану от тати, который был в руках Юмико.

Кстати, не понимаю, зачем она схватила меч, предназначенный для конного боя… Но мы уклонились от темы. Как ты думаешь, если они знают, что я проделала такой фокус на "Лорелее", что они предпримут здесь? Я имею ввиду шлюпки?

— Думаю, сделают невозможным автономный старт. Каким-то образом заблокируют шлюпочные катапульты, что категорически запрещено правилами полетов. Это самое простое и безопасное, что можно сделать и легко восстановить. Вмешательство же в работу механизмов самих шлюпок может привести их в нерабочее состояние в критический момент.

Надо быть абсолютным идиотом, чтобы пойти на такое.

— Согласна. И если мы попытаемся сбежать на шлюпке, то нас там будет легко поймать, как в мышеловке. Заблокировать снаружи люк, и мыши никуда уже не денутся. Двигатели шлюпки не запустятся, пока она находится внутри шахты. А добить нас внутри этой консервной банки — это уже дело техники. Заряд взрывчатки, отравляющий газ, или чтонибудь подобное. Ты обратила внимание, что они как бы специально дали обнаружить себя, прислав такую ораву? И для чего было устраивать обыск в нашей каюте? Ведь мы все время были на виду, и они прекрасно знают, что ничего, что могло бы их заинтересовать, у нас нет.

— А если это попытка вывести нас из равновесия? Спровоцировать к бегству? А когда мы будем в шлюпке, просто захлопнуть мышеловку. Организовать круглосуточное наблюдение на шлюпочной палубе через камеры видеообзора нетрудно. Сразу будет видно, в какую из шлюпок мы залезли. Их тут всего тридцать две — по шестнадцать с каждого борта.

И пока мы будем пытаться стартовать, им достаточно меньше минуты, чтобы подоспевшая группа ликвидаторов наглухо заблокировала шлюпочный люк. И все! Стартовать в космос мы не сможем, выбраться назад мы не сможем, сделать что-либо этим мерзавцам, через обшивку корпуса шлюпки, мы тоже не сможем. Саркофаг на двоих готов. И с начинкой этого саркофага можно делать, что угодно. Так что, мама? Пёрл-Харбор?

— Возможно… Но давай сначала проведем встречу с Эллочкой. Глядишь, что-нибудь интересное узнаем… Мне непонятны мотивы этой возни. Если для этой банды так важна наша физическая ликвидация, что непонятно само по себе, так как мы им ничем не навредили, то они могли бы просто уничтожить лайнер со всеми находящимися здесь людьми, списав гибель "Кассиопеи" на взрыв реактора, или внезапное нападение противника.

После истории с "Афродитой" я уже ничему не удивляюсь. Для них ничего не стоит принести в жертву несколько тысяч человек и представить все, как техногенную катастрофу, или нападение флота сепаратистов, если это по каким-то причинам будет им выгодно.

Но какую цель можно преследовать в данной ситуации? Зачем городить весь этот огород?

— А вдруг, они действительно что-то ищут? И думают, что это находится у нас?

— Что именно? Древний японский трактат об искусстве любви? Секретная инструкция о том, как проводить "Полет двух драконов" и "Порхание бабочки над цветком"? Никаких других документов у нас нет.

— Не знаю, мама. Но вдруг, пропажа этих самых секретных документов не блеф, и они действительно думают, что их взяли мы? Тогда их действия вполне логичны. Они хотят обнаружить и изъять пропажу. А то, что Элла не знает подробностей, так ведь это простые исполнители, им много знать не положено. У них приказ изъять всю документацию, какую они только найдут. Поскольку в нашей каюте ничего не нашли, вполне могут сделать вывод, что мы прячем это в другом месте. Лайнер то огромный. И если они не смогут изъять это во время полета, то в Шварцвальде уже ничего не смогут сделать. Там "Кассиопея" попадает под юрисдикцию Швейцарской республики, как гражданское судно, и местные власти смогут провести полный досмотр лайнера, изъяв подозрительные материалы на законном основании. И вот этого наши "аналитики", похоже, боятся больше всего.

— Возможно, ты и права, Анечка… Хотя не понимаю, о каких документах идет речь и каким образом мы могли пересечься с ними на Земле. Ведь они прекрасно знают, что мы вступали в контакт только с якудза… Стоп…А не замешан ли тут Доихара? Вдруг твое похищение — это только часть какого-то грандиозного плана, о котором мы даже не подозревали? Ведь я его больше ни о чем не спрашивала, кроме как о похищении, и о наездах на нашу компанию, и он вполне мог это утаить. И Миша ведь тоже мог не знать всего…

— Нет, мама. Доихару я вывернула наизнанку. Ничего такого он не знал…

Неожиданно прозвучал мелодичный сигнал вызова, и раздался знакомый голос.

— Прошу прощения, мадам, можно войти?

Ольга с Аней переглянулись, и Аня мгновенно убрала с экрана всю информацию о лайнере, запустив вместо нее компьютерную игру и "прилипнув" к экрану.

— Да, входите!

Дверь открылась и в каюте возникла Элла собственной персоной с сияющей улыбкой на лице.

— Добрый вечер, мадам! Сейчас можно убрать вашу каюту, или сделать это позже, когда вы уйдете на ужин?

— Здравствуйте, Эллочка! А я думаю, что это Вас так долго нет, может, я Вас ненароком обидела? Уж простите меня, пожалуйста…

— Ну, что Вы, я нисколько не сержусь. Просто, это так неожиданно…

— Эллочка, а может, перейдем на ты? Меня Олей зовут. А каюта и так чистая, что ее убирать. Может, лучше просто придешь к нам в гости? Когда у вас обычно работа заканчивается?

— Оленька, прости, я боялась, что это я тебя вчера обидела. После ужина я свободна… А девочке мы не помешаем?

— Нет, Анечка у нас ложится спать вовремя. Поскольку мы еще маленькие, нам надо соблюдать режим. Да, Анечка?… Анечка, ты слышишь?

— А? Мама, подожди, я как раз третий уровень прохожу…

— Анечка у нас сильно занята. Эллочка, приходи, я буду ждать…

Ольга осторожно обняла стюардессу за плечи и нежно поцеловала в губы. Против ожидания, Элла отреагировала положительно, что Ольга мгновенно почувствовала. Подарив ответный поцелуй Ольге, она пообещала прийти вечером и выпорхнула из каюты. Аня захихикала.

— Вот и все, мама! Она твоя, действуй! Что я тебе говорила? У нее уже трусики мокрые…

— Аня…

— А что? Естественная реакция женского организма на сексуальное возбуждение. Ведь ты тоже это почувствовала. Девочка тебя хочет. А раз хочет, значит придет. Я же тебе сказала, что организую вам романтическую встречу…

— Так это ты постаралась?!

— А кто же? Ты таким сильным даром внушения, как я, не обладаешь. А я ей легко внушила, что она тебя хочет. Так что сегодня у тебя будет бурная ночь. Впрочем, если не желаешь, могу вернуть все назад. И когда она очухается, то пулей вылетит из каюты, как вчера.

— Да уж не надо… Теперь с этой Эллой надо "подружиться". А то, если каждый вечер будет выскакивать пулей, сразу поймет, что здесь что-то не то… Анечка, только одно условие — никакого "контролирования ситуации"! Ляжешь в другой комнате на диване, и будешь делать вид, что спишь. Пока я не позову. Договорились?

— Договорились, договорились… Мама, меня этим не удивишь. То, что я в свое время видела, тебе и не снилось!

За ужином Ольга с Аней обсудили дальнейший план действий. Ольга в процессе "романтической встречи" усыпляет Эллу, затем зовет Аню. Аня входит в память Эллы, узнает последнюю информацию и от этого будут зависеть дальнейшие действия. Либо можно будет подождать еще какое-то время, либо устраивать "Пёрл-Харбор", так как ситуация постепенно накаляется, хотя никаких внешних признаков и незаметно. Что и говорить, "аналитики" работать умеют. Ни на секунду не оставляют без наблюдения, периодически меняя друг друга, так что не подкопаешься. По возвращению в каюту Ольга сразу активировала чувства зверя, чтобы проверить, не было ли тут незваных гостей за время их отсутствия, но все было спокойно. Никто не приходил и их каютой не интересовался. Как затишье перед бурей… Пора было готовиться к "романтической встрече". Аня без разговоров легла в другой комнате и стала старательно делать вид, что спит. Эллочка то может заявиться в любой момент, вот и незачем смущать "подругу". Сама же Ольга приняла душ, нанесла на тело ароматический гель и распылила в воздухе афродизиак из баллончика. Теперь полупрозрачный пеньюар на голое тело, приглушить до минимума верхний свет, а на стол — легкое вино, фрукты и сладости. Дополняет все тихая легкая музыка. "Игрушки" с лубрикантами уже приготовлены, и пока припрятаны рядом с шикарной кроватью, на которой край покрывала призывно откинут… Ну, держись, Эллочка!

Эллочка долго себя ждать не заставила, и очень скоро раздался стук в дверь. Шуметь она не захотела и тихонько проскользнула в каюту. Внешний вид Ольги и созданная атмосфера сразу произвели на нее впечатление. Ольга нежно обняла и поцеловала новоявленную "подругу", предоставив ей возможность сделать то же. Она чувствовала, что Элла откликнулась на ее призыв и страсть начинает закипать в ней. В голове промелькнула мысль.

— Ну, Анютка!!! Ты, оказывается, даже это можешь! Права была насчет ее трусиков!

Бокал — другой изысканного вина за столом, тихий задушевный разговор, и вот Элла сидит рядом с Ольгой на постели, закрыв глаза. Ситуация для нее очень непривычна, но никакого неудобства она не испытывает… Между тем, ласковые и нежные руки Ольги помогают освободиться ей от одежды, и они обе оказываются рядом друг с другом…

Ольга не стала торопиться вводить Эллу в транс. Она решила проявить все свое искусство, чтобы действительно этой женщине было хорошо с ней. Потому, что очень скоро поняла, что перед ней — глубоко несчастная в личной жизни недотраханая баба… Которая ложится в постель, большей частью, в "оперативных целях" с объектами оперативной разработки. И трахают ее, в подавляющем большинстве, одни "крутые мачо". Не мужчины, а самцы, думающие в постели исключительно о себе. Которые совершено искренне считают, что настоящий мужчина должен быть "волосат, могуч и вонюч". И женщине этого вполне достаточно…

Но, тем не менее, надо делать дело. Это разведоперация, все таки, а не обычный перепихон. Выбрав момент, когда Элла была на седьмом небе от блаженства, Ольга погрузила ее в глубокий сон. Убедившись, что она спит крепко, прикрыла женщину простыней, набросила пеньюар и тихо позвала Аню. Девочка была наготове и тоже соблюдала положенную маскировку. Тихо лежала в соседней комнате в постели с выключенным светом и не шумела, делая вид, что спит. Теперь же она тихо скользнула к изголовью кровати и положила ладони на голову Эллы. Ольга молча наблюдала. Наконец, Аня убрала руки, и удивленно глянула на мать.

— Мама, странно. Можно сказать, что ни — че — го! Она доложила вчера полковнику о результатах обыска и о том, что ты умудрилась ее соблазнить и уложить в постель. Правда, это признание далось ей с огромным трудом, и она долго колебалась — говорить, или нет.

Полковник ее похвалил и приказал продолжать в том же духе. Раз ты ничего не заподозрила и пошла на контакт, закрепить успех. Втереться к тебе в доверие и продолжать ваши встречи. Вести сбор информации. Ничего, что могло бы тебя насторожить, не предпринимать. Докладывать регулярно о ситуации. Все.

— Хм-м-м… Странно… Как-то не вяжется с общей обстановкой… Возможно, полковник понял, что мы ее раскололи, и теперь вывел ее за рамки операции, ничего не сказав об этом. Если это так, то ничего нового от нее мы больше не узнаем. А если узнаем, то это будет преднамеренная "деза". Надо будет завтра тряхнуть полковника. Может, что и узнаем… А теперь, Анечка, спокойной ночи!

— Мама, ты, по — моему, ей уже ориентацию поменяла! Ведь ей очень понравилось!

— Анечка, марш спать! Что я поменяла, или не поменяла, это вопрос десятый. А теперь будь хорошей девочкой и отправляйся баиньки! Завтра утром все обсудим.

— Все, мамочка, спокойной ночи! Не буду вам мешать!

И зеленоглазая чертовка шмыгнула в другую комнату, чмокнув маму. Ольга только покачала головой… Ох, Анютка… Сабуро-сан… И что только вытворять приходится перед ребенком… А с другой стороны — просто деваться некуда. И этот ребенок еще десятку взрослых может форы дать… Перевела взгляд на Эллу. Спит сном праведника. Так, Эллочка.

Сейчас мы тебя осторожно выведем из сна, и тебе покажется, что ты действительно побывала в состоянии нирваны. И во время пробуждения одарим тебя самыми изысканными и нежными ласками, чтобы ты поверила, что у тебя действительно бывает небольшое помутнение сознания в момент наивысшего наслаждения, которое тебе прежде никогда не доводилось испытывать. Твои "крутые мачо" на это не способны…

— А-а-а-х… Оленька, господи, еще, еще!!! ЕЩЁ!!! А-а-а-а-а-а-а!!!…….

Когда все закончилось, было уже далеко за полночь. Ольга предлагала Элле остаться у нее до утра, но она ушла, сославшись на занятость и нежелательность возможной огласки.

И теперь Ольга лежала в постели и думала. Да, они провели прекрасную ночь… По Элле было видно, что такого удовольствия она еще не испытывала никогда, в чем она честно призналась. Сама Ольга, на этот раз, тоже не осталась ни с чем. Эллочка постаралась подарить ей хоть часть того, что получила сама. Конечно, чувствовалась ее неопытность, но ей действительно было хорошо с Ольгой, и она искренне старалась ответить ей тем же.

За последние годы это был первый случай, когда кто-то, лежа в постели вместе с ней, думал больше о ней, а не только о себе…

— Да-а-а, Эллочка… Сволочную работу ты выбрала. Тебе бы мужика нормального, да детишек… Сегодня впервые за много лет ты была в постели Женщиной, а не самкой, удовлетворяющей похоть эгоистичного самца. Кто знает, будешь ли ты с благодарностью вспоминать меня за эту встречу, или будешь проклинать… Больше мы, похоже, не встретимся. Твое начальство что-то задумало и специально держит тебя в неведении, чтобы я ни при каких обстоятельствах не вытащила из тебя информацию. Сегодня мы с Аней постараемся "поговорить" с твоим шефом — полковником Меркуловым. В зависимости от результата этой "беседы" примем решение. Но, похоже, вы опять заставите Хризантему выйти на тропу войны. И в этой войне Хризантема пленных не берет…

Глава 3

Чуткий сон Ольги прервал утром легкий толчок, характерный для пуска гипердвигателей.

Это ее очень удивило, так как по плану полета "Кассиопея" должна была идти в обычном космосе, в пределах Солнечной системы, еще сутки. А это значит, что команда "аналитиков" начала действовать, изменив для чего-то график полета, а возможно, и маршрут.

Экипаж на это никогда не пойдет без приказа свыше, так как любое изменение графика грозит срывом расписания рейсов, а линейный перевозчик себе такого позволить не может. Покрутившись в постели, поняла, что больше все равно не заснет, так как в голову лезли разные мысли. Зверь чувствовал опасность и предупреждал об этом. Еще не явную, но уже неизбежную. Ольга понимала, что в самое ближайшее время должно что-то произойти. Скоро надо поднимать Аню на завтрак, а после завтрака отправляться на поиски полковника Меркулова. Номер каюты и его внешность Аня знает, "вытащив" их из памяти Эллы. А дальше придется действовать по обстановке. Будет ли он в каюте, или нет. Если в каюте, то будет ли один, или нет. Будет ли охрана возле каюты — надо будет решить задачу со многими неизвестными. А когда все же удастся взять господина полковника за хобот — то ли сразу ему делать "мур — мур" после "беседы", то ли можно будет ограничиться блокированием памяти. И начинать ли сразу операцию "Пёрл-Харбор", или подождать до обеда. Потому, как до ужина будет уже поздно…

Встав и приведя себя в порядок, Ольга зашла в соседнюю комнату к дочери. Девочка спокойно спала, чему-то улыбаясь во сне. Хорошо, что воспоминания о последнем выле- те 3 февраля 1945 года перестали посещать ее каждую ночь. Ольга вздохнула. Это была их последняя мирная ночь на борту лайнера. Как бы ей хотелось избежать этой никому не нужной войны, но сегодня им не оставят выбора. Аня же, напротив, сама рвется в бой. Что поделаешь, самурай всегда остается самураем…

— Анечка, подъем, пора вставать.

— Ну, ма-а-м-а…

Аня накрылась одеялом с головой, надеясь еще на несколько минут сладкого утреннего сна. Ольга улыбнулась и применила запрещенный прием, громко крикнув по-японски.

— Тревога!!! Самолеты противника в воздухе!

Аня рывком вскочила, отбросив одеяло и начала нащупывать на кресле возле дивана "обмундирование". Наконец поняв, что ее провели, недовольно глянула на Ольгу.

— Мама!!! Зачем ты так?! Такими вещами не шутят!

— Прости, Анечка, больше так не буду. Но мне надо было срочно тебя поднять. Рано утром, когда ты еще спала, "Кассиопея" вошла в гиперпространство, что не соответствует графику полета. И у меня очень нехорошие предчувствия.

— У меня тоже. Еще со вчерашнего вечера были, но не стала тебя тревожить перед вашим свиданием. Думаешь, это дело рук "аналитиков"?

— Уверена. Либо "аналитиков", либо тех, кто еще находится здесь и о ком "аналитики" не знают. Возможно, эта группа все время находилась на служебных палубах, закрытых для пассажиров, и не маячила перед нами. Такую возможность исключать нельзя.

— Так что, Пёрл-Харбор?

— Сначала завтрак. Потом визит к господину полковнику. А потом видно будет…

За завтраком, как Ольга ни старалась прояснить обстановку, но ничего нового так и не узнала. Четверо топтунов также находились в зале, держа их под ненавязчивым, но непрерывным наблюдением. Поняв, что толку от дальнейшего ожидания не будет, они вернулись в каюту, уточнив в последний раз порядок действий. Каюта полковника находится на палубу ниже. Сейчас они идут туда, проводят разведку, определяют, есть ли в каюте люди и дальше наведываются в гости. А там, как повезет. Насколько господин полковник отличается гостеприимством и обходительностью с дамами. Ольга, на всякий случай, оделась соответствующим образом — туфли на низком каблуке и платье с довольно широкими рукавами и коротким широким подолом. Выглядит довольно элегантно, но махать руками и ногами, в случае чего, не мешает. Кто его знает, что там ждет. А то, может быть, еще и Мишину науку приведения человеческий организм в небоеспособное состояние голыми руками и ногами применить придется. В сумме с ее теперешними возможностями — страшная вещь. Аня еще маленькая и будет обходиться только своим даром ведьмы.

Выйдя из каюты, Ольга и Аня отправились на палубу "В", где проживал полковник. Изображая из себя праздношатающихся пассажиров, прошли мимо нужной каюты и определили, что никого в ней нет. А вот охрана поблизости присутствует. И надо думать, гдето поблизости находится еще и резервная группа поддержки. Топтуны идут следом, ни на секунду не оставляя маму с дочкой без наблюдения. Сначала надо будет "обрубить хвост", чтобы эти ребята не мешали. Им же лучше будет. Но сначала надо дождаться полковника. Кто знает, где его носит… И зверь что-то сильно беспокоится. Рычит, чувствуя близкую опасность. Ольга переглянулась с Аней и та кивком подтвердила. У нее то же самое. Что-то здесь не чисто…

Из дверей ресторана вышел мужчина и направился в их сторону. Аня сразу подобралась.

— Мама, это он.

Ольга окинула взглядом приближающегося человека… Зверь рычит и просто рвется в бой, приходится его успокаивать. Неужели, засада? Но Аня не могла ошибиться. Неожиданно Аня тихо бросила на японском.

— Мама, что-то здесь не то. Меняем план. Я беру его сердце под контроль и смотрим, что будет.

Мама с дочкой подошли к киоску и стали рассматривать глянцевые журналы, обсуждая последние новинки детской моды. Двое топтунов крутились рядом. Расстояние между полковником и Ольгой сократилось до десяти метров, как неожиданно он схватился за сердце и рухнул на палубу. Какая-то женщина завизжала, а четыре человека тут же бросились к нему. Двое топтунов остались на месте, контролируя Ольгу и Аню. Молодцы, ребята, дело знаете… Вокруг упавшего уже начала собираться толпа, кто-то требовал позвать врача. Ольга отложила журнал и решительно шагнула в толпу. Аня шмыгнула следом.

— Отойдите, я врач! Анечка, помоги мне, поддержи дяде голову!

Ольга оттеснила всех и опустилась на колени возле упавшего. Топтуны ничего не могли сделать. Все происходило на глазах у десятков людей. Она сразу поняла, что Аня на короткое время берет сердце полковника под контроль и снова выпускает, имитируя сердечный приступ. Расстегнув рубашку, прослушала сердце, приложив ухо к груди, затем успокоила боль и начала делать точечный массаж в соответствующих точках. Все сразу увидели, как пострадавшему стало легче. Он открыл глаза и обвел всех непонимающим взглядом.

— Что это?

— Лежите спокойно, у вас сердечный приступ. Сейчас будет легче.

— О-о-о-х, голова…

Ольга продолжала оказывать помощь, а Аня сидела возле пострадавшего, подсунув ему ладони под голову.

— Мама, похоже, дяде уже лучше. Что с ним было?

Ольга поняла, что Аня закончила. Полностью успокоила боль и стала поддерживать его организм.

— Ну как, Вам уже лучше?

— Ох… Да… Сердце отпустило… А голова просто раскалывается…

— Так, лежите спокойно, сейчас я сниму головную боль.

Ольга провела руками над головой полковника, подержала их и надавила на несколько точек.

— Ну что, теперь хорошо?

— Да… Боль совершенно прошла. Что со мной было? — мужчина смотрел на Ольгу, как на чудо.

— У Вас никогда не было проблем с сердцем? Обязательно пройдите обследование. И лучше прямо сейчас обратитесь к судовому врачу, здесь в медсанчасти должно быть диагностическое оборудование. Господа, помогите человеку дойти до судового госпиталя.

— Мама, дяде уже хорошо? Я в туалет хочу…

— Все, доченька, сейчас идем. Дойдете до госпиталя? А то моей девочке не вовремя захотелось…

— Спасибо, мадам, дойду. Если бы не Вы, даже не знаю…

Двое топтунов увели полковника, а остальные проводили Ольгу и Аню удивленными взглядами. Было ясно, что происшедшее для них полная неожиданность и сейчас они гадали — то ли действительно полковнику стало плохо, и Хризантема оказала ему помощь, то ли это проделки самой Хризантемы, разыгравшей спектакль с большим количеством посторонних зрителей. Завернув согласно легенде в ближайший туалет и выждав там некоторое время, Ольга и Аня вышли, причем Аня сразу потянула мать на другую палубу, громко обсуждая последние события и спрашивая, что же случилось с дядей. Топтунам ничего не оставалось, как следовать за ними. Перейдя на палубу "А" и войдя в зону отдыха, где было довольно шумно и много людей, Ольга и Аня зашли в кафе и взяли мороженое, уединившись за дальним столиком. Ольга терпеливо ждала. Раз Аня полностью изменила план операции, срочно уведя ее от полковника, значит, на то у нее были серьез- ные причины…

— Мама, это подстава. Никакой он не Меркулов, не полковник и не командир группы.

Его представили Элле и остальным членам группы, как полковника Меркулова и сказали, что он руководит операцией. Настоящий командир связывается с этим лже-полковником по коммуникатору и передает указания. Ни его имени, ни внешности этот лже-полковник не знает. Сейчас ему позвонили и сообщили, что мы крутимся возле его каюты и чтобы он срочно туда возвращался. Причем, обязательно попался нам на глаза. Нам готовили какойто сюрприз. Какой — он и сам не знал. Очевидно, его использовали, как наживку. Подослали к нам эту Эллу и знали, что мы ее расколем и вытащим информацию. Теперь они поняли, что затея провалилась. Надо ждать чего-то другого.

— Да-а-а, Анечка, я так не могу. Сколько же времени тебе понадобилось, чтобы это узнать?

И ничего с этим ряженым не случится?

— Секунд десять. Глубже копать не стала, так как он ничего не знает и работает просто почтовым ящиком между командиром и остальной группой. За такое короткое время воздействия ничего с ним не будет. Так что, мама? Взлет разрешен? Вперед, на Пёрл-Харбор? Если будем выжидать дальше, то неизвестно, какую гадость они подготовят. А подготовят обязательно.

— Да. Они сейчас в непонятках и можно застать их врасплох. Сейчас выходим…

Неожиданно низкий гул заполнил помещение, и все ощутили довольно чувствительный толчок. Ольга очень удивилась. Так срабатывает аварийная остановка гипердвигателей.

Это значит, что-то случилось с лайнером. И в какой точке пространства он вынырнул в обычный космос — не известно. Если рядом окажется любое космическое тело — планета, или еще хуже, звезда, то дело плохо. Можно не успеть совершить маневр уклонения.

А можно и вообще врезаться в них… И пока непонятно — это действительно авария, или дальнейшие действия "аналитиков". Если первый вариант плана не сработал, будут пробовать второй. А там, глядишь, в запасе еще третий и четвертый. Аня вопросительно смотрела на мать. Пассажиры вокруг зашумели, но по трансляции объявили, что никакой опасности нет, и всех просят соблюдать спокойствие.

— Так, Аня. Сейчас идем в каюту, посмотрим, что с лайнером. Есть у меня одна хитрая штука. Думаю, в ближайшие десять — пятнадцать минут они ничего не предпримут.

А если сунутся, то на войне — как на войне!

Поднявшись, Ольга и Аня направились к выходу. Топтуны тут же увязались следом, проводив их до самых дверей каюты. Ольга уже настолько привыкла к ним, что не обращала внимания, воспринимая, как элемент интерьера. В каюте тут же включила компьютер, подключив к соединительному разъему какой-то небольшой прибор и вошла во внутрисудовую сеть. Аня с интересом наблюдала.

— Мама, что это?

— Одна из разработок нашей службы связи. Что-то вроде электронного шпиона. Можно подключиться к линиям управления и контроля всех систем корабля. Можно даже установить свой приоритет управления кораблем, но это сразу будет замечено. А если мы будем просто получать информацию, ни во что не вмешиваясь, то нас никто и не обнаружит.

Ольга вывела на экран общий план "Кассиопеи" с указанием датчиков контроля. Так, все ясно. Реакторы, подающие энергию на гипердвигатели, не работают. Причина пока неясна, но корабль в безопасности и может продолжать полет в обычном космическом пространстве. Все остальные системы в рабочем состоянии и непосредственной угрозы для лайнера и его обитателей пока нет. Теперь включаем навигационный блок. Смотрим, куда же нас занесло…

Ольга несколько раз перепроверила данные и с каждым разом убеждалась, что не ошиблась. Система звезды Денеб. Вокруг которой вращается хорошо знакомая, имеющая дурную славу Пандора. Но как лайнер мог здесь оказаться?! Ведь трасса полета к Альтаиру проходит совсем в другом месте! Это возможно только в одном случае. При входе в гиперпространство сразу был взят курс на Денеб. К Альтаиру "Кассиопея" лететь и не собиралась. И теперь, то ли в результате аварии, то ли намеренно, вышла из гиперпространства в системе Денеба. Ольга уточнила местоположение и выяснила, что курс лайнера направлен прямо на пересечение с орбитой Пандоры, где они должны встретиться. Столкновения не будет, но лайнер пройдет достаточно близко от планеты. Таких совпадений просто н е б ы в а е т. Значит, контора задумала очередную аферу. Им действительно что-то здесь нужно. Причем, найти и забрать это нужно до завершения полета. В Шварцвальде будет уже поздно. Нет никаких сомнений, что управление кораблем уже осуществляется либо людьми конторы, либо под их командованием. Ссориться с таким ведомством ни одна судоходная компания не будет, и наверняка дала капитану соответствующие инструкции. Проводить операцию в своей звездной системе они не стали, так как опасаются утечки информации. Решили провести ее здесь — в подворотне галактики. Где в качестве случайных свидетелей можно встретить только различные темные личности с криминальными намерениями. С которыми можно, в случае чего, не церемониться, да и сами они болтать ни за что не будут. И если что-то пойдет не так, то "Кассиопея" просто исчезнет в этих гиблых местах со всеми людьми, пополнив список невыясненных ката- строф. Никто ее искать здесь не будет. Все будут уверены, что лайнер стартовал из Солнечной системы в систему Альтаира, но туда не прибыл. Это значит, что во время полета в гиперпространстве что-то случилось, так как никакого сигнала бедствия по гиперсвязи он не подал. В таких случаях корабли исчезают без следа… И это значит, что поблизости должен находиться еще, как минимум, один корабль. Который возьмет на борт исполнителей этой акции вместе с ее результатами. А может, проведет их ликвидацию вместе с "Кассиопеей" и всеми, кто на ней находится, если операция выйдет из — под контроля и будет провалена. Тут можно только гадать…

— Мама, ну что там?

— Плохо дело, доча… Все аннигиляционные реакторы, снабжающие энергией гипердвигатели, не работают. То ли выведены из строя, то ли намеренно проведено аварийное отключение энергии. В штатном режиме так никогда не делают. Аварийная группа реакторов, запускающаяся в случае выхода из строя основной, не обладает достаточной мощностью, чтобы вывести гипердвигатели на режим пространственного прыжка. Вырабатываемой мощности хватит для поддержания работы всех систем корабля и маршевых двигателей, так что опасность гибели нам пока не грозит. Но мы заперты в этой звездной системе. Мы можем избороздить ее из конца в конец, но если не удастся подать энергию на гипердвигатели, то не сможем покинуть ее. С обычной скоростью до системы Альтаира нам лететь несколько тысяч лет. И находимся мы сейчас в системе Денеба. Возле печально известной Пандоры. И я уверена, что это не случайно…

— Значит, они решили провести свою акцию здесь? Подальше от своей территории, чтобы их ни в чем нельзя было обвинить и, в случае чего, разом избавиться от всех свидетелей?

— Думаю, да. Управление кораблем и все средства связи сейчас под их контролем. Неизвестно, только, что же им надо и как они собираются действовать. Но ясно, что мы нужны им только живыми. Иначе они бы уже разнесли лайнер на куски и не стали рисковать провалить операцию. Очередная катастрофа в дальнем космосе по невыясненным причинам. Свидетелей нет и место гибели корабля неизвестно. Я уже поняла, что контора не остановится ни перед чем ради достижения своих целей.

— Ну, что же, мама… Мы ждали чего-то похожего… На войне — как на войне. По крайней мере, мы заберем с собой не одну сотню врагов… Самурай всегда должен быть готов к смерти…

— Нет, Анечка! Мы будем жить назло им! Из каких только передряг я не выходила. Ты об этом прекрасно знаешь. Я выжила даже на "Фомальгауте", где выжить было невозможно.

Неужели ты думаешь, что мы позволим им убить нас? Уверена, что это тоже рассматривается у них, как крайний вариант. И это значит, что они все-таки добьются своей цели. Так вот мы им этого не дадим!

— А как?

— Во — первых, не думаю, что их будет очень много. Во — вторых, уничтожать лайнер они пока что не собираются, иначе уже давно бы сделали это. В третьих, мы можем создать панику, в условиях которой им будет работать гораздо труднее. И, наконец, в четвертых, если нам грозит абордаж, то мы можем проникнуть на чужой корабль, отведя всем глаза и уничтожать на нем всех без разбора. Своих у нас там никого не будет. А уничтожать свой корабль они ни за что не станут.

— Пожалуй, ты права, мама…

Неожиданно палуба под ногами содрогнулась, и донесся отдаленный грохот взрыва. Ольга снова вывела на экран общую схему корабля. Так, началось. Взрыв и пожар в реакторном отсеке. Именно в том, который давал энергию гипердвигателям. Температура внутри реакторов растет. Если их полностью не заглушить, произойдет разрушение активных зон, реакция аннигиляции станет неуправляемой и на месте "Кассиопеи" вспыхнет на короткое время маленькая звезда. Шансов выжить ни у кого не будет…

Раздался сигнал тревоги по оставлению судна, и по трансляции раздалась команда всем пассажирам и экипажу занять места в шлюпках. Просьба не поддаваться панике, так как ситуация контролируется. Всем следовать к шлюпкам, номера которых указаны в каютных карточках. Ольга и Аня переглянулись.

— Вот, мама, и началось. Абордажа пока не будет. Прекрасный способ заманить нас в эту мышеловку…

— Да, Аня. В шлюпку не пойдем, останемся на борту. Здесь у нас будет больше свободы маневра, чем в шлюпке. Тем более, если ребята сделают все, как обычно…

— Оля, Аня, вы еще здесь?! Пойдемте скорее! Ваша шлюпка номер двадцать четыре, по левому борту! — на пороге каюты возникла Элла, влетевшая без стука. Ольга едва успела убрать информацию с экрана. По виду Эллы было ясно, что она не играет и всерьез напу- гана. А это значит, что она сама выполняет роль наживки, и в подробный план операции ее не посвящали. Как и всю группу "аналитиков", мозоливших глаза все это время. Мавр сделал свое дело…

— Да, конечно, тетя Элла, идем! — Аня подхватилась с кресла и, схватив мать за руку, потащила к выходу из каюты. Ольга поняла, что Аня что-то задумала. Ну, что же. Она уже доказала, что на нее можно положиться. Скорее всего, очередная самурайская хитрость…

В коридоре было уже много людей, спешащих к выходам на шлюпочную палубу. Особой паники не было, все понимали, что теперь от этого зависит их жизнь. Все пассажиры и члены экипажа закреплены за конкретными шлюпками, номера которых указаны в каютах, поэтому толкучки и давки не было. Вот и выход на шлюпочную палубу левого борта. Номера шлюпок указаны перед дверью входного шлюза. Аня непрерывно говорила о чем-то с Эллой, а Ольга оглядывалась по сторонам. Зверь рычал, чувствуя близкую опасность. Топтунов не видно, да при таком скоплении народа им и работать трудно. Дверь шлюза шлюпки номер двадцать четыре рядом. Аня отстает, а Элла продолжает идти вперед и скрывается внутри шлюза. Ольга стояла в стороне и наблюдала. Аня подождала еще несколько секунд и вернулась.

— Все, мама, уходим. Я внушила ей, что мы сели в шлюпку, и она обязательно доложит об этом. Не удивлюсь, если с этой шлюпкой что-то случится…

Стараясь не бросаться в глаза, Ольга и Аня отошли в сторону от основной группы людей и тут же всем отвели глаза. Стараясь держаться поближе к переборкам, стали выбираться назад, на свою палубу. Людей вокруг становилось все меньше и меньше, и, когда они добрались до своей каюты, на их палубе уже почти никого не осталось. Ольга снова вывела на экран компьютера схему корабля. Вскоре все люди заняли места в шлюпках, пошли доклады о готовности. Наконец, была дана команда шлюпкам отойти от борта, и шлюпочные катапульты стали одну за другой выбрасывать их в космос. Все шлюпки отходили на безопасное расстояние и ложились в дрейф, уравнивая свою скорость с летящим в пространстве покинутым лайнером. И там они будут ждать прибытия помощи, так как времени на подачу сигнала бедствия по гиперсвязи было предостаточно. Обычно это занимает от двух до четырех суток. Иногда меньше, иногда больше, но не на много. Ольга переключи- лась на датчики внешнего обзора, оглядывая окружающее пространство и одновременно прослушивая радиопереговоры. Положение шлюпок в пространстве четко фиксировалось на экране благодаря сигналам их радиомаяков. Было хорошо видно, как все шлюпки отошли в сторону и легли в дрейф, не удаляясь слишком далеко друг от друга, и только одна шлюпка, не отключив двигателей, удалялась в сторону. По характеру движения было видно, что ей никто не управляет. Неуправляемую шлюпку начали сначала вызывать по радио, но она не отвечала. Затем две шлюпки отделились от всей группы и пустились на полной скорости вдогонку за беглянкой. Догнав, состыковались, и повели ее назад. Какое то время в эфире было тихо, но вскоре один голос нарушил тишину.

— Первый двенадцатому. У двадцать четвертой шлюпки проблемы. Все люди без сознания, причина неизвестна. Подозреваю отравление продуктами горения, так как вся шлюпка задымлена. Срочно нужен врач…

Ольга усмехнулась. Ну, вот все и встало на свои места… Да-а-а, ребятки… Очень умно, не подкопаешься. Заманить нас в эту мышеловку, из которой не вырваться, пустить газ, вызывающий потерю сознания, да еще и дыму подпустить для маскировки, чтобы пассажиры ничего не заподозрили, когда очухаются, и бери двух ведьм тепленькими… Кто же до такого додумался?

— Похоже на газ, мама. Думаю, в каюте "полковника" нас ждало нечто подобное…

— Я так тоже думаю. Сейчас они пересчитают людей в шлюпке и поймут, что двух человек не хватает. А выяснить, кого именно, не составит труда. Это — если за шлюпкой погнались члены экипажа, ничего не знающие об этих шпионских играх. А если в дело сразу вступили "аналитики", а это более вероятно, то они выяснят это сразу же. А выяснить, куда мы делись, несложно. Это значит, что скоро надо ждать гостей… Вот и пограем в прятки!

Ольга снова переключилась на общую схему корабля и увидела, что реакторы глушатся. Пожар погашен простой разгерметизацией реакторного отсека, и кто-то в данный момент проводит полную остановку реакторов. Из этого следует, что они не единственные люди, оставшиеся на борту. И вряд — ли это члены экипажа. Посторонние в этом щекотливом деле совершенно ни к чему. А то, потом еще придется свидетелей убирать…

Это значит, что сейчас пробраться в рубку и взять управление над кораблем не получится. Сейчас вы выясните, что в шлюпке нас нет, свяжитесь с оставшимися на борту "аналитиками", так как частоты связи у вас свои и мы вас не слышим, и те начнут нас искать. Так как ничего другого вам не остается. Если только не накачивать газом весь лайнер, поскольку неизвестно, где же эти проклятые ведьмы на нем прячутся. И это в том случае, если они не догадались о вашем ноу-хау в охоте на ведьм на одном отдельно взятом космическом корабле и не залезли в скафандры, которых на борту имеется великое множество. Да эти ведьмы и прятаться особо не будут. Они сейчас сами выйдут на охоту, и вы это прекрасно знаете. Вы прокололись уже несколько раз и сейчас вам надо идти абсолютно на все, иначе ваша сложная и дорогостоящая операция грозит закончиться полным провалом. И пока непонятно, где же ваша подмога. Ведь здесь у вас обязательно должен быть корабль, который "случайно" оказался в этих гиблых местах…

— "Кассиопея", это "Памир". Ответьте.

— "Памир" — "Кассиопее". Слышу вас хорошо.

— "Кассиопея", что у вас случилось?

— Взрыв и пожар в реакторном отсеке. Все пассажиры и экипаж эвакуированы на шлюпках. Корабль в дрейфе, движется в сторону орбиты Пандоры. Аннигиляционные реакторы нестабильны. Взрыв может быть в любой момент. Прошу оказать помощь.

— Вижу вас на радаре, иду к вам. Буду через два часа. Отойдите на безопасное расстояние от корабля…

Ольга улыбнулась. Потихоньку все становится на свои места. "Памир". Знакомое название… Не тот ли это "Памир", который входил в группу стелс-крейсеров? Последнего предвоенного эксперимента в попытке создать крейсер — невидимку для дальней разведки. Была выдвинута концепция по созданию боевого корабля, совершенно невидимого для вражеских радаров, и обладающего огромной скоростью в обычном космосе. Идея, в конечном счете, себя не оправдала. Корабли, имевшие размеры легкого крейсера, имели вооружение не сильнее фрегата и полностью были лишены броневой защиты. Да, они обладали высокой скоростью, но только до первого попадания, так как их невидимость тоже оказалась не на высоте. В одних случаях она срабатывала, в других нет. Корабли имели крайне низкую живучесть в условиях боевого столкновения, что в последствии подтвердилось, и после всесторонних испытаний Военно — Космический Флот принимать их отказался. В итоге, всю серию из двадцати кораблей прибрало к рукам министерство госбезопасности. Для их тайных операций эти крейсеры — невидимки подходили идеально, ведь там надо наоборот избегать боя. И "Памир" был одним из них. Длинные уши конторы торчали из этого дела все явственней…

Глава 4

— Мама, вот и "гости" пожаловали! Которые "случайно" проходили мимо и заглянули на огонек! А что ты говорила по поводу того, "если ребята сделают, как обычно"? А то Элла тебя перебила?

— А "как обычно" это то, что в случае оставления пассажирского лайнера, или любого другого судна по тревоге, люди покидают его на спасательных шлюпках. Они очень надежны, обладают большой автономностью в отношении запасов и систем жизнеобеспечения, но не очень высокой скоростью. Их задача — чтобы находящиеся в них люди дождались прибытия помощи в относительно нормальных условиях в течение длительного времени. Можно совершить посадку на ближайшую планету, или остаться в космосе и ждать помощи там. Сейчас на "Кассиопее" не осталось ни одной спасательной шлюпки, и теоретически покинуть ее мы не можем. Но на всех кораблях есть еще две шлюпки — дежурная и рабочая. Они не обладают такой автономностью, как спасательные, и имеют значительно меньшие размеры. Дежурная предназначена для оказания помощи терпящим бедствие и доставки их на борт. А рабочая — она и есть рабочая лошадка. Предназначена для выполнения различных работ за бортом, когда корабль лежит в дрейфе. В случае тревоги по оставлению судна эти шлюпки не задействуются, так как ни одного человека на них не расписано. Если дежурную еще могут взять из-за ее высокой скорости, специально выделив для этого несколько человек, то тихоходная рабочая никому не нужна. И вот сейчас на схеме видно, что обе эти шлюпки остались на борту. Ребятки, очевидно, были уверены в том, что мы купимся на их блеф с аварией реакторов и не догадались лишить нас такого прекрасного шанса покинуть корабль, если что-то пойдет не так. Теперь эти два суденышка в нашем распоряжении, и если "Кассиопее" действи- тельно будет грозить гибель, мы всегда сможем ее покинуть.

— Если здесь, кроме нас, никого не осталось и "Кассиопея" в нашем полном распоряжении. Но кто-то ведь сейчас глушит реакторы в ручном режиме? И как они это делают, ведь отсек разгерметизирован?

— А очень просто. Одевай скафандр, и делай в разгерметизированном отсеке, что хочешь.

И кто именно это делает, мы скоро узнаем. Думаю, они уже получили информацию, что нас в двадцать четвертой шлюпке не было. Значит, скоро ребята устроят охоту с загоном.

Ведь они не знают, где именно мы находимся, и начнут обшаривать все закоулки. Вот мы им в этом и поможем!

— Как именно?

— Сделаем так, чтобы они обнаружили наше местонахождение. Им ничего не останется, как направиться туда и проверить это. А мы их встретим.

— Значит, война?

— Война. Причем, война на истребление. Пленные нам не нужны. Они нас не пощадят, если попадем к ним в руки. Подозреваю, что мы нужны им живые только для того, чтобы узнать какую-то информацию, а не для того, чтобы принудить работать на них. Они уже пытались это сделать и потерпели полное фиаско. Как только они эту информацию получат, мы станем ненужными свидетелями. А хороший свидетель…

— И какой у тебя план? Как ты хочешь сделать, чтобы нас обнаружили?

— Сейчас из каютного компьютерного терминала постараюсь установить контроль над кораблем. Это сразу будет замечено в ходовой рубке, если там кто-то есть, а думаю, там кто-то есть. Я могу взять под контроль главный бортовой компьютер "Кассиопеи" и управлять кораблем, не выходя из каюты, поменяв приоритет командования. Но это только тогда, если в рубке никого нет, или они не возражают против моих хулиганских действий.

В противном случае, там могут просто отключить наш компьютер вручную от бортовой сети и полностью его изолировать, установив прежний приоритет. Но наше место будет сразу обнаружено, и очень скоро сюда пожалуют гости.

— А что, должно сработать! Ведь они сейчас будут хвататься за любую соломинку!

— Значит, доча, действуем! Как ты говорила, взлет разрешен!

Ольга запустила со своего терминала программу, обеспечивающую смену приоритета командования. Главный бортовой компьютер тут же отреагировал и запросил код доступа, но с такими мелочами подпольная электронная продукция компании "Экспресс шиппинг" справлялась без труда. Через секунду контроль над лайнером был установлен и, если бы в ходовой рубке никого не было, Ольга спокойно смогла бы управлять "Кассиопеей", не выходя из каюты. Но на подобное вопиющее безобразие те, кто находился в данный момент в ходовой рубке, пойти не могли. Как Ольга ни пыталась, больше ни одна команда, поданная ей, не выполнялась. Значит, они полностью отключили эту линию вручную из рубки. Такая возможность предусмотрена, если вдруг начнется какой-нибудь программный сбой. И это значит, что сейчас последует "дружеский визит".

— Все, Анечка, уходим. Дальше здесь оставаться опасно. Неизвестно, каким арсеналом они располагают. Ты пока выходи в коридор и смотри по сторонам. В случае чего, действуй без промедления. Помни — своих сейчас на борту "Кассиопеи" у нас нет. А я им еще одну мелкую пакость сделаю. Экстрима в этой охоте с загоном добавлю. Хорошо, что я оба свои трофея сохранила…

Ольга и Аня вышли из каюты в коридор. Здесь пока было пусто. Оно и понятно, "аналитики" определили их местонахождение и сейчас готовятся к атаке. Минут через пятнадцать — двадцать они будут здесь. Аня осталась в центре коридора, внимательно контролируя все выходы, а Ольга пробежалась по всей палубе и выстрелами из пистолетов, которые она хранила еще со во времени событий на "Лорелее", разбила все датчики камер визуального наблюдения. Как знала, что пригодятся. На такой варварский способ отключения система визуального наблюдения за внутренними помещениями не рассчитана, и теперь вам, ребятки, придется очень весело. Раньше вы могли получать информацию по радио обо всех перемещениях противника от человека, оставшегося в рубке и осуществляющего визуальный контроль за помещениями. Теперь такой возможности у вас нет и придется поиграть в прятки с двумя ведьмами. А это сразу ставит вас в крайне невыгодные условия, так как из охотников вы моментально превращаетесь в дичь. И самое лучшее для вас было бы удрать отсюда вместе со всеми. Но ваши упертые начальники, отправившие вас на верную гибель, все еще на что-то надеются… Закончив предварительную подготовку к встрече "дорогих гостей", Ольга осмотрела предстоящее поле битвы еще раз и осталась довольна. На этой палубе большое количество кают и разных помещений. И чтобы их обнаружить, охотничкам придется изрядно побегать, рискуя в любой момент нарваться на неприятность. И все это в условиях хорошего освещения, которое Ольга трогать не стала. Нет никаких сомнений, что охотников предупредили о том, что им попался крайне странный противник. Внешне совершенно безобидный — красивая стройная женщина с маленькой девочкой. Но этот безобидный противник поставил на уши японскую мафию и ушел невредимым, перебив кучу вооруженных бандитов. И еще он владеет какими-то сверхестественными способностями, что уже вообще попахивает чертовщиной…

— Все, Анечка. Теперь ждем. Приходите, гости дорогие, милости просим! А мы, давай, встанем под стеночкой и глаза всем отведем. Пускай штурмуют нашу каюту.

— Как думаешь, мама, сколько их будет?

— Если задействована одна группа, то человек двадцать. Плюс хотя бы двоих надо держать в ходовой рубке для контроля над кораблем и визуального контроля помещений для передачи информации группе захвата. Но таких групп может быть несколько. Неизвестно, как далеко они собираются зайти в своих действиях. То ли им приказано взять нас живыми и невредимыми, то ли могут взять полуживыми, лишь бы дышали. От этого будет зависеть их тактика.

— Мама, они идут! Я их чувствую!

— Да, теперь и я почувствовала… Все, доча, стали под стеночкой на виду, отвели им глаза и молчим.

Ольга с дочерью встали прямо под переборкой и если бы не выведенная из строя система визуального контроля, не заметить их было бы просто невозможно. Но теперь она на этой палубе не функционировала, и группе захвата придется полагаться только на свои глаза. А вот своими глазами ведьм они и не увидят. Прошло еще несколько минут. Ольга и Аня активировали чувства зверя…

Добыча приближается с двух сторон, и их много. Они считают, что передвигаются бесшумно, но это заблуждение. Они топотят, как стадо слонов. Мешанина разных запахов, но липкого запаха страха нет. Чувствуется готовность к ответному нападению. Они внимательно осматриваются, готовые открыть сразу огонь на поражение, но противника пока не обнаружили. Впереди них движется совсем другая добыча. Ее запах совершенно не похож на остальных. Эта странная добыча исходит агрессивной злобой и рвется вперед, но ее придерживают. Вот они уже совсем близко…

Ольга почувствовала движение, и из двух выходов почти одновременно показались… собаки! Четыре здоровенных ротвейлера. Значит, контора разуверилась поймать их с помощью последних достижений науки и техники, и решила обратиться к старому, провверенному способу. И кто же это у вас там такой умник? Да только вы, ребятки, снова просчитались…

Псы почувствовали добычу и рванулись вперед, натянув поводки. Следом за ними появились две группы людей. Человек пятьдесят, не меньше. Все в штурмовой броне, вооружены до зубов и на голове шлемы с воздушными фильтрами и встроенными приборами ночного видения. Да-а-а, ребятки, серьезно вы подготовились… Поскольку освещение нормальное и в оптическом диапазоне вы видите все хорошо, то эти приборы вы не задействуете. А интересно было бы узнать, видно ли с его помощью ведьму, которая отвела глаза… Но это — в другой раз! А пока, займемся собачками…

Собаки чувствуют их, и молча рвутся вперед, не издавая ни звука. Ольга только собралась обратить их в бегство, как Аня жестом ее удержала. Неожиданно псы дружно рванулись в сторону их каюты, и промчались мимо них, совершенно проигнорировав. Вооруженные бойцы пронеслись рядом, едва не задев. Вот все четыре пса остановились возле каюты и молчат. Они так приучены, чтобы не спугнуть того, на кого идет охота. Проводники оттаскивают собак в сторону, и на дверь каюты устанавливается небольшая мина. Ольга дала Ане знак, чтобы она закрыла уши. Все шарахаются в стороны и держат дверь под прицелом оружия. Взрыв, и дверь, сорванная с петель, улетает внутрь каюты. Следом, в открывшийся дверной проем, летят одна за другой две свето — звуковые гранаты. Взрыв такой гранаты приводит человека в полностью небоеспособное состояние не менее, чем на несколько минут, не нанося ему существенного вреда. В каюте сверкнула яркая вспышка, и грохнуло так, что было слышно даже через закрытые уши. В следующее мгновение собаки спущены с поводков и рванулись в каюту. Вслед за собаками врываются несколько человек, держа наготове оружие. Какое-то время стоит тишина, а затем несутся удивленные возгласы.

— Здесь никого нет!!!

— Что ваши барбосы здесь забыли?! Какого… они сюда нас притащили?!

Один человек в сердцах высказывает проводникам все, что думает об их питомцах и начинает отдавать приказы.

— С этой палубы они не уходили, прочесать здесь все. В случае чего, разрешаю стрелять, но бабу обязательно взять живой! С девчонкой можете не церемониться. Они уже знают, что мы здесь. Сами, идиоты, прокололись. А все из-за ваших барбосов, будь они неладны…

Ольга ухмыльнулась. Вот ты то, голубчик, нам и нужен. Как знать, может, ты знаешь больше, чем Элла и этот ряженый "полковник"… Переглянулась с Аней, глаза которой полыхали гневом, и тихо шепнула.

— Этого не трогай. Он мой. А остальные…

— А остальные нам не нужны. Но пока устрою им сюрприз!

Неожиданно собаки выскочили из каюты и набросились на стоявших возле двери бойцов.

Это было настолько неожиданно, что первые мгновения все, даже проводники, растерялись. А ротвейлеры вцепились в четверых и начали рвать зубами. Проводники опомнились и попытались оттащить своих питомцев, но все было бесполезно. Собаки словно обезумели и не слушались команд. Наконец, загремели выстрелы, и четыре бездыханных собачьих тела замерли на палубе. Четверо искусанных бойцов выдавали такие непарламентские выражения в адрес проводников, что Ольга удивилась. Оказывается, есть что-то, чего она еще не слышала! От искусанных не отставал командир группы, который, перемешивая специфические термины о вступлении в половую связь проводников с их собаками в особо извращенной форме с конкретными вопросами, пытался выяснить, что же все-таки случилось? Почему натасканные служебные псы повели себя так странно и полностью вышли из под контроля? Ни о какой внезапности операции по захвату уже и речи не было. Они устроили такой тарарам, что скрыть это невозможно, и вдобавок сами лишили себя единственного "детектора", с которым у них был хоть какой-то шанс обнаружить беглянок. Ничего вразумительного проводники ответить не могли и сами недоуменно разводили руками. Командир еще раз высказал все, что он думает о собаках вообще и о кинологичекой службе в частности, и вышел с кем-то на связь.

— Топаз, я Берилл. Внезапность не удалась. Собаки взяли неверный след. С ними что-то случилось, и они напали на нас. Пришлось их пристрелить… Никаких следов бегства, все их вещи на месте. Думаю, они скрываются где-то поблизости, так как с этой палубы они не выходили, система визуального контроля их бы обнаружила… А надо сразу говорить подобные вещи, а не давать дозированную информацию!!! И что прикажете теперь де- лать?! Где их искать, если они могут превращаться в невидимок, если это не сказки?!…

Ясно, понял. Конец связи.

Командир прекратил доклад, и Ольга поняла, что дальше тянуть нельзя. Пока противник собран компактно в одном месте, можно одним махом покончить со всеми. А то расползутся, как тараканы по щелям, лови их потом. И она кивнула Ане…

Бойцы начали неожиданно валиться, как подкошенные. Никто ничего не понимал. Те, которые еще стояли, упали и приготовились к отражению атаки, выискивая противника, но противника не было! Но, тем не менее, то один, то другой выпускал из рук оружие и замирал, уткнувшись забралом шлема в палубу. Через несколько секунд остался на ногах один командир, которого Ольга парализовала "взглядом змеи", предоставив дочери выкашивать ряды противника "ударом молнии". Они уже понимали друг друга без слов, и слаженно работали одной командой. Вскоре все было кончено, и Ольга молча оглядела палубу, усеянную фигурами в камуфлированной штурмовой броне. Простите, ребята, но мы вас не трогали. Это вы собирались "не церемониться" с нами… Упокой господь ваши души…

Больше поблизости никого нет. Ольга и Аня, одновременно "материализовавшись" в воздухе, направились к одиноко стоящему среди своих павших подчиненных командиру группы захвата. Переступая через тела в камуфляже, подошли вплотную, и Ольга сняла с него шлем. На нее смотрели застывшие от ужаса глаза на искаженном гримасой лице. Молча изъяв у него все оружие, Ольга дала Ане знак отойти в сторону и вернула противника в нормальное состояние. В ту же секунду он попытался провести боевой прием, но человек не может соревноваться с хищным зверем. Ни по силе, ни по ловкости, ни по быстроте реакции. Ольга спокойно перехватила летящую в ее сторону руку и сжала пальцы. Хрустнули переломанные кости, и лицо командира перекосило от боли и неожиданности. Потому, что человек просто н е м о ж е т так сделать. Но верный вбитым в его голову стереотипам, он нанес удар ногой с близкого расстояния. Вернее, ему показалось, что нанес. Нога в тяжелом ботинке пролетела мимо хрупкой женщины в коротком платье, которая почему-то мгновенно оказалась в стороне от линии удара. Нога была тут же поймана каким-то неуловимо быстрым приемом, поднята вверх, и сломана чудовищной силой рук этой странной красивой женщины, с виду такой хрупкой и безобидной. Командир упал на палубу, скрипя зубами от боли. Ольга смотрела со злобным удовлетворением. Если бы речь шла только о ней, она бы не опустилась до такого…

— Так что, гнида? Значит, с моей дочерью можно "не церемониться"? Ты зря это сказал.

Кто же вы такие и что мы вам сделали?

— Кто ты есть на самом деле?! Ты человек, или нет?!

— Для тебя это уже не имеет значения, но отвечу. Я — ведьма. И моя дочь — тоже. И мы хотели просто попасть домой. А вот кто вы такие и что вам от нас надо?

Пленный молчал. На его лице отображалась целая гамма чувств — удивление, злоба, боль, страх перед "чертовщиной" и любопытство. То с чем он столкнулся, не укладывалось в его сознании. Такого, по его мнению, просто н е б ы в а е т!!! Но это, тем не менее, е с т ь!!! Ольга поняла, что ничего не добьется. Просто так он говорить не будет, а время играет против них. Поэтому уступила место дочери.

— Аня, он твой. А я покараулю. Вдруг, еще кого нелегкая принесет…

Аня молча шагнула вперед и опустилась на корточки возле пленника, которого тут же парализовала "взглядом змеи", и положила ладони ему на голову. Ольга молча наблюдала. Лицо дочери непроницаемо, самурай не должен поддаваться пустым эмоциям и всегда обязан сохранять присутствие духа. Аня только что выиграла свой очередной бой с превосходящим по численности врагом. И сколько этих врагов еще будет у нее на пути…

Спустя минуту она встала и отошла в сторону, вернув пленника в нормальное состояние, который тут же застонал от головной боли. Ольга вопросительно глянула на дочь.

— Бесполезно, мама. Он практически ничего не знает. Это обыкновенные "волкодавы" из спецназа внутренней контрразведки, как они сами себя называют, и которым лишнего знать не положено. Им ставят конкретную задачу — кого, где и когда задержать. На что способен объект задержания и какую степень вреда при выполнении задания ему можно нанести. Это не ликвидаторы. Их специализация — брать живьем, но не обязательно в неповрежденном виде. И более подробной информации им не дают, так как их задача — захватить и передать объект в руки следствия. Это подполковник спецназа контрразведки Ордынцев, командир группы захвата. Командует операцией полковник Меркулов, о котором говорила Элла, и он находится сейчас в рубке на связи. С ним еще один из этих "волкодавов", на всякий случай. Вот он действительно может что-то знать. Эта группа, во главе с Меркуловым, прибыла в Спэйс — Сити на другом корабле, и те "аналитики", что мозолили нам глаза, о ней ничего не знали. "Волкодавы" же получили задание — если не сработает ни одна ловушка — ни с этим ряженым "полковником", ни с попыткой заманить нас в шлюпку при покидании лайнера, любой ценой взять тебя живой. При этом разрешалось нанести вред любой тяжести, лишь бы ты только осталась жива. Меня же разрешалось просто ликвидировать, если я начну создавать проблемы. Наши ставки растут, мама. Скоро против нас военный флот с десантом двинут. При поддержке палубной авиации… И чем мы им насолили?

— Не знаю…Может, господин полковник знает? Вот и наведаемся сейчас к нему в гости.

Больше тут никого из этих гоблинов нет?

— Вроде бы, нет. Во всяком случае, больше он ни о ком не знает. Это они заглушили реакторы и начали наш поиск, когда ты позволила им нас обнаружить. Вот они и ломанулись все сюда. Полковник с одним "волкодавом" остался в рубке. Он из другого теста — работает головой, а не руками. Надо торопиться, мама. Неизвестно, что они еще придумают.

А этот тебе еще нужен?

Ольга подошла к подполковнику и пристально посмотрела ему в лицо. Он был в сознании и с суеверным страхом смотрел на нее. Не было никаких сомнений, что он слышал весь разговор от начала до конца.

— Что же мы такого плохого сделали, господин подполковник? Что мне можно причинить любой вред при задержании, а мою дочь ликвидировать? Жаль, что Вы этого не знаете.

Я лично против Вас ничего не имею. Понимаю, это Ваша работа. Поэтому не сердитесь и Вы на меня, но я не беру пленных. Тем более, что Вы стали с в и д е т е л е м того, что посторонним знать не надо. Хотите что-нибудь сказать на прощание?

— Да Вы знаете, что Вам грозит за подобные вещи?! Лучше сдайтесь и не играйте с огнем!

— Что мне грозит? Знаю — второй раз пожизненно. Первый у меня уже есть. Поэтому, что один, что два раза — разница невелика. Желаете сказать что-нибудь еще?

— Да тебя же все равно поймают, или грохнут, сука!!! Разнесут это корыто к чертям!

— Насчет того, что поймают, очень сильно сомневаюсь. А вот насчет того, что разнесут это корыто к чертям — верю. Уж очень вы меня боитесь. Так, что если не получится взять меня живой, постараетесь избавиться радикальным способом. Прощайте, господин подполковник!

Зверь лязгнул клыками, и все было кончено. Операция по захвату ведьмы не удалась. Теперь на борту "Кассиопеи" осталось только четверо живых. Но двое из них здесь явно лишние…

— Все, Анечка. Теперь в рубку. Попробуем побеседовать с этим "топазом". А то "берилл" почти ничего не знал. А что это собачки так странно себя вели? Сначала нас проигнорировали, а потом в этих "волкодавов" вцепились? Доча, колись, твоих рук дело?

— Моих, мамочка! Я взяла их под контроль, и они выполняли мои команды.

— Да-а-а, Анечка… Не завидую я тому, кто тебя обидеть захочет!

— Так не надо меня обижать. Я ведь по натуре очень добрая. Убиваю только в целях самозащиты и только в самом крайнем случае… У тебя научилась!

Теперь надо было срочно добраться до рубки, и они отправились туда, оставив позади поле недавней битвы. Ольга захватила с собой, на всякий случай, шлем подполковника с радиостанцией, но в эфире было тихо. Либо этот самый Топаз не мешал группе выполнять задание, либо, что скорее всего, уже заподозрил неладное и сделал правильные выводы. Похоже, что он гораздо лучше осведомлен о противнике, которого собираются задержать его "волкодавы". А это значит, что скоро могут последовать весьма радикальные меры. Если не останется выбора между тем, избавиться от Хризантемы, или снова попытаться задержать, рискуя упустить ее, то контора колебаться не будет. Поэтому, надо поторапливаться.

Ольга и Аня быстро продвигались в сторону ходовой рубки. Было странно идти по пустынным палубам некогда густо населенного корабля. Обычно здесь всегда шумно, а сейчас полная тишина создавала жутковатое впечатление. Жилые, служебные помещения, зоны отдыха — все поражало своей тишиной и безлюдностью, какой никогда не бывает на пассажирском лайнере. Скорее всего, это его последний полет. Если его не уничтожит подошедший "Памир", то он станет вечным спутником Денеба. Рукотворным астероидом, несущимся вокруг звезды по очень длинной эллиптической орбите с периодом обращения в десятки, если не сотни лет. Без гипердвигателей он не сможет покинуть эту звездную систему. А уйти на маршевых невозможно. С той скоростью, какую они могут дать в обычном космосе, до ближайшей звездной системы тысячи лет полета.

Но сейчас надо решать задачи не на ближайшие тысячи лет, а на ближайшие пару часов.

Неизвестно, как далеко сейчас находится "Памир", и каковы его намерения. Попытается ли он сделать еще одну попытку захвата, взяв "Кассиопею" на абордаж, или решит не рисковать и разнесет ее к чертям, как говорил подполковник… По дороге так никто и не попался. Очевидно, здесь действительно больше никого нет. Вся группа захвата, кроме двух человек, находившихся в рубке, осталась лежать возле их каюты. И Ольга, и Аня шли, активировав чувства зверя, но никого поблизости не чувствовали. Вот и входная дверь в рубку. Ольга внимательно прислушалась и удивленно переглянулась с дочерью. Аня тоже удивленно кивнула. В рубке никого нет. Хотя, совсем недавно, десяток минут назад здесь были люди, и их запах еще сохранился. Похоже, они просто спасались бегством. Войдя в рубку, Ольга поняла, что не ошиблась в своих предположениях. На большом обзорном экране было видно, как дежурная шлюпка на полной скорости удаляется от "Кассиопеи".

Полковник Меркулов знал о ее наличии и принял единственно правильное, в его ситуа- ции, решение. Когда связь с группой захвата прервалась, он понял, что группы больше нет. И очень скоро две ведьмы, с которыми не смогли справиться полсотни вооруженных до зубов, натасканных "волкодавов", будут в рубке. И он следующий. И мало того, что они отправят его следом за остальными, так как Хризантема не берет пленных, в чем он не раз имел возможность убедиться, так она еще и вытряхнет из него секретную информацию об этой операции. А вот этого ему никогда не простят. И поэтому лучше бежать, признав свое полное поражение, чтобы не было еще хуже.

— Вот и все, доча… Мон колонель сбежал, поджав хвост и прихватив дежурную шлюпку, на которую мы очень рассчитывали. И вовремя это сделал, так как больше ему ничего не оставалось. Теперь у нас только тихоходная рабочая шлюпка, на которой мы ни от кого не убежим, если потребуется. Но пока бежать, вроде, и не надо. "Кассиопея" в нашем полном распоряжении, и я теперь ее капитан. Аня, знаешь, в чем пикантность ситуации? Мы сейчас можем претендовать на собственность в отношении этого лайнера. Согласно международных соглашений, если экипаж полностью покинул судно, а мы его спасли и доставили в порт, то имеем право претендовать на солидное вознаграждение за спасение. И часто оно таково, что судоходной компании бывает выгоднее отказаться от спасенного судна и попытаться получить страховку, чем выплачивать огромные суммы за спасение, а потом еще тратиться на серьезный ремонт.

— Но это только в том случае, если мы доведем "Кассиопею" до Швейцарии. На всех планетах Федерации нам ничего не светит. Беглые преступники не могут ни на что претендовать. А довести ее туда мы сейчас не можем по техническим причинам.

— Вот именно. А жаль…

Ольга села в пилотское кресло и стала внимательно знакомиться с состоянием лайнера. все-таки, в ходовой рубке с поста управления, это делать удобнее и привычнее, чем из каюты с периферийного компьютерного терминала. Давненько она не управляла такими большими кораблями, но опыт, полученный еще в молодости на торговом флоте, никуда не делся. А что управлять пассажирским лайнером, что громадным балкером, или контейнеровозом, принципиальной разницы нет. Из беглого осмотра информационных панелей стало ясно, что никаких серьезных повреждений "Кассиопея" не имеет. Реакторы полностью заглушены и опасности взрыва нет. Резервная группа реакторов, запускающаяся в случае аварии основной, работает нормально, и лайнер может дать ход, запустив маршевые двигатели. По сигналу "Оставить судно" управление всеми системами переведено полностью в автоматический режим и сейчас лайнером может управлять один человек из ходовой рубки. Это теоретически. А практически — лететь просто некуда. И полковник, вместе с "волкодавом", напоследок все-таки сделали пакость. Пульт аппаратуры гиперсвязи изуродован выстрелами и работать на нем невозможно без серьезного ремонта. Мера, с их точки зрения, необходимая, чтобы Ольга не смогла отправить сигнал о помощи. Но совершенно бесполезная, так как в рубке находятся только органы управления, а сам передатчик и приемник установлены совсем в другом месте. И к ним можно подключиться с любого периферийного пульта, если знать, как это сделать.

— Все-таки, мон колонель попытался сделать нам бяку. Разбили пульт гиперсвязи. А с обычной радиостанции сигнал бедствия на такое расстояние не пошлешь. Анечка, оставайся здесь, следи за обстановкой. Если вдруг еще какие гоблины появятся — вали без разбора.

А я сейчас наведаюсь к рабочей шлюпке. Попробую дать сигнал бедствия оттуда, да и ее состояние заодно посмотрю. Если что появится, вызовешь меня по трансляции. На всякий случай, экстренная связь — звонок авральной сигнализации. Если появится что-то интересное, дашь один звонок. Если мне надо прийти в рубку — два. Если бросать все и срочно бежать в рубку — три. Поняла?

— Поняла. Мама, будь осторожна. Я бы, на их месте, заминировала шлюпку. И кто знает, сколько и каких сюрпризов они могли здесь оставить.

Ольга согласилась, что предупреждение не лишнее. Хотя и маловероятно, так как заранее они такого не планировали, а оставшиеся полковник и один "волкодав" просто не успели бы это сделать. Но береженого бог бережет, и она осторожно продвигалась в сторону отсека, где находилась рабочая шлюпка. По-прежнему пустынные коридоры палуб, распахнутые двери кают и служебных помещений и абсолютная тишина, совершенно не характерная для пассажирского лайнера. Видно, что люди покидали корабль в спешке. Только система вентиляции издает еле слышный монотонный шум. Но Ольга настолько к нему привыкла и не обращала внимания, что ей казалось, будто на всей "Кассиопее" стоит гробовая тишина. Зверь, тем не менее, больше никакой опасности не чувствовал, и она быстро продвигалась вперед. Вот и входной шлюз рабочей шлюпки. Открыв дверь, Ольга вошла внурь. Было видно, что этой рабочей лошадкой пользовались последний раз довольно давно. Сев в пилотское кресло, запустила бортовой компьютер и провела тест всех систем.

Хорошо, что все в порядке. Маленькое суденышко готово выйти в космос в любой момент и, в случае крайней необходимости, у них есть шанс покинуть лайнер. А теперь, пока не поздно, надо отправить сообщение своим. А то, даже не будут знать, где их искать. Дав команду бортовому компьютеру шлюпки на подключение к системе гиперсвязи, набрала текст. В первой радиограмме, адресованной в службу связи "Экспресс шиппинг", описала подробно все события. Там народ грамотный. Знают, что и как надо делать. Вторую радиограмму адресовала лично начальнику государственной тайной полиции генералу Эльзе Кумметц. Здесь все подробно расписывать не стала. Ведь радиограмму все равно будут читать посторонние люди, и кое-что им знать вовсе не обязательно. А умница Эльза все поймет. Думала еще отправить сообщение Насте, но не решилась. Все равно она ничем помочь не сможет, а только вся изведется. А то еще и примчится на подмогу, чего бы очень не хотелось. На одиночном штурмовике против стелс-крейсера… Как говорится, хоть и лыком шитый, но все же крейсер. А у Насти никакого боевого опыта, только "взлет — посадка". И сама погибнет, и им не поможет. Так что, пусть лучше дома посидит, да и Ольге так спокойней будет…

Готово, можно отправлять. Ольга набрала соответствующую команду и подала ее бортовому компьютеру. Автоматика сжала информацию в пакет и послала в эфир. Все, главное сделано. Вскоре радиограммы будут доставлены по назначению, и ребята начнут действовать. Никто их тут не бросит. Да и Эльза, со своей стороны, тоже не бросит ее в беде.

У начальника государственной тайной полиции большие полномочия, да и тут, похоже, события имеют самое непосредственное отношение к ее департаменту. Как знать, может быть ей удастся нарыть здесь что-то такое, из-за чего к о н т о р а сразу подожмет хвост. И тогда им будет уже не до "охоты на ведьм". А теперь можно просмотреть журнал сообщений. Ольга открыла соответствующий файл в компьютере и очень удивилась.

"Кассиопея" никакого сигнала бедствия по гиперсвязи не подавала. Последнее сообщение о входе в гиперпространство и больше ничего! Хотя, времени для его подачи было предостаточно. Для этого даже не надо набирать текст, а надо просто сорвать пломбу и нажать одну кнопку, а дальше автоматика сделает все сама, передав сигнал бедствия и пространственные координаты лайнера! Это значит, что "Кассиопея" была изначально обречена.

Пройдет все, как задумали — хорошо. Не пройдет, и возникнут непредвиденные нюансы, мало ли судов пропадает без вести. В том числе и пассажирских лайнеров. Тем более, военные действия не прекращаются, и космофлот сепаратистов рыщет вокруг. Неожиданно ожила внутрисудовая связь. Аня вызывала из рубки. Одновременно раздался один звонок.

— Шлюпка — рубке. Мама, ответь, если слышишь. У меня новости.

— Шлюпка на связи. Аня, что случилось?

— На радаре крупная цель, идет на сближение. Группу шлюпок лайнера проигнорировала и направляется прямо к нам. Скорость сближения большая. Визуально пока не просматривается.

— Поняла. Ничего пока не предпринимай, веди наблюдение. Я возвращаюсь. Конец связи.

Ольга выбралась из шлюпки и быстрым шагом направилась в рубку. Когда она была уже на полпути, прозвенели три звонка тревоги, и до Ольги ясно донесся гул запустившихся маршевых двигателей. По тону их работы было ясно, что двигатели запущены на максимальную тягу и "Кассиопея" начала разгон. Это было уже из ряда вон. Аня без веской причины никогда бы не запустила двигатели, да еще и сразу на максимальную тягу. Ольга побежала. Когда она ворвалась в рубку, Аня сидела в пилотском кресле и корректировала курс лайнера, выведя маршевые двигатели на предельный режим работы. "Кассиопея" быстро набирала скорость, пытаясь оторваться от настигающего ее корабля.

— Мама, это стелс-крейсер. Его силуэт ни с чем не спутаешь и он, похоже, собирается идти на абордаж.

Ольга подошла к обзорному экрану. Так и есть. Стелс-крейсер "Памир". Один из кораблей конторы, занятый выполнением очередного задания в духе рыцарей плаща и кинжала. Нет никаких сомнений, что они перехватили сигнал, посланный Ольгой, и решили сначала разобраться с "Кассиопеей". Шлюпки никуда не денутся. Подождут, в случае чего.

— Аня, а что ты собралась делать? Ведь он все равно на много быстроходнее нас и уйти от него мы не можем.

— Мама, скоро мы должны пересечь орбиту Пандоры, причем на очень близком расстоянии от планеты. Если они даже не станут уничтожать лайнер, то поймать нас здесь — это дело времени. Они могут разгерметизировать отсек за отсеком, применяя оружие, пока не загонят нас в угол. А там применить газ, или штурмовых роботов, которым мы ничего не сможем сделать. Разрушить систему подачи и регенерации воздуха и долго мы не продержимся.

— Согласна. Так зачем убегать? Давай дадим им возможность состыковаться, а потом заявимся к ним в гости. Когда они будут стоять у нас под бортом, то не смогут применить свое бортовое вооружение. А мы сможем изрядно проредить их экипаж, если проберемся на борт "Памира". А там, как знать, либо захватим его, либо серьезно выведем из строя и уйдем после этого на "Кассиопее". Когда у них на борту начнет твориться всякая "чертовщина", то возникнет паника. Ведь далеко не все осведомлены о наших способностях. То, что у них начнется, будет напоминать пожар в сумасшедшем доме. И как боевая единица крейсер перестанет существовать.

— Согласна. Но где гарантия, что они состыкуются и оборудуют шлюзовой переход? Они могут высадить абордажную группу на десантно — штурмовых ботах и сразу начать разгерметизацию "Кассиопеи", сами находясь в скафандрах. Отсек за отсеком, пока не припрут нас к стенке.

— И что ты предлагаешь?

— Сейчас мы полным ходом движемся к орбите Пандоры. Здесь, в космосе, они рано, или поздно, все равно прижмут нас. Уйти мы не можем. Но если мы успеем совершить посадку на Пандору, то им придется ловить нас по всей планете. А Пандора, все-таки, гораздо больше, чем "Кассиопея". И бортовое вооружение "Памира" им ничем не поможет, по джунглям они его с собой не потянут. Плюс там воздух пригоден для дыхания, полно пищи и воды. Фауна, конечно, мерзопакостная, но не опаснее штурмового робота, против которого у нас вообще никаких шансов. А с местными зверушками я справлюсь. Вот и попартизаним немного, пока к нам помощь не придет. Ты знаешь, мама, какая это препаршивейшая вещь — партизаны в джунглях? Мне, в свое время, пришлось столкнуться с этой проблемой в Голландской Ост-Индии. Местные партизаны, скрывающиеся в джунглях, создавали даже нам — морской авиации берегового базирования, массу проблем и нам регулярно приходилось гонять их по джунглям, чтобы отвадить от аэродрома. Так что их тактика мне хорошо знакома. Что уж говорить об армейских подразделениях, которые вынуждены были с ними бороться. А когда начались бои за Гуадалканал, так они вообще активизировались до крайности. И доблестная Императорская армия, разгромившая регулярные войска англичан и голландцев, ничего не могла поделать с этими оборванцами. Вот и устроим этим "волкодавам" новый Гуадалканал, если уж Пёрл-Харбор не получился.

— Гм-м-м… Очень интересная мысль. Я об этом как-то и не подумала. Ведь действительно, на планете они нас не достанут. Вот, что значит, не иметь никакого сухопутного опыта. А у тебя он есть, и еще какой…Давай, доча, попартизаним! Насчет джунглей — тут тебе карты в руки. Я сухопутными делами никогда не занималась.

— Ну, так уж и не занималась! А кто здесь, на Пандоре, бучу устроил? И какую бучу!

— Так ведь я занималась только разработкой плана операции и нанесением удара с воздуха на "Барсе", а не бегала с автоматом по джунглям. Этим Цезарь со своей компанией занимался, и это для него плохо кончилось. И еще не забывай, что ты тоже принимала в этом участие.

— Да уж помню… Мама, честное слово, я тобой восхищаюсь. В состоянии беременности пойти на такое и победить!

— А у нас выбора не было, доча. Либо мы Цезаря, либо он нас…

— "Кассиопея", немедленно остановить двигатели и лечь в дрейф! В противном случае открою огонь! — неожиданно раздалось из динамиков. Аппаратура ближней УКВ-радиосвязи работала исправно, ее сбежавший полковник курочить не стал.

— Вот и дождались! Так, Аня, вырубай двигатели. Будем встречать дорогих гостей, а то еще, и правда пальнут с перепугу. Если ребята такие настырные и лезут, куда их не просят, то сделаем им небольшую пакость. Не смертельно, но крайне противно…

Глава 5

Ольга села в пилотское кресло, и стала внимательно рассматривать быстро приближающийся корабль. Теперь он уже хорошо просматривался визуально через оптическую систему обзора. Такие корабли она видела и раньше, во время службы. Хоть они уже и устарели по современным меркам, да и сама концепция, согласно которой они создавались, была признана неудачной, но против безоружного пассажирского лайнера хватит с избытком. "Кассиопея" легла в дрейф, выключив маршевые двигатели, и сейчас неслась по инерции в точку встречи с орбитой Пандоры. Бортовой компьютер показывает, что если ничего не предпринимать, то лайнер пройдет на расстоянии порядка тысячи километров от планеты и понесется дальше, став искусственным спутником Денеба. А если совсем немного подкорректировать курс, то он войдет в атмосферу планеты, что собственно и нужно. В открытом космосе у них нет шансов противостоять крейсеру. Зато на планете шансы появляются, и очень неплохие. Только, надо сначала до нее добраться…

По мере приближения и выполняемым маневрам Ольга поняла, что "Памир" намеревается совершить стыковку. От него отошли в стороны четыре десантных бота и стали охватывать "Кассиопею" с четырех сторон. Значит, ребята не хотят заморачиваться с прорезанием обшивки лайнера, чтобы попасть внутрь, а хотят войти через парадный вход, то есть через стыковочный узел правого борта. Если бы расстояние до планеты было больше, то они бы не рисковали. А так можно не успеть провести абордаж. Ведь если "Кассиопея" даст ход, наплевав на угрозу применения оружия, то она вскоре войдет в атмосферу Пандоры, где присосавшиеся к ее корпусу десантные боты будут просто сметены встречным воздушным потоком, да еще и могут получить при этом серьезные повреждения. А так придется рисковать самим крейсером, проводя стыковку с неизвестно что способным выкинуть лайнером, который по своим размерам и массе на много превосходит "Памир". Но так результата можно добиться гораздо быстрее и увести лайнер подальше от планеты. И если, как говорит Аня, в дело пойдут штурмовые роботы, то дело очень худо. Пока время позволяет, надо одеть скафандры. В рубке они всегда есть для вахтенных…

"Памир" приближался. Вот уже четко просматриваются его угловатые формы, которые ни с чем нельзя спутать. Десантные боты взяли в каре "Кассиопею", уравняли с ней свою скорость и держат под прицелом своего оружия. Хоть ничего серьезного у них нет — одни артавтоматы и легкие ракеты, но дырок в корпусе они могут наделать запросто…

Ольга внимательно смотрела, как крейсер разворачивается, становится параллельно корпусу лайнера и уравнивает скорость. Еще немного, и он подойдет вплотную, состыковавшись стыковочными узлами. А дальше внутрь "Кассиопеи" хлынет толпа "волкодавов", прикрываясь штурмовыми роботами. Игра пошла уже по — крупному.

— Странно, Анечка. Что же такого важного находится на "Кассиопее", что контора пошла на этот шаг? Беспрецедентные меры по предотвращению утечки информации. Выбрано это гиблое место возле Пандоры. Не считаются ни с какими потерями. Послали ради сохранения секретности свой "Памир", хотя вполне могли привлечь не один современный боевой корабль из военного флота, мотивируя это интересами обеспечения госбезопасности. Ведь если дело дойдет до боя, то толку от него никакого. Вместо этого предпочли задействовать одну из своих старых быстроходных консервных банок, совершенно бесполезную в боевом отношении, лишь бы только информация не ушла на сторону. Ведь если сейчас вблизи появится хотя бы легкий крейсер…, да что там крейсер! Хотя бы фрегат сепаратистов, то "Памиру" надо будет удирать, пока не поздно. Одно — два попадания, и он полностью потеряет боеспособность.

— Думаю, мама, если мы это и узнаем, то не сейчас и не здесь. Те, которые работали против нас, сами ничего не знали. А те, которые сейчас полезут, тоже вряд ли знают больше… Кстати, ведь сейчас полезут! "Памир" уже рядом!

— Нет, доча, не успеют. Я же тебе сказала, что сделаю им небольшую пакость…

Ольга наблюдала за маневрами "Памира", чтобы не пропустить момент, когда стыковочные узлы обоих кораблей окажутся рядом. Когда-то она хотела провести такой маневр, чтобы не допустить абордажа "Афродиты" крейсером сепаратистов "Танжер", но тогда обошлось. У врагов оказалось достаточно здравого смысла. А вот сейчас, похоже, не обойдется. У своих здравый смысл, очевидно, отсутствует полностью…

Стелс-крейсер "Памир" подошел почти вплотную к пассажирскому лайнеру и завис в космическом пространстве параллельно его корпусу. Расстояние между стыковочными узлами обоих кораблей неумолимо сокращается. "Кассиопея" висит в пространстве неподвижно. Ее двигатели не работают и никаких радиосигналов она больше не подает.

Создается впечатление, что она прекратила всякие попытки сопротивления в присутствии военного корабля. Ольга выжидала. Все, теперь пора!

Яркие вспышки маршевых двигателей и двигателей боковой коррекции на "Кассиопее" застали подходящий "Памир" врасплох и он не успел сманеврировать. Огромный корпус лайнера, превосходящий его по массе раз в пять, быстро двинулся ему навстречу. В следующую секунду стыковочные узлы обоих кораблей на большой скорости ударились друг о друга, сминая и уродуя металл. Корма "Кассиопеи" движется в сторону кормы "Памира" и наносит удар огромной силы, проламывая его облегченный, небронированный корпус. Значительно более легкий по массе крейсер отлетает развороченной кормой в сторону, и тут же получает сильный удар в носовую часть носом лайнера. Мало того, лайнер не пытается отойти, а наоборот дает импульс двигателями боковой коррекции, который прижимает его к борту крейсера вплотную, и тут же дает форсаж маршевым двигателям, давя всей своей массой и снося с борта "Памира" поврежденные листы обшивки, поглощающие радиоизлучение панели, антенны, пусковые установки, артавтоматы и все, что только встречается на пути. Пройдя по борту "Памира", как гигантский утюг, "Кассиопея" стала быстро наращивать скорость, оставив за кормой потерявший ход, сильно поврежденный крейсер. Ольга прекрасно понимала, что экипажу "Памира" сейчас не до открытия огня. Разница в массе кораблей огромная и "Памир" получил удар такой силы, что у него запросто могли сдвинуться двигатели и реакторы с фундаментов. Плюс многочисленные рваные пробоины в тонкостенном облегченном корпусе, разгерметизация отсеков, нарушение энергоснабжения и прочие прелести. Вот где в полной мере сказалась порочная идея создания максимально облегченного, супербыстроходного корабля, не обладающего достаточным запасом живучести.

Ольга бросила взгляд на панель, указывающую повреждения. Повреждения есть, но не очень значительные. Выведен из строя ряд внешних датчиков, есть вмятины в обшивке, изуродован стыковочный узел правого борта, но пробоин нет. все-таки, корпус у нового пассажирского лайнера, где безопасность прежде всего, гораздо крепче, чем у этой старой жестянки, где все принесено в жертву скорости и невидимости, и которая по недоразу- мению имеет статус военного корабля.

Четыре десантных бота, зависших в пространстве вокруг "Кассиопеи", наконец-то очнулись. То, что произошло, они явно не ожидали, и теперь понеслись вдогонку за лайнером, обрушив на его корпус ураганный огонь из артавтоматов. Одновременно выпустили две ракеты. Промахнуться по такой махине с близкого расстояния невозможно. Ракеты попали в среднюю часть корпуса, разворотив две пробоины в борту, но калибр их был небольшой, и смертельных повреждений "Кассиопея" не получила. Многочисленные снаряды малокалиберных скорострельных пушек дырявили корпус, но пока не натворили ничего серьезного. Если не считать, что лайнер почти полностью разгерметизирован. Однако, долго так продолжаться не может. Ольга форсировала маршевые двигатели и лайнер несся к планете, все больше увеличивая скорость. Ситуация не очень приятная, так как чем выше скорость входа в атмосферу, тем сильнее нагрев корпуса. Но тут уж выбирать не приходится. Выполнять маневры уклонения нереально, так как маневрен- ность этих космических блох не идет ни в какое сравнение с маневренностью громад- ного пассажирского лайнера.

Неожиданно обстрел со стороны ботов прекратился, и они ринулись на сближение. Все понятно… Поступил приказ не уродовать больше свою собственность, а взять ее на абордаж, пока не поздно. Хотя, уже поздно. Ольга прикинула расстояние до планеты и подправила курс, чтобы войти в атмосферу по более крутой траектории. Спалим десяток самых чувствительных внешних датчиков, которые при обстреле уцелели, но зато гарантированно стряхнем с корпуса этих "прилипал". И вообще-то, ребята сами себе свинью подложили. Зачем было стрелять по "Кассиопее"? Понаделали в ней огромное количество дырок, и теперь почти все отсеки разгерметизированы, воздух улетучивается в открытый космос, и скоро его внутри лайнера вообще не останется. И придется вам, если даже и захватите лайнер, продолжать дальнейший полет в скафандрах, а это еще то удовольствие. Они же с Аней тоже облачились в скафандры заранее. Привычка, оставшаяся со времени службы в военном флоте. Хоть Аня и выглядит комично в скафандре, созданном для взрослого человека, но он надежно защищает ее от космического вакуума. И сделали они это очень вовремя, так как приборы показывают, что давление воздуха в рубке упало уже почти до нуля. Это значит, что не смотря на задраенный люк в переборке, где-то есть утечка, так как обшивка корпуса — и наружная, и внутренняя, пробита во многих местах. Судя по той интенсивности, с какой велся обстрел, "Кассиопея" имеет сейчас больше тысячи мелких пробоин от малокалиберных снарядов по всей длине корпуса. Не считая двух крупных от ракет. Хорошо, хоть основные агрегаты — двигатели, реакторы, навигационные системы и управление работают. Без этого посадку не совершить, корабль просто войдет в атмосферу планеты по баллистической кривой и грохнется об ее поверхность.

И тогда ничего не останется, как только попытаться покинуть его, после входа в атмосферу, на рабочей шлюпке, используя свой последний шанс. Но до этого пока не дошло. "Кассиопея", быстро теряя воздух через пробоины в обшивке, тем не менее, стремительно неслась навстречу планете. Реакторы работали с полной нагрузкой, маршевые двигатели выжимали все, что можно и голубой шар Пандоры быстро приближался.

Но также очень быстро приближались и четыре десантных бота. Если бы у них было хотя бы двадцать минут в запасе, то пришлось бы устраивать бой внутри лайнера. За это время абордажные группы вскроют обшивку "Кассиопеи" и ворвутся внутрь корпуса. Но этих двадцати минут у них как раз и не хватает…

Ольга внимательно наблюдала за быстро приближающимся противником. Не смотря на несопоставимую разницу в размерах, эти четыре небольших кораблика, каждый размером немногим больше спасательной шлюпки "Кассиопеи", были смертельно опасны. Десантный бот может нести абордажную группу до ста человек с полным вооружением в штурмовых бронескафандрах, а также двух штурмовых роботов, этих своеобразных мини — танков без экипажа. Которые могут действовать как дистанционно, управляемые оператором из укрытия, так и автономно, подчиняясь заложенной в них программе. Искусственный интеллект, будь он неладен… Бот может на полном ходу "прилипнуть" к корпусу атакуемого корабля и проделать дыру в обшивке, через которую проникнет абордажная группа вместе с роботами. А дальше — как повезет… Кроме этого, сам бот тоже вооружен скорострельными артавтоматами малого калибра и может нести несколько небольших ракет на внешней подвеске. Хотя, обычно, пускать в ход это оружие ему и не требуется, так как у него совсем другая задача. Это не закованный в броню штурмовик, "летающий танк", который наносит удар по цели своей огневой мощью, а просто быстроходный десантный транспорт. Своего рода — "летающий бронетранспортер". Однако, полностью игнорировать такой кусачий "бронетранспортер" тоже нельзя. И этих "летающих бронетранспортеров" сейчас было не один, а четыре, что Ольгу совсем не радовало. По возможности, она старалась затруднить им подход к лайнеру, создавая беспорядочное, хаотическое вращение вокруг продольной оси, но долго так продолжаться не могло и, в конечном итоге, все четыре десантных бота все-таки "прилипли" в центральной части корпуса, пустив в ход свои электромагнитные захваты…

Но первые предвестники близкой атмосферы планеты уже дали о себе знать. Хотя до плотных слоев еще далеко, но на такой скорости и на очень большой высоте начинается заметный нагрев обшивки. Ольга бросила взгляд на радиовысотомер и улыбнулась. Все, ребятки. Вы опоздали. Корпус "Кассиопеи", даже в таком поврежденном состоянии, рассчитан на грубое торможение трением об атмосферу при вхождении в нее на очень высокой скорости. Вдруг, в аварийной ситуации, ее не удастся снизить. Это, все-таки, пассажирский лайнер, где безопасность прежде всего. А вот ваши "летающие бронетранспортеры" — нет. Даже если металл корпуса и выдержит, то температура внутри машин поднимется настолько, что вы рискуете поджариться прямо внутри своих бронескафандров, так как достаточной теплозащиты ваши жестянки не имеют. И сейчас мы постараемся "согреть" вас побыстрее…

Ольга изменила траекторию входа в атмосферу, и сделала ее еще более крутой. Раскаленная плазма окутала корпус лайнера. Все десантные боты были быстро сметены с бортов.

То ли их сорвало набегающим потоком, так как их электромагнитные захваты не были рассчитаны на такие усилия, то ли они сделали это сами, во избежание излишнего перегрева своих корпусов. Как бы то ни было, "Кассиопея" вовремя избавилась от таких опасных "прилипал" и сейчас продолжала полет в атмосфере в полном одиночестве, быстро теряя высоту. Возможно, какие-то дыры в борту они прорезать успели, но какая теперь разница. Дыркой больше, дыркой меньше… При тысяче пробоин в корпусе четыре лишних дырки погоды не сделают…

Скорость падала довольно быстро. Ольга уменьшила тягу двигателей и сделала вход в атмосферу более плавным. Десантные боты отстали и, в ближайшее время, докучать пока не будут. Уже ясно, что уничтожать "Кассиопею" не собираются. Во всяком случае, пока. На абордаж в атмосфере ее тоже не возьмут, так как это технически невозможно. Из этого ясно, что они будут идти следом, отслеживая лайнер своими радарами, пока он не совершит посадку. Так как для других целей входить в атмосферу планеты ему было незачем.

А вот после этого можно ожидать вторую часть "марлезонского балета". И что в эту вторую часть войдет, можно только догадываться.

— Все, мама! Вроде, оторвались! Сейчас быстро вниз и ищи грозовой фронт. В грозу они, следом за нами, не полезут. Нам — то удар молнии не особо опасен, хотя и неприятен, а вот для этих малюток может плохо кончиться. Сейчас они идут по пятам и не дадут нам спокойно уйти после посадки. А в грозовых облаках они нас потеряют на какое-то время. Лучше всего найти старый заброшенный город на побережье. Там будет легче спрятать шлюпку среди старого металлического хлама, да и климат гораздо лучше, чем в центральной части материка, где одни джунгли вокруг. А я пойду, соберу вещи, как давление воздуха в корабле нормализуется. Нам придется быстро уходить отсюда. А после посадки похозяйничаем в провизионных кладовых, запасемся провиантом и водой на первое время.

— Аня, но там же…

— Мама, что говорили Джон Сильвер и Билли Бонс в твоей любимой книге "Остров сокровищ"? Мертвые не кусаются! Вот и эти кусаться не будут. Бояться надо живых…

Аня замолчала и уставилась на датчик воздушного давления, который показывал давление воздуха внутри кабины. "Кассиопея" быстро снижалась, и давление приближалось к норме. Ольга направила лайнер сторону побережья, и действительно вскоре обнаружила грозу. Десантные боты маячили на экране радара, но не подходили близко, опасаясь новых фокусов со стороны этого упрямого лайнера. Резко пойдя на снижение, "Кассиопея" вошла в грозовые облака…

Сразу ощутимо тряхнуло, и грозовые разряды заполнили все окружающее пространство.

Несмотря на свои огромные размеры и массу, лайнер испытывал чувствительные толчки.

Несколько молний ударило в корпус, но не причинили вреда. все-таки, от сил стихии это творение человеческого разума было надежно защищено. В отличие от других его творений, которые уже наделали в нем достаточно дыр…

Ольга вывела на экран карту Пандоры. Хорошо, что на судах стараются иметь как можно более полную коллекцию карт. Даже тех мест, куда полет не предвидится. Мало ли, что может в жизни случиться. Вот и пригодилось. На карте были нанесены старые, покинутые города и поселки, хотя и было их по всей планете сравнительно немного. И подавляющее большинство находилось на побережье, внутрь материка никто особо забираться не хотел.

Если верить карте, то прямо по курсу вскоре должен быть небольшой заброшенный город.

Ольга пробила облачность и вывела "Кассиопею" в горизонтальный полет на высоте в восемьсот метров. По корпусу хлестали струи дождя, сверкали молнии, но лайнер неумолимо несся вперед. Преследователи отстали, не рискнув войти в грозу. Надо было спешить воспользоваться этой неожиданной форой, предоставленной силами природы. Когда гроза закончится, их снова легко обнаружат и погоня продолжится. Ольга снизила скорость до смехотворной величины семьсот километров в час. А то еще не хватало проскочить мимо цели. Аня же стала деловито освобождаться от скафандра.

— Все, мама, я пошла. Давление воздуха в норме, сейчас мы уже будем дышать воздухом Пандоры. Атмосфера тут несильно отличается от земной, а мы до четырех тысяч метров поднимались без кислородных масок. Так что, можешь снимать скафандр тоже. Они нам еще пригодятся. А я пойду, пока похозяйничаю…

Выбравшись из скафандра, Аня исчезла из рубки до того, как Ольга успела открыть рот.

Она только покачала головой. Да уж, господин капитан первого ранга… Вы на все имеете свое мнение, и даже не спрашиваете свою мамочку, а просто ставите ее в известность…

Но, черт побери, мамочке даже возразить нечего! Она сама бы лучше не придумала!

Ну, хоть предупреждаете мамочку о своих планах, и на том спасибо…

Ольга вела "Кассиопею" чуть ниже кромки облаков над береговой линией, чтобы не ошибиться. Ничего, похожего на город, впереди не было. Она уже сбросила скорость до вообще несерьезных четырехсот километров в час и постоянно сверяла местность с картой, но внизу проплывал только зеленый ковер джунглей, подступающий почти к самому берегу. Поняв, что визуально обнаружить вряд ли что удастся, Ольга стала проводить поиск бортовым радаром, настроив его на металлические объекты, и почти сразу же обнаружила впереди значительные скопления металла. Ориентируясь по радару, она подлетела к обнаруженной цели и зависла в воздухе. И только внимательно рассмотрев через оптическую систему обзора то, что было внизу, поняла, что прибыла на место. Город полностью поглотили джунгли. Разрушенные постройки скрывались среди деревьев и кустарников. Брошеные механизмы давно превратились в груду ржавого металлолома, и тоже были скрыты под зеленым ковром буйной тропической растительности. Люди давно ушли отсюда, и вряд ли когда — нибудь вернутся…

Надо было искать место для посадки. Увеличив масштаб карты, Ольга нашла, что искала. На таких безлюдных колонизируемых планетах, возле каждого города, должен быть хотя бы небольшой космопорт, так как на первых порах — это единственный доступный вид транспорта. И здесь космопорт тоже был, всего лишь в паре километров от городских построек, куда Ольга и направила "Кассиопею".

Сверху это место выглядело, как большая проплешина в джунглях, неподалеку от береговой черты. И только когда высота уже уменьшилась до сотни метров, стали заметны старые бетонные плиты, выстилающие некогда летное поле, а теперь почти полностью скрытые под слоем зеленой травы. Древний бетон потрескался, пропуская рвущуюся вверх жизнь планеты, несогласной с таким бесцеремонным вторжением чужаков. Ольга начала маневр захода на посадку, снизившись до сотни метров и полностью погасив горизонтальную скорость. Команда на выпуск шасси, и гигантский лайнер начинает плавно снижаться. Несколько минут, и "Кассиопея" замерла, опустившись на летное поле древнего космопорта. Ольга выключила двигатели и заглушила все реакторы, кроме одного, подающего энергию системам корабля. Все, полет завершен. "Кассиопея" совершила очередную, а скорее всего — последнюю посадку на планету. Да, у нее работают маршевые двигатели, и она сможет снова подняться в космос, но без возможности запустить гипердвигатели эта затея не имеет смысла. Кроме этого, обшивка корпуса имеет многочисленные пробоины, заделать которые своими силами не удастся. И это значит, что корабль полностью разгерметизирован, и не может покинуть атмосферу планеты. Иными словами, полет на нем возможен только при постоянном нахождении в скафандре, что нереально. Ольга грустно улыбнулась. Похоже, она привела "Кассиопею" к ее последнему пристанищу. Во всяком случае, это гораздо лучше, чем если бы ее разнес на куски "Памир", всадив несколько тяжелых противокорабельных ракет…

Но долго задерживаться тут нельзя. Гроза рано, или поздно прекратится, и преследователи очень скоро их обнаружат. Скрыть корпус огромного лайнера просто невозможно и его легко обнаружить радаром с орбиты. Бросив еще раз взгляд на окружающий пейзаж, подернутый пеленой тропического ливня, Ольга встала из кресла и выбралась из скафандра.

Теперь надо срочно покинуть "Кассиопею". Одно из правил полетной инструкции. В случае вынужденной посадки на территории противника постараться уйти как можно дальше от своей машины. Так как поиски пилота начнутся именно с нее. Хоть здесь и не территория противника, и для преследователей она тоже будет совсем не дружественной, но, тем не менее, это правило не теряет своей актуальности. Первым делом "волкодавы" сунутся именно сюда. Поэтому, пока бушует гроза и льет тропический ливень, надо подготовить рабочую шлюпку к полету и покинуть лайнер.

Ольга добралась до палубы, где находилась их каюта, и в ужасе замерла. Все "волкодавы", которых они оставили лежать после короткого боя, в котором у них не было ни одного шанса на спасение, лежали с перерезанным горлом, и со многих было сорвано обмундирование с защитными доспехами. Не было никаких сомнений, что в Ане снова взыграли самурайские замашки. Но зачем?! Ольга решительно направилась в каюту, желая услышать объяснения. Едва войдя, она открыла рот, чтобы спросить, что все это значит, да так и осталась стоять, забыв его закрыть. Перед ней стоял маленький солдат Императорской армии. В костюме защитного цвета, крепких ботинках на толстой подошве, шапочке с козырьком и наброшенным под нее темным платком. Талию перехватывал пояс, снятый с одного из "волкодавов", за который был заткнут вакидзаси в ножнах, а рядом в штатных ножнах находился большой десантный нож — тоже из арсенала "волкодавов". Аня кивнула на лежавший в кресле комплект "волкодавского" обмундирования, доспехов и обуви.

— Одевайся, мама. Постаралась подобрать тебе по размеру. Хоть они все и здоровенные бугаи, но лучше что-то, чем ничего. Обувь, вроде бы, удалось подобрать. Сравнила с твоими туфлями, но все равно примерь…

— Аня, что все это значит?!!

— Это война, мама. И не мы ее начали. И если мы хотим победить в этой войне, то должны выполнять ее неписаные законы…

— Какие законы?! Сдирать одежду с трупов и резать им горло?! И ты хочешь, чтобы я это теперь надела?!

— Не волнуйся, я сначала сняла с них форму, а потом перерезала горло. Слава богу, давление в этом отсеке не упало до нуля, и тела не разорвало от резкого перепада. Нам не надо оставлять здесь "неправильные" трупы, вот я и пустила в ход свой вакидзаси. А то, что подобрала тебе комплект обмундирования… Мама, твои любимые юбки с разрезом почти до попы и прозрачные чулочки с кружевной резинкой, или тоненькие колготки для войны в джунглях не годятся. Так же, как не годятся твои туфельки и платья. Больше у тебя ничего подходящего нет. Даже тот твой брючный наряд, в котором ты пожаловала в гости к Доихаре, годится, в лучшем случае, для разборок на городской свалке, но не для войны в джунглях. А эта экипировка "волкодавов" — лучшее полевое обмундирование, которое я когда — либо встречала. Была бы постарше, себе бы тоже взяла комплект. А так пришлось помародерствовать в каютах. Я помню, где были дети моего возраста. Вот, кое-что удалось найти. Так что, мама, давай без ненужной брезгливости. Тебе просто нечего больше надеть. Если обувь не подойдет, поищем еще. Для войны на суше это очень важная деталь экипировки. И нам надо поторапливаться. Как закончится гроза, они скоро будут здесь. А мне, вместо того, чтобы заняться сбором нужных вещей, приходится тебя уговаривать и объяснять азбучные истины войны…

Ольга только вздохнула. Эх, Анютка… Вернее, Сабуро — сан… Опять ты кругом абсолютно прав… Но до чего же их вынудили дойти, что ее дочь решилась пойти на такое… Хотя… Аня права. Это война. И не они ее начали.

— Да, доча… Разумом соглашаюсь, но… Никогда не приходилось докатываться до такого.

Не могла раньше даже допустить мысли, что моя дочь будет раздевать убитых врагов, чтобы меня одеть. Так как воевать мне действительно не в чем… И тебе было не противно? В смысле — стаскивать одежду с убитых?

— Мама, еще раз повторяю тебе — это война. А война — это боль, грязь и кровь. И то, что я сделала, это обычное явление на войне. Мертвым уже все равно, а тебе их форма поможет.

Живые должны жить. И поверь мне, снять форму с убитого врага — это гораздо менее неприятное занятие, чем доставать из кабин разбившихся самолетов своих товарищей по частям. Когда они смогли дотянуть на сильно поврежденной машине до своего аэродрома, но не смогли совершить посадку потому, что были ранены. Впрочем, что я тебе рассказываю. Тебе и самой приходилось проделывать такое… Мы с тобой солдаты, мама.

Были ими, и остались. И перед нами снова жестокая правда войны, хотим мы этого, или нет…

— Понимаю… Хотела бы возразить, да не могу… Ладно. Но зачем надо было резать им всем горло? Ведь в коридоре полно оружия? Могла бы всадить в каждого по пуле. Да и грамотный человек поймет, что перед этим они уже были мертвы какое-то время.

— Поймет, но экспертизы здесь никто проводить не будет. Ну, а по части "всадить пулю"…

Их здесь сорок восемь, я всех посчитала. Это сорок восемь выстрелов впустую. Непозволительная роскошь в нашей ситуации. Патронов нам больше взять негде. Только вот эти, что лежат здесь, в этом коридоре. Заберем все магазины из их оружия.

Ольга поняла, что все ее аргументы разбиты полностью. Делать нечего, снова приходится признать, что Аня во всем права. Поэтому, хватит кочевряжиться. Сбросив платье и туфли, начала примерять "обнову". Размер был, конечно, великоват, но носить можно. Хорошо, хоть ботинки подошли. Неожиданно среди "волкодавов" оказался один с небольшим размером обуви. Вскоре в каюте стоял настоящий "волкодав". В полном обмундировании и в штурмовой броне. Аня восхищенно покачала головой.

— Мама, а тебе идет!

— Ладно, доча. Комплименты потом. Сейчас собираем все наши вещи и сносим в шлюпку.

— Я уже все собрала. У нас то вещей всего на один чемодан, все поместилось. Прихватим трофейное оружие, оно нам пригодится. Когда пойдем в джунгли, обязательно возьми с собой меч. В джунглях хороший клинок — необходимая вещь. Хотя, конечно, это святотатство — использовать катану в качестве мачете, но у нас нет выбора. Забираем штук шесть автоматов, несколько пистолетов и ножей и все боеприпасы, сколько есть.

— Аня, ты собралась вести полномасштабную войну? Нам оружие, вроде бы, и ни к чему.

— Против людей — да. Но вдруг тут есть какие-то опасные животные, против которых наши способности бессильны? В джунглях никогда нельзя сбрасывать это со счетов. Тем более, в т а к и х джунглях.

Ольга в который раз убедилась, что Аня снова права. Следующие полчаса были заняты перетаскиванием в рабочую шлюпку всего необходимого — своих вещей, оружия, боеприпасов, провизии, воды и прочего. Аня даже настояла, чтобы Ольга захватила пару матрацев с подушками и одеялами. Спать ведь тоже где-то придется, а шлюпка для этих целей никак не предусмотрена. Попутно прошерстили судовой госпиталь, изъяв кое-как ие медикаменты и камбуз, прихватив ложки — вилки и прочее. Было видно, что Аня имеет солидный опыт обустройства на новом месте в полевых уловиях. Это не авианосец, или обустроенная береговая авиабаза, где все эти бытовые мелочи — как бы само собой разумеющееся. Ольга вспоминала свой авианосец "Адмирал Ушаков" и военную базу на Амальтее, где прошло время ее службы. Да, они шли в бой, как в огненный ад, откуда возвращались не все. Но по возвращению из рейда ее ждала комфортабельная каюта на авианосце, или коттедж на базе, регулярное качественное питание, необходимая медицинская помощь и прочие блага, которые не замечаешь и не ценишь, так как считаешь это в порядке вещей. И начинаешь ценить только тогда, когда попадаешь на полевой аэродром, где с обеих сторон, с огромным трудом расчищенной взлетной полосы, расположены тропические джунгли с их обитателями. Зачастую, далеко не безобидными. Вокруг тебя полчища москитов. Жить приходится в палатках, питание зависит от подвоза снабжения, которое не отличается регулярностью, и иногда приходится заниматься этим самому, охотясь в джунглях на дичь. Рискуя при этом самому стать дичью для здешних хищников, или партизан. И что возможность помыться в душе теплой водой с мылом воспринимаешь, как райское блаженство. Все это Аня, между делом, рассказала Ольге, и та прикусила язык, безропотно стаскивая в шлюпку все, что говорила дочь. Она понимала, что теперь они, на какое-то время, будут оторваны от цивилизации. Если бы не было этой погони, то можно было бы спокойно дождаться помощи в очень комфортных условиях, даже не покидая борт "Кассиопеи". Воздух планеты пригоден для дыхания, так что разгермемети- зация не опасна. Местная живность сюда не заберется, так что можно спать спокойно. А провизией, водой и энергией они обеспечены на долгие годы, если бы вдруг пришлось прождать столько…

Но столько ждать не придется. Через сутки, или даже меньше, гроза пройдет, и лайнер будет обнаружен почти сразу же. Примерный район им известен, а с орбиты уточнить координаты не составит труда. Места на этом древнем летном поле достаточно, и "Памир" запросто совершит здесь посадку, чтобы не утруждать себя высадкой десанта из космоса на десантных ботах. Нет никаких сомнений, что он уже торчит на орбите и просто ждет улучшения погоды. Совершить взлет незамеченой "Кассиопея" не сможет, да и на "Памире" знают, что после такого обстрела выход в космос для нее проблематичен. Правда, не известно, в каком состоянии сам "Памир". Очень может быть, что его дела еще хуже и совершить посадку он не сможет. Но это все из области догадок. А реальность такова, что скоро эти четыре бота с десантом будут здесь, и помешать этому нет никакой возможно- сти. А это значит, что "Кассиопея" в качестве базы для них потеряна. Они не смогут оборонять ее в случае применения противником тяжелого вооружения, и их просто прих- лопнут, как в мышеловке. И единственным оплотом цивилизации для них станет теперь маленькая рабочая шлюпка, которую надо увести подальше от лайнера. В ней, по крайней мере, можно жить, спасаясь от непогоды и диких зверей. Но для этого надо укомплекто- вать ее как можно лучше запасами, так как изначально в ней ничего нет. У нее совсем другое назначение. А партизанские действия придется вести на своих двоих, укрыв шлюпку в надежном месте. Для боя она совершенно не годится… Все эти мысли роились в уме Ольги, когда она курсировала между шлюпкой и помещениями лайнера, перетаскивая все, что Аня сочла необходимым. Аня пыталась помочь в меру сил, но Ольга не позволяла ей таскать тяжести, разрешая только всякие мелочи. Наконец, изрядно нагруженная шлюпка была готова к полету. Ольга запустила реактор и стала ждать доклада компьютера о готовности всех систем. Пока шла подготовка к старту, загрузила в компьютер шлюпки из главного навигационного компьютера лайнера подробную карту Пандоры и все сведения, какие только были о ней, а также остальных планетах системы Денеба. Кто знает, сколько времени им здесь придется провести. Дала автоматический сигнал бедствия, и напоследок набрала подробнейшую радиограмму с описанием нападения на "Кассиопею", отправив ее сразу в несколько адресов на Швейцарию и на Землю. Указала только, что нападение осуществлено н е и з в е с т н ы м стелс-крейсером. Грамотные люди поймут. Никто не проводил подобные эксперименты, кроме Федерации. Но это хорошая зацепка, чтобы вмешался военный флот, посчитав это обычным пиратским нападением. А присутствие здесь военного флота, даже своего собственного, в планы конторы никак не входит. Тайное сразу станет явным, а вот этого рыцари плаща и кинжала боятся больше всего!

Приборная панель мигнула зелеными огоньками, и компьютер шлюпки доложил о готовности к старту. Стартовой катапульты рабочая шлюпка не имела и выходила из специальной ниши в верхней части корпуса просто за счет тяги своих двигателей. Подав команду на рассоединение крепежных замков, Ольга запустила двигатели и начала медленно поднимать шлюпку. Едва только маленькое суденышко вышло за габариты корпуса лайнера, как его покачнул сильный порыв ветра. Потоки воды низвергались с неба, сверкали молнии и полет в таких условиях был настоящим безумием. Но выбора не было.

Сейчас гроза надежно укрывает их от вражеских радаров и десантные боты, даже если и находятся в этом районе, патрулируя выше грозовых облаков, не смогут их обнаружить.

Автоматика парировала резкие порывы ветра, меняя тягу двигателей, и Ольга полностью сосредоточилась на управлении. Необходимо найти место, где можно надежно укрыть шлюпку, чтобы ее нельзя было обнаружить с воздуха. Ни визуально, ни с помощью радара. Визуально проблем нет — в этой тропической чаще даже их "Барс" легко прятался.

А вот по части радиолокации — тут придется искать место с большим количеством старого железного хлама, чтобы отраженный сигнал от корпуса шлюпки терялся на фоне сигнала от этого древнего металлолома. Вокруг города располагался когда-то ряд промыш- ленных объектов, в сторону одного из которых они сейчас и направлялись.

Ольга вела шлюпку очень медленно, скорость не превышала пятидесяти километров в час. При желании она может выжать в атмосфере и двести, но сейчас это не нужно. Надо внимательно вести наблюдение за окружающей обстановкой и не пропустить что-нибудь важное внизу. Полет проходил на пару десятков метров выше крон деревьев, видимость из-за сильного дождя была неважная, и Ольга больше полагалась на показания радара. Наконец, радар показал впереди скопление металла на поверхности. Приблизившись к этому району и сверив его с картой, Ольга поняла, что нашла то, что искала. Внизу был какой-то древний комбинат. То ли по переработке древесины, то ли по добыче полезных ископаемых, уже это нельзя было определить. Все постройки были наполовину разрушены, и их поглотили джунгли. Но здесь оставалось также большое количество металлического оборудования, создающего сплошной фон на экране радара. И именно здесь Ольга стала искать место для посадки. Вскоре одна лазейка была найдена, и она аккуратно загнала шлюпку между почти развалившимся корпусом какого-то здания и большой металлической цистерной, полностью опутанных лианами и еще какой то растительностью.

Кроны близлежащих деревьев смыкались над этой площадкой и без подробной карты местности найти ее было невозможно. Не очень быстроходная шлюпка обладала великолепной маневренностью, и сейчас Ольга воспользовалась этим в полной мере, аккуратно затолкав свое крохотное суденышко под зеленую крышу тропических деревьев. Еще несколько секунд, и шлюпка замерла, коснувшись посадочными опорами поверхности планеты. Ольга сразу остановила двигатели и перевела реактор на минимальную мощность.

Этого достаточно для работы системы вентиляции, освещения, приборов, бортового компьютера и аппаратуры связи. Но недостаточно для обнаружения шлюпки. Металический корпус надежно экранирует слабое электромагнитное излучение. А пробивающееся тепловое излучение, в условиях теплого тропического климата Пандоры, полностью забивается естественным фоном. Как и тогда, когда они прилетали с Настей сюда на "Барсе", обнаружить их можно, только свалившись прямо на голову. Кто же тогда знал, что история повторится с такой пугающей точностью в том же месте. С той лишь только разницей, что сейчас в ее руках не бронированный, вооруженный до зубов штурмовик, а маленькая рабочая шлюпка, ни на что не годная в боевом отношении. И противостоит им с Аней не банда вооруженных уголовников, а профессиональные бойцы элитного спецподразделения, не испытывающие недостатка в вооружении, и имеющие поддержку с воздуха в лице десантных ботов и стелс-крейсера. А возможно, и штурмовых роботов, которых они пустят впереди себя. Да только и Ольга теперь д р у г а я…

— Все, доча, мы на месте. До точки, где стоит "Кассиопея", по прямой километра три.

Но это по диким джунглям. Просто так они в них не сунутся. Через эту чащу штурмовые роботы не пройдут, и им придется рассчитывать только на себя. Сейчас ужинаем и ложимся спать. Если кто-то поблизости будет крутиться, детекторы движения это сразу обнару- жат. Ближайшие дни будут довольно жаркие.

— Как ты думаешь, что они предпримут?

— Это зависит от того, какие приоритетные задачи у них поставлены. Ясно, что мы нужны им живые, по крайней мере — я. Иначе бы они сразу уничтожили "Кассиопею", ничто этому не мешало. Вместо этого они предприняли попытку захвата. А из этого следует, что либо я им так нужна до зарезу, либо что-то, находящееся на "Кассиопее", о чем мы не знаем. Из этого возможны тоже два варианта. Либо они убедятся, что на "Кассиопее" нас нет, уведут ее подальше, где мы не сможем им помешать, и будут там обшаривать, либо сделают попытку нас отыскать, если сам лайнер их особо не интересует. Они понимают, что далеко уйти мы не могли. И будут обшаривать именно такие места — с большим скоплением металла, где можно спрятать шлюпку. Ведь когда они обследуют лайнер и поймут, что рабочей шлюпки нет на месте, то нетрудно сделать вывод, куда она подевалась. Рано, или поздно, они сюда доберутся. Обследуют все окрестные свалки металлолома и в конце концов найдут это место. Но сделать это можно только пешим десантом, доставленным с воздуха. Роботы через джунгли не пройдут, да и здесь рискуют застрять. Поэтому, наша задача — пакостить им регулярно и эффективно, чтобы у них побыстрее пропало желание вести свою "охоту на ведьм" и они убрались отсюда. Тогда они либо уничтожат "Кассиопею", чтобы лишить нас такой хорошей базы, либо просто бросят ее, выведя из строя, чтобы мы не могли взлететь. Минировать ее вряд ли будут, если мы нужны им живые. А сами уберутся на орбиту, и будут ждать там, не проявим ли мы какую — либо активность. Ведь они прекрасно понимают, что выбраться отсюда без помощи извне мы не можем. Но до этого будут проявлять неуемный охотничий азарт, пытаясь поймать нас. Все предыдущие события говорят в пользу такого сценария. Причем, мы не знаем, какими средствами они располагают и какова их численность. Поэтому, наша задача — делать им постоянную бяку, чтобы этот охотничий азарт сменился страстным желанием унести отсюда ноги, и поскорее. Как это лучше сделать, я хотела у тебя спросить. Ты у нас специалист по партизанской войне в джунглях.

— Завтра утром, если закончится гроза, проведем разведку местности. Да и шлюпку надо хорошенько замаскировать. Когда обшарим окрестности этого завода, прогуляемся по джунглям к "Кассиопее", наметим маршрут. Думаю, к тому времени они уже будут там.

Какое-то время у них уйдет на то, чтобы выяснить, что на борту нас нет. При наличии большой численности людей они смогут сразу начать прочесывать местность вокруг летного поля. Надо будет взять кого — нибудь за хобот и вытряхнуть из него информацию. Нам необходимо узнать, сколько их, в каком состоянии "Памир", каким снаряжением они обладают и какой приказ в отношении нас и "Кассиопеи" они получили. Десантных ботов у них, похоже, всего четыре. Иначе они бы вывели в космос и остальные при попытке абордажа. Правда, остаются еще спасательные шлюпки "Памира". Они хоть и не вооружены, но для высадки десанта и воздушной разведки их вполне можно использовать.

Иными словами, проведем разведку, добудем максимум информации, и в зависимости от этого разработаем дальнейшую тактику. Как знать, может, они побоятся лезть в джунгли, и уберутся сразу отсюда. Хотя, я в это не очень верю…

— Я тоже… Ладно, доча. Перекусим и спать. Утро вечера мудренее. Сейчас хоть отоспимся спокойно. Не надо ждать, что незваные гости среди ночи нагрянут. Тут хоть и не наша шикарная каюта, но все же гораздо лучше, чем в палатке на аэродроме в джунглях…

Глава 6

Ночь вступала в свои права. Их первая ночь на Пандоре. Небо, затянутое грозовыми тучами, быстро темнело, так как сумерки в тропиках очень короткие. Ливень не прекращался, и было хорошо слышно, как по корпусу шлюпки барабанили капли воды.

Помня из своего первого посещения планеты о необычайно активной ночной жизни местных обитателей, Ольга устроилась возле иллюминатора и наблюдала. Интересно, повлияет ли ненастье на привычный ритм жизни джунглей. Спать вроде, еще рановато. Аня устроилась рядом, ей тоже хотелось сравнить эти джунгли с т е м и. Задействовать аппаратуру ночного видения не стали, так как обе прекрасно видели в темноте, активировав зрение зверя…

— Мама, пока особой разницы не наблюдаю. Такие же джунгли, как на Земле. И такая же мерзкая погода, какая начинается в сезон дождей. А зверушки пока не появились.

— Подожди, дождь закончится — точно появятся. И такие "зверушки", что душа в пятки уходит. Удивляюсь, как тут Цезарь со своим дружком выжил…

— А насчет этих "зверушек", мама, у меня одна задумка есть… Попробовать только надо…

— Аня, ты что опять задумала?! Ничего не делай, не посоветовавшись со мной! Не забывай, что это Пандора!

— Мама, да не волнуйся ты так. Прекрасно помню, что это Пандора. И кроме, как на Пандоре, нигде и не получится… Мама, как думаешь, нам для ведения боевых действий танки пригодятся? У них подавляющий перевес в авиации, а у нас будет перевес в танках!

— Аня, ты что несешь?! Какие танки?! Даже если мы тут что-то и найдем из старого военного хлама, так он давно превратился в металлолом.

— Ничего искать не надо. Танки нас сами найдут. А мы просто применим их по прямому назначению!

— Доча, с тобой все в порядке? Какие танки?

— Живые. Те, которые вас с тетей Настей сильно напугали. Да, да! Я именно об этих местных тиранозаврах говорю, или как тут их биологи назвали. Давай уж по привычке называть тиранозаврами, чтоб не путаться. Если я взяла под контроль собак, то почему не смогу сделать это с тиранозавром? Только из-за того, что он намного больше собаки? Вот и попробую! И если получится, то у нас будет хоть взвод, хоть рота, хоть батальон танков! И тогда я "волкодавам" не завидую.

— Аня, не дури. Как ты это сделаешь?

— Очень просто. Думаю, они скоро появятся. Полюбопытствуют, что это за штуковина свалилась с неба. И я через стекло иллюминатора попытаюсь установить с ними контакт.

Если получилось с собаками, то должно получиться и с этими тиранозаврами. В самом худшем случае, если ничего не получится, просто их отпугнем. Это ты тоже умеешь. Но зато, если все получится, у нас будут свои танки!

— Хм-м… Доча, ты меня не перестаешь удивлять. И где ты этому научилась?

— А я очень интересно пообщалась с тетей Маргаритой — мамой твоего Мишутки. Она меня многому научила. Оказывается, мои возможности даже несколько превосходят ее.

Из-за того, что я стала Рожденной нарушившей Запрет на значительно более раннем сроке твоей беременности.

— Да уж… Есть что-то, что и я не знаю… Доча, ты в следующий раз хоть предупреждай, что делать собираешься. На помеле, случайно, тетя Маргарита тебя летать не научила?

— Нет, это уже из области народного фольклора… А вот и наши "зверушки" пожаловали!

Огромный зверь бесшумно выскользнул из-за цистерны и направился к шлюпке. Уже совсем стемнело, и только яркие всполохи молний раскалывали ночное небо Пандоры, освещая все на доли секунды ярким, неестественным светом, из-за чего последующая тьма казалась еще гуще. Но, что Ольга, что Аня, прекрасно видели своим нечеловеческим зрением осторожно приближающегося хищника. Похоже, тропический ливень и гроза были ему не помеха, и он, как ни в чем не бывало, совершал обход своих владений. Ольга узнала его сразу — то же мощное тело на задних конечностях, крупная голова с клыкастой пастью и довольно развитые передние конечности, в отличие от его земного собрата. Глаза настороженно следили за непонятным предметом, который неизвестно откуда появился и имеет странный, ни на что не похожий запах. Вот и надо провести инспекцию, проверить, кого это принесло, и что этому чужаку надо…

Ольга полностью активировала чувства зверя и сейчас ясно ощущала приближение сильной и опасной, но все равно — д о б ы ч и. Добыча пока не проявляет агрессии. Преобладает обычное любопытство, сдерживаемое осторожностью. Оно и понятно, любой неизвестный предмет может быть опасен. Зверь рычит и рвется в бой, но Ольга его успокаивала…

— Тихо, кися, тихо… Все нормально. Эта добыча для нас сейчас не опасна, и может быть очень полезна. Посмотрим, что получится…

Зверь подошел вплотную и обнюхал шлюпку. Агрессии по-прежнему нет, хотя чувст- вуется готовность к нападению, если что-то пойдет не так. Осторожно обошел вокруг и убедился, что чужак не съедобен, но и агрессивности не проявляет. Через иллюминаторы было хорошо видно мощное тело, бесшумно скользящее в ночи. Потоки воды низвергались сверху, стекая по чешуйчатой коже, но "тиранозавр" не обращал на это никакого внимания, сосредоточившись на исследовании чужака. Неожиданно он начал вести себя странно. Остановился, развернулся несколько раз, прошел сначала в одну, а потом в другую сторону. Потом резко развернулся и сделал прыжок в сторону шлюпки. Ольга даже испугалась. Хотя и знала, что корпус суденышка очень прочный и никакой зверь сломать его не сможет. Стекла иллюминаторов тоже рассчитаны на огромную ударную нагрузку и повредить их практически невозможно. Но когда прямо на тебя прыгает с грацией тигра громадная туша в несколько тонн весом с оскаленной пастью…

Но тиранозавр не нападал. Он остановился возле борта и глянул в иллюминатор, за которым стояла Аня. Девочка положила ладонь на стекло, и зверь… лизнул иллюминатор!

Какое-то время ничего не происходило. Громадный хищник и маленькая девочка смотрели друг на друга. Потом зверь развернулся и направился в сторону леса. Отойдя метров на пятьдесят, он остановился. Ольга внимательно наблюдала. Она уже поняла, что Ане у д а л о с ь! Неожиданно возглас дочери отвлек ее.

— Мама, больше я его не держу. Попробуй его прогнать.

Ольга глянула на хищника, который тут же развернулся в ее сторону, почувствовав чужой взгляд. Ее зверь рыкнул, и тиранозавр тут же прыгнул за ближайшее укрытие, скрывшись из вида. У нее тоже у д а л о с ь! Хоть и в значительно меньшей степени, чем у Ани, но она тоже, по крайней мере, может хотя бы отогнать этого страшного монстра! Довольный голос Ани оторвал Ольгу от размышлений.

— Поздравляю, мама! У нас все получилось! Теперь ты — самый сильный и опасный хищник на Пандоре… после меня! Уж не обессудь. И теперь у нас будут свои танковые войска, укомплектованные исключительно туземным населением. По типу подразделений сипаев в английской армии. Кстати, как показала история, самая боеспособная ее часть.

И теперь, сколько бы этих "волкодавов" не полезло в джунгли, все они станут "топливом" для наших "танков"!

Дальше ночь прошла без приключений. Ольга и Аня прекрасно выспались, оборудовав себе лежанку из ящиков с провизией под переборкой машинного отсека. Прихваченные из каюты матрацы, одеяла и подушки здорово пригодились. Вот только детекторы движения вскоре после того, как они улеглись спать, пришлось отключить. Ближе к полуночи дождь закончился, и вокруг шлюпки началась такая активная возня местных обитателей, что детекторы срабатывали постоянно. Как бы то ни было, главное они все же узнали.

Они м о г у т управлять животным миром Пандоры. А это гораздо важнее и надежнее в плане безопасности, чем все эти технические премудрости.

Когда Ольга проснулась, было уже светло, и в ясном небе ярко сиял диск Денеба. О вчерашней грозе, которая бушевала до полуночи, напоминали только мокрые кусты и трава в тени деревьев, а небо полностью очистилось от туч. Это значит, что на летном поле заброшенного космопорта уже должны появиться незваные гости. Какое-то время у них уйдет на обследование лайнера, а потом примутся за окрестности. Ольга встала, натянула трофейную форму и первым делом просмотрела запись событий, которые зафиксировали камеры визуального наблюдения вокруг шлюпки за весь период, пока они спали. Ничего примечательного. Обычная ночная жизнь тропических джунглей. Все стараются сожрать друг друга. У кого-то это получается, у кого-то нет. Теперь пора будить Аню. По утрам это довольно сложно, дочка тоже еще та любительница поспать. Но вставать надо. Решив больше не прибегать без крайней необходимости к запрещенным методам "побудки", Ольга все же растолкала дочь, напомнив, что они собирались на разведку. Волшебные слова мгновенно вырвали Аню из объятий Морфея, и в следующую секунду на нее снова смотрел Сабуро Токугава глазами Ани.

— Все, мама, подъем. Что же ты раньше не сказала?

— А как мне тебе еще говорить? Снова объявлять тревогу по — японски, что самолеты противника в воздухе?

— Нет, это в самом крайнем случае. Когда действительно будет что-то в воздухе. А оно скоро будет, не сомневайся. И есть у меня еще одна задумка. Ночью придумала…

— Доча, стратегия и тактика потом. А сейчас подъем, завтрак и выходим, пока не сильно поздно. Нам больше трех километров по джунглям топать, а потом столько же назад. И это — как минимум. А может, еще и попетлять придется. Радар я не включала, но уверена, что они уже там.

— А сканировать эфир не пробовала? Может, какие-то переговоры их между собой поймаем?

— Нет. Сейчас в военном флоте устанавливается аппаратура кодирования радиосигнала на передатчиках. И без специального декодера на приемнике наша гражданская радиоста- нция ничего вразумительного не примет. Один шум и треск. У военной аппаратуры это обычная мера против возможного перехвата сигнала. У нас же ничего такого нет. А пос- кольку "Памир" принадлежит не ВКФ, а к о н т о р е, то там могут стоять вообще неиз- вестные новинки, о которых даже в военном флоте не слыхивали.

— Жаль… Может, что интересное бы и узнали. А радиостанция в твоем шлеме? Что из экипировки "волкодавов"?

— Я ее внимательно рассмотрела и выяснила, что ее нельзя включать. Кроме обеспечения двусторонней радиосвязи, она является одновременно радиомаяком, чтобы своим можно было легко определить местоположение бойца. Я даже из нее энергоблок вынула, чтобы радиомаяк не мог работать автономно, когда станция выключена. Включим, если захотим поговорить с дорогим господином полковником. Но только подальше отсюда.

— Понятно. Тогда, остается надеяться только на свои глаза и уши. Ну, что, мама? Джунгли нас ждут!

Открыв входной люк, Ольга первая ступила на поверхность планеты. Сразу повеяло своеобразным, пряным запахом тропических джунглей, который ни с чем невозможно спутать. Влажный теплый воздух был наполнен гаммой самых разнообразных звуков.

Шлюпка примяла при посадке мелкий кустарник и траву, но стояла надежно под смыкающимися вверху кронами деревьев. Под ногами был ковер из густой сочной травы, и Ольга сразу активировала все чувства зверя, велев Ане сделать то же самое…

Сколько разных запахов и звуков… И вокруг несметное количество добычи, большой и маленькой, безопасной и не очень… И все они почувствовали мое появление. И знают, что с таким противником лучше не связываться. Но у нас пока мирные намерения. Нас интересует совсем другая добыча, которая очень скоро будет здесь. И которая пойдет вам на корм благодаря мне…

Зверь внимательно осмотрелся и принюхался. Ольга сейчас видела его зрением и воспринимала запахи его острейшим обонянием. Рядом еще один зверь — ее детеныш, маленький непоседа. Малыш так и рвется покуролесить, но сейчас не время, и твоя маленькая хозяйка, что тебя успокаивает, совершенно права. Не волнуйся, малыш! У нас будет славная охота, я тебе это обещаю…

Ольга и Аня обошли вокруг шлюпки, внимательно осмотрев окружающую местность.

Они находились на территории какого-то старого завода, который полностью поглотили джунгли. С последнего посещения этого места людьми прошло уже много лет, и буйная тропическая растительность скрыла полуразвалившиеся корпуса зданий, и какие-то машины, остовы которых ржавели среди листвы кустарника. Идеальное место для партизанской войны. Ох, и трудно вам, ребята, придется в вашей "охоте на ведьм"! Все окрестные обитатели спешно убирались с дороги таких странных и непонятных существ, которые, не смотря на свои сравнительно небольшие размеры, обладали какой-то непонятной силой. Аня старалась вовсю, разгоняя вокруг них всякую живность. А то еще не хватало на какую-нибудь змею в траве наступить! Нарезав веток, Ольга и Аня постарались замаскировать шлюпку, хотя полностью это сделать так и не получилось. Суденышко, по космическим меркам хоть и маленькое, но когда стоишь с ним рядом, это так не выглядит.

Ладно, с воздуха не видно, а если выйдут на эту площадку, то все равно обнаружат.

Закончив с маскировкой, Ольга еще раз осмотрела их экипировку. Сейчас предстоит длительная прогулка по джунглям, и что там встретится, не известно. Опасности, во всяком случае поблизости, пока нет. Забрало шлема открыто, радиостанция выключена, из оружия штурмовой автомат, два пистолета, десантный нож, и старая, проверенная в боях катана, заброшенная за спину. Аня подсказала такой способ ношения, который практиковали ниндзя. Руки свободны, клинок не мешает и его можно легко выхватить. Ну, а вер-нуть его в ножны можно, и не спеша. Аня же, кроме своего верного вакидзаси и трофей- ного десантного ножа ничего брать не стала, резонно возразив на предложение Ольги взять хотя бы пистолет. Автомат для семилетней девочки — это все же слишком.

— Мама, а какой смысл? С местной фауной, как мы выяснили, я справляюсь прекрасно.

С двуногой дичью, которая намного опаснее-тем более. А пистолет… Ведь рукоять оружия моделируется под кисть руки взрослого человека, а не ребенка, так что нормального хвата у меня все равно не получится. А без этого ни о какой прицельной стрельбе не может быть и речи. Так зачем зря патроны переводить?

Возразить против такой постановки вопроса было нечего, и Ольга с Аней углубились в джунгли. Хоть этот тропический лес и не был точной копией того, в котором когда-то пришлось повоевать Ане, но общие черты были, и она давала матери подробные пояснения, что можно здесь делать, а что категорически нельзя. Опасности поблизости не было, то зверье, которое встречалось, само заранее уходило с их пути, и пока никто не беспокоил. Вряд ли десант уже углубился в джунгли, да они и почувствуют этих "охотников" на огромном расстоянии, так что можно идти довольно быстро, и особо не прячась. Ольга уже не один раз мысленно благодарила дочь за то, что она убедила ее надеть эту трофейную форму. Лучшей экипировки для передвижения по джунглям трудно было придумать.

Местами можно было двигаться довольно свободно, просто раздвигая кусты между деревьев. А иногда приходилось пускать в ход катану, прорубаясь через сплетения лиан и кустов, так как обойти их было невозможно. Но древний клинок, когда-то легко прорубавший стальные доспехи в бою, с подобной преградой справлялся очень легко. Хотя, в голове Ольги крутились виноватые мысли.

— Видели бы меня сейчас коллекционеры древнего оружия и историки… Как я клинком великого мастера Масамунэ, которому под тысячу лет и стоимость которого составляет астрономическую сумму, прорубаю себе дорогу среди лиан… Точно бы меня на дуэль вызвали за подобное святотатство… Да я и сама того же мнения, просто деваться некуда… Ну, а клинку это ничем не повредит. Лианы, это все-таки, не стальная кираса и не меч врага, к чему он привык… Даст бог благополучно вернуться, и он займет почетное место в моем доме, как и подобает настоящему оружию воина. Но чувствую, до этого ему придется снести еще не одну голову…

Как оказалось, Аня думала о том же самом, когда Ольгины размышления были прерваны ехидной репликой.

— Ну, мама, ты даешь… У тебя в руках сейчас величайшая историческая ценность, стоящая целое состояние. А ты этой самой исторической ценностью, можно сказать, дрова рубишь… Это же форменное надругательство над творением великого мастера! Нет, чтобы еще кому-нибудь голову отрубить…

— А что, уже есть, кому? И что же ты мачете на "Кассиопее" не взяла, раз такая умная?

— Ладно, мама… Шуток не понимаешь. Мачете действительно не взяла потому, что его там не было. Уж очень специфический инструмент, позабытый в наши дни. А насчет голов я не шучу.

— В каком смысле?

— В прямом. Как нам попадутся "волкодавы" — оставь свою визитную карточку. Они знают, что ты прекрасно владеешь мечом. Огнестрельные раны на трупах не оказывают такого психологического давления на противника. Поверь, я знаю, что говорю. И когда они увидят работу меча, то сразу поймут, что это ты. И пусть десять раз подумают, прежде чем снова сунуть нос в джунгли…

Ольга согласилась, что резон в этом был. Если пошла война на истребление, которую им навязали, то в ней все средства хороши. Но пока на пути древней катаны вставал только тропический кустарник, да несколько змей, которые, на свою беду, не успели убраться в сторону. Спустя пару часов такой "прогулки на природе" они подошли на близкое расстояние к заброшенному космопорту. Ольга вывела на экран портативного компьютерного навигатора карту местности. Одна из последних разработок, очень облегчающая жизнь "путешественникам" вроде них. Когда надо сделать так, чтобы тебя не обнаружили. В отличие от предыдущих моделей, прибор имеет одну существенную дополнительную функцию, когда "путешественник" не желает, чтобы о его присутствии кто-то знал. Прибор может быть полностью автономным, не работать на излучение и не зависеть от внешних источников информации. А просто с высокой точностью суммировать все передвижения и выдавать текущие координаты, нанося их на карту местности. Погрешность, конечно, накапливается, но не превышает сотых долей процента от пройденного расстояния. И в любой момент можно вернуться к обычному режиму работы, чтобы эту погрешность убрать. Иными словами, вещь для партизана в джунглях незаменимая. И вот сейчас эта вещь показывала, что до старого летного поля осталось не более трехсот метров. Далее надо было продвигаться очень осторожно. Ольга переглянулась с дочерью, и та молча кивнула.

Зверь начал проявлять признаки беспокойства. Значит, впереди кто-то есть.

Ольга и Аня бесшумно продвигались вперед, отведя всем глаза. Лес стал уже не таким густым, и пространство впереди хорошо просматривалось. Вот впереди уже замаячил край летного поля старого космопорта, и сквозь деревья можно разглядеть огромный корпус "Кассиопеи". Ольга постаралась подобраться как можно ближе к кромке летного поля, выложенного бетонными плитами, стараясь не показываться из-за деревьев.

Так и есть. На летном поле, возле лайнера, стоят четыре десантных бота и вокруг них снует большое количество вооруженного люда. На первый взгляд — человек триста, не меньше. И это только те, что снаружи. А ведь есть еще кто-то и внутри лайнера. Подавляющее большинство в униформе "волкодавов". Но есть кое — кто в обычной повседневной форме, которую носит экипаж военного корабля при нахождении на борту, иногда мелькают "гебешные" мундиры, и даже штатские. Ольга удивленно покачала головой.

— А вот и начало второй части "марлезонского балета", Аня… Так сказать, увертюра… Ты посмотри, какой зоопарк. Каждой твари по паре… Но подавляющее большинство — "волкодавы". Те, которые во флотской форме, скорее всего, из экипажа "Памира". А остальные — одни "гебешники". Причем, некоторые даже в штатском. Какое же осиное гнездо мы потревожили?

— Мама, это не обычная попытка поймать нас, как было раньше. Что-то действительно произошло, и нас кто-то грамотно подставил. Они уверены, что это сделали мы. И им любой ценой надо получить от тебя информацию. На счет меня они почему-то считают, что я этого не знаю, вот и разрешили ликвидировать, если живьем взять не получится…

— Логично… Очень даже логично. И из этой логики следует, что сейчас они начнут прочесывать окрестности всеми доступными средствами, так как на борту "Кассиопеи" нас нет, и за пределы района, охваченного грозой, мы не выходили. Любое перемещение как лайнера, так и шлюпки было бы сразу замечено с большой высоты десантными ботами, если бы мы только высунулись из грозовых облаков. Но этого не случилось. Значит, мы находимся внутри границы какого-то района, размеры которого им известны. Пешком мы покидать этот район не будем, так как он огромен, и ни один нормальный человек на это не пойдет. Кроме этого, они не знают о том, что мы можем контролировать поведение местных животных. И сделают вывод, что мы не будем далеко удаляться от шлюпки — нашего единственного убежища в этих диких и опасных джунглях. И поэтому, единственная надежда нас обнаружить, это что?

— Найти шлюпку!

— Вот именно! А мы им в этом поможем. Дадим возможность нас обнаружить. Там и тогда, когда нам это будет надо. Здесь мы сейчас ничего сделать не можем. Они далеко от нас и в джунгли пока не суются. Если мы сейчас завалим десяток — другой "ударом молнии", то остальные попрячутся внутрь лайнера, или ботов, где мы их не достанем. И с перепугу могут начать поливать сверху джунгли огнем по всему периметру летного поля. Ведь они поймут, что мы рядом. Это полковнику Меркулову мы нужны живые, а рядовым "волкодавам" самим жить охота. И воевать против всякой "чертовщины" их не учили. А если начнется "чертовщина", то они могут открыть огонь и без приказа, а от шальных пуль и снарядов и наши возможности не спасут. Уйти то мы, конечно, уйдем, но никакой информации не получим, а вот свои возможности раскроем. А информация нам нужна позарез.

Тогда будет ясно, как далеко они могут зайти и как лучше с ними бороться.

— И что ты предлагаешь?

— Отойдем в сторону, подальше от шлюпки. Подготовь за это время наш "танковый" батальон из местных "сипаев", чтобы он находился в резерве. После этого включаем радиостанцию шлема и ждем. Они сразу запеленгуют радиомаяк. Возможно, поймут, что мы готовим им бяку. А возможно, подумают, что просто хотим прослушать их переговоры и о радиомаяке ничего не знаем. Но, в любом случае, Меркулов, или тот, кто находится над ним, пинками погонит "волкодавов" в джунгли, даже если они взъерепенятся.

Потому, что никакой другой зацепки у него не будет. А мы их встретим. Возьмем кого нибудь за хобот и потрясем. Справимся своими силами — хорошо. Станет жарковато бросим в бой "танки". После этого они в джунгли долго не сунутся.

— Мама… Ты сама, часом, нигде до этого не партизанила?

— Нет, доча. Я пилот — истребитель палубной авиации Военно — Космического Флота. А до этого была старшим офицером подводной лодки. А что?

— Да я хотела предложить то же самое. Но сделать при этом еще одну бяку. Ту, что придумала ночью.

— Какую?

— Лишить их господства в воздухе.

— Но каким образом?!

— Они смогут доставить десант к месту операции только на десантных ботах, так?

— Так.

— А для высадки десанта им надо будет совершить посадку, так?

— Так.

— А если боты совершат посадку в джунглях, то мы вполне сможем захватить один из них.

И после этого я уничтожу три остальных.

— Доча, ты в своем уме? Как ты их уничтожишь? Я уже молчу, что ты собралась умыкнуть один из них.

— Да очень просто, мама. Когда я вытаскивала информацию из этого подполковника Ордынцева, то узнала попутно и устройство этих ботов. По их правилам любой "волкодав" обязан уметь им управлять. Управление, кстати, довольно простое. Эти машины специально проектировались в расчете на то, что ими будут управлять непрофессиональные пилоты. Так что, с асами в небе Пандоры мы не встретимся. Далее. Эти машины созданы не для воздушного, или космического боя с себе подобными. Их задача — высадка десанта и ничего более. То вооружение, что на них установлено, имеет чисто оборонительный характер. Применять в наступательных целях его можно только либо против очень слабого, либо безоружного противника. Вроде "Кассиопеи", или нашей шлюпки. Далее.

Автоматика на этих машинах предотвращает возникновение опасных ситуаций при пилотировании, чтобы неопытный пилот не допустил аварии. В частности, есть ограничения по крену, тангажу, вертикальной скорости в атмосфере и минимальной высоты полета.

Даже при пилотировании в ручном режиме, при возникновении предельно допустимых параметров полета, автоматически включается автопилот и не дает развиться опасной ситуации, с которой пилот — дилетант может не справиться. Но автоматику можно отключить вообще, такая возможность предусмотрена.

— А что это нам дает?

— А дает то, что я отключу автоматику полностью, и втяну их в воздушный бой в условиях, к которым они не привыкли. На больших скоростях и сверхмалых высотах. Деваться им будет некуда. Им придется защищаться, если хотят жить.

— Доча, ты себя хорошо чувствуешь? Не бредишь ли часом? И ты думаешь, что я спокойно дам тебе вести бой на незнакомой машине с превосходящим по численности врагом?

Это, даже если допустить, что мы эту машину захватим. А я буду спокойно сидеть в кресле второго пилота и наблюдать? Ты свою мамочку вообще за дуру держишь? Если уж мы затеваем такую авантюру с непредсказуемым финалом, так тогда лучше мне вести этот бой, а тебе сидеть в кресле второго пилота. Я, все-таки, в современной войне в воздухе и в космосе несколько больший опыт, чем ты, имею.

— Мама, такого опыта у тебя нет. Ты никогда не вела воздушный бой на сверхмалых высотах. А я частенько стригла винтом своего "Рейзена" верхушки пальм. И это меня спасало, и давало возможность выходить победителем из боя с превосходящими по численности "Лайтингами" и "Хеллкэтами". Если у тебя, пилота — истребителя с огромным стажем нет такого опыта, то что же говорить о тех, кто поведет эти десантные машины. А для тебя, мама, будет другая работа. Сядешь в кресло второго пилота, и будешь выполнять обязанности хвостового стрелка. Любую турельную артустановку можно отключить от центрального управления и действовать ей автономно. Вот ты и будешь из верхней турельной установки прикрывать заднюю полусферу. Не старайся обязательно попасть. Твоя главная задача — не дать им возможности зайти сзади и занять выгодную позицию для стрельбы. Такая схема была успешно опробована во время той, моей войны. Многие штурмовики, бомбардировщики и торпедоносцы имели хвостового стрелка, который не давал истребителям противника безнаказанно проводить атаку сзади. Был даже двухместный истребитель с хвостовым стрелком — немецкий "Мессершмитт — 110".

— Да-а-а, доча… Ты, похоже, все распланировала… Честно скажу, аж самой интересно стало, что из этой затеи выйдет. Ненормальная у тебя мамочка… Ладно, господин капитан первого ранга, попробуем. Может, и получится…

Неожиданно зверь забеспокоился, и Ольга приложила палец к губам. Аня тоже почувствовала приближение опасности. Пригнувшись, они спрятались за кустами, внимательно осматриваясь. Визуально пока никакой опасности не было видно, а чуткое обоняние зверя посторонних запахов не улавливало. Но опасность может прийти и с подветренной стороны. Наконец, раздалось еле слышное гудение какого-то механизма, и вскоре в просвете между деревьев показался боевой робот. Он шел вдоль кромки летного поля, насколько позволяла его проходимость. Это, все-таки, не танк, способный крушить все на своем пути. Задачи у робота совсем другие — проникновение в помещения, занятые и обороняемые противником, действие на стесненной территории, куда нельзя послать настоящие танки и тому подобное. Хоть он и напоминает внешне танк, только очень маленький, но это, все же, не танк. В миниатюрные размеры нельзя втиснуть мощное вооружение и бронирование. Он действует там, где людям неминуемо грозит гибель при попытке штурма, но послать тяжелую бронетехнику, по ряду причин, нельзя. Такой своеобразный консервный нож, вспарывающий оборону противника изнутри. Очевидно, их сюда доставили для действий на борту "Кассиопеи". Место работы для них просто идеальное. Они свободно могли бы передвигаться по палубам лайнера, а неожиданные препятствия, вроде закрытых дверей, сносить из встроенного гранатомета. А скрытые внутри небольшой башни пулеметы и огнемет не оставили бы Ольге и Ане никаких шансов на спасение.

Сейчас, скорее всего, робот выполняет простое патрулирование периметра, не углубляясь в джунгли, так как там он быстро застрянет. А по бетонным плитам космопорта он может бегать довольно шустро. Робот прошел метрах в пятидесяти и поехал дальше, не обнаружив ничего подозрительного.

— Все, доча, хватит дразнить гусей. С таким часовым нам тут делать нечего. Этой железяке глаза не отведешь, и башню мечом не отрубишь. И автомат против него совершенно бесполезен. А гранатомета у нас нет. И мы не знаем, сколько их здесь. Одно хорошо, что в джунглях эти машины работать не могут, застрянут сразу.

— Но на более — менее чистой площадке вполне могут, если их доставить туда по воздуху.

— То-то и оно… Ладно, давай разворачиваться, и до дому, до хаты. Все, что можно, мы узнали. Теперь надо готовить встречу дорогим гостям…

Выждав еще немного, Ольга и Аня двинулись в обратный путь. Сейчас навигатором можно было и не пользоваться, так как зверь хорошо чувствовал свой собственный след.

— Вот так, кися, теперь мы с тобой действуем в диких условиях, к которым, в общем-то, непривычны. Раньше мы с тобой действовали только в каменных джунглях. И еще неизвестно, какие опаснее. Но ничего, разберемся и здесь…

Разговаривая про себя со своей второй сущностью, Ольга отвлеклась, как неожиданно зверь сам насторожился, и заставил ее обратить внимание на приближающийся гул сверху. Тут же схватив Аню и бросившись к стволу ближайшего дерева, Ольга замерла, сконцентрировав внимание на приближающемся шуме. Хоть прятаться было и не обязательно, кроны деревьев смыкались вверху, практически не оставляя просвета, но береженого бог бережет… Аня посмотрела на мать, и кивнула головой. Два пилота понимали друг друга без слов. Десантные боты в воздухе. Обнаружить их с помощью индикаторов движения и инфракрасного излучения они не смогут, так как в джунглях полно зверья, но шлюпку — смогут вполне. Как говорят — методом научного тыка. Будут тыкать в джунгли везде, где обнаружат металл, постепенно увеличивая радиус поиска, начиная от "Кассиопеи". Так что, надо поторапливаться.

Обратный путь занял несколько меньше времени, так как не надо было прорубать дорогу в труднопроходимых местах. Но еще пара дней, и там все зарастет опять. Джунгли живут по своим законам и быстро восстанавливают любое изменение, которое было принесено чужаками. Так здесь было тысячи лет. И неизвестно, сколько будет еще…

Когда до заброшенного завода оставалось уже немного, зверь опять начал проявлять беспокойство, и Ольгу это удивило. Местная живность была не причем. Аня ее надежно контролировала и разгоняла с их пути в сторону. Значит, остается одно. Пожаловали гости.

Как же быстро их нашли…

— Что, мама, меняем план? Похоже, нашу берлогу вычислили.

— Похоже. Ни ты, ни я проболтаться им не могли. И если это не простая случайность, то либо они успели установить на шлюпку радиомаяк, которого мы не заметили, либо обладают какой-то сверхчувствительной поисковой аппаратурой, с которой мы не знакомы.

Это уже неважно. Важно то, что они нас ждут. И нам остается только внезапно напасть.

Терять шлюпку ни в коем случае нельзя. Сколько "танков" сейчас находится поблизости?

— Четыре. Но можно собрать и больше, если подождать.

— Ждать нельзя. Сейчас, пока еще светло, они надеются на свое зрение. А когда стемнеет, им невольно придется усилить бдительность и задействовать аппаратуру ночного видения. И мы не знаем, насколько она позволит нас обнаружить. А вот сейчас, при естественном дневном свете, у нас шансов гораздо больше. Все, доча. С этого момента — отводим глаза и мы — два хищника, вышедшие на охоту. Мобилизуй своего зверя по максимуму.

Своих вокруг тут нет. Одна только д о б ы ч а…

Глава 7

Два самых опасных хищника, которых когда — либо создавала природа, бесшумно скользили сквозь притихшие джунгли. Местные обитатели чувствовали их, но они оставались невидимыми. И эти хищники сейчас никому не хотят причинять вреда.

У них впереди своя д о б ы ч а. Эта добыча наивна. Она сама считает себя охотником.

И в этом ее самая большая ошибка…

Ольга осторожно продвигалась вперед, держа Аню за собой. У девочки своя задача разгонять впереди всякую живность из — под ног, и держать связь с "танками". В случае возникновения опасности, "танки" будут здесь через несколько минут. И тогда противнику придется совсем тоскливо. Вот и территория бывшего завода. Здесь деревья растут не так густо из-за оставшихся развалин древних зданий. Добыча определяется сразу же.

Они считают, что хорошо замаскировались и их невозможно обнаружить. Наивные глупцы… Их запах разносится очень далеко и дыхание слышно на огромном расстоянии.

Но их много… Очень много… Они засели в кустах и на вершинах полуразрушенных зданий. Они просматривают всю территорию, и никто не может проскользнуть мимо них незамеченным. Но это они так считают. Ну, что же… Никто вас сюда не звал…

Ольга забросила автомат за спину, чтобы не мешал. Все равно стрелять пока она не собирается. Шуметь никчему, когда есть совершенно бесшумное и безотказное оружие. Сверкающий клинок катаны выходит из ножен, и древний булат, как и многие века назад, готов к бою. Сегодня ему предстоит большая работа. Оружие воина должно заниматься своим делом, а не рубить лианы в тропическом лесу…

Вот и первая четверка. Засели в кустах и считают, что контролируют все подходы с этой стороны. Подойти вплотную, прямо по открытой местности, так как они все равно ничего не увидят. Зрение д о б ы ч и не способно увидеть крадущегося зверя. Зато он видит всех.

И видит, и слышит… А вот они не слышат абсолютно ничего. Вот они рядом, и можно спокойно рассмотреть их напряженные лица. Они готовы к нападению, но не знают, что нападать им уже никогда не придется. Потому, что они — д о б ы ч а…

Лязг клыков, и все четверо падают лицом в траву. Они уже не опасны. Но надо показать остальным, тем, кто позже придет сюда, к т о именно это сделал. Тонкий свист лезвия клинка, и древний узорчатый булат, в который раз, снова обагряется горячей кровью. Вот это и есть его работа, для которой он был создан. Создан руками великого Мастера. Создан для того, чтобы быть грозным оружием в руках настоящего Воина. После долгих лет забвения он снова призван творить то, что было ему предначертано. И ему очень повезло.

Он снова находится в руках настоящего Воина…

Ольга неслышным и невидимым призраком скользила между деревьев. Аня шла рядом, подстраховывая мать и контролируя близлежащую живность. Уже шесть "танков" были в резерве, и были готовы по первому сигналу броситься в бой, но пока есть возможность делать все тихо, надо делать тихо. Ольга хотела сначала уничтожить как можно больше бойцов противника, а потом взять кого — нибудь и "разговорить". Еще несколько постов засады оказались на пути. Остальное не отличалось разнообразием. Лязг клыков зверя, "удар молнии" и следом — удар клинка между воротом бронежилета и шлемом. Визитная карточка Хризантемы…

Ольга поняла, что "волкодавы" окружили всю местность по периметру завода. Очевидно, они обнаружили шлюпку с воздуха и высадили десант где-то в стороне, чтобы не спугнуть их. Те, которые им до сих пор попадались, это просто оцепление, а на самом заводе, скорее всего, действует еще одна группа. Плохо, если они уже добрались до шлюпки.

Могут запросто вывести ее из строя, такому суденышку много не надо. Поэтому, надо поторапливаться. Попалось еще несколько постов. Теми, которые сидели наверху, занималась Аня. Ее "удар молнии" работал безукоризненно. Ольга работала с теми, кто находился внизу, добавляя к "удару молнии" удар катаны. Вот уже и шлюпка близко. Видно, что к входному люку не подходили. Очевидно, побоялись спугнуть их, так как не уверены, находятся они внутри, или нет. Несколько постов расположились полукругом, и держат вход в шлюпку под прицелом оружия. И похоже, они здесь недавно. С другой стороны завода тоже должно быть полно "волкодавов", но они пока не мешают. Пусть сидят в засаде и ждут. А мы пока с кем нибудь побеседуем… Вот и очередная сладкая четверочка рядом. Катану в ход пока пускать не будем, а то другой пост очень близко. Ольга выделила из четверых, как ей показалось, старшего группы, и указала Ане. Девочка поняла и молча кивнула.

Три "удара молнии" настигают трех противников, а один парализован "взглядом змеи".

Ольга и Аня мгновенно оказываются рядом, как два бесшумных и невидимых ангела смерти. Ольга контролирует ситуацию, а Аня кладет руки на шлем четвертого. Несколько минут ничего не происходит. Наконец, Аня убирает руки, и удовлетворенно кивает, тихо шепча.

— Все, мама. Он тебе еще нужен?

— Нет.

— Тогда, я отпускаю ему грехи…

Закончив, Аня поманила мать в сторону, чтобы удалиться от соседнего поста и спокойно поговорить.

— Мама, это сержант из "волкодавов" и он знает немного. Но кое-что интересное есть.

Они появились буквально перед нами. Обнаружили шлюпку с воздуха и высадили десант в стороне от этого места, чтобы не спугнуть нас, как мы и думали. Они не знают, находимся ли мы внутри шлюпки, или нет, вот и держат ее под прицелом. На всякий случай, оцепление выставлено по всему периметру завода, на них мы и натолкнулись. Их здесь, вокруг завода, больше двух сотен. Шесть групп по четыре человека сторожат саму шлюпку. У них приказ — сразу стрелять на поражение. Тебе — по ногам и рукам, а со мной опять можно "не церемониться" и не пытаться взять живой. Боты высадили десант и улетели обратно. Но они в постоянной готовности оказать поддержку с воздуха. А теперь хорошие новости. Роботов у них здесь нет, они бы застряли в лесу, а на руках их не потянешь. Хотя, возле "Кассиопеи" их восемь штук. Прибыли механики с "Памира", осмотрели реакторы лайнера и вынесли вердикт — сделать на месте ничего нельзя. То есть, "Кассиопея" навечно заперта здесь. Гипердвигатели не могут быть запущены из-за нехватки энергии, а старт в космос на маршевых невозможен из-за полной разгерметизации корпуса, вызванной многочисленными пробоинами. Хотя, общая прочность корпуса не нарушена, и в атмосфере Пандоры "Кассиопея" летать вполне может. Сам же "Памир" очень сильно поврежден в результате столкновения. Технических подробностей он не знает, но знает, что механики прилетели вместе с ними на планету, чтобы выяснить, можно ли использовать "Кассиопею" в своих целях. Последствия столкновения для "Памира" таковы, что совершить посадку на Пандору он не может. Уйти назад, в Солнечную систему через гиперпространство, тоже не может. В настоящий момент это кусок металлолома, который кое как может передвигаться в обычном космосе. Но только на небольшой тяге вдали от планет, или сохранять свое положение на орбите. А при попытке совершить посадку на Пандору он просто грохнется с большой высоты, так как тяги уцелевших двигателей недостаточно для полета в атмосфере на малых скоростях и при воздействии гравитации планеты.

— То есть, ребята сами себе сделали подлянку, открыв по нам огонь?

— Вот именно. Их начальство в ярости. Никто не ожидал такого провала. Сержант точно не знал, но у всех "волкодавов" подозрение, что начальство до сих пор не сообщило на Землю о бедственном состоянии "Памира". Это будет для них полный крах, если скажут, что не могут справиться с нами своими силами. И сейчас они пойдут на все, только бы достать нас. Тогда им простят все. И они очень рассчитывали на "Кассиопею". Шлюпки с лайнера они так до сих пор и не подобрали потому, что состояние крейсера плачевное.

Система регенерации воздуха из-за полученных повреждений работает на пределе, и не справится, если на борт "Памира" прибудет еще почти три тысячи человек. Сейчас все шлюпки подошли к орбите Пандоры, и экипаж лайнера требует объяснений такого противоестественного поведения военного корабля своего государства. Мне кажется, что если бы не наши радиограммы о нападении, то они бы уже уничтожили шлюпки.

— Очень даже может быть. А сколько их всего, и каким оружием они располагают?

— Экипаж "Памира" около трехсот человек. И батальон "волкодавов" в пять сотен. "Памир" висит на орбите и своим вооружением помочь им не может. Из мобильных средств четыре новейших десантных бронированных бота типа "Линкс" с турельными артустановками калибра двадцать три миллиметра. Одна спаренная установка сверху, одна снизу, и четыре таких же пушки в носовой части корпуса, установленных стационарно для стрельбы прямо по курсу. Может брать на внешнюю подвеску ракеты и бомбы небольшого калибра. Экипаж три человека. Может нести до ста человек десанта в штурмовых бронескафандрах и два робота. Броня корпуса легко выдерживает огонь тяжелых турельных пулеметов калибром до пятнадцати миллиметров почти в упор. Защита от более мощного оружия не гарантирована. Из оружия личного состава — легкие пулеметы, штурмовые автоматы, снайперские винтовки, гранатометы и разная мелочь. Восемь штурмовых роботов. Танков нет. Есть еще четыре спасательные шлюпки самого "Памира" и неболь- шой десантный катер. Но они не имеют вооружения и брони. И без крайней нужды командир "Памира" их не даст. Командование крейсера уже в пух и прах переругалось с начальством "волкодавов". Кроме известного нам полковника Меркулова, на крейсере еще ряд каких-то высокопоставленных "гебешников", есть даже один генерал, и несколько темных лошадок в штатском, о которых никто ничего не знает. И среди них царит тихая паника. Поговаривают, что после нашего тарана командир крейсера хотел вызвать помощь, но "гебешный" генерал ему категорически запретил. И командир пошел на уступки только потому, что непосредственной угрозы "Памиру" пока нет. В общем, у них сейчас бытует мнение, что они в полном дерьме, куда собственными стараниями и залезли.

— Очень хорошо! А мы их туда еще глубже запихаем. Доча, как там наши "сипаи" поживают? Никто больше не подошел?

— Под моим контролем сейчас полная танковая рота — десять "танков".

— Отлично. Снимаем остальные посты вокруг шлюпки, а потом будет продолжение второй части "марлезонского балета"…

Когда с последней четверкой было покончено, Ольга поняла, что засада почуяла неладное.

Пока Аня, на всякий случай, вытягивала информацию из последнего оставшегося в живых "волкодава", Ольга надела его шлем и сразу же услышала тревожные переговоры. Было понятно, что командир подразделения вызывал своих бойцов, но отвечали далеко не все.

Наконец, командир дал приказ проверить, в чем дело. И почти сразу посыпались удивленные доклады.

— Восьмая группа уничтожена!!! У всех отрублены головы!!! Оружие на месте.

— Десятая группа убита!!! Тоже отрублены головы. Оружие не тронуто.

— Что вы там несете?! Как это понять — отрублены головы?!

— Так и есть. Нас предупреждали, что эта баба — мастер кэн-до и умеет обращаться с самурайским мечом…

— И никто даже не пытался оказать сопротивления?!

— Похоже, нет. Она зарубила всех и ушла незамеченной.

— Пятнадцатая группа тоже уничтожена!!! Тоже у всех отрублены головы!!!

— Ясно. Все назад, на позиции. Вторая группа, что у вас? Они не появлялись возле шлюпки?… Вторая группа?!… Всем усилить наблюдение. Стрелять сразу на поражение.

Бабу любой ценой взять хотя бы полудохлой, лишь бы дышала, девчонку не обязательно. Они где-то рядом…

Ольга ухмыльнулась. Ишь, как вы, голубчики, забегали. А то ли еще будет… Командир, между тем, связался со своим начальством, сообщил, что "эта сука" безнаказанно рубит головы его людям, оставаясь невидимой и неслышимой, и затребовал подкрепление в виде роботов и поддержки с воздуха, так как рассчитывать на внезапность уже не приходится. Они раскрыты и, если так пойдет и дальше, то скоро без голов останется весь его отряд. Командиру велели не паниковать и усилить наблюдение. Помощь скоро будет.

Но роботов дать не могут, так как они все равно сразу же застрянут в джунглях. На эту реплику Ольга опять усмехнулась. Она была уверена, что истинная причина — начальство до смерти напугано и хочет держать роботов поближе к себе, охраняя космопорт. Проклятая Ведьма — Хризантема опять разгадала их планы и какой пакости теперь ждать от нее, не известно. Но то, что пакости последуют незамедлительно, в этом можно не сомневаться. Аня, тем временем, закончила и "отпустила грехи" последнему "волкодаву".

— Все, мама. Больше поблизости постов нет, все остальные чуть дальше. Этот знал не намного больше. Крупная рыба нам так до сих пор и не попалась. Ну, и что там творится у наших дорогих гостей?

— Они здорово струхнули. Затребовали подкрепление из роботов, но их послали. Боты могут скоро появиться. Могу тебя поздравить, наши ставки растут. Меня уже можно взять не живой, а полудохлой, лишь бы дышала. А с тобой по-прежнему можно "не церемониться".

— Что дальше? По-прежнему действуем в составе пехотного подразделения, или бросаем в бой "танки"?

— Пора вызывать "танки". Хорошо, что они не в бронескафандрах, а просто в штурмовых доспехах. От пули спасут, а вот от наших "танков" — нет. Перекусят пополам вместе с броней. Ты сможешь сделать так, чтобы сразу отсечь их от шлюпки? А то, если они туда залезут, то запросто могут ее угнать. После этого сгони их к площадке, что в центре завода.

Там удобно совершить посадку, и мы подберемся поближе.

— Смогу. Начинаем.

Аня замолчала и сосредоточилась. Ольга не мешала ей, и отслеживала окружающую обстановку, одновременно прослушивая эфир. Ничего нового слышно не было, но по тону переговоров было понятно, что "волкодавы" обескуражены и не ожидали ничего подобного. На что же они рассчитывают? Ну, подвезут сюда еще пару сотен человек, а дальше что? Будут тупо прочесывать лес? Командир этой группы уже понимает, что это только приведет к бессмысленным потерям. Хризантема уничтожает их тихо, эффективно и совершенно безнаказанно. Роботы по джунглям не пройдут, хоть сотню их сюда забрось.

Тут уже впору применять что-нибудь вроде ковровой бомбардировки, или аннигиляционной бомбы. Но это противоречит категорическому требованию "взять хотя бы полудохлой". Значит, она нужна им только для допроса. Они считают, что Ольга знает что-то очень важное. Но такое, что не знает Аня, поскольку с ней можно "не церемониться".

Но что это может быть? Ладно. Опять будем решать проблемы по мере их возникновения.

Неожиданно вдали раздались выстрелы, крики и какой-то рев. Грохнул взрыв гранаты.

Командир сразу поинтересовался, что такого стряслось. В ответ неслись только вопли и отборный мат. Наконец, кто-то все же доложил, что их атакуют огромные хищники, похожие на земных динозавров. Выстрелы и крики донеслись теперь с противоположной стороны. Громыхнула еще одна граната. В эфире творился хаос, и Ольга поняла, что управление отрядом у командира потеряно. Это уже был не бой, а избиение группы захвата, когда каждый за себя.

Выстрелы приближались, громыхнуло еще два взрыва, и из-за полуразрушенного здания выскочили три человека в штурмовой броне. Увидев шлюпку, они тут же бросились к ней. В планы Ольги это никак не входило, и она уже собралась вмешаться, уложив всех троих "ударом молнии", но это не потребовалось. Из чащи, буквально в десятке метров от Ольги, вырвался громадный зверь с оскаленной пастью. Совершив огромный прыжок, он оказался как раз между тремя "волкодавами" и шлюпкой. Ольга даже не успела испугаться, настолько быстро все произошло. "Танк" совершенно проигнорировал Ольгу и Аню, и бросился на "волкодавов". Три автомата ударили по нему с нескольких метров, но очевидно, автоматные пули были для этой страшной живой машины уничтожения, что слону дробина. Один "волкодав" был тут же перекушен пополам, а второй придавлен громадной когтистой лапой. Третий попытался бежать, но последовал новый прыжок, и последний "волкодав" оказался в пасти чудовища, когда его лапы еще даже не коснулись грунта. Закончив свою работу, "танк" осмотрелся, и пошел дальше в поисках добычи. Есть он не стал. Ольга только сейчас перевела дух. Она была поражена той легкостью и скоростью, с какой многотонная махина буквально порхала над землей. Это какой же силой должен обладать этот страшный хищник?! Между тем, побоище продолжалось.

Выстрелы и крики были все реже и все ближе. В эфире по-прежнему творилось черт знает что, но командиру отряда, наконец-то, удалось докричаться и мешая мат с докладом спросить, где же обещанная поддержка с воздуха? Штаб на "Кассиопее" пытался выяснить, в чем дело. Очевидно, командир и штаб ушли на резервную частоту, так как на этой говорить было невозможно. Мат мешался с криками о помощи, кто-то пытался связаться с командиром. Из того, что Ольге удалось понять в этой мешанине звуков, стало ясно, что автомат против этих чудовищ совершенно неэффективен. Пулемет еще может задержать его, но не надолго, так как шкуру этой зверюги почти не пробивает, и она после этого вообще сатанеет, и только кумулятивная противотанковая граната, выпущенная из гранатомета, еще может нанести ему серьезные раны. Да, это были настоящие живые танки. Аня не ошиблась в названии. Наконец, Аня подала голос.

— Готово, мама. Они все согнаны на площадку в центре завода и держат круговую оборону в заброшенном здании. "Танки" их туда загнали и близко не подходят, оставаясь среди леса. И оттуда уже не выпустят.

— Какие у нас потери?

— Уничтожены два "танка". Оба — противотанковой реактивной гранатой. Остальные повреждений не получили. Стрелковое оружие против них совершенно неэффективно. За время боя подошли еще четыре "танка". И сейчас они сохраняют дистанцию, не приближаясь близко к зданию, где засели "волкодавы". Но постоянно обозначают свое присутствие и повышенное внимание, чтобы ребятки не расслаблялись и вопили о помощи.

А скоро стемнеет, вообще будет весело. Пожалуй, себе тоже шлем возьму, послушаю…

— Как долго ты сможешь удерживать их?

— Да сколько угодно. Но нам надо выдвигаться в сторону посадочной площадки. Боты скоро должны быть здесь, если они только не решили скормить всю группу захвата нашим "танкам".

— Думаю, прилетят. Иначе, тогда-точно никого в джунгли и пинками не загонишь…

Ольга оставила занимаемую позицию, и вместе с Аней стала осторожно пробираться вперед. Кто их знает, этих зверюг. Хоть Аня и утверждает, что надежно их контролирует, а все равно страшновато… Идти недалеко, около пятисот метров. То тут, то там лежат результаты "танковой" атаки. Зрелище, конечно, не для слабонервных. Но тут, на войне — как на войне. Мы вас сюда не звали… Вот и площадка, более — менее чистая от растительности, где можно совершить посадку. На краю площадки почти разрушенное здание, от которого осталось полтора этажа и в котором засели "волкодавы". Пристально вглядываются в джунгли, но не стреляют. То ли берегут боеприпасы, так как звери неожиданно прекратили атаку, то ли понимают полную неэффективность своего оружия. Ольга остановилась среди деревьев, не выходя на открытое пространство. Аня внимательно прислушивалась. Рядом, справа и слева от них, буквально в десятке метров стояли два "танка". Мощные тела совершенно неподвижны, пасти закрыты, а глаза внимательно смотрят на притаившуюся в развалинах добычу, оказавшуюся способной оказать хоть какое-то сопротивление. Но, тем не менее, добыча все равно никуда не денется.

В эфире установилась тишина. Очевидно, все, кто уцелел, собрались в одном месте и ждут подмогу. Неожиданно ожило радио. Звучал голос, явно привыкший отдавать приказы.

— Вепрь, ответьте Лебедю.

— Вепрь на связи.

— Вепрь, сейчас к вам вылетает подкрепление, еще одна рота. Вы должны прочесать местность и любой ценой выполнить задание. Не буду напоминать, что это крайне важно.

— Лебедь, а не подскажете, как это сделать?! Мы тут сидим, как крысы, и нос высунуть не можем! Откусят сразу!

— Вепрь, не понимаю, что за тон?! С кем я разговариваю?

— Сержант Ульчинас.

— Где командир — майор Вилкс?

— Съеден.

— Что за глупые шутки, сержант?!

— А это не шутки. Я же говорю, на нас напали здоровенные хищники. Какие-то крупные ящеры, похожие на динозавров. Командир погиб.

— Хорошо, дайте старшего из офицеров.

— Нет офицеров, всех тоже съели. Я тут сейчас самый старший.

— Хорошо, доложите обстановку.

— Обе роты почти полностью уничтожены нападением крупных хищников. До этого было совершено нападение на посты оцепления неизвестными. Предположительно — бабой, которую мы ищем. У всех убитых отрублена голова и видно, что делал это человек, умеющий обращаться с холодным оружием. Никаких докладов о ее обнаружении не поступало, ее никто не видел. Потом напали эти зверюги, и загнали нас в старые развалины. Сюда почему-то не суются, хотя никаких препятствий для них нет. От двух рот нас осталось восемнадцать человек. Больше никто не отзывается. Наше оружие против этих монстров совершенно неэффективно.

— Как считаете, ваша цель могла уцелеть? Или она тоже погибла при нападении хищников?

— Сомневаюсь, что там вообще кто-либо мог уцелеть. Это была настоящая мясорубка.

Но повторяю, ее никто не видел. Ни ее саму, ни ее девчонку.

— Понятно… Оставайтесь на месте, на открытое пространство не выходите. Сейчас продедем эвакуацию. Конец связи.

В эфире снова наступила тишина. Оба "танка" стояли рядом, сохраняя полную неподвижность, и не спуская глаз с развалин. Там тоже было тихо, "волкодавы" не хотели без нужды привлекать внимание. Теперь оставалось только ждать. Аня вопросительно глянула на мать.

— Мама, может, пока время есть, проведем зачистку местности? "Танки" пусть остаются в резерве, а мы этих восемнадцать "подчистим"?

— Нет, доча, пока не надо. Они нам нужны в качестве наживки. Вдруг этот "лебедь" опять их вызовет, а мы за них ответить не сможем, тембр голоса не тот. И тогда боты точно не прилетят. А если и прилетят, то только для того, чтобы проутюжить здесь все бомбами и пушками. И в первую очередь — нашу шлюпку. Они облажались полностью. Почти половина их личного состава уничтожена без достижения заметных результатов. При продолжении операции можно потерять всех, так как им нужна я, "хотя бы полудохлая". И теперь они вплотную подошли к той черте, когда надо принимать решение — либо попытаться нас уничтожить, так как взять не получается, либо снова упустить. Думаю, они решат не рисковать. Наше уничтожение — для них это все-таки меньшее из зол. Могут всегда сослаться на шальную пулю. Получат головомойку от начальства, но на том дело и кончится. А вот если нас опять упустят, то с них погоны поснимают. Если не хуже.

— Пожалуй… Тогда, что дальше?

— Пока держи "танки". Когда появятся боты, думаю, один пойдет на посадку, а остальные рассредоточатся по периметру площадки на небольшой высоте, и будут прикрывать эвакуацию с воздуха. Перед самой посадкой выдвигаемся под деревьями вплотную к зданию, насколько можно. Как только эти гоблины вылезут из укрытия и побегут к машине, выходим из джунглей и бежим к ним, оставаясь невидимыми. На случай, если кто-то сверху будет смотреть вниз не через оптику, а через электронные системы видеонаблюдения, от которых нам не скрыться, я возьму тебя на руки. Сверху ничего не поймут, а меня примут за своего, так как я в экипировке "волкодава". Да и радиомаяк мой тоже работает.

Когда подойдем к ним поближе, свалим двоих — троих. Это уменьшит им прыти. При посадке даем забраться им на борт, пока не останется два — три человека. Валим одного. Пока двое с ним будут возиться, забираемся на борт и на войне — как на войне. Своих там не будет. Не трогай только экипаж бота. Думаю, они не из "волкодавов", и ты их сразу определишь по форме. Есть у меня одна задумка…

Вдали послышался приближающийся гул. Вскоре в небе появились четыре машины, идущие строем фронта, и просматривающие широкую полосу джунглей. Ольга и Аня выдвинулись как можно ближе к зданию, где засел противник. Гул стал совсем близко. Ольга подняла голову и увидела в ясном голубом небе довольно крупные машины угловатой формы в окраске защитного цвета, недвусмысленно говорящей об их военном назначении.

Машины рассредоточились над площадкой на высоте порядка сотни метров и зависли в воздухе, после чего одна стала снижаться. Не дойдя метров двадцати до поверхности, бот остановился и завис на одном месте. Неожиданно снова ожило радио.

— Вепрь, я Орлан — три, ответьте.

— Здесь Вепрь, слышу вас хорошо.

— Вепрь, вижу ваш радиосигнал на радаре, но посадку совершить не могу. Места недостаточно, можно зацепиться за деревья. Вы можете пройти на площадку большего размера, километрах в двух отсюда?

— Ты что, сарай летающий, вообще сбрендил?! Какие два километра?! Тут уже через два метра сожрать могут!!! Давай, спускайся! Знаем, что тренируетесь в худших условиях, а сейчас перестраховываетесь!

— Ладно, не психуй! Спускаюсь, но смотри! Если за какую корягу зацепимся, сам полезешь отцеплять!

— Не волнуйся, отцепим!

Перепалка в эфире прекратилась, и бот очень медленно начал снижаться. Площадка была действительно маловата для машины таких габаритов. Раньше Ольга с ними не встречалась, а с большой дистанции размеры трудно оценить. Шасси бот выпускать не стал, чтобы ни за что не зацепиться, и очень плавно совершил посадку на бронированное брюхо, примяв траву и кустарник. В борту открылся люк и высунулась чья-то физиономия в летном шлеме.

— Эй, охотнички хреновы, где вы там? Быстро ноги в руки и сюда! Стоянка экспресса одна минута!

Из развалин начали выбираться "волкодавы" и, держа наготове оружие, устремились к боту. Ольга поняла, что пора. Катана уже была убрана в ножны за спину, Аня продолжала держать под контролем "танки", а она подхватила дочь на руки и побежала к боту.

Никаких удивленных реплик в эфире не последовало. Значит, противник рассматривает все только визуально. Вот плотная кучка "волкодавов", ощетинившаяся оружием во все стороны, находится уже метрах в двадцати от люка. Зверь лязгает клыками, и трое падают в траву. Остальные ничего не понимают и падают тоже, выискивая противника, но противника нет! Тот, который высунулся из люка, теряет терпение.

— Вы что там, позагорать решили?! Так топайте тогда сами три километра по лесу, а нам некогда!

Видя, что противника нет, и никаких ран тела упавших товарищей не получили, остальные стали удивленно подниматься и, высказывая все, что они думают об экипаже бота, своем начальстве и местной живности, снова устремились к люку, подхватив троих пострадавших. Ольга была уже рядом со всей группой, прижимая к себе дочь.

— Аня, как окажемся внутри, сразу уйди в сторону, чтобы тебя эти слонопотамы не затоптали. Парализуй сразу экипаж, кого увидишь. А я займусь зачисткой. Толкучка там будет очень сильная.

Вот первые десантники уже залезли на борт и помогают принимать троих пострадавших.

Быстро заскакивают остальные. Остается трое, и еще один человек падает! Никто ничего не может понять. Но правило "Своих не бросать!" действует безукоризненно. Двое оставшихся подхватывают упавшего и начинают грузить на борт. Им помогают двое, высунувшихся из люка… Пора!

Лязг клыков и двое тех, кто уже на борту, падают. Больше в проеме люка никого нет.

Двое, стоящих перед люком за бортом, ничего не успевают понять, как падают тоже.

Путь свободен. Со скоростью, на какую только способен зверь, Ольга врывается на борт десантной машины.

Аню поставить на палубу, и она сама сразу отпрыгивает в сторону. Рядом, возле двери люка, стоит тот, кто подкалывал десантников. На нем форма космофлота, значит, это забота Ани. Те "волкодавы", что уже на борту, удивленно смотрят в люк и ничего не могут понять. Почему их товарищи лежат без чувств?! Делают движение к выходу, чтобы втащить остальных… А вот это ребятки, уже не нужно. На войне — как на войне!

Лязганье клыков, и фигуры в камуфлированной броне падают одна за другой, так и не успев ничего понять. Несколько секунд, и все кончено. Не нужно было трогать Ведьму, ребята. Из нее все равно не получилось Хризантемы, а вам все неймется. Не получилось ее взять ее ни живой, ни "полудохлой, лишь бы дышала", никакой. Плохо лишь то, что истинные виновники недосягаемы, а гибнут те, кто уж никак в этом не виноват. Я понимаю, что это ваша работа, но попадать в ваши руки не желаю. У каждого из нас свои интересы. Я просто хочу жить спокойно с моими близкими, и мне совершенно наплевать на ваши шпионские игры, которые меня уже достали. Упокой господь ваши души…

Теперь задраить дверь люка и в кабину. Рядом стоит с перекошенным от ужаса лицом кто-то из экипажа, которого держит Аня. Скорее всего, это бортинженер. Обычно он выпускает и принимает десант при экипаже в три человека. Тебе, голубчик, повезло. Ты останешься жив. Если, конечно, будешь хорошо себя вести. Но в полном сознании ты мне пока не нужен. Снять с него шлем, пистолет из кобуры и удар в нужную точку. Этот пока проблем создавать не будет.

— Аня, усаживаем его в кресло и пристегиваем. А то еще шею свернет, когда потеху начнем!

Ольга подхватила бесчувственное тело, как пушинку, и усадила в кресло, застегнув ремни.

все-таки, чудовищная сила зверя здорово выручает! По идее, должны остаться только командир бота и второй пилот. Вот и наведаемся к ним…

— А-а-а… Это что такое?!

Ольга и Аня одновременно обернулись. В конце десантного отсека, возле двери, ведущей в кабину, стоял молодой парень в форме космофлота и удивленно смотрел на происходящее. Ольгу и Аню он не видел и недоумевал, почему это весь десант валяется вповалку на палубе, бортинженер сидит пристегнутый без чувств в кресле и без шлема, а дверь люка уже задраена! Придется тебе, мил человек, тоже пока поскучать. А то еще буянить начнешь… Быстренько "нейтрализовав" так не вовремя появившегося визитера аналогичным способом, и пристегнув к креслу, Ольга и Аня направились в кабину. Лишних помещений на боте нет, и после огромного десантного отсека сразу идет небольшая кабина. В кабине был только один человек, сидевший в кресле командира. Очевидно, он ждал доклада об окончании посадки и о том, что люк закрыт, сильно нервничая. Садится в таком негостеприимном месте, да еще и на площадку неподходящих размеров, удовольствие сомнительное. Теперь "нейтрализовать" и его, чтобы не успел тревогу поднять…

Когда бесчувственное тело командира было выдернуто из пилотского кресла, благополучно перенесено в десантный отсек и надежно "упаковано" в кресле десантника, Ольга и Аня заняли места в кабине. Аня сразу скользнула в кресло командира и стала готовить бот к взлету. Ольга заняла место второго пилота, отключила от системы центральной наводки верхнюю турельную установку и провернула ее несколько раз, попробовав поймать в прицел зависшие в воздухе машины. Вроде, получается неплохо, система удобная. Однако, торопиться не будем…

Компьютер доложил о готовности к взлету, и Аня стала медленно поднимать машину в воздух. Радио тут же откликнулось.

— Орлан — три, закончил?… Эй, подожди, там же кто-то остался!!!… Орлан — три, ты слышишь?! Вы не всех забрали!!!

Отвечать нельзя. Если услышат женский, или детский голос, сразу все станет ясно. Аня увеличила вертикальную тягу и ускорила подъем. Вот машина уже поднялась над деревьями. Оставшиеся три бота ничего не понимают и продолжают вызывать Орлана — три.

Пока они ничего не заподозрили, надо воспользоваться фактором внезапности и сбить хотя бы одного.

— Аня, жду твоей команды на открытие огня.

— Сейчас поднимаюсь еще на пару десятков метров и стреляю в того, что прямо по курсу.

Как только я открываю огонь, стреляй по любому из двух других, по кому удобней.

— Есть, командир!

Бот медленно идет вверх и разворачивается носом на своего собрата, который продолжает его вызывать. Вот угловатый корпус ложится точно в прицел. До него не больше трех сотен метров…

Четыре пушки, установленные в носовой части машины, полыхнули огнем и выбросили за долю секунды несколько десятков снарядов, стремительно рванувшихся к цели. Промахнуться на такой дистанции невозможно, и рой стремительно летящих кусочков металла впивается в борт чужой машины, которая тут же исчезает в огненном облаке взрыва…

— Банзай!!!

Одновременно с выстрелами из носовых пушек Ольга дала очередь из верхней турельной установки по другой машине, находившейся сзади, но их бот качнулся, и очередь прошла мимо. Только один, или два снаряда зацепили бот противника с краю, но это не нанесло ему сильных повреждений. Аня тут же дала форсаж двигателям, и начала горизонтальный разгон, полностью отключив автоматику. Два против одного, это конечно лучше, чем три против одного, но если висеть на одном месте, то можно и самому легко нарваться на ливень из двадцати трех миллиметровых снарядов. Поэтому — полный газ!!!

— Ты что, спятил?!!… Тревога!!! Они захватили Орлана — три!!! Орлан — четыре сбит!!!

Перегрузка вдавила Ольгу в кресло. Два оставшихся "Линкса", надо понимать, Орлан — один и Орлан — два, все поняли правильно и открыли ответный огонь. Но только в том месте, где секунду назад находился Орлан — три, и в которое ударили огненные трассы, уже никого не было. Аня заложила крутой вираж, едва не цепляя кроны деревьев, и стала заходить в хвост ближайшему "Линксу". Его пилот сделал попытку уйти, но автоматика не позволяла выполнять очень резкие маневры с такой скоростью на небольшой высоте, и он почти сразу был пойман в прицел. Заход в хвост получился классический, как в учебнике. Снова четыре носовых пушки изрыгают огонь…

— Банзай!!!

И еще один "Линкс", не успев уйти с линии огня, вспыхивает и огненной кометой падает в джунгли. Ольга пытается достать из верхней турели последнего из противников, но он все время выскальзывает из прицела, и короткие очереди проходят рядом, не задевая его.

Он тоже пытается зайти им в хвост, но очереди Ольги не позволяют ему сделать этого.

Да и включенная автоматика сковывает маневренность машины. Он пытается подняться выше, где нет таких ограничений на маневрирование, но Аня не дает ему этого сделать, перекрывая путь вверх, и увлекая опять на малые высоты, вынуждая держать высокую скорость. Оставшемуся "Линксу" некуда деваться. Если только он попытается спастись бегством, то неизбежно повернется кормой к противнику и подставит ее под мощный носовой залп своего неожиданного врага. Бой идет на виражах, и Аня затягивает вражескую машину все ниже и ниже. Кажется, что кроны деревьев вот — вот зацепят корпус бота, и он с огромной скоростью врежется в чащу… Нервы у врага не выдерживают, и он пытается набрать высоту, уходя на вираже, и открывает брюхо своей машины. Прицел направлен в точку впереди по курсу вражеского бота, где он и снаряды, которые для него предназначены, должны встретиться. Ольга скосила взгляд на дочь. Сосредоточенное лицо и плотно сжатые губы. Взгляд впился в прицел. Лучше тебе сейчас не мешать, командир…

Снова грохот носовых пушек, и снова огненный рой устремляется вперед. Через долю секунды он встречается с "Линксом"…

— Банзай!!!

Последняя вражеская машина вспыхивает и на огромной скорости врезается в джунгли.

— Банзай!!! Мама, мы победили!!! — Аня от волнения перешла на японский. Ольга тоже ответила на японском, с улыбкой глядя на дочь.

— Поздравляю, Аня — тян! Еще три подтвержденных сбитых!

Лицо дочери просто светилось от счастья. Она сделала это! Победить трех равных тебе по силе противников! Это не каждому дано. Но Аня тут же снова стала серьезной и перешла на русский.

— Вот это да! Как будто опять, в небе над Новой Гвинеей, янки задницу надрала! Давно столько адреналина не получала! Но мы пока выиграли только сражение, а не войну. Сейчас у нас полное господство в воздухе и на суше. Шлюпки "Памира" нам не помеха, а сам он не может войти в атмосферу. "Кассиопея", наоборот, не может ее покинуть, и она безоружна и не опасна. Но вокруг нее находятся восемь штурмовых роботов, которые вполне могут быть использованы в качестве зенитных установок. Их пулеметы для нас не опасны, но попадание из гранатомета грозит серьезными неприятностями. Да и своими малокалиберными пушками мы ей серьезного вреда не нанесем. Мелких дырок еще больше наделаем, которых у нее и так хватает. Только впустую весь боезапас выпустим… И пока на орбите торчит "Памир", мы отсюда уйти не сможем, даже если и помощь при- дет. Они теперь любого будут уничтожать, кто только к Пандоре сунется.

— Ну, допустим, не любого, а только того, с кем смогут справиться. "Памир" сам через раз дышит. Это во первых. А во вторых… Доча, а что плохого тебе сделала "Кассиопея"?

— Как, что? Да ведь там вся эта свора засела!

— Ну и пусть сидят. Доча, это ведь не только мы Пандору покинуть не можем. Они это тоже не могут сделать. После потери "Линксов" они могут вернуться на "Памир" только с помощью его шлюпок. А мы им этого не позволим. Снарядов к пушкам у нас достаточно, ты стреляла экономно. И командир "Памира" никогда на это не пойдет — посылать своих людей на верную смерть, без малейшего шанса на успех. Да он еще и рад этому будет, что "гебешное" начальство село в лужу, поэтому повод отказать найдет. И будут сидеть наши рыцари плаща и кинжала в пределах одного отдельно взятого пассажирского лайнера, и будут бояться высунуть из него нос. Они могут с грехом пополам контролировать только поле космопорта, где могут свободно передвигаться роботы. В джунгли они больше не сунутся, так как поняли, что это равносильно самоубийству. А время работает не на них. Наши радиограммы должны быть приняты на Швейцарии и на Земле и скоро должна прибыть помощь. А поскольку было сказано, что на "Кассиопею" напал н е и з в е с т н ы й крейсер, то сюда пожалует военный флот, чтобы разобраться, что к чему.

И вот этого наши "друзья" боятся больше всего. Даже если командир военного корабля Федерации и не захочет ссориться с "гебешным" начальством, то дело все равно получит широчайшую огласку, так как всему экипажу рот не заткнешь. А вот это для них — полный крах. А мы еще добавим пару штрихов к портрету — продемонстрируем повреждения на "Кассиопее" и покажем фрагмент записи полета, когда боты ее обстреливают. Я скопировала ее из главного бортового компьютера лайнера в бортовой компьютер шлюпки перед стартом. И после этого они будут по уши в дерьме. А если подойдет военный корабль нейтралов, или, еще интереснее, сепаратистов… Вот это будет для них полный "песец"!

Мы же, сейчас, можем свободно передвигаться по всей планете. А если захотим, останемся здесь и будем партизанить дальше, мотая ребяткам нервы. Да, доча… Теперь понимаю, какая это противная вещь — партизаны в джунглях!

— А как ты хочешь достать их на "Кассиопее"?

— Во первых, мы сравнительно легко можем уничтожить роботов, если они будут стоять на открытой местности. Их пулеметы для нас не опасны, а угол возвышения гранатометов ограничен шестьюдесятью градусами. И если мы зайдем с больших высот, снизившись прямо над космопортом, то попадем в мертвую зону, где они нас не заденут. Ведь эти роботы не проектировались для борьбы с воздушными целями. Да и прицельная стрельба этих гранатометов при большом угле возвышения оставляет желать лучшего. Мы же спокойно расстреляем их сверху. А после этого господа "аналитики", "волкодавы", и кто у них там еще есть, запрутся на все замки внутри лайнера и не высунут из него носа.

Потому, как мы сразу им по этому носу нащелкаем. Это во вторых.

— А что, можно попробовать! Загоним их в эту консервную банку, и пусть они там сидят!

И можно еще, для полноты картины, все время несколько "танков" на летном поле держать. Пусть патрулируют вокруг "Кассиопеи"!

— Вот именно. Только сейчас, доча, сделаем еще одно дело. Давай, куда — нибудь садись, где площадка побольше, и надо с нашими новыми друзьями побеседовать. Не зря же мы их живыми оставили. Да и радио, слышишь, надрывается! Наш дорогой "лебедь", перо ему в задницу, беспокоится и ни черта не поймет! А мы все молчим и не отзываемся.

Не вежливо, однако…

Радио действительно надрывалось уже давно.

— Орланы, что у вас случилось?! Орланы, ответьте Лебедю!!!

Ольга улыбнулась, и подключилась к радиостанции "Линкса". Теперь можно было мило побеседовать…

— Лебедь, Вам какой из четырех Орланов нужен? Уточните, пожалуйста!

Какое-то время было тихо. Потом удивленный голос спросил.

— Кто это говорит?!

— Точно не знаю, но, вроде бы, Орлан — три. У него на борту название не написано.

— Что такое, кто Вы?! Представьтесь! И почему молчат остальные?!

— Разжалованный капитан второго ранга Шереметьева, честь имею! А остальные молчат потому, что уже догорают в джунглях. Вы знаете, мне понравилась ваша машинка, вот я и решила одну прихватить себе. А то рабочая шлюпка очень тесная. А поскольку остальные захотели мне помешать, пришлось убрать их с дороги. Как там, кстати, "Кассиопея"? Вы еще ее не разломали? Что же вам от меня надо, мальчики? Все никак не успокоитесь.

В эфире наступила тишина. Пауза затягивалась. Ольга понимала, что те, кто вел с ней разговор и те, кому его передали, в шоке. Потому, что такого просто не может быть!

Аня, тем временем, уменьшила скорость и присмотрела довольно ровную и чистую площадку посреди тропического леса, где можно было без опаски совершить посадку.

День уже клонился к вечеру, и яркий диск Денеба клонился к горизонту. Еще пару часов, и ночь вступит в свои права. Поэтому, надо поторапливаться. Облетев на минимальной скорости площадку по периметру, Аня вывела машину в центр, зависла на одном месте, и, уменьшив тягу, плавно опустила многотонную махину на поверхность Пандоры, примяв траву. Шасси выпускать не стала, бронированный корпус на это рассчитан.

Первый полет на трофейной машине был завершен.

— Все, мама! Готово! Машинка неплохая. Хоть, конечно, и не наш "Барс", но тоже ничего. Что ты дальше задумала?

— Пойдем, потрясем наших пленных. Надо обязательно узнать, как они нас обнаружили.

Да заодно и от мусора на борту избавимся, выбросим прямо здесь.

— Какого мусора?

— "Волкодавов". Или того, что от них осталось…

Ольга и Аня прошли в десантный отсек, и вытащили из кресел троих членов экипажа, до сих пор находившихся без сознания. Это было только на руку, и Аня сразу же принялась за работу, "вытягивая" информацию из всех по очереди. Много времени это не заняло.

— Все, закончила. Мама, они мало что знают. Это унтер — офицеры и к секретным делам их не допускают. Все то, что мы уже знаем, плюс некоторые технические подробности о характере повреждений "Памира". Но есть одна интересная вещь. На "Линксах" установлен новый экспериментальный прибор, позволяющий обнаруживать с высоты порядка тысячи метров любые объекты, где есть замкнутые электрические цепи хотя бы с небольшим током. Подробного устройства они не знают, это держат в секрете. Их дело — только эксплуатация прибора.

— Очень интересно. А в нашей шлюпке замкнутых электрических цепей хватает, ведь мы оставили реактор в режиме ожидания. Теперь придется глушить все, и сидеть со свечкой.

Или, они и горящую свечку обнаруживают?

— Вроде, до этого не дошло. Но обстановка на борту "Памира" и "Кассиопеи" не внушает оптимизма. "Памир" еле двигается, и его кое как залатали, чтобы он не терял воздух, но некоторые отсеки все равно разгерметизированы, и восстановить герметичность не удается. Рядом болтаются шлюпки "Кассиопеи" с экипажем и пассажирами, которые высказывают "Памиру" все, что о нем думают. Они не могут понять, почему "Памир" не вызывает помощь и почему он так странно себя ведет. "Аналитики", что были на лайнере и мотали нам нервы, перебрались на "Памир" к немалому удивлению остальных пассажиров.

На постоянные требования объяснить свои действия, "Памир" сначала вежливо отказывал, потом игнорировал, а теперь откровенно посылает. На "Кассиопее" не лучше. Когда они высадились в космопорту и обшарили лайнер, то нашли тех, кого мы оставили. Сказать, что это был шок, значит не сказать ничего. Они заняли круговую оборону и боятся выйти за пределы охраняемого периметра. Это была их первая вылазка, как только обнаружили шлюпку. Если нам удастся уничтожить всех роботов, то они точно запрутся внутри лайнера и носа не высунут. Распоряжается всем, вроде бы, "гебешный" генерал-майор. Но с ним несколько штатских, которым этот генерал в рот заглядывает и на задних лапках прыгать готов. Больше они ничего не знают.

— Ну, хоть что-то. А сейчас, доча, проведем воспитательную работу среди личного состава, как это раньше называли. Как я закончу, приведем их в чувство. Пусть посмотрят. Может, сделают выводы и другим расскажут…

Ольга вынула меч, и вскоре все трупы "волкодавов" лишились своих голов. Она удовлетворенно окинула взглядом десантный отсек и, не убирая меча в ножны, разрешила.

— Все, доча. Антураж готов, приводи наших болезных в чувство. Пускай уборкой помещения займутся.

Аня привела всех троих в чувство, и они недоуменно уставились на Ольгу, стоявшую прямо перед ними с катаной в руке. Попробовали достать оружие, но оно было предварительно изъято, чтобы не глупили.

— Что, мальчики, очухались? Давайте знакомиться. Я — Ольга Шереметьева, которую вам надо взять "хотя бы полудохлой", а это моя дочь Аня, с которой можно вообще "не церемониться". Это не мои слова, а вот этих дуболомов, что лежат рядом. Можете ознакомиться.

Экипаж приподнялся с палубы и увидел открывшуюся картину. Молодого второго пилота аж вырвало, командир с бортинженером тоже отвернулись от ужасной картины.

— Что, мальчики, не нравится? Так я буду поступать со всеми, кто вздумает поднять руку на меня, и моих близких. Теперь относительно вас. Ваши жизни мне не нужны. Вы, по крайней мере, не пытались взять меня "полудохлой", и за это я сохраню вам жизнь.

Сейчас вы откроете люк, выбросите за борт весь этот мусор, а затем я отвезу вас в космопорт, где сможете вернуться на "Кассиопею". Близко подходить не буду, высажу вас на краю поля среди деревьев, а то ваши друзья еще, с перепугу, пальбу откроют. Не бойтесь, там поблизости нет хищников. Пока нет… Как вернетесь, расскажите всем, что видели и передайте, что Ольга Шереметьева никогда не собиралась вредить интересам Федерации. Но если на нее устраивают охоту, то она принимает ответные меры. Запомните — руку, поднятую на меня, я отрубаю! И передайте это всем "волкодавам" и их начальству. А сейчас, за работу!

Экипаж Орлана — три, сдерживая тошноту, отдраил люк и начал "уборку помещения", выбрасывая за борт то, что недавно было грозными, натасканными "волкодавами", бойцами элитного спецподразделения. Ольга и Аня внимательно наблюдали. Оружие сваливали рядом в кучу…

Ольга следила за командиром. Зверь был настороже, и чувствовал близкую опасность.

И очень скоро она поняла, что не ошиблась в своих подозрениях. Вытягивая очередное тело к люку, командир попробовал незаметно извлечь пистолет из кобуры на трупе. Ольга позволила ему это сделать. Считая, что контролирует ситуацию, командир вырвал из кобуры чужой пистолет и направил на Ольгу. Но реакция человека, все таки, очень замедленная, и не сравнится с реакцией зверя. Направить то пистолет командир направил, а вот нажать на спуск не успел. Сверкнул клинок, и пистолет с грохотом упал на металлическую палубу вместе со сжимающей его кистью руки. Командир взвыл от боли, схватившись за покалеченную руку.

— Я же вам сказала, что руку, поднятую на меня, я отрубаю. А ты не поверил. Впрочем, у тебя есть еще одна рука, можешь сделать вторую попытку. Бери пистолет.

Но командир только выл от боли и геройствовать больше не собирался. Ольга глянула на разом притихших второго пилота и бортинженера.

— Вы, ребята, глупостей делать не собираетесь?

— Н-н-нет…

— Ну, вот и отлично! С вашего начальника толку уже нет, пусть в сторонке посидит. Придеться вам двоим уборку заканчивать. Клешню этого героя не выбрасывайте. Пакет чистый найдется? Сейчас я вас быстренько доставлю к "Кассиопее", сунете его клешню в морозилку. Медицина сейчас хорошая, пришьют. А на будущее ему наука будет. Не надо в меня стволом тыкать. Мальчики, за работу, время идет! Не знаю, как вы, а я уже проголодалась. Война войной, а завтрак — обед — ужин по расписанию! Анечка, окажи помощь нашему очень смелому, но очень глупому дяде. А то он кровью изойдет. Заодно и боль успокой, а то его вой мне на нервы действует.

Второй пилот и бортинженер продолжили "уборку", Ольга за ними приглядывала, не убирая меча в ножны, а Аня оказала первую помощь раненому, достав аптечку. Мастерски наложила жгут и забинтовала. После этого провела ладонями над раной, и командир оторопело уставился на девочку. Боль исчезла! Это подействовало на него больше всего. Аня же, сноровисто закончив перевязку, нашла пакет и сунула туда отрубленную кисть, вручив командиру.

— Вот, дяденька, держите. Доктора Вам назад пришьют, только в холод сразу положите.

Боли не будет еще долго, а на "Кассиопее" обезболивающее дадут. И больше не пытайтесь убить мою маму, а то теперь она Вам голову отрубит. А голову еще пришивать не умеют.

Командир машинально взял пакет, да так и остался сидеть с раскрытым ртом. Остальные закончили убирать мертвые тела и с облегчением задраили люк. Ольга осмотрела десантный отсек, и осталась довольна.

— Вот, теперь тут гораздо чище. Ну, а кровь с палубы, так уж и быть, мы сами уберем.

А сейчас, мальчики, садитесь в кресла, пристегнитесь и полетели. Анечка присмотрит за вами, чтобы вы не делали глупостей. Это для вашего же блага. Если только попытаетесь поднять бунт, она перережет вам глотки. Потому, что она еще маленькая и работать катаной пока не может, ей надо подрасти. Поэтому, она действует своим вакидзаси. Видите у нее короткий клинок в ножнах за поясом? Это им она перерезала глотки всем, кого вы нашли на "Кассиопее". Я к этому руку не прикладывала, я сразу отрубаю головы.

Ольга улыбнулась своим пленникам и, оставив их в полуобморочном состоянии под присмотром дочери, прошла в кабину. Теперь надо поторапливаться. На "Кассиопее" в полных непонятках, и все периодически пытаются дозваться Орлана — три. Села в кресло, где недавно сидела Аня, и окинула взглядом пульт управления. В общем-то, ничего заумного нет, все понятно. Запустила двигатели и начала медленно поднимать машину в воздух. Поднявшись чуть выше крон деревьев, двинулась на черепашьей скорости в пятьдесят километров в час в сторону космопорта. Если верить карте, то до него не более десяти километров. Вот теперь можно и побеседовать!

— Лебедь — Орлану — три. Что вам угодно? — Ольга, разве что, не мурлыкала от удовольст- вия. все-таки, как приятно посадить в лужу любимую контору!

— Орлан — три Лебедю. С кем я разговариваю?

— С тем, кого вы так долго, упорно и безуспешно ловите, хотя мне и непонятны причины этого. А я с кем разговариваю?

— Генерал-майор Сухомлинов, Министерство госбезопасности. Предлагаю Вам прекратить эту глупую партизанщину, сударыня. На что Вы надеетесь? Собираетесь воевать со всем военным флотом Федерации? Лучше выходите, и мы решим все спорные вопросы. Обещаю сохранить Вам жизнь…

— Добавляйте — в тюремной камере, в полудохлом состоянии, как выразились ваши подчиненные. Меня такая перспектива не устраивает. Мне больше нравиться партизанить.

— У Вас вообще отсутствует чувство реальности? Вы не понимаете, что Вас просто уничтожат?

— По моему, последнее время вы только этим и пытаетесь заниматься, но что-то не получается. А на что Вы рассчитываете, генерал? Ловить меня на Пандоре вы будете до второго пришествия. Ваш "Линкс" в моих руках, шлюпка с "Кассиопеи" тоже. Вы же лишены средств передвижения по планете, если не считать самой "Кассиопеи". Шлюпки с "Памира", если попытаетесь их задействовать, я легко уничтожу. А гоняться за мной по джунглям на "Кассиопее" — это из разряда тонкого юмора, который я даже не хочу обсуждать.

— Даю вам час на раздумье. Если Вы не сдадитесь, "Памир" сойдет с орбиты, войдет в атмосферу и уничтожит ваш несчастный десантный бот. Хотите воевать на нем против крейсера? Последний раз говорю Вам — одумайтесь.

— "Памир" войдет в атмосферу? Как интересно! Давайте, пускай входит. Устроим дуэль в атмосфере. Я и с вашей старой лоханкой справлюсь, которую Вы, почему-то, называете крейсером. А что тогда будете делать, генерал? Снова предложите сохранить мне жизнь в тюремной камере?

Видно, генерал не ожидал, что его блеф не сработает. А теперь сам в раздумьях. Блефует Ольга, или нет? От этой проклятой Ведьмы чего угодно ждать можно. Если она перерезала два взвода спецназа на лайнере, угробила две роты в джунглях, захватила один "Линкс", а три уничтожила, то что она еще может выкинуть?! Может, она и крейсер сожрет, и не подавится?! Ольга наслаждалась этой паузой, которая явно затягивалась.

— Ну что, генерал? Когда прибудет ваш "Памир"? Мы успеем поужинать, или нет?

А то не хочу, чтобы вы нас с дочерью из-за стола выдернули. У меня ребенок голодный, а Вы тут со своим крейсером… Что молчите? Ладно. Пока Вы там думаете, слушайте сюда. Сейчас я подхожу на малой высоте к космопорту. Думаю, радар "Кассиопеи" нас видит. На подходе я совершу посадку с краю летного поля среди леса и высажу экипаж бота. Они мне не нужны и, поскольку ничего плохого мне сделать не успели, я их отпускаю. Они расскажут вам много интересного. А теперь всем, кто меня слышит! Ребята, я не хочу воевать с вами! Мы — я и моя дочь, хотели просто попасть домой на Швейцарию, но Министерство госбезопасности хочет расправиться с нами любой ценой, не считаясь с потерями. Хотя, я совершенно не понимаю, почему. Поэтому, предлагаю всем мирно разойтись, мне не нужны ваши жизни. Но, если вы не прекратите, то я продолжу эту войну дальше. А воевать я умею, это вы уже поняли. Если что надумаете, вызовите меня на дежурном канале.

Ольга отключила связь и улыбнулась. Радио до сих пор молчало. Интересно, что же предпримет генерал? Впрочем, скорее не генерал, а эти штатские, у которых сам генерал на побегушках. Поживем, увидим… А вот уже и космопорт скоро. Высоко подниматься не будем, а за деревьями роботы нас не достанут. Все, ребята. На ближайшие пять минут война окончена!

Снизившись еще больше, Ольга остановилась за две сотни метров до летного поля. Деревья здесь растут не так густо и площадку для посадки найти проще. Вдали видна "Кассиопея" и несущиеся по бетонным плитам в их сторону роботы. Ничего, ребятки, поиграйте в войнушку. Роботы эти две сотни метров ни за что не пройдут, а на траекто- рии полета гранаты встретится не одно дерево. Генерал хватается за соломинку.

Примяв кусты, "Линкс" совершил посадку. Все, теперь надо избавляться от пленных, пусть идут к своим и расскажут все, что видели. Ольга встала из кресла и направилась в десантный отсек.

— Все, ребята, вы свободны. Отправляйтесь к своим, и расскажите все. Еще раз напоминаю — скажите всем, что я не хочу этой войны. Меня вынуждают защищаться. Надеюсь, больше мы не встретимся.

Пленные, все еще не веря, что их отпускают, нерешительно встали и направились к люку.

Ольга и Аня молча смотрели им вслед. Видя, что никаких враждебных действий против них не последовало, экипаж открыл люк и исчез за бортом. Ольга задраила люк и улыбнулась дочери.

— Сейчас, Анечка, мы сделали гораздо больше, чем сбили три "Линкса" и разорвали две роты "волкодавов". Эти трое вернутся к своим, и расскажут, какие ужасы мы творим. Но, в то же время, не трогаем тех, кто не воюет против нас. И многие из них крепко призадумаются. А сейчас — взлет разрешен! Полетели домой! Садись в кресло командира. Ты доказала, что можешь прекрасно управляться с этой машиной.

Обрадованная Аня метнулась в кабину и сразу стала готовить "Линкс" к взлету. Ольга села в кресло второго пилота и с улыбкой наблюдала. Ее дочь стала взрослой…

— Готово, мама! Куда летим?

— Пока к нашей шлюпке. Там все наше барахло и запасы. А то здесь и спать не на чем, да и есть нечего. А завтра перебазируемся сюда, здесь все же кораблик покрепче и побольше. А шлюпку законсервируем в другом месте, она нам еще пригодится.

"Линкс" загудел двигателями, и стал медленно подниматься над поляной. В стороне загремели выстрелы пулеметов, и раздалось несколько взрывов гранат. Ольга усмехнулась.

Генерал, действительно, хватается за соломинку. Стрелять из гранатомета через лес по цели, находящейся от тебя в двух сотнях метров… Это уже даже не анекдот. Это ближе к паранойе. "Линкс", тем временем, поднялся чуть выше крон деревьев и, находясь по-прежнему в мертвой зоне для роботов, стал удаляться в сторону джунглей на малой скорости.

Торопиться некуда. Их маленькое надежное убежище — шлюпка, всего в трех километрах.

И эту ночь можно спать спокойно, так как эти три километра по ночным джунглям оставшиеся "волкодавы" ни за что не пройдут. Да и не захотят проходить, так как самоубийц среди них нет. А завтра надо будет перебазироваться подальше от этого места. Хотя бы даже и на побережье океана. "Волкодавы" просто не могут теперь дотянуться до них.

Они лишились сегодня не только почти половины своих людей, но и всех средств передвижения. Впрочем, если их привлекает пешая прогулка по джунглям Пандоры — ради бога! "Танковый" батальон "сипаев" их встретит. И кто же тогда останется на "Кассиопее"? Один генерал со штатскими? Ольга размышляла про себя, когда ее отвлекла Аня.

— Мама, а зачем ты оставила меня сторожить экипаж? И ничего не сказала генералу о том, что мы знаем, в каком дерьме они сидят? Я слышала ваш разговор.

— Не хотела, чтобы экипаж знал, что ты можешь пилотировать эту машину. Ведь они расскажут все. Вот и пусть считают, что это я вела воздушный бой. Чем меньше они будут знать о нас, тем лучше. Поэтому и генералу ничего не сказала о том, что мы в курсе их плачевного состояния. Пусть считают, что мы ничего не знаем. Может, больше ошибок наделают. Насчет меня у них никаких сомнений нет. Ведьма с "Летающей ведьмы" им хорошо знакома. А вот ты лучше подольше оставайся для них загадочной фигурой, сильнее бояться будут. Кстати, Аня, я тоже давно хотела тебя спросить. Ведь ты легко расправилась с бандитами в особняке Доихары. Почему ты не сделала этого раньше, а ждала меня? Ведь не известно, что было у них на уме?

— Мама, а что бы я потом делала? Куда мне идти? Ну, передавила бы я этих отморозков, а дальше что? Кто будет разговаривать с ребенком? Сразу подключат полицию к этому делу, начнут выяснять, откуда я и где мои родители, а оно мне надо? Ведь я была уверена, что ты примчишься мне на выручку, а тут все на ушах стоят. Тебе с полицией встречаться никакого резона нет, так что мой предварительный побег только бы помешал. Где бы ты меня искала? Ведь действовать легально на Земле ты не можешь. Вот я и ждала тебя. А если бы эти уроды стали плохо себя вести, то тогда конечно, пришлось бы принимать адекватные меры. Но им нужна была ты, а не я.

— Да-а-а, Анечка… В тебе сидит настоящий стратег. Я бы не утерпела и передавила их еще на корабле.

— А где гарантия, что мне удалось бы довести этот корабль обратно к Швейцарии? Ведь далеко не везде полностью все автоматизировано, как на "Кассиопее", и кораблем, в случае чего, может управлять один человек. А если дать сигнал бедствия, так неизвестно, кто явится первый. Вот я и позволила им довезти меня до места. К тому же, обращались со мной хорошо, просто держали взаперти. И я хотела как можно больше узнать из их разговоров. Ведь они не подозревали, что я знаю японский. Да и осознание моих новых возможностей еще не закончилось. То, что я узнала из твоей памяти, когда мы "беседовали", было просто удивительно. И плюс ко всему, я к тому моменту все еще не отошла от новости, что я — Сабуро Токугава, офицер Императорского флота, погибший четыре века назад. Да и с тобой тоже было много непонятного…

"Линкс" неторопливо следовал над зеленым ковром топического леса. Космопорт остался далеко позади и там уже оставили всякие попытки сбить беглеца. День клонился к вечеру и яркий диск Денеба был почти возле самого горизонта. В джунглях уже начала сгущаться тьма, так как лучи света больше не проникали сверху между кронами деревьев.

Восточная сторона горизонта потемнела, и скоро ночь вступит в свои права, вторая их ночь на Пандоре. И здесь закипит ночная жизнь, идущая по своим законам, которые не принимают в расчет появившихся здесь чужаков. Они обязаны соблюдать эти законы, раз уж решились явиться сюда…. Мощная бронированная машина, чуждый элемент этого мира, скользила над деревьями, все дальше и дальше уходя в джунгли…

Глава 8

Вторая ночь на Пандоре тоже протекала спокойно, если не считать шумного пиршества местных обитателей, происходившего вокруг шлюпки. Внезапная атака "танковой" роты "сипаев" на засевших в засаде "волкодавов" привела к тому, что пир продолжался до глубокой ночи и сначала очень мешал спать. Очевидно, такого количества "угощения" на одном месте тут не было давно, и местная публика радостно пировала, шумно выражая свой восторг. Переночевать решили в шлюпке, а "Линкс" поставили на площадке, на которую он так неосмотрительно совершил посадку, так как ближе подходящего места не нашлось. Ничего, постоит до утра, никуда не денется. Местные жители в угоне чужих транспортных средств ни разу замечены не были, а "волкодавы" сюда теперь и подавно не сунутся. Оказавшись, наконец, внутри шлюпки, Ольга с удовольствием разделась, сбросив форму и штурмовые доспехи. Хоть весят они и не очень много, но потаскать их целый день в теплом, влажном климате тропических джунглей, удовольствие еще то. В шлюпке тепло и сухо, поэтому вполне можно отдыхать в домашнем халатике и тапочках. все-таки, привыкли мы к благам цивилизации. Хоть и такой маленький ее кусочек — крохотное суденышко, но оборудованное теплом, светом, возможностью гарантировано отгородиться от агрессивной внешней среды и спокойно спать ночью, не опасаясь визита местных обитателей с явно недружественными намерениями, это значит очень много. Гораздо лучше, чем обустраивать свою жизнь в шалаше, палатке, или пещере, оказавшись в таких диких и опасных местах. Наскоро поужинав, Ольга сразу уложила Аню спать. День был очень напряженный и такие нагрузки явно не для семилетнего ребенка.

Хоть Аня и обладает всеми возможностями зверя, но все-таки нагружать детский организм до такой степени не стоит. Сама же села в пилотское кресло и проверила запись событий, сделанную бортовым компьютером, что произошли за время их отсутствия. Камеры видеообзора все четко зафиксировали. Как "Линксы" прошли над этим местом и сразу вернулись, обнаружив шлюпку. Вскоре появились "волкодавы" и рассредоточились вокруг. Хоть они и старались оставаться незамеченными, не подходя близко, но от чутких приборов укрыться трудно. Внутрь, слава богу, не сунулись. То ли побоялись спугнуть, то ли еще что. Это уже не узнать. А потом началась атака "сипаев". Зрелище из фильма ужасов, по иному не скажешь. Дальше ничего интересного не произошло. Одна и та же панорама тропического леса вокруг. Теперь можно было и отдохнуть. Только подойдя к лежанке, на которой уже спала Аня, Ольга почувствовала, как устала. все-таки, работа партизана в джунглях, не такая уж и легкая. Осторожно забравшись в постель, чтобы не разбудить дочь, Ольга мысленно прикинула, чего же они добились, и чего можно ждать дальше. Возникла патовая ситуация. Они не могут покинуть планету, так как на орбите торчит "Памир". Даже если и придет помощь от своих, то этот недобитый "полукрейсер полухрензнаетчто" может этому помешать. По крайней мере, какая-то часть вооружения у него уцелела, и он запросто может уничтожить подошедшие гражданские суда.

Военных кораблей в "Экспресс шиппинг", кроме ее "Барса", нет. "Барс" еще бы мог рискнуть атаковать, хотя успех атаки одиночного штурмовика против крейсера, даже такого "недоделанного", весьма сомнителен. Но для этого нужен опытный пилот, хорошо знакомый с тактикой ведения боя. Она бы еще могла с этим справиться, а вот Настя таким опытом не обладает. Привести сюда "Барс" она еще сможет. А вот вести на нем бой — нет.

Если бы удалось провести "Барс" на планету мимо "Памира"! Тогда бы она оставила Настю и Аню в шлюпке, а сама попробовала бы разобраться с этим недобитком, торчащим на орбите. На "Барсе" сейчас установлены четыре боевых робота — перехватчика "Бумеранг". Если выпустить заранее всех и атаковать под их прикрытием, то "Памир" будет вынужден распылить огонь. И возможно хотя бы один "Бумеранг" достигнет цели. Для такой жестянки, как "Памир", это будет больше, чем достаточно. Сама же она сможет под прикрытием "Бумерангов" подобраться поближе и применить ракеты попроще, если все роботы будут сбиты и ни один не доберется до крейсера. Но все это только мечты…

Настя не сможет провести "Барс" мимо "Памира". Он контролирует все пространство вокруг планеты на большом расстоянии. Сама бы Ольга поступила именно так, чтобы держать под контролем все окружающее планету пространство, а командир "Памира" явно не глупее ее. С другой стороны, и сам "Памир" ничего с ними сделать не может. Войти в атмосферу, чтобы помочь десанту своим оружием, он не в состоянии. Вооружить свои шлюпки, чтобы они могли хоть как-то попытаться бороться все вместе против захваченного Ольгой "Линкса", ему нечем. И это будет простым самоубийством для экипажей шлюпок. Уйти назад, в Солнечную систему, он тоже не может из-за получен- ных повреждений. Десант заперт в границах старого космопорта и не может выйти за его пределы, так как это грозит быстрым уничтожением. Они не рассчитывали воевать с фауной Пандоры. Собирались взять Ольгу на борту лайнера, но не получилось. Покинуть планету десант тоже не может, так как "Кассиопея" полностью разгерметизирована, а шлюпки не могут прийти с орбиты и провести эвакуацию, так как будут сразу уничто- жены Ольгой с помощью своего трофея.

Можно, конечно, пойти на риск, и постараться поднять поврежденный лайнер на орбиту, находясь всем в скафандрах, которых на борту "Кассиопеи" хватает, а там с помощью шлюпок перейти на "Памир", бросив пустой лайнер. Но что это дает? То они сидели на планете в комфортабельных условиях пассажирского лайнера, надежно защищенные его корпусом от нежелательных контактов с местными обитателями, и располагающие большими запасами воды и продовольствия. О воздухе беспокоиться тоже не надо, на Пандоре он пригоден для дыхания. А так они перейдут на сильно поврежденный корабль, не имеющий возможности совершить резкий маневр и уйти в случае атаки, с жесточайшей экономией энергии и предельной нагрузкой на работу систем жизнеобеспечения, которые могут не выдержать. Да и рисковать стартовать в космос на поврежденном корабле в скафандрах "гебешный" генерал, командующий десантом, и штатские, командующие "гебешным" генералом, просто побоятся. Они привыкли к совсем другой жизни и не ожидали такого поворота событий. Так что лучше оставаться на планете и не бояться, что система регенерации воздуха откажет. А сидеть на планете тоже смысла нет. Чем дольше сохраняется эта патовая ситуация, тем больше вероятность, что появятся нежелательные свидетели. Причем, свидетели могут быть такие, что сами переведут "Памир" вместе с десантом в категорию "хороших свидетелей", которые уже ничего не разболтают. Поэтому, напрашивается один вывод. Выполнить свою задачу в данной ситуации десант не в состоянии ни при каких обстоятельствах. Он даже убраться отсюда не может. Поэтому, генерал с этими штатскими будут в ы н у ж д е н ы запросить помощь. Потому, что ничего другого им просто не остается, как бы ни не хотелось им признавать свое поражение. Да, это создаст им крупные неприятности по возвращению, но если продолжать это "сидение" дальше, то будет еще хуже. Можно потерять остальных людей и сам "Памир", а эта проклятая Ведьма опять умудрится выскользнуть из ловушки, в которую ее все же загнали.

Правда, ловушка размером с планету, и как ее ловить внутри этой ловушки, они и сами не знают. Но если Ольга и Аня сумеют покинуть Пандору, то вся эта операция теряет смысл. И вот это уже будет стоить им намного дороже, чем просто неприятности по службе. Так что, скоро надо ждать новых гостей. И вооружены они уже будут не в пример лучше. Возможно, придется прятать и консервировать "Линкс" и шлюпку, обесточивая их полностью, чтобы сделать невозможным обнаружение новым прибором. А самим жить "на природе", как настоящим партизанам. Позабыть про электричество, готовить пищу на костре и прочие прелести. Приятного мало, а что делать. Это лучше, чем потерять свою единственную надежду вернуться. Скорее всего, им удастся уцелеть, так как поймать их в джунглях просто нереально, проверить все свалки металлолома на планете тоже практически невозможно, и рано, или поздно, десант уйдет отсюда. Не будут же они ловить их до второго пришествия. Да и на орбите тоже никого бесконечно долго держать не будут. Но если они потеряют и бот и шлюпку, то не смогут связаться с теми, кто придет на помощь, даже когда десант уйдет. Маленькие радиостанции имеют ограниченный радиус действия, а где их искать на планете, никто не знает. Да и передвигаться по джунглям пешком — это удовольствие для экстремалов. Тем более, по джунглям Пандоры. Значит, ближайшая задача, спрятать где-нибудь подальше шлюпку и полностью ее законсервировать, разделив запасы. Но так, чтобы она была в пределах досягаемости, и до нее можно было добраться пешком. Самим оставаться на "Линксе". Он значительно более быстроходен, бронирован и вооружен. Пока не появится подкрепление десанту, можно делать им мелкие пакости. Например, попытаться уничтожить несколько роботов. Все им веселее будет. Когда появится подкрепление, то действовать по обстановке. В воздушный бой с истребителями на этом "летающем сарае" вступать бессмысленно. Он будет уничтожен сразу и никакое мастерство не спасет. Значит, его тоже надо будет консервировать на какой-то свалке металлолома, или поблизости от нее. Самим можно оставаться в нем жить, но не включать никаких приборов, если кто-то будет крутиться в воздухе поблизости. Иными словами, "сидеть со свечкой". Ну, и ничего страшного! С воздуха их не обнаружат, а все подряд свалки металлолома тоже бомбить не будут. А если появится пеший десант, так как по этим джунглям танки не пройдут, то опять бросить на него свои "танки". "Танковые" войска "сипаев" показали себя с наилучшей стороны, вот и будем их применять грамотно и эффективно. Чтобы у десантников было одно желание — удрать отсюда поскорее. А сейчас — спать! День был очень богат на события. И партизанам тоже отдыхать надо. Тем более, после такой блестяще проведенной операции. А вот генералу со "штатскими" сейчас не до сна. Но это уже их проблемы…

Утро следующего дня тоже выдалось ясным и о бушевавшей недавно грозе ничего не напоминало. Ольга позволила себе поспать подольше. Все равно, никаких срочных дел нет, десант заперт на "Кассиопее" и добраться сюда никак не может, а помощь так быстро к ним все равно прибыть не успеет. Поднявшись, проверила видеозапись в компьютере. Ничего, кроме обычной ночной жизни джунглей, не было. Никаких чужих сигналов в течение ночи тоже не поступало. Приготовила завтрак и начала будить Аню. Хоть и не быстро, и не с первой попытки, но это все же удалось. Что ни говори, а девочка, все-таки, вчера вымоталась. Но, едва придя в себя, она сразу же вникла в ситуацию, подтвердив то, о чем Ольга думала ночью.

— Мама, долго такая ситуация продолжаться не может. Им придется вызывать помощь, не смотря на грядущие неприятности. Иначе, будет еще хуже.

— Вот именно. Поэтому, нам надо первым делом получше спрятать шлюпку. Если после прибытия к ним подкрепления наш "Линкс" будет выведен из строя, то придется вести жизнь настоящих партизан и уводить их подальше от шлюпки, пока им не надоест гоняться за нами. Без шлюпки наше возвращение весьма призрачно.

— Каковы наши ближайшие действия?

— Завтракаем, потом посмотрим по карте, где можно будет ее спрятать. Нам на "Линксе" тоже надо перебазироваться подальше от этого места. Оно уже засвечено, и искать нас начнут отсюда. Потом вымоем десантный отсек, да и самим бы искупаться неплохо, и сделаем очередную бяку нашим "друзьям".

— Какую?

— Постараемся выбить наибольшее количество роботов. Чем меньше у них будет оружия, тем лучше для нас. Если даже вчера они сразу же запросили помощь, то у нас есть еще несколько дней, пока мы будем обладать превосходством в воздухе. И надо извлечь отсюда максимальную пользу. Экономить боеприпасы нет смысла. Все равно, в бой с истребителями, или штурмовиками нам вступать нельзя. Этот "летающий сарай" на такое не способен, мы будем сразу сбиты. Придется его тоже прятать.

— Пожалуй… Эх, сейчас бы настоящий истребитель!

— Аня, умерь свой боевой пыл. После такого сокрушительного провала они нагонят сюда столько сил, что постараются задавить нас численностью. Больше им ничего не остается, а от ковровой бомбардировки, или аннигиляционной бомбы и наши способности не спасут. И будь у нас даже не один, а два новейших истребителя, против целой авиаэскадры мы ничего не сделаем. Поэтому, если сильно запахнет жареным, надо будет прятаться в какой-нибудь норе, и пакостить им по мере возможности. Утешает то, что перевес в "сухопутных войсках" у нас гарантирован. И вот здесь они ничего не смогут сделать…

Обсудив еще ряд технических деталей предстоящего рейда, Ольга ознакомилась с картой этого района планеты повнимательнее. Забираться внутрь материка не хотелось, побережье выглядело намного предпочтительнее. Но ведь именно здесь их и будут искать в первую очередь. Прятать шлюпку на островах тоже нельзя. Если с "Линксом" что-то случится, то они никогда не доберутся туда. В конце концов, приняли компромиссное решение.

Шлюпку спрячут в глухомани, километрах в ста от побережья. В крайнем случае, дней за десять — пятнадцать пешком они туда доберутся. Сами же обоснуются на побережье и будут ждать дальнейшего развития событий, одновременно проводя доступные партизанские действия.

Хочешь не хочешь, а придется им на какое-то время разделиться. Лучше не рисковать и не пытаться вести шлюпку, или бот, управляя им дистанционно, хотя такая возможность и предусмотрена. Очень многое поставлено на карту. Договорились, что Ольга поведет шлюпку, а Аня — "Линкс". И она категорически отказалась отпустить дочь к месту стоянки бота одну, как Аня ни убеждала ее, что никакой опасности нет.

Открыв люк и оказавшись за бортом, Ольга полной грудью вдохнула теплый влажный воздух джунглей. Та же мешанина запахов, но опасности пока нет. Вокруг следы ночного пиршества, но местных обитателей не видно. Что тут творилось, можно только представить. Ольгу аж передернуло, когда она увидела оружие, изуродованное мощными челюстями до такой степени, как будто его сминали гидравлическим прессом. Кое-где лежали остатки камуфляжной штурмовой брони, изорванной так, будто она сделана из бумаги.

От самих же тел "волкодавов" не осталось ничего. Да-а-а, ребятки… Никто вас сюда не звал…

"Линкс" стоял на том же месте, где они его вчера оставили, как ни в чем не бывало. Ввиду своей несъедобности, местную публику он не заинтересовал, а поскольку вреда от него никому тоже не было, то его просто проигнорировали. Отдраив люк, Ольга и Аня вошли внутрь десантного отсека. Да, уборку тут сделать необходимо… Но это уже издержки войны. Еще вчера утром они даже не предполагали, что станут обладателями такой машины, которая может здорово облегчить им жизнь на Пандоре. Пройдя в кабину, Аня сразу уселась в командирское кресло и стала выводить реактор на номинальный режим.

Попутно проверила запись вызовов, сделанных за ночь. Их много раз вызывал "лебедь", но так и не дозвался. Ольга усмехнулась. Заволновались, мон женераль… Но пока помайтесь неизвестностью, вызовем попозже сами. Как будто поняв, что на борту "Линкса" кто-то есть, снова ожило радио. Сам генерал почтил их своим вниманием. Ладно, побеседуем…

— Орлан — три, ответьте Лебедю.

— Доброе утро, мон женераль! Как спалось? Не докучали местные зверушки?

— Доброе утро, сударыня. Что же Вы так долго не отвечали?

— Не поверите, мон женераль. Проспала! Очень хлопотный день вчера выдался. Так что Вас интересует?

— Мне бы хотелось поговорить с Вами.

— Хорошо, давайте поговорим. Я Вас внимательно слушаю.

— Это разговор не для радиосвязи. Приходите на "Кассиопею"…

— Мон женераль, неужели я похожа на идиотку?

— Сударыня, Вы можете мне доверять. Даю слово офицера, что Вашей жизни и жизни Вашей дочери ничего не грозит!

— Забыли добавить — жизни в тюряге. Мон женераль, неужели Вы всерьез думаете, что после всего, что вы натворили, я буду иметь с вами дело?

— Вы, офицер, не верите слову офицера?!

— Во первых, офицером я давно перестала быть благодаря таким, как Вы. А во вторых, я никому не верю. А типам, подобным Вам, тем более. Поэтому и жива до сих пор. Хотите что-то сказать, давайте поговорим. Нет — значит нет. Меня эти ваши тайны уже достали.

Генерал пытался продолжить дискуссию, но Ольга больше не отвечала. Нечего толочь воду в ступе. Ясно, что пока сохраняется эта патовая ситуация, генерал будет очень любезен. Пока не прибудет подкрепление. Вот и поглядим, куда денется его любезность. Опять станет говорить на языке ультиматумов…

— Мама, больше мы ничего от него не услышим. Взять нахрапом не получилось, теперь он будет, как уж извиваться. Пока помощь не придет.

— Вот именно. Знаю я эту публику. Все, доча, полетели. Взлетаешь первая, я за тобой. Высота полета — чуть выше крон деревьев. На такой высоте радар "Кассиопеи" нас не обнаружит, а нам не надо, чтобы там заметили наш взлет. Уходим вглубь материка, затем летим параллельно береговой линии. В полете соблюдаем радиомолчание, выход в эфир — в крайнем случае. Взлет только после того, как "Памир" уйдет за горизонт. Его период обращения вокруг планеты по орбите — сто пятьдесят минут. За это время нам надо сме- нить позицию, пока он не появится снова. Задача ясна?

— Да.

— Все, доченька, с богом!

Поцеловав и перекрестив дочь, Ольга направилась к выходу, кляня себя по дороге последними словами. Хороша, мамаша… Выпускает в самостоятельный полет на боевой машине семилетнего ребенка! Если кто узнает, точно скажут, что у мамы не все дома. А с другой стороны, просто деваться некуда. Они и так ходят здесь по лезвию бритвы. Выйдя из бота и задраив за собой люк, Ольга направилась к месту стоянки шлюпки. все-таки, жутковато идти одному по этим местам. Даже ей, с ее способностями, надо быть постоянно настороже. Что же говорить о простом человеке. Активировав чувства зверя, Ольга шла вперед.

Пройти надо пять сотен метров… Сколько добычи вокруг! Но эта добыча не опасна, хотя и рассматривает ее с гастрономической точки зрения. Нет, ничего у вас не получится.

Местная добыча наблюдает со стороны, но выдерживает дистанцию… Добыча знает, что н и ч е г о сделать не сможет… И к Ольге пришло наконец осознание того, что сейчас о н а здесь хозяйка! Она и Аня. Как бы в подтверждение этого, из чащи высунулась клыкастая пасть одного из "танков". То ли это был один из тех, кто принимал участие во вчерашней атаке, то ли подошел недавно, но он не напал, а остановился и внимательно смотрел на Ольгу. Ольга тоже остановилась и глянула ему в глаза. Все вокруг уже давно попрятались, и только двое — человек и громадный хищник, два венца творения природы в разных точках галактики, внимательно смотрели друг на друга. Когда-то человек проиграл здесь битву с природой. Вернее, не проиграл, а благоразумно отступил. Ему не нужна была война до полного истребления одной из сторон. И вот теперь они встретились вновь. И эта встреча в диких джунглях закончилась победой здравого смысла. Ольге даже не пришлось пугать хищника. Он, похоже, хорошо чувствовал ее сущность. Сущность хищного з в е р я, который был внутри нее. И предпочел не связываться, а молча повернулся и исчез в чаще. Также тихо, как и появился. Снова вокруг почувствовалось присутствие жизни. Столкновения удалось избежать. Они оба поступили очень мудро, разделив сферы влияния, и не стали вмешиваться в интересы друг друга. Как знать… Может, эти хищные ящеры не так уж и глупы. И в этом гигантском черепе со страшной клыкастой пастью есть зачатки разума. И в процессе эволюции этот вид не исчезнет, а займет то же место на Пандоре, какое занял когда-то человек на Земле. Если только человек снова не попытается нагло влезть в этот дикий мир и переделать его по своему усмотрению…

Но вот и шлюпка. все-таки, среди металла и пластика чувствуешь себя привычнее.

Выход реактора на номинальную мощность и можно взлетать. Доклад компьютера о готовности, и крохотное суденышко, москит космического флота, созданного человеком, отрывается от поверхности и начинает медленно набирать высоту. По корпусу скользнули ветви деревьев, когда пришлось продираться сквозь зеленые кроны, и вот вокруг, буквально в нескольких метрах под днищем машины, раскинулся сплошной зеленый ковер. Высота медленно увеличивается. Картина вокруг просто идиллическая. Внизу вечно зеленый тропический лес. Вверху безоблачное синее небо, в котором ослепительно сияет яркий диск Денеба. С одной стороны, до самого горизонта, простирается яркая зелень джунглей, с другой — синева океана. И чужеродным элементом в этой картине выглядит летательный аппарат с угловатыми формами в камуфляжной раскраске, неподвижно висящий в воздухе над деревьями чуть в стороне. Аня уже взлетела, и поджидала мать. Огромный длинный корпус "Кассиопеи" возвышался своей верхней частью над деревьями, но на такой высоте ее радар не сможет обнаружить беглецов. Антенна радара находится в нижней части корпуса лайнера, и деревья надежно экранируют бот и шлюпку. Убедившись, что все в порядке, "Линкс" развернулся и дал ход, устремившись прочь от побережья, стараясь побыстрее удалиться от космопорта.

Аня вела "Линкс" на небольшой высоте, на десяток метров выше крон деревьев и на небольшой скорости, не более ста пятидесяти километров в час, подстраиваясь под тихоходную шлюпку. За время, пока "Памир" находится над другой стороной планеты и не может заметить их полет, надо сменить позицию. До облюбованного ими места, среди холмистого района, сплошь покрытого джунглями, от точки взлета около ста пятидесяти километров. И сотня километров до берега. Ищите теперь, ребятки, ветра в… джунглях!

Две машины неслись над лесом на минимальной высоте, распугивая местных обитателей. Чтобы особо не напрягаться, включен автопилот. Времени на полет до места назначения хватит, а вот потом придется подождать, пока "Памир" уйдет на следующий виток. Если место посадки будет обнаружено, то вся эта затея теряет смысл. В конце концов, сигнал на радаре от шлюпки очень слабый, и обнаружить ее можно только с небольшой высоты и на небольшом расстоянии. Реальный шанс обнаружить ее есть только тогда, когда известен район, где искать. Но если надо обшарить район радиусом больше сотни километров… Тут уже нужна большая доля везения.

Вот и облюбованное место. Машины зависли в воздухе, и Ольга начала искать подходящую площадку. Местность холмистая, что затрудняет обнаружение, но и найти местечко, чтобы "припарковаться", тоже значительно сложнее. А надо поторапливаться. Скоро "Памир" выйдет из-за горизонта и имеет реальные шансы засечь две машины, находящиеся в воздухе. Наконец, обнаружив более — менее ровное место под склоном заросше- го лесом холма, Ольга пошла на посадку, продираясь корпусом шлюпки через кроны деревьев. Пара минут, и крохотное суденышко замерло, коснувшись грунта, примяв кустарник. Все. Теперь перевести все системы в режим консервации и полностью обесто- чить электрические цепи. Огоньки на приборных панелях мигнули, и шлюпка погрузи- лась в темноту, нарушаемую кое где только светом, просачивающимся через смыкающиеся вверху кроны, и достигающим иллюминаторов. Теперь предстоит нудная работа по перетаскиванию части запасов на десантный бот, так как там ничего нет. Но это, все таки, проще и безопаснее, чем воевать вдвоем против двух рот десанта. Аня уже совершила посадку поблизости. Ей проще — особо прятаться не надо, да и корпус бота намного прочнее и массивнее. В случае чего, может и несколько деревьев сломать, ничего ему не станется.

Открыв люк, Ольга выбралась наружу. Со всех сторон сразу же обступили джунгли. Здесь лес был гораздо гуще, чем на месте первой стоянки. Невдалеке между деревьями виднелся камуфлированный борт "Линкса". Такая окраска идеально подходила для этих мест, хорошо маскируя машину среди растительности. Огромный кустарник, отдаленно напоминающий земные папоротники, окружал ее со всех сторон. Когда Ольга подошла вплотную, продравшись через кусты, Аня уже отдраила люк и стояла у входа, поджидая мать.

— Все, мама, у меня все нормально! Машинка ведет себя хорошо. А как у тебя?

— Все в порядке, место хорошее. С воздуха ничего не просматривается. А чтобы проверить, что здесь лежит, надо только десант высаживать. Но пусть сначала обнаружат.

— Что дальше?

— Сейчас я перетаскаю часть запасов, а ты оставайся здесь. Нечего тебе тяжести носить.

— Но, мама!

— Аня, не спорь! Не забывай, что в физическом плане ты еще ребенок. Лучше оставайся в кабине и следи за обстановкой. Может, наши заклятые друзья себя как-то обнаружат.

Сама на связь не выходи.

— Ладно…

Когда работа по снабжению "Линкса" всем необходимым была закончена, Ольга с облегчением развалилась в кресле второго пилота. все-таки, таскать на себе груз по джунглям не очень приятное занятие.

— Все, доча! Пока посидим, отдохнем. Как там "Памир"?

— Уже вышел из-за горизонта и обшаривает поверхность планеты своим радаром. Наш детектор принимает его сигнал. Но с такой высоты, если мы не в полете, он нас не обнаружит.

— Ну и славно! А мы давай пока разберемся, что же тут за новинку придумали. Надо будет ее нашим кудесникам из службы связи доставить. Как раз по их профилю…

Все последующее время, пока "Памир" не ушел на очередной виток и скрылся за горизонтом, Ольга и Аня изучали прибор. Вернее, изучала Ольга, а Аня выступала в роли учителя, и Ольгой сразу были сделаны выводы о практической ценности технической новинки. Ведь с ее помощью проведение "экспедиций" по доставке "товара" резко упростится.

Прибор был сравнительно небольшой и его вполне можно устанавливать на беспилотных роботах — разведчиках, что резко увеличит их возможности. Но для этого надо доставить хотя бы один экземпляр прибора в офис ее компании. А там уже кудесники из службы связи разберутся с начинкой и начнут собирать такие же по образу и подобию. А может, даже что-то и улучшат. Но это возможно только в том случае, если удастся сохранить "Линкс"… Вот уж, поистине, задача с двумя зайцами! Аня уже понимала мать без слов.

— Что, мама, понравилось? Вижу, как глаза разгорелись! Но для этого надо довести этот "летающий сарай" до космопорта в Шварцвальде. Самим тут лучше ничего не демонтировать, а то еще сломаем. Ведь в подобных секретных приборах вполне могут быть предусмотрены меры для обеспечения самоликвидации в случае несанкционированного доступа. В лучшем случае все просто сгорит. А может и рвануть. Хотя, запаха взрывчатки вроде нет. А доставить туда эту летающую колымагу мы не можем. Гипердвигателя у нее нет.

Она предназначена только для десантирования с нормального корабля на планету и для абордажа в космосе.

— Понимаю, Анечка… Жалко такую ценную вещь упускать… Был бы на этой, как ты выразилась, колымаге гипердвигатель, так и проблем бы не было. Дождались бы ухода "Памира" за горизонт, стартовали в форсажном режиме, чтобы побыстрее выйти из атмосферы и удалиться от планеты. Даже если крейсер и предупредят о нашем взлете, ему нужно будет время, чтобы выйти из-за планеты, которая будет прикрывать нас, как щит, чтобы применить оружие. Догнать он нас в таком полуживом состоянии не догонит, но вот пальнуть по нам может. Но за это время мы успеем уйти на безопасную дистанцию от Пандоры для входа в гиперпространство. А поскольку здесь этого нет, то и говорить не о чем. Все, на что нам сгодится эта лошадка, это полеты в атмосфере и возможность пакостить его превосходительству генералу. Хотя, одна мысль у меня есть…

— Какая?

— Если нам удастся убраться отсюда и спрятать "Линкс", то мы вполне можем вернуться за ним, когда все утихнет.

— Но удастся ли тут на месте разобраться? Ведь придется тащить сюда всю эту банду твоих криминальных гениев от электроники со всеми их прибамбасами. Без них ничего не получится.

— Зачем тащить их сюда? Приведем "Титан" под охраной "Барса". Как раз работа по его части — буксировка малоразмерного объекта на внешней подвеске. Зря мы, что ли, в сос- таве флота нашей компании буксир держим? Вот и пусть поработает по прямому назна- чению! Да и нам лишняя посудина, к тому же, доставшаяся совершенно бесплатно, не помешает. Загоним ее сразу на переоборудование. Думаю, часть объема десантного отсека можно вполне выделить для установки гипердвигателя и монтажа кают. И будет у нас еще один хоть и небольшого размера, но быстроходный и бронированный грузовой шаттл! А оформить его можно, как гражданскую яхту. Что поделаешь? Ну, нравится госпоже Миллер коллекционировать яхты в стиле "military"!

— Мама, а глупых вопросов задавать не будут? Откуда у нас военная машина?

— Сейчас, доча, уже не будут. Генерала Миллер знают все. И простят мне многие причуды, если они не затрагивают законов Швейцарской республики. А мы свято чтим законы… Ну, почти… По крайней мере там, где живем. А что мы творим на просторах галактики, за пределами территориального пространства Швейцарии, это никого не касается!

— Ну, мамочка! В то мое время у якудза тебе бы цены не было!

— Да и сейчас, доча, тоже. Вспомни Юмико. Ведь она работала на якудза. А я просто состою в другой похожей международной организации, только и всего. Ведьмы на дороге не валяются, там это четко осознают и ценят таких сотрудников. В отличие от наших рыцарей плаща и кинжала… Ладно, как там наш хромой полукрейсер?

— Все, скоро уйдет за горизонт и можно взлетать.

— Отлично! Доча, мы с тобой на пляже давно были? Вот и полетели! Позагораем и искупаемся! Даю тебе гарантию, что тут любому океанскому пляжу можно смело выдать сертификат экологической безопасности. Ни одного промышленного предприятия в радиусе всей звездной системы Денеба тут нет! А потом нашим "друзьям" бяку сделаем!

"Линкс" взмыл над деревьями, но высоко подниматься не стал. Зависнув в воздухе, Ольга и Аня внимательно осмотрели место посадки сверху и остались довольны. Маленькой шлюпки вообще не видно, а место посадки бота хоть и выдают несколько сломаных деревьев, но через пару дней джунгли восстановят здесь свой прежний вид. А теперь подальше от этого места, нечего привлекать к нему внимание. Аня дала полную тягу двигателям, и "Линкс" устремился прочь.

Снова внизу проносится с огромной скоростью зеленый ковер джунглей, сливающийся в сплошное зеленое поле. Теперь можно двигаться гораздо быстрее и за то время, пока "Памир" будет находиться над другой стороной планеты, уйти как можно дальше. Сделав большой крюк над сушей, "Линкс" снова направился в сторону океана. Машина в камуфляжной окраске неслась на огромной скорости и на минимальной высоте, что вызывало у Ольги даже некоторое чувство дискомфорта. все-таки, полеты на таких высотах сейчас не практикуют. Но Аня лишний раз доказала, что она была прекрасным пилотом морской авиации Императорского флота Японии. Богатейший опыт боев в небе Юго — Восточной Азии, в том числе и на сверхмалых высотах, не пропал даром. И Ольга поверила, что когда-то ее дочери действительно удавалось в ходе воздушного боя стричь верхушки пальм винтом своего истребителя. Поэтому и не вмешивалась, полностью доверив ей управление трофейной машиной, а сама отслеживала их перемещение на электронной карте. Когда до побережья оставалось уже немного, Аня начала сбрасывать скорость. Наконец, за зеленым ковром тропического леса, блеснула синева океана. Вот она все ближе и ближе. И наконец наступил момент, когда джунгли внизу кончились. Машина прошла на небольшой высоте над узкой полоской песчаного берега, на которую лениво накатывались небольшие полупрозрачные волны океанского прибоя. Погода стояла тихая и ясная. Океан был спокоен, и его воды отличались исключительной прозрачностью, давая возможность заглянуть в свои глубины. Скорость полета была минимальной и Ольга, вместе с Аней, залюбовалась открывшимся видом. Но Аня, как всегда, сразу перевела все в практическую плоскость.

— Великолепная прозрачность воды! В такую погоду мы легко обнаруживали подводные лодки на небольших глубинах. Здорово напоминает Тихий океан, побережье какого — нибудь острова в тропиках. Слава богу, зениток тут точно нет.

— Доча, вот у тебя ассоциации! Нет, чтобы восхищаться окружающей красотой и получать от этого положительные эмоции!

— Мама, я на подобную красоту знаешь, сколько насмотрелась? Когда подходишь на небольшой высоте к берегу, покрытому джунглями, и ждешь, что по тебе оттуда начнет лупить несколько десятков стволов разных калибров. Эмоции незабываемые!

— Ладно, Анечка, не будем о грустном. Давай, ищи место для посадки. Лучше не на открытом пространстве, а с краю джунглей. Не надо, чтобы наша машина визуально просматривалась сверху. Хоть у нас пока и превосходство в воздухе, но все-таки…

"Линкс" развернулся и пошел на небольшой скорости в сторону кромки леса, постепенно снижаясь. Ширина песчаной полоски пляжа была не больше сотни метров. Когда джунгли были уже рядом, Аня так и не смогла найти свободной площадки, растительность была довольно плотная. Но "Линкс" оправдал свою репутацию летающего бронетранспортера и просто вломился на малой скорости в джунгли, подмяв несколько деревьев. Кроны соседних сомнулись сверху, надежно укрыв машину от посторонних взглядов.

— Все, мама, прибыли! Станция "Пляжная", пассажиров просят пройти на выход! Не забывайте свои вещи в салоне!

— Доча, ну ты даешь!!! Я никогда "Барсом" деревья не ломала! Не жалко машинку?

— Мама, этот космический бронетранспортер рассчитан на посадку в гораздо более худших условиях. Так что, его корпусу это ничем не повредит. Разве только краску подерем.

Но сегодня нам ее обдерут в любом случае.

— Ты имеешь ввиду налет на космопорт?

— Вот именно. Роботы откроют по нам шквальный огонь. И есть у меня еще одна задумка.

— Так, доча, задумки потом. Сначала вымоем десантный отсек, а потом пойдем купаться. А уж после этого обсудим тактику и стратегию. Идет?

— Идет!

Следующие полчаса ушли на то, чтобы привести палубу десантного отсека в нормальный вид, убрав все последствия недавней резни. Ольга носила морскую воду в найденном бачке, а Аня отмывала металлическую палубу. Когда отсек засверкал чистотой, они обе устремились на берег. Песчаный пляж был просто великолепен. Поскольку погода была очень тихая, волны прибоя почти отсутствовали, набегая небольшими гребнями стекловидной пены на кромку берега, и тут же откатываясь назад с мерным, тихим шепотом.

Сбросив всю одежду, Ольга и Аня с радостным визгом бросились в теплую, прозрачную воду. Согласно той информации, что Ольге удалось узнать о Пандоре, опасных животных в прибрежных водах не водилось, но далеко лучше не заплывать. Тут тоже есть аналоги земных акул, с которыми лучше не встречаться. И неизвестно, удастся ли их отпугнуть.

Во всяком случае, Аня отнеслась к предупреждению очень серьезно, и хулиганить в воде не пыталась, сразу успокоив мать.

— Мама, мне ты это можешь не рассказывать. Я знаю, насколько опасны теплые тропические воды. Каких только тварей здесь можно встретить. Что Земля, что Пандора в этом отношении очень похожи. За годы войны я насмотрелась всякого…

Ласковая теплая вода обволакивала тело, создавая иллюзию спокойствия и безмятежности. Соленость была довольно высокой, почти такой же, как на Земле и Швейцарии. Очевидно, развитие жизни в разных местах галактики подчиняется каким-то общим законам.

Нырнув, Ольга с интересом наблюдала за жизнью местного подводного мира. Глубина возле берега была небольшой, порядка двух метров, и дневной свет легко пронизывал слой прозрачной морской воды, ярко освещая песчаное дно, кое-где покрытое мелкими камнями и ракушками. Стайки мелких разноцветных рыбок сновали в разные стороны.

За ними внимательно следили отдельные экземпляры рыб покрупнее, пытаясь определить, что же это за два невиданных чудища появились в местных водах. Внизу мелькали какие-то ракообразные, устремляя на два проплывающих над ними странных чудовища свои телескопические глаза. В ушах не умолкал шум океана, который невозможно услышать, находясь на берегу, или на палубе судна. Океан Пандоры жил своей жизнью…

Ольга посмотрела в сторону. Рядом под водой плыла Аня. Она как будто рождена была в морской стихии. Грациозные движения, развевающиеся в воде длинные черные волосы делали ее похожей на маленькую морскую нимфу. Лучи света пронизывали толщу воды и яркие блики от водной поверхности создавали феерическую картину подводного царства. Вот Аня пошла на поверхность, и Ольга последовала за дочерью. Аня вынырнула с радостным фырканьем.

— Уф-ф-ф!!! Мама, как тут красиво! Давай, как все образуется, будем сюда наведываться?

Ведь здесь прекрасная природа, вода и воздух чистейшие!

— Посмотрим, доча. Давай, сначала отсюда ноги унесем. Не забывай, что сейчас мы не на отдыхе, а просто сделали себе передышку между боями.

— А я и не забываю. Но на войне тоже надо выкраивать для себя вот такие моменты. Ведь человек — не машина. И ему нужен отдых даже на войне, иначе его эффективность, как боевой единицы, упадет очень быстро. Особенно в авиации. Трудно ждать эффективных и грамотных действий от пилота, который спит два — три часа в сутки в скотстких условиях изо дня в день, из месяца в месяц. И умные военачальники это понимали. А не очень умные, те, которые воевали не умением, а числом, заявляли, что у них нет людей. У них только солдаты. К чему это приводило, тебе хорошо известно…

Они резвились в морской воде, плавали и ныряли, как будто хотели забыть о том, что еще вчера, совсем недалеко отсюда, бушевала война. Снова гремели выстрелы, и лилась кровь. Снова пытался ускользнуть из прицела силуэт вражеской машины. Снова ревели двигатели на форсажном режиме и огненные трассы раскалывали чужое небо. И снова, как и много лет назад, вражеская машина взрывалась в сетке прицела. И они наблюдали ее послед- ний полет, напоминающий полет огненной кометы, с огромной скоростью врезающейся в джунгли… Очередная война в их жизни, которая не хочет их отпускать. Которая снова, и снова напоминает о себе двум опаленным ее огнем воинам…

Вдоволь накупавшись и выбравшись на берег, Ольга с удовольствием растянулась на золотистом горячем песке. Аня с детской непосредственностью носилась по кромке воды, поднимая тучи брызг. Вдоволь нарезвившись, подошла и легла рядом на песок. Легкий ветерок с океана нес свежесть, и здесь не было той удушливой влажности, свойственной тропическим джунглям. Ольгу совсем разморило на песочке, как голос дочери неожиданно вырвал ее из сладкой неги.

— Мама, давай обсудим дальнейшие действия. Думаю, через несколько дней наш отдых между боями закончится. Контора пришлет помощь десанту. И так мы уже не позагораем.

— Знаю, Аня. Но пока мы вынуждены ждать и находиться поблизости от "Кассиопеи", если хотим что-то узнать. Сегодня совершим налет на космопорт и постараемся выбить наибольшее количество роботов. Но эта операция будет иметь больше демонстрационное значение, так как особой практической выгоды нам не дает. Штурмовать "Кассиопею" мы не собираемся, а роботы дальше периметра летного поля все равно не пройдут и в лесу их бояться нечего. Единственный полезный результат — это показать генералу и группе "сугубо штатских" лиц, которые им командуют, что тут убивают. И чтобы они не чувствовали себя в безопасности, даже укрывшись внутри корпуса лайнера. Может, пропадет желание вести "охоту на ведьм".

— А дальше? Когда к ним придет подмога?

— А тут все будет зависеть от того, кто придет и сколько. Если у них будет с собой хоть один истребитель, то о полетах на нашем "бронетранспортере" придется забыть. Это будет равнозначно самоубийству. Придется его спрятать и использовать только в качестве базы. А самим снова воевать в составе пехотного подразделения при поддержке "танков", нанося молниеносные удары и тут же отходить в джунгли. При этом захватывая пленных и вытряхивая из них последнюю информацию. Пока им не надоест охотиться. В джунглях они все равно никогда нас не поймают. Можно, конечно, прямо сейчас убраться подальше от "Кассиопеи". Хоть на противоположную сторону Пандоры, используя моменты, когда над нами не висит "Памир". Но так мы ничего не узнаем, и будем просто отсиживаться.

Хотя, я не исключаю такого варианта. Они знают, что мы не уходили далеко. И если контора поймет, что поймать нас не в состоянии, то вполне может подогнать сюда авианосец и смести здесь все в радиусе нескольких десятков километров от космопорта, даже не применяя аннигиляционную бомбу. А могут и ее кинуть. Кто им запретит?

— В том то и дело, что никто… Ладно. Будем надеяться, что до аннигиляционной бомбы не дойдет. Это уже будет признание своего полного бессилия, и если мы уцелеем, то со многих полетят погоны. А так могут сослаться на то, что не смогли нас обнаружить в джунглях. Получат по шапке, но не более того. А если станет уж очень жарко и нас начнут прижимать, придется имитировать нашу гибель, чтобы они в это поверили.

— Каким образом?

— Придется пожертвовать нашим трофеем. В воздухе против истребителя он все равно не боец. Вот и надо сделать так, чтобы он был сбит. Причем, непременно над океаном. Иначе они смогут осмотреть место падения и убедиться, что нас на борту не было. Помнишь свой трюк с "Элеонорой" здесь, на Пандоре?

— Помню, конечно… Управлять "Линксом" из шлюпки… Попробовать, конечно, можно.

Но это уже в самом крайнем случае. Шлюпка — наш последний шанс и светить ее нельзя.

А о какой задумке ты говорила?

— Так я к этому и подхожу. Сегодня мы до смерти напугаем всех, кто засел на "Кассиопее" и чувствует себя в полной безопасности. И в следующий раз, когда к ним подойдет подкрепление, они сделают все возможное, чтобы не подпустить нас близко.

— И как мы это сделаем?

— Проведем атаку камикадзе.

— Аня, ты в своем уме, или как?! Вам заповеди "Бусидо" спокойно жить не дают, господин капитан первого ранга?! Я из-за этих сволочей умирать не хочу и тебе не дам!!! Не стоят они этого!

— Мама, а кто тут собрался умирать? Я тоже жить хочу. Просто сделаем так, что они поверят в то, что мы способны на самоубийственную атаку.

— И как же?

— Налет на космопорт подгадаем по времени так, чтобы "Памир" вскоре проходил по орбите как раз над "Кассиопеей". После атаки даем полную тягу и идем вверх, якобы атакуя "Памир"…

— Аня, у тебя что, совсем пропало чувство реальности?! Какая атака "Памира"?! На этой жестянке?!

— Мама, я же сказала — "якобы". Там нервы у всех на пределе. И что они сделают, когда увидят, что виновники всех их несчастий лезут на рожон? Раз они смогли захватить лайнер, уничтожить почти половину десанта вместе с десантными средствами, захватив одно из них, а вторую половину наглухо заблокировать в поврежденном лайнере, откуда те боятся и нос высунуть? А вдруг они умудрятся и крейсер уничтожить?! Что бы ты сделала на их месте?

— Открыла огонь на поражение.

— Вот именно! Они не станут ждать, когда мы подойдем близко, а постараются уничтожить нас на дальних подступах. Потому, как не знают, какими средствами мы располагаем, раз уж смогли натворить такое. И залп из двух — трех ракет по нам я тебе гарантирую.

— И что нам это дает? Мы будем гарантированно сбиты, только и всего.

— Не торопись. Высоко мы подниматься не будем, поэтому ракетам придется гнаться за нами довольно далеко. Поскольку "Памир" будет примерно в зените, то и ракеты пойдут на нас практически вертикально. Мы же, обнаружив их, начинаем пикировать прямо на "Кассиопею". И что сделает система самонаведения ракет?

— Захватит наиболее крупную цель… Аня, ты гений!!!

— Спасибо, мамочка, я это знаю… Шучу, шучу! Но ближе к делу. Нам надо выйти из пикирования над "Кассиопеей" на высоте не более тысячи метров. Тогда головки самонаведения ракет гарантированно перенацелятся на значительно более крупную цель. То есть на "Кассиопею". В зависимости от вида и калибра ракет ее либо разнесет на куски, либо наделает в ней еще больше дырок. И то и другое нас устраивает. Но до этого не дойдет.

Генерал и "штатские" поднимут в эфире страшный визг, когда увидят, что ракеты идут прямо на них. Поэтому, "Памир" будет вынужден уничтожить их самоликвидатором. Роботов — перехватчиков по нам вряд — ли выпустят. Слишком много чести для нашего "бронетранспортера". Это будет им сюрприз на сегодня. А на завтра придумаем что-нибудь еще. И пусть они проклянут тот день, когда задумали напасть на нас.

— Гениально! Хоть и очень рискованно, но гениально. Анечка, адмирал Ямамото потерял в тебе гениального помощника.

— Ну, мамочка, до помощника Ямамото я тогда еще чином не вышла. А когда стала капитаном первого ранга, он уже погиб. Самолет, на котором он летел вместе со своим штабом, был сбит американскими истребителями.

— Да-а-а, доча… Что я могу сказать? У обеих у нас шило в заднице! Нет, чтобы спрятаться где-нибудь и отсидеться спокойно… А мы все на рожон лезем.

— Мама, так ведь ты сама говорила, что лучшая защита — это нападение. И я с тобой согласна.

— Ох, Анечка, как бы мне хотелось сейчас считать по другому… Дура твоя мама… Была бы я одна, даже не раздумывала бы… А тут своего ребенка вынуждаю рисковать жизнью.

— Мама, но если мы будем отсиживаться, то они будут хозяевами положения и будут диктовать нам правила игры. А мы заставим их играть по нашим правилам. Что главной заботой у них станет не наша поимка, а сохранение в целости своей шкуры!

Ольга с Аней еще долго спорили и обсуждали детали предстоящей операции. Как ни пыталась Ольга на словах убедить саму себя не идти на такой риск, но в душе понимала, что Аня права. И она сама поступила бы также, а сейчас ее удерживает от этого шага только необходимость участия в этом дочери. Но Аня четко разложила все по полочкам, и Ольга вынуждена была признать, что кажущийся самоубийственным план на самом деле основан на точном расчете и имеет реальные шансы на успех. И если он удастся, то генерал и "штатские" не будут думать ни о чем другом, как только бы удрать отсюда поскорее.

Единственное, на чем Ольга настояла категорически, это то, что машиной будет управлять она, а не Аня. Поскольку бои в космосе и на больших высотах в атмосфере — это ее работа и здесь у нее опыта гораздо больше. Скрепя сердце, Ане пришлось с этим согласиться, хотя душа самурая рвалась в бой. Когда их военный совет был закончен, и надо было гото- виться к вылету, маленький зеленоглазый чертенок все же подколол свою мамочку невинной детской репликой. Когда они встали и собрались одеваться, Аня выдала.

— Мама, а ты красивая женщина! Наверное, все мужики шеи сворачивают, смотря тебе вслед!

Ольга смутилась. Во второй раз в жизни она представала перед дочерью совершенно обнаженной. Первый раз — на "Кассиопее" при выполнении "разведоперации". И совершенно ясно, что Аня смотрит сейчас на нее глазами самурая, а не семилетней девочки.

Раз не получилось по ее, то можно и подколоть мамочку. Совершенно невинное детское восхищение, не подкопаешься. А с мамочки не убудет! Та же хитрющая улыбающаяся физиономия, излучающая саму невинность. Ну, Сабуро — сан, погодите!!!

— Анечка, помнишь, ты говорила, что у вас в Японии матери с юных лет готовили дочерей к взрослой жизни?

— Да, помню.

— А если дочери плохо себя вели, что они делали?

— По разному. Маленьким детям, лет до пяти, обычно дозволялось все. А вот в более старшем возрасте запросто могли и высечь.

— Правильно! Анечка, а когда мы в последний раз получали?

— Ну, мамочка!!! Опять ты за старое! Я же ничего такого не сделала! Да и ремня у тебя сейчас подходящего нет! А этим, форменным "волкодавским", им и убить можно!

— Можно. Поэтому, его трогать и не будем. Анечка, зато посмотри, сколько розог вокруг растет! Давай, попробуем? У тебя как раз и попка голая!

Аня мгновенно оценила реальность угрожающей опасности и сразу же отработала назад…

— Мамочка, ну что ты, в самом деле!!! Я же без всякой задней мысли сказала! Ты, правда, очень красивая женщина! Разве это плохо? Вот я за тебя и порадовалась, какая у меня мама!

— Ладно, доченька. Будем считать, что инцидент исчерпан. Но давай с тобой договоримся.

Если хочешь что-то такое сказать, говори прямо и открыто. Понимаю, что в душе ты уже взрослый человек и мы можем с тобой общаться на равных. Но не надо меня подкалывать вот такими с виду невинными детскими вопросами, да еще и при других, как ты это сделала при тете Насте. Ведь вопросик был явно с подтекстом и с задними мыслями. Думаешь, я не поняла? Поэтому, лучше говори прямо. А то за задние мысли рискуешь получить по голому заду! Потому, что ты еще маленькая девочка, и я обязана заниматься твоим воспитанием! А все твое предыдущее поведение подтверждало, что в отношении тебя процесс воспитания без порки невозможен. Договорились?

— Ладно, мама, договорились… Больше так не буду делать…

— Ну, вот и славно! А насчет мужиков ты права. Действительно, шеи сворачивают.

Закончив "воспитательную беседу" и одевшись, Ольга вместе с дочерью направилась к "Линксу". Причем, Аня была страшно довольна таким благоприятным исходом. А что, с мамочки станется… Вырежет хворостину, да такое "внушение" проведет! Память услужливо подсказывала и напоминала обо всех предыдущих случаях. Поэтому, лучше мамочку не злить и не заниматься подобными подколками. Тем более, мама разрешила гово- рить все прямо. Значит, будем говорить прямо!

"Линкс" стоял на месте, придавив своим тяжелым корпусом несколько деревьев. Ольга обошла его вокруг и внимательно рассмотрела. Да, эта машина действительно прочна, надежна и проста, как грабли. Она рассчитана на то, что ей будет управлять непрофессионал и будет совершать вот такие посадки, от которых профессиональный пилот пришел бы в ужас. Жалко будет терять такую рабочую лошадку. Аня думала о том же.

— Что, мама, жалеешь, если придется его подставить?

— Жалею, доча. Хорошая, надежная машинка. Здорово бы нам в работе пригодилась.

Но… На войне — как на войне…

Заняв места в кабине, Ольга начала готовить машину к взлету. Аня сидела рядом в кресле второго пилота. По задуманному плану теперь она будет выполнять функции хвостового стрелка. Нижняя турельная артустановка отключена от системы центральной наводки, и находится в распоряжении Ани. С ее помощью она сможет легко поражать цели огнем сверху. В распоряжении Ольги остальное оружие "Линкса" — носовые автоматические пушки и верхняя турельная установка, которая уже себя хорошо зарекомендовала во вчерашнем бою. Вот бомб и ракет, к сожалению, нет ни одной. Реактор выходит на номинальную мощность, двигатели запущены на малую тягу, и компьютер докладывает о готов- ности к взлету. На экран выведена карта района, и на радаре обнаружен "Памир", поднимающийся над горизонтом. Вскоре он пройдет над старым космопортом и воочию убедится, что эти две проклятые ведьмы не желают спокойно отсиживаться в безопасном месте, пока их не трогают, и не пытаются удрать куда — нибудь подальше.

— Ну, что, Аня, готова?

— Готова!

— Поехали!

"Линкс" взревел двигателями и начал подниматься над деревьями. Теперь прятаться нечего. Наоборот нужно, чтобы их обнаружили. Машина поднялась на десяток метров над кронами деревьев, и Ольга начала горизонтальный разгон с одновременным набором высоты. Джунгли стали быстро удаляться вниз, скорость росла. Ольга, в который раз, с упоением ощутила в своих руках колоссальную мощь, созданную человеком. Хотя, конечно, до ее "Барса", или "Летающей ведьмы" эта машина далеко не дотягивала, но это все же совсем не то, что гражданские яхточки подобного размера. Аня внимательно следит за показаниями радара. Нет никаких сомнений, что они уже обнаружены. Высота полета — тысяча метров и "Линкс" быстро приближается к космопроту. Видимость прекрасная. Снова ожило радио.

— Орлан — три, ответьте Лебедю.

— Что тебе надо, сизокрылый?

Ольга нарочно насмехалась и издевалась над собеседником. Пусть знают, что разговаривать у нее нет никакого желания. А вот у генерала его, похоже, было с избытком, так как в эфире сразу зазвучал его голос.

— Орлан — три, прошу Вас, не уходите со связи. Нам надо поговорить.

— Хорошо, мон женераль, давайте поговорим.

— Сударыня, нам надо встретиться и обсудить ряд вопросов. Это важно не только для нас, но и для Вас. Я понимаю, что Вы не рискнете прийти сюда, так как имеете все основания не доверять мне. Что же, сам виноват. Скажите, где и когда мы можем с Вами встретиться и поговорить? Обещаю, что я приду один и не буду предпринимать никаких враждебных действий против Вас.

— Вот это да, мон женераль! Очевидно, Вас очень сильно прижало! Видать, здорово начальство хвоста накрутило! Вчера Вы разговаривали совсем по другому. Но никуда Вам идти не надо. Я сама сейчас направляюсь к вам в гости. Готовьте оркестр для торжественной встречи.

— Вы серьезно?!

— Абсолютно серьезно, мон женераль!

Ольга улыбнулась. Генерал хватается за соломинку. Аня с сомнением посмотрела на нее.

— Мама, и ты ему веришь?

— Конечно нет, Анечка. Но пусть дадут нам спокойно подойти к космопорту и не открывают огня раньше времени. Думаю, роботы сейчас заняли позиции по периметру вокруг лайнера, чтобы блокировать наш подход с любой из сторон. На такой высоте полет гранаты будет уже на излете, да и точность стрельбы с таким углом возвышения… Это, все таки, не специальные зенитные установки. А их пулеметы нам не опасны. Как только проходим над космопортом, я сбрасываю скорость и зависаю в воздухе. Постарайся за то время, пока они не очухаются, поразить из нижней установки наибольшее количество роботов. Как только они откроют ответный огонь, я начну маневрировать, чтобы не быть неподвижной мишенью. И нам надо успеть до того, как над нами будет проходить "Памир". Задача ясна?

— Да!

— Вперед!

"Линкс" несся на большой скорости в строну космопорта. Вот уже вдали показался длинный корпус "Кассиопеи", вытянувшийся вдоль летного поля. Ольга начала плавно сбрасывать скорость, но высоту сохраняла. На дистанции в тысячу метров турельная установка бьет без промаха, тем более, по неподвижной цели. Одновременно стала рассматривать цель через оптическую систему. Поле вокруг лайнера пустынно, людей никого нет. Оче- видно, все спрятались внутри корабля. А вот роботы стоят вокруг, охватив лайнер кольцом, и направив стволы своего оружия на появившуюся цель в небе. Их приземистые прямоугольные корпуса четко выделяются на бетонных плитах. В эфире стоит полная тишина. Очевидно, генерал сам не верит в свою удачу. Если "Линкс" совершит посадку, то тут же может получить несколько гранат в борт. И тогда уже с его экипажем можно "не церемониться". А пока надо вести себя очень тихо и прилично…

Ольга плавно развернулась против ветра и зависла в точке прямо над лайнером. Все поле старого космопорта просматривается великолепно. Высота тысяча метров. Прямо под ними огромный корпус лайнера, вокруг которого выстроились восемь небольших прямоугольных аппаратов с маленькой башней наверху. Они пытаются задрать стволы своего оружия в зенит, но это у них не получается, и цель находится в мертвой зоне. Пулеметы вес- ти огонь еще могут. Гранатометы — нет. "Линкс" остановился. Ольга внимательно следила за обстановкой, Аня поймала в прицел один из роботов.

— Готов!

— Огонь!!!

Громыхнула короткая очередь, и огненный рой устремился вниз. На месте одного робота возникло огненное облако. Очевидно, сдетонировал боезапас.

— Банзай!!!

Вторая очередь из нижней установки, еще один огненный рой несется вниз и находит свою цель. Уже два костра полыхают возле борта лайнера. Оставшиеся шесть роботов приходят в движение и стараются уйти с такой гибельной для них позиции, а также, чтобы ввести в действие гранатометы, одновременно открыв пулеметный огонь. По бронированному днищу "Линкса" ураганным ливнем стучат пули, но только обдирают краску.

Пока еще машина находится в мертвой зоне, но когда роботы доберутся до краев поля, то смогут применить и гранатометы. Но краев поля надо еще достичь. Еще два костра вспыхивают внизу. Кроме гранатометов и пулеметов роботы вооружены также огнеметами.

И это создает им сейчас медвежью услугу, воспламеняя их заряды. Все, дальше на месте оставаться опасно. Пристреляться по неподвижной мишени, даже из такого не очень точного оружия, как гранатомет, не так уж и сложно. Ольга дала ход и бросила машину вниз. Половина огневой мощи противника уничтожена. Едва "Линкс" сорвался с места, как рядом пронеслись две реактивных гранаты, прочертив небо своими дымными шлейфами. Нет, ребята, ничего у вас не получится! Ваши железяки не создавались для борьбы с воздушными целями. Вы надеялись гонять ими нас на борту "Кассиопеи". А теперь я погоняю их!

"Линкс" резко шел на снижение, и Ольга поймала в прицел один из роботов, пытающийся удрать к краю летного поля. Огонь! И снова рой трассирующих снарядов, выпущенный из носовых пушек, устремляется вперед. Через долю секунды внизу полыхают разрывы и среди них вспыхивает огненное облако. Еще минус один, осталось три. Высота пятьсот метров. Снизу грохочет нижняя артустановка, посылая пучки огненных трасс вправо.

Резкий разворот вправо, форсаж двигателям, и слева, совсем рядом, проносится еще один дымный шлейф. Автоматика полностью отключена, и тяжелая машина выписывает воздушные пируэты на пределе своих возможностей. Грохот нижней установки не прекращается.

— Банзай!!!

Еще один костер вспыхивает внизу. Ане удалось поразить еще одну цель. Осталось две.

Левый вираж и машина устремляется в обратную сторону. Там, с другого конца поля, две машины врага не прекращают огонь. Резкий бросок в сторону со сменой высоты, и две гранаты пролетают снизу, оставив дымные полосы. Нос машины вниз и сетка прицела удачно ложится на пытающегося уйти в сторону противника. Снова грохот четырех носовых пушек, и еще один огненный рой несется вперед, накрывая цель. Еще один фонтан огня вырастает на бетонном поле. Остался один противник, но пока Ольга атаковала первого, он успел сместиться в сторону и для того, чтобы его достать, надо развернуть машину. В борт "Линкса" хлещут пули, а это значит, что скоро прилетит и граната. Аня пытается уничтожить последнего робота, ведя огонь из своей установки, но он все время быстро движется и выскальзывает из прицела. Ручку на себя, и машина идет вверх, быстро выходя из зоны поражения. Переворот через крыло, и вот тяжелый "Линкс" снова коршуном несется вниз. Оставшийся робот пытается укрыться в зарослях, но его гусеницы не способны обеспечить хорошую скорость за пределами ровной бетонной поверхности. Робот огрызается из всех видов оружия. Пули летят сплошным потоком, барабаня по корпусу "Линкса". Еще миг, и последует выстрел из гранатомета… Но этого мига и не хватило. Снова нос "Линкса" освещается языками пламени и снова его пушки посылают вперед огненный рой, который перепахивает все внизу сплошной стеной разрывов. И среди этих разрывов поднимается на большую высоту еще один огненный фонтан. Последняя цель уничтожена. Теперь форсаж и вверх. Больше здесь делать нечего. "Памир" как раз приближается по орбите и скоро должен пройти над космопортом. Никаких сомнений нет, что там заметили побоище внизу и сейчас пытаются выяснить, в чем дело. Очевидно, разговор у них идет на других частотах. Ольга усмехнулась, и включила радиосканер. Очень скоро из динамиков хлынуло:

— … эту суку!!! Какого… вы там делаете, какая от вас польза?! Эта… сука скоро тут нас всех передавит!!! А вы там, на орбите, только…. занимаетесь!!!

— "Кассиопея", выбирайте выражения! Хотите сказать, что ваш хваленый батальон хваленого спецназа не может справиться с одной бабой и малолетним ребенком?! Я вас правильно понял?

— Правильно, твою мать!!! Сейчас эта баба к тебе в гости пожалует! Вон, как шпарит на форсаже!!! Посмотрю, что ты скоро запоешь! Твоей хромой колымаге много не надо!

Перепалка в эфире продолжалась в том же духе, и в ход все больше шли далеко не парламентские выражения. Каждая из сторон считала другую дармоедами и бездельниками.

Ольга улыбнулась. Вот так-то, ребятки! А то ли еще будет… Аня, довольная, сидела рядом и отслеживала положение крейсера на радаре. "Линкс" быстро пронизывал атмосферу, набирая высоту почти вертикально. Мощность двигателей позволяла это делать.

Первая часть плана удалась. Теперь все зависит от того, насколько крепкие нервы у командира крейсера. Высота уже больше двадцати километров и продолжает быстро увеличиваться. Небо из голубого стало темно синим, и продолжает чернеть. Космос все ближе, вот уже вспыхнули звезды на небосводе. Орбита "Памира" находится примерно в семи- стах километрах от поверхности планеты, и он скоро пройдет над ними. Высота тридцать километров и продолжает расти. "Линкс" несется вверх, но крейсер его пока игнорирует. Неужели их блеф не сработал?

— Мама, похоже, он нас не боится.

— Ладно, Анечка. В крайнем случае, мы ничего не теряем. Задачу минимум мы выполнили, роботов у них больше нет. Еще немно…

— Есть!!! Вышли две ракеты! Идут на нас!

— Ну, держитесь, мон женераль!!!

Радар зафиксировал пуск двух ракет, направленных в сторону "Линкса". Переворот и быстро вниз! Высота уже почти сорок километров, и ракеты настигнут их очень быстро.

Полная тяга, и их машина камнем несется вниз, наращивая скорость. Ольга полностью сосредоточилась на управлении. При очень высокой скорости пикирования выйти из него трудно. Делать это надо умеючи, иначе можно врезаться в поверхность планеты, либо создать запредельные перегрузки.

"Линкс" вошел в отвесное пике. Где-то там, далеко внизу, стоит "Кассиопея". Сзади настигают два смертоносных снаряда, каждого из которых хватит, чтобы разнести бот на куски. Окутанные облаками раскаленной плазмы, они на огромной скорости вошли в атмосферу и гонятся по следу пытающейся ускользнуть цели. Аня, не отрываясь, следит за показаниями радара, докладывая дистанцию до несущейся по пятам смерти. Высота стремительно уменьшается, но дистанция между ракетами и "Линксом" сокращается еще быстрее. Снизу на них стремительно несется поверхность планеты, и надо успеть достичь ее раньше, чем ракеты настигнут крохотный кораблик. Все четче прорисовывается берего- вая линия, возле которой находится старый космопорт. Автоматика безошибочно определяет местоположение "Кассиопеи" и "Линкс", как атакующий коршун, стремительно несется прямо на нее, ведя за собой ракеты. Эфир забит перепалкой между десантом и крейсером. Наконец, среди потоков ругани, прорывается:

— "Памир", ты куда стрелял?!!

— Как куда? Куда просили! "Сбить эту суку!!!" Твои слова?

— Она же прямо на нас наводит ракеты! Уничтожить ракеты!!! Повторяю!!! Уничтожить ракеты!!!

— А зачем тогда просили стрелять?

— Идиот!!! Эта тварь и с того света вернется, а нам хана!!! Уничтожить ракеты!!! Ты слышишь, бл…?!! УНИЧТОЖИТЬ РАКЕТЫ!!!

— Ладно, черт с вами, получите! Нервные вы все какие-то сегодня…

— Банзай!!!

Сзади высоко в небе вспыхнули две яркие вспышки. Ракеты получили команду на самоликвидацию. Аня довольно глянула на мать. Ее план сработал великолепно.

— Вот и все, мама! Веселая ночь им обеспечена!

Ольга улыбалась. Да, все прошло, как нельзя лучше. Десант лишился своего самого мощного оружия. И там теперь знают, что Хризантема не будет спокойно поджидать их в джунглях, готовясь к обороне. Она сама явится в гости, и громко напомнит о себе всем присутствующим. И теперь о спокойной жизни на борту лайнера можно забыть. Черт ее знает, эту проклятую ведьму, что она в следующий раз выкинет! Теперь можно выходить из пикирования и посмотреть на результат своих трудов. "Линкс" вышел в горизонтальный полет, развернулся и стал на малой скорости приближаться к космопорту на высоте пятисот метров.

— Да, Анечка, твой план блестяще сработал, поздравляю! Роботов тоже всех пожгли. Хотя, конечно, тут нам повезло, что у них не было ни одной нормальной зенитной установки.

Эти железяки задумывались для борьбы с живой силой противника, находящейся в укрытиях, и слабо защищены от огня сверху. А воевать со своими собственными десантными ботами ребята явно не собирались. И теперь им придется сидеть взаперти на борту лайнера, так как против наших "танковых" войск их оружие совершенно неэффективно. А противотанковых гранатометов у них немного, воевать с танками они не собирались. Также, не думаю, что они прихватили с собой и переносные зенитные комплексы. Это уже вообще походило бы на паранойю. Хотя… Мы их напугали здорово еще на Земле. Так что, Аня, смотри внимательно вниз и при малейшем подозрении открывай огонь из своей установки. Как там у тебя с боезапасом?

— Отстреляно пятьдесят процентов боекомплекта. Уж больно шустрые были, сволочи.

— Нормально, в носовых пушках осталось семьдесят пять процентов, а в верхней установке девяносто. Еще повоюем! Поэтому, смотри в оба! А то обидно будет после такого успеха маленькую зенитную ракетку из переносного ранцевого комплекса в брюхо получить!

Ольга снизилась до сотни метров и подошла к кромке летного поля, зависнув в воздухе.

На бетонных плитах ярко полыхали восемь костров. Заряды встроенных огнеметов давали огню обильную пищу. Никого из людей не было видно. Пройдя на минимальной скорости к стоящему лайнеру, "Линкс" облетел его вокруг. Обшивка во многих местах была покрыта рваными пробоинами — последствие обстрела из автоматических пушек. В левом борту, в центральной части корпуса, зияли две пробоины приличных размеров, куда попали выпущенные ботами ракеты. Ни о каком взлете нечего было и думать, работы по устранению таких повреждений можно выполнить только в условиях соответствующего ремонтного завода на планете, или в орбитальном доке. Но для этого "Кассиопею" надо сначала туда доставить. А с учетом того, что гипердвигатели не работают, можно утверждать, что "Кассиопея" совершила свой последний полет и навсегда останется здесь, в заброшенном старом космическом порту, окруженном джунглями. Закончив осмотр, Ольга стала снижаться, и совершила посадку в ста метрах от входного люка "Кассиопеи", нацелившись на него носовыми пушками. Теперь можно было и побеседовать.

— Лебедь Орлану три, я на месте. Мон женераль, где же Вы?

Какое-то время было тихо, но потом генерал все же откликнулся.

— Что Вам угодно, сударыня? И как понимать Ваши действия?

— Как это, что мне угодно?! Встретиться и поговорить с Вами, мон женераль! Ведь сами меня звали! Ведь я же сказала, что лечу к вам! Прилетаю, и что я вижу? Насчет оркестра я пошутила, понимаю, что вряд ли он у вас есть. Почетный караул для моей встречи тоже не обязателен, чином не вышла. Но выслать сигнальщика на летное поле для обозначения места посадки можно было? И запалить дымовую шашку для определения направления ветра? все-таки, женщину с ребенком встречаете, могли бы и позаботиться для обеспечения нашей безопасности при посадке на незнакомой машине. А вместо этого я вижу ваши железяки на гусеницах, которые таращатся в небо, и стараются навести на меня свои пукалки! Я теперь из-за вас в глазах своей дочери последней лгуньей выгляжу! Пообещела ей сдуру, что сейчас дядя в гости придет и может чем-то вкусненьким угостит. А дядя угостил… Вот и пришлось с вашими железяками разобраться, дабы они Вас, мон женераль, больше в искушение не вводили. А тут еще этот ваш полоумный крейсер отличился. Чего он по мне стрелял? Там уже что, одни параноики остались? Чего они так перепугались? Того, что я на этой консервной банке могу нанести им какой-то вред? Мон женераль, это уже к психиатрам. Тяжелый клинический случай. Хамы Ваши подчиненные, мон женераль, никакого уважения к даме! Ладно, давайте ближе к делу. Я Вас жду. Можете прихватить с собой нескольких гоблинов, если один идти боитесь. Не бойтесь, не трону. Поговорим, и уйдете целыми и невредимыми. Итак, мон женераль?

— Хорошо. Ждите, сейчас приду.

Ольга и Аня удивленно переглянулись. Неужели, и правда придет?! Значит, дело там полный швах… В эфире было тихо, но скоро входной люк в борту лайнера открылся, и из него вышел человек в генеральском мундире, сопровождаемый четырьмя "волкодавами" с оружием. Аня внимательно всмотрелась в лицо и подтвердила.

— Да, мама, это он. Экипаж "Линкса" видел его неоднократно. Видать, дела у них совсем плохи, раз сам генерал в роли парламентера выступает.

Между тем, группа из пяти человек подошла к боту. "Волкодавы" остановились метрах в двадцати, приготовив оружие, а генерал подошел почти вплотную. Хочешь — не хочешь, а надо встречать гостя. Ольга поднялась из кресла, дав указания дочери.

— Аня, внимательно смотри за обстановкой. В случае чего — стреляй без промедления, и без моей команды. Мы сейчас на аэродроме противника и можно ждать любой пакости.

Аня молча кивнула и переключилась на управление верхней артустановкой. Теперь можно вести огонь в любом направлении. Ольга прошла в десантный отсек и открыла люк, заняв такую позицию, что четверо "волкодавов" не могли ее видеть. Перед люком, в паре метров от него, стоял человек в генеральском мундире. Увидев Ольгу, он козырнул и представился.

— Генерал-майор Сухомлинов, честь имею, сударыня!

— Разжалованный капитан второго ранга Шереметьева. Она же Ведьма с "Летающей ведьмы", она же Пантера, она же генерал Миллер, она же Маргарита фон Рюкнер, она же Эльвира Ройзман. Честь имею, мон женераль! Добро пожаловать на борт! Чем обязана?

— Благодарю Вас, сударыня, но мне приказано оставаться здесь. Кстати, к своему далеко не полному списку имен Вы забыли добавить еще одно — Хризантема.

— Значит, ваша контора поняла, что я все знаю?

— Да, и уже довольно давно. Кстати, Вы прекрасно выглядите. Я видел Ваши фотографии, когда Вы еще были на службе. Вы совершенно не изменились за эти годы. Очевидно, время не властно над Вами?

— Благодарю, мон женераль! Но я думаю, Вы прибыли не за тем, чтобы расточать комплименты по поводу моей внешности? И зачем Вы аж четырех этих мордоворотов с оружием прихватили? По-моему, все знают, что моему слову верить можно. В отличие от вашего.

— У этих людей другая задача. Им приказано ликвидировать меня, если возникнет опасность попадания к Вам в плен. Именно поэтому я и разговариваю с Вами, стоя здесь.

— Вот как? Радикально… Ну, ладно. Давайте поговорим здесь. Что же такого случилось?

— Я буду играть в открытую. Генерал — лейтенант Гринберг, которого Вы хорошо знаете, предупредил меня, что врать Вам бесполезно. И чтобы Вы не заподозрили о его участии во всем этом, сразу скажу, что он категорически отказался от участия в этой операции, гарантируя ее полный провал. И как всегда оказался прав. И его, как всегда, не послушали.

— Так, начало весьма интригующее. И где же сейчас Мишутка?

— Отправлен в почетную ссылку — заместителем начальника пресс-службы МГБ. Должность заметная, но ничего не решающая. От оперативной работы его отстранили.

— И ради чего вы все это затеяли? Раз уж мы собрались поговорить открыто, так давайте начнем с самого начала.

— Давайте. Через несколько часов после вашего отлета из Токио произошло одно неприятное событие. Была обнаружена пропажа секретных документов, которые, как выяснилось, похитил генерал Стрельников — опальный экс-министр госбезопасности. По оперативным данным поступила информация, что он передал эти документы Вам. Но когда, где, и где они находятся в данный момент, не известно. Сударыня, Вы сами нашу службу не интересуете. Перед нами поставлена задача — любой ценой вернуть эти документы, содержащие государственную тайну. Дело на контроле у самого президента Федерации.

— Ну, ничего себе! Такого со мной еще не случалось! Да только вы, как всегда, ошиблись, мон женераль! Я впервые слышу о каких-то документах и даже приблизительно не могу понять, о чем речь. А почему бы вам не спросить у самого экс-министра? Что за бред он несет?

— Увы, это невозможно, сударыня. Вскоре после разговора с Вами он попытался скрыться.

К сожалению, живым задержать его не удалось. А его подельники абсолютно ничего не знают.

— И ради того, чтобы спросить меня об этом, надо было устраивать эту бойню? Сколько своих людей вы уже положили, мон женераль? И сколько положите еще, разыскивая то, чего у меня нет? Неужели, нельзя было просто подойти, и спросить?!

— Генерал Гринберг так и предлагал сделать. Тем более, он скептически отнесся к этой информации, так как уверен, что в контакт со Стрельниковым Вы не вступали. А те бандиты, которых Вы перебили в Токио, простые уголовники, которые работали на него. Он хотел догнать "Кассиопею" в Спэйс — Сити и поговорить с Вами. Но ему, как всегда, не поверили и не позволили это сделать. Вместо этого приказали подготовить операцию по задержанию любой, повторяю — любой ценой. Наверху страшно обеспокоены и уверены, что эти материалы у Вас, и Вы собираетесь использовать их в своих целях. Гринберг стал убеждать, что это бессмысленно. Что никаких материалов с собой у Вас нет и результатом этой операции будет только гора трупов. На него стали давить, и тогда он категорически отказался готовить гарантированно обреченную на провал, как он выразился, операцию. Этим занялись другие люди. К чему это привело, мы все видим. У Вас, правда, нет этих документов?

— Мон женераль, я готова поклясться на Библии, на Коране, на чем хотите, что я впервые слышу о каких-то документах. И с этим мерзавцем Стрельниковым я никогда не встречалась. И разговаривала с ним один единственный раз по видеофону из Токио, чтобы напугать его до смерти. Ведь вам известно, что он похитил мою дочь, ради спасения которой я и прибыла нелегально на Землю. До этого у нас нигде и никогда не было никаких контактов. Что же он мог мне передать?!

— Не знаю, сударыня… Я склонен верить Вам, так как имел долгую беседу с Михаилом Гринбергом, и он много чего рассказал о Вас. Но наверху преобладает другое мнение.

Здесь, на борту "Кассиопеи", находятся четыре каких-то шишки из аппарата президента. Я даже их настоящих имен не знаю. Они, фактически, всем и командуют и получают приказы с самого верха, а я только обеспечиваю выполнение их распоряжений. Наверху сейчас все, как с ума посходили. Не знаю, какое осиное гнездо Вы потревожили.

— Час от часу не легче… И зачем Вы мне все это рассказали?

— Затем, что мы теперь одинаково робинзоны, сударыня. И если не хотим создавать два враждующих племени, то нам как-то придется налаживать отношения.

— Не поняла? Объясните, мон женераль.

— После вчерашних событий, когда две роты спецназа были уничтожены нападением хищников, а Вы уничтожили все наши мобильные средства передвижения, захватив одно из них, сверху наконец-то пришел первый здравомыслящий приказ. Прекратить бесполезные атаки, а просто наглухо блокировать Пандору. В какой-то степени план все же сработал. Вас удалось загнать в ловушку, из которой даже Вы со своими способностями не сможете вырваться. "Памиру" дан категорический приказ уничтожать любые летательные аппараты, пытающиеся покинуть планету. Я так думаю, что скоро к нему подойдет помощь. И тогда все пространство вокруг планеты будет перекрыто. Раз не получилось поймать Вас, или уничтожить, решили запереть на этой дикой планете. Нас всех, кстати, то- же. Сказали, что наше возвращение напрямую зависит от вашей поимки. Снабжать нас всем необходимым будут, сбрасывая грузы на парашютах, чтобы исключить любой контакт транспортного корабля с поверхностью планеты. Там опасаются, что раз Вы захватили "Линкс", то вполне можете захватить и транспортный корабль. Так что, мы теперь с Вами соседи, сударыня. Я понимаю, что пытаться и дальше поймать Вас, это только умножать количество жертв. Генерал Гринберг оказался прав в очередной раз. Может, прератим эту никому не нужную войну? Ни Вы, ни мы не сможем покинуть планету. Так может, перестанем стараться убить друг друга?

— Я только за, мон женераль! Первое разумное предложение, которое я слышу. И что же Вы думаете делать дальше?

— А что нам остается делать? Обустраиваться здесь, как будто мы намерены прожить здесь всю жизнь. Нас не выпустят отсюда. Спасибо, хоть с голоду подохнуть не дадут. Во всяком случае, обещали. А что Вы будете делать? Топлива в реакторе "Линкса" хватит месяца на три при интенсивной работе. Если очень экономить, то можно растянуть месяцев на восемь, но не больше. За шлюпку, которую Вы захватили на "Кассиопее", я вообще молчу. Там запас энергии мизерный. Дай бог, чтобы на месяц хватило. Да и продуктов у вас не очень много. Как думаете выживать в этих диких условиях? Нам-то запасов на борту лайнера надолго хватит. А энергии реакторов, если тратить ее только на системы жизнеобеспечения, хватит на долгие годы. А что ждет Вас с дочерью? Может, не будете обрекать ребенка на такую жизнь?

— И что Вы предлагаете? Прийти и сдаться Вам на милость?

— Я не вижу для Вас другого выхода. Так у Вас и Вашей дочери будет хоть какой-то шанс спастись. В противном случае, весь остаток своей жизни вы проведете здесь — на Пандоре.

Что Вы будете делать, когда у Вас закончатся все запасы? Охотиться в этих диких джунглях? Возможно, что и так. Из рассказов о Вас, и анализируя вчерашние события, я сделал вывод, что Вы можете контролировать поведение местных животных. Иначе, как бы вам удалось выжить в этой бойне в джунглях. Во всяком случае, это единственное разумное объяснение. Но даже если это так, то топлива для реактора Вы здесь нигде не найдете. Станете жить в своем "Линксе", как в пещере? Или, захватите "Кассиопею", перебив нас?

Вполне допускаю, что Вам это удастся. Но дальше что? Лайнер разгерметизирован и стартовать на нем в космос невозможно, а поскольку гипердвигатели не могут быть запущены, то и бессмысленно. К тому же, при попытке взлета он будет сразу уничтожен огнем с орбиты. На что Вы надеетесь? У Вас нет выхода.

— Выход всегда есть, мон женераль. По крайней мере — захватить вместе с собой кучу врагов на тот свет, чтобы не было скучно. Так что, не надо подводить тут теоретическую базу под то, что я просто вынуждена буду сдаться. А Вы, таким образом, выполните задание и вернетесь на Землю. Если Вы и Ваши люди согласны объединить усилия, чтобы вырваться из этой западни, то я готова сотрудничать с вами. Если же Вас по-прежнему интересует только моя поимка, то нам не о чем больше разговаривать. Передайте это своим "шишкам" из аппарата президента. Не знаю, сколько мне потребуется времени, чтобы вырваться отсюда. Может неделя, может месяц, может год, или два. Но я все равно вырвусь, назло вам всем! А вы можете запереться на борту "Кассиопеи" и сидеть там, не высовываясь. Могу пообещать одно. Если вы не будете предпринимать против меня агрессивных действий, то и я вас не трону. Но при малейшей попытке нападения ответные меры последуют незамедлительно. Вы уже имели счастье в этом убедиться. И напоследок дам один совет. Удаляться за пределы космопорта я вам категорически не рекомендую. Местные хищники уничтожат вас очень быстро. А ночью лучше вообще не покидайте борт лайнера. Имеете сказать что-нибудь еще?

— Прошу Вас хорошо подумать над моими словами, и не торопиться с ответом. Времени у нас будет, похоже, предостаточно. Канал связи прежний, радиостанция у нас все время на дежурстве. Вызовите, если захотите поговорить. Со своей стороны могу пообещать прекращение военных действий, так как мы физически не можем их вести. Мы заперты в пределах космопорта и, слава богу, наверху это наконец поняли. И даже если сюда пригонят целую армию, ловить человека в местных джунглях — это даже не сизифов труд. Это полный идиотизм.

— Рада, что хоть в этом мы понимаем друг друга.

— А Вы так и будете ютиться в десантном отсеке "Линкса", где нет абсолютно никаких условий? И щеголять в этом наряде "а ля волкодав"?

— Вы знаете, мон женераль, для меня десантный отсек "Линкса" выглядит гораздо уютнее тюремной камеры. А что касается моего нынешнего гардероба… Так в туфлях на каблуках, вечернем платье, и тонких чулках по джунглям перемещаться неудобно. Так что, уж не взыщите за мой внешний вид. Пришлось прихватить кое-что из трофейной амуниции. Вашим "волкодавам" она все равно больше была не нужна.

— Честно говоря, я в шоке, сударыня. После того, что увидел на "Кассиопее"…

— Вам крупно повезло, мон женераль, что Вы не видели того, что произошло вчера в джунглях.

— Да уж, представляю… Откуда у Вас это варварство?

— Это вы сделали меня такой. Не Вы лично, а ваша контора. Это вы разбудили во мне кровожадного хищника. И теперь руку, поднятую на меня, я отрубаю. В буквальном смысле. Как там, кстати, этот бедолага? Не в том месте и не в то время его на подвиги потянуло.

— Врач пришил ему кисть, на "Кассиопее" хороший госпиталь, оборудованный на высочайшем уровне. Но месяца три он еще ей работать не сможет. Скажите, Вы специально это сделали?

— Естественно. Гораздо проще и надежнее было отрубить ему голову. Но я хочу показать всем, что не хочу этой войны. Однако, если на меня нападают, то церемониться не стану.

— Вы страшный человек… Ведь Вы женщина, как Вы можете творить такие вещи?!

— Я не просто женщина. Я — ведьма, нарушившая Запрет. Генерал Гринберг должен был рассказать Вам, что это такое.

— Так он рассказал… Честно говоря, я не поверил. А теперь уже не знаю, что и думать.

— А думать надо было раньше, мон женераль. Теперь думать поздно. Вы, по крайней мере, остались живы. В отличие от тех почти трех сотен, которые были абсолютно не причем. И вся вина которых состояла только в том, что они хотели убить меня и мою дочь по Вашему приказу. А если меня хотят убить, то я убиваю первая. И так буду поступать всегда. Передайте это вашим президентским шишкам. Хотите сказать что-нибудь еще?

— Нет, сударыня. Просто прошу Вас подумать еще раз над моими словами.

— Благодарю, мон женераль, я уже подумала и дала Вам исчерпывающий ответ. Другого Вы не дождетесь.

— Вы сумасшедшая…

— Не Вы первый говорите мне это. И, я думаю, далеко не последний. Счастливо оставаться, мон женераль! Рада была с Вами познакомиться!

С этими словами Ольга захлопнула дверь люка и задраила его, оставив генерала стоять с открытым ртом. Больше здесь делать было нечего. Пройдя в кабину, уселась в командирское кресло. Аня внимательно следила за окружающей обстановкой, глядя на обзорные экраны.

— Все, Анечка. Встреча двух высоких договаривающихся сторон прошла успешно, хотя и не дала заметных результатов. По крайней мере, эти две стороны не поубивали друг друга, а это уже хорошо.

— Я все слышала, мама. Перспективы не очень хорошие. Что будем делать дальше?

— Сначала уберемся отсюда подальше. Нечего жить рядом с такими беспокойными соседями. Хоть генерал и пообещал прекратить военные действия, и говорил совершенно искренне, да только и над ним еще начальство есть. И оно может иметь в отношении нас совсем другое мнение. Поэтому, перебазируемся. Найдем какое — нибудь живописное место на побережье, но в пределах досягаемости шлюпки. Не дай бог, с "Линксом" что-то случится. Генерал прав, топлива в реакторе у нас ограниченное количество. И лишние полеты надо прекратить, они жрут огромное количество энергии. Но один дальний полет мы с тобой сейчас все-таки сделаем.

— Куда?

— Здесь есть архипелаг островов, покрытых тропической растительностью. Помнишь, где мы прятали "Барс", когда прилетали выручать тетю Настю из лап Лорда? Так вот там, на одном из островов, лежит старый корабль, совершивший аварийную посадку. Он лежит там уже больше сотни лет. Конечно, глупо надеяться, что мы сможем его оживить, но вот поживиться там чем-нибудь очень даже можно.

— А что, это интересно! Полетели!

Ольга начала выводить реактор на номинальную мощность. Генерал и его провожатые уже вернулись на "Кассиопею" и наблюдали из открытого люка. Все, реактор вышел на режим, можно запускать двигатели. Плавно увеличивая тягу, Ольга подняла машину над бетонным полем. Аня не прекращала наблюдения, готовая смести из своей турельной установки любую опасность, исходящую от "Кассиопеи". Но попытки нападения не последовало. То ли генералу нападать было больше нечем, то ли здравый смысл, наконец то, возобладал. Но, как бы то ни было, "Линкс" беспрепятственно совершил взлет с территории, занятой противником, и устремился в сторону джунглей.

Глава 9

Полет занял довольно много времени, так как Ольга не хотела раскрывать конечной цели маршрута. Пока была возможность, летели над сушей. Три раза приходилось совершать посадку прямо в джунглях, ломая деревья, чтобы укрыться от "Памира", проходившего над этой стороной планеты. И только когда уже можно было лететь по кратчайшему пути над океаном, "Линкс" рванулся вперед с максимальной скоростью, на какую только был способен в атмосфере. До следующего появления "Памира" над ними надо успеть достичь архипелага, так как в океане прятаться негде, и они сразу будут обнаружены. Стрелять крейсер, может быть, и не станет, но вот цель их полета сразу выяснит. Но запас времени есть. Если даже и не удастся сразу обнаружить интересующий их остров до появления "Памира", то можно отсидеться на любом из них, пока крейсер не уйдет на следующий виток, а потом снова продолжить поиски.

Ольга вела машину на высоте тысячи метров. Внизу проносилась синяя гладь океана, подернутая рябью волн. Вот впереди появилась длинная цепочка островов, как будто всплывающая из океанских глубин. Надо было снижать скорость. Ольга убавила тягу двигателям, и начала снижение. Когда "Линкс" прошел на малой скорости над песчаным пляжем ближайшего острова, до появления крейсера над горизонтом еще оставалось время. Можно поискать место для посадки, не занимаясь больше подобным варварством, нанося вред местной растительности. Покружив над островом, она нашла небольшую прогалину в джунглях, и протиснула туда "Линкс". Снова вокруг высились стволы деревьев, а внизу все вокруг покрывал кустарник вперемешку с высокой травой. Здесь ничего не изменилось за семь с лишним лет…

— Все, Анечка, мы прибыли! По сравнению с материком, здесь просто райский уголок.

Острова сравнительно небольшие и хорошо продуваются со всех сторон ветрами, поэтому здесь и нет той удушливой влажности, свойственной джунглям на материке. Крупных животных тут тоже нет, хотя всякой ядовитой гадости хватает. Так написано в справочнике. Поэтому, будем внимательно смотреть под ноги. Далеко от берега тоже заплывать нельзя, в здешних теплых водах водится много разных хищных тварей. В общем, добро пожаловать на Пандору! На побережье материка еще хуже, а вдали от берега и подавно.

— Понятно, мама! Но мне это место нравится гораздо больше, чем космопорт со стоящей там "Кассиопеей". С местными зверушками договориться можно. А вот со зверями в генеральских мундирах — нет.

— Согласна. Поскольку, нам пока надо сидеть тихо до ухода "Памира" на следующий виток, давай перекусим. А то уже и день скоро закончится, а нам надо этот остров с кораблем найти, пока не стемнело. А то ночью тут тоже будет праздник живота, как и на материке, где все пытаются сожрать друг друга.

В процессе ужина обсудили дальнейшие действия. Ольга высказала предположение, что пока "Памир" находится в одиночестве, есть надежда на вмешательство какой-нибудь третьей силы. Вдруг, кому-то придет в голову идея провернуть именно сейчас, на Пандоре, какую-то криминальную негоцию. А против более — менее серьезного противника тяжело поврежденному "полукрейсеру" не выстоять. И если только он начнет ревностно выполнять приказ о полной блокаде Пандоры, то может и нарваться на неприятности. Это будет зависеть от того, кто сюда пожалует. Кого-то он, конечно, сможет уничтожить. А вот если появятся несколько кораблей вроде ее "Барса", то по нему самому можно будет справлять панихиду. Десант на "Кассиопее" можно вообще не принимать в рассчет. Средств передвижения у него нет, а поднимать в воздух поврежденный лайнер — на это господа из аппарата президента никогда не решатся.

А потом с этими "негоциантами" можно будет как-то договориться. Генерала Миллер знают очень многие. В том числе, и в криминальных кругах. Ну, а если мальчики завыпендриваются… Когда-то давно, на планете противника, она захватила в одиночку вражеский штурмовик "Сункар", ставший впоследствии "Барсом". Потом спокойно захватила "Элеонору" прямо в порту. Вчера, вместе с дочерью, она захватила "Линкс"… А что помешает захватить корабль "негоциантов"? Ведь если они откажут им в помощи, то нарушат одну из главных заповедей космофлота. А за это, если кто узнает… Да только, никто не узнает. Ни Ольга, ни Аня никому не расскажут об их безобразном поведении. Да и о самих "негоциантах" тоже… Но это возможно только в том случае, если в окрестностях Пандоры не будет никого, кроме недобитого "Памира". А если появится хоть один серьезный военный корабль, то рассчитывать на этот вариант с залетными "негоциантами" не приходится. Он разом вышвырнет всех незваных визитеров из окру- жающего планету пространства. Ладно. Придется поступать так же, как и раньше. То есть, решать проблемы по мере их возникновения.

"Памир" скрылся за горизонтом, и можно было взлетать. Ольга осторожно подняла машину в воздух, стараясь не задевать лишний раз кроны деревьев, и начала набирать высоту по спирали. Надо прочесать радаром все острова в поисках крупного металлического объекта. Тогда она не запомнила точное местонахождение нужного острова, так как никогда не думала, что вернется сюда.

"Линкс" шел на высоте тысячи метров. Скорость была небольшая, Ольга просматривала все внизу визуально, а Аня вела поиск радаром. Наконец, радар засек крупный металлический объект. Машина пошла на снижение, и очень скоро Ольга убедилась, что они нашли, что искали. Это был тот самый остров. Старый корабль лежал на берегу, зарывшись днищем в песок. Снизившись до сотни метров, Ольга сделала круг над кораблем, и стала заходить на посадку. Благо, места вокруг на пляже было много. Подняв тучу песка, "Линкс" коснулся шасси поверхности острова, и замер. Очередной полет в неизвестность был завершен.

— Все, Анечка, пойдем, пока еще не стемнело. Корабль большой, осмотрим хотя бы рубку. А все остальное можно оставить на завтра. Торопиться нам некуда.

— Как думаешь, мама, что с ним случилось?

— Точно не знаю, но на корпусе следы обстрела. Он дотянул до этого острова и кое-как совершил посадку. Но взлететь уже не смог. Корабль очень старый — балкер типа "Гермес". Их выпуск был прекращен очень давно…

Выйдя из машины, Ольга полной грудью вдохнула свежий морской воздух. В нескольких десятках метров от них волны лениво накатывались на берег, и был слышен только шум прибоя. Диск Денеба уже склонялся к горизонту и скоро должен был коснуться поверхности океана. Надо было поторапливаться. На всякий случай, Ольга прихватила оружие. Воевать с местной живностью вряд ли придется, а вот высадить какой-нибудь проржавевший замок в двери — очень даже возможно. Подойдя вплотную к уходящему ввысь борту, они остановились. Металл был очень сильно изъеден коррозией и покрыт слоем морской соли. Ольга помнила расположение люков на кораблях этого типа, поэтому сразу направилась в сторону носа. Там есть небольшой люк для доступа внутрь экипажа и пассажиров, которым обычно пользуются, если не хотят открывать большую грузовую аппарель в кормовой части. Идти по песку пришлось довольно долго, длина корабля достигала трехсот метров. На всем протяжении корпуса они натыкались то тут, то там на рваные пробоины в обшивке. Были сравнительно небольшие, оставленные снарядами автоматических пушек, а были больших размеров, которые оставляют ракеты малого калибра класса "корабль — корабль". Крупный калибр обычно пробоин не оставляет. Он просто разносит на куски…

Но вот и входной люк. Дверь люка изуродована взрывом и видно, что ее открывали с помощью ионного резака. Она так и осталась в открытом положении. За дверью чернеет темный проем коридора, ведущего на жилую палубу. Освещения, естественно, на корабле никакого нет. Ольга и Аня активировали чувства зверя, и шагнули внутрь древнего корабля…

Вокруг тишина и запустение. Опасности нет. Здесь не водятся крупные животные, и только мелкая живность иногда снует под ногами. Внутри корабля темно, так как реактор давно остановлен. Но зрение зверя позволяет хорошо видеть и в полной темноте. За долгие годы песок проник во все помещения. Морской воздух, богатый ионами соли, привел к интенсивной коррозии металлических предметов. Они идут по жилой палубе в сторону рубки. Все покрыто толстым слоем песка и пыли. Двери некоторых кают распахнуты, а некоторые вообще отвалились. Потом надо будет пройтись по каютам. Может, удастся узнать побольше об этой трагедии, случившейся более ста лет назад. Но вот и вход в рубку. Тяжелая бронированная дверь открыта настежь. Если бы ее оставили закрытой, то проникнуть в рубку было бы не так-то просто. За такое время замки и петли пришли бы в полную негодность. Но им повезло, и через несколько шагов они оказываются в центре управления кораблем. Все та же тишина и запустение. Под ногами скрипит песок, воздух затхлый, а все пульты покрыты толстым слоем пыли. Ольга подошла к стеллажу, на котором обычно держат документацию, и очень удивилась. Стеллаж был пуст. Никаких документов не осталось. После этого подошла к пульту главного бортового компьютера и внимательно его осмотрела. Так и есть. Все блоки памяти изъяты. Кто-то постарался скрыть всякую информацию об этом корабле, совершившего аварийную посадку на этой безлюдной дикой планете на задворках галактики. То ли это сделал экипаж, то ли те, кто напал на него, сейчас это уже не узнать…

— Мама, похоже, тут уже побывали раньше нас. Вся документация и блоки памяти компьютера изъяты. Кто-то очень не хотел, чтобы об этом корабле узнали.

— Похоже на то… Видать, ребята промышляли чем-то незаконным. И то ли что-то не поделили с партнерами по "бизнесу", то ли кто-то посторонний захотел поживиться за их счет. Раньше такое частенько бывало. Это сейчас стараются не доводить дело до крайности, и решить все спорные вопросы мирным путем. И то далеко не всегда получается.

А раньше действовало правило — кто первый выстрелил, тот и прав. Правда, еще попасть надо было…

— Думаю, мы тут ничего не найдем. Все источники информации отсутствуют, аппаратура в сыром затхлом воздухе давно превратилась в металлолом. Продукты, если какие и оставались, испортились за сотню с лишним лет. Никакая консервная банка не пролежит столько в агрессивной среде.

— Пожалуй, что так… Завтра внимательно осмотрим остальные помещения. Может, найдем что интересное. На аппаратуру связи я и не рассчитывала, а вот сменные блоки для аннигиляционных реакторов нам бы очень пригодились. Тогда они уже применялись и вполне могли бы подойти нам. Конечно, размер может не совпасть, но там предусмотрена возможность подгонки. Эти блоки помещены в практически неразрушаемый корпус из титанового сплава и могут храниться сотни лет. А корабль таких размеров имел реакторы колоссальной мощности. И если он смог совершить посадку, значит реакторы оставались в рабочем состоянии. Сейчас, конечно, уже давно ничего не работает. Но блоки с топливом должны были сохраниться, ведь они практически вечные. И если это так, то энергетическая проблема будет у нас решена. Мы сможем летать на "Линксе", сколько угодно.

Назло генералу и его компании.

— Мама, а ракету с аннигиляционным зарядом мы бы не смогли соорудить из этих блоков?

Чтобы всадить ее в борт "Памиру"?

— Нет, доча, не получится. Теоретически можно, а практически нет. Провести реакцию аннигиляции — это не запал в динамитную шашку воткнуть и не самодельную бомбу из запаса взрывчатки соорудить. Да и смысла в этом никакого нет. Даже если мы и склепаем тут какую-то кустарную ракету, то до "Памира" она все равно долететь не сможет.

Он собьет ее еще на подлете. А скоро тут и кроме "Памира" должен кто-то появиться.

В конторе сидят не дураки, и прекрасно понимают, что он держится на последнем издыхании. Да и с пассажирами "Кассиопеи" надо что-то решать. Информация о них уже прошла и теперь предствить их без вести пропавшими не получится. Думаю, скоро пришлют какой нибудь пассажирский лайнер, или войсковой транспорт, чтобы он забрал их. Для стелс-крейсеров, все-таки, нагрузка будет очень большая, они на такое количество народа на борту не рассчитаны. А "Памир" сменят нормальным военным кораблем, а то и не одним. Эта операция — уже секрет Полишинеля. Могут придумать какую-нибудь сказку о необходимости блокирования Пандоры. Опасная эпидемия, к примеру, или еще что-нибудь в этом роде. Хотя, кто их знает… Раз дело дошло до самого верха и его контролирует сам президент Федерации… Вполне могут цепляться до последнего в стремлении сохранить секретность и не допускать к этому военный флот.

— Мама, а если спровоцировать их на посадку, когда они появятся? Захватить их шлюпку, и пожаловать к ним в гости? Одного человека я смогу держать под полным контролем сколько угодно, и он будет говорить по радио все, что нам нужно. Никто ничего не заподозрит. А когда попадем к ним на борт, устроим "пожар в сумасшедшем доме", как ты говорила.

— Будем пробовать все, доча. Я тут сидеть всю жизнь не собираюсь, да и ты тоже. Поэтому, что нибудь обязательно придумаем!

Больше здесь делать было нечего. Вся аппаратура в рубке давно превратилась в ржавую рухлядь. Никакой информации о корабле тоже узнать не удалось. Даже позолоченная табличка с указанием названия корабля, верфи, на которой он был построен, построечного номера и года постройки, которую всегда прикрепляют на переборке рубки, отсутствовала. Кто-то постарался оборвать все ниточки, которые могут привести к владельцам этого старого балкера. При желании, конечно, можно попробовать установить номера крупных механизмов и по ним определить, где и когда он был построен, но кто это будет делать? Время и морская соль давно уже сделали свою разрушительную работу, и теперь тут уже вряд ли что-то можно определить. Название и порт приписки, наносящиеся на борта, скорее всего, тоже отсутствуют. Пора было возвращаться. Завтра они обследуют реакторный отсек. Может быть, удастся обнаружить блоки с топливом. Больше тут Ольга ни на что и не рассчитывала.

Обратный путь много времени не занял. Они шли по темным коридорам, нигде не задерживаясь, и только их шаги, приглушенные нанесенным песком, раздавались в этом царстве тьмы и безмолвия. Когда-то, давным давно, этот корабль совершил свою последнюю службу людям. Он спас им жизнь, дотянув с трудом до этого острова, а не рухнул в океан. Хотя, кто знает… Возможно, этим он только обрек их на еще большие и длительные страдания…

Выйдя наконец-то наружу, Ольга и Аня с удовольствием вдыхали свежий морской воздух. После затхлого воздуха рубки это было настоящее блаженство. Аня аж закрыла глаза от удовольствия, подставив лицо освежающему бризу.

— Господи, как хорошо… Как я теперь понимаю подводников… Мама, как вы только дышали под водой, ума не приложу. Ведь тогда подводные лодки не имели систем регенерации воздуха. В самолете, по крайней мере, всегда свежий воздух.

— А вот так и дышали этой гадостью. Периодически всплывали, чтобы провентилировать лодку. Больше на тот момент ничего не придумали.

Решив, что на сегодня поисковых работ хватит, Ольга, тем не менее, все же собралась обследовать местность вокруг старого корабля. Много времени это не займет, а на чтонибудь интересное наткнуться можно. Продолжив свой путь вокруг корпуса, Ольга и Аня дошли до самого носа, и перешли на другой борт. Тот же песок вокруг и ржавый металл, местами покореженный взрывами и покрытый налетом морской соли. Когда они дошли уже до середины корпуса, где находились грузовые трюма, взгляд Ольги зацепился за непривычную деталь, которой здесь просто не должно было быть. На корпусе что-то выступало, хотя она знала, что ничего здесь быть не должно. Подойдя ближе, она с удивлением обнаружила крышку люка. Причем было видно, что этот люк никакого отношения к кораблю не имеет и был сделан сравнительно недавно. Хоть его и постарались искусственно состарить, покрыв ржавчиной, но опытный взгляд профессионала это обмануть не могло.

— Вот так номер, доча! Получается, мы тут не единственные робинзоны. И кто же это сюда повадился?

— Скорее всего, контрабандисты, мама. Идеальное убежище для хранения товара, никто не сунется. Да и от местных зверушек и непогоды хорошая защита. Зайдем, посмотрим?

— Конечно, зайдем. Только я первая, а ты меня прикрываешь. Если кого увидишь, не убивай. Потолкуем, может, будем полезны друг другу.

Ольга подошла к люку, активировав чувства зверя. Опасности нет. Люди были здесь сравнительно недавно, но уже покинули это место. Запаха взрывчатки тоже не чувствуется.

Значит, дверь люка не заминирована. Осторожно провернув маховик в углублении двери, Ольга толкнула ее. Дверь пошла на удивление легко, бесшумно уйдя внутрь корпуса, открыв темный проем трюма. Сразу в нос ударил еле уловимый знакомый запах. Все понятно, они случайно наткнулись на хранилище наркоторговцев. Очевидно, это их перевалочная база. Ольга внимательно осмотрелась. Помещение трюма было чисто убрано, под переборкой стоял небольшой передвижной реактор армейского типа, который обычно используют военные в полевых условиях. Штука не очень мощная, но может работать долго, и для обеспечения энергией систем освещения, вентиляции, радиосвязи и прочих бытовых удобств его хватает с избытком. Внутри чувствовался свежий воздух. Значит, естественная вентиляция тут налажена. Тут же стоял стол, несколько стульев, куча каких-то ящиков и, что обрадовало Ольгу больше всего, армейский полевой терминал гиперсвязи. Довольно дорогая и тяжелая штука ранцевого типа, весит килограммов восемь. Кому-то из десантников приходится таскать эту бандуру на себе. Она простейшего типа и может обеспечивать связь только в режиме передачи текста, выводимого на дисплей. Голосовая передача данных невозможна. Но зато эта штука работает в е з д е! И можно практически в режиме реального времени осуществлять двустороннюю передачу информации на любое расстояние. Вещь для десанта на вражеской территории, да и вообще в полевых усло- виях незаменимая. Ольга включила терминал, и он мигнул зеленым огоньком готовности.

— Доча, живем!!! Теперь у нас есть связь! И можно будет общаться с нашими! Хоть на этом терминале мы домой и не улетим, но можно координировать совместные действия.

— Мама, а хозяева не обидятся? Если мы эту штуку умыкнем?

— Пусть обижаются, это их проблемы. В крайнем случае, договоримся о материальной компенсации. Этих ребят интересуют, в первую очередь, деньги. Вот деньги они и получат.

Купят себе новый. Давай-ка, тут тщательную инспекцию проведем.

Ольга и Аня осмотрели все самым тщательнейшим образом, но больше ничего интересного не нешли. В ящиках были консервы и вода. Реактор стоял в режиме консервации, но был готов к работе в любой момент. Видать, ребята обустроили свое хранилище неплохо.

Груза наркотиков не было, остался только их запах. Очевидно, "товар" забрали совсем недавно, не больше двух недель назад. И сюда они обязательно вернутся, иначе не бросили бы здесь дорогостоящую мобильную аппаратуру. Но вот когда это будет, никто не знает.

Да и как это получится, тоже непонятно. Если начнется блокада планеты по всем правилам, то сюда и мышь не проскочит с орбиты. И тем более не выскочит обратно. Ясно, что эта база функционирует уже давно. Место для хранения и перевалки просто идеальное. Завтра надо будет осмотреть корабль и окрестности самым тщательнейшим образом.

Вдруг, найдется еще что-нибудь интересное и представляющее ценность. А на сегодня хватит. До следующего утра все военные действия и поисковые мероприятия прекращаются. За сегодняшний день их партизанский отряд и так сделал очень много, пора и отдохнуть. Решив забрать пока только терминал гиперсвязи, Ольга и Аня покинули убежище контрабандистов, задраили за собой люк и направились к ставшему уже родным "Линксу". Машина стояла на том же месте, где они ее и оставили. Небо в восточной части уже потемнело, и диск Денеба коснулся линии горизонта, медленно утопая в океане. Вскоре он скрылся совсем, окрасив небо алыми лучами заката, быстро гасшими, и уступающими место разливающейся черноте, усыпанной яркими звездами. Сумерки в тропиках очень короткие. Ольга стояла и смотрела на завораживающую картину. Несколько минут, и весь небосвод был усыпан мириадами звезд, мерцающих в вышине. Погода стояла тихая и ясная, облачность полностью отсутствовала, и они стояли сейчас под огромным куполом вселенной, окружавшей их. Только вот так, глядя на звезды в тихую ясную ночь, можно оценить ничтожные масштабы крохотного и хрупкого мира — планеты, на которой есть жизнь. Самой удивительной вещи, которая встречается во вселенной. Даже такой дикой, необузданной, хищной и неразумной, как на Пандоре. Но это тоже жизнь. Это тоже венец творения природы. И если ей не мешать, пытаясь переделывать на свой лад, то кто знает…

От мыслей о прекрасном Ольгу оторвала Аня.

— Ну что, мама, искупаемся перед сном? Погода тихая, вода теплая, а хищников возле берега нет, если верить справочникам. А если и появятся, попробуем их взять под контроль.

Надо же выяснить наши возможности. Неизвестно, насколько мы тут застряли.

— Давай, искупаемся. Но только, Аня, без ненужных экспериментов! Купаемся возле берега и далеко не заплываем! Договорились?

— Договорились!

Аня радостно бросилась к воде и стала сбрасывать одежду. Раздевшись, с радостным визгом бросилась в теплую прозрачную воду, которая небольшими волнами накатывалась на песчаный берег. Ольга подошла и тоже стала сбрасывать форму. Оставшись в одних трусиках и лифчике, замялась. Ну, Анютка!!! Если еще раз что-нибудь себе позволишь… Тут, на острове, розог тоже хватает! Теперь не отвертишься! Но Аня поняла все правильно.

— Мамочка, да что ты стесняешься? Я ведь, все-таки, твоя дочь. Прости меня за мой язык, больше так не буду. А какие могут быть условности между матерью и дочерью? Иди сюда, вода очень теплая!

Ольга улыбнулась. В конце концов, действительно! Аня ее родная дочь и даже если и посмотрит на нее глазами взрослого мужчины, то что, мир от этого перевернется? Это жизнь. И нечего искусственно создавать самим себе сложности. Человечество, за все время своей истории, нагородило столько условностей и искусственных преград, что до сих пор пожинает их плоды… Тряхнув своей роскошной черной гривой волос, Ольга сбросила на песок остатки одежды, и бросилась в набежавшую волну, скользнув по ней своим сильным, гибким и грациозным телом.

Они плавали и ныряли под звездами, которые отражались в прозрачной теплой воде.

Океан был спокоен. Они снова были одни в громадной вселенной, которая раскинулась у них над головами. Мерно шумел прибой, накатываясь на песчаный берег. Ольга откинулась на спину и растянулась на воде, глянув вверх. Сверху на них ярко светила полоска Млечного Пути, наискось пересекающая ночное небо. Совсем, как дома… Только, где ее дом? На Земле? На Швейцарии? Или, еще где? Она уже и сама не может ответить на этот вопрос. Выброшеная из привычной жизни, оказавшаяся не по своей вине за чертой закона, и вынужденная скрываться под чужим именем, она в итоге долгого пути оказалась здесь, на дикой безлюдной планете. И в данный момент у нее нет возможности ее покинуть.

Ее противники сделают все возможное и невозможное, только бы запереть ее здесь навсегда. Пойдут на любые расходы, на любые жертвы, только бы ненавистная Ведьма с "Летающей ведьмы", из которой так и не удалось сделать Хризантему, не смогла вырваться из этой западни. Да только они просчитались снова. Ведьма с "Летающей ведьмы" осталась в прошлом. Сейчас на Пандоре, в теплой морской воде, лежит и смотрит на звезды генерал Миллер. Иначе ее уже и не называют. А там, где появляется генерал Миллер, другим двуногим хищникам делать нечего. Она не ищет ни с кем войны. Но если нападают на нее, хладнокровно и безжалостно уничтожает врага. Генерал Миллер не придерживается христианских заповедей "не убий" и "возлюби врага своего". Она нена- видит своих врагов и без колебаний расправляется с ними. И это знают все. А тот, кто все-таки надеется "любой ценой" взять ее "хотя бы полудохлой", пополняет длинный список жертв из предыдущих претендентов. Вот и сейчас они попытались взять реванш… Пока сохраняется хрупкое равновесие. Враги не имеют больше сил и возможностей вести полномасштабную войну. Но это сегодня. А что будет завтра, неизвестно. И совершенно непонятно, из-за чего все это началось. Мерзавец экс-министр, который явился виновником всех этих событий, даже с того света умудрился создать ей проблемы. Какие документы он украл? И зачем, если ему надо было банально спасать свою шкуру? Очень много непонятного в этом деле. То, что документы пропали, не вызывает сомнений. Иначе, не было бы такого ажиотажа. А вот дальше начинаются непонятки. Как с самими документами, так и с тем, кто их украл. Что же за информация там содержится, что пошли на такие крайние меры? Возможно, экс-министр хотел шантажировать с помощью этих документов кого-то, кто сейчас находится у власти? Пожалуй, это единственное наиболее разумное объяснение всем этим событиям. И совершенно естественно, что этот кто-то, кого хотят шантажировать, пойдет на все, только бы расправиться с шантажистом и вернуть компромат. Тем более, если он обладает реальной властью. Но зачем этот бывший министр приплел сюда Ольгу? В отместку за то, что нагнала на него страху во время их единственного разговора? Маловероятно. Противники такого уровня не опускаются до такой мелочной подставы. Они играют по крупному. И раз он сказал, что передал документы Ольге, значит, преследовал этим какую-то цель. Но какую? Наиболее вероятно, чтобы отвести подозрение от того, у кого эти документы находятся в данный момент. И пока контора будет расшибать лоб, пытаясь отобрать у Ольги то, чего у нее нет и никогда не было, хранитель компромата сможет благополучно скрыться. Такая версия вполне имеет право на существование. Более умного все равно ничего в голову не приходит. И если это действительно так, то план господина Стрельникова удался блестяще.

Контора у в е р е н а, что документы находятся у Ольги. И в этой уверенности они зашли слишком далеко. И теперь у них просто нет пути назад. Потому, что если признать, что они затеяли все это, купившись на грамотно подброшеную "дезу", то это будет стоить головы очень многим. Подобных проколов никому не прощают. Мишутка, как всегда, оказался умнее всех, вместе взятых. И его, как всегда, опять не послушали…

— Мама, знаешь, что я думаю… А не была ли тут замешана Юмико?

Возглас Ани, плавающей рядом, отвлек Ольгу от размышлений.

— В каком смысле, доча?

— В самом прямом. Ведь она была доверенным лицом этого самого экс-министра. Я много думала о причинах всех этих событий. Мама, понимаешь, человек такого уровня не занимается банальным киднеппингом. Тем более, он не пойдет на мелочную месть из-за личных обид. Это не уголовник, живущий по своим людоедским законам. Это политик высшего ранга, который впал в немилость и проиграл своим политическим противникам.

Все действия таких людей подчиняются здравому смыслу и рациональному расчету. Он никогда не будет осуществлять необдуманных действий в порыве эмоций. И мое похищение — это часть какого-то продуманного плана, о котором мы не знаем. О нем могла знать Юмико. Митугу Доихара — простой уголовник, выполняющий грязную работу.

И он даже не знал, на кого работает. Юмико должна была быть ключевой фигурой в этой истории. Кроме нее, ни у кого не было выхода на генерала. Во всяком случае, из тех, кого мы знаем. Генерал тоже не мог светиться, общаясь со всякими одиозными личностями.

А Юмико идеально подходила на роль доверенного лица и связующего звена между генералом и всеми остальными. Она — родственница Доихары и никаких подозрений не вызовет. И очень может быть, что документы генерал передал ей. Лучшей кандидатуры просто не найти. Возможно, он предвидел грядущие неприятности, и подстраховался, избавившись от опасного компромата. А для того, чтобы пустить ищеек по ложному следу, была придумана и запущена дезинформация, что документы у нас. Генерал прекрасно знал, что там сразу заглотят наживку. На роль врага государства трудно найти более подходящую кандидатуру, чем опальная Ведьма с "Летающей ведьмы". И пока они будут пытаться любой ценой расправиться с нами, чтобы вернуть пропажу, Юмико сможет спокойно выполнять свою задачу. Когда выяснится, что документов у нас нет, будет слишком поздно. Единственное, что он не учел, это гибель Юмико. Он слишком понадеялся на ее способности ведьмы. А когда ты ему сказала, что отрубила ей голову, то для него все рухнуло. Скорее всего, он не знал, где Юмико прячет документы, а "деза" по нам была уже запущена. Контора узнала, что это он похитил документы. И ему ничего не оставалось делать, как только попытаться сбежать. Но у него ничего не вышло. И теперь никто не знает, где находятся эти бумаги. Юмико унесла эту тайну с собой на тот свет.

— Да, Анечка, очень похоже на правду… Если это так, то мы никогда не узнаем, что же стояло за всем этим. Как бы то ни было, они все равно не успокоятся. Даже если сейчас и выяснится, что документы были у Юмико, или еще у кого-то, то им придется все равно продолжать эту войну. Для тех, кто это затеял, просто нет другого выхода. Если признать, что все эти действия, приведшие к таким страшным потерям и колоссальным материальным затратам, были изначально ошибочными, основанными на полученной непроверенной "дезе", это будет стоить головы очень многим. Им будет гораздо в ы г о д н е е скрыть этот факт и продолжать войну против нас.

— Увы, мама… И хотела бы поспорить, да не могу. Человеческая натура не изменилась за четыре века. И карьеристы с большими звездами на погонах никуда не исчезли. Также, как и карьеристы с политического Олимпа. Недаром на "Кассиопее" сидят эти "темные лошадки" из аппарата президента. Похоже, слишком большие фигуры задеты этим делом.

— Пожалуй… Ладно, доча, поздно уже. Пошли спать, на сегодня война закончена. Посмотрим, что принесет нам день грядущий.

Развернувшись, Ольга и Аня поплыли к берегу. Ольга внимательно следила за обстановкой и чувствовала, что невдалеке от берега, в глубине скрывалась опасность. Морские хищники уже вышли на охоту, но пока не приближались. Остановившись, она дала волю своему зверю. Зверь рыкнул, и все хищники бросились наутек, спасаясь от такого страшного неведомого противника. Ольга улыбнулась. Значит, они могут управлять здесь и подводным миром. Теперь только они двое — настоящие хозяева Пандоры.

— Что, мама, решила их шугануть? — голос Ани снова вернул Ольгу к действительности.

— Анечка, ты это поняла? Надо же было проверить, срабатывают ли наши способности в здешнем царстве Нептуна.

— Мама, так я уже давно проверила. Пока ты предавалась размышлениям, любуясь звездным небом, я взяла этих морских тварей под контроль и управляла ими. Они послушно выполняли все мои команды. Можешь быть спокойна, подводный мир нас тоже здесь в обиду не даст!

— Анечка!!! Мы же договорились!

— Мама, а что я сделала? Мы были возле самого берега, близко их я не подпускала, удерживая на расстоянии. Если бы что-то пошло не так, я бы тебя сразу предупредила и мы бы выбрались на берег. Никакой опасности не было.

— Ох, доча… Не жалеешь ты свою мамочку…

— Мамочка, да ты что?! Наоборот жалею и очень люблю! Ты отдыхала, лежа на воде, а я охраняла твой покой. Как верный самурай своего господина. Я все время была настороже и сразу бы подняла тревогу, если бы только появилась опасность, с которой я не могу справиться. Но пока мы здесь справляемся со в с е м!

Возразить было нечего. Зеленоглазый чертенок опять переиграл ее. Что же, пора признать.

Аня на много с и л ь н е е ее. Она знала об этом изначально, но не думала, что это проявится так быстро и так явственно. Но это только к лучшему. Ей будет проще в этой жизни. Ее дочь смогла обуздать в себе хищного зверя, рвущегося наружу. Смогла уже в таком раннем возрасте. Еще одна ведьма, Рожденная нарушившей Запрет, вступила в этот мир. И с первых мгновений, как только осознала, кто она есть, громко заявила о себе…

Выйдя на берег и отряхнув волосы, Ольга с дочерью отправились к своему верному "Линксу", ставшему здесь их домом. Ветерок обдувал тело, и даже было немного прох- ладно. Одеваться не стали, все равно сейчас уже надо ложиться спать. Две хозяйки этого мира шагали по песку, подставив обнаженные тела легкому бризу и свету далеких звезд, льющемуся с неба. Они пришли сюда с этих звезд. И они уйдут обратно. Но они знают, что будут снова и снова возвращаться в этот удивительный мир, пытающийся доказать всем пришельцам свое право на независимость. Но они не оспаривают это право.

Они его признают, и только требуют к себе соответствующего уважения. Две ведьмы, мать и дочь, шагали по дикой планете, впервые признавшей пришельцев…

Машина стояла на берегу возле самых деревьев, и заметить ее сверху было довольно трудно. Оказавшись внутри, задраили люк. Нечего пускать сюда всякую местную живность. Ольга включила свет и приготовила место для ночлега. Снова соорудили большую лежанку из ящиков, уложив на них матрацы. Ложе получилось почти что королевское.

Все-таки, спать в такой надежной, просторной и теплой машине гораздо приятнее, чем в палатке на берегу, или в лесу. Когда не надо беспокоиться, что заползет змея, или еще какая-нибудь ядовитая тварь. Не залетят полчища москитов, не будет капать вода сверху, и спать можно на чистых простынях, под одеялом, и в своей удобной ночнушке, а не на ворохе тряпья, не снимая на ночь обмундирования "волкодава". Что ни говори, а избалованы мы цивилизацией…

Ольга с удовольствием растянулась на импровизированной постели, натянув на себя одеяло. Получилось очень даже удобно, не хуже, чем в каюте "Кассиопеи". Хорошо, что они запаслись там всем необходимым. Господи, хорошо-то как! Автоматика поддерживала заданную температуру внутри отсека. До утра можно спокойно спать, сюда ночью никто не сунется. Генерал со своей бандой головорезов надежно заперт на лайнере, от "Памира" тоже особого толку нет. А завтра с утра что-нибудь придумаем. Первым делом установим двустороннюю связь со своими через трофейный терминал. То-то будет фунт изюму для конторы! Но это — завтра. А сейчас — спать…

— Мамочка… А ты говорила, что мне с тобой можно прямо и открыто говорить…

— Говорила, доча. Так, вроде бы, команда "Отбой!" была.

— Мама, я все думаю, да спросить не решалась… А дефлорация — это очень больно?

Ольга улыбнулась, и погладила дочь по голове. Надо же… Идет война, их пытаются убить, а дочку такие вопросы интересуют…

— Не знаю, Анечка. Мне этого испытать не довелось. Когда я оказалась в теле Оли Шереметьевой, она была уже давно не девочкой… Спроси лучше у тети Насти. Тем более, она врач, и более толково объяснит.

— А будет она со мной говорить? Скажет, что я еще маленькая для таких вещей.

— Не скажет. Тетя Настя знает о тебе все. Но вот Саше мы решили ничего пока не говорить.

— И правильно. Он еще ребенок, и ничего не поймет. А месячные — это очень неприятно?

— Доча, вот тебя такие вопросы на ночь глядя интересуют! Приятного, конечно, мало. Но сейчас есть препараты, снимающие болезненное состояние. Так что, кроме повышенных требований по части гигиены, никаких проблем нет.

— А рожать, значит, сейчас уже не больно?

— Нет, уже не больно. Роды полностью обезболиваются в течение всего процесса. Здесь нам с тобой повезло. В то наше время ни о чем таком и речи не было. А что это тебя так интересует?

— Мама, а как же! Ведь я — женщина в этой жизни. А все мои жизненные установки остались из прошлого. Мне такого раньше и в страшном сне присниться не могло. Да и вспомни себя, когда ты первый раз очнулась, выйдя из комы.

— О-о-о, Анечка, это было что-то! Я очень долго в себя приходила от таких новостей.

Только что умирала от удушья в затонувшей подводной лодке, и вдруг оказалась в постели в клинике. Подумала, что нас спасли. А когда себя первый раз в зеркале увидела…

— Мама, а гинеколог что, тоже обязательно?

— Обязательно, доча. Вот это обязательно. Я сама каждые три месяца на осмотр хожу.

И тетя Настя тоже. Не бойся, ничего страшного и болезненного в этом нет.

— Непривычно просто… Как это в меня что-то засовывать будут…

— Ничего, Анечка! Где наша не пропадала! Как мне медсестра в клинике сказала, та, что искусству любви обучала, уж такая наша бабья доля, чтобы нам в наши дырки постоянно что-нибудь вставляли!

Ночь вступила в свои права. Аня, уставшая за день, наконец-то угомонилась. Ольга полежала еще немного, обдумывая услышанное, и тоже задремала. Прошел еще один день войны. Бесконечной войны, которая идет для нее уже много лет. Идет с того самого дня, когда из Ведьмы захотели сделать Хризантему. Которая не прекращается, а только затихает иногда на время, когда ее противники осознают бесполезность своих усилий.

Но вскоре война вспыхивает вновь. Открываются новые обстоятельства, обосновывается необходимость и целесообразность подобных действий, и снова гибнут люди, которые, в своем подавляющем большинстве, не сделали ей ничего плохого. А истинные виновники всего этого, те, которые отдают преступные приказы и отправляют других на верную смерть, остаются недосягаемыми, чувствуя свою полную неуязвимость и безнаказанность. И теперь эта война добралась уже и до ее дочери. Но стратеги от шпионажа вновь просчитались. Вместо безобидного ребенка они столкнулись со страшным противником.

На много более сильным и опасным, чем его мать, которую они когда-то, по неосмотрительности, захотели сделать своим послушным орудием, беспрекословно выполняющим приказы хозяина. Они уже давно прокляли тот день, когда собственными стараниями создали сами себе смертельного врага. А теперь таких врагов стало двое. И скоро чаши весов могут качнуться в другую сторону…

Шумел прибой, накатываясь на берег. Ветер шевелил кроны деревьев, создавая причудливый шепот, разносящийся вокруг. В местных джунглях тоже закипела жизнь, но здешние обитатели не обращали особого внимания на странный угловатый предмет с непонятным и незнакомым запахом, непонятно, каким образом появившийся на полоске песчаного берега возле самого леса. Предмет, совершенно чуждый этому дикому миру… "Линкс" стоял неподвижно, охраняя покой и сон своих новых хозяев. Воинов прошлого, которым пришлось стать воинами и в настоящем. Кто знает, что принесет им следующий день, который придет после этой ночи. Ночи, которая развела противников и прекратила до утра их кровавую вражду. Их третьей ночи на Пандоре…

На утро Ольге очень не хотелось вставать. Десантный отсек не имел иллюминаторов и был погружен во тьму, так хотелось еще понежиться в постели, да и спешить то особо некуда. Старый балкер пролежал здесь больше сотни лет, полежит спокойно и еще пару часов, никуда не денется. Но привычка брала свое. Поворочавшись с боку на бок, поняла, что больше все равно не заснет. Да и зверь что-то неспокоен, что-то его тревожит. Хоть явной опасности пока и не чувствует, но это неспроста. Неужели, к десанту уже подходит помощь, и скоро на них устроят сафари, как на диких зверей когда-то в Африке? Если это так, то надо срочно убираться с этого острова. Поймать их здесь несложно. Но так быстро помощь прийти не может, если только не ожидала здесь же, поблизости. Если десант сообщил о провале операции позавчера, сразу после разгрома в джунглях, то нужно время, чтобы добраться сюда из Солнечной системы. С учетом всех накладок, даже, если там уже сидели и ждали команды на вылет, не меньше двух суток. Это значит, что сегодня к вечеру они уже могут быть здесь. Время еще есть. Часа три уйдет на то, чтобы обследовать старый балкер и окрестности, экспроприировать все запасы контрабандистов и установить связь с домом. А после этого надо срочно сматываться на материк и сидеть там. Ольга была уверена, что их не бросят. Железное правило "Своих не бросать!" неукоснительно действовало и в "Экспедиционном корпусе", сотрудником которого она имела честь быть. Да и Эльза, по своей линии, тоже поставит всех на уши. Нападение террористов, или пиратов (по другому и не скажешь!) на пассажирский лайнер, большая часть пассажиров которого — швейцарские граждане, это как раз и относится к сфере деятельности государственной тайной полиции Швейцарской республики. Аня еще спит, и поднять ее в такую рань — это проблематично, да и незачем.

Поэтому, пусть спит, сегодня тоже будет хлопотный день. А пока можно сходить искупаться. Если рядом шикарный пляж, то грех упускать такую возможность!

Осторожно встав, чтобы не потревожить дочь, Ольга сбросила ночную рубашку и прошла к люку. Аня спит, и просыпаться, похоже, не собирается. Ну и пусть спит! Отдраив люк, шагнула на песок. Сразу в отсек хлынул свежий утренний воздух. Уже рассвело, ослепительный диск Денеба ярко сиял в небе, и новый день вставал над планетой. Погода радовала. По-прежнему тихо и ясно, океан спокен, и только утренний прохладный ветерок обдувает обнаженное тело. Пройдя по еще не нагревшемуся песку к воде, Ольга бросилась в набежавшую волну.

Снова теплая, как парное молоко, вода охватила тело. Проплыв с десяток метров, Ольга нырнула. Снова вокруг, во всем многообразии, засверкали краски подводного мира. Глубина возле берега увеличивалась плавно, и песчаное дно ярко освещалось дневным светом. Стайки мелких ярких рыбок бросились в разные стороны. Более крупных особей пока не наблюдается. Да и зверь близкой опасности не чувствует. Очевидно, днем хищники не приближаются близко к берегу. Нырнув чуть глубже, Ольга прошла над какими-то разноцетными кустами водорослей, внутри которых суетилась рыбная мелочь. Здесь все подчинено своим законам. И человек, даже ведьма, лишь гость в подводном царстве. Потому, что ему надо дышать атмосферным воздухом. И именно это Ольга и собралась сделать, оторвавшись от созерцания красоты подводного мира. Все же, нырять без аква- ланга, это не то. Потом, когда все образуется, можно будет вернуться сюда с легководо- лазным оборудованием и внимательно обследовать эти места. Как знать, может, кроме отдыха, удастся обнаружить что-нибудь интересное. Вдоволь поплавав и поныряв, Ольга легла на спину, распластавшись на воде и закинув голову в небо…

Реакция пилота сработала быстрее, чем разум успел осмыслить увиденное. Прямо над ней, на большой высоте и на большой скорости, строем шла группа машин. На первый взгляд, не меньше полусотни. С такого расстояния было невозможно определить их тип и национальную принадлежность, но один факт был неоспорим. Их господство в небе Пандоры закончилось. Нет никаких сомнений, что это истребители и штурмовики палубной авиации, поднятые с прибывшего сюда авианосца. Если это помощь десанту, то дело плохо. В случае обнаружения их "Линкс" будет легко уничтожен. А поймать их на этом острове несложно. Достаточно поджечь джунгли напалмом, и им некуда будет спрятаться.

Придется выходить на открытый песчаный берег. А там с ними уже можно "не церемониться"… Поэтому, как только предполагаемый противник уйдет, надо будет срочно вылетать на материк. До него не так уж далеко. И даже если "Линкс" будет обнаружен, они успеют добраться до берега и совершить посадку прежде, чем их перехватят. А оставаться на острове — это сидеть в западне и ждать, когда она захлопнется. На материке же поймать их невозможно. Тем более, там у них будет подавляющее превосходство в "сухопутных войсках"…

Все это пронеслось в уме Ольги за секунду. В следующую секунду она уже плыла к берегу. Выбравшись на песок пляжа, бросилась к своей машине. Ворвавшись внутрь, сразу подняла Аню громкой командой по — японски. Церемониться некогда.

— Тревога!!! Самолеты противника в воздухе!

Аня мгновенно подскочила, уставившись на мать и хватая одежду. По внешнему виду Ольги было ясно, что она не шутит.

— Мама, что случилось?

— Большая группа машин проследовала над нами в направлении материка. Похоже, одни истребители и штурмовики. Крупных кораблей нет. Но не факт, что их нет на орбите.

И такая орава могла прибыть сюда только на авианосце, а авианосец никогда не ходит в одиночку без эскорта. Следовательно, как минимум, пара крейсеров и десяток фрегатов крутятся поблизости. Плюс этот недобиток "Памир", будь он неладен… Ладно, доча. Сейчас послушаем радио. Может, что интересное услышим…

Быстро кое-как вытеревшись полотенцем и набросив халат, Ольга направилась в каби- ну. Аня поспешила следом. Плохо то, что нельзя включить радар. Его работа будет сразу обнаружена. Поэтому, остается только перехват радиопереговоров. Но особо искать и не пришлось. Переговоры шли на международных частотах, и едва Ольга добавила громкость, в динамиках сразу зазвучало.

— "Памир", предупреждаю. При любой попытке противодействия открываю огонь. Мне наплевать, какой там у вас приказ. У меня свой приказ. И в случае оказания сопротивления буду считать вас пособниками террористов, захвативших лайнер. Со всеми вытекающими для вас последствиями.

— "Граф Цеппелин", не дурите. Я же вам говорю, что на лайнере находится группа спецназначения, выполняющая задание по задержанию опасного преступника. Если вы не верите моим словам, запросите Министерство госбезопасности Федерации.

— Я верю своим глазам. И вижу, что за трое суток с момента аварии вы не сделали ничего для оказания помощи экипажу и пассажирам "Кассиопеи", которые до сих пор находятся в шлюпках рядом с вами. Что для военного корабля, удивительнейшим образом оказавшегося именно в этом месте и именно в это время, когда произошла авария пассажирского лайнера, очень и очень странно. У меня есть информация, что это ваши люди открыли огонь по безоружному пассажирскому лайнеру. И вы хотите, чтобы я поверил в ваш бред, что для задержания одного преступника надо было эвакуировать всех людей с "Кассиопеи", подвергнув их огромному риску, обстрелять лайнер и загнать его на эту богом забытую планету?! Последний раз предупреждаю. При попытке помешать проведению спасательной операции будете немедленно уничтожены, как террористы…

Ольга облегченно вздохнула и с улыбкой посмотрела на Аню.

— Анечка, я знаю только один "Граф Цеппелин" — авианосец швейцарского космофлота. Значит, наши радиограммы дошли по назначению, и Эльзе удалось поставить всех на уши. Контора опоздала. Генерал слишком поздно запросил помощь и даже если она придет сейчас, то скрыть эти события не удастся. Ребята слишком заигрались в стремлении сохранить секретность.

— И что теперь будем делать?

— Напоследок еще потреплем им нервы…

Ольга надела шлем и подключила его к радиостанции "Линкса". Перед тем, как выйти в эфир, включила систему АИС и убедилась, что все машины, только что прошедшие над ними, принадлежат космофлоту Швейцарии.

— "Граф Цеппелин", говорит пассажир лайнера "Кассиопея" Ольга Миллер. Имею для вас важную информацию. Как меня слышите?

— Ольга Миллер, слышу Вас хорошо. Говорите.

— Я располагаю неопровержимыми доказательствами нападения стелс-крейсера "Памир" на пассажирский лайнер "Кассиопея". Помощи людям, покинувшим лайнер, он так и не оказал и у меня большие подозрения, что если бы не поданный мной сигнал бедствия, он от них бы уже давно избавился, как от опасных свидетелей. Лайнер был захвачен группой террористов, но мне удалось их уничтожить и совершить вынужденную посадку на планету в старом космопорту. Характер действий террористов очень напоминает попытку захвата лайнера "Афродита" шесть лет назад. После посадки лайнера крейсер остался на орбите и высадил десант, захвативший "Кассиопею". Мне удалось скрыться и захватить один из десантных ботов крейсера, которые обстреливали лайнер, а затем высадили десант.

— Кого вы слушаете?! Я вам еще раз повторяю, здесь проводится спецоперация! И люди на борту лайнера — никакие не террористы, а спецназ МГБ Федерации, выполняющий свою задачу!

— Заткнитесь, "Памир"!!! Я видел результат вашей спецоперации! Это, случайно, не аналог спецоперации "Лузитания", с помощью которой вы хотели втянуть нас в вашу войну? И которая благополучно провалилась? Вы думаете, мы забыли эту историю с попыткой захвата и уничтожения "Афродиты"? Продолжайте, мадам, слушаю Вас!

— На борту "Кассиопеи" сейчас около трехсот человек. Оружие только легкое стрелковое, плюс противотанковые гранатометы. Насчет переносных зенитных ракетных комплексов не знаю. Лайнер полностью разгерметизирован в результате обстрела. Гипердвигатели не могут работать из-за нехватки энергии. Основная группа аннигиляционных реакторов выведена из строя в результате диверсии. Маршевые двигатели и группа аварийных реакторов исправны, так что лайнер способен совершать полеты в атмосфере планеты.

Покинуть борт лайнера десант не может, так как рискует подвергнуться нападению местных хищников. Вам тоже нужно соблюдать осторожность и не соваться в джунгли. Это основное. При встрече расскажу более подробно.

— Благодарю Вас, мадам! Это случайно не Вы — генерал Миллер, в одиночку перебивший банду террористов, захвативших "Афродиту" и предотвративший ее взрыв?

— Да, это я.

— В таком случае, у меня больше нет вопросов, все предельно ясно. Если Вы находитесь на борту десантного бота, включите радар, мы его сразу обнаружим. Если нет, скажите, где Вы находитесь. Спасательная команда скоро будет на месте. Вам нужна медицинская помощь?

— Спасибо, не нужно. Да, я на борту десантного бота. Включаю радар.

Ольга прекратила передачу в эфир и включила радар. Аня восторженно смотрела на мать.

— Мама, браво! Ты не сказала ни слова лжи, но представила все так, как будто здесь засела банда террористов! Из тебя получился бы великолепный дипломат!

— Знаю, доча. Но я пилот — истребитель, а дипломатические выкрутасы — это часть моей нынешней работы. Зачем нагло врать? Как говорят дипломаты, надо говорить правду, но не всю. Результат будет тот же самый! А пока давай быстренько пообчистим перышки.

А то дорогие гости пожалуют, а мы в таком непотребном виде…

Следующие полчаса ушли на приведение себя и десантного отсека в порядок. Неизвестно, кто сейчас пожалует. Попутно Ольга отнесла назад в хранилище трофейный терминал гиперсвязи. Раз не понадобился, так нечего ребятам подлянку делать. А то, как знать…. Может, еще не раз сюда наведаться придется. Незачем наживать врагов, когда можно сделать их своими друзьями.

Когда все было готово к приему гостей, высоко в небе появились пять темных точек.

Четыре небольших и одна покрупнее. Скорее всего, небольшое гражданское судно в сопровождении истребителей. Они быстро снижались, и Ольга с Аней стояли возле люка, задрав головы. Ольге показалось, что очертания более крупной цели знакомы, но Аня опередила ее догадку.

— Мама, да это же наш "Титан"!!!

Ольга уже и сама это поняла. Мощный буксир — спасатель ее компании, зачастую долгие недели простаивающий без дела на постоянном дежурстве в космопорту Шварцвальда, снова доказал свою полезность и необходимость. Когда припрет, кроме него никто не поможет. Машины снизились и убавили скорость до минимума. Истребители остались в воздухе, барражируя на малой скорости и на высоте порядка пятисот метров, а "Титан" пошел на посадку. Вскоре его короткий массивный корпус, подняв тучи песка, коснулся поверхности пляжа в сотне метров от них и замер. В борту открылся люк, выдвинулся трап и из люка показалась… Настя. Увидев их, она сразу бросилась навстречу.

Объятия, поцелуи, слезы радости… Обычная встреча двух близких подруг, одна из которых избежала смертельной опасности. Из люка "Титана" вышли еще несколько человек с оружием, сразу окинув взглядом открывшуюся картину и оценив вероятную опасность.

Ольга узнала начальника службы безопасности Макса и его подчиненных. Значит, в "Экспресс шиппинг" время даром не теряли. Следом за ними выскочил Саша и, увидев сестренку, с радостным воплем бросился к ней.

— Анька, я же говорил маме, что мы вас обязательно спасем! Тетя Оля, а вот и мы!

Аня тут же с радостным визгом бросилась навстречу, снова изображая беззаботного ребенка. Не нужно посторонним знать лишнее. Саша тут же обратил внимание на необычную экипировку сестры и его сильно заинтересовали вакидзаси и большой десантный нож. Настя и Ольга даже забеспокоились. Но Аня снова проявила свою самурайскую хитрость. Сказав брату, что у нее есть для него подарок получше, утащила внутрь "Линкса".

Откуда они вскоре выскочили, к ужасу обеих мам, размахивая пистолетами.

— Мама, тетя Оля, смотрите, что у меня есть!!! Настоящий "Глок"!

Настя не на шутку перепугалась, а Ольга уже собралась было обезоружить новоявленного воина, но Аня тихо шепнула, остановившись возле них.

— Мама, тетя Настя, не бойтесь. Я бойки и магазины с патронами вынула. Самое большее, чем он рискует, это себе по пальцу стукнуть. Пусть поиграет. А то уже начал к холодному оружию подбираться. Я пока его отвлеку, поиграю с ним, да и прослежу, чтобы никуда не залез.

У Ольги отлегло от сердца, а Настя шумно перевела дух.

— Уф-ф-ф!!! Оля, все не могу привыкнуть, что наша Анечка — уже не совсем Анечка. Как ты с ней общий язык находишь? Больше не хулиганит?

— Нет, Настюша. Аня — взрослый человек в теле семилетнего ребенка. И мы общаемся соответсвенно. И ты знаешь, это намного проще. Сабуро Токугава был умным и порядочным человеком, строго соблюдающим свой кодекс чести самурая. Так что, никаких проблем с ней не возникнет. И она очень помогла мне…

Ольга рассказала подробно события последних дней. Настя слушала, раскрыв рот. В конце подвела итог.

— Так что, теперь у Ани пятьдесят один подтвержеднный сбитый. Не бойся, больше хулиганить она не будет. И то, что могу я, не идет ни в какое сравнение с тем, что может она.

И Аня осознает это. Понимает, какая страшная сила подвластна ей, но, тем не менее, уверенно ее контролирует. Она сразу смогла обуздать в себе зверя. Опыт офицера Императорского флота, полученный ранее, помог ей. А наша задача — помочь ей адаптироваться в этой жизни. И сохранить ее тайну. Кроме нас, этого не знает никто.

— Да, Оля, понимаю… Бывают, все же, чудеса на свете… А я уже что только не передумала, когда от тебя вестей не было. Спасибо Эльзе, держала меня в курсе событий. Кстати, она сейчас на авианосце и жаждет с тобой пообщаться. Похоже, что-то интересное у нее для тебя есть.

— Обязательно пообщаемся. А как там поживает наша Верочка? Ничего не пронюхала?

Стучит исправно?

— А что ей станется. Стучит, как дятел. Чуть ли не каждый день к нам повадилась в гости.

Все пытается о тебе побольше узнать. А я, как ты и говорила, изображаю дурочку, которая ничего не понимает, но и информацией не владеет. Оленька… Ты уж меня прости…

Сама не знаю, как это получилось. Может, она подмешала мне что… В общем, мы с ней вдвоем, без тебя попробовали…

Ольга рассмеялась, и глаза задорно блеснули. Ай да Верочка!

— Ладно, Настюша, не тушуйся! Будем считать, что это была разведоперация по изучению противника. А вот я тебя сегодня точно никуда не отпущу. Уложим детей спать в другой каюте. Настюша, а я за тобой очень соскучилась!

За разговором подруги не заметили, как к ним подошла Анна Лют — бессменный капитан "Титана" в течение многих лет и Макс — шеф службы безопасности компании "Экспресс Шиппинг". Люди свои и проверенные в деле неоднократно.

— Здравствуйте, мадам! Заставили Вы нас поволноваться. Извините, что прерываем ваш разговор, но генерал Кумметц ждет вас на борту авианосца. Она уже вызывала нас и торопит, чтобы срочно получить информацию из первых рук.

— Все, сейчас вылетаем. Скажите, Анна, сможет "Титан" взять на внешнюю подвеску вот этот десантный бот и перебросить его через гиперпространство, до самого космопорта в Щварцвальде?

— Конечно, сможет. "Титан" способен выполнять буксировку значительно более массивных и крупногабаритных объектов. А он Вам так нужен?

— Нужен. Есть там одна интересная вещица, которая пригодится в н а ш е й работе. Да и сама машинка тоже ничего.

— Поняла, сделаем. А с "Кассиопеей" что? Ведь мы вылетели для оказания ей помощи. Всех людей с нее сейчас берет на борт госпитальный транспорт швейцарского космофлота, прибывший вместе с эскадрой. А нас взяли специально для оказания технической помощи лайнеру. После истории с "Афродитой" наш авторитет в этой области непререкаем.

— А вот здесь вряд ли что получится. На "Кассиопее" сейчас спецназ МГБ Федерации и так просто они не уйдут. Мы получили подтверждение от судоходной компании, которой принадлежит лайнер, что они согласны подписать контракт о спасении?

— Нет. Мы сразу вышли на них с этим предложением, но они молчат до сих пор.

— Тогда, наша совесть чиста. Люди будут спасены, а спасать сам лайнер мы не обязаны.

Все, леди и джентльмены. Берем на внешнюю подвеску "Линкс", и вперед!

Погрузка десантного бота не заняла много времени, и вскоре "Титан" взмыл в небо, быстро набирая высоту. Ольга смотрела на удаляющийся внизу архипелаг островов, покрытых буйной тропической зеленью и обрамленных синевой океана. Все таки, какой бы своенравной и негостеприимной не была Пандора, но она в который раз помогла ей.

Сейчас, на какое-то время, они получат передышку. Очередная операция конторы с треском провалилась. Но это только выигранное сражение, и далеко не победа в войне.

Войне, идущей уже много лет… Здесь, в присутствии военного флота, контора побоится что-либо предпринимать. Но по возвращении домой надо ждать новых неприятностей. От них все равно не отстанут. А кто находится ближе всех к Хризантеме и не вызы- вает у нее никаких подозрений? Сильва… Значит, с Верочкой придется держать ухо востро… Однако, с другой стороны, если знаешь, где стоит капкан, никогда не попадешь в него. Вот и "побеседуем" с Верочкой. Во время очередного "показа неба в алмазах"…

Как оказалось, Настя думала о том же самом.

— Оля, я думаю, что Верочка сейчас будет землю копытом рыть. Ведь больше у них никого нет, кто был бы вхож в наш дом.

— Да, Настюша… Как это ни прискорбно… Вот и посмотрим, как далеко она зайдет в своем служебном рвении. В крайнем случае, теперь с помощью Ани можем любую "дезу" отправить. Пускай поломают головы…

"Титан" быстро прошивал атмосферу, все дальше и дальше удаляясь от поверхности планеты. Ольга находилась в рубке и внимательно наблюдала за обстановкой. Где-то далеко внизу осталась "Кассиопея" с засевшими в ней "волкодавами". Генерал и группа "сугубо штатских лиц" из аппарата президента сейчас в шоке. Задание с треском провалено, и Хризантема все-таки вырвалась из ловушки, куда ценой огромных потерь ее удалось все же загнать. Это значит, что сейчас последуют "оргвыводы" и очень многим не поздоро- вится. Мишутка оказался прав в очередной раз. Интересно, сколько же еще контора будет наступать на одни и те же грабли? Впрочем, скоро узнаем…

Плотные слои атмосферы остались позади и "Титан" вышел на орбиту, приближаясь к большой группе кораблей, застывших в пространстве. Особняком стоял крупный корабль в окружении большого количества спасательных шлюпок. Очевидно, это и есть госпита- льный транспорт космофлота, принимающий на борт пассажиров и экипаж "Кассиопеи". Недалеко от него лежали в дрейфе два фрегата, прикрывая спасательную операцию.

В отдалении четко угадывался силуэт "Памира", над которым зависло не менее сотни штурмовиков, поднятых с авианосца. А между госпитальным транспортом и "Памиром" стояли два линейных крейсера, держа его на прицеле и готовые в любой момент открыть огонь. Но на "Памире" сидели здравомыслящие люди, которые прекрасно понимали, что любая попытка сопротивления равнозначна самоубийству. Стелс-крейсер ничего не сможет сделать этим закованным в броню гигантам. Это не считая готовой к атаке палубной авиации. А в стороне, на большом удалении от планеты, лежал в дрейфе громадный авианосец в окружении двух легких крейсеров и десятка фрегатов. Вся пространственная сфера вокруг него патрулировалась поднятыми истребителями. И если даже сейчас появится помощь, запрошенная генералом, то вступать в вооруженный конфликт она не будет. В правительстве Федерации сидят далеко не идиоты, и прекрасно понимают, когда надо остановиться. И вот именно к этому авианосцу и направлялся в данный момент "Титан", сопровождаемый четырьмя истребителями. Получив разрешение на швартовку, буксир начал маневр сближения. Ольга не вмешивалась и только внимательно слушала радиопереговоры. Аня же прильнула к экрану, с огромным интересом разглядывая открывшуюся перед ней картину. Ольга прекрасно понимала, в чем дело. Ане еще ни разу не приходилось видеть в развернутом виде авианосное соединение.

— Что, Анечка, похоже на "Кидо Бутаи"?

— Мама, какое "Кидо Бутаи"… Это… Это… Даже не знаю, как сказать! Но тактика очень похожа. Авианосец в отдалении от предполагаемого места боевого столкновения в окружении кораблей эскорта. Вся палубная авиация поднята и выдвинута вперед. Плюс впереди два тяжелых корабля, прикрываемых авиацией. Что мы, что янки применяли такую схему.

— Так все же позаимствовано из истории. Когда военный флот перестал ходить только по морям старушки Земли и вышел на просторы галактики, то старые методы его применения оказались актуальны и в космосе. То, что мы сейчас видим, это обычная поисково ударная авианосная группа, которая задействуется в случаях, подобных нашему. Когда наблюдается тявканье из кустов типами вроде "Памира", и надо навести порядок заведомо превосходящими силами, чтобы отбить охоту тявкать дальше. Иными словами, надрать задницу всяким проходимцам. В случае военных конфликтов задействуются на много более крупные авианосные соединения.

— Да, мама, очень интересно… Вот уж действительно, новое — это хорошо забытое старое.

— Анечка, сейчас мы подойдем к авианосцу и встретимся с Эльзой. Мы не раз бывали у нее в гостях и она продолжает считать тебя маленькой девочкой. Хотя и знает, что ты — Рожденная нарушившей Запрет. О твоем прошлом я ей не рассказывала. Не захотела, чтобы слишком много людей знало об этом.

— И правильно, мама. Хватит того, что это знаем мы и тетя Настя. Но не забывай, что Эльза — тоже Рожденная нарушившей Запрет. И провести ее будет трудно…

"Титан" осторожно приблизился к стыковочному узлу авианосца и плавно провел стыковку. Клацнули электромагнитные захваты, и небольшой кораблик замер, прижавшись к борту гиганта. Сразу же был оборудован шлюзовой переход, и через несколько минут перед Ольгой возник майор государственной тайной полиции, как оказалось, адъютант ее начальника — генерала Эльзы Кумметц. Поздоровавшись и поинтересовавшись, все ли у них в порядке, он попросил следвать за ним. И Ольга вместе с Аней, в своем живопис- ном одеянии, ступили на борт авианосца. Только оружие оставили на "Титане". А то, в форме "волкодава", с автоматом в руках, да еще и с катаной за спиной… Вид будет уж очень экзотический. Эдакий современный ниндзя. Аня тоже оставила свой вакидзаси и десантный нож, спрятав их в каюте, чтобы шаловливые ручки братика до них не добрались. Есть у него "Глок" без бойка и патронов, вот и пусть играет в войнушку…

Ольга и Аня шли по просторным палубам и обе с интересом осматривалсь вокруг. Ольга уже давно не была на военных кораблях и сейчас смотрела с чисто профессиональным интересом боевого офицера. Аня же вертела головой, впитывая информацию, как губка. Ольга прекрасно понимала причину — ее дочь снова попала на а в и а н о с е ц. Один раз даже спросила.

— Что, доча, сравниваешь с "Кага"?

— Эх, мама, не трави душу…А на ангарную палубу мы попадем? Очень хочется на современные истребители посмотреть…

Пока они дошли до места, им встретилось очень много людей и все, даже капитаны первого ранга и полковники, отдавали честь Ольге, что ее вначале смутило. Кто она такая для них? Но майор объяснил.

— Мадам, Вы для нас всех — генерал Миллер. И мы помним, благодаря кому живем сейчас в мире, а не оказались втянуты в чужую войну.

В конце концов, они добрались до жилой палубы и остановились возле двери каюты.

Майор зашел и доложил о прибытии, после чего пригласил Ольгу с Аней. Ольга вошла и очень удивилась. Она еще ни разу не видела Эльзу в форме, разве только на фотографиях. Сейчас же она стояла возле стола в черном мундире генерала тайной полиции и улыбалась. Взгляд же зеленых глаз, пронизывающий насквозь, уперся в Аню.

— Конници-ва, — неожиданно произнесла Эльза японское приветствие и склонилась в традиционном поклоне. Это было настолько неожиданно, что Аня чисто машинально, следуя вековым традициям, ответила тем же, поклонившись и поздоровавшись на японском языке. Ольга растерялась. Эльза же хитро улыбнулась.

— Так, так… Очень интересно. Вот и наши возмутители спокойствия появились. Здравствуй, Оля. Извини, что так необычно вас встречаю. Просто хотела кое-что проверить.

И тут только до Ольги дошло, что Эльза обо всем догадалась. Сопоставила все имеющиеся сведения и таким простым приемом заставила Аню раскрыть себя. Да уж, настоящий генерал тайной полиции… Эльза, тем временем, стала вести себя, как обычно, снова превратившись в радушную хозяйку. Аня тоже поняла, как просто ее раскололи, и не знала, что говорить дальше. Эльза же приглашала всех за стол.

— Проходите, гости дорогие, присаживайтесь. Оля, рада, что у тебя все получилось. Хоть и заставили вы нас понервничать. Да и Анечка, я знаю, тоже постаралась и помогла маме.

Аня, скажи честно… Ты — пилот японской авиации? Как тебя звали раньше?

Ольга и Аня переглянулись. Врать было бессмысленно, да и незачем. Тем более, Ольга знала, что Эльза умеет хранить тайны.

— Тетя Эльза, что Вы имеете ввиду?

— Анечка, я просто умею анализировать полученную информацию. И сейчас был просто последний штрих. Ты приветствовала меня в традиционном японском стиле и на японском языке совершенно непринужденно, как будто делала это тысячи раз в течение многих лет. Что совершенно нехарактерно для твоих сверстников, зачастую даже не знающих, где находится Япония. Так я права? Кто Вы, Аня — сан? Расскажите о себе.

Мне просто интересно. Обещаю, что никому не скажу.

Аня вздохнула и посмотрела на мать. Ольга улыбнулась и кивнула. Скрывать дальше не было смысла.

— Тетя Эльза, правильно говорить Аня — тян. При обращении к ребенку, или молодой девушке, к имени добавляется суффикс "тян", а не "сан". Да, Вы правы… Когда-то меня звали Сабуро Токугава…

Аня рассказала свою историю. Эльза в течение всего рассказа ни разу не перебила ее, а только внимательно слушала. Под конец уже пошел рассказ о событиях последних дней, и тут уже подключилась Ольга, подробно описав свою одиссею, чем вызвала неподдельный интерес подруги. Дослушав до конца, Эльза добавила кое что от себя о произошедших событиях.

— Ситуация не очень хорошая, Оля. Удалось выйти на след преступников, которые устраивали на тебя покушения, и подстроили аварию шаттла. Все в один голос говорят о женщине азиатской внешности, которая появилась здесь около полугода назад и являлась заказчиком этих преступлений, щедро их оплачивая. Имена называют самые разные, но по фотографии все опознали Юмико Доихара. Она появлялась в Шварцвальде несколько раз, но сама в этих акциях не участвовала и с непосредственными исполнителями не контактировала, общаясь только через посредников. Причем, денег не жалела. Значит, охоту на тебя начали давно. Зачем-то ты была нужна этому экс-министру. И это не банальная месть.

Противники такого ранга не опускаются до уголовной вендетты. Они готовы даже заключить союз со вчерашним смертельным врагом, если это будет им выгодно. Много неясного в этом деле. Но одну вещь удалось выяснить достоверно. Генерал Стрельников д е й ст в и т е л ь н о передал тебе ряд секретных документов. Зачем он это сделал, не известно. Его уже не спросить. Поскольку ты утверждаешь, что никаких документов тебе никто не передавал, напрашивается вывод, что они до тебя просто не дошли. Стрельников был у в е р е н, что "посылка" дошла до адресата. Возможно, что-то случилось с курьером, который должен был ее доставить. По ряду косвенных признаков можно предположить, что передача этих документов должна была произойти на "Кассиопее" во время полета. Очевидно, это и вызвало такой ажиотаж. Но это только версия, неопровержимых доказа- тельств нет. И если это действительно так, то документы до сих пор находятся на "Касси- опее".

— А они уверены, что документы у нас… Но попасть на "Кассиопею" мы сейчас не можем.

Да и найти на ней такие вещи нереально. Ведь лайнер огромный… И если кто-то должен был передать их во время полета, то это не Юмико. Когда "Кассиопея" стартовала из токийского космопорта, Юмико уже не было в живых, и генерал Стрельников знал об этом.

— Вот именно. Значит, есть еще, по меньшей мере, одна фигура, о которой мы ничего не знаем. Доверенное лицо опального генерала, которое смогло ускользнуть ото всех. Либо этот человек не смог передать документы, либо не успел, либо не захотел. Пока мы можем только гадать о причинах. Но твои оппоненты у в е р е н ы в обратном. Это значит, что от вас все равно не отстанут.

— Увы… Значит, когда все успокоится, придется вернуться на "Кассиопею" и перерыть ее сверху до низу. Хотя, вероятность успеха призрачная. Но больше пока ничего на ум не приходит…

— Оля, не дури. Если они не уведут лайнер назад на Землю, то обязательно оставят засаду поблизости именно на этот случай. Зная твой характер, предположить это нетрудно. А там сидят далеко не дураки.

— Но как они уведут лайнер? Ведь основная группа реакторов выведена из строя, а без них гипердвигатели не смогут выйти на режим пространственного прыжка.

— Теоретически это возможно. Да и практически тоже. Я консультировалась со специалистами, в том числе с капитаном и старшим механиком твоего "Титана". Буксир — спасатель, если он имеет энергетическую установку достаточной мощности, может подать ее энергию на гипердвигатели лайнера, предварительно состыковавшись с ним. Масса буксира незначительна по сравнению с массой "Кассиопеи", и ее гипердвигатели без труда справятся с таким дополнительным "довеском", перебросив оба состыковавшихся корабля через гиперпространство. Гипердвигатели самого буксира работать не будут, чтобы не мешать гипердвигателям лайнера. Другой вопрос, что так еще никто не делал. Но экипаж "Титана" горит желанием попробовать. Точно также можно поднять лайнер в космос с поверхности планеты, подав энергию с буксира на маршевые двигатели, поскольку "Кассиопея" полностью разгерметизирована, и находиться на ней во время полета можно только в скафандре.

— Очень интересно… Да только не получится. На лайнере засели "волкодавы" и так просто оттуда не уйдут. Я думаю, они уже связались со своими, и скоро МИД Федерации поднимет вой, что мы вмешиваемся в их внутренние дела, если уже не подняли.

— Вот именно. Поэтому, когда все люди, находящиеся на шлюпках, будут спасены, наша эскадра покинет систему Денеба и вернется домой. Выкуривать этих, как ты говоришь, "волкодавов" с "Кассиопеи" никто не будет. Приличия будут соблюдены. Мы выслали эскадру военного флота, получив сообщение о нападении н е и з в е с т н о г о крейсера и спасли всех людей, покинувших лайнер. Сам лайнер мы спасать не обязаны. Тем более, до сих пор нет согласия от судоходной компании — владельца "Кассиопеи" на проведение спасательных работ. В итоге, наша совесть чиста. Все люди спасены, и ни в чьи внутренние дела мы не вмешивались.

— Все верно. Поэтому, когда все успокоится…

— Оля, не играй с огнем. Ты понимаешь, что если снова сунешь сюда нос, то тебе придется рассчитывать только на себя? Не будет никаких оснований снова посылать сюда эскадру. Я ведь тоже не всемогуща.

— Все прекрасно понимаю. Как понимаю и то, что они от нас все равно не отстанут, даже когда вернемся домой…

Беседа продолжалась долго. Эльза выяснила все подробности этого дела. Между тем, спасательная операция подходила к концу. Пассажиры и экипаж многострадальной "Кассиопеи" были взяты на борт госпитального транспорта. Сама же "Кассиопея" осталась на планете, и забаррикадировавшийся в ней десант заявил, что ни в какой помощи не нуждается. А если будут попытки проникнуть на борт лайнера, то это будет расценено, как нарушение суверенитета Федерации и пресечено силой оружия. И вообще они заняты здесь своими делами в интересах Федерации и никаких спасателей не вызывали. На что им любезно ответили, что коль скоро они отказываются от предлагаемой помощи, то могут и дальше торчать в джунглях Пандоры до второго пришествия в интересах Федерации.

Вдоволь наговорившись и выяснив все детали, подруги договорились встретиться теперь дома. Назад Ольга и Аня вернутся на "Титане", так как не надо, чтобы их видело много посторонних. Ведь экипаж авианосца — больше двух тысяч человек. Ольге совершенно не улыбалась перспектива снова стать звездой криминальной хроники, а все к этому идет.

По возвращению в Шварцвальд от репортеров отбоя не будет. Ладно, будем решать проблемы по мере их возникновения. В конце концов, общение с газетчиками и телевизионщиками — это не самое страшное в жизни. Общение с "волкодавами" и "аналитиками" было гораздо неприятнее…

Ольга и Аня вернулись на "Титан", и он отошел от борта авианосца. Пройдя в рубку, они с интересом наблюдали, как корабли эскадры снимаются с орбиты и направляются к точке входа в гиперпространство. Спасение людей закончено, больше здесь делать нечего.

Громадный авианосец в окружении эскорта начал удаляться от планеты. Госпитальный транспорт, вместе с сопровождающими его фрегатами, присоединился к остальным. Линейные крейсеры до последего сохраняли позицию, держа "Памир" под прицелом своего оружия. Но вот и они, дав ход, сошли с орбиты и начали удаляться вслед за кораблями эскадры, идя в окружении палубной авиации, барражирующей в космическом про- странстве. Как два громадных медведя, вокруг которых роятся пчелы. "Титан" шел внутри построения, окруженный со всех сторон военными кораблями. Даже если бы "Памир" решился на самоубийственную атаку, попытавшись даже ценой своей гибели выполнить задание и не дать ускользнуть Хризантеме, то у него все равно бы ничего не получилось. Его ракеты просто не долетят до цели и будут заранее перехвачены. Да и неизвестно, на каком именно корабле находится Хризантема. То ли она перешла на авианосец, то ли осталась на "Титане". Во всяком случае, благоразумие взяло верх и геройствовать командир "Памира" не стал.

Ольга стояла в рубке и внимательно смотрела на обзорный экран. Сзади удалялся силуэт "Памира", оставшийся на орбите в полном одиночестве. Очередной раунд с конторой закончился вничью. Да, они смогли вырваться из ловушки, куда их все-таки загнали, но не приблизились к разгадке тайны. Что-то прояснилось, но добавились и новые вопросы.

И теперь надо ждать следующего хода конторы. Правда, теперь у Ольги будет огромное преимущество — она сможет действовать на своей территории и иметь поддержку в лице силовых структур. А вот конторе снова придется действовать нелегально. Теперь, по идее, должна вступить в игру Сильва. У конторы нет больше никого в ближайшем окружении Хризантемы. А информация, похоже, нужна им срочно. Что же такого важного находится в этих документах?

— Семь крупных целей слева по борту, движутся в направлении Пандоры! Скорость сближения большая! Просматриваются визуально!

Возглас вахтенного помощника капитана отвлек Ольгу от размышлений, и она обратила внимание на экран бокового обзора. Действительно, семь довольно крупных целей быстро приближаются. Группа истребителей и штурмовиков отделилась от эскадры, и бросилась навстречу неизвестным визитерам. Очень скоро в эфире прозвучал их доклад.

— Шесть стелс-крейсеров и один транспорт двигаются в направлении Пандоры…

Вот теперь все встало на свои места. Контора подсуетилась и быстро выслала помощь, постаравшись обеспечить подавляющее преимущество в огневой мощи на случай появления посторонних. Чтобы секреты не ушли на сторону. Но снова опоздала и просчиталась. Опять перевесило желание соблюсти секретность и опять посланы эти быстроходные жестянки из своей флотилии вместо полноценных боевых кораблей Военно — Космического Флота. Плюс прихватили какой-то транспорт. Очевидно, чтобы забрать людей из шлюпок. Скрыть факт аварии лайнера уже не удастся, вот и надо поторопиться выступить в роли "спасателей"… Но уже поздно. Все люди спасены, а в качестве "посторонних" — поисково ударная авианосная группа, которая шутя может расправиться с их "крейсерами", если они только попытаются применить оружие. Иными словами, контора опять села в лужу. Вот и пусть сидит там дальше. Аня, тоже наблюдающая эту картину, была того же мнения.

— Что, мама, вовремя мы унесли ноги? Теперь там обязательно начнутся поиски виноватых.

— Нет, доча. Не виноватых, а крайних, которых и сделают виноватыми. Истинные виновники всегда выходят сухими из воды. Если только не перейдут дорогу кому-то из своих.

А крайними сейчас сделают генерала Сухомлинова и полковника Меркулова. Ведь они руководили операцией, каждый на своем этапе. Рикошетом могут зацепить командира "Памира", но он выкрутится. В конце концов, его дело — только доставка десанта, что он и выполнил. А в том, что десант сел в лужу, его вины нет. И уж кому я точно не завидую, так это Эллочке. Вполне могут обвинить в саботаже и сговоре со мной. Ведь она должна была сообщить, что мы сели в шлюпку вместе с ней, как ты ей внушила. Для конторы будет гораздо в ы г о д н е е обвинить ее в преднамеренной дезинформации и саботаже, чем докапываться до истины, в результате чего вылезут на свет божий все их просчеты. Запомни, Аня. Контора никогда не бывает виноватой. Что бы ни случилось. Виноваты всегда конкретные исполнители, которые "допустили", "не предусмотрели", "не обеспечили" и далее по списку. А те, кто посылает исполнителей на верную гибель, всегда остаются в стороне. Зато, в случае успеха, вся слава достается им…

Ольга внимательно рассматривала приближающиеся корабли через оптическую систему.

Да, стелс-крейсеры спутать ни с чем невозможно. Видно, что они обходят эскадру стороной и ждут, когда она удалится. Там уже поняли, что попали к шапочному разбору и теперь главная задача — не обострить обстановку. Пассажиры и экипаж "Кассиопеи" уже рассказали много интересного. И за обстрел лайнера, и за более чем странное поведение "Памира". Бог вам судья, ребята. Играйте в свои шпионские игры дальше. А нам пора домой…

Голубой шар Пандоры удалялся все дальше и дальше. Соединение стелс-крейсеров осталось за кормой, перейдя на замкнутую орбиту вокруг планеты возле "Памира". Возможно, транспорт совершит посадку и заберет на борт десант с "Кассиопеи", так как больше ему спасать некого. А может, и нет. От конторы можно всего ожидать. Скажут, чтобы оставались там и осуществляли охрану. Это уже их дело. Авианосная группа удалилась на безопасное расстояние и прозвучала команда приготовиться ко входу в гиперпространство. Все истребители и штурмовики вернулись на авианосец, эскадра выстроилась в походный ордер и по команде флагмана на всех кораблях одновременно включились гипердвигатели, унеся эскадру к далекому Альтаиру. Крупное соединение мощных боевых кораблей, появившееся несколько часов назад в звездной системе Денеба, исчезло, как будто его и не было.

Когда "Титан" вместе со всей эскадрой вошел в гиперпространство, Ольга почувствовала неимоверную усталость. Закончилось еще одно сражение этой войны. Бесконечной войны на выживание. И надо готовиться к новым. Сейчас у нее просто короткая передышка.

Пока шасси "Титана" не коснутся бетонных плит летного поля космопорта Шварцвальда.

А там надо будет опять быть начеку. Видя ее состояние, Аня и Настя сразу предложили ей пойти в каюту и хорошенько выспаться. Саша крутился рядом, и его очень интересовало, как же тетя Оля победила бандитов, похитивших его сестренку. Аня и тут пришла на помощь, утащив брата в выделенную для них каюту и пообещав рассказать много интересного, оставив Ольгу и Настю в каюте одних. Настя улыбнулась.

— Оля, у тебя очень чуткая и умная дочь. Ведь я понимаю, что она специально увела Сашу, чтобы дать нам возможность побыть вместе.

Ольга обняла и нежно поцеловала подругу, прижав ее к себе. Они снова вместе. Не смотря ни на что…

— Знаю, котенок. Главное, что Аня понимает и не осуждает нас. Она знает о нас все.

И считает, что это касается только нас двоих и никого больше…

Какое блаженство стоять под тугими струями горячей воды, ударяющими в тело… Особенно после партизанской войны в джунглях. Даже такое короткое время. Ольга в который раз вспоминала слова Ани. Сколько вещей в своей жизни мы не ценим и считаем их само собой разумеющимися. И начинаем ценить, только когда попадаем в экстремальные условия. И тогда даже самые незначительные вещи кажутся райским наслаждением…

Выйдя из душа, Ольга сразу нырнула в приготовленную постель. Хоть они и обустроили более — менее свой быт на Пандоре, но все-таки жилая каюта космического корабля это не рабочая шлюпка и не десантный отсек "Линкса".

Свет приглушен и в каюте полумрак. Ласковые руки Насти обнимают ее и их губы встречаются в нежном поцелуе. Настя берет инициативу на себя, Ольга отдается ей и воспаряет ввысь, уходя от обыденного… И очень скоро яркие алмазные россыпи вспыхивают в небе…

Глава 10

Обратный полет прошел без происшествий. После выхода из гиперпространства в системе Альтаира "Титан" продолжал полет в составе эскадры, направляясь к планете. Аня и Саша "поднимали крышу", но в разумных пределах, за чем Аня следила очень внимательно, не допуская, чтобы братик зашел слишком далеко, и постоянного контроля за ними не требовалось, что очень удивляло экипаж "Титана". Ольга и Настя никак не могли наговориться. Тогда, на острове, толком поговорить не получилось, зато теперь можно было не торопясь рассказать всю свою одиссею. Как оказалось, ушлые телевизионщики все же смогли раздобыть ролик с записью камер видеонаблюдения в особняке Доихары, запечатлевший бой на мечах Ольги и Юмико, а также последующего разговора с бандитом. Это была настоящая сенсация, в последнее время никто не помнил, чтобы наблюдалось что-либо подобное. Ролик сразу попал в сеть и имел колоссальный успех. Запись шла в сопровождении комментариев экспертов и все сходились во мнении, что перед ними — настоящий мастер кен-до. Одновременно в сеть попали и леденящие душу кадры той резни, что учинила Аня, а также авария на автобане возле Токио. Хорошо, что Настя была уже предупреждена Эльзой о случившемся и знала, что все закончилось благополучно. Но все равно долго не могла прийти в себя от увиденного и искренне недоумевала, как же такое может быть? С Аней, более — менее, было понятно. О нравах самураев она уже знала достаточно, почерпнув очень много информации в сети сразу после отлета Ольги на Землю. Поэтому особо и не удивилась ни тому, как Аня расправилась с Цезарем и остальными бандитами, ни тому, как она обошлась с Доихарой. Хотя оставалось загадкой, как же семилетней девочке удалось перерезать глотки бандитам, и ни один из них не оказал сопротивления. Никакой вразумительной версии выдвинуто так и не было. Поведение же Ольги было совершенно непонятно. Настя смотрела запись ее боя много раз, но так и не смогла найти разумного объяснения. Ведь все разговоры между Ольгой и ее противниками — Юмико и Митугу Доихара шли на японском языке, которого Ольга до отлета на Землю не знала. И откуда у нее взялось умение в совершенстве владеть самурайским мечом, о чем говорили эксперты? Таких талантов за ней раньше не наблюдалось, и Настя терялась в догадках. Зная на много больше, чем остальные, она тоже пришла к мысли, что у Ольги, как и у Ани, в критической ситуации открылась память о прошлой жизни. Жизни самурая. Теперь же все встало на свои места. Рассказ Ольги просто ошеломил Настю. И сейчас она с огромным интересом рассматривала исторические реликвии — орден, кортик, оба меча, один из которых, благодаря Ольге, уже побывал в деле после нескольких веков забвения, и короткий клинок вакидзаси, которым мастерски орудовала Аня.

— Да-а, Оля! Я много раз смотрела запись твоего боя. Ты настоящая онна-бугэйся! Я уже перечитала много материалов по истории и кое в чем разбираюсь. А зачем ты прихватила второй меч?

— Для Ани, когда она подрастет. Ведь она в прошлом — самурай. А катана — душа самурая, как говорили в Японии. И хоть сейчас самураем она быть не может, так как слово "самурай" применимо только к мужчине, но Аня — самая настоящая онна-бугэйся. И она доказала это на деле.

— С ума сойти… Кто бы мог подумать совсем недавно… Ладно, дорогие мои самураи в юбках. Или как вас там… онны-бугэйси. Надеюсь, вы хоть дома то самурайствовать не будете? А то в Токио всех на уши поставили, да и здесь страсти бурлят. Генерала Миллер тут все знают и поговаривают, что она уже начала крестовый поход против мафии.

— А тут как карты лягут, Настюша. Не хочу тебя обманывать. С местной мафией у нас мир. По крайней мере, пока. Якудза сюда тоже вряд ли сунется. К тому же, я дала им возможность "сохранить лицо". Юмико, работавшая на якудза, пала в честном поединке, что полностью укладывается в их кодекс чести и с этой стороны ко мне претензий нет. А то, что взяла за хобот Доихару и передавила его шестерок, так на это у меня была уважительная причина — он похитил мою дочь. Что по их традициям тоже не делает ему чести. К тому же, он действовал самовольно, польстившись на деньги, и не поставил в известность свое руководство. А якудза тоже лишние проблемы не нужны из-за одного зарвавшегося бандита. И поскольку я не привлекала к этому делу полицию, разобралась только с самим нарушителем бандитской дисциплины и не предъявляла претензий ко всей организации, то и ко мне особых претензий нет. Конечно, горячие головы найдутся, но их быстро поставят на место. Оставалась бы я на Земле — другое дело. А лезть на чужую территорию… Там командуют умные люди, которые прекрасно понимают, что в данной ситуации затевать войну им очень н е в ы г о д н о. И поскольку им дали возможность "сохранить лицо", они этим непременно воспользуются. Так что, со стороны криминаль- ных элементов, проблем пока не предвидится. Совсем другое дело — контора…

Тут, Настюша, возможны варианты… Не знаю, какую цель преследовала эта сволочь, его бывшее высокопревосходительство, решив передать мне похищенные документы.

Я ничего не получала, но Эльза утверждает, что это так. А Эльзе верить можно. Это значит, что до меня они просто не дошли по неизвестной причине. Но контора у в е р е н а, что они у меня. Поэтому, они не прекратят попыток вернуть пропажу. Очень много говорит за то, что эти материалы остались на "Кассиопее". Поэтому, как все успокоится, придется туда вернуться…

— Оля, ты в своем уме?! Ведь тебя там точно ждать будут!!!

— В своем, Настюша, в своем. Именно на это я и рассчитываю. Я прекрасно понимаю, что если даже документы и находятся на "Кассиопее", то найти их нереально. Лайнер огромный, и чтобы найти подобные вещи, его придется разобрать по винтику. Ведь я не знаю даже примерного места, где искать. А без этого поиски могут продолжаться неопределенное время и все равно не дать результата. Ведь нет гарантии, что они не были уничтожены во время обстрела, или курьер не унес их с собой в шлюпку. Задумка в другом. Прикинула тут на досуге… Если я заинтересуюсь "Кассиопеей" не смотря на то, что с трудом унесла оттуда ноги, то они могут сделать вывод, что этих материалов у меня нет. Но я знаю, где они спрятаны и хочу их забрать. Потому, что по другому мне просто нечего делать на лайнере. И если они меня шуганут, не дав добраться до "Кассиопеи", то посчитают задачу выполненной. Отведут лайнер с помощью буксиров назад на Землю, и будут разбирать его по винтикам. Это в том случае, если документы им очень нужны. А если их достаточно уничтожить, то выжгут лайнер дотла.

— Оля, но ведь это очень опасно!

— Не опаснее моего вояжа на Землю. Тем более, мне нужно даже не попасть на "Кассиопею", а лишь о б о з н а ч и т ь свое желание это сделать. Чтобы контора поверила, что меня там что-то очень интересует, не смотря на произошедшие события.

— Ох, Оля… Даже не знаю, что сказать…

— А тебе ничего и не нужно говорить, Настюша. Говорить буду я. И так, чтобы наша Верочка — Сильва это обязательно услышала. Впрочем, тут может помочь Аня. Внушит этой кукле все, что надо. Хотя бы даже и во время очередного "показа" неба в алмазах! Ольга и Настя разговаривали долго. Иногда к ним присоединялась Аня, если удавалось чем-нибудь увлечь Сашу. Тогда ей уже не надо было разыгрывать из себя семилетнего ребенка. Поначалу для Насти это было очень непривычно, но вскоре она перестала удив- ляться и общалась с Аней на равных, как со взрослым человеком. В такие моменты, когда они собирались втроем, Насте казалось, что с ней говорит сама История. Особенно, если Ольга и Аня начинали обсуждать события, произошедшие четыре века назад, и свидете- лями которых они являлись. Ведь они обе были почти из одного времени.

Между тем, полет подходил к концу. Эскадра приближалась к орбите Швейцарии, и при входе в орбитальную зону управления движением разделилась. Все боевые корабли ушли на военную базу космофлота, а "Титан" и госпитальный транспорт со спасенными с "Кассиопеи" стали заходить на посадку в гражданский космопорт в Шварцвальде. Ольга и Аня были в рубке и внимательно наблюдали за происходящим. Голубой шар планеты приближался. "Титан" получил разрешение на вход в атмосферу, и вскоре облако раскаленной плазмы охватило его корпус. Скорость падала быстро. Снизившись до отведенного эшелона, "Титан" перешел в горизонтальный полет. Аня попросила разрешения сесть в кресло второго пилота, и теперь с интересом наблюдала. Ольга же была занята своими мыслями.

Передышка закончена. Вскоре "Титан" совершит посадку. Нет никаких сомнений, что противник не откажется от своих действий и надо ждать его очередной вылазки. Неизвестно, какими силами и средствами располагает контора в Шварцвальде помимо Верочки.

Вот, кстати, можно будет и узнать у нее, с кем она связана. При ближайшем "показе неба в алмазах". Тут уже для конторы чужая территория и интересно, как же далеко они зайдут. Как бы сдуру не приказали Сильве попытаться ликвидировать Хризантему. А что, с этих стратегов станется… Там, похоже, напуганы до животного ужаса и будут хвататься за любую соломинку. Поэтому, надо поскорее провести операцию по обозначению своего интереса к оставшейся на Пандоре "Кассиопее". Может, хоть тогда отстанут. А то, жалко будет терять Верочку. Такой прекрасный канал передачи дезинформации, а теперь еще и получения информации… Ладно, что гадать. Будем, как и раньше, решать проблемы по мере их возникновения. Вот с Верочки и начнем…

Зайдя со стороны океана, "Титан" снизился и стал совершать маневр захода на посадку.

Пока все шло в штатном режиме. Буксир погасил горизонтальную скорость, зависнув на высоте в сотню метров, и стал плавно снижаться, коснувшись вскоре своими шасси бетонных плит летного поля. Затем руление на стояночную площадку, и машина замерла, выключив двигатели. Полет завершен. Оставив экипаж буксира заниматься своими повседневными делами, Ольга собралась ехать домой. Но едва они прошли иммиграционный контроль и оказались в зале прилета космопорта, как их окружила огромная толпа. Здесь были родственники пассажиров "Кассиопеи", репортеры газет и телевидения, и просто любопытные. Все уже знали, что лайнер потерпел аварию, но подробная информация отсутствовала, что порождало массу слухов. Госпитальный транспорт еще только совершал посадку, поэтому на Ольгу обрушился шквал вопросов. Вездесущие репортеры очень быстро разузнали, что ключевой фигурой в этой загадочной истории снова оказался генерал Миллер. Что снова была попытка захвата лайнера террористами, и она ее сорвала. И именно она передала сигнал бедствия, так как экипажу не позволили это сделать. Но как все было на самом деле, не знал толком никто, и вот теперь все жаждали получить информацию из первых рук. Стараясь отделываться общими фразами и не давать никаких комментариев, Ольга отбилась от репортеров, пообещав дать подробное интервью позже, так как случай вопиющий и следствие по нему еще не закончено. Поэтому, в интересах следствия информация разглашению не подлежит. По крайней мере, хорошо уже то, что все спасены. Кое как прорвавшись через толпу, они все-таки добрались до своего автомобиля и поторопились покинуть космопорт. В дороге до дома поговорить толком не удалось. Настя вела машину, а Ольга и Аня самым тщательным образом "сканировали" окружающее пространство на предмет возможной опасности, но пока все было тихо. Очевидно, контора еще не успела подготовить встречу. И очень странно, что Верочка не встречает…

Дома тоже было все, как обычно. Охрана, которая теперь присутствовала постоянно, доложила, что домом в их отсутствие никто из посторонних не интересовался. Заходил только комиссар Лехман. Непонятных случаев поблизости тоже не наблюдалось. Едва войдя в дом, Ольга добралась до кровати в спальне, и устало рухнула на нее. Вот они, наконец-то, и дома… Сколько событий произошло за такое короткое время. И сколько их еще произойдет в ближайшем будущем… Но самое главное, что Аня спасена. И человека, который так долго строил им козни, больше нет. Если сейчас удастся выпутаться из этой темной истории с документами, то можно будет вздохнуть свободно. Хотя бы на какое-то время… Но что же тут надо было Гюнтеру? Настя сейчас разбирает вещи, дети ей дружно мешают, а она пока бездельничает, предаваясь размышлениям. Вот и выясним, что же старине Гюнтеру понадобилось. Набрав номер, Ольга позвонила по коммуникатору. Ждать долго не пришлось.

— Гюнтер, привет, а мы уже дома! Как там дела в твоем храме порядка и справедливости?

— Здравствуй, Оля, рад тебя слышать! Слава богу, что у тебя все получилось. Ты не будешь возражать, если я сейчас подъеду? Или, давай встретимся где-нибудь.

— Подъезжай, конечно, будем рады тебя видеть!

Связь отключилась и Ольга призадумалась. Что-то здесь не то. Похоже, что Лехман сильно чем-то озабочен. Иначе, чего бы он стал сразу набиваться в гости, едва они только переступили порог. Предупредила Аню и Настю. Аня сразу предложила радикальные меры.

— Мама, мы ведь знаем, что он на н и х работает. Может, давай его тряхнем? Интересно, что ему про нас наговорили.

— Посмотрим, Анечка. Может, и тряхнем. Но что-то мне подсказывает, что нашего дорогого друга Гюнтера и трясти не придется. Из него и так все посыпется…

Очень скоро автомобиль Лехмана остановился возле дома, и он пожаловал собственной персоной с огромным букетом цветов и целой магазинной упаковкой сладостей, до которых Саша и Аня были большие охотники. После радостной встречи старых друзей Гюнтер намекнул Ольге, что у него к ней серьезный разговор. Оставив Настю с детьми накрывать стол, Ольга увела его в рабочий кабинет. Она чувствовала, что случилось что-то серьезное. Едва они уселись за стол и начали разговор, поняла, что не ошиблась.

— Оля, у нас серьезные проблемы. Недавно я получил приказ от н и х любыми путями выяснить у тебя местонахождение каких-то документов, которые ты взяла на Земле.

Причем, велели идти на любые, самые крайние меры. Они уже знают, что вы вернулись.

Какое-то время я смогу поводить их за нос, но не до бесконечности. Кончится тем, что они могут убрать меня самого, как не справившегося с заданием…

Ольга призадумалась. Быстро… Очень быстро… Такое впечатление, что у конторы земля горит под ногами. Видно, в этих документах действительно что-то о ч е н ь важное…

Ну, что же. Значит, сыграем с конторой очередную п а р т и ю…

Понятно, Гюнтер. Спасибо, что все рассказал… Честно говоря, ожидала чего-то подобного… А теперь выслушай меня. Документов этих у меня нет, и где они находятся, я не знаю. Очевидно, сбой произошел в процессе доставки и до меня они просто не дошли, так как там уверены, что документы у меня. Но это не так. Я понятия не имею, где они находятся и кто должен был их мне передать.

— Я то тебе верю, Оля. Да только они мне не поверят. Не знаю, сколько они согласятся ждать, прежде чем пойдут на крайние меры.

— Понимаю… Значит, Гюнтер, сделаем так, что ты не сможешь выполнить задание.

— Это как?

— Очень просто. У тебя как со здоровьем? Ничего не беспокоит?

— Нет, а что?

— Значит, побеспокоит. Ты ведь постоянно уголовную шпану гоняешь? Вот они тебе и отомстить могут. Сегодня же ночью. Так сказать, "предупредить", чтобы тише себя вел.

— Оля, ты о чем?! Какая месть? От какой шпаны?

— Вот ты непонятливый, Гюнтер… Я говорю, что на тебя бандюки совершат покушение и ранят. Не с целью убийства, а именно в целях "предупреждения". Не тяжело, но месяца три в клинике ты проваляешься. А лежа там, ты никак их задание выполнить не сможешь. И за это время я постараюсь разрулить ситуацию.

— Радикально… Даже не знаю, что и сказать…

— У тебя есть предложение получше?

— Нет… Но где же эту шпану взять?

— А это уже моя забота. Договоримся о месте, времени, характере ранений и будет тебе "шпана". Не бойся, тяжкого вреда здоровью не нанесут. Но месяца три проваляешься гарантированно. С врачами договорюсь, они тебе какое — нибудь осложнение придумают, чтобы подольше продержать. Но, думаю, ситуация разрядится раньше.

— Ох, Оля, страшный ты человек…

— Нет, Гюнтер. Страшная я только для врагов. А для друзей я очень добрая. А ведь мы друзья, не так ли?

Обговорив подробности "покушения", Ольга и Гюнтер вернулись к остальным. Ольга смеялась и шутила, но по кислой физиономии Гюнтера Настя и Аня поняли, что дела не очень хорошие. Но держался Лехман неплохо для человека, который знает, что сегодня в него всадят пару пуль. Рассказал о том, что все-таки нашли тех, кто совершал покушения на Ольгу и подстроил аварию шаттла. Обычные уголовники, работающие за деньги.

Никаких других мотивов там не было. Посидев за столом, Гюнтер откланялся, сославшись на дела. Ольга сразу созвала "военный совет". Плохо было, что Саша все время крутился под ногами. Поэтому Ане сначала пришлось увлечь его компьютерной игрой, а затем присоединиться к "совету". Ольга не стала делать тайны из полученной информации.

— Дела паршивые. Контора давит на Гюнтера и требует результат. Если он им скажет, что материалов у меня нет, ему просто не поверят. Долго он тянуть не сможет, поэтому, выведем его сегодня из игры.

— Но как?

— Сегодня поздно вечером, когда он будет возвращаться домой после очередной гулянки, на него будет совершено покушение. Комиссар полиции Лехман хорошо выполняет свои обязанности, и врагов в криминальном мире у него очень много.

— Оля, но откуда ты знаешь, что именно сегодня на него будет покушение?

— А я его сама проведу.

— Ты?!

— Да, я. Гюнтер все честно рассказал, и надо обеспечить его безопасность. Тем более, ничего плохого он нам не сделал. И о наших д е л о в ы х отношениях никто не знает.

Поэтому, даже наших ребят впутывать в это дело не надо…

Аня тут же вызвалась помочь, о чем Ольга сначала и слушать не хотела. Но Аня снова убедила ее своей железной логикой.

— Мама, понимаю, что ты отведешь глаза, и никто тебя не увидит. Но вдруг там окажутся случайные свидетели? И они расскажут то, чего не надо. Что в Гюнтера стреляли с близкого расстояния, но рядом никого не было. Полиция, может быть, ничего и не поймет.

Подумает, что свидетели путают. Но для конторы этого будет достаточно, чтобы они обо всем догадались. Не делать же из них "хороших свидетелей".

— И что ты предлагаешь?

— А я внушу им, что стрелял высокий, здоровенный мужик уголовного вида. Вот и пусть там ищут. У комиссара полиции врагов в уголовном мире хватает.

Возразить против таких аргументов было трудно. День клонился к вечеру, скоро уже надо было отправляться на "дело", как вдруг неожиданно раздался звонок. Ольга взяла коммуникатор и увидела номер Верочки. Ее только не хватало…

— Алло?

— Оленька, здравствуй! С возвращением вас! С Анечкой все в порядке? Извини, не получилось вас встретить.

— Здравствуй, Верочка! Да, с Анечкой все в порядке.

— Ой, слава богу! А я так за вас переволновалась. Оленька, а можно я сейчас к вам подъе- ду? Сйчас не очень поздно?

— Верочка, конечно, никак проблем, приезжай! Мы тебя с Настюшей очень ждем!

— Все, целую, скоро буду!

Связь отключилась, и Ольга в сердцах высказала все, что думает о Верочке. И откуда ты взялась сегодня, чертова кукла… Не могла подождать до завтра? Неужели, так засвербило? Настя и Аня вопросительно смотрели на Ольгу.

— Все. Госпитализация Гюнтера временно откладывается. Сейчас эту стерву черти принесут. Если мы с Аней сейчас сбежим, то она точно что-то заподозрит. Или внушишь ей, что мы дома были?

— Мама, а зачем? Ведь мы все равно собирались ее расколоть? Вот и давай тряхнем ее сегодня. Глядишь, что нибудь интересное из нее и посыпется. А Гюнтер никуда не денется.

Один — два дня ничего не решат.

— Пожалуй… Ладно, меняем план. Гюнтера я предупрежу. Настюша, готовимся к "ужину при свечах", а потом к "показу неба в алмазах". Аня, не хихикай. Ты будешь в резерве.

Пока мы с тетей Настей будем проводить "показ" для Верочки, ляжешь в соседней комнате и сделаешь вид, что спишь. В процессе "показа" я эту куклу усыпляю, а потом позову тебя. Может, что интересное и узнаем. А дальше будем действовать в зависимости от полученной информации. Задача ясна?

— Ясна!

— Все, по местам!

Подготовка много времени не заняла. Ольга связалась с Гюнтером и предупредила, что все пока откладывается из-за непредвиденных обстоятельств. Созвонятся завтра. Аня потихоньку усыпила брата, чтобы он не мешал, и сама легла в постель в другой комнате.

Ольга и Настя "пообчистили перышки", накрыли стол и стали ждать. Ждать долго не пришлось, Верочка появилась очень быстро. Прямо с порога она с радостным криком бросилась Ольге на шею, осыпая поцелуями.

— Оленька, господи, наконец-то! Как тебе все это удалось, ума не приложу? С Анечкой, правда, все хорошо? Мы тут с Настей извелись все, пока вас не было.

— Хорошо, хорошо, не волнуйся. Верунчик, все хорошо, что хорошо кочается. Так что, давайте сегодня не будем о грустном! Девчонки, если бы вы знали, как я за вами соскучилась!

Дальнейшее прошло по задуманному плану. Сначала за стол и "ужин при свечах". Благо, дети уже спят. Ольга рассказала свою одиссею в сильно урезанном и измененном виде, вызывая охи и ахи у Верочки. Но ужин — это только начало. Далее последовало логическое продолжение с переходом в спальню. Вечерние платья легли в кресла, и вот Верочка снова возлежит на королевском ложе и две обнаженные райские гурии возносят ее на вершины блаженства… Как давно это было и какое счастье, что они снова вместе…

Ольга и Настя заранее договорились о плане действий. Когда Верочка уже плыла на волнах блаженства и яркие алмазные россыпи сверкали по всему небосводу, Ольга осторожно начала погружать Веру в транс, лаская и целуя ее лицо и грудь. Настя же проявила все свое искусство, чтобы сделать Верочке "хорошо" с другой стороны. В итоге Вера уснула на пике наслаждения и неизвестно, какие сны ей сейчас снятся. Ольга внимательно оглядела результат совместных трудов и осталась довольна.

— Все, Настюша, хватит. Она уже спит, и будет спать, пока я не выведу ее из транса. Вот сейчас мы эту куклу и тряхнем. Интересно, что из нее посыпется…

Подруги подскочили, набросив халатики, и Ольга пошла звать Аню. Настя пока прикрыла Веру простыней. Едва только в комнату вошла Аня, она сразу молча подошла к спящей девушке и положила ладони ей на голову. Настя чувствовала себя не в своей тарелке. Ведь совершенно ясно, что Аня в курсе всего, что здесь только что происходило. Но девочка вела себя корректно и полностью сосредоточилась на том деле, ради которого пришла. Ольга молча наблюдала. Спустя минут пять Аня закончила.

— Все. Мама, тетя Настя, дела очень плохие. Сегодня она получила сообщение — любой ценой выяснить, где находятся эти проклятые документы. Ради этого ее заставляют идти на самоубийственный риск. Завтра днем она получит психотропный препарат, который должна попытаться незаметно ввести Хризантеме. То есть тебе, мама. Тебя, тетя Настя, разрешено ликвидировать, если будешь мешать. Предлагают лучше сделать это во время вашей "встречи", когда вы не будете ничего такого ожидать. Ее задача — узнать, где находятся документы, и сообщить об этом. После этого ее задание прекращается, и она может скрыться.

— Вот это да-а-а… Контора дошла до ручки… Даже не представляю, какая информация содержится в этих документах…

Ольга задумчиво смотрела на неподвижно лежавшую перед ней Веру. Милое невинное создание, так трогательно моргающее ресницами… Настя перепугалась не на шутку, а из Ани снова начал вылазить самурай.

— Мама, и ты будешь с ней цацкаться? Может, устроим здесь Перл-Харбор? А то, на "Кассиопее" не успели.

— Придется цацкаться, Анечка… Если мы от этой…Сильвы избавимся, то появится кто то еще, о ком мы пока не знаем. Не думаю, что у конторы здесь больше нет агентов. А на помощь Мишутки больше рассчитывать нечего, от шпионских дел его отстранили…

И не забывайте, что есть еще одна неизвестная фигура. Тот, кто должен был передать документы, но почему-то этого не сделал. Возможно, здесь и кроется разгадка. Очень может быть, что этот человек сел в шлюпку и забрал документы с собой. Если они имеют небольшой объем, то он вполне мог это сделать. Госпитальный транспорт уже совершил посадку. И если это так, то скоро этот "почтальон" может быть здесь. Если только не собрался наложить лапу на эти бумаги…

— Оля, как ты можешь так спокойно ко всему этому относиться?! Эта швабра получила приказ нас убить, а ты рассуждаешь о том, почему кто-то не отдал тебе какие-то бумажки?!

— Из-за этих бумажек уже очень многие поплатились жизнью, Настюша… А то, что спокойно разговариваю… Так ведь если буду кричать и психовать, делу это не поможет.

Самурай всегда должен сохранять присутствие духа и не поддаваться пустым эмоциям.

Так, Анечка? Вот и мы поступим также. А по поводу этой Верочки — Сильвы… Настюша, нам очень повезло. Мы теперь з н а е м, где стоит капкан…

Выяснив у Ани еще ряд вопросов, Ольга отправила дочь спать. На сегодня детективной деятельности пока хватит. И так от полученной информации мороз по коже… Ах, Сильва, Сильва… Вот и настал момент, когда все должно решиться… Но теперь надо продолжать начатое. У них же "романтическая встреча", как — никак… Ольга переговорила с Настей и убедила ее, что надо делать вид, будто ничего не случилось. Раз контора нарывается…

Значит, им все-таки предстоит увлекательная п а р т и я…

Заняв прежнее положение в доставлении Верочке удовольствия — Ольга "сверху", а Настя "снизу", подруги продолжили "показ". Ольга начала осторожно выводить Веру из транса.

Выход совпал с ярчайшим оргазмом, который просто захлестнул Верочку. Но Ольга и Настя не прекращали процесс "показа", из-за чего яркие алмазные россыпи продолжали сиять и сверкать в вышине, и Верочка еще долго купалась в волнах блаженства, возносив- ших ее до небес… Райские гурии хорошо знают свое дело…

Наутро Верочка быстро упорхнула, сославшись на занятость, хотя Ольга и предлагала ей не торопиться и поехать в офис компании вместе. Но она отказалась и уехала, подарив Ольге и Насте на прощание нежный поцелуй и договорившись обязательно встретиться вечером. Ольга с улыбкой смотрела ей вслед. Ну-ну, Сильва… Зверь рычал, чувствуя близкую угрозу.

— Ничего, кися… Не таким рога обламывали. Посмотрим, как далеко наша Сильва собирается зайти. "Мур — мур" пока делать не будем. А то, если с нашей дорогой Сильвой что-нибудь случится, то сразу же появится Кармэн, Офелия, или принцесса Турандот.

А может, и Чио Чио-сан…

Как оказалось, Настя думала о том же самом.

— Что, Оля, думаешь, что с ней делать? Нельзя ее пока трогать…

— Знаю, Настюша… Попробуем ее перевербовать.

— Перевербовать?! Оля, ты шутишь? Как мы это сделаем?

— Нет, не шучу. А как мы это сделаем… Все будет зависеть от того, как она себя поведет…

Наступивший день принес очередные хлопоты. Настя осталась дома с детьми, которые дружно не пошли в школу и начали целенаправленно "поднимать крышу", но в пределах разумного. Пришедший к ним домой школьный психолог посоветовал пока подержать Аню дома, чтобы она отошла от такого сильнейшего стресса, который свалился на детскую психику. Аня была совершенно непротив. На Сашу это не распространялось, но Ольга и Настя попросили, чтобы и он принял участие в процессе "психологической реабилитации", так как все знали о привязанности Саши и Ани. Приличия были соблюдены, не подкопаешься. Но Ольга преследовала этим свои цели. Незачем отправлять пацана одного в школу. А то, как бы контора решила не повторить вариант с похищением. Пусть они все трое — Настя и дети сидят дома все вместе и носа поодиночке из него не высовывают.

В случае возникновения опасности Аня сможет защитить всех, если Ольги не будет рядом. Обеспечив, таким образом, надежное прикрытие тыла, она занялась оперативной работой. Связавшись со своей службой связи, обрисовала картину и велела тщательно покопаться в аппаратуре своего неожиданного трофея. Сам "Линкс" был уже выгружен с "Титана" и техники сервисной компании ходили вокруг него, разводя руками и пожимая плечами. Новое "приобретение" госпожи Миллер повергло их в шок. Мало этой чудящей дамочке вооруженного до зубов штурмовика, имеющего статус частной яхты, и щеголяющего с опознавательными знаками гражданского судна, от чего глаза на лоб лезут у всех чиновников портовых властей, кто впервые приходит на работу в космопорт Шварцвальда. Но те, кто работают здесь давно, уже ничему не удивляются. Что странно для госпожи Миллер, то вполне закономерно для генерала Миллер. Так теперь она еще где-то и десантный бот отхватила! Причем видно, что посудина побывала под ураганным обстрелом.

И зачем ей эта колымага? Какая из нее яхта? Но это, в конце концов, ее личное дело.

Поэтому, когда Ольга примчалась в космопорт, глупых вопросов ей никто и не задавал.

Прибывшие вместе с ней ребята из службы связи "Экспресс шиппинг", криминальные гении от электроники, как их называла Аня, осторожно демонтировали секретный прибор и увезли. Посмотрим, что теперь из этого получится. Договорившись о модернизации своей второй "яхты", названия у которой еще не было, Ольга направилась обратно в город. Теперь надо переговорить с Лехманом. А то, бедняга уже извелся. Благо, и повод есть к нему в гости зайти. Надо же узнать, как продвигается расследование дела о покушениях и аварии шаттла. По дороге она внимательно следила за окружающей обстановкой. Зверь был настороже, чувствуя сгущавшуюся опасность. По мере приближения к городу это ощущение становилось все сильнее…

Ольга давно обратила внимание на большой грузовик, идущий сзади. Машина явно шла за ней, выдерживая дистанцию. Все знали, что на дороге Ольга не лихачит, строго соблюдая правила. Хоть здесь пока еще и не завелись "электронные шпионы" в машинах, с какими она встретилась на Земле, но она дисциплинированный водитель и без этого. Чего нельзя сказать о других участниках дорожного движения. Многополосная лента автобана делает впереди плавный поворот. Никаких проблем он не представляет и можно входить в него, даже не снижая скорости. Машин в данный момент немного, и Ольга спокойно вела свой автомобиль в первом ряду. На подходе к повороту грузовик, явно нарушая скоростной режим, перешел во второй ряд и начал обгон. Зверь рычал, чувствуя близкую опасность. Неспроста все это… Ольга резко увеличила скорость и начала уходить от грузовика. Такого от "чайника", идущего в первом ряду, явно не ожидали. Грузовик попытался увеличить скорость, но не мог соперничать с легковым автомобилем и быстро отстал.

Все ясно, контора хватается за соломинку. Там знают, что Ольга никогда не ездит с превышением скорости. Очевидно, на этом и строился расчет. Если во время обгона ударить тяжелым грузовиком ее легковушку, то она слетит с полосы и может пойти кувырком. Сама Ольга, скорее всего, останется жива, так как сработает система пассивной безопасности, вмонтированная в салоне. Да только будет после этого "полудохлой" и попадет в клинику. А дальше дело техники. Ладно, ребятки, поиграем…

Если поднять сейчас машину в воздух, это сразу привлечет внимание полиции, а светиться пока резона нет. Обойдемся своими силами. Ольга сбросила скорость и позволила грузовику себя догнать, но выдерживала дистанцию. Впереди еще один поворот. Включить автопилот и он будет удерживать машину по оси полосы. Грузовиком сейчас управляют вручную, так как включенный на нем автопилот не допустил бы чрезмерного сближения с идущей впереди машиной. Теперь можно отвернуться назад и полностью сосредоточиться на водителе грузовика…

На грузовике очевидно решили, что у них есть вторая попытка. Перед входом в поворот тяжелая машина снова резко увеличила скорость и пошла на обгон. Зверь рычал, но Ольга его удерживала.

— Подожди, кися… Эта добыча нам нужна живая… пока.

Машины вошли в поворот, и тут Ольга взяла под контроль сердце водителя. Грузовик завилял и вылетел с автобана на обочину, сбив бетонное ограждение. Ольга сразу резко сбросила скорость и начала останавливаться. Когда она полностью остановилась и сдала назад поближе к месту аварии, грузовик уже застрял в нескольких десятках метров от автобана, уткнувшись носом в холм, покрытый кустарником. Ольга вышла из машины и направилась к грузовику. Его водитель, скорее всего, еще не отошел от неожиданного сердечного приступа и шока от аварии. Во всяком случае, когда Ольга открыла дверь кабины, он сидел, белый, как мел, мертвой хваткой вцепившись в руль. Для начала надо было соблюсти приличия.

— С Вами все в порядке? Я увидела, что произошла авария, и остановилась. Вам вызвать скорую?

— Н-н-н-е-т… Сп-п-пасибо… Н-н-е надо…

— У Вас, очевидно, с сердцем плохо стало?

— Да…Даже не знаю…

— А я знаю. Очевидно — вот так?

— !!!

— Что, сильно больно? А теперь слушай меня, гнида. Если ты сейчас подробно расскажешь — кто, где и когда дал тебе задание подстроить мне аварию, я тебя отпущу. Если будешь молчать, или врать, я сделаю тебе очень больно. И буду делать до тех пор, пока ты не издохнешь. А после вызову полицию и скорую, которая зафиксирует смерть от сердечного приступа. Так что, будем говорить?

— Я не понимаю…!!!

— А так понимаешь? Повторить?

— Нет, не надо!!! Ко мне подошел мужик в космопорту и предложил десять тысяч, если спихну тебя с дороги. Но так, чтобы ты осталась жива, и можно было все списать на то, что я не справился с управлением.

— Ты его знаешь?

— Нет. Никогда его раньше не видел.

— А что же это он именно к тебе подошел?

— Оказалось, знает кое что про меня. Вот и предложил на выбор: либо фараонам меня сдать, либо тебя стукнуть, да еще и заработать на этом.

— А что же он за тебя такого знает?

— Наркота…

— Понятно… Ладно, дорогой мой. Считай, что тебе крупно повезло…

Ольга выяснила еще ряд вопросов и усыпила водителя, заблокировав ему память до момента аварии. Когда он очнется, то вспомнит только о том, что его прихватило сердце.

А теперь можно исполнить свой гражданский долг. Ольга вернулась к машине, и вызвала на дежурном канале полицию и скорую, сообщив об аварии. Одновременно позвонила Лехману. А то, если оставит старого друга в неведении, то это сразу вызовет подозрения.

Пока прибудет полиция и скорая, лучше оставаться на месте. Да и Гюнтер сюда пожалует, не надо будет специально к нему в комиссариат ехать. Ольга сидела в машине, погрузившись в раздумья…

Итак, что же мы имеем на данный момент? То, что творит контора, характеризуется одним словом — паника. Раньше она даже не допускала мысли, что ребятки станут работать так топорно. Очевидно, на местную резидентуру давят всеми силами и требуют результат в кратчайшие сроки любыми путями. Времени на разработку и проведение тонко продуманной операции нет. Вот и решили, по старинке, привлечь к этому делу уголовников, которые сидят на крючке. Этого водилу, скорее всего, уберут. Он провалил задание и может опознать того, кто ему это задание дал. Если бы он просто попал в аварию, еще бы мог выкрутиться. Но если на месте аварии оказалась Хризантема, которая первой сообщила об этом полиции и вызвала скорую, то тут много думать не надо. Что-что, а правильные выводы контора за эти годы делать научилась. Нет никаких сомнений, что за этим грузовиком наблюдали и уже знают, что затея провалилась. Поэтому, надо ждать очередного хода противника. И чтобы пустить контору по ложному следу, придется как можно скорее наведаться опять на Пандору. Может, хотя бы тогда отстанут… И совершенно непонятно, что же случилось с курьером, который должен был передать документы. Госпитальный транспорт совершил посадку еще вчера и все спасенные с "Кассиопеи" его уже давно покинули. Если сегодня, или самое позднее завтра, курьер не придет, то он не придет никогда. Значит, он решил прикарманить компромат. Тем более, отправителя посылки уже нет в живых. Ну и черт с ним, с этим компроматом. Одна головная боль от этих шпионских тайн. Отделаться бы только от конторы, чтобы поверили, что этих бумаг у нее нет и никогда не было. И нужны они ей, как прошлогодний снег…

Сирены полиции и скорой помощи отвлекли Ольгу от размышлений. Три автомобиля два полицейских и одна скорая быстро приближались к месту аварии. Ольга вышла из машины, ожидая прибытие помощи. Врачи скорой сразу бросились к пострадавшему, мимоходом спросив у Ольги, все ли в порядке с ней. Из одной полицейской машины выбрался обычный патруль транспортной полиции, а на второй примчался сам Гюнтер.

Один из инспекторов занялся осмотром места аварии, а другой вместе с Лехманом направились к Ольге.

— Доброе утро, Гюнтер! Извини, что пришлось тебя побеспокоить. Вот, я опять в историю влипла. По-моему, быть свидетелем, это уже моя вторая профессия.

— Доброе утро, Оля! Что тут случилось?

— Сзади меня ехал грузовик, не справился с управлением и вылетел с дороги. Мне кажется, что водителю стало плохо. Он сейчас без сознания. Внешне, вроде бы, никаких травм нет, но трогать его я побоялась. Пусть этим врачи занимаются.

— Доброе утро, мадам! Инспектор Кригер. И правильно сделали. Вы позволите посмотреть запись компьютера Вашей машины?

— Да, конечно. Делайте все, что нужно, я в Вашем распоряжении.

— Благодарю Вас, мадам.

Инспектор залез в автомобиль Ольги и занялся компьютером, воссоздавая картину происшествия. Ольга и Гюнтер отошли в сторонку, чтобы их нельзя было подслушать. Гюнтер правильно понял, что ему сообщили об аварии не просто так.

— Оля, говори, что стряслось. Это подстава?

— Да. Я вытряхнула информацию из этого типа и ввела его в транс. Поэтому он и спит, а когда проснется, то ничего не вспомнит. Когда я ездила в космопорт, ему дали задание подстроить аварию, но чтобы я осталась жива и попала в госпиталь. Да только у него ничего не получилось.

— Кто? О н и?

— Больше некому. В конторе царит паника, поэтому они и бросаются в крайности, задействуя засветившихся уголовников. И на тебя тоже давят. Надеются, что хоть что-то сработает.

— Понятно… Оля, долго так продолжаться не может.

— Знаю. Поэтому, через пару дней я отсюда внезапно исчезну. Посмотрим, что они дальше предпримут. С тобой "бандитскую расправу" делать пока не будем. Может, и не понадобится.

— У тебя есть какой-то план?

— Пока еще только наброски. Посмотрим, как карты лягут. Но, в любом случае, играть роль дичи в их сафари я не буду…

Переговорив с Гюнтером, Ольга договорилась держать его в курсе событий. Врачи скорой привели в чувство водителя грузовика, и теперь он непонимающе таращился на окружаю- щих, ничего не соображая. Полиция свою работу с ней закончила, получив необходимые сведения, и разрешила следовать дальше, чем Ольга не применула воспользоваться. Пусть патруль разбирается в причинах аварии, а ей здесь больше делать нечего. Сейчас надо заглянуть в родную управу "Экспресс шиппинг", а потом нанести визит старому знакомому, Клаусу Шихману. Хоть он и отъявленный прохиндей и хапуга, дерущий втридорога, но такие прохиндеи тоже нужны. Потому, как есть вещи, которые можно достать только у них…

Больше по дороге никаких неприятностей не случилось и до офиса компании Ольга добралась быстро. К большому удивлению и неудовольствию, ее тут поджидала целая банда репортеров газет и телевидения. Все прекрасно знали, что в своем заведении Ольга обязательно появится, вот и незачем выслеживать ее по всему городу. Едва она вышла из машины, как ее тут же обступила толпа, засыпав вопросами.

— Мадам, это правда, что была очередная попытка захвата пассажирского лайнера террористами?

— Правда. Хотя, всех подробностей я не знаю.

— Это правда, что Вы снова в одиночку расправились с ними и восстановили контроль над лайнером?

— Я пока не могу ответить на этот вопрос. Следствие еще не закончено.

— К какой группировке принадлежали террористы?

— Этого я не знаю. Повторяю, следствие еще не закончено…

Кое как отделавшись от назойливых репортеров, Ольга проскользнула в офис. Хорошо, хоть здесь все тихо и спокойно. Правда, весьма относительно. Все уже знали о благополучном завершении ее одиссеи, и устроили торжественную встречу. Пройдя в свой кабинет, Ольга с удовольствием бухнулась в кресло за рабочим столом. Кажется, сравнительно недавно была здесь, а сколько событий уже случилось… И сколько еще случится… Да уж, Ваше благородие, господин лейтенант… Сказал бы кто раньше, какие приключения жизнь Вам приготовит, ни за что бы не поверил! А теперь уже не знаешь, чему и верить… Ладно, вернемся к нашим баранам…

Разобрав почту, Ольга не нашла ничего, что дало бы малейшую зацепку к разгадке всех этих событий. Секретарь подтвердила, что за все время отсутствия Ольги ей никто не интересовался. Но зверь неспокоен и чувствует близкую опасность. Значит, контора не успокоилась и в ближайшее время можно ожидать новых вылазок. Интересно, кто же это будет? Очередные уголовные морды, которых держат на крючке, профессионалы из службы внешней контрразведки МГБ, или… Верочка? Кстати, хорошо бы узнать, на месте ли ее менеджер по общим вопросам. Согласно информации, которую вытянула из нее Аня, лично человека, который руководит здесь ее работой, она не знает. Инструкции получает в условных местах в письменном и электронном виде. Скорее всего, это кто-то из сотрудников посольства, имеющий дипломатическое прикрытие. Обычная практика разведок всех государств. Но это не Фельдман и Савицкий. Эта сладкая парочка исчезла из посольства сразу же, когда выяснились все подробности аферы с "Афродитой". Таких сокрушительных провалов не прощают никому. И кто сейчас на месте Фельдмана, не известно. Савицкий хоть и выполнял функции свадебного генерала, но убрали с глаз долой и его. Поэтому, никакого источника информации в посольстве у нее нет. Ладно, может, попозже что нибудь узнаем… Сейчас выясним, что в службе связи творится, а потом можно и визит Верочке нанести. Ольга позвонила начальнику службы Эриху Лемке, которого Эльза, после состоявшегося с ней разговора, связанного с событиями на "Афродите", почему-то оставила Ольге, а не наложила на него лапу, прибрав к рукам криминального гения от электроники для использования в своих целях на благо государства. Чего Ольга, откровенно говоря, не ожидала. Но не будешь же спрашивать в лоб об этом генерала, начальника тайной полиции. Хоть они с Эльзой и подруги, но свое место Ольга знает.

— Эрих, как дела? Разобрались в новинке?

— Да, мадам! Очень интересные технические решения. Хотя, если заменить высокочастотный генератор на более мощный и ввести второй каскад усиления…

— Стоп, стоп, Эрих! Говори человеческим языком.

— Если человеческим, то во всем разобрались. Можем сделать такой же, и даже лучше.

С большей чувствительностью и способностью обнаруживать замкнутые электрические цепи с гораздо большей высоты и под водой.

— Вот это мне понятно. Когда сможете сделать свой первый улучшенный образец?

— Через пару дней.

— Отлично. Как сделаете, сразу установите на моем "Барсе".

— Сделаем, мадам!

Так, технические вопросы решены. Теперь можно и Верочку навестить. Лучше внезапно нагрянуть лично, а не звонить ей. Интересно посмотреть на ее реакцию. Поправив перед зеркалом прическу, Ольга направилась в кабинет своего менеджера по общим вопросам.

Верочка была на месте и усиленно делала вид, что занята. Поскольку, Ольга вошла в хорошем настроении, с улыбкой на лице, сразу же нежно поцеловав "подругу", то и Верочка ответила тем же, мило улыбаясь. Разговор шел, по большей части, ни о чем. Обычное воркование двух близких подружек. Но Ольга явно чувствовала с т р а х. Дикий, животный страх, исходивший от этого милого создания. Хотя, держится она великолепно, и заподозрить ее ни в чем нельзя. Поболтав о том о сем, Ольга вернулась к более важной теме.

— Ладно, Верочка. Мы с Настюшей тебя сегодня очень ждем. Придешь, мы можем надеяться?

— Оленька, конечно приду! Как ты можешь сомневаться!

Ольга улыбнулась и нежно поцеловала Веру, позволив себе на этот раз даже несколько больше, чем обычно. На Веру это очень сильно подействовало, и она трепетала в руках Ольги, исходя желанием. У Ольги даже промелькнули шаловливые мысли — а может, не ждать вечера и сейчас сделать Верочке "хорошо"? Кабинет изнутри запирается, и диванчик в нем очень даже неплохой имеется… Нет, не будем баловать вражеского агента.

Пусть подождет до вечера. А уж вечером!!! Но этим вечером, похоже, будет не до развлечений… Однако, Вера восприняла смелые ласки Ольги, как сигнал к действию и расстегнула ей молнию на юбке… Сопротивляться и дальше самой себе было уже выше человеческих сил…

Когда их неожиданная "романтическая встреча" все-таки закончилась и Ольга, поправив одежду, собралась уходить, Вера прильнула к ней.

— Оленька, ты на меня не сердишься? Я не смогла с собой совладать.

— Верочка, ну что ты, когда я на тебя сердилась. В конце концов, это никого, кроме нас, не касается. Как говорится, лишь бы нам хорошо было! Ладно, мне надо идти. А сегодня вечером мы тебя обязательно ждем!

Подарив Верочке прощальный поцелуй, Ольга направилась к выходу. Она хорошо чувствовала ее взгляд, полный сожаления. Так смотрят на обреченных, которых очень жаль, но им уже ничем нельзя помочь. Приговор Хризантеме вынесен. Осталось привести его в исполнение…

Вернувшись в свой кабинет, Ольга поправила макияж, несколько пострадавший после "романтической встречи", и собралась ехать к Шихману в "Охотничий мир". Давненько со старым знакомым не виделись. А тут как раз дело по его части. С Лехманом обо всем переговорили, в офисе компании делать пока нечего, тут и без нее управятся, вот и навестим старых друзей. Неожиданно прозвучал вызов коммуникатора, звонили из службы капитана космопорта.

— Добрый день, фрау Миллер! К нам поступила заявка на регистрацию Вашей яхты, которую доставил буксир "Титан", но в ней не указано название. А без этого мы не можем ее зарегистрировать и выдать документы. Какое название Вы хотите? Обычно, называют женскими именами, или названиями цветов. Из всех только Вы нарушили традицию, назвав свою первую яхту "Барс". А как хотите назвать вторую?

— Пусть будет… "Рейзен"!

— "Рейзен"?! А что это?

— Так когда-то назывался истребитель морской авиации Японского флота на Земле.

— Хм-м, ну ладно, как скажете. "Рейзен", так "Рейзен"…

Закончив с формальностями, Ольга направилась к выходу, предупредив секретаршу, что сегодня ее больше не будет. Кому надо, пусть звонят на коммуникатор. Ничего подозрительного в этом нет, все знают, что Ольга не засиживается у себя в кабинете во время рабочего дня, а частенько разъезжает по делам, если только внезапно не исчезает со своим "Барсом". Поэтому, сейчас надо вести себя максимально похоже, как обычно. Едва только выйдя из здания, она сразу почувствовала слежку. Очень осторожную, но профессиональную. Похоже, это уже не уголовники, а контора своих прислала. Если так, то дело осложняется. Привести топтунов к Шихману в "Охотничий мир" ни в коем случае нельзя. А попасть туда необходимо. Значит… Значит, опять решаем пролемы по мере их возникновения! Не став садиться в свою машину, Ольга прошла несколько кварталов пешком, а затем снова повторила старый трюк, отведя глаза топтунам. Преследователи побегали, посуетились, и поняли, что упустили объект слежки. Связались с кем-то, получили новые инструкции, и исчезли. Теперь можно было со спокойной душой отправляться в гости. Пройдя на соседнюю улицу, Ольга "материализовалась", когда этого никто не мог видеть, взяла такси и поехала в "Охотничий мир", предусмотрительно назвав адрес за несколько кварталов до магазина. Лишняя реклама старине Клаусу совершенно не нужна…

Поздно вечером Ольга и Настя поджидали дорогую гостью во всеоружии. Стол накрыт, "форма одежды" соответствующая случаю и в спальне все готово. Ольга несколько раз выходила из дома и сразу заметила слежку. Когда она вернулась в офис после поездки в "Охотничий мир", скрываться дальше не было смысла. И в конце рабочего дня она спокойно позволила топтунам проводить ее до самого дома. Ладно, ребятки, караульте. Работа у вас такая. И вы мне еще пригодитесь…

Ольга активировала чувства зверя, окинув всю окружающую панораму его взглядом…

Опасность повсюду. И вокруг липкий запах страха. Враг боится ее, но все равно ведет свою безнадежную войну, не считаясь ни с какими потерями. Сегодня он попытается взять реванш. Он считает, что все предусмотрел и наконец-то расквитается со своим смертельным врагом, которого сам же и создал…

— Все нормально, кися… "Мур — мур" пока делать не будем, эта добыча нужна нам живая. А дальше видно будет…

Обнаружив позиции и количество топтунов, Ольга вернулась в дом. Верочка должна пожаловать с минуты на минуту, она никогда не опаздывает. Не обманула ожиданий и на этот раз. Но только приехала не на своей машине, а на такси, возникнув вскоре на пороге.

Такая же красивая, веселая и жизнерадостная.

— Девочки, а вот и я! Оля, отметим сегодня ваше возвращение? Глядите, что у меня есть!

И Верочка извлекла из пакета коньяк двадцатилетней выдержки. Дальше было все, как обычно. Объятия, поцелуи, разговор ни о чем. Аня и Саша крутились рядом, время ложиться спать еще не наступило. Для них приход тети Веры — тоже своего рода развлечение.

Можно надеяться на то, что не сразу спать уложат, а дадут еще поиграть. Да только почему-то наоборот, сразу стараются спать уложить… Вот и сейчас спать прогнали!

Ольга мило улыбалась, поддерживая беседу, пока Настя обсуждала с Верой последние сплетни…

Зверь настороже и чувствует близкую опасность. Уровень страха добычи просто запредельный, но держится она великолепно. Где же у нее препарат? Скорее всего, будет замаскирован под обычный предмет. Помада, серьги, кольцо… Кольцо! Когда они будут возлежать на ложе любви, то на них не будет никакой одежды, куда можно было бы что-то спрятать. Помада не подходит. Голышом в постели краситься нечего. Серьги использовать неудобно, хотя и возможно. Заколку для волос тоже надо снять, иначе просто не поймут. Остается кольцо. Очень удобно, так как руки Веры будут на теле Ольги. Кольцо на ней такое же, как обычно. Во всяком случае, внешне. Ладно, проверим…

Пока Ольга расставляла бокалы, Настя усадила Веру на диван, чтобы показать последний журнал мод. Удобно откинувшись на спинку дивана, они стали изучать новинки моды, открыв журнал на интересующей странице…

— Все, девчонки, я закончила, прошу к столу! Верунчик, давай твой нектар попробуем!

Как говорится, твоя выпивка, наша закуска!

Подруги расположились за столом, весело болтая. Вера разлила коньяк и провозгласила тост за их благополучное возвращение. Коньяк, действительно, был очень хорош и подруги воздали должное этому божественному напитку. Но это был на самом деле коньяк. Самый настоящий коньяк, и ничего больше…

Обстановка становилась все более непринужденной, коньяк потихоньку исчезал, а градус веселья повышался. Последовали тосты за дружбу и любовь, ужин при свечах шел своим чередом, и атмосфера праздника была, как всегда. Когда коньяк закончился, подруги добавили хорошим вином и переместились в спальню на ложе любви, продолжив то, что так хорошо начали…

Вся одежда сброшена на кресла, в спальне полумрак, нарушаемый только мягким светом ночника. В воздухе плывет запах афродизиаков. Две прекрасные обнаженные райские гурии нежно ласкают третью, заставляя ее позабыть обо всем… Алмазные россыпи окружают ее, ярко блестя в вышине…

Но вот, наступает очередь Ольги быть третьей… Она раскинулась на ложе, принимая изысканные ласки… Волны блаженства растекаются по прекрасному телу…

Зверь рычит, чувствуя близкую опасность… Настя неожиданно целует Ольгу и встает.

— Оленька, прости, но мне надо выйти. Я скоро…

Настя убегает, а Вера продолжает одаривать Ольгу нежностью… Вот ее губы касаются Ольгиной груди, нежно целуют ее, и скользят все ниже и ниже… Острый горячий язычок пробегает по животу, от чего мурашки идут по коже… Ольга полностью расслабляется и подается навстречу Вере…

— Верочка, миленькая, поцелуй меня т а м…

Нежные губы и острый горячий язычок все ближе и ближе к заветной цели… Руки Веры ложатся на призывно раскинутые бедра Ольги, и неземное блаженство заполняет каждую клеточку ее тела, заставляя выгибаться в порыве страсти…

И неожиданно укол во внутреннюю часть бедра… Там, где лежит ладонь Веры с надетым кольцом…

От неожиданности Ольга вздрагивает и пытается подняться, но тут же ее голова безвольно падает на подушку. Вера склоняется над ней, глядя в стекленеющие изумрудно — зеленые глаза…

— Быстро говори, где документы!

— Какие… документы…

— Те, что передал тебе генерал Стрельников.

— Я не могу…

— Говори, тварь!!!

Вера отвешивает Ольге несколько увесистых пощечин, от чего ее голова безвольно болтается, а затуманенный взгляд не выражает никаких эмоций…

— Говори, сука, пока эта твоя шлюха не пришла! А то придется и ее в расход пустить!

Где документы?!

— В сейфе…

— Где сейф?

— Здесь, за дверцей бара…

Вера быстро подскакивает с постели и бросается к бару, вмонтированному в стену. Распахивает дверцы, и там действительно есть небольшой сейф с кодовым замком.

— Какой код замка?

— Афродита…

Вера набирает кодовое слово, и дверца сейфа распахивается. Внутри обычный атташе — кейс, который она тут же открывает… Сначала Вера ничего не может понять. Вместо ожидаемых секретных документов она держит в руках пачку порнографических журналов ярко выраженной садо — мазо направленности… Оторопело перелистывая страницы, она все же пытается найти внутри журналов спрятанные документы.

— Это еще что за гадость?! Я тебя спрашиваю, где документы?!

— А это то, что ты заслужила…. Сильва!!!

Резкий, как выстрел голос Ольги, пригвоздил Веру к полу, от чего она даже присела, выпустив от неожиданности из рук найденные "документы". Ольга лежала на постели, опершись на локоть и гневный взгляд изумрудно — зеленых глаз прожигал насквозь. Их взгляды встретились… Реакция для человека у Веры, все же, была отменная. Она мгновенно поняла, что операция провалена, и она раскрыта. Поэтому, сделала отчаянную попытку убежать. Но далеко убежать ей не удалось. Ольга мгновенно парализовала врага "взглядом змеи", от чего Вера с грохотом растянулась на полу, набив синяков и шишек. Молча встав и набросив халат, Ольга с чудовищной силой зверя подхватила тело Веры, как пушинку, перебросив через плечо, и направилась в подвал.

В подвале уже поджидали Настя и Аня, одетые в спортивные костюмы и выражение их лиц не предвещало ничего хорошего. Аня сжимала в руках свой вакидзаси.

— Мама, я все видела через камеры визуального наблюдения. Дай, я ей глотку перережу.

— Анечка, обожди, твоя очередь последняя. Как закончим, тогда ей глотку перережешь.

А я сначала ей шкуру с задницы спущу! — Настя поигрывала метровым куском электрического кабеля толщиной с палец и нехорошо улыбалась.

Ольга подошла к большой скамейке, стоящей посреди подвала, и уложила на нее Веру, крепко примотав руки и ноги приготовленным скотчем, после чего вернула ее в нормальное состояние. Вера сразу же заголосила.

— Девчонки, вы что делаете?! Я же пошутила!!!

Ольга взяла стул и села рядом, с грустью глядя на распростертое перед ней красивое обнаженное тело. Вера продолжала пытаться разжалобить недавних подружек, и Ольга ее оборвала.

— Помолчи, Сильва. Зачем ты это сделала? Разве, мы плохо к тебе относились? Или, мы представляли угрозу твоим хозяевам, на которых ты работаешь? Ведь мы хотели просто жить спокойно и никого не трогали. Что же твоя контора никак не отстанет от нас? Мы знаем про тебя абсолютно все, агент Сильва. Скажу больше, я сразу заподозрила тебя, как только мы впервые встретились на "Афродите". Я прекрасно знаю, что ты послана с целью докладывать о каждом моем шаге. И я все эти годы снабжала тебя информацией, которую мне нужно было передать твоим хозяевам. Вреда от тебя не было, ты была в вашей конторе на хорошем счету, и что же тебе было еще надо? Зачем ты стала играть в ниндзя? Разве тебе не сказали, что со мной такие фокусы не проходят?

— Оленька, прости… Но мне, правда, не оставили выбора…

— Выбор есть всегда, Верунчик… Ты могла бы честно рассказать мне все, и мы бы нашли способ сделать так, чтобы ты не смогла по объективным причинам выполнить задание.

У твоего начальства не возникло бы никаких подозрений, и все было бы, как и раньше.

Но тебе захотелось поиграть в ниндзя… Поэтому, не обессудь. Это удел всех провалившихся агентов…

— Да тебя же тут все равно уроют, сука!!! Если я к определенному моменту не выйду…

— Давай, давай, говори… На свою группу поддержки надеешься? На тех шестерых, что в двух машинах под домом дежурят, а после выполнения акции должны тебя в космопорт отвезти? Так это зря. Они уже давно нейтрализованы. А теперь мы нейтрализуем тебя…

— Девчонки, ради бога, простите!!! Вы не поверите, это страшные люди! Я не хотела, но они меня заставили!!!

— Вот этому верю. И что не хотела, и что заставили, и что страшные люди. Но только ты неправильно расставила приоритеты опасности, Сильва. Бояться нужно, в первую очередь, меня, а не этих страшных людей. Они сами меня боятся до дрожи в коленках. Ты думаешь, они бы пришли к тебе на помощь? Ошибаешься. Они тут больше для твоего самоуспокоения, чтобы тебе было легче выполнить задание, а не для реальной помощи.

И если ты провалишься, то они тихо исчезнут. Потому, что они профессионалы. И прекрасно осознают свои возможности и шансы на успех. А они у них нулевые. Поэтому, Верочка, за всех придется отдуваться только тебе. Хочешь сказать что-нибудь на прощание?

— Оленька, ради бога, прости!!!

— Это мы уже слышали…

Слезы катились градом из глаз Верочки. Она понимала, что спасти ее может только чудо.

И хорошо знала, что Ольга без колебаний расправляется с теми, кто пытался ее убить.

А именно это она и пыталась только что сделать… Ольга встала и отошла в сторону, дав Насте свободу действий. Настя не стала откладывать дело в долгий ящик и сразу вытянула кабелем аппетитные полушария Верочки. Подвал заполнился визгом.

— Что, сучка, не нравится? А меня, значит, можно было ликвидировать, если начну мешать?

Аня и Ольга молчали, а Настя размеренно продолжала свою работу, полосуя кабелем обнаженное тело, не обращая внимания на визги и мольбы Веры. Потом ее сменила Ольга, внося свою лепту. Когда вся спина, ягодицы и бедра Веры уже вспухли от рубцов, и на них не осталось живого места, она прекратила избиение.

— Вот, пожалуй, и все, Сильва… Аня, теперь твоя очередь, заканчивай. Я сейчас оденусь и отнесу эту куклу в гараж. Настюша, готовь машину. Вывезем этот мусор в багажнике…

Глава 11

На следующее утро Ольга, едва появившись в офисе, поинтересовалась, не объявлялся ли ее менеджер по общим вопросам. Коммуникатор ее выключен, видеофон в доме не отвечает, и где она делась, не известно. Но все только разводили руками. Прошел уже час, но Вера так и не появилась, что на нее было абсолютно не похоже. Хоть обязанности у нее в компании и были чисто символические, но на работу она всегда являлась вовремя.

Еще через час Ольга подняла тревогу. Всем было ясно, что случилось нечто непредвиденное. У кого можно узнать самые свежие криминальные новости? Ну конечно, у Гюнтера!

И Ольга стала названивать старому другу.

— Гюнтер, доброе утро! У меня тут снова проблемы…

— Доброе утро, Оля! Что случилось? Опять в тебя стреляли?

— Пока нет. Одна из моих сотрудниц пропала. До сих пор на работе ее нет, коммуникатор и видеофон дома не отвечают.

— Так может, девочка просто загуляла со своим хахалем, и еще не проснулась? К вечеру объявится.

— Гюнтер, у нее хахаля нет. Это Верочка… Она должна была прийти к нам вчера в гости вечером, но не пришла…

— Хм-м-м… Когда и где ты видела ее в последний раз?

— Вчера, в конце рабочего дня, в офисе. Когда она не пришла, пыталась до нее дозвониться, но не смогла. Ни один из номеров не отвечает.

— Понятно… Будь на связи, попытаюсь выяснить. Гляну последние сводки…

Гюнтер отключился, а Ольга осталась ждать, время от времени все же пытаясь дозвониться до Веры, но бесполезно. Спустя минут сорок раздался звонок, и Ольга поняла, что звонит Гюнтер.

— Оля, нашлась твоя пропажа…

— Что с ней?! Она жива?!

— Жива, жива. Правда, ее состояние оставляет желать лучшего…

— Что с ней?!

— Похоже, твоя Вера побывала в лапах какого-то маньяка. Ее сильно избили…

— Где она?!

— В клинике скорой помощи. Ее привезли туда утром, когда нашли на окраине города…

— Я сейчас же туда еду!!! Гюнтер, прошу тебя, разберись с этим делом!

— Хорошо, Оля, хорошо, только не волнуйся. Я сейчас тоже подъеду, не наломай дров без меня…

Закончив разговор с Гюнтером, Ольга тут же стала названивать домой Насте.

— Настюша, Верочка нашлась! Она в клинике скорой помощи. На нее, похоже, маньяк напал! Я сейчас за тобой заеду!

Быстро подхватившись, Ольга бросила секретарше, что уезжает и будет нескоро, и поспешила к машине. Настя уже ждала ее возле дома. Ольга притормозила на несколько секунд, подобрала подругу и рванула в клинику, с трудом удерживаясь, чтобы не нарушать правила на дороге. Настя не отвлекала ее разговором, сообщив только, что дома все нормально. Ольга тоже постаралась успокоить подругу.

— Не волнуйся, Настюша. Пока Аня рядом с Сашей, им ничего не грозит. Ее сила намного превышает мою, а на что способна я, тебе хорошо известно.

— Ох, Оля, страшно… Сказал бы кто раньше, не поверила бы… Две ведьмы в доме!!!

А одна еще и самурай… Да и в тебе самурайские замашки проснулись… Онны-бугэйси хреновы… На полном серьезе боялась, что ты этой швабре голову отрубишь!

Когда подруги въехали во двор клиники, машина Лехмана была уже там. Молодец, Гюнтер, оперативно работает. Выяснив, в какой палате лежит Вера Войнович, Ольга и Настя поспешили к ней.

Гюнтер был в палате вместе с врачом и вел беседу с Верой, расспрашивая подробности случившегося. Вера лежала на животе, прикрытая простыней и говорила с трудом. Было видно, что чувствует она себя очень плохо. Едва войдя, подруги сразу бросились к ней.

— Верочка, господи, что с тобой?!

— Ой, девчонки… Влипла я… Нарвалась на какого-то урода…

— Гюнтер, доброе утро еще раз. Рассажи, что случилось. А то Вере говорить тяжело.

— Пока мало что известно. На Веру напал маньяк вчера вечером, когда она направлялась к вам, и сильно избил. У девушки на всей задней части тела живого места нет. Как она вообще жива осталась. Затащил ее в какой-то подвал и бил до тех пор, пока она не потеряла сознание. Потом вывез на окраину города в район новостроек и бросил. Хорошо, хоть не убил…

— Господи, ужас какой. Вера, а ты его запомнила?

— Плохо… Здоровенный мужик какой-то…

— Ладно, это мы потом обговорим. Доктор, что с ней?

— Что сказать, мадам… Вашей подруге сильно повезло, что она осталась жива. Повреждений внутренних органов от побоев не выявлено, переломов тоже нет, но вся кожа на спине, ягодицах и задней части бедер — сплошная гематома, покрытая многочисленными глубокими рубцами. Это, конечно, не смертельно, но хорошего мало.

Настя тут же встрепенулась. В конце концов, она тоже врач. Да и Ольга, в какой-то степени, тоже…

— Коллега, Вы позволите мне осмотреть больную? Я тоже врач. Верочка, не бойся, я тебя осмотрю, больно не будет. Гюнтер, а ты, будь добр, сильно не пялься…

Настя подошла к койке и осторожно подняла простыню. Открывшаяся картина выглядела впечатляюще…

— Господи, какой ужас!!! Верунчик, чем это тебя так?!

— Ой, девчонки, не помню… Пошевелиться больно…

Тут уже в дело решила вступить Ольга. Все же, народная медицина тоже что-то значит.

— Верочка, тебе сейчас сильно больно? Вставать можешь?

— Ох, Оля… Какой там вставать…

— Так, лежи спокойно и ничему не удивляйся. Я сейчас успокою боль и она какое-то время не будет тебя беспокоить. По крайней мере, на сутки этого хватит. А завтра снова приеду. Рубцы это, конечно, не заживит, но от физической боли я тебя избавлю. Вы позволите, доктор?

Врач уже и не знал, что сказать. Уж очень странные попались посетители. И у него совсем глаза на лоб полезли после того, как Ольга, убрав простыню с Веры, провела несколько раз ладонями над ее телом, даже не касаясь руками, и девушка зашевелилась, попытавшись встать!

— Господи, Оля, как это у тебя получается?! Боль совсем прошла!!!

— Верунчик, тебе лучше полежать. Я просто заблокировала болевые центры мозга и сигнал боли до них не доходит. Но лечение ран необходимо.

— Да я хоть на бок повернусь, а то уже устала полдня на животе лежать… Доктор, можно?

— Можно… Как хотите, можно… Мадам, как это у Вас получается?!

— Древние народные методы, доктор. Раньше официальная медицина их не признавала категорически. Но, как видите, результат налицо. Ладно, вернемся к делам сегодняшним.

Доктор, как состояние Веры и можно ли это вылечить? Ведь не может девушка жить с такими рубцами на теле!

— Состояние стабильное, здоровью ничего не угрожает, хотя вашей подруге придется у нас задержаться не меньше, чем на пару недель. По поводу рубцов на коже — убрать можно. Технически это сложностей не представляет, и кожа будет, как у младенца. Но это дорогостоящая косметическая операция, которая не покрывается страховкой…

— Доктор, давайте договоримся сразу. Вы делаете все, что нужно, а я это финансирую.

Цена для меня не важна. Мне нужен результат. Сколько времени это займет?

— Вместе с периодом реабилитации — до полутора месяцев.

— Верунчик, ты слышала? Придется тебе набраться терпения и пробыть здесь полтора месяца. Не бойся, мы тебя одну не оставим.

— Оля, мне право, неудобно… Что ты на меня тратишься…

— Верочка, чтобы я от тебя за деньги больше ничего не слышала. Хорошо? Доктор, Вера себя уже хорошо чувствует. Можно, мы с ней о своем, о женском посекретничаем?

— Можно, мадам, только недолго. Больной необходим покой… Никогда бы не поверил!

Когда врач и Лехман скрылись за дверью, Ольга сразу же приступила к расспросам, а Настя принялась выкладывать из пакетов фрукты, сладости и прочие вкусности, которые она заранее захватила.

— Верунчик, расскажи все честно, стесняться нас не надо. Он тебя изнасиловал?

— Вроде, нет… Во всяком случае, пока я не потеряла сознание — нет…

— Понятно. Ты его хорошо запомнила? Опознать сможешь?

— Вряд ли…

— Жаль… Да ты не бойся, если хочешь, ляг на спину, или сядь, больно не будет… Ладно.

Гюнтер покопается среди своего отребья, может и найдет. Да только, сильно сомневаюсь.

Я по своим каналам попробую. Тоже гарантии дать не могу, но все-таки. А если найду, то подарю тебе. Делай с ним, что хочешь. Мои ребята потом уберут труп.

— Господи, Оля, что ты говоришь?!

— Верочка, а ты как хотела? Любой, кто посмеет поднять на меня, или моих близких свою поганую лапу, недолго задерживается на этом свете. И об этом знают все отморозки. Тот, который на тебя напал, совершил большую ошибку. И для него будет великим счастьем, если полиция поймает его раньше меня. Впрочем, я его и в тюряге достану…

— Господи, Оля, какие ужасы ты говоришь!!! Кто ты?!

— Я — генерал Миллер, и это имя знакомо всем отморозкам. С этими нелюдями в человеческом обличье у меня разговор короткий. И то, что сделали с тобой, это разве не ужасы?

Ведь ты чудом осталась жива. И ты думаешь, он остановится? Сколько еще жертв будет на его совести? А скоро он начнет убивать. Я хорошо знаю психологию таких нелюдей.

Они просто пьянеют от чувства безнаказанности и со временем звереют все больше и больше. Так что, чем раньше мы его обезвредим, тем больше спасем человеческих жизней. Ты ведь многого обо мне не знаешь, Верунчик… И не надо тебе это знать… Знай только, что пока ты рядом со мной, ты в безопасности. Я всегда сумею защитить то, что мне дорого. Кое кто в это не поверил и сильно пожалел… Ладно, не будем о грустном.

Лежи, выздоравливай, ни о чем не беспокойся. Мои ребятки тебя здесь охранять будут, если этот урод сюда сунется, чтобы свидетеля убрать. Они его тут же и повяжут. Завтра мы с Настюшей к тебе придем, я еще один сеанс блокады болевых центров проведу, а потом тебе придется денька четыре на обезболивающем побыть, пока я не вернусь…

— Оля, ты что, куда-то уезжаешь?! Я боюсь оставаться одна! Вдруг, он сюда заявится!

— Верунчик, не бойся. Мои ребятки любому отморозку рога обломают. А мне надо срочно сгонять в одно место по делам. Не забывай, я ведь еще и бизнесом занимаюсь, и надо держать руку на пульсе…

— И далеко?

— Не очень, в пределах нашей галактики, не дальше…

Настя, тем временем, закончила расфасовывать запасы, и напоследок извлекла из пакета… несколько "игрушек" из секс — шопа.

— Верунчик, а это, чтобы тебе вечером скучно не было! Мысленно мы будем с тобой!

— Настюша, да куда же ей в таком состоянии?! — у Ольги глаза полезли на лоб.

— Ничего, все нормально! Это тоже, своего рода, хорошая терапия. Это я тебе, как врач говорю! Ты сама слышала, что состояние стабильное, хуже не будет. Верочке здесь вечером в палате даже поболтать не с кем. А это не только приятно, но и полезно для здоровья!

— Ох, Настюша, ты в своем репертуаре… Ладно, Верочка. Тебе отдыхать и набираться сил надо, а мы тебя уже задергали. Мы сейчас пойдем, а ты постарайся уснуть. Ни о чем не беспокойся, все будет хорошо, это я тебе обещаю. А завтра мы с Настюшей снова придем. Если тебе что нужно, звони в любое время. О-о-о, Верунчик, ты что? Окуда слезы?

А ну ка, давай улыбнись!

Вера лежала, откинувшись на подушку, и слезы в три ручья бежали по ее лицу.

— Господи, девочки… Какая же я дура…

— Ну что ты, Верунчик! Какая же ты дура? Ты умная и хорошая девочка! И ты совершенно не виновата, что этот урод на тебя напал. Все, Верочка, тебе отдыхать надо. До завтра.

А ты будь умницей, и ни о чем плохом не думай!

Ольга и Настя поцеловали на прощание Веру, и вышли из палаты. Доктор и Гюнтер их терпеливо дожидались.

— Все, доктор, не будем Вам больше мешать. Все необходимые средства я сегодня же переведу на счет клинки. Прошу Вас приложить все усилия.

— Не волнуйтесь, мадам. Наша клиника одна из лучших. Мы ведь клиника скорой помощи и разного рода травмы — это наша специализация…

Переговрив с врачом и с Гюнтером, подруги вернулись к машине. Гюнтер обещал помочь, но вероятность успеха невысока. Уж очень расплывчаты приметы маньяка. Если только он опять не засветится. Сев за руль, Ольга попробовала оценить полученный результат.

— Ну и как ты думаешь, Настюша, получилось?

— Вроде бы, да… Во всяком случае, что-то сдвинулось с места. А дальше посмотрим…

Кстати, Оля, зачем надо было так рисковать? Не проще ли было внушить этой швабре все, что надо?

— Проще, но так мы бы не узнали, как далеко она собирается зайти в своих намерениях.

А эта тварь пошла до конца и "убила" меня. За что и получила по заслугам… Да и риска никакого не было. У Клауса челюсть отвисла, когда он услышал мой последний заказ. Все образцы шпионских штучек для подобных дел, но яды, или спецпрепараты из них убрать и заменить обычным физраствором. И причем срочно. Такого никто никогда не заказывал.

Но там ребята дело знают. Хоть это и обошлось мне в кругленькую сумму, но оно того стоило. Ведь мы не знали, что именно она попытается применить. Оказалось — кольцо с сюрпризом. Кольцо у нас тоже было. Вот мы его Верунчику и подсунули.

— А она ничего не вспомнит?

— Исключено. Только, если я, или Аня специально не снимут блокаду памяти. Аня провела работу великолепно. Когда вы сидели на диване и обсуждали новинки моды, отвела глаза и усыпила эту стерву. А потом вытянула из ее памяти всю информацию. Так мы и узнали о кольце и обо всем остальном. А потом нейтрализовать группу прикрытия, заменить кольцо и внушить Верунчику, что это именно то кольцо, которое ей дали, это уже дело техники. И когда она вышла из транса, то ничего не заметила. Вы все также сидели на диване и обсуждали новинки моды, пока я не позвала вас к столу.

— А группа прикрытия ничего не заподозрит? Ведь вы с Аней всех усыпили?

— Если и заподозрят, то никому ничего не скажут. За подобные вещи у них можно и головы лишиться, если сболтнут, что уснули на посту. А Анечка внушила им всем, что Вера к нам в этот вечер не приезжала, они прождали до глубокой ночи и незаметно вырубились. Они даже друг другу в этом побоятся признаться. Ну и кое что мы от них все же узнали. За всем этим стоит некто господин Максимов — начальник информационного отдела посольства Федерации. От него эти гоблины получали команды. Они сами никакого интереса не представляют. Те же "волкодавы", просто работают на чужой территории.

Ну, а после наших мер "воспитательного" характера, Аня внушила этой кукле, что на нее напал маньяк, и в тот вечер она к нам не добралась. Кольцо мы с нее тоже сняли. Пусть считает, что оно маньяку приглянулось… Кстати, Настюша, откуда у тебя такие таланты?

Ведь это твоя идея — выдрать хорошенько эту стерву. Получилось очень даже натурально.

— Ох, Оленька… Не рассказывала тебе никогда… У меня ведь в этом деле опыт богатейший… Меня так папа с мамой от наркомании лечили… Когда я в последнем классе школы на эту гадость подсела из-за собственной дурости… Как ловили с этой гадостью, так и проводили "интенсивную терапию" моченым прутом по голой заднице. По старинной технологии… И ты знаешь, очень доходчиво. На начальной стадии наркотической зависимости — самое эффективное средство. Тогда я была их убить готова. И только потом дошло, на краю какой пропасти они меня удержали… После этого сама бы за одно место подвесила того, кто придумал этот преступный термин — "легкие наркотики" и добился их легализации. От легких до тяжелых — даже не один шаг, а полшага… И какие-то сволочи делают на этом громадные деньги… Ну, а Верунчику тоже полезно. Для ее же блага.

Теперь контора на нее не рассчитывает, будет подсылать кого-то другого. И ни в чем ее не заподозрит. Кого же теперь ждать?

— Думаю, Настюша, пока никого. У конторы больше нет ни одного человека, который мог бы подобраться ко мне достаточно близко. Гюнтер не в счет. А послезавтра я исчезну. Эрих со своей командой как раз закончит монтаж нового прибора на "Барсе". И Верочка обязательно сообщит сегодня же, что задание она выполнить не смогла, а меня опять куда то черти уносят. В свете последних событий нетрудно догадаться, куда именно. А когда я появлюсь на Пандоре на своем "Барсе", это будет уже совсем другой расклад. Штурмовик — это не спасательная шлюпка и не десантный бот. Запросто смогу надрать задницу кое кому, а потом скрыться. И контора сделает правильные выводы — меня очень сильно продолжает интересовать "Кассиопея". А поскольку генерал Миллер банальным мародерством не занимается, то интересовать на брошенном лайнере меня может только одно те самые секретные документы, которые я не смогла, или не успела забрать. И интересуют они меня до такой степени, что я иду на огромный риск, появляясь на Пандоре сразу же после того, как едва унесла оттуда ноги. Логично?

— Логично. Но очень опасно.

— Что поделаешь, Настюша. Но риск оправдан. У нас нет другого способа убедить их в том, чтобы они п о в е р и л и, что этих документов у меня нет…

Глава 12

"Барс" вышел из гиперпространства в системе Денеба, недалеко от Пандоры. Его масса на много меньше, чем масса пассажирского лайнера, и поэтому требования по безопасной дистанции для конечной точки гиперпространственного прыжка не такие жесткие.

Ольга пока не включала радар, стараясь обнаружить посторонние источники радиоизлучения, но все было тихо. Все пространство, окружающее Пандору, было пустынно.

"Барс" несколько раз облетел планету по низкой орбите, но ничего не обнаружил. "Памира" больше не было. Очевидно, этого недобитка либо отбуксировали назад в Солнечную систему, либо спрятали где-то здесь, в системе Денеба, но на орбите одной из дальних планет. А может, вообще сняли экипаж и уничтожили, введя в атмосферу планеты. Так как тащить такую рухлядь за тридевять земель — себе дороже. И для соблюдения секретности лучше утопить ее в океане Пандоры. Но это, в конце концов, и не важно. Важно другое. Создана полная иллюзия того, что здесь никого нет. Но Ольга чувствовала, что это не так. Зверь насторожился и рычит, чувствуя близкую опасность. Хотя, никаких подтверждений этому нет…

— Ничего, кися… Сильно зарываться мы не будем. Знаем, что нас там ждут. Немножечко похулиганим, и все. А потом пусть ребятки немного поразвлекаются в стрельбе по мало- размерной быстроходной цели…

"Барс" вошел в атмосферу по очень пологой траектории, плавно сбрасывая скорость. Как и в прошлый раз, точка входа выбрана над океаном. Там зенитные установки нигде не спрячешь. А вот над материком надо будет держать ухо востро. Рядом, в кресле второго пилота, расположилась Аня, внимательно отслеживая показания радара. Дальше скрываться нет смысла. Наоборот, надо, чтобы их обнаружили и готовили встречу…

Перед отлетом Ольге пришлось выдержать настоящий бой с Аней, когда она потребовала, чтобы ее взяли тоже. Ольга, поначалу, об этом и слышать не хотела и отказала категорически. Но на все ее аргументы — опасности данного мероприятия, отсутствия необходимости во втором пилоте и необходимости прикрытия Насти и Саши дома во время отсутствия Ольги, Аня ответила одним.

— Мама, тебе пилот — оператор нужен? Как ты будешь одновременно управлять и "Барсом", и роботом — разведчиком? "Барса" придется, в этом случае, перевести на автопилот, что сделает тебя удобной мишенью. В противном случае, ты сразу потеряешь робота. Невозможно достаточно хорошо управлять двумя летательными аппаратами одновременно на сверхмалых высотах без риска аварии. Это не полеты на больших высотах, как твой рейд на Лукхор. Здесь снова придется стричь верхушки пальм. И согласись, что это у меня лучше получается.

Возразить против такого аргумента было нечего и Ольга, кляня себя в душе последними словами, согласилась. Ведь действительно, она не сможет одновременно вести "Барс" в ручном режиме и управлять роботом — разведчиком на бреющем полете. Необходим второй человек, имеющий хорошие летные навыки полетов на сверхмалых высотах и на больших скоростях. И лучшего специалиста в этой области, чем Аня, она не знает. Ольга ознакомила Аню со своим планом — войти в атмосферу планеты, выпустить робота — раз- ведчика и тщательнейшим образом обследовать местность вокруг "Кассиопеи", а самим оставаться на более — менее безопасной высоте, барражируя на малой скорости вокруг космопорта. Аня же предложила его несколько видоизменить. Использовать не обычный робот — разведчик, а один из "Бумерангов". Робот — разведчик не имеет никакого оружия и будет легко сбит, если только противник поймет, что его обнаружили. А робот — перехватчик "Бумеранг" — сам по себе мощное оружие. И если он будет находиться вблизи обнаруженного противника, то там десять раз подумают, прежде чем открыть по нему огонь.

Потому, что взрыв "Бумеранга" уничтожит все вокруг на большом расстоянии. А модернизировать его для целей разведки, установив дополнительные приборы и камеры визуального обзора, не составит труда. И тогда Ольга сможет полностью сконцентрировать внимание на управлении штурмовиком и отслеживанием возможных опасностей, а Аня спокойно заниматься разведкой, управляя дистанционно "Бумерангом", идущим на малых высотах. Можно будет даже между кронами деревьев заглядывать, убрав скорость до нуля.

"Барс" снизился до пяти тысяч метров и несся над океаном. Снижаться еще больше Ольга не захотела. Для выполнения задуманного плана это не требуется, а запас высоты лучше иметь побольше. Аня сканировала пространство радаром, внимательно отслеживая обстановку, но ничего подозрительного вокруг пока не было. Океан был пустынен до самого горизонта, и в небе Пандоры не было никого, кроме "Барса". Ольга сверилась с картой.

Скоро надо выпускать "Бумеранг" в самостоятельный полет. Когда они подойдут к побережью, то возможны всякие неприятные неожиданности. Поэтому, лучше подстраховаться заранее. Вот вдали показалась полоска берега, и Аня надела специальный щлем, с помощью которого пилот — оператор дистанционно управляет роботом — разведчиком. На экране внутри шлема отображается все, что видел бы человек, управляющий этим аппаратом, если бы находился на нем сам. Органы управления очень простые, но для пилотирования таких аппаратов на малых высотах необходим определенный опыт. Ане же, с ее умением стричь верхушки пальм, такого опыта было не занимать. Попрактиковавшись перед гиперпространственным прыжком в системе Альтаира над Терцией — самой дальней и незаселенной планеткой, погоняв "Бумеранг" на разных высотах и скоростях, она вынесла вердикт.

— Все, мама. Машина к полету готова. Ничего сложного нет… Эх, были бы у нас такие аппараты в ту войну!…

И вот теперь Аня сидела в кресле второго пилота, одев шлем системы дистанционного управления роботом и ждала команды на запуск. Берег приближался очень быстро, и Ольга начала уменьшать скорость, сохраняя высоту. Не долетев до береговой черты де-сяти километров, "Барс" завис в воздухе. День был погожий, видимость прекрасная и вдалеке, на летном поле старого космопорта, хорошо просматривался длинный корпус "Кассиопеи". Команда на пуск робота, и "Бумеранг" рванулся вперед, в сторону застывшего лайнера…

Свиду никакой опасности нет. В эфире полная тишина, на летном поле вокруг лайнера никого нет и можно подумать, что люди покинули его, бросив на этой дикой и негостеприимной планете. Тащить через гиперпространство сильно поврежденный лайнер вполне могут признать экономически нецелесообразным и судоходной компании выгоднее будет получить страховку. Тем более, это стопроцентно попадает под страховой случай.

Но только, что же зверь так неспокоен и чувствует опасность? Причем, и у Ани то же самое… Что-то здесь нечисто… Ольга сосредоточилась на наблюдении за окружающей обстановкой, а Аня занялась разведкой. "Бумеранг" быстро снижался, приближаясь к старому космопорту. Ольга прислушалась к своим ощущениям…

— Что, кися, ворчишь? Сама знаю, что здесь нас просто о б я з а н ы ждать. Верочка связалась со своими почти сразу же после нашего ухода и они знают, что я что-то затеваю.

А времени на подготовку у них было предостаточно. Но только, что же они задумают на этот раз? Сделать "мур — мур" сейчас не получится. Наша задача в другом. Чтобы как можно больше свидетелей видели, что мы всеми силами пытаемся добраться до "Кассиопеи". Не смотря на то, что недавно еле удрали с нее…

"Бумеранг", тем временем, снизился до сотни метров и прошел на малой скорости над полем космопорта. Аня провела робота по периметру и приблизилась к лайнеру, зависнув в воздухе. На обзорном экране, на который выдавалась панорама изображения, зафиксированного аппаратурой робота, Ольга видела картину во всех подобностях. Космопорт пустынен, вокруг лайнера никого и входной люк задраен. В эфире полная тишина…

— Мама, странно… Никого. По периметру летного поля тоже ничего нет, ни малейшей активности. Индикаторы инфракрасного излучения фиксируют только животных, ни одного человека поблизости в джунглях нет. Новый прибор тоже ничего не обнаруживает.

Сама "Кассиопея" дает слабое излучение, то есть реакторы полностью не заглушены.

Но это вполне могли сделать намеренно, чтобы не отключать системы жизнеобеспечения.

Возможно, там кто-то и остался для охраны. Но вокруг летного поля — никого. Ни людей, ни машин.

— А ты внимательно просканировала джунгли металлодетектором? Вдруг, они отключили все энергоснабжение, и там десяток зенитных установок? Ведь они знают, что новый секретный прибор попал в наши руки.

— Просканировала. Абсолютно ничего. Ни одного куска металла с массой, сопоставимой с массой хоть какой-то боевой машины. Так, разная мелочь. Скорее всего, металлический мусор, оставшийся от первых поселенцев.

— Хм-м-м… Анечка, понимаешь, что этого просто н е м о ж е т быть… Контора явно что-то задумала. А ну ка, пройдись над джунглями на малой скорости, увеличивая радиус.

"Бумеранг" дал ход, облетел со всех сторон лайнер и начал рыскать над джунглями, все увеличивая радиус поиска. Иногда он останавливался, снижался до самых крон деревьев и Аня внимательно разглядывала то, что показалось ей подозрительным. Но все было тщетно. Прошел уже час поисков, робот прочесал всю местность вокруг космопорта в радиусе двадцати километров, но не обнаружил н и ч е г о. Ольга терялась в догадках. Такого просто не могло быть. Неужели, контора отступилась?! Это на нее совершенно непохоже… На всякий случай, дала ход и приблизилась на пять километров к космопорту, снова зависнув в воздухе. Возможно, это вызовет ответную активность противника. Но внизу по-прежнему была тишина. Легкий ветерок гнал небольшие волны, лениво накатывающиеся на берег, впереди зеленел ковер джунглей, простирающийся до самого горизонта, и посреди этого ковра инородным телом выглядел огромный корпус "Кассиопеи".

Аня продолжала разведывательный полет, ведя "Бумеранг" на небольшой высоте, и просматривая квадрат за квадратом. Но внизу по-прежнему ничего, кроме диких джунглей с их обитателями, не было.

— Мама, по-прежнему ничего. Но я чувствую, что здесь что-то есть…

— Я тоже. Продолжай поиск, увеличивая радиус…

Прошел еще час. "Барс" по-прежнему висел на одном месте, не делая попытки приблизиться к лайнеру, а "Бумеранг" рыскал вокруг, не оставляя надежды обнаружить спрятавшегося врага. И вот, когда он удалился от космопорта уже на сотню километров, неожи 1данно сработал металлодетектор, и новый прибор показал объект с работающими электрическими цепями. Аня тут же повела "Бумеранг" к подозрительному месту. Когда робот приблизился почти вплотную, было видно, что кроны деревьев повреждены. Значит, тут кто-то есть. Зависнув над деревьями, Аня стала опускать свою машину вниз, чтобы заглянуть между кронами…

И их любопытство было удовлетворено. В гуще тропического леса, среди деревьев, притаилась гусеничная зенитная установка. Четыре ракеты уже смотрели вверх, готовые к старту…

— Есть!!! Мама, вот где они! И я думаю, здесь их много!

— Но почему так далеко от космопорта? Быстро проверь все вокруг!

Робот поднялся над деревьями и дал ход, сканируя окружающее пространство. Очень скоро были обнаружены еще несколько зенитных установок. Но почему же они не стреляют?

Ведь "Барс" давно находится в зоне поражения и сам делает все возможное, чтобы его обнаружили… Все зенитные установки расположены на большом удалении от космопорта…

Но зачем? Ведь если они произведут пуск ракет с большой дистанции, то Ольга их сразу обнаружит и предпримет маневр уклонения. Времени на это у нее будет достаточно, и там этого не могут не знать. Уж в чем, а в отсутствии летного мастерства Ведьму с "Летающей ведьмы" обвинить нельзя… На что же делается расчет? На то, что ей не удастся уклониться от ракет? Но это возможно в одном случае — если "Барс" будет сильно поврежден.

А чем его можно повредить, если ближе ста километров ничего, что представляло бы для него хоть какую-то опасность, нет? Кроме… самой "Кассиопеи"… На лайнере установлен тактический ядерный, или аннигиляционный заряд!!! Именно поэтому зенитные установки убраны подальше и ждут, когда "Барс" приблизится к лайнеру поближе! И даже если взрыв его не уничтожит в воздухе, то у него уже не будет былой резвости!

Все это пронеслось в уме Ольги за доли секунды. В следующее мгновение "Барс" взревел двигателями и на пределе своих возможностей устремился прочь от берега в сторону от- крытого океана. Они подошли довольно близко к лайнеру, и ударная волна может настичь их. Набирать высоту некогда. Надо успеть уйти как можно дальше от эпицентра взрыва…

Аня сначала ничего не поняла и вопросительно глянула на мать. Прошло уже не менее трех секунд, как "Барс" рванулся с места. И тут позади него в джунглях, на месте, где стояла "Кассиопея", вспыхнула ослепительно яркая рукотворная звезда. Датчики светового излучения зашкалили, и было видно, как ударная волна сметает все на своем пути, пожирая джунгли. Вот она дошла и до "Барса". Штурмовик здорово тряхнуло, отказали некоторые приборы, но бронированный космический хищник несся вперед, наращивая скорость, стремясь вырваться из западни, в которую он добровольно забрался. Аня сразу поняла все.

— Тактический аннигиляционный заряд. Не менее двадцати килотонн. Именно поэтому они не стреляли. Хотели, чтобы мы подошли поближе. Мама, мы не успеем подобрать робота.

— Черт с ним, доча… Самим бы ноги унести. Ай да контора! Вот это размах мероприятия!

Думаю, это не все…

— Пуск ракет с поверхности планеты. Много… Тридцать две штуки!!!

Ольга делала отчаянные попытки оторваться. Пока спасает то, что ракеты выпущены с дальней дистанции. Постановка помех, маневрирование, отстрел ловушек… Часть ракет потеряла цель и ушла в сторону, но часть неумолимо приближается. "Барс" мчится на предельной скорости, какую только может позволить себе в атмосфере. Пора набирать высоту и убираться в космос. Здесь больше делать нечего. Неизвестно, какие еще козыри припрятала контора в рукаве…

Аня разогнала "Бумеранг", и он сейчас несется позади всех, быстро сокращая дистанцию.

Подбирать его некогда, но Аня не сдается, пытаясь увести своего подопечного. Хорошо, хоть вражеских истребителей в воздухе нет. Видать, не захотели рисковать быть обнаруженными раньше времени. Понадеялись на заминированный лайнер и зенитные установки. Но не факт, что кто-то не ждет сейчас в космосе. Стелс-крейсер не всегда можно обнаружить радаром. И очень может быть, что старые знакомые до сих пор здесь…

"Барс" прошивает атмосферу и вырывается в космос. Последние ракеты отстали. Слишком большой была дистанция пуска, да и комплекс мер по уклонению тоже сделал свое дело. Правда, и ловушек почти не осталось. "Барс" быстро удалялся от планеты, а сзади его догонял одинокий "Бумеранг". Вокруг пока никого нет. Неужели, получилось?!

И тут коротко пискнул радар. Обнаружена цель со слабым эхо — сигналом. Приближается очень быстро. Спустя пару секунд — еще три коротких сигнала. Ольга быстро идентифицировала цели. Так и есть. Четыре стелс-крейсера взяли ее в клещи и перекрывают выход в открытый космос. А безопасная дистанция для входа в гиперпространство еще не достигнута. Если не будет другого выхода, придется рисковать. Кто знает, уцелеют ли они при этом… Неожиданно ожило радио, нарушив тишину насмешливым голосом генерала Сухомлинова.

— Сударыня, может, хватит играть в прятки? Все равно того, что Вы искали, больше нет!

Ольга стиснула зубы и направила "Барс" прямо на один из крейсеров. Если она приблизится к нему достаточно близко, то остальные стрелять не будут, чтобы не задеть своего.

Но приблизится ей вряд ли дадут. Неожиданно мимо "Барса" пронесся робот. Ольга совсем забыла о нем, но Аня бросила свою маленькую машину вперед, нацелившись на ближайший крейсер.

— Мама, полный ход следом за "Бумерангом"!!! Им придется сосредоточить весь огонь на нем! Остальные нас достать не успеют! Как только робот будет сбит, немедленно уход в гиперпространство! Придется рисковать!

Ольга поняла маневр дочери. Действительно, если на крейсер несутся робот — перехватчик с зарядом огромной разрушительной силы и штурмовик, то он постарается перехватить, в первую очередь, наиболее опасную цель. И это даст им выигрыш в несколько драгоценных секунд. А дальше — русская рулетка…

"Бумеранг" быстро удалялся, нацелившись на ближайший крейсер. Аня не вела робота по прямой, чтобы не облегчать наводку противнику. Ольга бросила "Барс" следом, до предела увеличив тягу двигателей. Скосилась на дочь. Аня впилась в пульт управления роботом и сосредоточила все внимание на вражеском корабле, стремительно несущемся навстречу…

— Один раз я уже сделала это… Богиня Аматерасу, помоги мне…, - неожиданно прошептала Аня по — японски.

Крейсер ощетинился огнем, стараясь уничтожить несущийся на него "Бумеранг". Вероятность успеха атаки ничтожно мала, но робот выполняет сейчас другую задачу — отвлекает на себя внимание противника, давая возможность "Барсу" удалиться как можно дальше от планеты. Оставшиеся три крейсера не стреляют, чтобы не зацепить своего. Очевидно, этот вариант с крейсерами был запасным. Предполагалось, что либо штурмовик Ольги будет уничтожен взрывом "Кассиопеи", либо будет сбит зенитными ракетами, получив при взрыве серьезные повреждения. Ни то, ни другое не сработало. Проклятая Ведьма — Хризантема снова перехтрила всех. И эта четверка стелс-крейсеров, ожидающих в резерве, 1последняя возможность достать зарвавшуюся Хризантему, которая рискнула снова сунуть свой нос туда, откуда она чудом удрала совсем недавно…

"Бумеранг", благодаря маневрам уклонения, подошел уже очень близко к атакуемому крейсеру, но поразить его все же не удалось. Впереди вспыхнула яркая вспышка взрыва, даже закрывшая на несколько мгновений крейсер. Но Ольга не обольщалась. Было ясно, что робот сбит и сейчас весь огонь сосредоточится на "Барсе". Выпустить три остальных "Бумеранга"? Это ничего не даст. Даже если хоть один из них и поразит цель, остаются еще три неповрежденных противника. По одному роботу на каждый крейсер? Это уже ненаучная фантастика. А расстояние от планеты для входа в гипер — пространство все еще недостаточно, но это по инструкции. Иногда приходится эти инструкции нарушать…

В корпус "Барса" ударил лазерный луч, выводя из строя внешние датчики. Часть систем внешнего контроля отказала. Крейсер яростно огрызается огнем, стараясь не подпустить близко к себе несущийся прямо на него штурмовик. Большая группа ракет выпущена на перехват, и чтобы прорваться в открытый космос для гиперпространственного прыжка, надо проскользнуть между ними. А если уклоняться, то "Барс" по-прежнему будет оставаться в опасной зоне вблизи планеты. И рано, или поздно, но его достанут…

Откинувшись на спинку кресла, Ольга вздохнула полной грудью. все-таки, ей грех жаловаться. Лейтенант Николай Верещагин даже и помыслить не мог, какой подарок преподнесет ему судьба. И то, что произошло сейчас, как и то, что произойдет через несколько мгновений, это целиком и полностью его выбор. Жаль только Аню… Девочка и не жила почти… Сволочь ты, Оля, а не мама… Не надо было брать дочь с собой в этот полет. Но теперь у них нет выбора. Крейсеры противника уничтожат их в любом случае. Конторе тоже не нужны т а к и е пленные…

Крейсер быстро приближается, и спереди навстречу "Барсу" несется целый рой ракет.

Лазерные лучи хлещут по корпусу, выводя из строя внешние датчики. Аня внимательно следит за показаниями радара, докладывая время подлета ракет.

— Тридцать секунд до встречи… Двадцать… Пятнадцать… Десять… Пять, четыре, три…

Пора! Ольга включила гипердвигатель, и удар страшной силы обрушился на штурмовик…

Сознание возвращалось медленно. Временами Ольга впадала в забытье, но потом снова выныривала из него, обводя все вокруг мутным, непонимающим вглядом. Пытаясь всеми силами не потерять сознание, она фиксировала внимание на окружающих предметах.

Многие приборы отказали, все незакрепленные вещи сорваны со своих мест, и палуба усеяна осколками стекла и пластмассы. Рядом, в кресле второго пилота, лежит Аня.

Ольга нагнулась к ребенку и с облегчением вздохнула. Они живы! И это главное. Это значит, что "Барс" успел за три секунды до попадания ракет уйти в гиперпространство и при этом сам остался цел. Аня открыла глаза и улыбнулась.

— Мама, похоже, нам удалось…

Ольга бросила взгляд на экран системы контроля. Неизвестно, кто помог им — богиня Аматерасу, или еще кто, но корабль цел. Двигатели, системы управления и навигации уцелели, а остальное не смертельно. Дотянут до дома и так. Радиосвязь работает только аварийная, освещение все посыпалось, а что творится в каюте, даже подумать страшно.

Но корпус и главные жизненно важные механизмы целы. На диво прочным и живучим оказался этот маленький кораблик, созданный руками врагов. Ольга пошевелилась в кресле и попыталась встать. Вроде, все кости целы. Аня выскользнула из кресла и направилась осмотреть корабль. Хорошо, что разгерметизации нет и генератор искусственной гравитации работает, а то было бы весело. Проверив пространственные координаты, Ольга подправила курс. Вскоре вернулась Аня, и по ее довольной физиономии было ясно, что все не так уж плохо.

— Все в порядке, мама! В машинном отделении все в норме, корпус тоже цел. А вот в каюте и в провизионной кладовке — полный бедлам. От гравитационного удара вся мебель развалилась. И ваш шикарный траходром тоже…

— Анечка… Ну и выражения у тебя!

— Мамочка, так это твои слова! Кто тете Насте говорил, что вы недаром в каюте такой шикарный траходром установили!

Сердиться на дочь совершенно не было сил. Ольга улыбнулась, глядя на своего маленького пилота-оператора. Ведь совершенно ясно, что это благодаря Ане они остались живы. Именно она придумала использовать робот-перехватчик для разведки. И именно она с блеском провела как саму разведку, так и атаку крейсера. И именно поэтому, в начальный период боя, крейсер полностью игнорировал "Барс", стремясь в первую очередь избавится от смертельной опасности в лице атакующего "Бумеранга". Если бы вместо него был простой робот — разведчик, то крейсер бы и внимания на эту блоху не обратил, а сразу занялся штурмовиком. А так они выиграли бесценное время на то, чтобы удалиться как можно дальше от планеты. Кто знает, уцелел бы "Барс", если бы пришлось включить гипердвигатель раньше… Но, как бы то ни было, они живы! Живы назло всем врагам!

А контора опять села в лужу. И теперь никогда не узнать, что же скрывалось за всем этим.

Курьер в Шварцвальде к ней так и не пришел. Если он решил оставить компромат у себя и использовать в своих личных целях, это его дело. Она больше не хочет связываться ни с какими шпионскими тайнами. Все это выходит боком в конечном итоге. А если секретные материалы оставались на "Кассиопее", в чем теперь у в е р е н а контора, то они испарились в адском пламени аннигиляционного взрыва вместе с лайнером. Тот, который боялся шантажа со стороны Хризантемы, может спать спокойно. Весь компромат уничтожен…

— Хорошо, Анечка… Теперь — домой. Хоть и с большим скрипом, но у нас все получилось.

Контора п о в е р и л а в наш блеф. И больше не будет давить на Верочку, Гюнтера, и кто там еще у них есть. Пусть наблюдают и дальше за Хризантемой, дабы она не задумала чего — нибудь мерзопакостного. А поскольку Хризантема будет вести себя очень тихо, то скоро и они успокоятся. И все вернется на круги своя…

— Мама, а ты знаешь… Не могу объяснить, но мне кажется, что это еще не конец…

— Доча, не буди лихо, пока оно тихо… Будем решать проблемы по мере их возникновения.

А на данный момент ребятки у в е р е н ы, что "Кассиопея" унесла тайну похищенных секретных материалов вместе с собой. Вот и не будем разубеждать их в этом…

Глава 14

— Анька, так не честно!!! Ты снова сзади подкралась и напала! Это не по правилам!

— Не подкралась, а зашла в хвост! А на войне, Санечка, есть одно правило — побеждать!

А каким образом, это не так уж и важно.

— Ну, ничего, погоди!!! У меня новый "Мустанг" с турбокомпрессором и я тебя на высоте все равно достану!!! Давай заново!

— Ну, давай. Да только твой "Мустанг" против моего "Рейзена" все равно не вытянет.

И высоко я забираться не буду, сам с высоты ко мне в гости придешь. А на малых высотах твой турбокомпрессор — бесполезный балласт.

— А почему ты все время говоришь "Рейзен"? Ведь в инструкции написано — японский истребитель "Мицубиси А6М" — "Зеро"?

— "Зеро" его называли янки. А мы…, то есть пилоты японской авиации, называли эту машину "Рейзен"… Но в истории авиации он остался для многих, как "Зеро"… Ну что, взлетел? Начинаем!

— Начинаем!!! Ну, Анька, сейчас я тебе устрою!… Как так?! Анька, это не честно!!! Ведь высота маленькая, как ты сзади и снизу подобралась?!

— Летать надо уметь, Сашок! Ладно, мистер "турбокомпрессор". Вы горите. Прыгайте, если еще живы…

Ольга и Настя со смехом слушали эту перепалку. Недавно они установили детям новый компьютерный симулятор, используемый для обучения пилотов. Но после доработки его вполне можно было использовать в игровых целях. После надевания шлема с экранами создавалась полная иллюзия управления летательным аппаратом. В программе были заложены как современные прототипы машин, так и древние. Получилось так, что и Саше и Ане очень понравился исторический период середины двадцатого века — война на Тихом океане. Аня неизменно выбирала свой "Рейзен". Саша перепробовал все машины, какие только были в то время, но Аня на своем "Рейзене" неизменно выходила победителем из воздушного боя. Иногда — только, чтобы очень уж не огорчать братца, сводила бой к ничьей, когда оба противника полностью расстреливали боекомплект и разлетались восвояси. Такой итог радовал Сашу неимоверно.

— Оля, там наши асы не подерутся?

— Не бойся, Настюша. Аня знает, как не доходить до крайностей. Сейчас она снова сделает ничью… Вон, слышишь, что у обоих патроны кончились? Кстати, очень интересная игрушка. Мне Анечка внушила свои знания по управлению "Рейзеном". Я пробовала иллюзия стопроцентная. Хочешь, давай мы попробуем?

— Оля, да детишки же обхохочутся. Что их мамы вытворяют. Да и ты же меня все равно сразу свалишь…

— Так Аня и тебе свои знания внушит.

— Ой, Оленька, лучше не надо. Мне от этих ведьминых штучек страшно. Лучше давай, когда они в школе будут. Самой интересно стало…

Подруги сидели и пили чай, прислушиваясь к возгласам из соседней комнаты. Не смотря на эмоциональные высказывания, война в воздухе не переходила в рукопашную на земле, а это уже хорошо. Ольга в который раз прокручивала в уме события недавнего времени.

Прошло уже больше месяца после их рискованного рейда на Пандору. "Барс" благополучно вынырнул из гиперпротсранства в системе Альтаира, и дальше Ольга решила не рисковать. Кто знает, как поведет себя при входе в атмосферу и заходе на посадку в условиях интенсивного движения поврежденная машина. Поэтому, по аварийной радиосвязи вызвала "Титан" и он срочно вылетел на помощь. Взяв штурмовик на внешнюю подвеску, мощный буксир — спасатель доставил его в космопорт Шварцвальда, как несамоходный космический объект. "Барс" тут же встал на ремонт, а Ольга и Аня понеслись домой. Настя строго выполняла ее указания и не выходила из дома вместе с сыном, пока они не вернутся. Дальше было все. Объятия, поцелуи, слезы радости и уверения, что сейчас от них, наконец-то, должны отстать. После этого вместе посетили Верочку, которая уверенно шла на поправку. Причем, Ольга с трудом скрывала раздражение, вызванное ее внезапным исчезновением. О чем Верочка исправно сообщила своим после того, как Ольга и Настя ушли. Из чего т а м были сделаны правильные выводы. Секретных материалов у Хризантемы нет. Гюнтера тоже оставили в покое. И как он ни бился, но так и не смог выйти на след маньяка, напавшего на Веру. Больше тот не сделал ни одной вылазки. Кто знает, может это и не маньяк был, а просто кто-то, по пьянке, Веру с кем-то спутал? Хотел проучить какую-то девицу, но ошибся? Во всяком случае, больше ни одного похожего случая зафиксировано не было. День шел за днем, Ольга и Аня отслеживали ситуацию, но все было тихо. Компания "Экспресс шиппинг" работала в прежнем режиме и все было, как и раньше. Иными словами — полная идиллия. А через несколько дней и Верочка должна из клиники выйти. Хочешь, не хочешь, а придется устраивать "ужин при свечах". Иначе, Верунчик что-то заподозрит…

С самого утра Ольгу не покидало чувство опасности. Она чувствовала, что сегодня должно произойти что-то важное. За внешним спокойствием скрывалось внутреннее напряжение. У Ани было то же самое, но они решили своим близким ничего не говорить.

Подождем, какой сюрприз их ожидает. Неужели, контора снова что-то задумала?

И как бы в подтверждение, ближе к концу рабочего дня, прозвучал вызов коммуникатора.

Ольга поняла. Это о н о…

— Да, слушаю.

— Добрый день! Прошу прощения, это фрау Миллер?

— Да это я.

— Мадам, это Вас беспокоят из "Сити — банка". Срок аренды Вашего сейфа истекает через неделю, и если Вы хотите продлить договор, то Вам, либо представителю Вашей компании необходимо прибыть в банк и перезаключить договор с внесением арендной платы.

Ваших счетов у нас нет, и мы не можем автоматически снимать деньги за аренду.

— Простите, но здесь какая-то ошибка. Я никогда не имела никаких отношений с "Сити банком" и у меня никогда не было там никакого сейфа. Да и в самом банке я ни разу не была!

— Не знаю, мадам. Я работаю в этом отделе недавно, но у меня в руках договор об аренде сейфа в нашем банке. Договор оформлен не на Вас, но указано, что в случае невозможности связаться с арендатором, надлежит связаться с Вами — владельцем компании "Экспресс шиппинг". Указаны все Ваши реквизиты. Договор заключен шесть месяцев назад, и арендная плата внесена наличными. Причем, в договоре есть оговорка, без крайней нужды не напоминать об этом. Пожелание клиента для нас закон, мы умеем хранить чужие тайны. Но через неделю срок договора истекает и Вам надо принять решение — продлевать его, или нет. Поскольку, ни один из номеров, указанных в договоре арендато- ром, не отвечает.

— Но я впервые слышу об этом!… В сейфе что-нибудь лежит?

— Не знаю, мадам. Мы не вскроем его в ваше отсутствие. Кстати, ключ от сейфа арендатор, заключавший договор, с собой не взял. Оставил нам на хранение. Сказал, что приходить будет либо он, либо Вы. Никому другому сейф не открывать.

— Какой арендатор?!

— В договоре написано — Юмико Доихара…

Ольга стиснула зубы… Юми — сан достала ее и с того света… Но что же все это значит?!

— Хорошо, я сейчас подъеду.

— Поторопитесь, мадам. Через два часа рабочий день заканчивается.

Ольга отключила связь и глянула на Настю, которая мгновенно поняла все.

— Оля, неужели опять?!

— Да, Настюша. Чувствую, мы опять ввязываемся в историю. Я сейчас еду в банк, где оформлена аренда сейфа. Оформлена полгода назад. И никем иным, как нашей старой знакомой — Юмико Доихара. Не знаю, что все это значит. Пока я не вернусь, оставайтесь дома, никуда не выходите. Аня вас прикроет.

— А ты?!

— А я поеду в банк и разберусь с этим делом. Надо проверить содержимое этого сейфа, если там только что-нибудь есть…

— Оля, а вдруг там бомба?!

— Вряд ли… Ведь они понимают, что таким образом меня не проведешь, я сразу почувствую запах взрывчатки даже сквозь оболочку. Да и служба безопасности банка не позволит помещать в хранилище подобные сюрпризы… Внушить им Юмико ничего бы не смогла.

Она была обычной ведьмой… Ладно, посмотрим…

Когда Ольга, проинструктировав Аню, приехала в банк, до закрытия оставался час. Ее сразу ознакомили с договором, составленным по всем правилам шесть месяцев назад.

Действительно, все оформлено на Юмико Доихара, а она — контактное лицо. Ольга захотела сразу же ознакомиться с содержимым сейфа, и направилась в хранилище.

С первого же взгляда было ясно, что служба безопасности банка дело знает, и никаких взрывоопасных, или отравляющих сюрпризов пронести сюда невозможно. Ольге вручили ключ и она открыла сейф вместе с представителем банка, воспользовавшегося своим ключом…

Перед ней был самый обычный несгораемый атташе — кейс средних размеров, какие применяют при перевозке документов. Сердце Ольги учащенно забилось. Неужели?!…

Но осторожность взяла верх.

— Простите, можно ли вскрыть этот кейс с максимальной осторожностью? Вдруг, там взрывчатка, или отравляющие вещества?

— Исключено, мадам. Эти вещи просто не попали бы в хранилище. Но такая возможность у нас есть. Кейс будет вскрыт дистанционно роботом в герметичном помещении, защищенном от взрыва. Вы сможете наблюдать за всем процессом через камеры визуального наблюдения.

Подхватив довольно массивный кейс, служащий банка попросил пройти Ольгу в смежное помещение, где установил свою ношу на какую-то установку. После этого они вышли, мощная стальная дверь была задраена, и на стене вспыхнул экран. Ольга видела, как манипуляторы машины осторожно открыли замки и приподняли крышку кейса. Затем начали перебирать его содержимое. Одни только бумаги и компьютерные кассеты, больше ничего…

— Все в порядке, мадам. Робот провел анализ водуха в кейсе и просветил его корпус. Внутри только бумага и компьютерные кассеты. Никаких следов взрывчатки, отравляющих и радиоактивных веществ не обнаружено. Будете забирать?

— Да…

Забрав кейс, Ольга вышла из банка. Ознакомиться с содержимым надо в спокойной обстановке, и не торопясь, а банк скоро закроется. Знакомое ощущение нервного напряжения, как будто подходишь к цели на большой высоте, и надо начинать пикирование.

И неизвестно, как тебя встретят… Но, что удивительно, зверь никакой опасности не чувствует. Неужели, это те самые документы, которые стоили жизни очень многим?! И они все это время находились здесь, в банковском сейфе, и "Кассиопея" не имела к этому никакого отношения?! И контора об этом до сих пор не пронюхала?! Если это так, то генерал Стрельников был гениальным интриганом и конспиратором. Пока МГБ проводило в жизнь планы по обнаружению и изъятию пропажи, свято веря в то, что эта пропажа находится в руках Ольги, он поместил секретные материалы в совершенно посторонний банк и пустил ищеек по ложному следу. Получается, он был у в е р е н, что Ольга выкрутится. А документы, тем временем, ждали своего часа. Ведь когда закончится срок аренды, банк обязательно свяжется с арендатором и уведомит его об этом. А если связи с ним нет, то связываться будут с человеком, указанным в договоре. А если вносить деньги постоянно и продлевать договор, то этот человек ничего и не узнает. Поистине, все гениальное просто… Ни генерала, ни Юмико больше нет в живых. Вносить плату банку боль-ше некому. И генерал очень хотел, чтобы эти материалы попали к Ольге. Зачем — это другой вопрос. Но скоро все тайное должно стать явным. Или, почти все…

Ольга осторожно ехала к дому, тщательнейшим образом "сканируя" пространство. Удивительно, но никакой слежки нет. Получается, опальный генерал действительно перехитрил свою могущественную организацию, которой некогда руководил. И они до сих пор не знают, что документы воскресли из пепла. Хотя, не будем торопиться. Это только предположение. Очень может быть, что Юмико спрятала в сейфе что-то никому не интересное. Но зачем тогда указывать Ольгу в качестве "наследника" содержимого сейфа?

Ладно, что гадать. До дома недалеко, сейчас все узнаем…

Ольга въехала во двор дома и внимательно осмотрелась. Все, как обычно. Опасности нет.

В дверях Настя и Аня, которые даже не пытаются скрыть любопытство. Саша сейчас занят. Пока сестренка отлучилась, он оттачивает мастерство пилотирования своего "Мустанга" с турбокомпрессором…

— Оля, ну что там?

— Не знаю. Какие-то бумаги и компьютерные кассеты. Сейчас посмотрим…

Заперев дверь, Ольга, Настя и Аня прошли в рабочий кабинет Ольги. Ольга, на всякий случай, даже отключила компьютер от сети. Пусть работает автономно, чтобы информация никоим образом не ушла на сторону. Но сначала надо просмотреть бумаги. Расположившись за столом, Ольга открыла кейс. Сверху лежал листок бумаги с текстом на русском языке, отпечатанным на компьютере…

"Здравствуйте, Ольга Александровна. Если Вы читаете это письмо, то значит, меня уже нет в живых. Очевидно, я что-то не предусмотрел. Вы правильно предположили. Если со мной, или с Юмико Доихара что-нибудь случится, то банк обязательно свяжется с Вами, когда закончится срок аренды сейфа. Мы всю жизнь были смертельными врагами.

Но я недооценил Вас. Та операция, которую я задумал провести с помощью Юмико, никоим образом не имела цели навредить Вам и Вашей дочери. Я просто хотел иметь Вас в своей команде пусть даже таким, не совсем добровольным способом. С помощью двух ведьм мне бы удалось многое. Что именно, об этом теперь говорить нет смысла.

Но у меня будет к Вам последняя просьба. Уверен, что Вы в ней не откажете. Предайте все эти материалы гласности. Мне уже все равно, но очень многие, кто в них фигурирует, еще занимают свои посты. Мне просто больше не к кому обратиться. Ситуация парадоксальная — я могу доверять только своему смертельному врагу, но не могу своим соратникам. Потому, что если эти материалы попадут к ним в руки, то они станут инструментом шантажа и никогда не увидят свет. Вы же этого не допустите. Как бы Вы ко мне не относились, но поверьте, в этом случае наши цели совпадают. Ознакомтесь с этими материалами. Начните с кассеты номер один. После этого, я уверен, Вам захочется прочесть и все остальное.

Прощайте. С искренним уважением к храброму и достойному противнику, генерал — полковник Андрей Стрельников." — Ну и дела! И что же генерал тут замутил?! Ну — ка, посмотрим!

Настя и Аня с интересом перечитывали письмо, а Ольга нашла кассету с номером один и вставила в компьютерный разъем. Сразу же возникло изображение какого-то документа. Похоже, рапорт на имя начальства. Ольга скользнула взглядом по строчкам. Операция "Травиата"… Стелс-крейсер "Эльбрус"… Контейнеровоз "Фомальгаут"… Что-о-о?!!

Глаза Ольги впились в строчки…

Его высокопревосходительству, Министру Госбезопасности Федерации, генерал — полковнику Стэмману от генерал-майора Кожанова Р А П О Р Т Настоящим докладываю, что операция "Травиата" проведена, в целом, успешно. Стелс крейсер "Эльбрус" занял позицию, исключающую возможность обнаружения, в стороне от трассы. Контейнеровоз "Фомальгаут" был обнаружен заранее и в условленной точке был осуществлен его перехват четырьмя штурмовиками типа "Хамсин", доставленных к месту операции "Эльбрусом". "Хамсины" были сразу же опознаны и контейнеровоз подал сигнал бедствия, едва только начался его обстрел. Сигнал был принят эскадрой Военно — Космического Флота Федерации, находящейся в этом районе, но из-за удаленности места инцидента на скорое прибытие помощи рассчитывать не приходилось. Штурмовики продолжали обстрел, стараясь не повредить антенны радиопередатчика, чтобы сигнал о нападении авиации сепаратистов был принят как можно большим числом станций. При попытке экипажа покинуть корабль на шлюпках, он был ликвидирован. Однако, полной неожиданностью был старт в космос из трюма корабля одного из истребителей типа "Гепард". Как выяснилось позже, старший помощник капитана О.А.Шереметьева не покинула корабль вместе с остальными, а привела в действие реактор истребителя, активировала его системы и вывела из трюма в космос, напав на штурмовики. В связи с внезапностью нападения и довольно низкими боевыми качествами штурмовиков типа "Хамсин", все они были уничтожены в результате атаки истребителя. После этого О.А. Шереметьева находилась поблизости от корабля, соблюдая радиомолчание. В связи с повреждением реактора на контейнеровозе произошел его взрыв, но вышедший в космос истребитель не пострадал. Мной было принято решение не ликвидировать этого оставшегося свидетеля, который может подтвердить, что нападение было совершено именно штурмовиками сепаратистов типа "Хамсин". Даже если О.А. Шереметьева и не разбиралась бы в силуэтах машин, то запись бортового компьютера в истребителе все подтвердила. После появления дежурной эскадрильи с авианосца "Адмирал Ушаков" стелс крейсер "Эльбрус" ушел в гиперпространство. За все время операции удалось избежать обнаружения "Эльбруса", что подтверждает возможность и целесообразность применения кораблей этого типа для спецопераций. Наши внеплановые потери — четыре штурмовика типа "Хамсин" и четыре пилота. Цель операции достигнута. Ни у кого не возникло сомнений, что "Фомальгаут" уничтожен в результате атаки сепаратистов. Утечки информации не обнаружено.

Генерал-майор Кожанов.

Ольга тупо смотрела в экран монитора. Прочитанное было просто чудовищным… Не доверять Стрельникову нет оснований. Не для того он провел такую сложную комбинацию, чтобы дать ей почитать какую-нибудь сказку. Значит, все это правда… Но зачем?!!

Аня и Настя тоже прочитали документ и потеряли дар речи. И Ольга продолжила чтение…

На следующий день самый крупный конференц — зал в Шварцвальде напоминал потревоженный муравейник. Репортеры всех средств массовой информации, какие только были в городе, собрались в ожидании чего-то важного. Сообщение о том, что всем известный генерал Миллер собирается сделать важное заявление, произвело эффект разорвавшейся бомбы. Все знали, что Ольга распространением сплетен и созданием скандальной саморекламы, по типу звезд шоу — бизнеса и политиков, не занимается. Значит, действительно попахивает грандиозной сенсацией. Ольга поправила микрофон и окинула взглядом зал. Сразу же установилась звенящая тишина. Все напрягли слух, боясь пропустить хоть слово. Записывающая видео и звуковая аппаратура включена, можно начинать. Среди тысяч заинтересованных взглядов Ольга перехватила и несколько настороженных. Значит, контора успела подсуетиться и хочет быть в курсе событий. Скорее всего, сотрудники посольства с дипломатическим прикрытием. Дальше ждать нет смысла. Кто хотел тот пришел…

— Дамы и господа. Думаю, мое имя известно вам всем. Я собрала вас здесь, чтобы обнародовать важную информацию. Вчера в мои руки попала информация чрезвычайной важности, и я хочу сделать ее достоянием всех. Я не требую за нее денег, не хочу использовать в целях шантажа, как некоторые продажные политики. Человек, котрый мне ее передал, был моим давним противником. Сейчас его уже нет в живых и его последним желанием было сделать эту информацию доступной для всех. Получилось так, что в его ближайшем окружении не нашлось никого, кому он смог бы доверить столь важное дело. И он обратился ко мне. Потому, что хорошо знал — я не стану молчать. Вы все получите копии секретных материалов, которые были похищены бывшим министром госбезопасности Федерации генералом Стрельниковым. Они охватывают события за период пятнадцати лет. Вы все знаете, что Федерация долгие годы ведет войну со своими пытающимися отколоться от нее планетами. Характер ведения боевых действий поражает. У многих создалось впечатление, что правительство Федерации просто не хочет прекращать эту войну. Я ознакомилась со всеми попавшими в мои руки документами. И теперь уверенно могу сказать, что в них находятся неопровержимые доказательства этого преступного замысла. Мало того, именно правительство Федерации спровоцировало начало войны, уничтожив гражданский контейнеровоз с экипажем, и представив это, как нападение сепаратистов. За все эти годы ни у кого не возникло даже и тени подозрения. Из представленных вам документов вы узнаете, что правительство Федерации стремилось создать так называемый "регулируемый конфликт". Своеобразную "домашнюю" войну с ручным противником, которой можно управлять по своему усмотрению. Ведь внешний враг великолепная причина внутренних проблем, которых у Федерации хватает. Шесть лет назад мы сами едва не оказались втянуты в эту войну. Вспомните историю с "Афродитой". Как оказалось, это была спецоперация "Лузитания", имеющая цель представить гибель пассажирского лайнера, как результат нападения военного корабля флота сепаратистов. Об этом вы тоже сможете прочесть в представленных документах. Очень многие авторы этой войны до сих пор занимают высокие посты. И они прилагали все усилия, чтобы эти документы были возвращены назад, или уничтожены. Инцидент с пассажирским лайнером "Кассиопея" — последнее звено в этой длинной цепи кровавых событий.

Повторяю, вы все получите совершенно безвозмездно копии этих материалов. Оригиналы спрятаны в надежном месте и я всегда могу доказать их подлинность. Надеюсь на вашу порядочность, дамы и господа. На ваше честное имя журналиста. Донесите эту информацию до всех. Правда — это единственное, чего по настоящему боятся высокопоставленные чиновники, продолжающие греть руки на этой никому не нужной, кроме них, войне. Если у кого возникли вопросы, постараюсь ответить.

— Госпожа Миллер, журнал "Шпигель". Это правда, что Вы были единственным членом экипажа, уцелевшим после гибели контейнеровоза "Фомальгаут"? Инцидента, после которого и начались открытые военные действия?

— Да, правда.

— Газета "Цайтунг". Мадам, это правда, что в нападении на пассажирский лайнер "Кассиопея" принимали участие не террористы, а спецподразделение вооруженных сил Федерации, поддержанное военным кораблем? И все это было спланировано заранее?

— Правда. Но только не вооруженных сил, а Министерства государственной безопасности.

Крейсер, поддерживающий операцию, тоже принадлежал этому ведомству.

— Но почему этот крейсер не оказал никакой помощи людям, терпящим бедствие?

— Потому, что им были не нужны свидетели. Подозреваю, что люди остались живы только потому, что мне удалось вовремя отправить сигнал бедствия, и он был перехвачен крейсером. Сохранить операцию в тайне не удалось. Правительству Федерации надо было любой ценой вернуть эти секретные материалы. И оно не остановилось бы ни перед чем.

— Но ведь это просто невероятно! То, что Вы говорите, попахивает средневековьем! Принести в жертву несколько тысяч человек, чтобы вернуть компромат, какой бы важный он не был!

— На это я тоже задам Вам вопрос. В чем принципиально отличаются случаи с "Афродитой" и "Кассиопеей"? Только в том, что в первом случае нападение было осуществлено силами террористов, а во втором — элитным спецподразделением? И тем, что "Афродита" уцелела? Мало того, в случае с "Кассиопеей" была возможность сохранения жизни людей, если бы операция прошла, как было запланировано. Но все пошло наперекосяк, и жизни людей висели на волоске. В случае же с "Афродитой" ни у кого не было шанса уцелеть, кроме нескольких заранее приготовленных "свидетелей нападения". Несколько тысяч человек правительство Федерации было готово принести в жертву ради "великой цели". Надеюсь, я исчерпывающе ответила на Ваш вопрос о средневековье…

Вопросы следовали один за другим. Пресс — конференция шла уже больше часа, всем хотелось узнать подробности. Такого даже старожилы не помнили уже давно. Выступление Ольги было во всех новостях сенсацией номер один. Кто-то уже связывался с редакциями, остальные внимательно слушали, включив записывающую аппаратуру, а несколько личностей исчезли. Именно те, в которых Ольга предположила сотрудников посольства Федерации. Значит, контора уже в курсе. Интересно, что же теперь они предпримут? Да и будут ли предпринимать? Материалы рассекречены, и пытаться их вернуть, или уничтожить уже нет никакого смысла. Нет никаких сомнений, что это крупнейший провал конторы за последнюю сотню лет, если не больше. А виной всему — ведьма.

Простая ведьма, которая, благодаря усилиям конторы, из никому неизвестной ведьмы, превратилась в Ведьму с "Летающей ведьмы". И из которой так и не удалось сделать Хризантему…

Когда пресс — конференция закончилась, весь зал провожал Ольгу стоя под гром аплодисментов. Она шла, бесконечно уставшая и счастливая. То, что сделала она, войдет в историю. Конечно, наивно предполагать, что ее выступление положит конец этой преступной войне. Но первый шаг сделан. Люди узнали правду…

Дома Ольгу ждал самый восторженный прием. Настя и дети смотрели пресс — конференцию по телевизору. Выступление Ольги произвело фурор и сейчас все каналы телевидения говорили только о нем.

— Оля, ох и встряхнула ты это болото! Давно такого здесь не было! А что же дальше будет? В смысле — на Земле?

— Думаю, пока ничего особо не изменится. Сделают заявление, что это наглая клевета и намеренная дезинформация, произойдут несчастные случаи с некоторыми высокопоставленными чиновниками, замешанными в это дело, ряд необъяснимых самоубийств, кого-то выгонят с работы, кто-то вообще бесследно исчезнет. Но зерна брошены в землю. И скоро они дадут всходы…

Три дня прошли спокойно. Если только это можно было назвать спокойствием. Ольге приходилось принимать многочисленные поздравления, приглашения на телевидение, просьбы об интервью и прочем. Поздравила ее даже Верочка. Причем, совершенно искренне. Посмотрим, как сложатся с ней дальнейшие отношения, но убирать ее от Хризантемы, похоже, не собираются. Не ее вина, что она не смогла выполнить задание.

А больше такого агента в ближайшем окружении Хризантемы нет. Вот и пусть присматривает за ней…

На утро четвертого дня, к особняку сестер Миллер, подъехал знакомый автомобиль со служебным номером. Ольга и Настя недавно проснулись после бурно проведенной ночи, прошедшей в соответствии с советами, изложенными в древнем японском трактате об искусстве любви, и который они теперь внимательно изучали и внедряли в жизнь. Причем обе сразу поняли, что японцы в этом деле были далеко не дураки. И вот сейчас Ольга и Настя сидели за столом, пили кофе и делились впечатлениями, когда внезапный приход Эльзы оторвал их от этого занятия.

— О-о-о, Эльза, доброе утро! Давай, присаживайся, кофейку попьем!

— Доброе утро, девочки. От кофе не откажусь. Но, Оля, у меня к тебе серьезный разговор.

— Так вот, давай за кофе и обсудим!

Какое-то время было тихо, Эльза воздала должное благородному напитку. Такой кофе, какой заваривала Настя, не мог готовить в округе никто. Подруги терпеливо молчали.

Обе хорошо понимали, что неспроста к ним с утра пораньше нагрянул начальник государственной тайной полиции… Наконец, Эльза нарушила молчание.

— Оля, у меня для тебя две новости. Плохая и очень плохая. С какой начать?

— Давай с очень плохой.

— В правительстве Федерации кризис, произошел ряд непонятных самобийств и несчастных случаев со многими чиновниками высшего ранга. Твое выступление объявлено клеветой, и Федерация требует твоей немедленной выдачи. Все материалы, которые ты безвозмездно передала средствам массовой информации, объявлены фальсификацией.

— Было бы странно, если было наоборот. И зачем ты нам это рассказала? Хочешь дать нам время удрать?

— Оля, не надо думать обо мне хуже, чем я есть. Никто вас выдавать не собирается. Просто, если бы правительство Федерации молча проглотило эту оплеуху, то с ним бы перестали считаться. Вот они и вынуждены соблюдать правила игры. Теперь перехожу к плохим новостям. Оля, твоя деятельность в составе "Экспедиционного корпуса" подходит к пределу, за которым начнется нарушение местных законов. А здесь мне уже будет трудно закрывать на все глаза. Не забывай, что надо мной тоже есть начальство. Тот же президент республики. И я не смогу объяснить ему все твои художества.

— И что же нам делать? Срываться отсюда и бежать?

— Зачем? Я хочу предложить тебе работу.

— Но какую?!

— Прежнюю. Ту, с которой ты справлялась с блеском до сегодняшнего дня. Только без этой "водочно — сигаретной" составляющей. Мне, наконец-то, удалось убедить всех, что в составе государственной тайной полиции необходимо создание специального департамента по борьбе с пиратством и терроризмом. И лучшего начальника этого департамента, чем ты, я не вижу.

Ольга молчала и растерянно смотрела то на Эльзу, то на Настю. Уж чего, а этого она никак не ожидала. Просто, чтобы нарушить паузу, спросила.

— И как же это все будет выглядеть?

— Уже заготовлен приказ о назначении тебя начальником департамента и присвоения чина генерал-майор государственной тайной полиции. Когда-то, шесть лет назад, ты назвалась им, чтобы поставить на место чинушу в погонах. Теперь пришло время стать им…

Стройная высокая женщина, мерно стуча каблучками, поднималась по парадной лестнице. С иголочки пошитый черный мундир — прямая юбка и китель с погонами генерал-майора идеально облегали стройную фигуру. Пышные, иссиня черные волосы, выбиваю- щиеся из под форменной пилотки, ниспадали на плечи… Она усмехнулась, вспомнив восклицание Насти, когда впервые надела генеральский мундир.

— А Вам идет, Ваше жандармское превосходительство!

Судьба снова закружила Ольгу, подбросив такие сюрпризы, о которых она даже не пред- полагала. Медсестра Ирина, учившая ее жизненным премудростям в клинике много лет назад, как в воду глядела. Неизвестно, насколько долгой будет ее жизнь, но вот интерес- ной и богатой на события — это уже ясно. Начальник департамента государственной тайной полиции по борьбе с пиратством и терроризмом, генерал-майор Ольга Миллер, приступила к своим новым обязанностям. И очень скоро пираты на звездных дорогах, и террористы почувствовали это.

Глава 15

Служебный автомобиль подъехал к президентскому дворцу. Вышедшая из него женщина направилась к главному входу, и охрана ее беспрепятственно пропустила. В приемной уже ждали, сразу доложив президенту.

— Господин президент, к Вам начальник тайной полиции, генерал Эльза Кумметц.

— Пусть войдет.

Эльза проследовала в кабинет и сразу поздоровалась, едва только переступила порог.

— Доброе утро, господин президент!

— Доброе утро, сестренка! Давай без церемоний, мы одни. Как там дела в твоей конторе?

— Дела идут, и весьма неплохо. Что именно тебя интересует?

— Как там работает твое пополнение? Меня уже завалили кучей жалоб от "уважаемых людей". Лучшая характеристика для полицейского. Значит, твоя протеже многим прищемила хвост.

— Вот именно. Впервые тайная полиция заработала в этом направлении, как надо. Раньше мне постоянно связывали руки эти самые "уважаемые люди". Полностью разгромлены нацики из "Национального фронта", ликвидировано огромное количество пиратских банд и нанесен удар по самим основам этого преступного бизнеса. В ходе следствия вышли на такие фигуры, что неудивительна реакция этих "уважаемых людей".

А Ольге на них наплевать. Она делает, что надо, и уже даже некоторых из этих типов взяла за хобот, когда они сильно зарвались. И я ей в этом помогу.

— Кстати, как тебе удалось приручить эту дикую кошку? Ведь она уже покусала и поцарапала очень многих.

— Это не кошка, это самая настоящая дикая тигрица. А чем можно приручить тигрицу?

Только лаской. Я учла все ошибки моих предшественников. Они наломали столько дров, что порой я диву давалась. Людвиг, ни в коем случае нельзя д а в и т ь на ведьму. Тем более на ведьму, нарушившую Запрет. Это может очень плохо кончиться. Ты и сам это понимаешь, тебе не надо ничего объяснять.

— Да понимаю… Ведь мы оба, Рожденные нарушившей Запрет… Наша мамочка постаралась… Но не знаю, как ты, а я ей за это благодарен. А эти непонятные несчастные случаи со смертельным исходом среди "уважаемых людей"? Когда они загинаются от неизвестной причины? Сестренка, колись. Опять балуешься "ударом молнии"?

— Братец, и все тебе надо… Тебе нужен порядок в государстве? Тебе нужна крепкая государственная власть, на которую не смогут влиять всякие "уважаемые люди"? Вот мы, на пару с Ольгой, это и обеспечим. А каким образом, тебя это не касается. Сам знаешь, что подобные типы для закона недосягаемы.

— М-м-да… Вы нашли друг друга… Ладно, не буду вмешиваться в эти ваши ведьмины дела. Работайте только аккуратнее… Но до сих пор не пойму, как тебе удалось ее уговорить. Из офицера флота сделать жандарма. И хорошего жандарма.

— А очень просто. Это Ольге Шереметьевой терять было нечего. А Ольге Миллер есть, что терять, и притом очень много. Свою компанию она сохранила, просто сейчас руководят ей подставные лица. Плюс ее подруга и дети. Плюс врожденное чувство справедливости и неприязни ко всякого рода отморозкам, какое бы положение они не занимали. Плюс редкая злопамятность. Сама первая никому гадость не сделает, но если сделают ей, то я этому человеку не завидую. Достанет со дна морского. Как видишь, прекрасные качества для полицейского. Ну и кроме этого, я предложила ей тот участок работы, какой 1она и занималась все последнее время. Борьбой со всякого рода мерзавцами, кто промышляет разбоем в космосе. А у Ольги, еще со времени ее работы в торговом флоте, с этой публикой старые счеты. У нее, как это ни странно звучит, есть свой кодекс чести, который она никогда не нарушала. Да, она была махровым контрабандистом. Но она не пират. Не разбойник с большой космической дороги, для которого чужая жизнь ничего не стоит.

Я внимательно проследила всю ее деятельность за время работы в "Экспедиционном корпусе" контрабандистов. Она никого никогда не убивала просто так, без причины.

И ни разу от ее руки не погиб ни один посторонний человек. Согласись, редкое качество для преступника, занимающегося таким родом деятельности. Ну, а когда пришло время собирать камни и я явилась к ней со своим предложением, то мне не пришлось ее пугать, как это делали идиоты из МГБ Федерации. Я просто немного сгустила краски. Только и всего. И этого хватило. Мы, все-таки, подруги. И мне такой помощник в моей конторе необходим. А ведьмы, мой дорогой Людвиг, на дороге не валяются. Я наблюдала за ней все эти шесть лет. С самого момента, когда она засветилась на "Афродите". А теперь пришло ее время. Тебе лучше иметь двух ведьм в своей команде, чем одну. Не смотря на все мои способности, довольно трудно было расчистить тебе дорогу к президентскому креслу. Пришлось даже кое — кого… Ладно, это к делу не относится. Это все ваши политические интриги.

— Ох, Эльза… И что ты такое говоришь…

— Людвиг, не прибедняйся. Можно подумать, ты ни о чем не догадывался. Уж дураком ты никогда не был.

— Ладно, проехали. Я в твои дела не лезу, поступай, как считаешь нужным. А с этой маленькой бестией проблем не будет? Я имею ввиду ее дочку. Как вспомню, что она творила, кровь стынет в жилах. А ведь она, как и ты — Рожденная Нарушившей Запрет. И я слишком хорошо знаю, что это такое. Не дай бог, ее мамочку обидят. Сожрет с потрохами…

— Не бойся, братишка. Всего тебе сказать не могу, но поверь на слово. Проблем не будет.

Никто ее мамочку обижать не собирается, а если кто, сдуру, попытается обидеть, то и сама мамочка разберется, терпеть не станет. А вообще, конечно, ты прав. За девчушкой нужен глаз, да глаз. Хорошо, что Ольга нашла с ней общий язык. Потому, что хоть она еще и маленькая, но ведьма — всегда ведьма! Тем более, Рожденная Нарушившей Запрет.