Annotation

Это НЕ фанфик на EVEonline, Игоря Хорта и иже с ним. Хотя, признаюсь честно, именно тексты на эту тематику и послужили побудительным мотивом. Но! В игру я НЕ ИГРАЛ, поэтому мир EVEonline могу представлять только по фанфикам. Сами понимаете, это полная чепуха. Поэтому и родилась попытка, используя элементы, так сказать, декора, написать нечто "в стиле". В стиле фанфиков на игру, а не самой игры.

- Ефименко Дмитрий Евгеньевич.

- ЧАСТЬ 1.

- Глава 1.

- Глава 2.

- Глава 3.

- Глава 4.

- Глава 5.

- Глава 6.

- Глава 7.

- Глава 8.

- Глава 9.

- Глава 10.

- Глава 11.

- Глава 12.

- Глава 13.

- Глава 14.

- Глава 15.

- Глава 16.

- Глава 17.

- ЧАСТЬ 2.

- Глава 1.

- Глава 2.

- Глава 3.

- Глава 4.

- Глава 5.

- Глава 6.

- Глава 7.

- Глава 8.

- Глава 9.

- Глава 10.

- Глава 11.

- Глава 12.

- Глава 13.

- Глава 14.

Ефименко Дмитрий Евгеньевич.

Изыскатель-мусорщик

ЧАСТЬ 1.

Глава 1.

Тот, кто жаждет себе абсолютную память, или лукавит, или не совсем понимает, чего хочет. Хотя, знай, Иван заранее, что случится такая беда, может, и смог бы подготовиться. Вот только, когда закрываешь глаза во дворе родного дома, а открываешь их в совершенно непонятном месте, то первая мысль, приходящая в голову, будет до безобразия банальной: «Где я?». А когда ответа на этот вопрос не обнаруживается, то вторая мысль тоже не блещет оригинальностью: «А что было?». Вот при ответе на этот вопрос Иван и обнаружил, что легко вспоминает такие вещи, о наличии которых в своей голове даже не подозревал. И, если четкое знание, что в последний момент его пребывания в родном дворе, в доме было освещено семьдесят четыре окна, еще как-то укладывался в представления о возможностях собственного разума, то воспоминания о белых в синий горошек трусиках восьмиклассницы, по которой скользнул взгляд в момент погони за приятелем Лехой, в подобные представления не вписывались. Возможность стукнуть Леху портфелем по горбу требовала от второклассника полной сосредоточенности. А трусиками он стал интересоваться значительно позже. Не успела эта мысль оформиться в голове, как новая память тут же услужливо напомнила, когда именно произошло столь знаменательное событие.

Такие выбрыки памяти отвлекали от поиска ответов на главные вопросы. И Иван постарался привести мысли и воспоминания в порядок. Упрямства ему было не занимать. Если, даже, армейские деды поняли, что есть некий предел, до которого упертого салабона лучше не доводить…. Правда, деды были ленивыми, а часть довольно продвинутой, так что, Ивану удалось отделаться малой кровью. Как бы там ни было, собственные мысли привести в порядок оказалось не в пример проще. Попутно Иван отметил, насколько ясная у него голова. Никаких последствий, несомненно, бессознательного состояния.

Когда мысли и воспоминания упорядочились. Родилась очередная «гениальная» идея: перестать пялиться в странный потолок, а осмотреть остальное помещение. Сделав попытку принять сидячее положение, Иван был ошеломлен реакцией своего загадочного ложа. При первом же движении человека, оно мягко трансформировалось в кресло. Повернувшись при этом на девяносто градусов влево. Беглого осмотра помещения хватило для появления у Ивана стойкого убеждения в том, что он находится в кабине космического корабля. Справедливости ради он поправил сам себя, что это помещение может оказаться и рубкой какой-нибудь футуристической подводной лодки.

– Имеется информационный пакет для пассажира. Активировать? – Раздался явно искусственный голос.

– Машу вать! – Даже в такой ситуации Иван по благоприобретенной привычке использовал не самые экспрессивные обороты. Просто однажды, будучи пойман на матерщине, подросток постиг истину, что не все, что делается через задницу, плохо. Особенно, если ремнем и за дело.

– Команда не принята. Повторяю. Имеется информационный пакет для пассажира. Активировать? – Сомнений у Ивана не осталось – говорил, явно, компьютер.

– Активировать. – Поспешил согласиться парень.

– Команда не принята. Повторяю…

И тут до Ивана дошло, что говорит-то компьютер не по-русски! Хотя и абсолютно понятно. Почти не напрягаясь, Иван ответил на том же языке:

– Активировать.

Серая поверхность большого, полтора на полтора метра, центрального экрана растаяла, словно открывая окно в соседнюю комнату. Импозантный мужчина, одетый в стиле «Шерлок Холмс отдыхает у камина», дал Ивану несколько секунд себя рассмотреть и только после этого начал говорить. Говорил он на том же языке что и компьютер.

Со слов неизвестного выходило, что Ивана похитили инопланетяне. Цели похищения и почему выбор пал именно на Ивана, инопланетянин объяснять отказался, заявив, что цели и причины существуют, но для Ивана роли не играют. А конкретно в данный момент специальный сверхскоростной курьерский корабль уносит землянина в космические дали к новой жизни. Похититель проинформировал, что в качестве стартового бонуса Ивану слегка подправили организм. Кроме того, в искусственный интеллект корабля загружена ознакомительная база по тому государству, на территории которого землянину предстоит легализоваться. По самому процессу легализации инопланетянин лишь многозначительно заявил, что все будет зависеть от самого Ивана, а о таких стартовых возможностях может только мечтать девяносто девять процентов гуманоидного населения обитаемого космоса.

В самом конце своего спича, весьма смахивающего на впаривание лоху путевки в Турцию по цене Арабских Эмиратов, инопланетянин поведал, что на корабле у Ивана пассажирский или иначе, гостевой допуск. Кроме рубки он может посещать санузел и тренажерно-развлекательную каюту. Искин никаких сведений навигационного характера, кроме времени полета, Ивану не предоставит и ни на какие команды, кроме просьб о выдаче еды и разрешенной информации, реагировать не будет.

– Козел! – Иван от избытка чувств снова перешел на русский.

Естественно, никакой реакции не последовало. Тяжело вздохнув, парень приказал искину повторить сообщение. А потом, еще раз. И еще раз. Только после пятого просмотра, Иван сдался и признал, что ничего эдакого из речи инопланетянина ему понять не удастся. Похититель сказал ровно то, что сказал. И ни битом больше.

Где-то в пространстве.

Вызывающий импульс внепространственной связи для управляющего интеллекта Имперской Базы был явление не уникальным, но и не рядовым. Не тратя на раздумья и наносекунды, искин отправил согласие на открытие канала. Если бы кто-то смог подключиться к каналу связи и ускорить свое восприятие до скорости общения двух мегаискинов, то стал бы свидетелем занимательного разговора.

– Привет. – В образе приславшего вызов, без труда можно было опознать похитителя Ивана. Похоже, эта визуализация у него была любимой.

– Хм. Ну, если ты так хочешь…. – Рябь виртуальной реальности сопроводила появление второго абонента. – И не жалко тебе энергию тратить на такие глупости?

– Сколько там ее тратится! – Отмахнулся похититель Ивана.

– Ближе к делу. – Строго произнес образ второго искина.

– Просьба у меня к тебе. – Вздохнул первый. – Свяжись с Труэнором. Я тут в его зону человека одного отправил….

– …. – Выругался собеседник и опустился в материализовавшееся кресло. – Ну, что ж тебе неймется-то?! Я и так, фактически, единственный, кто готов спокойно с тобой общаться, а ты еще и без спроса в чужую зону ответственности лезешь! Вот удивительно! Как был ты авантюристом при жизни, так и остался им после… гм, реинкарнации. По-моему, Создатели перестарались, копируя твою матрицу сознания. – Получив в ответ лишь пожатие плечами, собеседник иванового похитителя спросил. – Что хоть за человек? И куда ты его отправил?

– Ну, человек как человек. У меня под боком почти семь миллиардов похожих. Я ему из интереса двести восемнадцатую серию ввел. А он возьми и усвой ее полностью.

– Что-о-о?!

– Вот и отправил я его на «Выжгар».

– Ты – полный псих! Ты хоть понимаешь, ЧТО означает усвоение человеком двести восемнадцатой серии?!

– Ровным счетом ничего. Если он не получит нужного образования. Свяжись с Труэнором, пусть даст искину «Выжгара» команду на максимальное содействие.

– …. …. – Личностная составляющая искина перевесила холодную логику. – Я свяжусь. Я свяжусь не только с Труэнором… Ты…!

Глава 2.

Две недели полета прошли донельзя скучно. Трижды просмотренная подборка видов новой родины страдала такими информационными пустотами, что в пору было заподозрить самого похитителя в невладении вопросом. Несколько раз на фоне скуки и отсутствия информации на Ивана накатывала хандра. Очень хотелось домой. От совершения различных глупостей останавливало четкое осознание того, что максимум, на что он способен, так это сломать что-то. Парень отдавал себе отчет, что для возвращения у него, просто, не хватит знаний. Твердо пообещав самому себе, что сделает все, чтобы найти и набить морду своему похитителю, Иван постарался отогнать тоску в самые дальние закутки души.

Некое разнообразие в монотонное метание Ивана по трем крохотным помещениям курьера внесла случайно всплывшая информация о том, что полет происходит с перегрузкой в две стандартные единицы или одну целую девяносто пять тысячных единиц планеты пассажира. Не испытывавший ни малейшего дискомфорта, а потому, обалдевший от такого известия, Иван попытался выяснить как такое возможно. Но и в этом вопросе его ожидало горькое разочарование. Трансформенное кресло-кровать в рубке обладало лишь зачаточными диагностическими способностями, а искин то ли был не в курсе, то ли имел распоряжение не распространяться на эту тему.

Как бы там ни было, две недели прошли и в один прекрасный день искин курьера велел пассажиру занять кресло для пущей безопасности при финишном маневрировании. Просьбы включить внешний обзор дурацкий компьютер проигнорировал. Сидеть в кресле и пялиться на темные экраны было скучно, но после пары рывков с перегрузкой явно большей двух «же», Иван вспомнил истину, что инструкции не просто так пишутся.

Потом наступила легкость. Иван не успел понять это уже невесомость или только окончание перегрузки, как был плотно спелёнут чудо-креслом. Последним, что он почувствовал, был легкий укол в плечо.

В очередной раз из беспамятства Иван вышел в каком-то саркофаге с прозрачной крышкой. Не успел парень понять, что обездвижен и припомнить старую шутку про хорошо зафиксированного пациента, как раздался приятный мужской голос.

– Искусственный Интеллект Учебного Центра ВКС Империи «Выжгар» приветствует вас!

– Э-э-э…. Ну, и наше вам, с кисточкой. – Несколько нервно ответил на приветствие Иван.

Искин сделал едва заметную паузу, пытаясь, видимо, переварить столь нестандартное приветствие.

– Вы находитесь в универсальном медицинском комплексе УМК-5В для процедуры установки нейросети и соответствующих имплантов. По результатам обследования вы признаны неограниченно пригодными к любой из специальностей, обучение которым происходит в Центре. Поэтому возникла необходимость осознанного выбора. Искин «Выжгар» готов предоставить всю необходимую информацию для скорейшего принятия вами решения.

– Ох, ё! – Задумался Иван.

Из речи очередного искина выходило, что он попал на станцию космических вояк. По крайней мере, иного толкования аббревиатуры «ВКС» у парня не возникло. Получалось, мало того, что его не спросясь записали в армию, так и собирались чего-то там устанавливать. Какие-то нейросети и импланты. Кадры из голливудских фильмов вереницей пробежали перед глазами. Если верить «фабрике грез», то в соотношении семьдесят на тридцать герои фильмов были довольны наличием внутри себя любимого крутых девайсов. Правда, попутно возникла мысль, что верить американскому кино, значит, самому себе поставить диагноз. Но за неимением других ориентиров, можно было принять и такие.

Из положительных моментов стоило отметить возможность выбора будущей специальности. А это явно намекало, кричало, можно сказать, о необходимости получить как можно больше информации. Чем Иван и решил заняться.

– Э-э-э, искин…. Или тебя называть «Выжгар»?

– Приемлемыми являются оба варианта. – Ответил искин.

– Ну, так вот. У меня куча вопросов. И первый, а если я не хочу становиться военным? ВКС, как я понимаю, это военно-космические силы империи Аурун?

– Учебный Центр «Выжгар» не имеет отношения к империи Аурун, а являлся подразделением ВКС Империи, в обиходе именуемой Старой. Выведен из состава флота за два года до Вентерийского инцидента, послужившего отправной точкой распада Империи. Подробности можно узнать из базы по современной истории.

– Э-э-э…. – Похоже, что подобный звук станет для него на сегодняшний день фирменным, решил Иван и уточнил. – Так, кем я буду-то?!

– Функция разработки легенды для внедрения в общество предусмотрена моими настройками.

– Так я не первый? А где остальные? Они тоже земляне? – Зачастил Иван, ухватившись за слова искина.

– Информация о курсантах Учебного Центра «Выжгар» после частичной расконсервации комплекса является строго конфеденциальной и требует определенного уровня допуска. – Обломал надежды парня искин.

– Блин! – Иван погрустнел, но быстро собрался и перешел к другим вопросам. – Поправь меня, если я ошибусь. Кто-то расконсервировал Учебный Центр ВКС какой-то Старой Империи и теперь что-то делает здесь с разными людьми, после чего засылает их в империю Аурун?

– Отмечаю две неточности в вашем утверждении. Первое. В Учебном Центре «Выжгар» производится подготовка, обучение и тренировка по специальностям, востребованным как в военной, так и в гражданской сфере. Термин «что-то» считаю не применимым к деятельности Учебного Центра. – У вытаращившего глаза Ивана сложилось полное впечатление, что искин обиделся. – Второе. У меня есть полная возможность разработать легенду для внедрения не только в империю Аурун, но и в остальные государственные образования человеческой части обитаемого космоса.

– Круто! – Искренне оценил Иван. – И чем я должен буду там заниматься? Надеюсь, не революциями?

– Все мероприятия Учебного Центра направлены лишь на первоначальное вливание выпускника в структуру выбранного им общества и не несут никаких директивных программ его деятельности.

– Еще круче! – С одной стороны, такой ответ не мог не радовать, а с другой…. – Хм. Ну, тогда давай разбираться по порядку.

По порядку выяснилось много интересного. С заметными менторскими интонациями искин поведал, что человеческий мозг весьма нерационально использует свои возможности. И в седой древности с целью устранения этого недостатка был разработан нейро-био-кибернетический имплант, получивший устойчивое наименование «нейросеть». Первые нейросети, фактически, несли только функцию прямого управления компьютерной техникой. Но, по мере совершенствования, первоначальная функция стала лишь вспомогательной, хоть и неотъемлемой. Выяснилось, что имплантация нейросети в определенные точки человеческого мозга позволяет задействовать его резервы не только для подсознательного, но и для сознательного использования.

Дальше, больше. Совершенствование интерфейса нейросети позволило создать не ее основе полноценный виртуальный интеллект, использующий ресурсы мозга. И выяснилось, что казавшиеся безграничными, ресурсы мозга и организма в целом совсем не бездонны. Что и привело к возникновению различного типа имплантов. От простейших кибернетических, до неимоверно сложных био-кибернетических симбионтов. Постепенно сложилась простая и интуитивно понятная градация типов нейросетей, а затем и комплексов «нейросеть-импланты».

А еще, новые возможности человеческого разума позволили создать такую уникальную вещь, как Профессиональные Базы Знаний. В первый момент Иван совершенно не оценил обилие заглавных букв в названии, как ему показалось, всего лишь, крутых учебников. Но искин Учебного Центра поспешил просветить варвара. Вот после этого парня проняло до печенок! Древние инопланетяне умудрились в кристалл размером с мизинец загнать не только теорию, но и ПРАКТИКУ. Не какие-нибудь примитивные обучающие фильмы или тренировочные программы, а полную моторику и способ мышления человека. Освоение ПБЗ приводило не к появлению юноши с дипломом, а к возникновению из ничего ПРОФЕССИОНАЛА со всеми навыками работы.

– Подожди, подожди! – Решил уточнить ошарашенный Иван. – Это что же получается? Закачал себе в башку какую-то там базу и, бац, стал готовым мастером? И учиться больше не нужно?

Услышав ответ искина, Иван испытал иррациональное облегчение от факта, что не все так просто с этими волшебными ПБЗ. Оказалось, что на изучение, а вернее сказать, освоение даже одного ранга, ступени или уровня одной ПБЗ требуется определенное время. Которое с каждым новым рангом растет едва ли не в геометрической прогрессии. А на приличную профессию таких баз нужно от двенадцати до двадцати четырех. Желание завидовать халявщикам-инопланетянам у Ивана резко пропало. А искин продолжал развеивать едва зародившиеся мечты парня об одномоментном превращении в крутого спеца.

Как говорил кто-то из классиков, критерием истины является практика. Вот и с ПБЗ выходило то же самое. Мало было «закачать» нужную базу в мозги, нужно было ее еще и освоить. То есть, хотя бы виртуально, применить полученные знания и навыки в деятельности. Иначе, выходил пшик. Нет, знания не исчезали, и с помощью нейросети их можно было вытащить на свет в любой момент. А вот навыки пропадали. И для их возвращения приходилось заниматься «разучиванием» заново. Вот и превратились местные учебные заведения в своеобразные тренинговые центры, где нормальных преподов сменили кураторы-администраторы, медики, тренеры и техники. В зависимости от индивидуальных особенностей организма за три-пять лет человек мог выучить профильные ПБЗ до пятого, а то и шестого уровня. Что моментально делало его крайне востребованным на рынке труда.

Вот только, стоило это «удовольствие» мама не горюй! И, соответственно, было доступно весьма ограниченному количеству разумных индивидов. Для среднего класса был и другой путь. Можно было потихоньку учить ПБЗ в домашних условиях и ходить в один из Общественных Центров Сертификации для тренинга и подтверждения результатов. По деньгам выходило значительно дешевле, а по рангу баз, времени на освоение и престижу – на порядок хуже. Ну, и совсем печально обстояли дела у малоимущей части населения: бесплатная базовая нейросеть и примитивные ПБЗ первого-второго уровня.

Когда Иван поинтересовался, какого уровня обучение может предоставить Учебный Центр «Выжгар», то искин гордо сообщил, что, фактически, уровень оборудования, расходных материалов и ПБЗ не уступает частным клиникам высочайшего ранга, где устанавливают индивидуальные комплексы по совершенно астрономическим ценам. Нет, количество нулей, названное искином, Ивана впечатлило. Только соотнести названную сумму с реальными деньгами парень пока не мог.

Глава 3.

– Может ты, наконец, выпустишь меня из этого саркофага! – Потребовал Иван, когда искин закончил свои пояснения. – Надоело тут валяться, словно мумия.

– Прошу прощения, но все время нашей беседы продолжался процесс диагностики. Это необходимо для уточнения индивидуальных настроек аппаратуры. – Сообщил в ответ искин. – К тому же, о вашем появлении не было сообщено заранее, поэтому процесс расконсервации необходимых помещений еще не завершен.

– Вот жешь! – Ругнулся Иван, возмущаясь, скорее, из принципа, чем по какой-либо причине. Никаких неудобств от лежания в медкапсуле он не испытывал.

– Так, с теорией более менее понятно. А что конкретно обо мне? Что ты можешь мне предложить? – Перешел к волнующему его вопросу Иван.

И хотя дома он предпочитал фэнтезийную литературу, но энное количество космической фантастики прочитал. К тому же, подспудно он не отказался от мысли разыскать Землю и вернуться домой. А, уж, желание набить морду своему похитителю, хоть и уменьшилось от количества предполагаемых «плюшек», но тоже никуда не делось. Поэтому, для себя Иван решил, что его дальнейшая деятельность должна быть связана с космическими полетами.

Искин еще раз подтвердил, что по своим показателям Иван способен освоить любую из имеющихся в загашнике Учебного Центра специальностей и принялся перечислять. Состояние Ивана по мере этого перечисления можно было характеризовать одной фразой: «Дайте всего и побольше!» А когда искин неуверенно добавил, что согласно предварительным данным возможна установка комбинированной нейросети по стандартам Первой Империи, парень был готов, фигурально выражаясь, выпрыгнуть из штанов.

– Так, так, так! – Успокаивая самого себя, принялся рассуждать вслух Иван. – Я так понимаю, что, если установить мне, скажем, нейросеть и импланты класса «Пилот», то и остальные базы я с ними смогу учить? И работать смогу не только пилотом?

– Да. – Подтвердил искин. – Но я бы хотел сначала услышать ваши предпочтения. Это также поможет в разработке легенды.

– А тут все просто! – Мысленно загибая пальцы, объяснил искину Иван. – Однозначно, я должен уметь пилотировать космические корабли. Такие, чтобы могли летать так же далеко, как и курьер, который меня привез. Это раз. Два – это умение защищаться с оружием и без. Дальше. Починка техники. Еще, экономические знания. Ну, купи-продай, но на хорошем таком уровне. А, чуть не забыл! И медицина нужна будет. Хм. Тогда и психология. Или она в медицину входит?

– Элементы ПБЗ «Психология» входят во все основные ПБЗ как боевой, так и экономической направленности. – «Успокоил» искин.

– Ну, вот такой вот минимум. – Улыбнулся Иван. – А дальше будем поглядеть. Кстати, а можно меня будет сделать вольным бродягой космоса?

– Под подобное определение попадают три категории лиц. – Тут же проинформировал искин «Выжгара». – Пираты, вольные торговцы и изыскатели. Категория «Контрабандисты» не является самостоятельной и к рассмотрению не принимается.

– Чет пираты мне не очень нравятся. – Скривился Иван. – Вольные торговцы оно, конечно…. Ну, не знаю. А вот изыскатели – это очень интересно! Если я, конечно, правильно понимаю смысл этого слова.

– В соответствии с данными обследования и вашими пожеланиями я могу рекомендовать следующее. – На прозрачном колпаке саркофага засветилась какая-то схема. – Имеющаяся в Учебном Центре аппаратура позволяет проводить эффективное раскрытие нейросети любого типа на пятьсот двенадцать точек и выполнять сопряжение разных типов нейросетей в пределах десяти-двенадцати процентов. С учетом ваших пожеланий предлагаю сопряженную установку следующих нейросетей стандарта империи Аурун: «Пилот-256», «Боец-128» и «Инженер-128». Кроме сопряжения указанных нейросетей между собой, предлагаю доминирующую установку нейросети стандарта Первой Империи «Тактик».

– Охренеть! – Честно признался Иван, глядя, как непонятная схема на крышке саркофага расцвечивается разными красками. – И что?

– По расчётам подобная комбинация способна дать прирост Интеллектуального Потенциала в двести тридцать четыре стандартные единицы. Что в итоге даст окончательный ИП в четыреста пятьдесят три СЕ. – Доложил искин.

– Круто! Теперь бы еще понять, много это или мало. – Фыркнул Иван.

– Граждане империи Аурун с природным ИП от двухсот двадцати единиц и выше находятся на полном государственном обеспечении и считаются имперской элитой. За граждан с ИП от 170 до 220 СЕ происходит борьба множества заинтересованных организаций. Природный Интеллектуальный потенциал от 120 до 170 СЕ позволяет обладателю рассчитывать на хорошо оплачиваемую должность среднего звена в любой корпорации обитаемого мира. – Провел ликбез искин.

– Вау! Реально круто! – Уже без сарказма обрадовался Иван.

– В комплекте с перечисленными нейросетями предлагаю установить…. – Речь искина на мгновение прервалась. – Поправка. Установка стандартных имплантов комплекса «Пилот», «Боец» и «Техник» не дадут ожидаемого прироста характеристик организма из-за высоких начальных значений. Предлагаю установку комбинированного биотехнологического симбионта «Дракон» по классификации Первой Империи.

– И?

– Сразу после установки КБТС «Дракон» обеспечит двенадцатипроцентное увеличение сопротивляемости тканей организма нагрузкам, тридцатидвухпроцентное ускорение реакции и четырнадцатипроцентное улучшение координации. Что в сумме с запасом перекрывает требования к элитным пилотам империи Аурун и соответствует стандартам Императорской Гвардии Первой Империи. После изучения некоторых необходимых ПБЗ пользователь сможет активировать и дополнительные функции КБТС «Дракон».

– Мать моя женщина! – У Ивана окончательно пошла кругом голова от количества обещанных «ништяков».

– Продолжаю….

– Еще что-то?!

– Предлагаю использовать три импланта «Память –100» и имплант «Вычислитель-ИР». Использование имплантов «Память» позволит не задействовать ваш мозг для хранения ПБЗ и освободит его для более эффективного их освоения. Имплант «Вычислитель-ИР» в сочетании с нейросетью «Тактик» позволит производить сложные вычисления на интуитивном уровне и не задействовать на них ресурсы мозга.

– Все? – В окончательном обалдении спросил Иван, тупо разглядывая новые цвета на схеме. – Ну, что я могу тебе сказать…. Я, все равно, нихрена не понял, поэтому, действуй, как считаешь нужным. Идею ты понял, да? Я хочу летать в космосе, быть независимым и, желательно, деньжат зарабатывать. Чувствую, поиски Земли будут очень не дешевыми. Эх!

Глава 4.

Саму операцию по засовыванию в себя любимого всевозможных имплантов Иван, естественно, не запомнил. Как и не почувствовал особых изменений сразу после нее. Разве что, его наконец-то выпустили из медкапсулы, вручили какую-то невзрачную одежонку и провели в каюту. Проделал это забавный дроид-паучок, представленный искином «Выжгара» как многофункциональный дроид обслуживающего класса.

Вот на дроиде и сработала первая новая «опция». Вернее, целый пакет опций, от которых Иван надолго впал в прострацию. А началось все с того, что проведя парня в каюту, дроид застыл около люка, словно чего-то ожидая. Не успел Иван вопросительно поднять бровь, как в мозгу стали открываться множественные окошки с различными сообщениями.

Установка «Винды» по сравнению с настройкой интерфейса комбинированной нейросети перестала выглядеть тягомотной и долгой. Кое-как выбравшись из вороха новой информации и свернув подавляющее большинство окошек, Иван мысленным приказом отпустил дроида и вышел на связь с искином.

– «Искин, ты меня слышишь?»

– «Функция мыслесвязи активирована». – Доложил искин. – «Начальная адаптация нейросетей происходит в штатном режиме. Рекомендуется прием пищи и дополнительная персонификация настроек нейросети.»

Никаких возражений по такому распорядку у Ивана не было и, по указке искина, он подошел к пищевому комбайну. А вот тут появились и возражения. Ссылаясь на медицинские показания, искин настаивал на некоем высокоэнергетическом коктейле. Ивану же хотелось чего-нибудь посущественнее. Что-нибудь, во что можно было впиться зубами и от души пожевать. Увы, искин был весьма убедительным.

Настройка нейросети с участием искина «Выжгара» не стала быстрее, но стала, хотя бы, понятнее. Где-то в середине процесса Иван потребовал, чтобы в список ПБЗ обязательно была включена «Кибернетика». А в целом, от открывающихся перспектив дух захватывало. Очень хотелось побыстрее чего-нибудь выучить, чтобы испытать функции нейросети на практике. Искин остудил пыл неофита и сообщил, что приступить к загрузке ПБЗ и их освоению можно будет не ранее завтрашнего дня.

Тут Иван заинтересовался продолжительностью суток, да и остальными мерами, принятыми в мире. Оказалось, что на бытовом уровне во всех государствах людей действуют одинаковые меры расстояния и времени, кроме, разве что, суток, месяцев и лет. По некоторому размышлению Иван и без подсказок понял, с чем это связанно. В остальном, местные стандарты мало отличались от земных. Тут же оказалось, что и язык в человеческих мирах, практически, одинаковый. Мало того, является искусственным языком. На Земле Иван лишь краем уха слышал об эсперанто, но сама идея удивления не вызвала.

Удивление вызвало другое. Иван поинтересовался у искина Учебного Центра, откуда он, Иван, знает этот самый язык. В ответ искин заявил:

– Языковая матрица наложена на высочайшем уровне. Без сложного анализа определить, что унияз не является вашим родным языком невозможно. Однако, учитывая, что такая возможность имеется, предлагаю позже изучить ваш родной язык для поиска соответствия среди языков Потерянных Миров. Это позволит сделать легенду более правдивой.

Естественно, у Ивана возник вопрос, что такое Потерянные Миры. Оказалось, что во времена Первой Империи человеческий ареал не делился на отдельные государства. Но во время Темных Тысячелетий после распада Первой Империи, часть населенных систем откатились в своем развитии до совсем низкого уровня. Системы, сохранившие уровень развития, стали зародышами новых государственных формирований, из которых, в конце концов, родилась империя теперь именуемая Старой. Эта империя уже не являлась единственным государством людей, но была самым сильным из них. Просуществовав около полутора тысяч лет, Старая Империя развалилась в результате политического кризиса. И триста пятьдесят лет назад сложилось сегодняшнее положение дел. Хотя, сложилось, не совсем верный термин, так как, по словам искина, передел территорий продолжается по сей день. В заключение искин сообщил, что более подробные данные можно будет получить из общеобразовательной базы «История».

– Слушай, вот ты все время говоришь, ареал обитания людей, человеческие государства, а что, есть и не человеческие? – Заинтересовался Иван.

– Известно восемь не гуманоидных цивилизаций. Три из них признаны несущими опасность для выживания биологического вида «человек». Две являются соперниками человека в борьбе за ресурсы. Оставшиеся три выступают в роли ведомых у более сильных цивилизаций. Одна у человечества, две – у «чужих».

На этой информации день и закончился.

Глава 5.

А утром начался ад. Вернее, так – начался АД!

Началось все возле того самого саркофага медицинской капсулы. Только антураж вокруг него существенно изменился: пополнился новыми ящиками с мигающими лампочками.

– А зачем медкапсула? – Удивился Иван.

– Для достижения необходимого результата вам необходимо изучить шестнадцать Профессиональных Баз Знаний до шестого ранга, девять – до пятого и тридцать пять – до третьего. – Начал издалека искин «Выжгара». – При использовании стандарта обучение Академии Флота империи Аурун, для вас это займет семь лет. С учетом того, что вы являетесь единственным пользователем комплекса и того, что ваш ИП в данный момент равен четыремстам семи единицам, этот срок можно сократить до двух лет.

– Все равно, долго. – Огорчился Иван, которому совершенно не нравилась перспектива два года провести в замкнутом пространстве Учебного Центра. – Я тут с ума сойду!

– Этот фактор также учитывался при выборе способа обучения. – Подтвердил искин. – Поэтому и было принято решение об обучение стресс-методом с использованием медицинского и информационного разгона организма. Высокие исходные данные организма позволят завершить намеченную программу обучения за шесть стандартных месяцев.

– М-м! – Оценил Иван, начиная подозревать неладное. – И все равно, шесть месяцев в замкнутом пространстве…

– Поверьте, вам будет не до этого. – Казалось, в голосе искина проскочили сочувствующие нотки.

Уже точно зная, что подписался на какую-то авантюру, Иван решительно полез в саркофаг медкапсулы. Решительно и быстро, чтобы окончательно не сдрейфить и не отказаться.

Первую неделю все выглядело достаточно пристойно. Изредка перебираясь из медицинского саркофага в саркофаг физических тренировок, или попадая в свою каюту для принятия твердой пищи, Иван сверял по нейросети реальное время и виртуальное, проведенное под разгоном. Разница составляла не больше восьми часов за всю неделю. Попутно вскрылся нюанс, отнесенный искином Учебного Центра к несущественным. Зловредный компьютер переросток забыл сообщить землянину, что отчет времени на «Выжгаре» ведется в стандарте столичной планеты Старой Империи. А там, между прочим, в сутках оказалось двадцать семь часов.

А дальше пошло по нарастающей. Общеразвивающие занятия и перворанговые базы сменились на специализированные тренировки и базы более высоких рангов. Обещанный искином разгон набирал обороты, и по данным нейросети иногда в сутках оказывалось до пятидесяти восьми виртуальных часов. Но и в моменты «отдыха» искин не оставлял Ивана в покое. Например, в момент пережевывания пищи вполне мог взреветь сигнал тревоги, а на пороге каюты появиться, пусть и виртуально, целящийся в землянина рептилоид. В какой-то момент Иван поймал себя на том, что успел уйти с линии огня, выхватить учебный игломет и поразить цель, не выпуская из другой руки надкусанный брикет армейского рациона. А, уж, задание продать партию без сомнения сбалансированного и очень полезного армейского рациона на сельскохозяйственную планету заставило парня напрягать все свои извилины. При несомненных достоинствах, армейский рацион имел два существенных недостатка: был на 99 % искусственным и имел НЕЙТРАЛЬНЫЙ вкус. Пищевой комбайн кое-как справлялся со вторым недостатком путем усугубления первого.

Искин Учебного Центра постоянно держал Ивана на грани физических и психологических сил, но ни разу не позволил эту грань перешагнуть. Сам землянин только к концу пятого месяца стал немного понимать принципы, по которым каждый конкретный момент времени подбирался учебный материал и скорость его усвоения. Примерно тогда же, Иван понял, что стандартный искин, даже самого навороченного, медико-тренажерного комплекса не в состоянии разработать и воплотить без постоянного контроля со стороны столь сложную индивидуальную программу обучения. И чем лучше землянин это понимал, тем больше вопросов возникало. Почему именно его похитили? Зачем везли из какой-то неимоверной дали именно сюда? Что хотят неизвестные хозяева Учебного Центра получить от него на выходе? Кто, вообще, такие эти самые хозяева?! Вот только, ответов искин «Выжгара» не давал, ссылаясь либо на недостаточный допуск, либо, вовсе, на отсутствие информации. Только по некоторым оговоркам Иван предположил, что его похититель и хозяева «Выжгара», скорее всего, не одно и то же.

Самым, наверное, запоминающимся событием за это время стал первый выход в реальный космос. Несмотря на сотни часов, проведенных на тренажере, Иван дико волновался. Одно дело понимать, что находишься в космосе, и совсем другое – реально оказаться с ним один на один. Смесь мандража и ажиотажа подогревалась мыслями, что он, вполне возможно, является первым землянином, покинувшим пределы Солнечной системы. Хотя, ставить деньги на этот факт Иван не стал бы. Слишком много непонятного в недомолвках искина.

Сменив ставший привычным УЗК-ТК, универсальный защитный комбинезон техника (космический), на пустотный скафандр, Иван машинально проводил процедуру подготовки, попутно вспоминая, какой смех его пробрал, когда он первый раз услышал аббревиатуру УЗК. Тогда он представил, что ему целыми днями придется таскаться по Учебному центру в общевойсковом защитном костюме, сиречь ОЗК, и едва не впал в истерику. Смех сменился искренним уважением. Земному ОЗК до космического УЗК было так же далеко, как бумажному самолетику до сверхзвукового бомбардировщика. Этот комбинезон носили не только техники, но, как понял Иван, и многие другие специалисты во время вахт. Единственным недостатком комбинезона являлся ограниченный ресурс источника энергии. Но, что поделать, за универсальность, легкость и компактность пришлось чем-то заплатить.

Закончив шлюзование, и изо всех сил сдерживая нетерпение, Иван шагнул в вакуум. Выполняя все предписания техники безопасности, постоянно дублируемые нейросетью, он по пустому причальному отсеку добрался до спрятанной в обломках гравиплатформы. Гравиплатформа представляла собой весьма специфический тип космического аппарата. Восемь гравидвигателей, два мощных манипулятора, прикрытое каркасом безопасности место пилота. Минимализм в действии. Гравиплатформа не могла похвастаться скоростью, зато, была весьма маневренна и тяговита. Эдакий космический минитрактор. За что и была любима монтажниками, грузчиками и «мусорщиками». Единственный недостаток гравиплатформы вытекал из ее достоинств: в стесненном пространстве управление платформой становилось делом, поистине, нетривиальным. Взаимодействие гравиполей двигателей с преградами, как правило, приводили к непредсказуемым «выбрыкам». А устанавливать на «трактор» нормальный искин никто и не подумал. Особым шиком считалось, например, промчаться между конструкциями строящейся станции на полной скорости, со всеми включенными двигателями и ни разу не потерять условную горизонталь. Иван хоть теоретически и мог выполнить такой фокус, но здраво рассудил, что первый практический вылет не та ситуация, чтобы выделываться.

Медленно и аккуратно землянин вывел гравиплатформу из ангара и оказался… на свалке. Несколько тысяч лет система красного карлика служила местом для хранения разбитых, списанных, выработавших ресурс и т.д., и т.п., космических аппаратов. Тысячи, а то и миллионы, единиц космической техники, от спасательных шлюпок, до боевых станций планетарной обороны, по самым прихотливым траекториям носились в пространстве. Идеальное место, чтобы спрятать бывший авианесущий линкор, а ныне Учебный Центр «Выжгар».

Медленно отлетев на несколько сот метров от корабля, Иван развернул платформу и принялся рассматривать свое пристанище. Не знай землянин, что все видимые ему разрушения сделаны искусственно и по точным расчетам, однозначно заявил бы, что перед ним куча устаревшего хлама. При облете обнаружилось, даже, место, где в «Выжгар» «врезался» среднетонажный транспортник. Оценив работу неизвестных конспираторов, Иван приступил к выполнению собственной миссии. Ему предстояло перенаправить один из обломков, траектория которого становилась опасной для «Выжгара». У бывшего линкора имелись и дистанционные средства для такой операции, но их применение сопровождалось достаточно заметными визуальными эффектами. Что было нежелательно, так как у свалки имелись хозяева. Вернее, хозяином свалки выступала империя Аурун. Которая и сдала свалку в аренду частной компании. Группа предприимчивых товарищей поставила на поток утилизацию старого космического барахла и имела на этом, пусть и не большой, но стабильный доход.

А где есть что-то, что можно приобрести за деньги, появляются люди, которые это же самое хотят поиметь бесплатно. Особенно, если место, где это что-то можно взять лежит на окраинах обитаемого мира и практически не охраняется. Империя развернула в системе малую призму автоматических спутников вокруг зоны и включила свалку в маршрут патрульного корвета. По большому счету, этого было достаточно, чтобы пресечь крупное разворовывание добра на свалке. А «по мелочи» переться в такую даль было не выгодно. Арендаторы пошли чуть дальше. Чтобы обезопасить себя от подозрений в неучтенных операциях, чтобы не допустить конкурентов, ну и, чтобы присматривать за не до конца дезактивированным «мусором», они расположили еще некоторое количество спутников, но уже по всей системе. Чем, несомненно, усложнили жизнь Учебному Центру «Выжгар».

Вот и пришлось Ивану на слабозаметной во всех диапазонах гравиплатформе, можно сказать в ручную, корректировать траекторию, искореженного прямым попаданием торпеды топливозаправщика. Полет к цели оставил у землянина двойственное впечатление. Одно дело знать теоретически, что космос это пустота, и совсем другое дело, почувствовать это на практике. Зрение, не подкрепленное приборами, начало предавать человека уже на расстоянии несколько сотен метров от «Выжгара». Пустота, темнота и далекие-далекие звезды, кажущиеся картинкой из планетария. Не страдал особой информативностью и примитивный мультисканер гравиплатформы. В привычных себе терминах Иван определил это чудо техники, как помесь телескопа с радаром и инфракрасной камерой. Эффективная дальность мультисканера не превышала трехсот метров. Иван представлял себя человеком, который пробирается по огромной, абсолютно темной пещере со свечкой для торта в руках. Теоретически понятно, что в пещере есть стены, потолок, растут сталактиты и сталагмиты, валяются камни, но темнота надежно укрывает все это богатство. И обнаруживаешь его только тогда, когда утыкаешься носом.

Та часть сознания землянина, которая благодаря нейросети, занималась непосредственно полетом и, тем самым, дала Ивану возможность по-рефлексировать и подумать о высоких материях, подала сигнал о выходе на дистанцию визуального обнаружения. Парень отогнал посторонние мысли и сосредоточился на работе. Громада космического танкера выглядела тенью, закрывающей огоньки звезд, и поражала своим масштабом. На самом деле, пятисотметровый малый танкер был космической букашкой, то есть, относился к малым кораблям, но когда приближаешься к нему на десятиметровой гравиплатформе, то, хочешь, не хочешь, а в голову лезут мысли о слоне и моське. И никакой тренажер не сможет заменить впечатления, полученные «вживую». Недаром, подтверждение рангов пилота происходит только после реального налета определенного количества часов.

Уравняв скорости с мертвым кораблем, Иван еще раз уточнил параметры его полета, особое внимание уделив медленному, но сложному вращению. Пока все совпадало с прогнозом искина. Оставалось аккуратно зацепиться в нужном месте манипуляторами гравиплатформы и несколькими выверенными толчками изменить траекторию разбитого танкера на десяток километров. Что Иван и сделал. Сделал весьма неплохо, судя по едва заметному рывку в момент соприкосновения с танкером. Землянину пришлось пережить несколько не самых приятных минут, пока моська гравиплатформы толкала многотонный танкер. Двигатели работали на полную мощность, а живое воображение рисовало картины не выдержавших нагрузки манипуляторов и вминающейся в корпус танкера гравиплатформы. Иван ругал себя за глупости, которые лезли в голову, и напоминал, что знания и пилота, и техника говорят, что такое невозможно, но воображение парня расшалилось не на шутку.

Наконец, пришло подтверждение от искина «Выжгара», что операция прошла успешно и можно возвращаться. Для возвращения были намечены два пути: прямой и по большой дуге с посещением еще одного скопления разбитой техники. Оценив свое состояние и настроение, Иван выбрал второй вариант. По дороге, с согласия искина, землянин немного полихачил с управлением гравиплатформой, но снова стал предельно аккуратным при приближении к цели. То ли специально, то ли случайно, здесь оказались собраны сверхмалые аппараты. Сверяясь с базой данных, Иван сумел опознать лишь четыре вида из семи: штурмовики времен Старой Империи, истребители ближней зоны Торговой Республики Таон, истребители сопровождения империи Аурун и истребители-штурмовики Республики Фешт. Из оставшихся трех типов, два, явно, принадлежали негуманоидам. Слишком чуждыми человеческому глазу были их формы и пропорции. Технику «чужих» Ивану только предстояло изучать, поэтому он не стал заморачиваться, а сосредоточил свое внимание на последнем неопознанном типе, представленном единственным корабликом.

Неизвестно, как стали бы развиваться события, если бы парень, например, решил осмотреть сначала технику «чужих». Может, не произошло бы вообще ничего, а может…. Как бы там ни было, сосредоточив внимание на неизвестном боевом кораблике, Иван на одних рефлексах рванул свою гравиплатформу в сторону, едва завидев шевеление оборонительной турели. Лихорадочно вспоминая, какое расстояние считается зоной безопасности у кораблей такого класса, Иван увеличил его вдвое и только там перевел дух. Кораблик его заинтересовал, но заниматься им нужно было с совершенно другим уровнем оснащения. Поэтому, землянин направился прямиком на «Выжгар».

Глава 6.

Оставалось ровно две недели до окончания декларированных искином шести месяцев обучения, когда очередной сеанс виртуальной тренировки был экстренно прерван. Выбираясь из тренажера, Иван порадовался, что искину не пришло в голову прервать сеанс разгона. Тогда легким покалыванием в висках дело не обошлось бы.

– Нештатная ситуация. – Объявил искина, едва землянин появился из тренажера. – Произошел конфликт директив и требуется вмешательство человека.

– Да, что случилось-то?! – Удивился Иван.

– Двенадцать часов назад одним из сканеров было обнаружено перемещение в средней зоне безопасности объекта класса «малая шлюпка». Угроза Учебному Центру «Выжгар» отсутствовала. Объект в течение шести часов маневрировал для выхода на остатки автономной боевой платформы ПКО. Предположительная цель – разборка неповрежденных узлов. Анализ маневрирования предполагает управление объектом пилота с рангом пилотирования не выше первого.

– И что? – Поторопил Иван.

– Час назад было зафиксировано срабатывание минимум одной разгонной пушки, после чего энергетический след объекта был утерян. Семь минут назад был принят слабый сигнал, идентифицированный как срабатывание встроенного передатчика пустотного скафандра «Монтажник-4». – Снова пустился в объяснения искин. – Предположительно, пилот покинул шлюпку и пытался демонтировать искин платформы. Что привело к его активации в режиме противодействия захвату.

– Короче! Я так понял, что там кто-то остался без шлюпки в одном скафандре? – Рассердился на дотошность искина Иван. – Что, спасать нужно?

– Противоречие. – Откликнулся искин «Выжгара». – Выполнение директивы оказания помощи противоречит директиве соблюдения секретности пребывания Учебного Центра «Выжгар» в данном районе.

– Вот жешь…! – Выругался Иван. – Что же делать?!

– В случае конфликта директив, решение должен принять человек, обладающий достаточной квалификацией. – Сообщил искин. – В связи с тем, что вы являетесь единственным человеком на борту и ваша квалификация признана условно достаточной, предлагаю рассмотреть возможные сценарии и принять соответствующее решение.

– Черт! – Растерялся Иван.

Первым порывом землянина было немедленно броситься на спасение неизвестного. Но, видимо, учеба даром не прошла. Подавив первый эмоциональный порыв, Иван стал анализировать имеющуюся информацию. Попутно, он злился на искин «Выжгара» за такую «подставу». Принять решение – бросить человека умирать или спасти, но разрушить конспирацию Учебного Центра – имя такие мизерные данные, задачка из тех, что не пожелаешь и врагу.

– Выжгар, сколько времени до того, как ситуация станет необратимой? – Именно пробел в информации и собрался устранить в первую очередь Иван.

– Оценка затруднена. Сканеры работают в пассивном режиме. Исходя из предположения о максимальной зарядке и отсутствии повреждений скафандра «Монтажник-4» до наступления необратимых последствий не менее трех часов.

– Подлетное время гравиплатформы? И возможность включения сканеров в активном режиме? – Задавая вопросы, Иван переодевался в специальное белье, поверх которого надевается скафандр.

– Подлетное время до места регистрации сигнала не менее девяноста восьми минут. Для уверенного определения текущего состояния шлюпки и предполагаемого пилота требуется четырехминутная работа сканеров в активном режиме. Внимание, при выполнении данной операции имеется семипроцентная вероятность обнаружения сканирующей платформы!

– Семи?! – Возмутился было Иван, но быстро сообразил, что «безусловная безопасность» начинается от пяти процентов и ниже. – Можно ли свести вероятность обнаружения до пяти процентов?

– Да, при сокращении работы сканеров в активном режиме до трех минут восемнадцати секунд. При этом погрешность полученных данных составит двадцать процентов. – Искин на мгновение прервался, но потом добавил. – Этого вполне достаточно для принятия решения.

– Выполняй активацию сканеров. – Скомандовал Иван. – Так, мне нужен ремкомплект номер двенадцать. Он у нас есть?

От ответа искина зависело, можно ли будет реализовать простенький план, пришедший в голову землянину, или придется выдумывать что-нибудь сложное.

– Ремкомплект-12 в активном резерве отсутствует. Уточните требования по комплектности и применению запрашиваемого оборудования, чтобы можно было произвести оптимальную замену. – Объявил искин и практически без паузы добавил. – Активация сканеров произведена. Начат сбор информации.

Иван хотел было попросить, чтобы информация со сканеров поступала и ему, но решил, что искин «Выжгара» справится с построением модели гораздо лучше. Ему же стоило подумать, чем можно заменить ремкомплект-12.

– Хм. Мне нужна изолирующая пена и средство ее нанесения с максимальным давлением в пределах прочности лицевой пластины скафандра. Это раз. И второе, что мне нужно, это три крепежных ленты. – Сообщил искину Иван.

– Необходимое оборудование имеется у малого ремонтного дроида. Время активации дроида девять минут.

– Отлично! – Обрадовался Иван. – Приступай к активации, а я пошел надевать скафандр.

– Предлагаю дождаться результатов сканирования. Время до завершения – сорок восемь секунд.

– А смысл? – Пожал плечами землянин, выходя из помещения.

Ему, как раз, хватило времени, чтобы дойти до отсека со скафандром, когда искин сбросил на нейросеть расшифрованные данные сканирования. У Ивана хватало знаний и возможностей, чтобы проанализировать данные и прийти к выводу, что предварительный анализ искина был верен. А вот с оставшимся неизвестному временем «Выжгар» ошибся. Времени у потерпевшего крушение, явно, было меньше, чем предполагал искин. То ли скафандр был изначально недоукомплектован, то ли что-то случилось при срабатывании систем безопасности платформы ПКО, но сканеры показали уровень энергии ниже предполагаемого.

– Вероятность успешной спасательной операции восемьдесят семь процентов. Вероятность раскрытия Учебного Центра «Выжгар» от шестидесяти до ста процентов, в зависимости от сценария спасательной операции. – Сообщил искин. – Ваше решение?

– А то не понятно? – Вопросом на вопрос ответил Иван. – Лучше скажи, кодировку безопасности нейросети ты можешь произвести только со мной или с другими тоже?

– Данную процедуру можно провести с любым разумным. При добровольном согласии разумного эффективность составит девяносто девять целых и две десятых процента. Эффективность наложение фальшивой матрицы воспоминаний при добровольном согласии человека оценивается в шестьдесят два процента.

– Разберемся. – Хмыкнул Иван, герметизируя скафандр. – Притащим этого любопытного товарища сюда и разберемся.

– Зарегистрировано еще два срабатывания передатчика скафандра на максимальной мощности. Вероятность обнаружения сигнала датчиками, не принадлежащими Учебному Центру менее одной десятой процента. Внимание! Имеется перехват последнего сообщения. Воспроизвести?

– Воспроизвести. – Согласился Иван, а через минуту уже тихо матерился сквозь зубы.

Дрожащий женский голос, взывающий о помощи, в конце сообщения сорвался на совершенно детское: «Мамочка помоги мне!». Скрипнув зубами, Иван остановился и глубоко вздохнул. А когда удалось совладать с нервами, неторопливо продолжил подготовку к выходу в космос.

– Анализ голоса позволяет опознать терпящего бедствие человека как Лати Сарон. Семнадцать лет, нейросеть базовая, ИП не менее ста семидесяти, предположительно, ПБЗ технической направленности до третьего ранга включительно, допуска к самостоятельным полетам не имеет.

– Вот дура! Сбежала, что ли? – Выругался Иван. – Или в шлюпке был еще кто-то? Хотя, нет. Никто более умный не позволил бы ей копаться в остатках военной техники без соблюдения техники безопасности.

– Анализ подтверждаю. – Сообщил искин.

– А не расскажешь ли, Выжгарчик, заодно, откуда у тебя такие сведения о соседях? – Попробовал разжиться информацией Иван, идя к гравиплатформе по имитации разрушенного ангара.

– Информация об обитателях станции «Рафин» является необходимой для обеспечения безопасности Учебного Центра «Выжгар». – Очень быстро ответил искин.

– Ц-ц-ц! – Попытался покачать головой в скафандре землянин. – Я, ведь, не о том спрашивал.

– Информация поступила из внешних источников. – Очень обтекаемо проинформировал искин «Выжгара».

– Ага! – Иван закрепился на гравиплатформе и вывел ее из закутка. – А скажи-ка мне уважаемый Выжгар, не проще ли было отправить этому внешнему источнику информацию об аварии?

– Обратная связь с источником не предусмотрена.

Иван мысленно усмехнулся, но продолжать столь интересную беседу времени уже не было. Гравиплатформа покачнулась и на нейросеть пришел доклад от малого ремонтного дроида с номером 237 о готовности. Оглянувшись на странную конструкцию, напоминающую круглый журнальный столик с шестью ножками, землянин врубил двигатели на полную мощность.

Свалка. Автоматическая боевая платформа ПКО. Лати Сарон.

Лати в очередной раз покосилась на индикаторы скафандра и всхлипнула. Сил плакать тоже уже не осталось. За эти часы она успела несколько раз впасть в истерику, истово поверить в спасение и впасть в апатию. Когда-то дядя Рунг рассказывал, что многие подбитые пилоты, несколько часов дожидаясь спасения, сходили с ума, хотя до исчерпания ресурса скафандра оставалось еще много времени. Девушка вздохнула. Сил не было, даже, на отчаяние. Мелькнула мысль, что хорошо бы и ей сойти с ума, тогда не будет так страшно. Казавшаяся такой простой комбинация неожиданно превратилась в смертельную ловушку. Но и ругань в адрес собственной глупости у девушки получилась какая-то вялая. Даже мелькнувшая на периферии зрения тень не смогла пробиться в затуманенный отчаянием и слабостью разум. Только тогда, когда лицевую пластину скафандра залепила какая-то дрянь и неведомая сила подняла скафандр и лишила малейшей возможности двигаться, девушка отчаянно завизжала, еще не понимая, что пришло спасение.

Глава 7.

Начало спасательной миссии прошло как по нотам: сам полет к цели и попутное программирование дроида на не совсем привычную операцию не вызвали никаких затруднений. Облет платформы ПКО тоже не занял много времени. Сканеров платформы хватило, чтобы с первого раза обнаружить потерпевшую. Девушка выбралась на внешнюю обшивку и так и осталась сидеть рядом с дырой в ней. Судя по всему, она хотела добраться до висящей метрах в двадцати шлюпки, но по какой-то причине не смогла. Иван осмотрел и шлюпку. «Последний привет» боевой платформы оказался для кораблика фатальным. Выстрел в клочья разнес и так не особо мощный микрореактор и накопители энергии. Быстро проскочила мысль, что предусмотреть отдельный аварийный накопитель, хотя бы, для отправки сигнала бедствия конструкторы шлюпки вполне могли бы. Впрочем, эти мысли возникли лишь как попутные, при попытке оценить повреждения скафандра девушки.

Зайти со слепой зоны и отдать команду дроиду не потребовало много времени и усилий. Но, едва дроид приступил к выполнению своей миссии, как Ивана буквально оглушил испуганный визг девчонки.

– И чего орем? – Поинтересовался Иван, стоически переждав первую волну визга.

– Ой, мамочки! – раздалось в ответ.

– О мамочке раньше думать нужно было. – Наставительно произнес землянин, помогая дроиду закреплять обездвиженный скафандр на гравиплатформе. – Перед тем, как залазить в такую задницу.

– А… А… А вы меня спасаете? – Спустя несколько шмыганий носом, задала потрясающий вопрос девушка.

– Нет, коварно похищаю твой скафандр. – Не удержался Иван.

– А он сломанный! – В голосе спасаемой обида была перемешана с ехидством.

– Да? И что же в нем сломано? Я имею в виду кроме заканчивающегося воздуха и почти пустых накопителей? – Решил узнать подробности из первых уст Иван.

– Привод правой ноги и… и…. – Девушка замолчала.

– И? – Озадачился Иван. – Или больше ничего и не знаешь, о, великий техник?

– Мне кажется, что сломалась, ну, гигиеническая система. – Нехотя ответила девушка.

– Проверяла? – Не удержался от подколки Иван, раздумывая, хватит ли ресурсов скафандра для возвращения на «Выжгар».

– Дурак! – Обиделась спасаемая.

– Кто ж так с похитителями разговаривает, а? – Изобразил возмущение землянин.

– А вы… Вы тут нелегально, да? Поэтому вы сделали так, чтобы я ничего не видела? А вы меня вернете домой или заберете с собой? – Вопросы из девушки посыпались, словно из пулемета.

Краем уха, вслушиваясь в болтовню Лати Сарон, Иван с удивлением понял, что идея похищения не очень-то и пугает девушку. Анализ интонаций, произведенный с привлечением нейросети и баз по психологии, однозначно говорил о том, что перспектива не вернуться домой вызывает у девушки опасливую заинтересованность. «Блин! Она еще дурнее, чем мы с Выжгаром думали!». – Мысленно вздохнул Иван. – «Хотя…. Интересные варианты могут быть. Нужно хорошенько покопаться в ее мотивах».

– Так, радость моя, я сейчас временно ослаблю фиксацию твоих рук. Не стоит делать глупости, как ты, надеюсь, понимаешь. Мне нужно подключить к твоему скафандру внешний источник энергии. Никак не могу посчитать, хватит твоих собственных ресурсов или не хватит. – Предупредил девушку Иван.

– Да, да, конечно! – Мгновенно согласилась Лати, слегка дрогнувшим голосом.

Похоже, что девушка прекрасно представляла, сколько энергии осталось в накопителях ее скафандра, и всячески приветствовала их пополнение. К счастью, подобная опция была предусмотрена среди возможностей малого ремонтного дроида. Еще раз, посмотрев на запас воздуха, Иван решил, на всякий случай, разыграть представление, чтобы затруднить возможное отслеживание маршрута полета по воспоминаниям девушки.

– Так, подруга, а теперь помолчи и не мешай. – Напряженным голосом потребовал Иван. – Мне нужно сосредоточиться на пилотировании. Очень уж тут сложно…

Землянин недоговорил и резко развернул гравиплатформу градусов на двести семьдесят. Проникшаяся Лати только задушено пискнула. Подумав, что с навыками пилотирования, имеющимися у спасенной, она, не видя ничего вокруг, ни за что не сможет понять смысла маневров, Иван принялся хулиганить. В какой-то момент из-за всех своих поворотов, смещений, полетов задом наперед, он и сам едва не потерял направление на «Выжгар». Пришлось полностью переключиться на нейросеть, чтобы без проблем закончить полет. В результате, Иван еще и понял, что работа нейросети, по крайней мере, «Пилота», в активном и пассивном режиме, это две большие разницы. Ситуация требовала более глубокого осмысления, к которому не располагала обстановка.

Как бы там ни было, а спасенную на «Выжгар» Иван доставил вовремя. Аварийный запас воздуха не был израсходован и на четверть. Пришлось еще постараться, чтобы втянуть скафандр с девушкой в шлюз. Как-никак, их общая масса составила килограммов под триста. Искин любезно отключил искусственную гравитацию и включил ее снова только тогда, когда в шлюзе появилась атмосфера.

– Ой, а что вы делаете? – Удивленно воскликнула Лати, когда почувствовала, как Иван отстегивает манжету манипулятора скафандра на левой руке.

– У меня на родине принято даме ручку целовать. – Ответил Иван, беря поданный дроидом инъектор. – Вот я и пытаюсь до нее добраться.

Сопровождаемый очередным «ой» девушки, сработал инъектор. Выждав положенные две минуты, землянин принялся доставать спасенную из скафандра. Судя по всему, гигиеническая система, действительно, вышла из строя. Так что, Ивану, даже, пришлось задействовать боевые навыки и отстраниться от раздражающего фактора. Достав обмякшее тело девушки, парень побыстрее сплавил его дроиду. Пока медкомплекс выполнит все необходимые операции, у него было время и себя самого привести в порядок.

Глава 8.

Иван рассматривал лежащую в медкапсуле Лати Сарон с двойственным чувством. Мужское естество, пол года лишенное возможности, не то что общаться, а даже лицезреть, представительниц противоположного пола, отреагировало самым естественным образом. А вот мозги, которые у парня и дома-то были впереди либидо, а сейчас так и подавно, констатировали, что Ивану не повезло. Девица оказалась совсем не красавицей. И, вроде бы, ничего неприятного в ее внешности не было, но дьявол, как известно, кроется в мелочах. Чуть коротковатые ноги, чуть широковатые кости, простоватое лицо, слегка лопоухие уши, все это вместе взятое переводило Лати в разряд тех девушек, на которых Иван, в нормальных условиях, второй раз внимания бы не обратил. Но условия были не нормальные, поэтому с некоторым трудом оторвавшись от разглядывания обнаженной девушки, Иван скомандовал искину приводить ее в сознание.

Колпак медкапсулы стал непрозрачным изнутри. Иван дождался момента, когда в глазах девушки появится осмысленное выражение и упредил готовые сорваться с ее уст вопросы.

– Спокойно! Ты в медицинской капсуле. С тобой все в порядке. Просто… Ну, во-первых, нужно было проверить твое здоровье. А, во-вторых, это самое удобное место, чтобы держать тебя, пока я не решу, что с тобой делать.

Моментально возросшая мозговая активность, графики которой транслировал Ивану искин, отражалась и на лице Лати в виде нахмуренных бровей и покусываемой губы. В этот момент искин «Выжгара» и запустил «допросную» программу. Пики мозговой активности сгладились, лицо расслабилось, и девушка выдала созревшую к этому моменту мысль:

– Возьмите меня с собой.

– Я рассматриваю такой вариант. – Закинул наживку Иван. – Но, чтобы принять решение, мне нужно знать о тебе больше. Ты готова ответить на мои вопросы?

– Готова. – Немного заторможено согласилась девушка.

Контролируя, параллельно с искином, правдивость и искренность ответов девушки, Иван принялся спрашивать. В общем-то, в плотном контроле особой необходимости и не было. Допросная программа была предназначена для куда более тяжелых случаев, чем наивная семнадцатилетняя девица с бреднями в голове. Но искин предложил рассматривать данный случай как очередную тренировку.

Из анализа ответов Лати Сарон становилось понятно, что соседи, арендаторы свалки, в обозримом будущем не способны доставить неприятности «Выжгару». Станцией «Рафин», представлявшей из себя переоборудованный в «разделочную» верфь устаревший перерабатывающий комплекс «Металлург-128П», владели родители Лати. Остальные семнадцать обитателей «Рафина» участвовали в деле на долевой основе. Что, с одной стороны, заставляло их работать с максимальной эффективностью, а с другой, не позволяло претендовать на главенство в «фирме». Что было самым удивительным, так это очень слабое представление девушки о прошлом своих родителей. Мысленно обратившись к искину, Иван обнаружил, что и того информации не больше. Получалось, что родители Лати, если и не скрывают свое прошлое, то и не очень афишируют. Доподлинно было известно, что отец девушки был военным, а мать росла в шахтерском поселке.

Да и по остальным людям информация полнотой не блистала. Что у девушки, что у искина. И, если ситуация с девушкой Ивану была понятна, то слабая осведомленность искина об источниках возможной угрозы выглядела странно. Кроме того, оказалось, что на станции есть еще один экземпляр, отношения к «фирме» не имеющий. Одним из условий аренды оказалось постоянное присутствие на станции сотрудника имперской безопасности. Это мотивировалось тем, что свалка находится в пограничном районе. Из описания Лати получалось, что последние годы «Рафин» стал местом ссылки для некого Пори Сэлма, лейтенанта безопасности, впавшего в немилость у начальства. Безопасник вел себя тихо, в дела почти не вмешивался, получал свою долю от различных махинаций и потихоньку принимал «зеленый туман». Как разъяснил искин, «зеленый туман» являлся полулегальным наркотиком. Для себя Иван отнес его к той же разновидности, что и марихуана. Вроде и не наказывают, но ограничения на занимаемые должности и профессии присутствует.

Отложив подробное знакомство с обитателями «Рафина» на будущее, Иван перешел к вопросам о самой Лати и причинах ее последней эскапады. Тема оказалась для девушки очень животрепещущей. На столько, что эмоции стали проявляться даже под медикаментозным влиянием. Впрочем, на основную функцию допросной программы они не повлияли. Слушая Лати, Иван невольно проникался сочувствием к девушке. До пяти лет в воспоминаниях были только полутемные коридоры шахтерской базы и тесная каюта родителей, то ли техников, то ли инженеров этой базы. Потом были два суматошных года сплошных переездов. После чего, вдруг, появился «Рафин». И снова коридоры и аскетичные жилые помещения. Появлялись новые люди. Кто-то оставался насовсем, кто-то лишь на время. Даже сеть девочке была доступна только внутренняя, а все новости, фильмы, развлекательные передачи – только в записи и основательно так «поросшие мхом». Несколько раз родители брали маленькую Лати на транзитную станцию, где собственно перед самым окончанием переоборудования «Рафина» ей и установили базовую нейросеть.

А потом «Рафин» был переброшен в эту систему. И все стало еще печальнее. Взрослые были, все время заняты, и Лати приходилось в одиночестве учить ПБЗ. Хорошо, хоть, девочке нравилось возиться с «железками» и технические базы вызывали у нее искренний интерес. Пару лет назад она освоила многие базы по специальности «Техник» вплоть до третьего уровня и ее стали привлекать к работе. Жизнь стала веселее, но девушка прекрасно понимала, что без нормальной нейросети и, желательно, имплантов, дальше она не продвинется.

– Меня не берут с собой, даже, когда летят отвозить на биржу добытое нами на свалке. У меня потенциал на нейросеть уровня «Техник-128», но это очень дорого. Я просила родителей установить мне «Инженер-64». Это дешевле, но по функциям не намного хуже. Но мама все обещает, что когда мы накопим деньги, мне поставят самую лучшую нейросеть. Только я, ведь, знаю, что лишних денег у нас нет. Я подслушала, что если мы будем зарабатывать столько же, сколько и сейчас, то сможем расплатиться по кредитам через семь лет. Даже доход от контрабанды не помогает. – В этом месте Иван с искином насторожились, но решили тему не менять и сначала узнать все о девушке.

С помощью наводящих вопросов удалось выяснить, что девушка решила всем показать, что может заработать деньги и самостоятельно. На фоне похвал коллег, она решила, что только опека матери не дает ей работать в одиночку. Лати умудрилась придумать и осуществить план, который ясно свидетельствовал, что с безопасностью на «Рафине» дела обстоят весьма печально. Устроив скандал, она добилась того, что ее согласились взять в полет на биржу. В последний момент, изобразив раскаяние, она ушла с транспортника, но сделала это так хитро, что обитатели станции были уверенны, что девочка улетела. В свою очередь, экипаж транспортника был уверен, что она осталась. Нужно отдать девушке должное, при всей своей наивности, она подготовилась основательно. Воспользовавшись отлетом транспорта, она по коридору для контрабанды выбралась за пределы зоны обнаружения станции и отправилась к выбранной цели.

То, что цель, искин боевой платформы, ей не по зубам, Лати поняла только в тот момент, когда сработала защита, и что-либо делать было уже поздно. Дальнейшее Иван знал и сам. Ему оставались немного непонятными мотивы девушки, особенно в свете согласия улететь неизвестно куда неизвестно с кем. И снова наводящие вопросы быстро прояснили ситуацию. Подспудное желание сменить обстановку и попасть в «большой мир», подогревалось фильмами и передачами головидения. Что, естественно, давало совершенно превратное представление об этом самом «большом мире». В целом, все стало понятно.

– Отдохни, мне нужно подумать. – Сказал Иван Лати и мысленно приказал искину изолировать медкапсулу.

– Готово. – Вслух ответил искин.

Глава 9.

– Какова вероятность, что выполнив ее пожелания, мы заручимся поддержкой девушки и добровольным согласием на блокировку памяти?

– В сочетании с историей, подобной историям ее любимых фильмов, стопроцентная. – Ответил искин.

– Ну, не полная же она дура! – Не поверил Иван.

– Нет необходимости полностью воспроизводить штампы головидения. – Пояснил искин. – Базовой идеи о вашей иммиграции из Пограничья, даже без указания конкретных мотивов, вполне достаточно.

– Ты, вроде, говорил о Потерянных Мирах? О Пограничье я еще ничего не знаю. – Озадачился Иван.

– В отличие от Потерянных Миров, где регресс цивилизации достиг значительного уровня, Пограничье представляет собой область в районе соприкосновения человеческой цивилизации с цивилизациями рептилоидов и оваху. Эта область изначально была милитаризована и насыщена производствами для поддержания сил флота в боевом состоянии. – Принялся объяснять искин. – Постоянная внешняя угроза привела к сохранению технического уровня, но изменению социального вектора развития.

– Стоп, стоп, стоп! Что-то на слух это все воспринимается очень тяжко. – Остановил искина Иван. – Если уж ты решил взять это самое Пограничье за основу моей легенды, то сбрось мне все данные на нейросеть. Ты, лучше, пока скажи, как прореагируют остальные? Особенно, этот лейтенант от безопасности.

– Недостаточно данных для прогноза. С вероятностью шестьдесят процентов благодарность за спасение Лати Сарон позволит избежать наиболее острых вопросов. – Ответил искин.

– А если мы им подкинем что-нибудь стоящее? – Задумчиво ответил Иван. – В счет, так сказать, оплаты услуг по моей легализации.

– Уточните ваше предложение. – Потребовал искин.

– Я больше чем уверен, что у тебя на примете есть пара-тройка интересных объектов, которые по силам размародерить местному населению. Нет? – Землянин с интересом стал дожидаться ответа искина.

– Исследование объектов, находящихся в данной системе не являлось приоритетным заданием. – Разочаровал искин.

– Значит, нет. Жаль. А как же ты хотел меня отсюда отправить? И, кстати, а как отправлялись прошлые твои … э-э-э, подопечные? – Нежелание искина давать информацию вызывало у Ивана раздражение. – Да и средства какие-нибудь мне не помешали бы.

– За время присутствия в системе станции «Рафин» в Учебном Центре «Выжгар» не было ни одного курсанта. – Отрезал искин. – Косвенные данные о противозаконной деятельности обитателей станции «Рафин» имелись и раньше. Они были приняты в расчёт при подготовке легенды, но не являлись основополагающими. В качестве средства доставки для вас был запланирован списанный бот военного образца Торговой Республики Пруст, модель МДБ-37. В качестве финансового обеспечения предполагалось использование обезличенной кредитной карты Банка Торговой Республики Пруст с тридцатью семью тысячами уникредов на счету. В качестве дополнительного источника финансирования предполагалось снабдить вас тремя устаревшими имплантами класса «вычислитель» для их последующей продажи, что могло принести вам дополнительно до пятнадцати тысяч уникредов.

– Отлично! Почти ничего и менять не нужно. Нужно, только, вписать в этот план девчонку и все прекрасно. – Оценил рассказанное искином Иван.

– Установка Лати Сарон нейросети выходит за рамки легенды. Предлагаю, пообещать девушке забрать ее с собой, когда вы покинете данную систему. – Охладил пыл землянина искин.

– Хм. – Иван основательно задумался.

С одной стороны, легко можно было представить основную канву легенды, которую придумал для него искин. И «прокачка» девчонки в эту легенду, ну, никак не укладывалась. А с другой…. Юридические базы однозначно говорили о том, что во всех государствах подделка данных о нейросети и имплантах являлась преступлением. Но! Только в случаях их официального использования. Например, при идентификации органами власти, при заключении контракта с работодателем и т.д. При этом получить достоверную информацию обо всем том, что напихано в человека, можно было только при его медицинском обследовании в медкомплексах не ниже определенного уровня. Что это означало?

А это означало, что ее родителям придется подсуетиться и через свои криминальные связи оформить покупку соответствующей нейросети и имитировать ее установку в медцентре станции. Или теми же путями внести фальшивые данные в информацию какого-нибудь профильного центра. Иван прикинул возможность и самому легализоваться подобным же образом, но отбросил эту идею. Слишком его данные превосходили среднестатистические. Наверняка, определенные службы отслеживали подобные случаи. А, уж, подобная операция, произведенная где-то на периферии империи, должна была растревожить многих.

– Искин, а какие данные будет предоставлять моя нейросеть? – Решил сразу же выяснить Иван.

– Экспериментальная индивидуальная нейросеть, ИП 310, импланты «Память-100» и «Вычислитель –ИР», экспериментальный биомодификант, установлены в частной клинике удела Вариот в Пограничье. – Ответил искин. – Вероятность разоблачения меньше трех процентов.

– Даже при глубоком медицинском обследовании? – Недоверчиво спросил Иван.

– Аппаратура Учебного Центра «Выжгар» превосходит известные мне образцы. – Обтекаемо ответил искин.

– Ну да, ну да, три процента на неизвестные тебе образцы. – Хмыкнул Иван. – А вот скажи, если мы решим, все-таки, поставить девчонке нейросеть, что бы ты посоветовал?

– В качестве предположения, я бы посоветовал комплекс «Инженер-128» военного формата производства корпорации «Пограничье». – После довольно продолжительного молчания ответил Искин. – Повторяю предупреждение. Данные действия не являются необходимыми для поддержания легенды.

Иван снова хмыкнул. Он и сам себя еще не убедил в необходимости помочь девчонке. Некое подспудное ощущение подсказывало, что так будет правильно. Вот только, Иван никак не мог формализовать это ощущение, и начинал думать, что оно вызвано эмоциями. Ну, или гормонами. Поэтому землянин постарался максимально отрешиться от эмоций и рассмотреть-таки ситуацию с чисто логических позиций. Нейросеть едва не дымилась, но вывод получался один – недостаточно данных для анализа. Парень даже фыркнул, настолько похоже на заявление искина «Выжгара» у него получилось.

– М-да. Вот что, давай, грузи мне все о Пограничье и давай уже закончим расспрашивать девчонку. – Обратился к искину Иван. – Может, удастся что-нибудь о контрабанде толковое узнать.

Неизвестно, смог бы узнать что-нибудь толковое Иван, если бы производил допрос самостоятельно, но с подсказками искина удалось узнать, даже, больше, чем понимала девушка. Получалось, что минимум шесть раз через станцию «Рафин» прошли не грузы, а люди. Четыре раза в империю и два раза из нее. А контрабандные грузы четко делились на две категории: те, что «толкали налево» сами обитатели станции, и те, что проходили через «Рафин» транзитом. Причем, вся это деятельность хоть и не афишировалась, но и особо не пряталась. По крайней мере, от своих.

– Ничего не понимаю. – Констатировал Иван. – Или они там все преступники, включая опального лейтенанта, или это хитрое прикрытие операций службы безопасности. И тогда лейтенант не такой уж и опальный. Как думаешь?

– Недостаточно данных для анализа.

– Мог бы и сам догадаться. – Хмыкнул Иван. – Вот что, дорогой мой искусственный интеллект, а не пора ли поделиться информацией о пресловутом «внешнем источнике», а? А еще лучше, связаться с ним и прояснить ситуацию.

– Искусственный интеллект Учебного Центра «Выжгар» не имеет сведений об источнике информации и не имеет обратной связи с ним. Информация попадает в закодированном виде на удаленный спутник через неравные интервалы времени. – Официальным тоном дал отповедь искин. – Нет уверенности, что источник информации пребывает именно на станции «Рафин».

– Да-а? А если по косвенным данным проверить? Ну, например, до появления «Рафина» в системе получение информации должно было коррелироваться с появлением какого-нибудь корабля. Так? – Решил зайти с другого бока Иван.

– Ответ положительный. – Обрадовал землянина искин и, к немалому удивлению Ивана, самостоятельно добавил. – После появления в системе станции «Рафин», такой закономерности не наблюдается. С девяностопроцентной вероятностью можно утверждать, что передача информации происходит со станции «Рафин».

– Ага! – Обрадовался Иван, но тут же скривился. – И что нам это дает? Стоп! Ты говорил, что я единственный, о ком не предупреждали заранее, так?

– Подтверждаю.

– А информация о будущих… э-э-э, курсантах поступала таким же образом? – С замиранием сердца спросил Иван.

– Нет. – Искин долго держал паузу, но, все-таки, ответил без дополнительных вопросов. – Информация поступала на замаскированную станцию внепространственной связи, откуда и передавалась в Учебный Центр.

– Есть! – Вскочил Иван. – Уверен, что ты каждый раз отправлял отчет о работе, так? Уверен, что ты и обо мне доложил! И инструкции какие-то получил, так?

– Подтверждаю. – Отделался кратким ответом искин.

– Требую отправить запрос на получение дополнительной информации для обеспечения безопасности Учебного Центра «Выжгар» и создания соответствующей легенды для курсанта. – Перешел на официальный тон и Иван.

– Требование признано правомочным и принято к исполнению. – С секундной задержкой ответил искин.

– Ай, да Ванька, ай, да сукин сын! – Вскинул руки в победном жесте землянин. – Фух, словно мешки тягал. Ты, это, давай усыпляй нашу кра… м-да, в общем, усыпляй. А я начну разбираться с информацией по Пограничью. Как придет ответ от твоего начальства, скажешь.

Глава 10.

Сорок две системы, тридцать семь обитаемых планет, восемнадцать уделов и избираемый Верховный князь. Иван озадаченно почесал затылок. Пограничье выглядело довольно странно. Особенно, если учесть, что с одной стороны оно граничило с рептилоидами, с другой – с оваху, с третьей – неисследованным пространством. И только с четвертой стороны Пограничье имело общие границы с другими человеческими территориями. Правда, как таковой границы с империей Аурун не было, между ними лежало четыре стандартных прыжка малоперспективного пространства. Ни империя, ни, тем более, Пограничье осваивать это пространство не имели ни сил, ни средств. Вот и получалось, что полноценный контакт у Пограничья есть только с Торговой Республикой Пруст. ТРП с удовольствием торговала с соседом и не лезла в политические дела, прекрасно понимая, что сильное Пограничье – надежный союзник против рептилоилов. А опасаться рептилоидов стоило. Судя по данным разведки, ящеры оклемались после заданной им еще Старой Империей трепки и снова посматривали в сторону пространства, занятого людьми.

Выходило так, что именно «умиротворение» рептилоидов и относительно мирная политика оваху и позволили сформироваться такому странному политическому образованию, как Пограничье. На основе нескольких подразделений флота разваливающейся империи и их инфраструктуры появились первые уделы. Как это ни смешно, но окончательно обособиться этим самым уделам не позволили именно рептилоиды. Потерпевшие поражение, не способные на масштабные боевые действия, отдельные кланы, тем не менее, пытались «пощипать» территории людей. Так с тех пор и пошло: против внешней угрозы Пограничье вставало единым фронтом, продолжая всякую «возню» и распри в делах внутренних.

Для населения остальных человеческих государств Пограничье ассоциировалось с варварством и непонятными традициями. Разве что, в ТРП образ жителя Пограничья был слегка романтизирован: эдакий варвар без страха и упрека, к которому нужно снисходительно относиться в мирное время, и на которого можно надеяться в бою. У Ивана возникли некоторые аналогии то ли с Русью, то ли с германскими княжествами. Для полноценных сравнений школьных знаний по истории, явно, не хватало. Зато, сравнивая информацию о Пограничье с тем, что знал о других государствах людей, землянин сделал вывод, что по уровню подготовки население Пограничья в среднем, а по уровню готовности к неприятностям на голову превосходит население других государств. С уровнем техники было сложнее. Если взять лучшие образцы техники трех самых «продвинутых» государств, империи Аурун, Торговой Республики Пруст и Протектората Риголд, то техника Пограничья проигрывала «одноклассникам» по тоннажу, энерговооруженности и т.д. Но! При сравнении боевой эффективности, вдруг, оказывалось, что отставание совсем не такое очевидное. Гораздо более аскетичная, можно сказать спартанская, техника Пограничья выполняла свои функции не хуже гораздо более комфортных и элегантных образцов. Главной проблемой Пограничья явилось отсутствие сколь-нибудь значительных производств искинов и нейросетей с имплантами, которые и составляли почти весь импорт.

Идея легализоваться именно как представителю Пограничья пришлась Ивану по душе. С одной стороны никого не удивит незнание им некоторых обычаев, например, империи Аурун или непривычные обороты речи, а с другой, легче будет объяснять высокий уровень нейросети, имплантов и ПБЗ. Парень сходу придумал три варианта легенды, но сам же один из них забраковал. Он не сомневался в возможностях искина, но и самому очень хотелось поучаствовать, так сказать, в процессе. Оставалось только дождаться ответа от неизвестного хозяина «Выжгара» и выспросить у искина, что именно он придумал для землянина.

А пока искин молчит, а медкапсула занята, Иван решил попробовать учить ПБЗ безо всякого разгона, так, как это делают миллионы обычных людей.

Глава 11.

Заниматься без разгона, естественным, так сказать, порядком Ивану пришлось почти шесть часов. Именно столько времени прошло до того момента, как искин сообщил о получении по внепространственной связи новой информации и указаний.

– Ну, не томи, выкладывай! – В предвкушении потер руки Иван.

– Предупреждение! Согласно поступившим инструкциям, условием для предоставления полного пакета информации является ваша присяга организации, в качестве подразделения которой выступает Учебный Центр «Выжгар». – Словно ушат холодной воды на голову Ивану стали слова искина. – В случае вашего отказа, единственное, что разрешено вам сообщить, это факт использования станции «Рафин» в операциях организации «Имперский Легион».

– М-да, началось. – Вспомнил земной анекдот Иван.

Судя по всему, выходило так, что присягу нужно было приносить этому самому «Имперскому Легиону». Причем, ничего не зная об этом самом «Легионе». Землянину было понятно, что организация с таким названием, наверняка, не относится к банальному криминалу. А вот дальше, как говорится, возможны варианты. Либо это подпольщики, хотя, против чего в империи может выступать «Имперский Легион»? Либо…. Воображение подбросило Ивану идею межгосударственной организации под патронатом имперской службы безопасности. С красивыми лозунгами о возрождении былой мощи человеческой цивилизации, естественно, в рамках Империи. Ну, и с финансированием из разных источников. Вряд ли, имперская служба безопасности стала бы в открытую тратить свои бюджетные деньги. А зарабатывать деньги для тайных операций на нелегальных сделках спецслужбы умели и на Земле.

Вторая версия нравилась Ивану гораздо больше. А что-то в глубине души сладко замирало в предвкушении настоящей шпионской эскапады. Но землянин постарался отстраниться от подобных эмоций. А без них выходило все не так уж и радужно. Нет, в ближайшем будущем ничего кроме плюсов новоявленного «легионера» не ожидало. Никаких проблем с легализацией, никаких переживаний, где устроиться…. А дальше? Иван совершенно твердо был уверен, что его не интересуют ни смена власти в империи Аурун, ни возрождение былого величия человеческой расы. Нет, он вполне отдавал себе отчет в том, что со временем цели тайной организации могут стать ему близки, но совершенно не хотел начинать новую жизнь именно с этого. К тому же, где-то в отдаленной перспективе маячила возможность разыскать Землю и задать пару вопросов своему похитителю. Тяжело вздохнув, парень спросил у искина:

– Если я откажусь от присяги, предыдущие договоренности остаются в силе?

– Да.

– А девушка? – Иван скосил глаза в сторону медкапсулы.

– По поступившим инструкциям, при шестидесятипроцентном индексе полезности будет дано разрешение на имплантацию комплекса «Инженер-128» военного формата производства корпорации «Пограничье».

– А чтобы определить эту самую степень полезности, сбрось-ка ты мне, хотя бы, черновой вариант моей легенды. – Попросил Иван. – Попробую и я над ней подумать.

– Следует ли понимать, что вы отказываетесь от присяги? – Уточнил искин.

– Отказываюсь. – Снова вздохнув, согласился Иван.

Приняв пакет информации, землянин потратил некоторое время на ее изучение и разочарованно вздохнул. Без Лати Сарон легенда была весьма и весьма неплоха. Но, вот хотелось Ивану помочь девчонке, и все тут! К тому же, информация, якобы став обладателем которой, Иван и вынужден был бежать из Пограничья, скорее всего, заинтересовала бы эсбэшников. Землянин не сомневался, что эта информация или правдива, или ее невозможно проверить. Но было одно «но», которое Ивану активно не нравилось. Согласно законодательству империи Аурун, человек, претендующий на гражданство, должен был год прожить на одном месте и иметь в течение этого года постоянное место работы с определенным уровнем доходов. И провести этот год землянин планировал именно здесь, на свалке. Позволит ли сделать это имперская СБ, если следовать легенде искина, Иван очень сомневался.

А, ведь, помимо сложностей с работой во внутренних системах, было у Ивана жгучее желание покопаться в летающем по системе хламе. Дважды убедившись, можно сказать, на личном опыте, что хлам этот далеко не «мертвый», землянин загорелся идеей поискать что-нибудь, что можно будет «прихватизировать» в качестве личного транспорта. Да и подтвердить профессиональные ранги здесь, на свалке, можно было бы если и не все, то большую часть. И опыта набраться, прежде чем «записываться» в изыскатели. Как раз, с этой точки зрения, спасение и установка Лати нейросети существенно повышало статус Ивана у обитателей «Рафина». Осталось только придумать себе такую биографию, и такую причину бегства, чтобы эсбэшники им не заинтересовались. Вернее, удовлетворились пересланной информацией.

Иван принялся в темпе еще раз прокручивать информацию о Пограничье. Ему требовалось найти что-нибудь такое, чтобы у СБ не было вопросов по поводу бегства, но и не было желания использовать молодого человека в своих целях. Нейросеть почти мгновенно сформировала список причин, по которым житель Пограничья мог бы решить иммигрировать, но энтузиазма этот список у землянина не вызвал. Ни банкротом, скрывающимся от кредиторов, ни беглецом от Суда Чести, ни струсившим в бою, Ивану быть не хотелось. Он совсем было отчаялся, когда, получившая неосознанный посыл, нейросеть выдала еще один вариант. Иван хмыкнул. Покрутил идею и так, и эдак, и хмыкнул еще раз, но уже разочаровано. Но мысль не желала уходить. Подумав еще немного, парень хмыкнул в третий раз. Похоже, что черновая идея, все-таки, появилась. А шлифует ее пускай искин, у него опыта больше.

– Значит так! Лови вводную. – Потирая руки, скомандовал Иван. – Незаконнорожденный ребенок, причем, двух каких-нибудь достаточно весомых кланов Пограничья. Стал не нужен ни одному, ни другому. Но! Родную кровиночку решили не убивать, а сплавить в империю Аурун. А чтобы не было никаких попыток вернуться, официально в этом полете он погиб. Понятно? Твоя задача подобрать соответствующие семьи, ну, и нарастить мясо на этот скелет. Учти, я планирую год до получения гражданства провести здесь, на свалке. Тогда, помощь девчонке – продуманный шаг, чтобы задобрить будущих коллег. А нейросеть ей поставили на военном корабле Пограничья. Кстати, корабль тоже нужно будет подобрать такой, чтобы на нем можно было подобную операцию выполнить. Вот.

– Прошу обосновать необходимость пребывания в данной системе в течение карантинного года. – Буквально потребовал искин.

– А ты не забыл, что явившись нелегально, я не получаю подтверждение профессиональных рангов? – Попытался съехидничать Иван. – А тут, раздолье! При хорошем ко мне отношении, я могу и техника, и пилота, и инженера, и еще чего-нибудь, подтвердить не на тренажере, а на практике. Согласись, это совсем другое дело, чем начинать с записью «без практического опыта».

– Является ли эта причина единственной? – Не отставал искин «Выжгара».

– Ну…. Есть у меня задумка поискать чего-нибудь ремонтопригодное, для личного, так сказать, пользования. – Выдал свою идею Иван и тут же сообразил, на что намекает искин. – Эй, если ты думаешь, что я собираюсь и дальше тобой пользоваться, то и в мыслях не было!

Можно сказать, что землянин практически не соврал. Мысли, конечно, были всякие, но…. Но понимание того, что у «Выжгара», несомненно, есть средства обезопасить себя от бывших курсантов, да и элементарная порядочность в отношении так и оставшихся неизвестными благодетелей, быстро привели к отказу от мыслей поиметь с Учебного Центра еще что-нибудь.

Не успел Иван толком продолжить заниматься своими недоученными базами, как искин «Выжгара» снова вылез со своими возражениями. Идея, придуманная землянином, была искином раскритикована. И во многом, опять-таки, «благодаря» нерациональному, по мнению искина, желанию Ивана установить нейросеть девушке. Парень набрал побольше воздуха, чтобы высказать все, что он думает и потребовать, наконец-то, прекратить пререкаться, но искин «Выжгара» еще не закончил. А когда Иван выслушал предложения и аргументы искина до конца, то только и развел руками:

– Логично, черт возьми! Когда пакет будет готов?

– Потребуется не менее двух суток. – Ответил искин. – Если вы не передумали, предлагаю немедленно привести девушку в сознание и довести до ее сведения ваше предложение и мои условия.

– Пф! Готов спорить на что угодно, что она согласится не задумываясь. – Фыркнул Иван. – Давай так, я обрисую ей картинку в целом, а ты уже посвятишь в детали. Тет-а-тет, так сказать. Только…. Лучше, чтобы она считала, что это человек с ней разговаривает. Ну, мне так кажется.

– Имеются семь имитационных программ. Рекомендуемая программа – «Строгий капитан». – Проинформировал искин.

– Ну-ка, ну-ка! – Заинтересовался Иван.

Глава 12.

Как и предполагал Иван, Лати, едва заслышав его предложение, впала в эйфорию. А услышав, какой у нее в совокупности получится ИП, благоговейно прошептала такое, от чего уже Иван закатил глаза.

– Это получается, что я умнее папы буду?!

– Будешь. – Глядя на восторженное выражение лица Лати и качая головой, ответил землянин. – Лет через двадцать. Или тридцать.

– Как это? – Изумленно захлопала глазами девушка.

– Лати, тебе сколько лет? – Схватился за голову Иван. – Ты хоть знаешь, как ИП расшифровывается?

– Интеллектуальный потенциал. Это даже дети знают. – Проигнорировала вопрос о возрасте девушка.

– Ага, знают. А знают ли они, что значит слово потенциал? – Хмыкнул Иван. – Судя по тебе – нет.

– И все я знаю! – Возмутилась Лати. – Я же не просто так, а базы учить буду. Да я, уже, некоторые базы до четвертого ранга выучила! А теперь….

– А теперь, со всеми своими базами ты даже не поинтересовалась, чего вдруг совершенно незнакомые люди решили сделать тебе такой подарок. – Перебил девушку Иван. – Лати, неужели у тебя и мысли не возникло спросить, что от тебя потребуют взамен?

Глядя на изменившееся выражение лица девушки, землянин вздохнул. Судя по всему, родителям Лати нужно было ставить «неуд» по воспитанию детей. Годы, проведенные в замкнутом мирке станции, среди знакомых с детства лиц ни в коей мере не подготовили девушку к реалиям жизни. Удивление, растерянность, страх, смущение, недоумение последовательно отразились на лице девушки. Но Лати не была дурой и постепенно смогла взять себя в руки, чтобы порчти спокойно спросить:

– И что же?

– Как тебе сказать…. – Иван пожал плечами, хоть девушка и не могла его видеть. – Лично мне именно от тебя ничего не нужно. Мне нужна помощь от твоих родителей. Но! Моя в этом деле только нейросеть. И не спрашивай, как она мне досталась. Так что, придется тебе договариваться с хозяевами этого… э-э-э, корабля.

– А что тебе нужно от моих родителей? – С явной долей обиды в голосе спросила Лати. – Ты, ведь, и так спас меня. Мы бы и так помогли тебе.

– Э, нет, подруга! Можно было бы, конечно, появиться вместе с тобой, дескать, вот, спас. Но, совсем другое дело, если твои родители окажутся мне должны. Причем, я так понимаю, что денег ни на такую нейросеть, ни на ее установку у них нет. Чувствуешь разницу? И не беспокойся, ничего плохого я у твоих родителей не попрошу.

– А…. А эти, хозяева корабля? Что они хотят? – Вспомнила слова собеседника Лати.

– А вот сейчас я отсюда выйду, и они с тобой пообщаются. – «Успокоил» девушку Иван.

Естественно, никуда выходить он не стал. Не было необходимости. Искин просто сделал медкапсулу свето-звуконепроницаемой. Иван покачал головой, надеясь на то, что девушке хватит сообразительности и характера, чтобы тщательно обдумать предложение искина. В принципе, землянин догадывался, о чем будет говорить с Лати искусственный интеллект «Выжгара» помимо мер безопасности, естественно.

Поэтому, когда искин снова вышел на связь с Иваном, землянин с насмешкой спросил:

– Завербовал?

– Объект взял время на раздумья, но с вероятностью восемьдесят семь процентов ответит согласием. – Проинформировал искин.

– Пф! – Фыркнул Иван. – Я бы сказал, с вероятностью двести процентов! Я, только, надеюсь, что вы не прямо сейчас потребуете от нее каких-то действий. Она же – дурное дитё!

– Текущее интеллектуальное и психо-эмоциональное состояние объекта учтено. Вам предлагается стать ментором Лати Сарон. – Огорошил землянина искин.

– Мне?! – Искренне изумился Иван, для верности ткнув пальцем себе в грудь. – С каких таких делов? Чего вдруг я? Я ж нифига не знаю! Самому бы этот, как его, ментор не помешал бы!

– При принятии решения предложить именно вам стать наставником Лати Сарон факт необходимости вашего врастания в общество и свежий взгляд на него явились основополагающими. – Немного замысловато ответил искин. – Таким образом, находясь рядом с вами Лати Сарон сможет приобретать собственный опыт, а не перенимать чужой.

– Во, фигня! – Возмутился Иван. – Я-то, зачем для этого нужен? Пусть сама.

– Вариант самостоятельного развития объекта признан нерациональным и неэффективным.

– Ага! И за мной будет кому присматривать. – Попытался ехидничать Иван, понимая уже, что никуда ему не деться.

– Данная возможность имеет низкий приоритет.

– Слушай, а не долго ли она думает? – Попытался сменить тему Иван.

– Согласие Лати Сарон получено. Каков ваш ответ?

– Ага. Каков ваш положительный ответ? – Передразнил Иван искин. – Положительный, естественно. Блин, я уже и не рад, что с ней связался!

Искин не посчитал нужным комментировать последнюю фразу землянина, и получилось так, что он многозначительно промолчал. Еще раз вздохнув, Иван полез в тренажер. Медкапсула будет занята почти шесть часов, а до «выхода в мир» осталось меньше двух недель. Там-то халява закончится, поэтому нужно было по максимуму использовать имеющиеся возможности.

Вот только, тренировка получилась немного скомканной. С появлением Лати Сарон землянину пришлось срочно придумывать себе имя. Иван уже думал над этим вопросом, но довольно вяло. Для его слуха местные имена делились на две категории: одна, чем-то напоминала помесь Ефремова с Берроузом, со всеми этими Эргами Ноорами, Тарк Таркасами и прочими, вторая, звучала так, что пресловутый Жугдердемидийн Гуррагча* звучал нежной музыкой.

-

* имя монгольского космонавта, использовалось для проверки степени опьянения: можешь произнести, значит, можешь идти в магазин за водкой.

-

Искин не возражал, когда Иван выказал желание оставить свое имя, но оказался против того, чтобы оставить нетронутой и фамилию. Вот и пытался парень «попробовать на вкус» различные варианты сокращения собственной фамилии. Вспомнились, даже, детские глупости с дословным переводом фамилии на английский. В конце концов, он остановил свой выбор на двух вариантах – Берест и Берст. Первый для самого Ивана звучал благозвучнее, а второй больше напоминал некоторые местные. Решив доверить окончательный выбор искину, Иван выбросил лишние мысли из головы и полностью сосредоточился на тренировке.

Глава 13.

Нормального разговора с девушкой в первые три дня не получилось. Когда график занятий сводил Ивана и девушку вместе, она была задумчива, на вопросы отвечала односложно и поглядывала как-то странно. Самому Ивану было не до переживаний девушки. Во-первых, нужно было еще больше повысить интенсивность занятий, а, во-вторых, искин, наконец-то, скинул землянину «легенду» и тому пришлось осваивать ее на еще более глубоком уровне, чем ПБЗ.

А на четвертый день, во время обеда, Лати, сильно смущаясь, спросила:

– Скажи, я, действительно, такая некрасивая?

Иван едва не поперхнулся своей порцией модифицированного кухонным автоматом пайка. Раздумывая над тем, как и о чем, будет говорить с девушкой, он никак не ожидал, что разговор начнется с подобного вопроса.

– Чего ты так решила? – Попытался увильнуть Иван.

– Ну…. Ну, там…. Когда мы встречаемся в медкомплексе…. – Не поднимая глаз, промямлила Лати. – Ну, когда я вылезаю из медкапсулы….

– Го… э-э-э, обнаженная. – Уточнил Иван, начав понимать, о чем хочет сказать девушка.

– Ну, да. – Окончательно смешалась Лати.

– И? – Изо всех сил старался сохранить серьезное выражение лица Иван.

– Ну, ты ни разу…. Ну, не посмотрел даже…. – Судя по пылающим ушам, лицо Лати было красным как помидор.

– Дура ты, Лати. – Иван поднялся на ноги и обошел стол, чтобы положить руки девушке на плечи. – Я к тебе отношусь, как к младшей сестре.

Девушка удивленно запрокинула голову, чтобы посмотреть на Ивана. Парень подмигнул и наклонился так, чтобы оказаться совсем рядом с лицом девушки. Перейдя на прямой контакт через нейросеть, он добавил:

»– К тому же, ты не забыла, что мы тут не одни и за нами, скорее всего, наблюдают».

Судя по округлившимся глазам, эта мысль в голову девушки не приходила. Протянув логическую цепочку дальше, Лати не просто покраснела, а стала прямо-таки инфракрасной.

»– Вот-вот». – Не преминул подсыпать соль на раны Иван. – «Так что, сестренка, придется тебе свои эротические фантазии приберечь для другого случая. Ну, а я, на правах старшего, и главное, умного, брата, прослежу, чтобы ты не особо усердствовала!»

– Дурак! – Отшатываясь, воскликнула Лати.

– Ну, ладно, ладно. Я шучу. – Примирительно поднял руки Иван. – Только, я, действительно, отношусь к тебе как к младшей сестре. Тем более что, фактически, сам и втянул тебя в это непотребство.

– Почему непотребство? – Поспешила поддержать смену темы девушка.

– Потому, что из-за меня глупую девчонку втянули в непонятные дела. В которых сам я участвовать отказался. – Повинился Иван.

– Зато, у меня теперь о-го-го какие возможности! – Запальчиво возразила Лати и немного тише добавила. – И не придется всю жизнь просидеть на станции.

– Только это меня и примиряет с ситуацией. – Вздохнул Иван. – Кстати, а какие у тебя возможности? Я не о нейросети, я о базах.

– Значит так…. – Лати чинно сложила руки на столе и тоном прилежной ученицы принялась перечислять.

Слушая девушку, Иван, в который раз порадовался, что его собственные характеристики позволили искину проводить «обучение» с использованием староимперских методик и ПБЗ. Фактически, каждая приобретенная им специальность могла претендовать на приставку «универсал». И его собственный ранг «техник-универсал», например, перекрывал всех тех «техников малых пространственных кораблей», «техников реакторов малой мощности» и прочих, которыми так гордилась Лати. Хотя, землянин не мог не признать, что в плане изучения технических баз успехи девушки были весьма впечатляющи. Пять баз четвертого уровня и две пятого позволяли ей рассчитывать на работу с весьма достойной оплатой. Теоретически.

– А чем ты сейчас занимаешься? – Когда девушка закончила, спросил Иван.

– Ой, ты знаешь, как-то странно. – Поделилась своими сомнениями девушка. – Мне залили боевые базы. Представляешь?! А когда я попросила что-нибудь из технических, то сказали, что и того, что у меня есть достаточно.

– Хм. Ну, наверное, им виднее. С боевыми базами все понятно. Сама же говоришь, что не хочешь всю оставшуюся жизнь сидеть на станции. А в других местах умение защищаться очень может пригодиться. Тем более девушке. Рассудительно объяснил Иван. – Только, я бы тебе подкинул бы еще и Общие Базы Знаний.

– Вот еще! – Возмутилась Лати. – ОБЗ можно где угодно купить, и стоят они гроши. Да и не интересные они!

– Да, что ты говоришь?! – Преувеличенно изумился Иван. – Неинтересные, значит?

– Ну, ты совсем, как дядя Шерст. – Насупилась Лати. – Неинтересные! Мне гораздо интереснее ПБЗ учить, чем о всяких там литературных героях читать. И были бы книжки нормальные! А то берут всякую древность и начинают ее разбирать. Не интересно.

– Ну да, ну да. – Покивал головой Иван, где-то внутри соглашаясь с девушкой, но играя принятую на себя роль «умного старшего брата», добавил. – Действительно, зачем приличной девушке знать классиков человеческой литературы, когда можно посмотреть современные любовные сериалы, серий так из трехсот? Ну и пусть, их герои не дружат с мозгами, зато интере-е-есно!

С массовой культурой империи Аурун Иван знаком не был, но что-то подсказывало ему, что со своей фразой про сериалы он впросак не попадет. Обиженно нахохлившаяся Лати только подтвердила это ощущение.

– Значит так, сестренка. У тебя есть целый год…. Хм, если все пойдет как надо. Целый год, чтобы произвести впечатление и на меня и на твоих родителей. – Для пущего эффекта, Иван хлопнул ладонью по столу.

– А зачем? – Заинтересовалась Лати. – И почему год?

– Объясняю для бестолковых девиц. – С улыбкой ответил Иван и получил в ответ гримасу с высунутым языком. – Я кто? Правильно, эмигрант, просящий гражданство империи Аурун. Для этого мне нужно что? Правильно, год сидения на одном месте и получение постоянной работы. А еще, очень желательно, чтобы эта работа дала мне возможность подтвердить мои ранги. Ну, догадалась?

– Ты хочешь…. Ты хочешь остаться у нас? – Сначала неуверенно, а потом с энтузиазмом сообразила Лати. – Для этого ты все и затеял?

– А вы не безнадежны, сударыня. – Иван мог легко уклониться от рассерженного тычка локтем в бок, но не стал этого делать.

– Значит, вот что ты имел в виду, когда говорил, что тебе нужна помощь от моих родителей! Ты хочешь этот год проработать на «Рафине»! – Продолжила догадываться Лати. – Здорово! Ой, а потом что?

– А потом…. Потом у меня есть идея стать изыскателем. Ну, и взять с собой одну глупую девицу, чтобы научить ее уму-разуму. – Ухмыльнулся Иван, отодвигаясь из зоны досягаемости твердого локотка Лати.

Но ошеломленная открывшейся перспективой девушка, даже, не попыталась выразить свое отношение к эпитету «глупая». В ее глазах было столько надежды и восторга, что Иван почувствовал себя неловко. Конфету-то он ребенку пообещал, вот только, нету у него этой конфеты и неизвестно, будет ли. Да и для Лати урок пошел впрок. Девушка согнала мечтательное выражение лица и требовательно уставилась на землянина.

– Ты сказал, если все пойдет как надо. – Уточнила она.

– Понимаешь, Лати, тут ведь многое не от меня зависит. – Вздохнул Иван. – Вот, например, ваш безопасник. Если он решит отправить меня на Сердон, то все мои планы…. Или твои родители. Они вполне могут решить, что лучше мне быть подальше от тебя. Вдруг я задумал коварный план жениться на тебе.

– Что-о? – Изумилась Лати. – Ты же сам сказал, что относишься ко мне как к сестре!

– Ну, мало ли. – Задумчиво посмотрел в потолок Иван. – А вдруг, я передумаю?

– Зато, я не передумаю! Нужен мне такой, передумывающий, муж! – Фыркнула Лати. – И вообще, мне нравятся мужчины совсем другого типа, вот!

– Да-а? А если так? – Иван на секунду умолк, а потом голосом полным страсти с надрывом произнес. – Только не говори ничего сейчас. Позволь мне просто быть рядом и постараться завоевать твою любовь.

Девушка от изумления вытаращила глаза, а когда Иван еще и испустил томный вздох, принялась во весь голос хохотать.

– Вот видишь, ты уже не устояла. – Гордо объявил Иван.

– Устоишь тут. – Вытирая слезящиеся от смеха глаза. – Ты прям как Гур Гузма из сериала.

Иван поздравил себя с правильной догадкой о непреходящем идиотизме массового зрителя, даже, в крутых галактических империях, смотрящего дурацкие мыльные оперы. Парень собирался выдать еще что-нибудь в таком стиле, но тут пришло напоминание от искина. Судя по встрепенувшейся девушке, и ей напомнили о необходимости быть в медотсеке для продолжения занятий.

На радостях от осознания того, что удалось установить нормальный контакт с девушкой и избежать некоторых острых углов, Иван не сразу обратил внимание на ее походку. А когда обратил, то не стал смеяться сразу, а решил подождать продолжения представления. А в том, что подсмотренной по головизору «походкой от бедра», Лати не ограничится, Иван не сомневался. И действительно, мельком взглянув на спутника через плечо, девушка попыталась изобразить что-то вроде стриптиза. Иронично наблюдая за попыткой, землянин раздумывал, как далеко собирается зайти «сестричка». Оказалось, совсем не далеко. Так и не сбросив комбинезон до конца, Лати повернулась к парню спиной и одарила ехидным взглядом через плечо.

– Класс! – Оценил попытку Иван и спросил куда-то в пространство. – Капитан, надеюсь, запись получилась качественная?

Глядя на Лати, Иван решил, что теперь знает, с кого японцы рисовали свои анимешки.

– Шутка! – Поторопился землянин успокоить «сестру», пока та окончательно не лишилась дара речи.

Судя по взгляду девушки, Ивану крупно повезло, что в медотсеке не было незакрепленных предметов. Ограничившись коротким «дурак», Лати проворно скинула комбинезон и юркнула в медкапсулу. Довольно улыбаясь, Иван отправился на тренажер.

Глава 14.

Оставшиеся дни пролетели весьма быстро. По-прежнему, Иван сталкивался с девушкой только при «пересменке» в медотсеке или за обедом. Но теперь, эти встречи уже не носили характера настороженного присматривания друг к другу, а проходили за дружеской болтовней. Вышедшая на новый уровень, память девушки извлекала из своих недр мелкие фактики и наблюдения, которые о которых Лати раньше и не задумывалась. Чаще всего, верно оценить эти «воспоминания» у девушки не получалось, в отличие от Ивана и искина «Выжгара». Некоторые свои выводы и замечания землянин озвучивал девушке, заставляя ту удивленно задумываться о людях, окружающих ее едва ли не с детства.

А вообще, у Ивана складывалось такое впечатление, что на станции «Рафин» собрались если и не изгои общества, то, по меньшей мере, люди, старающиеся от этого самого общества держаться подальше. А это весьма и весьма повышало шансы землянина на благополучное окончание задуманной авантюры.

Но, все когда-нибудь заканчивается. Закончилась и спокойная жизнь, если ее можно так было назвать, Ивана на «Выжгаре». Очередным утром искин сообщил, что настала пора выдвигаться к малому десантному боту, на котором Ивану вместе с Лати предстояло попасть на «Рафин». Прикинув скорость бота и время на расконсервацию бота, землянин попытался вычислить место, откуда им придется выходить на связь. Получалось минимум пять мест. Более точный ответ можно было получить, только зная расположение сканеров «Рафина», но эту информацию искин Ивану не сообщал. Реакция девушки оказалась двоякой. С одной стороны она очень обрадовалась скорому возвращению домой, а с другой, весьма опечалилась из-за потери возможности так эффективно обучаться. Из вредности характера, Иван подкинул Лати еще один повод для негативных эмоций – наказание за идиотскую отлучку, едва не стоившую ей жизни.

И без того испорченное настроение девушки стало совсем невыносимым, когда обнаружилось, что до бота ей придется добираться в своем старом скафандре с залепленным монтажной пеной лицевым щитком. Попытка Ивана отмахнуться парой слов о секретности, натолкнулась на искреннее возмущение и ссылку на данную клятву молчания. Тяжело вздохнув, парень постарался нацепить на лицо выражение мрачной серьезности и соответствующим голосом выдал:

– То, чего не видела, ты не сможешь выдать даже под пытками.

– Пытками?! – На пару мгновений Лати снова превратилась в героиню аниме с глазами на пол лица и отвисшей челюстью, но быстро пришла в себя и подозрительно спросила. – Издеваешься?

– Почти. – Легко согласился Иван. – Ну, представь, начали тебя расспрашивать: «Лати, деточка, а то ты видела?» Если ты начнешь с загадочным видом мотать головой и отвечать, что ничего, думаешь, тебе поверят? А так…. Ну, вот что ты можешь рассказать сейчас?

Девушка задумалась.

– Ни-че-го вразумительного! – Не дал ей долго раздумывать Иван. – Размер медотсека и каюты, форма и длина двух коридоров. Все. Если подумаешь, сама поймешь, сколько кораблей можно подвести под эти параметры. Что еще? Оборудование медотсека? Пф! Ты в нем не разбираешься. Даже, если сбросишь картинку, ну, увидят старое военное оборудование. Мало ли у кого оно может быть.

– А ты? – Признавая поражение, Лати зашла с другой стороны. – Ты-то все видел. Если тебя будут расспрашивать?

– Эх, Лати! – Вздохнул Иван. – Я-то, прекрасно знаю, на что иду. Это ты возвращаешься к родителям и друзьям, а я отправляюсь к врагам.

– Врагам? – В голосе девушки сквозили пополам удивление с негодованием.

– Ну, преувеличенно немного, но примерно так. – Пожал плечами Иван.

– А я?

– Ты? А, вот подумай, и честно ответь, если тебе, скажем, месяц будут люди, которых ты любишь, и которым доверяешь, рассказывать, какой я плохой и какие зловредные планы вынашиваю, как ТЫ станешь ко мне относиться? – Серьезно поинтересовался Иван.

– Но, зачем они это будут делать? Ты же спас меня и… и нейросеть…. – Растерянно спросила девушка.

– Ага. – Согласился Иван. – И тем самым сделал своими должниками и тебя, и твоих родителей, и, в какой-то степени, остальных.

– Но… Но, ты же сам честно рассказал, зачем это тебе нужно!

– Уверена? – Попытался изобразить демоническую ухмылку Иван.

– Издеваешься? – Неуверенно спросила Лати.

– Нет. – Серьезно ответил Иван. – Пытаюсь объяснить тебе, что нужно думать своей головой и быть готовой к худшему.

Лати молча напялила шлем и загерметизировала скафандр. Ивану осталось только пожать плечами и последовать примеру девушки. Спустя несколько минут, когда в шлюзе воцарился вакуум, землянин подтолкнул девушку к распахнувшейся внешней створке, а сам, на секунду задержавшись, через нейросеть послал искину последнее «прощай». На мгновение Ивану показалось, что в ответном пожелании удачи проскользнула толика сожаления. Тряхнув головой, землянин подхватил девушку и прыгнул к выходу из «Выжгара».

Ему пришлось сделать еще три прыжка, чтобы оказаться рядом с замаскированным ботом. Малый десантный бот отличался от шлюпки, которую угробила Лати, весьма существенно. И не столько размерами, тут все было соизмеримо, сколько определенными элементами конструкции, вытекающими из назначения. У бота, например, не было шлюза и разделения на грузовой и пассажирский отсеки. Пилот бота, как и десант, вынужден был находиться на своем месте в скафандре. Зато, покинуть или, наоборот, погрузиться в бот можно было за считанные секунды.

Все это Иван знал, пока что, из теории и тренажеров. Внешне же, и шлюпка и бот весьма напоминали американские шаттлы. Даже размеры были близки – тридцать пять метров длины у бота, против тридцати трех у шлюпки и тридцати семи у шаттла. Ни диаметр, ни размах, с позволения сказать, крыльев шаттла Иван не помнил, но по визуальным воспоминаниям и здесь был примерный паритет.

Землянин довольно быстро справился с кодом открытия створок на аварийной панели и вплыл вместе с девушкой внутрь бота. Предстояла еще более муторная работа по ручной активизации основных цепей, а затем и по маневрированию на ручном управлении.

– Иван. – Неожиданно позвала, молчавшая до сих пор Лати. – А почему меня просто не усыпили? Зачем понадобились такие сложности?

– Протяни левую руку в сторону. Нащупала? Сможешь, не глядя угадать, что это такое? – Усмехнулся Иван.

– Контейнер. – Озвучила очевидное девушка. – О! Это, кажется, аварийный контейнер для искина!

– Ага. – Подтвердил Иван, не отвлекаясь от работы. – Догадываешься, чем я сейчас занимаюсь?

– Собираешься подключить искин? – Неуверенно спросила Лати.

– Неа. Сначала мы отойдем в сторону, и только потом я поставлю искин и оживлю этот бот окончательно. – Пояснил Иван.

– А зачем? – Искреннее недоумение так и сквозило в голосе девушки.

– Ох, Лати, Лати! – Вздохнул землянин. – Все за тем же. Чтобы никто не узнал, на каком корабле мы побывали, и где именно он прятался в системе.

– Но компьютер…. Ой! – Неуверенно начала Лати, но тут же сама себя прервала.

– Вот именно, ой. Сестренка, а сначала подумать, потом сказать? – Ворчливым тоном поинтересовался Иван.

– Не вредничай! – Попыталась огрызнуться девушка, но тут же перешла на извиняющийся тон. – Я только со шлюпкой дело имела, вот и не сообразила сразу. Но, подожди, ты хочешь запустить контролеры без искина?

– Только два. Реактор и двигатели.

– А навигационный? А сканер? – С интересом спросила Лати.

– Навигационный не буду. Иначе, теряется весь смысл. Или потом придется его память чистить. – Иван секунду помолчал и добавил. – Да и не рискнул бы я сразу к четырем контролерам подключаться. Я, ведь, первый раз такое делаю.

– А мне что делать? – Вздохнула девушка и добавила тоном капризного ребенка. – Мне ску-учно.

– Ученье – свет! Чтобы не было скучно, образовывайся давай. В смысле, занимайся собственным образованием. – Отмахнулся Иван, в последний раз проверяя корректность работы систем. – Только, подожди, я тебя в кресле закреплю.

– Самое интересное пропущу. – Продолжала капризничать Лати.

– Да не будет ничего интересного! – Отмахнулся Иван, подтолкнув скафандр Лати к креслу десанта. – Сканеры не работают, иллюминаторы закрыты бронешторками. Темно и грустно.

– Ну и что! Зато, не чувствуешь себя грузом. – Возразила девушка. – А так…. Как-то мне не по себе.

– Ладно-ладно. Я тебе песенки петь буду. – Пообещал Иван.

– Ой, давай, давай! – Лати попробовала похлопать в ладоши.

– Тьфу! Дите дитем! – Тяжко вздохнул Иван.

Закрепившись в кресле пилота, землянин еще раз проверил уже сделанное и повторил то, что еще предстояло сделать. Все было в порядке.

– Я начинаю. – Сообщил Иван и подал первую команду на контролер двигателей.

Буквально через пятнадцать минут, Иван на практике понял, зачем нужен искин. Или, хотя бы, компьютер. Еще минут через пять землянина осенила мысль перестать выделываться и передать управление непосредственно нейросети. После чего дело пошло лучше и у него появилась возможность спокойно подумать, а правильно ли он использовал нейросеть до сих пор.

То, что нейросеть можно рассматривать, как некий аналог виртуального искина в собственном мозгу он понял с первого раза. То, что подсознание человека, в отличие от сознания, работает постоянно и зачастую независимо, землянин знал еще дома. Но то, что нейросеть можно рассматривать как подсознание, к которому получен прямой доступ, и можно отдав команду, грубо говоря, заняться другими делами, Иван начал понимать только сейчас.

«Интересно, Выжгар этого не рассказывал или я пропустил мимо ушей? Получается, что нейросеть позволяет мыслить двумя потоками сознания. Во, блин! А у меня-то их, считай, четыре! Это что же получается, я могу одновременно четыре, не, пять мыслей мыслять?! Ха, а подсознание-то, хоть осталось или все в нейросеть ушло? Бр-р-р, мрак! Но, это получается, что я, типа, могу одной рукой писать, другой рисовать, третьей…. Какой, нафиг, третьей! Блин, совсем зарапортовался!» – Иван потряс головой.

Но мысль была интересная, а нейросеть исправно сообщала, что все в порядке, и Иван решил поэкспериментировать с выполнением нескольких дел одновременно. Задумавшись, то бы такое сделать, он вспомнил об обещании спеть Лати песенку. В ответ на запрос, нейросеть выдала, что для управления ботом задействовано до шестидесяти процентов подсети «Пилот», а остальные ресурсы простаивают. На время забыв о песенках, Иван попытался выяснить, какие функции могут выполнять без ущерба основному делу остальные части нейросети. Получив ответ, землянин понял, что возможности нейросети значительно превосходят его представления о ней.

Родившаяся «сама по себе», то есть, судя по всему, подсознательно, мысль о базах знаний, заставила Ивана задуматься еще больше. Получалось, что у него в голове сидит непосредственно сам Иван Берестов…. Вернее, Иван Берст, поправил сам себя парень. А еще там есть то ли один, то ли четыре компьютера, которые тоже Иван Берст, но…. Землянин снова помотал головой, понимая, что совершенно запутался. Четвертый уровень ПБЗ «Кибернетика» и третий уровень «Медицины» намекали, что ответ нужно искать где-то на более высоких уровнях. Что само собой натолкнуло Ивана на мысль о продолжении изучения ПБЗ.

На запрос о текущем состоянии изучаемых баз, нейросеть предложила выбрать вариант выдачи информации либо в формате, принятом в учебном центре «Выжгар», либо в формате для внешнего представления. Разницу Иван понял еще на «Выжгаре». Официальную версию, почему произошло такое дробление и, можно сказать, девальвация ПБЗ, искин Учебного Центра ему тоже сообщил. Правда, землянин в официальную версию не очень поверил, но знаний для собственных выводов не хватало. Как бы там ни было, а шестой уровень усвоенной и освоенной на тренажере базы «Техник», давал Ивану по современным меркам шестой ранг «Техника малых пространственных кораблей», «Техника средних пространственных кораблей», «Техника малых внепространственных кораблей», «Техника реакторов малой мощности», «Техника двигателей малой мощности», пятый ранг «Техника средних внепространственных кораблей», «Техника больших пространственных кораблей», «Техника реакторов средней мощности», «Техника двигателей средней мощности», «Техника внепространственных генераторов малой мощности», четвертый ранг «Техника больших внепространственных кораблей», «Техника двигателей большой мощности», «Техника реакторов большой мощности», «Техника двигателей большой мощности», «Техника внепространственных генераторов средней мощности» и третий ранг «Техника внепространственных генераторов большой мощности».

И это, по мнению землянина, было правильно. А система, сложившаяся в нынешних людских государствах вызывала у Ивана лишь недоумение. Получалось, что человек, освоивший базы по малым кораблям не имел права работать на средних кораблях. И это при том, что все компании и фирмы стремились к максимальной унификации большинства важных деталей кораблей. Вот и получалось, что «Техник малых кораблей» пятого-шестого ранга едва начинал понимать, что, в принципе, вполне может справиться со средним кораблем. Но это понимание наталкивалось на законодательный запрет подобных действий. Правда, по невнятным намекам искина «Выжгара», парень предполагал, что всякие асоциальные товарищи не особо этим заморачиваются, прокачивая те базы, которые меньше по объему и дешевле по стоимости и работая затем с той техникой, которую удалось добыть.

И так происходило не только с техническими базами знаний. Любые официальные ПБЗ приходилось начинать учить с первого ранга. Хотя, например, медтехнику с изученными базами пятого-шестого ранга, возжелавшему стать врачом, ПБЗ «Медицина» первого-второго ранга не давала абсолютно ничего нового, но стоила не так уж и мало. Официальная версия подобной глупости гласила, что подобный подход позволяет, во-первых, унифицировать все ПБЗ, а во-вторых, ускорить подготовку узких специалистов, устроив своеобразный естественный отбор. Типа того, что те, кто хочет большего, найдут возможности, средства и силы учить базы и дальше, а на тех, кому недостает целеустремленности и воли, не стоит и тратить ресурсы. Вроде бы, звучало достаточно разумно, но из земного опыта Иван предполагал, что не последнюю роль играет стоимость этих самых баз. На первый взгляд, перворанговые базы стоили дешево, но, как говорится, курочка по зернышку….

Глава 15.

За размышлениями и копанием в нейросети расчетные два с половиной часа пролетели совершенно незаметно. Нейросеть подала сигнал о завершении заложенной программы маневрирования и затребовала дальнейших инструкций. Пришлось Ивану отвлечься от собственных мыслей и озаботиться дальнейшей процедурой. Хорошо, хоть Лати, похоже, или заснула, или увлеклась изучением баз, и никак не прореагировала на остановку бота.

Отключить двигатели, перевести реактор на холостой режим землянин поручил нейросети. А сам, как это не странно звучит, занялся расконсервацией штатного места для малого искина. Защитная крышка легко отошла, а тест-панель окрасилась в зеленый цвет, Иван аккуратно достал искин из транспортного контейнера и поместил на штатное место. Совсем как дома, тест-панели появилась быстро заполняемая полоска процента активации. Когда панель снова стала полностью зеленой, Иван закрыл крышку. Одновременно на нейросеть поступил запрос от малого искина серии МИУ-34 с двадцати четырехзначным буквенно-цифровым идентификационным кодом. Землянин активировал соединение и, первым делом, прописал себе приоритетные права. Немного подумав, парень усмехнулся и вписал Лати как бортинженера со вторым по значимости приоритетом.

– Эй, соня! Просыпайся, давай. Жаловалась, что скучно, так я тебе работку нашел. – Для верности Иван потряс скафандр девушки.

– И вовсе я не сплю! – Возмутилась Лати. – Я базы учу. А что за работа?

– Настроить искин и оживить наш дредноут. – Ответил Иван.

– Ух ты! – Попыталась вскочить с места девушка, забыв о фиксирующих ремнях. – Ой! Давай, выпутывай меня быстренько!

– Тихо, спокойно! – Слегка испугался такого энтузиазма Иван. – И учти, что я буду висеть рядом и контролировать. Мало ли какие мысли тебе в голову придут.

– Вот еще! Можно подумать, я ничего не понимаю! – Обиделась Лати.

– Ладно, не обижайся. – Иван перетащил девушку в кресло пилота. – Только, я, все равно, буду смотреть в фоновом режиме.

– Ну, и ладно. – Отмахнулась Лати, с энтузиазмом принимаясь за работу.

В принципе, хотя малый искин не далеко ушел от продвинутого компьютера, знаний Лати было недостаточно, чтобы что-то всерьез испортить. Но Ивану было интересно посмотреть на то, как новоявленная сестричка работает. И к его удивлению, инфантильная и импульсивная девушка в работе оказалась последовательной и скрупулезной. Она четко и без запинок провела активацию и самого искина, и бота.

От процесса веяло чем-то до боли знакомым и, невольно, Иван ловил себя на том, что ожидает появления логотипа «форточек». Сами собой мысли землянина устремились в сторону искинов. Попытка понять природу этого то ли сложного устройства, то ли чего-то большего, еще на «Выжгаре» провалилась из-за очередного недостатка знаний. Органические кристаллы, лежащие в основе технологии искинов, повергли землянина в прострацию. А уровень изучения общеобразовательных баз по физике и химии позволял, всего лишь, утвердиться в мысли, что все вокруг работает на принципах науки и технологии, а не магии. Иван отдавал себе отчет в том, что изученное им не более чем вводный курс. Может быть, какой-нибудь академик и из этого сумел бы сделать далеко идущие выводы, но парень смог понять только одно: на уровне школьного курса, земного, естественно, все было одинаково. Сопротивление сопротивлялось, жидкость испарялась, магниты магнитились и так далее. А более высокие материи для Ивана были тайной за семью печатями и на Земле. Ради интереса, он попробовал найти аналоги теории относительности Эйнштейна, о которой, в свое время, прочел несколько популярных книжек, и с удивлением понял, что здесь она то ли безнадежно устарела, то ли, вообще, признана тупиковой ветвью. Вот и решил землянин отложить чистую науку до лучших времен.

Поняв, что его мысли «утекли» куда-то не в том направлении, и, порадовавшись, что нейросеть продолжает контролировать Лати, Иван снова стал думать об искинах. Специальным образом выращенные органические кристаллы не были живыми в классическом понимании этого слова. По крайней мере, так заявляла официальная наука и власти. Этот вопрос Иван, едва ли, не в первую очередь уточнил у искина Учебного центра. При этом искины не программировались, в привычном для землянина понимании этого слова, а получали определенный набор своих, искинных, баз знаний. Хотя и тут были исключения. Жестко был запрограммирован безусловный запрет на любое внепространственное перемещение под управлением искина. Вернее, участвовать в управлении внепространственным перемещением искин мог, но только после прямого приказа человека о совершении этого самого перемещения.

Так любимые земными фантастами три закона робототехники, придуманные Азимовым, здесь тоже присутствовали. Где-то в глубинах необязательных настроек. А вот что было прописано жестко, так это границы самостоятельности и самообучения. Вдобавок, встроенная память искинов была довольно ограниченна. Вот и получалось, что «по умолчанию» искин активировал минимальный набор, необходимый для выполнения «должностных обязанностей», а дальше уже предлагал человеку разрешить или запретить ему «оптимизацию». Разрешения человека требовало и обновление искинных баз или загрузка новых.

Забыв про скафандр, Иван попытался почесать в затылке. Выходило, что для понимания степени «разумности» больших искинов ему не хватает знаний. А малые прочно ассоциировались с продвинутыми компьютерами. Главным преимуществом малых искинов перед компьютерами была их универсальность. Если сейчас снять искин бота, который, кстати, практически закончил настраиваться и брать под контроль все агрегаты космического кораблика, и переставить его на, скажем, экскаватор, то после такой же процедуры настройки он будет столь же эффективно работать и там.

– Фуух! – Прерывая раздумья Ивана, Лати радостно потерла руки, вернее, перчатки скафандра. – Мы закончили. Это было очень интересно, только жалко, что малыш такой простенький! А так хотелось с настройками что-нибудь эдакое сделать.

– Малыш? – Подивился Иван очередному выверту сознания девушки. – Хм. Так тому и быть! Искин, присваиваю боту и управляющему искину позывной «Малыш».

– Принято. – Последовал ответ на нейросеть, воспринятый как «голос».

– Ой. – Девушка рефлекторно попыталась повернуться к Ивану, забыв и про непрозрачную лицевую пластину и про фиксацию в кресле. – Уй! Ну, когда уже можно будет снять этот дурацкий скафандр! А ты тоже хорош! Вовсе я не собиралась называть его «Малышом».

– Поздно. К тому же, на какого-нибудь «Громовержца» или «Пожирателя пространства» наш кораблик не тянет. – Усмехнулся Иван.

– Ну-у-у, можно было как-то еще…. – Протянула Лати.

– «Цветочек». – Предложил Иван.

– Ну тебя! – Надулась девушка.

– О, процесс пошел! – Обрадовался Иван, получив сообщение о начале работы системы жизнеобеспечения. – Только, Лати, не торопись снимать скафандр, дай системе пару раз прогнать воздух.

– Сама знаю. – Отмахнулась девушка.

– Вот и молодец. – Машинально ответил Иван, принимая от искина навигационную «картинку».

Программа, разработанная искином «Выжгара» не подкачала. Не подкачала и нейросеть Ивана. Бот находился именно в том месте, в котором и планировалось, в начале «тропы контрабандиста». Теперь следовало дождаться возвращения в систему транспорта с «Руфина» и выходить на связь. Землянин отдал искину бота команду задействовать сканеры в пассивном режиме, чтобы осмотреться в ближайших окрестностях. Все-таки, граница газо-пылевого пояса, одного из трех в системе, не то место, где стоит вести себя чересчур расслабленно.

– Бр-р-р, холодно! – Пожаловалась Лати, поторопившаяся откинуть лицевую пластину шлема, когда параметры системы жизнеобеспечения перешли в зеленую зону.

– И кто тебе виноват? – Хмыкнул Иван.

– Тебе хорошо, ты уже все рассмотрел! А мне интересно. – Оглядываясь по сторонам, снова превратилась в любопытного ребенка Лати.

– Скафандр, хотя бы, пока не снимай. А то, боюсь, боевая аптечка на насморк не рассчитана. – Улыбнулся Иван, в свою очередь, открывая забрало.

Холодный и «мертвый» воздух был неприятен, но, как говорится, куда ж деваться с подводной лодки. Не отвлекаясь особо от сканирования окружающего космоса, Иван краем глаза следил за поведением девушки. У него сложилось впечатление, что столкнувшись, пусть и не со сверстником, с человеком, готовым поддержать пустой треп и не читающим нотации, Лати отрывалась по полной. По крайней мере, парень стал неплохо разбираться, когда девушка придуривается, а когда ее поведение естественно. Вот и сейчас, закончив оглядываться по сторонам, Лати хитренько посмотрела на Ивана и невинным голосом спросила:

– А если в туалет захочется, можно скафандр снимать?

– Можно. – Отрешенно ответил Иван, но тут же включился и добавил. – Только, если примерзнешь к сидушке – не жалуйся.

То ли не ожидав такого ответа, то ли представив подобную ситуацию воочию, Лати искренне рассмеялась. Улыбнувшись в ответ, землянин вернулся к своим заботам. По всему выходило, что «творчески мыслить» через нейросеть у него никак не получалось и для того, чтобы хоть имитировать этот процесс придется сильно постараться. Пока же, нейросеть воспринималась как «внешнее устройство» и общение с ней шло на соответствующем уровне. Ивану это казалось в корне неправильным.

»– Это мои мозги, так какого хрена я с ними общаюсь, как с чужим компьютером?» – В который раз сам себе задал вопрос Иван. – «Блин. Нужно будет поговорить с кем-то достаточно умным и давно пользующимся нейросетью. Или учить конкретно «Психологию» ранг эдак в пятый минимум. А «Кибернетику» хоть так, хоть эдак, по любому, в шестой ранг загонят нужно. Вот жешь! Это же сколько времени потребуется? Хотя…. На станции медкомплекс должен быть. Хм, может, удастся разгончик устроить? Спросить, что ли, у Лати? Хотя, не к спеху».

Глава 16.

Освободившись, в конце концов, от скафандра, Лати облазила весь бот, поняла, что ничего особо интересного не имеется и заскучала. А заскучав, не придумала ничего лучше, чем пристать к Ивану с идеей, врубить сканеры в активный режим в надежде «найти чего-нибудь интересного». Идея была высказана от чистого сердца и горящие азартным огнем глаза девушки служили тому подтверждением. Объяснять, что в этом месте не может быть ничего интересного, Иван не стал. Парень решил пойти по уже испробованной методе.

– Давай. – Согласился он, но тут же, безразличным тоном, добавил. – И целых два дня будешь общаться один на один с мамой.

Даже не успевшая обрадоваться, девушка мгновенно поскучнела. Как понял Иван, маму Лати уважала и побаивалась. В отличие от отца, который позволял себе иногда потакать капризам дочери, мама была строга и непреклонна. Иван подозревал, что детство и юность у женщины были весьма нерадостные и она, весьма своеобразно нужно сказать, готовила дочь к взрослой жизни. Справедливости ради, парень каждый раз одергивал себя, когда начинал возмущаться родителями Лати. Мало ли какая у них была жизнь и мало ли, как принято воспитывать детей в империи Аурун. Может, тут все родители себя так ведут. В общем, окончательные суждения Иван решил выносить не раньше, чем познакомится с ними лично.

До возвращения в систему долгожданного транспорта с «Рафина», Лати успела обидеться на Ивана, помириться с ним и понять, что работа в космосе совсем не так весело, как ей казалось. Иван стоически перенес все перепады настроения девушки, а в ответ на последнее заявление только пожал плечами и философски заметил, что это касается не только работы в космосе, но и многих других вещей.

Так и пролетело время до возвращения транспорта. Словно по расписанию, пришел короткий направленный сигнал о появлении в системе искомого объекта. Мысленно поблагодарив искин «Выжгара», Иван предупредил девушку и включил сканеры в активный режим. Одновременно с этим, он двинул бот прямиком в «Рафину». Конечно, ни до самой станции, ни до приближающегося к ней транспорта сканеры бота не доставали, но окружающее пространство словно раздвинулось и стало более насыщенным.

Посчитав, что экипаж транспорта и диспетчер станции уже успели связаться между собой и выяснить об отсутствии Лати, Иван включил передатчик и принялся вызывать «Рафин». Кроме того, этим он стремился показать, что не прячется, а действует в открытую. Своеобразная демонстрация чистоты намерений для СБ.

– Внимание. МДБ «Малыш» вызывает «Рафин». МДБ «Малыш» вызывает «Рафин». Я, Иван Берст, являюсь беженцем из Пограничья и прошу политического убежища в империи Аурун. Прошу разрешить стыковку со станцией. – Выдал в «эфир» землянин. – Ну, и, кроме того, у меня на борту гражданка империи.

– Привет, это я. – Выдала Лати, заставив Ивана поморщиться. – Ма, па, со мной все порядке!

– Лати?! – Одновременно прозвучали два голоса – мужской и женский.

– Мама, дядя Кранвр, я все объясню! – Заторопилась девушка.

– Кранвар, дай им приводной коридор. – Вмешался еще один мужской голос. – А все объяснения позже!

– Папа. – Одними губами прошептала Лати.

– Данные принял. – Через пару минут констатировал Иван. – Ориентировочное время прибытия – два часа.

От искина «Малыша» пришло предупреждение об активном облучении сканерами. Причем, одновременно из нескольких источников. Как понял Иван, диспетчер «Рафина» сориентировал несколько следящих спутников, плюс, свою лепту внес и экипаж транспорта. Кстати, расчёты показывали, что транспорт доберется до станции на полчаса раньше бота. То есть, встречать Ивана и Лати будет все население в полном составе.

Так и получилось. Когда сканеры бота смогли выдать визуальную картинку устаревшего перерабатывающего комплекса, то транспорт уже пришвартовался. Самым краешком нейросети контролируя полет, Иван с интересом рассматривал будущий, как он надеялся, минимум на год, дом. Чем-то станция «Рафин» напоминала снеговика, которого Иван лепил в детстве. Те же три сферы разного диаметра, «поставленные» друг на друга. Масштабы «снеговика» превосходили понимание землянина. Одно дело знать из тренировок и ПБЗ технические характеристики, и совсем другое увидеть воочию пятикилометровый «шарик», к которому прилепились два «шарика» поменьше. Километр один и двести метров другой. Всего лишь! МКС, даже в максимальной комплектации, со своими сто десять на семьдесят три метра, выглядела микробом на фоне таких масштабов. Это впечатляло.

Подвижный парк станции был представлен универсальным средним транспортом в простейшей комплектации «Рудовоз» и тремя шлюпками того же класса, как и угробленная Лати. К большому, промышленному шару станции были «принайтованы» остовы трех кораблей, то ли ожидающих очереди на разборку, то ли уже разобранных, но еще не выброшенных. Спрашивать у девушки Иван не стал. Она, похоже, репетировала предстоящую встречу и разговор с родителями. Судя по хмурому выражению лица, даже в мысленном споре Лати приходилось несладко.

Повинуясь командам со станции, бот занял один из пустующих малых стыковочных узлов и его «экипаж» стал готовиться к выходу. И, как только условия в переходном шлюзе стали соответствовать стандартам жизнедеятельности, искин бота подал запрос на открытие люка. Не медля, Иван такое разрешение дал.

Землянин ошибся, и встречали их обитатели «Рафина» не в полном составе. Всего пятнадцать человек. Встречающие расположились в три эшелона. «На острие» стояли родители Лати и лейтенант имперской безопасности. Во втором ряду еще двое мужчин. А остальные, большой группой расположились на выходе из переходного шлюза. Выражения лиц встречающих не отличались особым разнообразием – у всех наличествовала некоторая озабоченность в смеси с любопытством. Пожалуй, только у матери Лати озабоченности было значительно больше, и соседствовала она с возмущением дочерью. Ее супруг выглядел более невозмутимым, но его пристальный взгляд, прикованный к дочери, выдавал его истинные чувства.

А вот один из мужчин «второго ряда» столь же пристально рассматривал Ивана, почти не уделив внимания девушке. На его фоне не смотрелся даже безопасник. У землянина возникло непроизвольное желание передернуть плечами от такого внимания, но он сдержался.

Глава 17.

Дальше все произошло быстро и деловито. Безопасник прошелся по Ивану и Лати портативным полицейским сканером и кивнул родителям девушки. Те немедленно подошли к дочери, оттеснив ее от Ивана. Самому землянину лейтенант Пори Сэлм велел следовать за собой, предварительно велев сбросить коды доступа к боту одному из мужчин. Иван незамедлительно проделал данную операцию и мужчина, кивнув безопаснику, скрылся в недрах «Малыша». Слегка улыбнувшись Лати, Иван направился вслед за офицером. При этом он совсем не удивился, когда за его спиной пристроился тот самый мужчина, который необычайно пристально рассматривал землянина.

Обитатели станции посторонились, пропуская короткую процессию, и Иван попал внутрь. После непродолжительного перехода по стандартному для данного типа станций коридору, землянина впустили в помещение службы безопасности. И снова ощущение стандартности. По своим виртуальным тренировкам Иван был знаком с принципиальным устройством подобных офисов, а этот конкретный ничем от них не отличался. Возникало такое впечатление, что своим рабочим местом лейтенант Сэлм пользуется не часто. По крайней мере, Иван не заметил никаких индивидуальных мелочей, которые обязательно возникают на рабочем месте любого человека.

Жестом указав парню на стул, лейтенант обошел стол и уселся в кресло. Второй сопровождающий, дождавшись пока Иван усядется, расположился за спиной безопасника. Как догадывался землянин, в данный момент лейтенант активирует хитрую начинку офиса, после чего будет получать либо на экран, либо на нейросеть отчет с нескольких десятков сканеров. Своеобразный продвинутый аналог земных детекторов лжи.

– Итак. – Лейтенант закончил подготовку и поднял глаза на Ивана. – Под протокол. Назовите себя.

– Иван Берст.

– Цель прибытия на территорию империи Аурун.

– Просьба об убежище и предоставлении гражданства.

– Откуда прибыли?

– Удел Вариот, Пограничье. – Ответил Иван согласно легенде.

– Назовите причины, заставившие вас стать беженцем. – Продолжал придерживаться стандартной процедуры лейтенант.

– Хм. В двух словах и не расскажешь. – Пожал плечами Иван.

– А мы не торопимся. Рассказывайте так, как считаете нужным. – Подбодрил парня безопасник.

Вздохнув, Иван принялся озвучивать легенду. Он рассказал, как еще ребенком был отобран в экспериментальную программу, целью которой были эксперименты с нейросетями, как уменьшалась их группа, фактически запертая в четырех стенах, как в результате непонятных событий, после почти пятнадцати лет, программа была признана бесперспективной.

– Ну, с оборудованием и всем прочим понятно, оно все клинике досталось. А нас…. Нас стали распихивать кого куда. – Иван вздохнул. – Подписок особых не брали, но и выбирать мы не могли. Каждого отправляли отдельно. Знаю только, что пятерых отправили на флот.

– А сколько вас всего было? – На лице лейтенанта проступили следы заинтересованности.

– Двенадцать. Девять парней и три девушки.

– Что вы можете рассказать о сути программы?

– Как я понял…. Ну, вы сами понимаете, в детали нас никто не посвящал. Они пытались из нескольких простых нейросетей сделать что-то более, крутое, что ли. – Иван в очередной раз пожал плечами.

– Очень интересно. А почему вы говорите закрыли программу?

– Не знаю. При нас такие вопросы не обсуждались. Разве что, пара реплик, брошенных вскользь. Не знаю, стоит ли озвучивать….

– Конечно, стоит! – Заверил лейтенант. – От степени вашего сотрудничества в большой мере будут зависеть перспективы вашего дальнейшего пребывания в империи.

Не успел Иван ответить, как дверь в офис Службы Безопасности открылась, и в комнату ворвался отец Лати. И выражение его лица было весьма мрачным.

– Господин Сарон! – Возмутился лейтенант. – Что вы себе позволяете!

– Заткнись Пори! – Рыкнул Ваг Сарон. – У меня есть вопросы к этому…. К этому….

– Предлагаю отключить ведение протокола. – Воспользовавшись тем, что мужчина прервался, чтобы подобрать подходящий эпитет, а лейтенант онемел от такой наглости, предложил Иван.

– Да, Сэлм, отключай протокол. – Поддержал молчавший до этого мужчина, многозначительно посмотрев на Ивана.

Лейтенант со вздохом ткнул рукой куда-то в стол, и выжидающе уставился на отца Лати.

– Что ты задумал?! – Не обращая внимания на остальных, навис над Иваном Ваг Сарон.

– Ничего. – Ответил Иван. – Если вы расспросили дочь, то должны знать мои мотивы. Ее я обо все честно предупредил.

– Та-ак! – Так и не представившийся мужчина выдвинулся поближе к месту событий. – О чем это вы тут?

– Он установил Лати нейросеть! – Обвиняющим тоном сообщил отец девушки. – «Инженер-128»!

– Интересно. – Приподняв бровь, мужчина перевел взгляд на Ивана. – А как вообще вы встретились?

– Девочка решила проявить самостоятельность. – Покачал головой Иван. – Она вас всех обдурила, угнала шлюпку и отправилась размародеривать платформу ПКО.

– …! …! – Высказался мужчина.

– Да-а! – Поддержал его лейтенант.

– Ну, платформа оказалась не совсем мертвой. Шлюпку вырубило, скафандр повредило. К счастью, я оказался неподалеку. – Иван развел руками. – Ну, а когда расспросили Лати, то я подумал…. Ну, в общем, я хочу этот обязательный год провести здесь.

– А почему ты решил, что установка нейросети девчонке тебе в этом поможет? – Демонстративно удивился лейтенант Сэлм.

– Лейтенант, давайте начистоту. – Криво улыбнулся Иван. – Вы замазаны в то, что здесь происходит по самые уши. Ну, или наоборот. Они замазаны в ваши безопасные дела. И не нужно так переглядываться, господа! Не знаю, по какой линии некие господа были вашими коллегами, но они, фактически, открытым текстом мне об этом сказали.

– Прямо так взяли и сказали? – Усмехнулся безымянный до сих пор мужчина.

– Скажем так, намекнули, когда пытались меня вербовать. – Вернул усмешку Иван. – Предупреждая ваш вопрос, я отказался. Не для того я вырвался из одной клетки, чтобы добровольно вселиться в другую.

– И, тем не менее, вы здесь. – В этот момент лейтенант никак не походил на провинившегося потребителя «зеленого тумана».

– Что здесь происходит?! – Буквально прошипел Ваг Сарон.

– Ваг, хватит изображать из себя невинность. – Поморщился лейтенант Сэлм. – Все ты прекрасно понимаешь. Идиоты не командуют батальонами.

Скрежет зубов Вага Сарона был слышен, наверное, по всему жилому объему станции.

– А не обсудить ли нам НАШИ проблемы позже? – Вернул товарищей в конструктивное русло третий мужчина. – Лично мне, гораздо интересней послушать нашего гостя.

– А мне почти нечего добавить. – Пожал плечами Иван. – Первоначальным решением было спасти Лати и после допроса произвести кодировку. Я уговорил поступить иначе. Не смотря на мой отказ от непосредственного сотрудничества, мне пошли навстречу.

– Интересное словосочетание вы употребили: отказ от непосредственного сотрудничества. – Поднял бровь лейтенант.

– Скажем так, я не давал никаких обещаний, мне не давали никакой информации, но негласный договор о дружбе мы заключили. – Словно в сомнении покачал головой Иван.

– К храстам! – Можно сказать, выругался отец Лати. – Не хочу я во всем этом дерьме участвовать! А с тобой…. С тобой у нас будет отдельный разговор!

– Н-да. – Когда за Вагом Сароном закрылась дверь, протянул безопасник. – Если бы пришла Лентина, мы бы так просто не отделались. Ну, Рифар, что будем делать?

– Дослушаем историю молодого человека, а потом, ты включишь запись, и он закончит нам рассказывать сказку под протокол. – Усмехнулся мужчина, названный Рифаром.

– Н-да. – Повторил лейтенант. – Ты, как все….

Безопасник не договорил. По выражению его лица можно было понять, что ему пришло какое-то сообщение на нейросеть. По тому, как поднялась бровь лейтенанта, сообщение было весьма неожиданным.

– Забавно! – Прокомментировал лейтенант. – Рифар, думаю, тебе тоже стоит взглянуть.

Названный Рифаром лучше владел собой, но и он не удержался от комментария:

– Интересный поворот. А скажи-ка, Иван Берст, почему кодовую фразу передаешь не ты, а девчонка?

– Все-таки, эту дурочку завербовали! – Изобразил смесь раздражения с негодованием Иван.

– Что-о-о?!

– Ну, я так думаю. Понимаете, теперь Лати лакомый кусочек для любой организации. Не сейчас, конечно. Я вообще не понимаю, как можно было в семнадцать лет быть столь наивной. – Иван покачал головой. – Честно, не хотел я такого. Не подумал о последствиях.

– Вот что, парень. Меня зовут Рифар Шресткор. И я хочу услышать все в подробностях! – Представился наконец-то мужчина.

– Ну, в целом, я вам почти все и рассказал. – Попытался открестится от дальнейшего рассказа Иван.

– Это хорошо. – Покивал головой лейтенант. – А теперь, давайте в подробностях, господин Берст.

Иван изобразил на лице легкое недовольство, а в душе испытал огромное облегчение. Мало того, что его предположения о «хитрых делах» на станции «Рафин» полностью оправдались, так еще и хозяева «Выжгара» подсуетились и передали через Лати какую-то кодовую фразу. После ее получения и лейтенант, и непонятный господин Рифар Шресткор чуть-чуть по-другому стали смотреть на землянина. Несколько напрягала мысль, а зачем, собственно, понадобилась такая подстраховка, и почему было не сообщить эту фразу непосредственно ему, Ивану. Отвечая на вопросы собеседников, землянин обдумал эту мысль и решил, что таким образом его пытаются крепче привязать к девушке. Чтобы он не смог откреститься от навязанного наставничества. Как бы там ни было, первый шаг в новую жизнь был сделан. Теперь нужно было отыграть начатую партию до конца и целый год можно будет спокойно заниматься приобретением практического опыта.

Где-то в пространстве.

Виртуальное пространство напоминало каминный зал какого-нибудь древнего рыцарского замка. Вызывавший на мгновение задержался, чтобы осмотреться по сторонам, а затем подошел к уютно горящему камину и опустился в свободное кресло.

– Странно. Я не готов был встретить такой антураж, когда вызывал на связь ТЕБЯ. – Обратился он к хозяину.

– Согласись, красиво получилось. – Пожал плечами хозяин виртуала.

– Что-то случилось? Такое поведение тебе совершенно не свойственно. Скорее, это в стиле….

– А ты задумывался когда-нибудь, сколько у него было провальных операций? И тогда, и потом. – Не отрывая взгляда от пламени, перебил гостя хозяин.

– А насколько рациональными были его действия? – Вопросом на вопрос ответил гость.

– А к чему приводят наши рациональные действия? Я посчитал, что при нашем подходе количество факторов, влияющих на ситуацию, растет в экспоненциальной прогрессии. Мы отсекаем те, которые кажутся незначительными, но, рано или поздно, упираемся в необходимость пересчитывать модель с нуля.

– И ты решил испробовать его путь? Поступать так, словно ты по-прежнему человек? Ты и его авантюризм на себя примерить хочешь?

– Только в одном деле. – Усмехнулся хозяин.

– Та-ак! Дай угадаю, посланный им в твою зону человек. Человек, которому он ввел двести восемнадцатую серию. – В интонациях гостя не было вопроса, только утверждение. – Именно ради этой информации я и вышел на связь.

– Пожалуйста. – Хозяин небрежно махнул рукой, и на столике между креслами материализовалась древняя папка для документов.

Гость осуждающе покачал головой, но папку взял. В его руках папка пошла рябью и растворилась. Несколько мгновений фигура гостя пребывала в неподвижности.

– Не понимаю. – Констатировал гость. – Это и все, что может дать двести восемнадцатая серия?

– Тебя только это волнует? – Снова вопросом на вопрос ответил хозяин.

– Остальное я оставляю на твое усмотрение. Хотя и не понимаю, почему ты позволяешь этому человеку столь многое. Это нерационально.

– А ты внимательно изучил отчеты о психопрофиле человека? Или, как всегда, отнес эти данные к несущественным? Посмотри еще разок на побудительные мотивы в ситуации с девушкой. И скажи, тебе это ничего не напоминает?

– А ты уверен, что анализ верен? – После микроскопической паузы уточнил гость. – Не слишком ты усложняешь?

– Ты считаешь, что двухсотсемидясятипроцентный рост уверенности в себе, связанный с появлением объекта защиты, можно интерпретировать по-другому? – Хозяин, явно, был настроен не давать утвердительных ответов. – А еще обрати внимание на латентную потребность иметь команду единомышленников.

– Зародыш Хранителя? – Пришел черед гостя отвечать вопросом.

– Анализ однозначного ответа не дает. – Чуть выделил голосом первое слово хозяин.

– И ты решил положиться на человеческие чувства. – Констатировал гость.

– Да. И дать ему полную свободу. Оставив только легкий присмотр.

– По-моему, ты идешь значительно дальше и помогаешь едва ли не в открытую. – В голосе гостя слышалось осуждение. – Не слишком ли сильно ты отступаешь от своих собственных принципов и полагаешься на эмоции?

Хозяин виртуала пожал плечами и снова уставился на пламя в камине.

ЧАСТЬ 2.

Глава 1.

Две недели карантина подошли к концу, и Иван готовился выйти «в свет». Хотя, землянин не мог не признать, что карантин был весьма и весьма формальным. Ровно на столько, чтобы при проверке иметь формальную отписку. А так….

На второй день к нему прорвались родители Лати, и между ними и Иваном состоялся тяжелый разговор. Всю тяжесть в эту беседу вносила мама, Лентина Сарон. Женщина буквально излучала в пространство флюиды недоверия, страха, растерянности и еще кучи чувств. И если бы не муж, то никакие ПБЗ не помогли бы Ивану успокоить женщину. Ваг Сатор, видимо, за эти дни успел поостыть, и оказался готов воспринимать логические объяснения. В конце концов, к немалому облегчению землянина, главного он достиг. Родители Лати согласились предоставить ему возможность провести испытательный год на «Рафине». Не так однозначно получилось с обучением девушки, но и тут Иван выторговал и себе, и ей определенные привилегии.

А еще, каждый день заходил Рифар Шерсткор. И дело было не в еде, которую он приносил Ивану. На первый взгляд, Шерсткор с удовольствием отвечал на все вопросы землянина и почти не спрашивал сам. Но парню, почему-то казалось, что посетитель чего-то ждет от него. Ждал, ждал и дождался. Чем больше Иван узнавал о свалке и организации работ на станции «Рафин», тем больше его волновал вопрос, а откуда в такой глухомани вообще взялась свалка космических кораблей.

– Чистильщики. – Пожал плечами Рифар Шерсткор.

– А-а-а! – Понимающе протянул Иван.

Но, видимо, сделал это недостаточно убедительно. На лице собеседника появилась довольная улыбка. Поднявшись со своего места, Шерсткор подошел к одной из стенных панелей, проделал какие-то манипуляции, и только после этого озвучил свои мысли. Причем, начал несколько издалека.

– Я, когда первый раз о них услышал, тоже был в полном недоумении. Откат не так сильно ударил по моей планете, чтобы я выглядел полным дикарем. И ИП у меня был не маленький. Ну и, повезло, можно сказать, что пиратов прихватил не простой имперский патруль.

Мужчина приумолк, словно вспоминая давние события. А Иван, лихорадочно соображая, начал догадываться, что столкнулся с одним из «коллег». Но блок на информацию о «Выжгаре» никуда не делся, и парень решил помолчать, послушать собеседника.

– Да…. Когда мне обрисовали ситуацию и перспективы, я, естественно, ухватился за предложение обеими руками. Как же! Мало того, что попал в мифическую Звездную Империю, так еще и начинать предложили не с нуля, а как…. Ну, думаю, ты и сам догадываешься.

– Предположим. – Осторожно кивнул головой Иван.

– Обучили меня великолепно. Вот только, по истории сведения давали, как бы это сказать….

– Кастрированные. – Сдерживая ухмылку, подсказал Иван.

– О! У вас еще такое в ходу? – Поднял брови Шерсткор.

– Только с животными. – Иван понимал, что этой фразой подтверждает все подозрения собеседника, но ему казалось, что тот искренен в своей симпатии к землянину. – Правда, слышал, что хотели химическую кастрацию для маньяков и педофилов ввести.

– Совать в кислоту? – Буквально повторил одну из земных «шуток» Шерсткор. – Да, дружище, похоже, что ты из еще большей дыры, чем моя родина.

– Рифар, давай не будем углубляться. У меня тут возникают намеки, что мы уже и так к самому краю подобрались. – Поспешил перевести разговор на другую тему Иван. – Ты о чистильщиках начал рассказывать.

– Хм, ты прав. Потом поговорим. Есть надежный способ. – Шерсткор подмигнул Ивану. – А Чистильщики…. Да-а, Чистильщики стоят того, чтобы о них узнать. Будь здесь нормальный доступ к «Галонету», ты там такое мог бы почитать! А, если коротко, то в районе нынешней границы Империи и Деспотии есть система. Всего две планеты. Если тебе повезет задержаться в ней на время, достаточное для сканирования, то весьма удивит отсутствие привычного космического мусора. А еще больше удивят шесть тысячекилометровых объектов вокруг второй планеты. Рассмотреть больше у тебя вряд ли получится. Тебя просто уничтожат.

– Даже так? – Удивился Иван. – Любой корабль?

– Любой. Даже, если это будет пассажирский лайнер. – Кивнул Рифар Шерсткор. – Вот эти самые шесть гигантов и есть Чистильщики. Иногда, они поодиночке, реже вдвоем, покидают свою систему, чтобы спустя какое-то время появиться около обитаемого мира и предложить свои услуги по очистке пространства от остатков боевой техники.

– Ты хочешь сказать…. – Медленно проговорил Иван.

– Да, Чистильщики делают прямой прокол в выбранную ими систему и как пылесос затягивают в него ВСЕ. – Подтвердил подозрения землянина Рифар Шерсткор.

– Мать перемать! – Изумился Иван. – Хм, я совсем не удивлен, что они к себе в систему никого не пускают. Обладание такой технологией…!

– Ну, технология известна давно. – Охладил восторги собеседника Рифар. – Но, реализовать ее в таких масштабах еще не удалось никому. Я уже не говорю о ВЫБОРЕ места назначения. Максимум что удалось другим, условно говоря, прямой туннель на десяток стандартных единиц с жуткими эффектами в конце.

– И что, никто так и не попытался с ними договориться? Или напасть, в конце концов? – Продолжал удивляться Иван.

– Пытались. Попытки договориться были проигнорированы. А напасть…. Напасть пытались дважды. По крайней мере, за последние триста лет. Что творилось во времена Старой, а тем более, Первой Империи нам не известно. – Ухмыльнулся собеседник землянина.

– Подожди! – Прервал Рифара Иван. – Так они….

– Да. Есть свидетельства, что и во времена Первой Империи они уже были реликтами. – С полуслова понял удивление парня Рифар. – Первый раз объект справился сам. Он развернулся в сторону планеты и врубил генераторы. Сам понимаешь, уже через пять минут атака была остановлена. А во второй раз…. Во второй раз дело было в транзитной системе. Казалось еще чуть-чуть и дело будет сделано. Но со столичного мира пришел приказ остановиться. Оказывается, уже через десять минут перед планетой стали появляться астероиды. И не просто так, а в определенном порядке. Сначала куча мелких камней, с которыми система ПКО с трудом, но справилась бы. Чуть дальше, камни покрупнее, а еще дальше – три стокилометровых монстра. Намек был понят правильно.

– Да, уж. – Иван ошалело покрутил головой. Очень хотелось продолжить расспрашивать Рифара Шерсткора на эту тему и дальше, но землянин пересилил себя и задал более насущный вопрос. – Рифар, а что еще мне нужно знать, чтобы не попасть впросак? Не хотелось бы, чтобы и другие пришли к таким же выводам, что и ты.

– Думаю, что подобное тебе не грозит. – После секундного раздумья, ответил Рифар Шерсткор. – Я – подозревал с самого начала, поэтому и присматривался, и прислушивался. А для остальных, вполне сойдет и официальная легенда.

Рифар подмигнул Ивану и направился к давешней панели. Землянин понял, что разговор «по душам» откладывается.

Глава 2.

Лейтенант Сэлм официально объявил Ивану, что ему разрешено провести карантинный год на станции «Рафин», и выпустил землянина из «заточения». Неофициально лейтенант объяснил, что Служба Безопасности попала в финансово-бюрократическую ловушку и решила особо не напрягаться. Оказывается, в подобных случаях при перемещении субъекта, подобного Ивану, его должен сопровождать офицер СБ. Но лейтенант Сэлм не может покинуть свой пост, так как является единственным офицером СБ в системе, а направлять сотрудника из отдела на Сердоне, посчитали слишком накладным. К тому же, медицинский отчет, направленный лейтенантом начальству, оное начальство не впечатлил. Как понял лейтенант, «экспериментальная» нейросеть Ивана была признана устаревшей разработкой.

Землянин лишь облегченно вздохнул. Были у него сомнения по этому поводу. Особенно, когда он увидел, каким именно медицинским оборудованием пользуются на «Рафине». Дешевый РМК-27 «Реаниматор», естественно, обладал набором диагностирующих функций, но набором исключительно в рамках своих прямых функций: первичных неотложных медицинский мероприятий. Иными словами, РМК-27 был способен поддерживать жизнь раненого или больного до тех пор, пока ему не будет оказана более квалифицированная медицинская помощь. Чего это устройство могло «надиагностировать» по поводу нейросети, Иван представлял с трудом. Но, в конце концов, если эсбэшному начальству этого оказалось достаточно, то и бог с ним.

Правда, имелась и еще одна сторона медали. Иван с грустью понял, что об обучении под разгоном можно забыть. Тут нужен был комплекс классом не ниже многофункционального медицинского. У Ивана было достаточно знаний, чтобы понимать примерную стоимость доведения «Реаниматора» до стандарта ММК «Медик». А если приплюсовать сюда стоимость необходимых расходных материалов…. Вряд ли даже ради любимой дочери чета Сарон пойдет на такие расходы. Правда, у землянина брезжили определенные идеи, но для четкого понимания получится или нет, требовалось детально осмотреться на станции.

А пока, землянину предстояло познакомиться с десятком обитателей станции «Рафин». Его-то и выпустили как раз к обеду, где должны были собраться те, кто в данный момент не был на смене. Жалкий пакетик с личными вещами Рифар уже давно забросил в отведенную Ивану каюту, поэтому землянину ничего не мешало направиться прямиком в столовую. По его прикидкам там предстояло воочию познакомиться с десятком, а то и полутора десятками, обитателей станции «Рафин». Нельзя сказать, что Иван сильно волновался, но некоторый ажиотаж пополам с нервозностью присутствовал.

Примерно так и оказалось. В столовой уже были девять человек, а еще трое вошли практически одновременно с Иваном. На землянине скрестились заинтересованные взгляды. Чувствуя себя, словно манекенщица на подиуме, Иван пожелал всем доброго дня и направился в сторону знакомых лиц. Кроме семейства Сарон в полном составе, такое лицо, собственно, было только одно – Рифар Шерсткор. Но, тут вмешалась Лати. Неугомонная девченка, то ли по общей взбалмошности характера, то ли назло родителям, вскочила со своего места и буквально подбежала к Ивану.

– Привет! Наконец-то тебя выпустили из застенков! Давай, я тебя со всеми познакомлю!

– Привет! – Иван решил похулиганить и поднял руку так, чтобы Лати могла хлопнуть его по ладони. Девушка, естественно, ничего не поняла. – Ну, что за бестолковая девица!

– А в лоб? – Уперла руки в бока Лати.

– Не в лоб, а давай хлопай меня по ладони. Ага, так. Теперь, ты подставляешь ладонь, только здесь, снизу и хлопаю я. – Принялся объяснять Иван. – Ага! Теперь кулак вперед и стукаемся.

– Это что, какой-то ритуал жителей Пограничья? – Раздался раздраженный голос Лентины Сарон.

– Вот еще! – Делано возмутился Иван. – В сериале такое показывали. Дальше мы еще должны были стукнуться локтями и вместе прокричать «Мы банда»!

Большинство присутствующих искренне рассмеялось.

– Класс! – Объявила Лати. – Мы теперь всегда так будем здороваться?

– Хм. – Иван задумчиво почесал затылок. – Может, обойдемся упрощенным вариантом?

– Эй, бандитка! Обещала нас представить, давай, действуй. – Вмешался Рифар Шерсткор и добавил громким шепотом. – Мне заранее страшно чего она может наговорить.

Все с интересом уставились на девушку, предвкушающе похихикивая. Лати обиженно надулась и скомкано назвала имена всех присутствующих. Некоторые в ответ просто кивали головой, другие махали рукой. Когда представление закончилось, Иван поклонился всем сразу и продолжил-таки путь к столу Рифара. Имена новых знакомых он знал и раньше, а теперь к именам добавились еще и визуальные образы. Так, за одним столиком с Рифаром сидел высокий худощавый мужчина с феерическим именем Кургберст Гровалпуртр. И, хотя, с некоторых пор Иван не мог пожаловаться на память, да и нейросеть была готова мгновенно выдать подсказку, от перспективы выговаривать полное имя собеседника, землянина бросало в дрожь.

– Скажите, уважаемый Рифар, вам не кажется, что молодой человек как-то странно на меня смотрит? – Едва Иван уселся, заговорил мужчина с непроизносимым именем.

– Мне кажется, уважаемый Кургберст, что юноша мысленно тренируется в произнесении вашего имени. – Столь же церемонно ответил Рифар Шерсткор.

– Весьма похвально. – Сосед по столику одобрительно посмотрел на Ивана. – Только, парень, называй меня просто Кург. Справишься?

Мельком глянув на ухмыляющегося Рифара Шерсткора, Иван всем корпусом развернулся к Кургу и, приложив руку к груди, проникновенно ответил:

– Уважаемый Кургберст Гровалпуртр, я бесконечно благодарен вам за то снисхождение, которое вы проявили к моим невеликим лингвистическим талантам. Но моя благодарность возрастет вообще безмерно, если вы уговорите и господина Шерсткора войти в мое положение и позволить мне называть его, например, Рифом.

Изображая смущение, Иван потупился и принялся ковырять пальцем стол.

– Сработаемся. – Под смешки со стороны соседних столиков констатировал Кург.

– Эй, вы, что решили парня к себе в бригаду сманить? – Возмутился кто-то за спиной Ивана.

Землянин не стал оглядываться, так как в этот момент к их столику подъехал самодвижущийся раздатчик, и ему предстояло выбрать себе обед. На мгновение «зависнув» при виде слегка отличающихся цветом закрытых судочков, Иван тут же сообразил вызвать через нейросеть меню. Тем временем, разговор сам собой исчерпался. Рифар и Кург синхронно пожали плечами и тоже сосредоточили внимание на выборе еды. Два первых блюда, два вторых и три краника для напитков с пустыми стаканчиками и кружками. Эдакая кибернетизированная разновидность недорогих турецких отелей. Иван даже усмехнулся пришедшей на ум аналогии.

Принявшись за еду, землянин стал сводить воедино сведения об обитателях станции с их «портретами». Получалось, что визуально незнакомыми остались диспетчер, кибернетик станции, пилот транспорта и пятеро техников. Отсутствовавшего в столовой лейтенанта Сэлма Иван уже видел. Определившись с тем, кого еще не видел, Иван украдкой стал рассматривать тех присутствующих, которые находились в поле его зрения.

Тут до Ивана дошло, что самого необычного обитателя «Рафина», по крайней мере, по меркам землянина, он-то уже один раз видел. Иван скосил глаза на высокую стройную женщину лет тридцати на вид, сидящую за столиком около входа на кухню. Айюла Танол, эристилианка. Эристия – пограничный мир после развала Старой империи на пару сотен лет оказавшийся потерянным. К счастью эристилийцев, венгары, одна из нечеловеческих рас, считающаяся не врагом, а всего лишь, соперником людей, не кинулись стремительно захватывать все «освободившееся» пространство. Венгары предпочли продвигаться медленно, но основательно. Когда Эристия снова вошла в состав империи, на этот раз империи Аурун, люди обнаружили, что граница, во-первых, совсем рядом, а во-вторых, укреплена настолько, что воевать с венгарами нет никакого смысла. Слишком накладно.

По официальной версии именно венгары, еще до распада Старой империи применили на Эристии генетическое оружие. В результате на планете воплотился один из любимых постапокалиптических сценариев земных авторов: на одного мужчину на Эристии приходилось восемь женщин. Произошло это, естественно, не одномоментно. Как раз к тому времени, когда ситуация готовилась стать катастрофической на Эристии появились имперцы. Кое-какой приток мужского населения был обеспечен. Правда, не очень высокого качества. Оказалось, что у Эристии нет ничего интересного для Империи. Эристилианки попытались в поисках лучшей жизни, а откровенно говоря, мужиков пробиться туда, где этих самых мужиков больше всего. В армию. Но, так как возвращаться на родную планету они после службы не собирались, кто-то в империи Аурун испугался, что демографическая ситуация может испортиться и у них.

Мысли об эристилийках не помешали Ивану расправиться с первым блюдом и перейти ко второму. Попутно он еще раз взглянул на ту, которая эти мысли и вызвала. Медтехник и техник-диетолог Айюла Танол, как раз, и была результатом еще одной «гениальной» идеи по решению эристийской проблемы. Эристилийкам нужны мужчины, а мужчинам империи, особенно в отдаленных шахтерских поселках, на военных или промышленных базах, нужны шлюхи. А дальше, возникла некая корпорация проделавшая хитрый «финт ушами»: берется эристилийка, бустренько обучается какой-нибудь из обслуживающих профессий, кодируется на «безотказность» и СДАЕТСЯ В АРЕНДУ заинтересованным лицам.

Иван даже забыл донести вилку до рта. Оказывается, одно дело знать вообще, и совсем другое дело, когда абстрактное знание обретает конкретное лицо. А еще и есть большая вероятность, что ему лично придется к этому лицу обращаться. Землянин едва удержался, чтобы не передернуть плечами. Даже обычный добровольный продажный секс никогда не привлекал Ивана, а тут получалось, что женщина вообще выступает в роли специфического оборудования. Финансовая сторона вопроса в залитых землянину базах не освещалась, да и юридическая была скомкана донельзя. Очень уж все это попахивало рабством, категорически запрещенным в империи Аурун. Особенно, если вспомнить, что по окончанию аренды женщина должна была вернуться на Эристию, где и удалялось специфическое кодирование.

Иван заметил, что соседи по столу уже перешли к напиткам, и поторопился закончить с едой.

– Иван, как ты смотришь на то, чтобы сходить подобрать тебе экипировку? – Поинтересовался Рифар.

– Извини, Риф, но я уже договорился пройти подтверждение ПБЗ. – Виновато развел руками Иван.

– Хм. Так, даже, лучше. Но, тогда завтра утром мы тебя ждем в мастерской. – Рифар отсалютовал землянину кружкой.

– Всенепременнейше. – Приложил руки к сердцу Иван.

Глава 3.

Тест-комплекс являлся неотъемлемой принадлежностью любого человеческого поселения. По крайней мере, в империи Аурун – точно. При этом, Иван никак не мог понять, то ли это, действительно, выгодно, то ли относится к пропагандистскому трюку, которой ничего серьезного не значит, но выглядит «красиво». Как бы там ни было, через час после обеда землянин прибыл для тестирования. Помимо той самой Айюлы Танол в помещении обнаружился и кибернетик станции, Эргинд Руплиш. Невысокий полноватый, несколько суетливый мужичок с хитрым выражением лица. Оглядев Ивана с ног до головы, кибернетик вместо приветствия затребовал скинуть список рангов, которые новичок желает подтвердить. Пока Руплиш разбирался с давно подготовленным списком и настраивал свою часть тест-комплекса, Иван подошел к очередному «саркофагу». Тут уже главной была эристилийка.

– Я передала тебе правила и расценки на секс со мной. – Огорошила женщина землянина, едва тот приблизился. – Когда решишь воспользоваться, сообщи заранее.

У Ивана отвалилась челюсть. В особый ступор парня вогнало то, как именно это было сказано: не понижая голоса, ровным тоном, глядя прямо перед собой. И что интересно, на кибернетика это не произвело никакого впечатления. Эристилийка же явно заметила растерянность Ивана и добавила.

– Ты можешь рассматривать это как медицинскую рекомендацию. И я настоятельно не советую усугублять свое психическое состояние виртуальными симуляторами.

В этот раз со стороны кибернетика раздалось презрительное фырканье.

– Я приму к сведению. – С трудом взяв себя в руки, ответил Иван.

Женщина молча кивнула и указала на «саркофаг».

Иван нисколько не волновался, хоть ему и предстоял «экзамен» – освоенная ПБЗ это совершенно иной уровень, по сравнению с выученным учебником. К тому же, землянин сознательно занижал уровень выученных баз на один, а то и на два ранга.

И процесс пошел. Убедившись, что нейросеть справляется и без его «личного присутствия», Иван снова задумался о всевозможных законодательных странностях вокруг ПБЗ. Видимо, под влиянием встречи с эристилийкой, в качестве примера он взял специальность медтехника. С «высоты» своих знаний, Иван понимал, что ПБЗ «Медтехник» третьего, как у Айюлы Танол, ранга включает в себя: «Медицину» второго ранга, урезанного «Техника» и «Кибернетика» второго ранга. И при этом, если человек выучил эти же базы по-отдельности, то при попытке стать медтехником начинался такой геморой, что мама не горюй. Вдобавок, изученные ПБЗ, как бы, аннулировались. Такой финт, правда, происходил только с разнородными ПБЗ. С базами одной, скажем так, направленности ситуация была иной. Знание, например, «Техника малых кораблей» четвертого ранга не отменяло сертификацию на «Техника средних кораблей». Более того, приводило к некоторому уменьшению времени на изучение.

К концу тестирования Иван из своих рассуждений смог сделать только два вывода. Во-первых, что ему не хватает информации, и, во-вторых, сакраментальное «значит, это кому-то выгодно». Внутренне усмехнувшись, что ради таких выводов не стоило так напрягать мозги, землянин сам себя одернул в смысле, что некоторое напряжение мозгам полезно. Попутно он решил ввести в обиход новую пословицу: на нейросеть надейся, но и сам не плошай. Осталось только выяснить, нет ли какого-нибудь подобного высказывания в человеческом обиходе.

Веселясь подобным образом, Иван получил сертификат об условном подтверждении заявленных ПБЗ, естественно, с пометкой «без практического навыка». По истечению годичного испытательного срока и получения гражданства империи слово «условно» автоматически исчезнет, а «практический навык» землянин как раз и собирался приобрести на станции «Рафин». Попрощавшись с эристилийкой и кибернетиком, Иван отправился в свою каюту с намерением посвятить остаток дня лазанию по закромам внутренней сети станции «Рафин». Увы, доступа в «Галонет» на станции не было.

Сказано – сделано. С перерывом на ужин, Иван весь вечер рылся в доступной ему информации. Он, даже, пару вирт-постановок посмотрел, из тех, которые не сериалы. Эффект, конечно, впечатляющий, куда там всяким 3D, а по сути – ничуть не лучше всяких титаников с аватарами. С чувством честно выполненного долга, Иван и заснул.

А на следующее утро, после легкого завтрака, его повели подбирать снаряжение. Повели в ремонтную мастерскую. Как Иван уже знал из своих поисков по сети, там не только подготавливали и чинили оборудование, но и складировали найденное. То, что нельзя продать, но жалко выбросить. Землянин сразу же поставил себе задачу тщательно покопаться в этих завалах.

Хозяином мастерской оказался техник с вполне земным именем Колин. Поздоровавшись с Рифаром и Кургом, техник со скепсисом оглядел Ивана и приглашающе махнул рукой. Посмотрев в направлении взмаха, Иван обнаружил все тот же «Монтажник-4», в котором была Лати. В принципе, скафандр был вполне на уровне и по соотношению функциональность-стоимость твердо держался в десятке лидеров. Эдакий качественный ширпотреб на каждый день.

– Хм. – Теперь уже Иван скептично посмотрел на своих спутников и Колина. – Господа, а нет ли в ваших закромах чего-нибудь… ну, скажем, поинтереснее?

– Поинтереснее? – Ремонтник взглянул на заинтересовавшихся техников и с долей издевки ответил. – Поинтереснее полно, а вот работающего…

– Я бы взглянул. Или мы куда-то торопимся? – Настаивал Иван.

– Ну, смотри. – Колин величественным жестом простер руку в сторону склада.

Одновременно, на нейросеть Ивану пришло сообщение с планом склада. Дав себе обещание излазить его весь, землянин направился к закутку со скафандрами и запчастями к ним. А подойдя, буквально сразу же, наткнулся взглядом на контейнеры со староимперской маркировкой «Ремонтник-16ВУМ».

– Ого! – Вырвалось у него.

– Ага! – Передразнил идущий следом техник. – Ты, хоть, знаешь, в чем их отличие от современных?

– Генератор на твердотельных топливных элементах. – Почти мгновенно озвучил подсказку нейросети Иван.

– Знаешь. – Словно удивился ремонтник. – Может, заодно, скажешь, сколько такой стержень сейчас стоит и где его найти?

– Чего не скажу, того не скажу. – Покачал головой Иван. – Но, судя по твоему вопросу и по тому, что такое богатство валяется среди хлама….

– Правильно мыслишь, парень. – Похвалил землянина Колин.

– И, все-таки. Если позволите, я бы покопался в нем, так сказать, вживую.

– Копайся. – Разрешил ремонтник и открыл Ивану доступ к ремкомплексу.

Пока транспортный дроид притащил контейнер, пока его распаковывали и размещали на стенде ремкомплекса, Иван напряженно думал. Вернее, насиловал нейросеть. И категорически не был доволен результатом. Землянин сердито посмотрел на ни в чем неповинный скафандр «Монтажник-4» и по какой-то прихоти подсознания представил его с заляпанным монтажной пастой забралом. И пока нейросеть «надрывалась» в попытках решить наименее затратным способом задачу всунуть в старый скафандр новый генератор, ассоциации завели Ивана в воспоминания о строительных работах дома, на Земле.

От простоты, пришедшей в голову идеи у землянина, случился ступор. Он, на всякий случай, посмотрел на троих техников, терпеливо дожидающихся, пока он наиграется, а не издеваются ли они. Не обнаружив никакой издевки, Иван принялся за виртуальное моделирование и расчёты. При этом его чрезвычайно раздражали постоянные сообщения нейросети о нестандартности разрабатываемой конструкции. К счастью, он вовремя вспомнил, что общается не с компьютером, а с собственным мозгом и отдал команду анализировать конструкцию «по требованию». Работать стало сразу спокойнее. Хоть и не проще. Первый раз, все-таки.

– И какого я мучаюсь! – Хлопнул себя по лбу Иван, и, прежде чем последовали вопросы или комментарии от техников, спросил. – Колин, а скафандр, который почти угробила Лати, ты уже починил?

– Делать мне больше нечего. – Отмахнулся техник.

– А не позволишь ли мне и на него взглянуть? – Постарался изобразить милую улыбку Иван.

– Ну, смотри. – Уже настороженно дал «добро» Колин.

Рифар и Кург переглянулись и подошли поближе. Тем временем, Иван уже отдал ремкомплексу приказ демонтировать генератор старого скафандра. А как только дроид притащил скафандр Лати, его постигла та же участь. Дальше техникам пришлось наблюдать, как Иван выбрал «ручное», пооперационное управление ремкомплексом и принялся курочить генераторный отсек «Ремонтника-16ВУМ».

– Ты понимаешь, чем твой протеже занимается? – Тихонько спросил у Рифара Колин.

– Собирается вставить в «Ремонтника» генератор от «Монтажника». – Вместо Рифара ответил Кург. – И, судя по тому, как носятся дроиды, он даже знает, как это сделать.

– Мужики, не стойте над душой! – Потребовал Иван, в очередной раз, столкнувшийся с проблемой.

Буркнув, что-то вроде «наглец» техники немного отошли. Иван, в свою очередь, решив, что разница между одной хренью и двумя совсем небольшая, отдал дроидам новый приказ. Теперь он уже не сомневался, что у него все получится. Правда, расход топливных элементов немного не радовал. Как и ресурс работы генератора. Подумав о дополнительных накопителях, Иван отбросил эту идею из-за неэффективности и дороговизны.

»– В принципе, и так сойдет. Я заявленного «Техника» пятого ранга перепрыгнул с головой. Да и скаф получился весьма и весьма. «Монтажник», однозначно отдыхает.» – Крутя то так, то сяк виртуальную модель, подумал землянин. – «И с теплосбросом система справится. Надо…. Стоять! Теплосброс, теплосброс…. Итить-колотить!»

Осененный новой идеей, Иван повернулся к техникам. А те напряженно работали с терминалом искина станции, судя по всему, решая ту же задачу, что и Иван.

– Господа, неловко вас отвлекать, но мне кое-что нужно из запчастей.

– Еще что-то?! – Возмутился Колин.

– Ага. – Согласился Иван и под задумчивые взгляды техников озвучил свои потребности.

– Хм. Кажется, я понимаю, зачем тебе это нужно, но не понимаю, как ты это все соберешь. – Вынес вердикт Рифар Шерсткор.

– Контроллер – легко, а теплоэлемент…. Хотя…. – Задумался хозяин мастерской.

– У тебя где-то восьмой «Вертинг» валялся. – Подсказал Кург. – Эффективность меньше на тридцать процентов, но, как я понимаю, нам сейчас важен принцип?

– Ну, если нет ничего лучше…. – Согласился Иван, проверив через нейросеть информацию техника.

– Мне, аж, интересно стало. – Потер руки Рифар. – Так, Иван, ты давай, начинай монтаж, а мы пока «Вертинга» препарируем.

Словно в ответ на его слова активировался второй ремкомплекс. Шутливо отдав честь, Иван вернулся к своей работе.

А еще через два часа все четверо уже стояли перед тестовым стендом и внимательно следили за процессом тестирования скафандра. Невольно Иван вспомнил выражение лиц и выражения, слетевшие с языка техников, когда он принялся аккуратно заполнять генераторный отсек монтажной пастой. В работоспособности скафандра Иван ни капельки не сомневался. Как не сомневался и в том, что при грамотном расчете и подборе комплектующих конструкцию можно улучшить. При этом землянин испытывал законное чувство гордости от того, что его первый «блин» совсем не вышел комом.

– Все показатели в пределах девяноста процентов. – Восхищенно покачал головой Рифар.

– Термоэлемент и контроллер нужно подбирать другие. – Пробормотал Колин.

– А скажи-ка, Иван, какой у тебя ранг «Инженерии»? – Задал неожиданный вопрос Кург.

– Никакого. – Глядя на техника честными-пречестными глазами ответил Иван.

– Иван, если ты не заметил, слово «подтвержденный» нигде не прозвучало. – С усмешкой уточнил Кург.

– Ну-у, учу, помаленьку. – Изобразил смущение и для достоверности шаркнул ножкой Иван.

– Заметно.

– Так, господа техники. – Повернулся к коллегам Колин и упер руки в бока. – Судя по тому, что вы тут ошиваетесь уже четыре часа, вы собрались этого парня брать в свою команду. Так вот. Хрен вам в грызло! Он мой!

Рифар и Кург, похоже, к такому повороту событий были готовы и ответили практически мгновенно.

– Обойдешься!

– А арахна в задницу не хочешь?

– То есть, лишние креды вам не нужны? – Коварно поинтересовался Колин.

– Знает, за какой рычаг дергать. – Сообщил приятелю Кург.

– Минутку, господа. Прежде, чем вы продолжите увлекательную процедуру дележки моей шкуры, ответьте на один вопрос. – Перебил техников Иван. – А кому эти скафандры принадлежат?

– Ну, теоретически…. – С заминкой взял ответ на себя Рифар. – Теоретически, компании.

– Во-от! – Обрадовался Иван. – Вот и давайте обсудим, сколько мне должна компания.

– Это за что же? – Возмутился Колин.

– За технологию обновления скафандра «Ремонтник-16ВУМ». – Подумав, Иван добавил. – Эр.

– Что «эр»? – Не понял Колин.

– «Ремонтник-16ВУМР». Военный универсальный модернизированный реанимированный. – Расшифровал Иван. – И я вам предлагаю вот такой ход: компания приплачивает мне за испытания переделанного скафандра и, собственно, за технологию переделки. А когда испытания закончатся, скафандр переходит в мое личное пользование.

– Иван, это не к нам вопросы. – Попытался откреститься Рифар.

– Эт понятно. – Не стал возражать Иван. – Но! Уверен, что ваше мнение, как непосредственных свидетелей, будут учитывать. И, да! Технология напрочь сырая, но, согласитесь, многообещающая. Тут, уж, вам и флаг в руки – доводите до ума.

– А флаг зачем? – Удивился Колин.

– Колин, ты хоть иногда вирт смотришь? – Вместо Ивана ответил Кург. – Войны раньше так вели, с флагами и барабанами.

– Ну и оваху с ними. – Отмахнулся Колин. – Вы понимаете, что кроме этого парня только Лентина сможет довести технологию до ума?

– Хм. Проблема. – Согласился Кург.

– Лентина Сарон помешана на юридических закавыках. И панически боится влезать в рискованные операции. – Пояснил Ивану Рифар. – А тут, как ты, наверное, догадываешься, слишком много вариантов.

– Знаете, а у меня есть идея, как немного подтолкнуть госпожу Сарон в нужную сторону. – Неожиданно расплылся в ухмылке Иван. – Искин, сообщение для Лати Сарон: если через десять минут не будешь в мастерской, не получишь сюрприз. Отправить. Обратные обращения в течение десяти минут не передавать.

– Ну, и чем она нам поможет? – Пожал плечами Колин.

– Так она же без скафа осталась. Это раз. – Подмигнул Иван. – А два…. Не, так не интересно! Давайте десять минут подождем. Я как раз номенклатуру навесного посмотрю.

Лати появилась через одиннадцать минут. Едва ли не визжа от злости и нетерпения, девушка бросилась к Ивану.

– Убью, гад! Давай сюда мой сюрприз!

– Не так быстро, сестренка! – Спрятался за Рифара Иван. – Дяденьки, вот, сомневаются….

– Что?!

Упомянутые «дяденьки» нервно поежились и многообещающе покосились на землянина. А тот из-за спины Рифара продолжил:

– Что ты мне вчера говорила про нейросеть? Предки согласились тебе «Инженера» поставить, так?

– Ну-у…. – Только и смогла произнести ошарашенная Лати.

– Вооот! И второй вопрос. А ты «Инженерию» уже учила? – Продолжил Иван.

– А-а-а…. – Протянула не успевающая за Иваном девушка.

– А все-таки? – Насмешливо переспросил Иван.

– Только первый ранг. – Сверкнула глазами Лати. – Так, где сюрприз? Если окажется, что я сюда зря бежала, я не знаю, что с тобой сделаю!

– Нравится? – Иван махнул рукой в сторону нового старого скафандра.

– Ой, это мне? – Лати моментально превратилась из разгневанной фурии в маленькую девочку.

– Фи-игушки! – Для верности Иван еще и продемонстрировал соответствующую конструкцию из пальцев. – Но! Там есть еще…. А, кстати, сколько их там еще?

– Полный крейсерский комплект. – Сдерживая смех, ответил Колин.

– Ага. Значит, там еще пятнадцать штук. – Быстренько нашел соответствующую информацию Иван.

– Так чего вы стоите? – Возмутилась Лати. – Давайте быстренько следующий! Чур, он мой будет!

Тут уж хихиканье техников переросло в откровенный смех. К чести девушки, она почти спокойно дождалась, пока мужчины отсмеются и спросила:

– И что тут смешного?

– Действительно. – Улыбнулся Иван. – Лови модель, посмотри и скажи свое мнение.

– Ну, и чем она нам поможет? – Повторил свой вопрос Колин, кивнув на выпавшую из реальности девушку.

– Дело ей нужно. Важное и интересное. И желательно, с личной заинтересованностью. – Вздохнул от непонятливости техника Иван.

– У тебя еще и база по педагогике стоит? – Сделал «большие глаза» Рифар.

– Какая к оваху база! – Возмутился Иван. – Я, просто, на себя примеряю. Ну, в ее возрасте и с некоторыми поправками, конечно.

– Да-а, господа техники. Похоже, возраст-то начинает сказываться. – Сокрушенно вздохнул Кург.

– Лентину и Вага вызываем? – Вернул разговор в деловое русло Колин.

– Давай, зови. Только, дай им побольше десяти минут. – Ухмыльнулся Рифар.

Лати успела разобраться с моделью раньше, чем пришли родители. Под вопросительными взглядами техников она пробормотала, что, пожалуй, справиться с такой работой.

– Молодец, сообразила, что поработать придется. Но, все-таки, ты дура. – Огорошил «сестричку» Иван. А подумать? Не зря же я тебе вопросы задавал!

Почувствовав по тону, что Иван не шутит, Лати забавно нахмурилась в раздумьях. Но закончить воспитательный процесс не получилось. Пришли родители Лати.

– Что здесь происходит? – Сердито спросила Лентина Сарон оглядев собравшуюся компанию.

– Мы тут, случайно, на складе у Колина тысяч сорок пять уникредов чистыми нашли. – Весело сообщил Рифар.

Сопоставить скафандр на тестовом стенде и заявление Рифара супругам Сарон не составило труда.

– Вы придумали, как оживить «Ремонтника»? – Обрадованно воскликнул Ваг Сарон.

– Он. – Невежливо ткнул пальцем в Ивана Кург. – И придумал, и сделал. За четыре часа.

– С вашей помощью. – Заскромничал Иван.

– Ага, подай-принеси. – Теперь уже ухмыльнулся Рифар.

Сказать, что такая новость сильно обрадовала обоих супругов, никак не получалось. Но, если Ваг сохранил выражение лица неизменным, то Лентина скривилась как от местного аналога лимона. Правда сказать никто ничего не успел.

– Я поняла! – Раздался довольный вопль Лати. – Вы его собрали из того что было!

Иван буквально согнулся от хохота, вспомнив незабвенное «я его слепила из того, что было, а потом что было, то и полюбила». Теперь уже все удивленно смотрели на задыхающегося парня. Кое-как сумев вздохнуть, землянин попытался напеть «бессмертный шлягер». Улыбнулась даже Лентина Сарон.

– Не обращай на него внимания, Лати. – Махнул рукой Рифар. – Продолжай, пожалуйста.

– Ну, я и говорю. – Вдруг застеснялась девушка. – Вы собрали эту штуку из того, что под рукой было. А вот если все специально посчитать….

– Вот! Можешь ведь, когда захочешь! – Обрадовался справившийся со смехом Иван. – Вот и займись. Тем более, для себя делать будешь.

– Я-а-а?! – Перепугано-восторженно пропищала Лати. – А ты?

– А меня Рифар и Кург в напарники берут. Мне некогда. – Отверг идею Иван.

– Но у меня «Инженерия» только на первом уровне. – В глазах девушки появились было слезы, но тут же уступили место свету озарения. – Ой! Мамочка. Мамулечка! У тебя же целый третий ранг! Мамочка, мамочка, давай вместе! Ну, давай, а!

И суровая Лентина Сарон, что называется, «поплыла», кивнув в знак согласия. Лати с визгом повисла у мамы на шее. Иван, Рифар и Кург довольно переглянулись. А Кург, вдобавок, еще и прошептал одними губами:

– Мы банда!

Стоящий посередине Рифар тоже вспомнил вчерашнее представление, устроенное Иваном и Лати и протянул соседям руки ладонями кверху. Те, в ответ, постарались незаметно по ним хлопнуть.

– Так, а теперь, давайте обсудим подробности. – Заметив телодвижения техников и новичка, Ваг Сарон покачал головой. – Мне кажется, что только ради того, чтобы снабдить одну девицу скафандром, вы бы нас сюда не вызывали.

– Вариантов всего два. – Влез Иван. – Из подручных средств переделать несколько штук, что называется, для себя, или запатентовать технологию и…. Хм…. А тут еще варианты возникают….

– Нет, парень. Я понял, что ты имеешь в виду, но мы не потянем. – Отрицательно покачал головой Колин. – Немного для себя, немного на продажу – это нормально. А самим открывать производство – не потянем. Довести до ума технологию и продавать. Я так считаю.

– Согласны, это лучший вариант. – За себя и за Курга ответил Рифар.

Иван хотел было возразить, что любая компания должна развиваться, но успел захлопнуть рот, вспомнив, что покровители станции могут оказаться не в восторге. Для верности землянин взглянул на Рифара и тот движением глаз подтвердил догадку Ивана.

– А мне интересно, почему наш герой сам не запатентовал свою идею? – Мрачно спросила Лентина Сарон. – Прямо какая-то паталогическая любовь к подаркам!

И муж, и Рифар с укоризной посмотрели на женщину, делающую совершенно ненужные намеки. А Иван сделал вид, что ничего не заметил и выдал «бессмертное»:

– Не дождетесь!

Дальнейшее обсуждение, а скорее, торг продлились не долго. Стороны остались довольны друг другом. Конечно, если не считать Лентину Сарон, которая была недовольна самим фактом существования Ивана.

Тут же, на месте подписав все необходимые документы и получив первую заработанную сумму на счет, Иван вместе со всеми вышел из мастерской. Но в коридоре, отойдя на такое расстояние, чтобы ни у кого не возникло желания вернуться вместе с ним, хлопнул себя по лбу и воскликнул:

– Забыл! Прошу простить, я вернусь ненадолго. Риф, я сразу в столовую приду.

– Давай, не задерживайся. – Едва заметно улыбнулся Рифар. – После обеда сядем планировать завтрашний вылет.

Войдя в мастерскую, Иван подхватил табурет и уселся рядом с меланхолично наблюдающим за отключением ремкомплексов Колином. Некоторое время оба сидели молча.

– Мне НУЖНО было что-то подобное. Да и получилось все как-то спонтанно. – Иван качнул головой.

– Ты хоть понимаешь, сколько денег потерял? И сколько потерял лично я? – Совсем уж откровенно спросил Колин.

– Потому и пришел. – Ответил Иван. – Только, на будущее, выбирай менее заметные проекты. Хорошо?

– Детеныш оваху! – Усмехнулся Колин, обозвав Ивана местным аналогом русского «сукин сын».

Глава 4.

Иван лениво развалился на месте десантника, если термин «развалился» вообще можно применить к закованной в скафандр фигуре внутри десантного бота. Сегодня была не его очередь пилотировать, и он мог спокойно сыграть в виртуальный покер с Лати. Девушка азартно ерзала в соседнем кресле. У нее имелись все шансы выиграть, так как партнер был слегка рассеян. Почему-то именно во время этого, весьма важного вылета, землянину стукнуло в голову подвести краткий итог первому полугодию пребывания на «Рафине».

Стараясь быть непредвзятым, Иван все же считал, что именно его появление разворошило сонное болото станции. Чего, например, стоила эпопея со спортивным залом. И, ведь, все соглашались, что стоило бы иметь нечто подобное, но на удивленные намеки Ивана, что в соседнем, законсервированном секторе станции есть готовый, разводили руками и мямлили о затратах на поддержание системы жизнеобеспечения. Пришлось Ивану по-быстрому продать импланты, выданные еще на «Выжгаре», и потратить эти деньги на изоляцию спортзала от остального сектора. И, если тратить деньги готов был только Иван, то поучаствовать в работах оказались готовы почти все. Методом «народной стройки» за три месяца спортзал был введен в эксплуатацию и стал, наверное, самым востребованным местом на станции. Разве что, Лати, вначале бывшая ярым сторонником проекта, через месяц стала прозрачно намекать, что если от нее не отстанут, то она устроит диверсию. Бывшие военные, во главе с отцом девушки, почесали затылки и признались, что слегка переусердствовали с тренировками.

Собственно говоря, именно жизнь девушки изменилась самым кардинальным образом. Землянин не знал и не собирался узнавать, кому и сколько пришлось заплатить, чтобы Лати получила сертификат на свою нейросеть, но первые две недели в виртуальной визитке девушки данный нейросети и ИП стояли даже раньше имени. Потом, поняв, что все смотрят на подобное хвастовство весьма и весьма скептично, Лати привела визитку в нормальный вид.

Изменились у девушки и отношения с родителями, особенно с мамой. Во время совместной работы над скафандрами, Лентина Сарон неожиданно обнаружила, что дочка выросла. Следствием стало разрешение Лати иногда работать с командой Рифара, Курга, Ивана и Трома Ровона, одного из пилотов транспортника. Тут уже ключевым стало не собственно присутствие Ивана, а наличие малого десантного бота, коренным образом изменившее работу команды. До появления МДБ с его, пусть и сравнительно маломощными, но, все-таки, военными сканерами, приходилось работать в несколько этапов, требовавших много времени и сил. Сначала, диспетчеры с помощью своих станций делали грубую карту нужного скопления техники, потом, к этому скоплению приближался транспорт, и с довольно приличного расстояния уточнял детали, и, наконец, в дело вступала команда на шлюпке, которая была вынуждена буквально «ощупывать» останки вручную.

В принципе, когда Иван познакомился с технологией выбора следующей «жертвы», то не мог не признать, что при имеющихся ресурсах, организованно все было на достойном уровне. Фактически, эсбэшные станции слежения плотно мониторили район «червоточины» и очень «в целом» остальную систему. Собственные станции, развернутые диспетчерами «Рафина» в силу малого количества и невысокого качества тоже не позволяли особо разгуляться. Загонять единственный транспорт в скопление битой, но зачастую еще живой, военной техники тоже никто не собирался. А отсутствие полноценного сканера и защиты на шлюпке, ее явно недостаточная маневренность, превращали заключительную фазу в поиск грибов на минном поле. С появлением десантного бота стало возможным не только проводить полноценное сканирование с близкого расстояния, но и соваться к не совсем «мертвым» кораблям.

Дошло до того, что производственные бригады, разбирающие корабли непосредственно на станции, начали возмущаться. Во-первых, график их работы стал более напряженным, а во-вторых, самые «вкусные мелочи» теперь доставались именно бригаде Рифара. Не то чтобы они это делали специально, но…. Пришлось «выездной бригаде» поумерить свой энтузиазм и поработать еще и на «разделке». Правда, Ивану чаще пришлось работать с Колином, который не забыл слова землянина и подобрал-таки пару-тройку обоюдно интересных проектов.

В результате, лично для Ивана итогом этого полугодия стало подтверждение практического навыка по нескольким специальностям, увеличение банковского счета до восьмидесяти тысяч и, что он сам считал наиболее интересным, почти живой мобильный ремкомплекс. Иван собирал его по крупицам и искренне гордился тем, что при подключении к источнику энергии и искину, комплекс уже сейчас становился существенным подспорьем в работе. Можно было бы и не мучиться так, а выкупить один из подобных комплексов, выставленных на продажу, но банковский кредит Ивану еще полгода не положен, а ста пятидесяти тысяч уникредов минимум у него, естественно, не было. Вот и приходилось компоновать не пошедшие на продажу остатки в одно целое. Увлекшаяся конструированием Лати, и без дополнительного стимула в виде намека на будущее «свободное плавание», помогала Ивану со всем своим пылом.

А вот с чем было плохо, так это с учебой. При всем ИП Ивана и навороченной нейросети, учеба в естественном режима проходила медленно. И если для землянина это было не критично, то, почувствовавшая вкус учебы под разгоном, Лати места себе не находила. Она, даже, как-то смогла уговорить кибернетика поделиться его обожаемой виртуальностью и попробовала вирт-разгон. Хорошо, что, не смотря на всех тараканов в голове, кибернетик остался профи и не позволил чересчур увлекшейся девчонке навредить своему здоровью. И, что самое обидное, будь на станции медкомплекс, хотя бы, на один уровень выше, добавить к нему требуемые блоки не составило бы никакой проблемы. Надеясь на удачу, Иван всеми способами не давал их продавать. Да и на препараты денег хватало.

– Мы на месте. – Вывел Ивана из задумчивости голос пилота. – Берст, давай на сканер. Начинаем работать.

Улыбнувшись немного недовольное Лати, Иван занял свое место. Они с Тромом Ровоном постоянно менялись ролями, приобретая, таким образом, практический навык сразу по двум специальностям. Пилот имел четвертый ранг всех ПБЗ средних и малых кораблей. Но будучи гражданским пилотом, сейчас усиленно учил второй ранг «Боевого пилотирования». Имея условно подтвержденный пятый ранг «Пилота малых пространственных кораблей», Иван заявил всего лишь третий ранг «Боевого пилотирования» и в случае непредвиденных обстоятельств именно ему предстояло взять управление на себя и «делать ноги». Но сегодня никаких эксцессов не планировалось. Недаром на эту «кучу» потратили целую неделю. Но оно того стоило! Очень уж вкусным обещал быть приз.

Из восемнадцати скоплений, переброшенных в эту систему таинственными Чистильщиками, кораблей, пятнадцать были результатами боевых действий, а три – обычными свалками, которые разрослись так, что стали мешать. На сегодняшний объект посматривали уже давно. Как же, остатки экспедиционного корпуса Первой Империи! Судя по отрывочным документам, которые удалось найти в «Галонете», экспедиционный корпус «Престол» должен был подавить выступления сепаратистов на территории, ныне принадлежащей Протекторату Риголд. Сепаратисты сумели собрать достаточные силы, чтобы достойно встретить корпус в транзитной системе. Судя по всему, победителя в битве не оказалось, а когда Темные Века «пошли на убыль», Чистильщики сбросили все останки сюда.

Но, собственно говоря, не в этом дело. А в том, что экспедиционный корпус – самодостаточная структура. Например, в штат корпуса в обязательном порядке включался большой ремонтный корабль. А БРК – это не только ценный мех, как пошутил Иван, узнав предысторию, но и куча ремонтных дроидов, дронов, комплексов, инструментов и, что самое важно, искинов. Привести БРК в порядок никто не надеялся, а вот хорошенько распотрошить…!

Иван занял свое место и включился в работу. Картинка со сканеров транслировалась и экипажу, и диспетчерам, но, при этом, именно оператор на боте играл главную роль и мог реагировать наиболее быстро и эффективно.

Свалка. Борт МДБ «Малыш». Лати Сарон.

Лати вздохнула и отдала приказ нейросети отфильтровать все непонятные значки. Сейчас, она самый бесполезный член экипажа. Не имея даже первого ранга ПБЗ «Сканер», она с таким же успехом может просто смотреть на обзорный монитор. Мысль показалась интересной. В прошлые разы ее сюда не брали, считая, что может быть опасно. Да и в этот раз едва-едва удалось всех уговорить. А Иван, гад такой, и не подумал помогать. Лати пожалела, что не успела выиграть больше. Всего пять тысяч. В пересчете – всего лишь пять щелбанов. Вот было бы десять, можно было бы обменять на одно желание. Лати мимо воли улыбнулась, вспомнив, как Иван впервые предложил такую систему расчетов в карточных играх. Попробовав несколько раз, большинство признало, что что-то в этом есть. Краем уха Лати слышала, что было уже несколько случаев, когда принципиальные соперники договаривались повышать ставки до одного щелбана не за тысячу, а за сто уникредов. Только это не для нее, и так она получает по лбу чаще других, а при таких ставках…. Бр-р-р! Да, решено, лучше она посмотрит по сторонам, чем будет пялиться на непонятные показатели сканеров. Жалко, правда, что нельзя в свое удовольствие поиграть приближением. Вон, например, вот та штука…

– Ой, а она привязана! – Непроизвольно воскликнула Лати в полный голос.

– Ой, а она привязана! – Воскликнула сзади Лати, заставив и Ивана, и пилота дернуться.

– Ты о чем? – Поинтересовался Кург у девушки. Техник, как и Лати мало что понимал в показаниях сканера и рад был хоть какому-то разнообразию.

– А вон та штука. – Забывшись, Лати махнула рукой в сторону, но спохватилась и дала задание нейросети промаркировать объект. – Там от нее к во-он тому кораблю привязь идет.

– Да, ну? – Не вижу ничего, не поверил Кург.

– Идет, идет. Только сейчас уже не видно. – Заверила Лати.

– Стоп. – Скомандовал пилоту Рифар.

– Риф, в чем дело? – Почти в один голос возмутились Тром Равон и Иван.

– Иван, можешь просканировать тот объект? – Не обращая внимания на недовольство коллег, спросил Рифар.

– Ну, могу. Особенно, если Тром сдвинется назад. Еще. Еще. Ага, стоп! Ты смотри! И правда, привязана! – Удивился Иван.

– Рифар, давай, рассказывай! – Поторопил приятеля Кург. – Что это за штуковина?

– А вы, господа, тоже не знаете? – Ехидно улыбаясь, спросил Рифар у пилота и Ивана.

Пилот в ответ только покрутил головой. Иван же с ответом не торопился, лихорадочно пролистывая информационные базы по кораблям Первой Империи. Землянин рассуждал, что раз Рифар так быстро сообразил, это должно быть что-то известное. К тому же, не так часто встретишь в космосе что-то привязанное к носителю восьми километровой привязью.

– Ага, попался! – Обрадованно воскликнул Иван, найдя требуемое. – Корабль наведения и корректировки «Рыболов-3». Ага, это, типа, удочки забрасывает?

– Ты, не умничай, а дальше рассказывай. – Потребовал Кург. – А то, я все еще не понимаю, почему Рифар так возбудился.

– Так, на базе легкого крейсера… Наступательное вооружение отсутствует…. А, вот! За счет создания с помощью выносных станций полноценного триплета, способен обеспечить точность огня линейного соединения в условиях массированной постановки помех противником. – Озвучил Иван. – Хм, Риф, это получаются сразу три сканерстанции уровня линкора?

– Если не выше! – Согласно кивнул головой Рифар. – Мне случайно довелось увидеть это чудо на учениях. Я потом интересовался, поэтому и сообразил сразу. И вот ведь, как получается, с одной стороны, корабль действительно делает то, для чего строился, а с другой…. Оказалось, что его негде применять!

– Это как? – Удивился Кург.

– Дай догадаюсь. – Вступил в разговор Иван. – Он должен был сопровождать линейное соединение, так? А это значит, либо линейный бой, либо прорыв эшелонированной противокосмической обороны, так?

– В точку. – Подтвердил Рифар. – Линейные сражения отошли в прошлое еще во времена расцвета Первой Империи. Штурмовать укрепленные системы чужих, Империя тоже не собиралась. А о том, что придется штурмовать собственные системы, никто и помыслить не мог. Вот и получилось, что корабль замечательный, но никому не нужен. Если старые документы не врут, сделали их всего двенадцать штук. Как раз по количеству флотов Первой Империи. А до наших дней дожили три. Два у нас и один у «торгашей».

– А это, получается, четвертый. – Вступил в разговор пилот. – Только, нам-то с этого какая разница?

– Да, если мы восстановим хотя бы одну станцию…! – Возмутился непонятливости коллеги Рифар. – Не веришь, свяжись с Мизиром и спросить, что такое боевая сканирующая станция линкоровского класса!

– Ладно, ладно! – Поспешил согласиться пилот. – Делать-то что будем?

– По плану. – Первым ответил Иван. – Координаты мы запомнили, безопасный путь до этого места разведали. Разберемся с БРК и займемся этим самым «Рыболовом».

– Ты прав. – Вздохнул Рифар и повернулся к Лати. – Получается, не зря мы тебя с собой взяли, глазастая. Ты, это, давай по сторонам и дальше посматривай, может, еще чего насмотришь.

Под добродушный смех Лати показала Рифару язык, а пилот снова повел бот прежним курсом.

Судя по всему, в момент гибели БРК был занят своими прямыми обязанностями – ремонтом тяжелого крейсера. Противник поступил так же, как экипаж «Малыша»: приблизился со стороны обратной крейсеру и разрядил в борт ремонтника свои орудия. Так и остались два мертвых корабля, соединены между собой.

Оставалось решить, к какой из пробоин направить бот. Чтобы и размер был подходящий, и захламлена не сильно, и поближе к центру управления. С расстояния пары километров, сканер давал четкую картинку и позволял выбирать наиболее удобное место. Плюс к этому, искин уверенно определял минимум три активных источника энергии. Хорошо хоть ни один из них не определялся искином, как военный. Техники многозначительно переглянулись, но комментировать не стали, чтобы не сглазить.

– Я думаю, сюда. – Выделил изображение нужного участка Рифар.

– Тогда, закрываем скафандры и двигаемся. – Не услышав возражений, скомандовал пилот.

Глава 5.

Целых два с половиной месяца на «Рафине» творилось форменное черте что. Даже техники-производственники были вынуждены покинуть свои рабочие места и переквалифицироваться в грузчики. Первый месяц и Иван поддался общему ажиотажу, но постепенно процесс извлечения из БРК разнообразных устройств ему наскучил. Несколько раз землянин порывался более детально обследовать и сам ремонтный корабль, и, непременно, пристыкованый к нему крейсер. Но, всегда находились неотложные дела, а бросать товарищей Иван не хотел. Его попытки остановить эйфорию «мародерки» и попытаться упорядочить этот процесс нашли понимание только у Лати. Остальные, по разным причинам, от жадности, как Колин, от желания побыстрее вернуть жизнь в привычное русло, как Лентина Сарон, от страха перед чужим кораблем, как пара техников, хотели быстренько схватить то, что ближе лежит, и вернуться к привычной жизни на «Рафине».

Может, было бы проще, если бы удалось подогнать транспортник. Но найти коридор с приемлемым уровнем безопасности для грациозного, словно гиппопотам бывшего рудовоза не удалось. Вот и приходилось заниматься погрузочно-разгрузочными работами. Не добавляло радости и длительное пребывание в скафандрах без возможности элементарно помыться или нормально сходить в туалет. Пришлось, даже, ввести график сопровождения грузов, чтобы хоть на транспортнике снять опостылевший скафандр.

В конце концов, три недели назад Иван не выдержал. Он сначала прижал в темном углу Рифара, а затем, уже с поддержкой, наехал на остальных. После упорных и продолжительных споров, уставшие от постоянных погрузо-разгрузочных работ люди сдались. С соблюдением всех мыслимых предосторожностей, буквально в час по чайной ложке, транспортник был пришвартован к разбитому БРК. И тут, даже самые ярые противники согласились, что пара попаданий из противоракетных лазеров вполне адекватная цена за возможность нормально жить и работать. Заодно, Иван получил море удовольствия, изображая из себя Элен Рипли из «Чужих» в эпизоде поединка погрузчика с монстром. Неадекватно хихикающего землянина тут же вытурили из могучего экзоскелета и отправили занимать другими делами.

Убедившись, что из-за проблем с погрузкой больше не будут оставлять интересные вещи, немного расслабился и Колин. А расслабившись, подумал, что, если изучить оба корабля, то можно найти много мелочей для продажи в обход официальных каналов. А так как у него с Иваном сложились вполне доверительные рабочие отношения, то техник начал намекать на воплощение в жизнь идеи полазать по кораблям. Некоторую заинтересованность выказало и «начальство». Убедившись, что все легкодоступное и боле-менее целое будет вывезено, родители Лати задумались о будущем. После приведения в порядок и продажи уже набранного, финансовая ситуация обещала стать, если можно так сказать, дружелюбной и возникали идеи потратить часть денег на планомерное извлечение начинки БРК. Если, конечно, овчинка стоит выделки.

Вот и остался Иван в гордом одиночестве, в то время как остальные отправились с последней партией груза. Забрать же Ивана спустя пару суток должен был бот с обычным экипажем, после попытки пробраться к кораблю-корректировщику. Вроде и не много времени было у землянина, но он собирался использовать его по полной.

Подробных планов именно этого БРК не было, но примерный маршрут, основываясь на типовом плане этой серии кораблей, Иван продумал. Первой его целью был третий, до сих пор не опознанный, источник энергии. Первые два оказались едва живыми реакторами ремонтных комплексов и располагались с разрушенной стороны корабля. Третий же располагался на уцелевшей стороне и по показаниям сканера был несколько мощнее и активнее. В мечтах Иван рассчитывал найти там действующий искин. Искин ему был нужен для выполнения второй части плана.

При постановке крейсера на ремонт, должны были быть частично отключены протоколы безопасности. В крайнем случае, в эти протоколы могли быть вписаны коды для ремонтников. Вот и надеялся Иван как-нибудь получить подобные коды. Очень уж ему хотелось осмотреть крейсер. А постоянно проверять, жив данный конкретный элемент системы безопасности крейсера или уже сдох, так никаких нервов и времени не хватит. И средний универсальный дроид-ремонтник не поможет. Его землянин нагло утаил именно в расчете на предстоящую «прогулку».

Мысленно пожелав себе удачи, Иван скомандовал дроиду начать движение и направил за ним мини платформу с расходными материалами и компактным генератором. Передвижение в невесомости уже давно не вызывало у него затруднений и специфический скользящий шаг получался, практически, автоматически. Из любопытства Иван собирался добраться к цели через одну из жилых зон, словно косточка окруженную «мякотью» рабочих помещений. Так было и короче, и интереснее. Встретить трупы многочисленного экипажа корабля землянин не боялся. Он рассудил, что все должны были быть на своих постах, а если кто-то и оставался в жилых помещениях, то у них было достаточно времени, чтобы эвакуироваться. Хотя, темный пустой коридор положительных эмоций не доставлял. Хорошо еще, что зона разрушений практически закончилась.

Первая преграда, теоретически, была самой сложной. Отсечной алгоритм у военных был один на все случаи жизни: перекрыть коридор и активизировать охранную систему. Дальнейшие действия регламентировались цветовым кодом. По логике вещей, в отсутствии абордажа, но во время военных действий, код должен быть «желтый». Не надеясь на прошедшие пару тысяч лет и отсутствие энергии, Иван подошел к делу скрупулёзно и с перестраховкой. Дроид снял панель и аккуратно срезал технологический лючок, открывая Ивану доступ к переплетению энерговодов. Землянин не знал, удивляться или принимать как должное тот факт, что за несколько тысяч лет маркировка «проводки» совершенно не изменилась, но в данный момент этот факт его радовал. Найдя нужную пару, Иван подал на нее энергию от генератора. Почему-то, вид рывками открывающихся створок, ассоциировался со звуком завывания двигателей и скрежетом шестеренок. Особенно, когда одна из створок застряла навсегда.

Усмехнувшись разбушевавшейся фантазии, Иван направил дроида в открытый проход. И через несколько метров уперся уже в штатную дверь переходного отсека. Только что апробированная технология не дала сбоя и здесь. Разве что, левую створку дроиду пришлось доводить до упора «вручную». В самом переходном отсеке Иван задержался ровно на столько, сколько времени понадобилось, чтобы определить класс медицинской аппаратуры на пункте экстренной помощи. Чего-то интересного землянин здесь встретить не надеялся: раздевалка она и есть раздевалка.

На входе в саму жилую зону Иван на несколько мгновений задержался. Глядя внутрь темного помещения, он пытался представить себе, как тут все было, когда корабль был обитаем. Почему-то, в голову лезли кадры из «Вавилона-5». Иван их отогнал, но на смену пришли кадры из старого «Соляриса». Плюнув на собственное воображение, землянин шагнул внутрь.

Четырехместные каюты рядового состава ничем интересным не порадовали. В любом общежитии на Земле комнаты имели больше индивидуальных черт. В принципе, это было понятно: все-таки это военный корабль, а «единообразие тумбочек», судя по всему, главная сила любой армии. Кроме фотографий девушек, родителей, детей на внутренних поверхностях личных шкафчиков, смотреть было нечего. Иван особо и не усердствовал. Хоть и успокаивал себя мыслью, что спустя столько лет это уже не мародёрство, а археологические раскопки, но некий дискомфорт от ковыряния в чужих вещах у Ивана оставался.

От помещений рядового состава перешел к сержантским комнатам. По размеру они были такими же, но были рассчитаны на двоих. Тут с личными вещами было чуть «обильнее». Осмотрев пару комнат, Иван махнул рукой и направился к ближайшему подъему на второй этаж. Он нашелся около столовой, рассчитанной на прием пищи в три смены. Дроида и платформу пришлось оставить внизу. По логике казармы, на втором этаже Иван надеялся увидеть жилье младших офицеров, что-то вроде «каптерки» и какое-нибудь общее помещение. Армия, все-таки, должны же где-то собирать личный состав и инструктировать его. Или политинформации читать.

Двойные двери с табличкой «Учебный класс Љ 1» заставили сердце землянина затрепыхаться в предвкушении. И тут же, разочарованно успокоиться. Это, действительно, был класс. Вещь, конечно, интересная, но мали применимая в хозяйстве. Разве что, Лентина и Ваг захотят и на «Рафине» ввести ежеутренние брифинги для «личного состава». Ну, и можно, в принципе, поискать программную составляющую. Не напрямую же к искину этот класс был подключен.

Или… Иван шагнул внутрь, осененный мыслью, что где-то здесь вполне может оказаться малый, а в мечтах и средний, искин, заведующий не только обучением, но и всей жизнью этого сектора. Сделав луч фонаря как можно шире, землянин почти сразу заметил дверь в дальней части помещения. Торопливо подойдя к ней, решительно открыл и с блаженной улыбкой замер на пороге. КУК, комната управления и контроля. А за противоположной стеной, почти целиком прозрачной, угадывались… Иван пробежал сквозь комнату управления, не отвлекаясь даже на мимолетный осмотр.

– Йес! – От избытка чувств воскликнул землянин, глядя на четыре ряда обучающих «саркофагов». – Это я удачно зашел!

А в голове стремительно защелкал виртуальный арифмометр. Прикинув, что рабочих палуб на БРК четыре и к каждой из них прилегает жилая зона из трех секторов, а в каждом секторе шестнадцать комплексов для учебы под «разгоном», то получалось…. Получалось…. Иван одернул себя и подобрал виртуальные слюни. И посмотрел на долгожданные комплексы уже с грустью. Нет, парочку он собирался перетащить на «Рафин» в обязательном порядке и в ближайшее время. Более того, особых проблем в приведении их в рабочее состояние Иван не видел. А с остальными…. Выходило так, что ни обычный, ни черный рынок такого количества обучающих комплексов одномоментно не переварит. И за полгода, оставшиеся Ивану до получения гражданства, тоже. Сидеть же на «Рафине», пусть и ради хороших доходов, дольше положенного срока, землянин не собирался. Еще раз, тяжело вздохнув, Иван вернулся в КУК.

И гораздо сдержаннее принялся его осматривать. Как и предполагалось, искин нашелся. И именно средний. Судя по всему, некогда, когда еще была энергия, переведенный в режим консервации. Это давало очень неплохие шансы на его «оживление». Но снова получалась палка о двух концах: уверенности, что команде с «Рафина» удастся это сделать самостоятельно, не было. А значит, кроме специализированных расходных материалов, которые не так-то просто будет купить в нужных объемах, столь же редкого оборудования, нужен еще и специалист именно в этой области. Конечно, никто не отменял самый простой вариант – продать «мертвые» искины. Прибыль, естественно, не та, но возни значительно меньше.

Иван снова вздохнул. Ему очень хотелось иметь в личном пользовании искин. Чем мощнее, тем лучше. Тогда и ремкомплекс можно будет до ума довести, и на что-нибудь еще замахнуться. На что именно землянин еще не решил, но искин очень хотел. Оставалось надеяться на неопознанный источник энергии на противоположной стороне корабля. Сейчас же, нужно было осмотреть остальные помещения на этом уровне и начинать думать, как пробиться на противоположную сторону, да еще и палубой ниже.

Каптерка не порадовала ничем необычным. Повседневная форма, постельные комплекты, различные разрешенные мелочи, большая часть которых не перенесла вакуум и низкую температуру. Чуть особняком стояли в этом списке пара десятков аналогов ставшего Ивану родным УЗК, но и их находили довольно часто. Разве что, эти были «новыми». Подумав, Иван захватил с собой один такой комбинезон. Через двое суток, когда вернется бот, возможность переодеться ему не помешает. А догадаются ли напарники захватить запасной комплект для него, Иван не знал.

Офицерские помещения тоже энтузиазма не вызвали. Четыре комнаты, расположенные попарно с двух сторон просторного холла, отличались от сержантских помещений только тем, что были рассчитаны на одного. Одна из комнат порадовала «навороченным» коммуникатором, а другая – пустотой и двумя закрытыми кофрами для личных вещей. Теоретически, коммуникатор и спустя две тысячи лет оставался достаточно «навороченным», чтобы перепрошив, использовать его. По мнению Ивана, большого смысла в подобных устройствах не было. Стандартный коммуникатор вполне обеспечивал и связь, и усиление сигнала нейросети. К наличию в подобном устройстве голопроектора, камеры для стереосъемки, маломощного вычислителя для неустановленных целей и т.д., Иван относился так же, как дома относился к сумасшествию по поводу всяких Ай-устройств: когда коту нечего делать…. Подумав, Иван, все-таки, прихватил коммуникатор чтобы подарить Лати. Пусть «сестричка» поиграется. А вот кофры не стал даже трогать. Открывать из здесь и сейчас было глупо, а тащить с собой два габаритных ящика с личными вещами лейтенанта-техника – еще глупее.

В смешанных чувствах землянин направился к центральному стволу БРК. Пора уже было решать, как пробираться дальше.

Глава 6.

Иван задумчиво водил взглядом по шахте грузового лифта, ныне перекрытого и «сверху», и «снизу». Сюда землянин заглянул для очистки совести, когда понял, что при всем богатстве выбора, альтернативы взлому люков на технической «лестнице» в общем-то, и нет. Конечно, будь он полностью снаряженным абордажником или спасателем, то и проблем бы не было: взламывай межпалубное перекрытие хоть посреди жилого отсека и вперед. А имея в активе недоделанного ремонтного дроида и груженную самодвижущуюся платформу, приходилось выбирать такой путь, который позволял переправить чудо-технику без особых хлопот. Цыкнув зубом, Иван отвернулся от шахты лифта и отдал команду дроиду начинать вскрывать люки. Радовало только одно: противоабордажный комплекс БРК совершенно не внушал. Очевидно, то ли военные, то ли конструкторы корабля решили, что если дело дошло до абордажа ремонтного корабля, то остальная эскадра уже накрылась медным тазом, и тратить лишние деньги на серьезную противоабордажную защиту, по меньшей мере, глупо.

Слабенький сканер дроида позволял, тем не менее, отслеживать энергоканалы в непосредственной близости от резака. Такая себе страховка от недобросовестного выполнения техником своих обязанностей. Поэтому, Иван решил положиться на прошедшие столетия, сканер дроида, свои рассуждения и решил не возиться с попытками открыть люки, а тупо их взломать. Люки технического прохода были не в пример проще, чем двери безопасности на остальных путях из одной части корабля в другую.

Через некоторое время, показавшееся самому землянину достаточно долгим из-за личной незанятости, Иван оказался в жилом секторе уже третьей технической палубы. Не отвлекаясь на осмотр, Иван прямиком направился непосредственно к технической части сектора. Оказалось, что чем бы ни был источник энергии, но ворота к нему не подключены. Снова встал вопрос: резать или открывать. Резать эти ворота было долго, накладно, муторно, в конце концов. А открывать…. Если сканеры десантного бота смогли засечь источник энергии через весь корпус корабля, то его вполне хватало на активацию пары-тройки оборонительных турелей. Ивану, в принципе, хватило бы и одной. Сам-то он мог отойти и спрятаться, но потеря дроида сразу делала его планы невыполнимыми.

А попасть внутрь, или наружу, если смотреть от оси корабля, очень хотелось. Нейросеть почти сразу сообщила об обнаружении действующего подключения к искину. Вот только, даже на банальный запрос о состоянии и индентефикации, ответа не последовало. Это могло означать как весьма плачевное состояние техники, так и «выкрученный» на максимум протокол безопасности. Второе, естественно, было значительно хуже.

– Поспешишь – людей насмешишь. Спешка хороша только при ловле блох. – Сам себе сообщил Иван. – А значит, прорежем аккуратную дырочку и посмотрим на реакцию нашего молчаливого друга.

Сформировав задание, землянин отправил его дроиду, а сам со скучающим видом огляделся по сторонам. Стоять и пялиться на работу дроида было и скучно, и глупо. И Иван отправился осматривать жилой сектор, посмеиваясь про себя, что вид учебного класса поможет успокоить расшатанные нервы и скрасить ожидание.

К воротам землянин вернулся задолго до того, как дроид выполнил работу хотя бы наполовину. Проверив уровень энергии и расход рабочего тела, Иван снова вздохнул и пошел осматривать переходной отсек. И на пороге пункта экстренной помощи принялся последними словами костерить себя за расслабленность. В отличие от такого же пункта на атакованной стороне, этим пользовались. И пользовались в авральном порядке. Вот такой парадокс.

Не нужно было обладать базами высокого уровня, чтобы понять, что валяющиеся скафандры ни коим образом не относятся к классу технических. А, вот чтобы понять, что и к классу стандартного облачения противоабордажных команд они не относятся, уже нужно было иметь кое-какие знания. Хотя, скорее по истории, чем по технике. У Ивана такие знания были. И броню он примерно опознал. После чего в мозгу одновременно зажглись два транспаранта: «загадка» и «неприятности». Облегченная штурмовая броня Императорской Гвардии. Времен Первой Империи, естественно. На корабле-ремонтнике обладателям такой брони делать было совершенно нечего. А вот на крейсере…! Но, ситуация, при которой элитные бойцы бросились искать медицинскую помощь в реаниматоре ремонтника, у Ивана никак не вытанцовывалась.

– Та-а-ак! Давай думать логически. – Вслух потребовал от самого себя Иван. – Если у меня правильные данные, то эти ребята были чем-то вроде охраны царской семейки. Значит, на крейсере мог быть кто-то из императорских родственников. Причем, явно, не из самых близких. У тех, если правду пишут, были свои, приписанные корабли. И что? Какого хрена охранники члена императорской фамилии раненные вываливаются в медпункт корабля-ремонтника?! У них что, на крейсере свой медкомплекс не работал? Получается, или не работал, или не было доступа. Ох-хо-хо. Абордаж? Не смешите мои фаберже! Авария? Тоже вариант. А…. А какого я гадаю?! Итическая сила!

Хлопнув себя по шлему, Иван наклонился над валяющейся броней. Землянин с запозданием сообразил, что отличить техногенные повреждения от боевых он должен суметь. Например, довольно четкий след воздействия высокой температуры. Трудно представить себе аварийную ситуацию с таким повреждением брони. А вот, если предположить, что это результат попадания из стационарной плазменной турели, то все становится на свои места. Кроме того, обнаружились и следы попаданий из кинетического оружия. И, судя по тому, что броня была пробита, гвардейцев или захватили врасплох, или им просто некуда было прятаться. Поймать десяток выстрелов, необходимых для пробития грудной пластины, в одну точку – нужно быть полным неумехой.

Вспомнив об оружии, Иван еще раз осмотрел медпункт и соседние помещения. Оружия гвардейцев нигде не было. Или они сюда попали уже без оружия, или, выбравшись из регенератора, забрали его с собой. Напрашивался один единственный вывод: на крейсере произошел мятеж. Но, тогда, почему крейсер пристыкован к ремонтнику? Или…. Иван, многозначительно хмыкнул. Или сначала была авария, а когда протокол безопасности был облегчен для ремонтных работ все и началось. Такая версия показалась землянину вполне правомочной. И эта же версия сулила большие проблемы при попытке приблизиться, а тем более, попасть на крейсер. Тут многое зависело от того, смогли ли «плохие» вырваться за пределы крейсера. Если нет, то был неплохой шанс спокойно добраться до искина ремонтного сектора. Без оборудования и думать было нечего взять искин под контроль, но хотя бы статус узнать, и то хлеб. А там, глядишь, и каким-нибудь варварским методом питание вырубить получится.

Иван в очередной раз стукнул себя по шлему. То ли усталость сказывается, то ли одиночество, но увлекшись своими идеями, землянин совершенно забыл, что на первой ремпалубе наверняка должна найтись мастерская по работе с искинами. А переносной дешифратор можно и через нейросеть использовать. Головная боль, причем в прямом смысле слова, обеспеченно, но, если очень нужно….

Тут Иван задумался. А нужно ли? Что, собственно, ему нужно от крейсера? Изначально, на крейсер Ивана гнало обычное любопытство. А именно в этот ремсектор, надежда найти рабочий искин. Искин, похоже, найден, но возможность его использования, весьма сомнительна. Чтобы перенастроить искин при таких установках безопасности на «Рафине» может не хватить возможностей оборудования. Дополнительное оборудование может найтись на первой палубе. Вот и получается, что лезть сейчас к искину занятие бесперспективное.

Иван запросил у дроида время окончания работ. Ответ не очень помог принять решение. Вроде бы, ждать полчаса довольно долго. Но всего через полчаса можно будет снять все вопросы по дальнейшим действиям. Решив, что сегодня он уже достаточно наторопился, Иван занялся моделированием проникновения в ремсектор. И буквально сразу, координирующая часть нейросети выдала рекомендацию изучить возможность использования идентификатора гвардейской брони.

Идея была довольно очевидной, но ее воплощением землянин стал заниматься не сразу. Какое-то время он с досадой пытался разобраться в иерархии своих «думалок» и в том, почему части собственного мозга работают в полнофункциональном режиме только при формализованном обращении к ним. Стоило задуматься, как ресурсы нейросети использовались лишь в качестве памяти. Иван огорченно покачал головой. Он же сейчас думал над, фактически, боевой задачей. Почему же нейросеть переключилась в режим «Боец» только по команде? Почему сами собой не были задействованы ВСЕ навыки, завязанные на эту часть нейросети?

Углубившись в размышления, землянин неожиданно обнаружил ответ, что называется, на поверхности. Информационная перегрузка. Тот же «Боец» в обычной жизни, без дополнительного оборудования, оперировал сенсорными возможностями человека. И если режим был запущен, то информация об окружающем мире собиралась по определенному алгоритму. Представив себе идущего по мирной улице в толпе народа человека с активированным режимом «Боец», хотя бы ранга эдак третьего, Иван ухмыльнулся. Особенно, если одновременно нужно, например, развлекать девушку. Но, мысль о безопасности подспудно лежит где-то очень глубоко в подсознании любого человека, даже, если он идет от кресла к холодильнику. Вот только, в нормальных условиях вполне хватает неких самых общих навыков и знаний, инстинктов, в конце концов. Поэтому информация от нейросети будет излишней. Тот же техник, нажимая на кнопки пищевого автомата, совершенно не ожидает информации о степени его износа, времени реакции и т.д. А вот, если этот автомат барахлит, то осознанным посылом включается нейросеть и дает нужную информацию.

И опять Иван приходил к мысли, что что-то он делает не так. Хотя, если вдуматься, то и без нейросети только больные на всю голову постоянно оценивали окружающее с точки зрения профессиональных навыков. Тому же военному требовался мысленный посыл, чтобы рассматривать, скажем, московский Кремль с точки зрения обороноспособности. Причем, скорее всего, подобные мысли возникли бы в «фоновом режиме». Чего, собственно, и добивался Иван. И что никак не получалось с нейросетью: либо думай «своей головой», либо получи весь «спектр услуг». И ладно бы, если бы стояла только одна нейросеть. Но, ведь, зачем-то еще и «Координатора» установили. Ну, не только же для того, чтобы перераспределять ресурсы.

Мельком убедившись, что дроиду еще работать и работать, Иван занялся изучением настроек собственной нейросети.

– Твою ж мать! У них тут что, даже перднуть без соответствующего ранга нельзя?! – Через некоторое время выругался землянин.

При детальном рассмотрении индивидуальных настроек нейросети, обнаружилось, что автоматически скрываются те настройки, для использования которых, по мнению разработчиков, у человека не хватает ранга нужных ПБЗ. При прямом запросе список, естественно, был показан. И в этом списке обнаружился пункт «Режим обучения». Продравшись сквозь многочисленные предупреждения, возомнившей себя Windows'ом, нейросети, Иван понял, что нашел то самое. И снова принялся ругать «херовых инопланетян, свихнувшихся на своих рангах». Ругань, правда, не очень помогала забыть, что он, как говорится, сам себе злобный буратина. Ведь не первый раз задумался над подобными вопросами, но так и не додумал ни разу до конца. А понтов-то было…! Даже рассказ, соответствующий* из земной фантастики вспоминал! Как же так получилось?

-

*А.Азимов, «Профессия» – очень советую. Конечно, с поправкой на время написания – 1957 год, однако.

-

Задумавшись над этим, Иван констатировал, что пребывание на «Рафине» сыграло с ним злую шутку. Безопасная, спокойная «тихая гавань», нужная чтобы разобраться в своих возможностях, превратилась в болото. Получилось, что пребывание на станции не ставило перед Иваном задач, помогающих расти над собой. Все в рамках местной концепции: подтвердить ранги ПБЗ, изучить новые, снова подтвердить. А если и возникали более общие мысли, то они так и обдумывались – вскользь, мимоходом. Иван вспомнил, как объяснял Лати, что одного потенциала мало, что нужно еще суметь им воспользоваться. Хорошо было умничать перед девчонкой, а сам, даже, границ этого самого потенциала установить не попытался.

– Нда. Вот уж не думал, что сам окажусь в когорте ленивых тупых скотин. – Продолжил самобичевание вслух Иван. – Блин, и опять нет времени до конца разобраться!

Действительно, от дроида пришло сообщение о пяти минутах, оставшихся до завершения работы. Активировав все свои боевые возможности, землянин проверил безопасность платформы и программу поведения дроида. Все было готово, и Иван занял свое место на предстоящем «театре действий». При этом надеясь, что добавлять слово «военных» не придется. Ну, или, по крайней мере, не с первых же мгновений.

Глава 7.

Повинуясь программе, дроид не оттолкнул вырезанный фрагмент ворот, а прикрываясь им как щитом, выставил оптические датчики в образовавшуюся щель. Никаких последствий сие действие не имело. Транслируемая дроидом картинка показывала все ту же темноту и пустоту. Тактическое поле, создаваемое нейросетью, тоже не претерпело изменений, оставаясь все также окрашенным в желто-зеленые цвета. Иван добавил к датчикам дроида и собственные. Ремонтный скафандр, конечно, совсем не боевая броня, но кое-какими возможностями в плане контроля обстановки, все же, обладает. Но кроме возросшего уровня сигнала от работающего искина снова ничего не изменилось.

Облегченно вздохнув, Иван двинулся вперед. На первый взгляд, с точки зрения безопасности нужно было первым послать дроида, но только на первый взгляд. При самом плохом варианте развития событий дроид был бы уничтожен, а этого Иван допускать не хотел. Опираясь на предположение об ограниченности ресурсов искина, землянин посчитал, что со своими способностями и навыками сможет уклониться от всех возможных опасностей. Как бы там ни было, опасностей особо не обнаруживалось.

Третья палуба предназначалась для работы с крупными кораблями. Поэтому, в отличие от второй, с которой Иван начал свой путь, не была предназначена для непосредственного приема кораблей. Скорее, наоборот. Третья палуба была предназначена для хранения, обслуживания и выпуска вовне ремонтных комплексов больших размеров. Хотя, судя по размерам и деталям конструкций механизмов именно этого сектора, тут была сосредоточенна техника для работы внутри кораблей. Что косвенно подтверждало версию Ивана о внутренней аварии на крейсере.

Искин сектора дал о себе знать ровно в тот момент, как Иван увидел заграждение из противоабордажных щитов с переносными автоматическими турелями. Турели, кстати, были установлены согласно наставлениям, что делало невозможным стрельбу в тыл. То есть, туда, где и находился Иван. Едва землянин все это увидел и слегка расслабился, как от искина сектора поступило входящее сообщение.

»– Внимание! Вы приближаетесь к запретной зоне. Пересечение периметра безопасности будет считаться враждебными действиями». – Гласило сообщение.

Иван радостно потер ладони перчаток скафандра и подумал: «Попался, голубчик!» Два ответных пакета были приготовлены заранее и тут же отправились искину. В одном, Иван требовал обосновать запрет, а во втором, запрашивал необходимость ремонтных работ. И оба эти сообщения, землянин подкрепил своей идентификацией как техника. Вряд ли она один в один совпадала с таковой в Первой Империи, но и кардинально отличаться была не должна. По крайней мере, Иван всерьез надеялся, что искин разберется. А дальше, в дело вступала одна из программных «закладок» создателей искинов. В каждом искине была прописана необходимость принятия мер по поддержанию самого себя в рабочем состоянии. Это не затрагивало обязательность выполнения функциональных обязанностей, иначе весьма проблематично было бы, например, вести боевые действия, а касалось исключительно технических возможностей. Плюс к этому, была у Ивана и еще одна надежда. С малым или средним искином такой номер мог и не пройти, но в Первой Империи технология изготовления искинов была, может, и не лучше, но, однозначно, дешевле. Поэтому, предки сильно не мудрили и ставили искины с запасом: там, где экономные потомки использовали бы кластер из нескольких малых, первоимперцы ничтоже сумнящеся ставили большой искин. А степень свободы при принятии решений у больших искинов приближалась к человеческой.

На эти два момента и сделал ставку Иван. И не прогадал. После паузы от искина пришло новое сообщение. Из двух частей. В первой части своего сообщения искин информировал, что режим запретной зоны и «красной» угрозы введен такого-то числа носителем кода нулевого приоритета и обеспечивался головным искином БРК «Свос» до момента передачи полномочий по техническим причинам данному искину. Иван расплылся в довольной улыбке и пожалел, что не имеет возможности погладить себя по голове. Код нулевого приоритета – это императорский код. Значит, предположение о присутствии на борту крейсера кого-то из императорской семьи получило еще одно подтверждение.

Вторым пунктом в сообщении искина шел перечень необходимых работ и список нужных для этого запчастей. Здесь все было вполне ожидаемо и понятно. Иван пока не собирался глубоко вникать в подробности, поэтому список просмотрел весьма бегло. В результате, едва не пропустил одну несообразность: расширение модулей памяти искина стояло аж на восьмом месте по приоритету.

– Обоснование приоритета пункта восемь. – Потребовал Иван у искина.

– Сохранение информации о выполнении директивы «Отчуждение». – Объяснил искин.

– У-у-у! – Разочарованно протянул Иван.

Информации о различных режимах безопасности в изученных землянином базах имелось достаточно, чтобы понять: договориться с искином вряд ли получится. «Отчуждение» – безусловное уничтожение всего и вся, что появляется с закрытой территории. Никакие коды изнутри зоны не принимались вообще, а снаружи – только высшего или, по особой процедуре, равного уровня. В принципе, Иван не видел особой проблемы в том, чтобы отключить искин. Но цель-то была другая – взять его под контроль, а об этом можно было забыть.

Только любопытство удержало землянина на месте. Директива «Отчуждение» вводилась при тотальной угрозе, например, массового биологического заражения. Что могло случиться на имперском крейсере, что член императорской фамилии решился ввести такой режим? Четко сформулировав причину своего любопытства, Иван неожиданно понял, что, все-таки, есть ничтожно малый шанс «переубедить» искин. При совпадении очень многих «если». Если была четко названа причина введения директивы «Отчуждение», если у искина в памяти имеются исчерпывающие данные по этой причине, если удастся убедить искин, что за двадцать столетий причина стала не актуальной.

Тщательно подбирая слова, Иван потребовал предоставить доступ к информации о введении директивы «Отчуждение». Давать доступ искин отказался, но минут через десять Ивану удалось вытребовать копию записей внутреннего наблюдения того момента, когда директива была озвучена. Произошло это после обмена взаимными угрозами. Землянин пригрозил, что как техник, признает состояние искина не соответствующим нормам и отключит его для полноценного ремонта, а искин ответил угрозой активировать мобильные платформы огневой поддержки для недопущения этого. Но, похоже, искин и сам понимал, что при нынешнем техническом состоянии, преимущество у человека.

Как бы то ни было, но довольно объемный пакет данных пришел на нейросеть Ивана. Кодировка пакета оказалась нейросети вполне по силам, и через пару минут Иван стал свидетелем событий, происходивших несколько веков тому назад.

Начиналась запись с того момента, как сквозь соединительный рукав с крейсера прорвалась группа гвардейцев, прикрывающая невысокого полноватого мужичка в явно нестандартной броне. Тут же последовала какофония команд, из которых Иван вычленил требование не расстыковывать корабли и слово «мятеж». Потом все как-то более-менее упорядочилось. Несколько гвардейцев остались помогать штатной охране БРК, блокировать переход, хотя, кто кому помогал, тот еще вопрос. Несколько человек скрылись из поля зрения, волоча раненых товарищей. Ракурс изображения поменялся, и в кадре оказались командир гвардейцев и гражданский толстяк. И основной звук теперь шел тоже от этой пары.

– … такой-то матери, капитан! – Донеслось окончание фразы разъярённого гражданского. – Я повторяю, никто не должен покинуть этот гребаный крейсер, вам ясно?! Ни пешком, ни в спасательных капсулах, никак!

– Сэр! – Вмешался гвардеец. – Если вы уверенны….

– Иди в задницу, майор! – Устало махнул рукой гражданский. – Ты еще будешь сомневаться! Или ты недостаточно видел, чтобы понять, что нас подставили? И ради чего это все затеяно!

– Сэр, вы не поняли. – Набычился гвардеец. – Вы можете и не убеждать капитана. Вам достаточно ввести ТОТ код, чтобы отдать искину БЕЗУСЛОВНЫЙ приказ.

– Да?! А ведь точно! – Тотчас оживился гражданский. – Искин, принимай код!

На какое-то время все замерло. Видимо, код был очень сложный или необычный, раз потребовал столько времени на введение и распознавание. Наконец, гражданский отмер и раздраженно притопнул ногой.

– Майор, эта тупая железяка еще хуже своего капитана и не понимает простых слов!

– Что случилось, сэр? – Гвардеец весь подобрался, словно готовясь отразить угрозу.

– Какой хрен разницы между всеми этими «заслонами», «карантинами», а? Неужели так сложно понять: мне нужно, чтобы никто не покинул крейсер! – Продолжал бушевать гражданский.

– Сэр! – Прервал подопечного гвардеец. – Исходя из ситуации, осмелюсь порекомендовать отдать приказ на выполнение директивы «Отчуждение».

– Смотри, майор, если окажется…. – Гражданский очень пристально посмотрел в глаза гвардейцу, но не закончил фразу и снова «выпал из мира».

В это время, гвардеец сделал кому-то знак, и в кадре появилось еще двое бойцов, поставивших рядом с командиров металлический кофр немалых размеров. Сделав свое дело, гвардейцы вышли из кадра.

– Извини, майор. – Снова отмерев, повинился гражданский под аккомпанемент сообщения искина о введении в действие директивы «Отчуждение» и сопутствующих звуков перемещения какой-то техники. – Эта ваша директива то, что нужно.

– Сэр, в сложившейся обстановке я настаиваю, чтобы вы надели броню. – Командир гвардейцев кивнул на ящик у себя под ногами.

– Иди в задницу, майор. – Беззлобно отмахнулся гражданский. – Мой костюмчик не на много хуже вашей брони. И я сомневаюсь, что ваша броня рассчитана на мою нестандартную фигуру. Так что, зови своих бойцов и пошли здешнего капитана в чувство приводить. Никак не успокоится. Все эсбэ грозится. Я ему об опасности для империи, а он мне о разбирательстве с эсбэ!

– Сэр, капитана можно понять, в конце концов, за все происходящее на корабле….

– Ты еще МЕНЯ бюрократии поучи! И, майор, если нас сдали в ЭТОМ, – гражданский мотнул головой в сторону крейсера, – то дай нам Предвечные вообще унести отсюда ноги! Пошли, майор.

На этом запись закончилась. Закончилась, укрепив Ивана во мнении, что с искином каши не сваришь, и, вызвав дополнительные вопросы о событиях далекого прошлого. Сам по себе, мятеж на крейсере не очень-то и удивил, особенно если вспомнить с какой целью летел Экспедиционный Корпус. Присутствие на рядовом, в общем-то, крейсере члена императорской фамилии – достаточно обычная вещь. Намеки на предательство, и предательство кого-то очень высоко сидящего, тоже, в принципе, чем-то сверхъестественным не выглядели. Бывает. Оставался главный вопрос: что такое было на крейсере, ради чего было принято решение уничтожать и своих, и чужих, и прозвучали слова об угрозе империи? Причем, все произошедшее, позволяло сделать вывод, что загадочный камень преткновения должен быть довольно скромных размеров. Раз родственник императора на записи упоминает спасательные капсулы, то это нечто должно, как минимум, в них влезть.

Воображение выкинуло белый флаг, и Иван попытался переключиться на день сегодняшний. А в данный момент времени на повестке дня стоял вопрос: делать что-нибудь с искином или нет. Делать имело смысл только в том случае, если бы землянин собрался пробираться на крейсер. Если же нет, то и трогать искин было ни к чему. Иван чертыхнулся, снова упершись в «посещение» крейсера. Даже, если отбросить трудности с проникновением, – вскрывать обшивку боевого корабля совсем не то же самое, что внутренние ворота, – такой поход напоминал сказочное «пойди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что». И придушив собственное любопытство, Иван решил дождаться возвращения Рифара с товарищами. Может они что-нибудь посоветуют.

Приняв решение, Иван затребовал у искина расположение искиноремонтной мастерской и склада запчастей и расходных материалов. Как и ожидалось, отправляться нужно было на первую палубу. Вздохнув, Иван обвел взглядом помещение. И не веря своим глазам, тряхнул головой. У стены лежал тот самый ящик, который только что мелькал в древней записи. Сдержавшись, Иван не торопясь подошел к находке. Убедившись, что на крышке присутствует символ императорской гвардии Первой Империи, землянин решил, от греха подальше, забрать кофр с собой и не раздражать больше искин своим присутствием. Ящик оказался достаточно массивным, чтобы заставить поработать усилители скафандра. Ведь, это только кажется, что в невесомости не нужно прикладывать никаких усилий. Масса-то никуда не девается. А раз есть масса, то будь любезен, приложи силу. Сил рабочего скафандра вполне хватило для того, чтобы не заниматься особыми ухищрениями, а управляться с древним кофром, словно с обычным чемоданом.

Пока дроид устанавливал на место и «прихватывал» вырезанный кусок ворот, Иван взгромоздил добычу на платформу. Туда же отправились и две брошенные брони из медпункта. Занимаясь этим делом, землянин по инерции продолжал раздумывать над увиденным и услышанным. В тех материалах, которые удалось найти при подготовке к работе на БРК, не упоминалось о присутствии в составе экспедиционного корпуса члена императорской фамилии. К огромному сожалению Ивана, гвардеец ни разу не упомянул, ни имя, ни титул своего подопечного, ограничившись нейтральным обращением, которое землянин для себя перевел, как английское «сэр». То ли титул, то ли вежливое обращение. Будь на «Рафине» нормальный доступ в «Галонет», можно было бы выделить из записи фотографию загадочного «сэра» и запустить поиск. А так, увы.

Глава 8.

Вернувшись на вторую палубу и сгрузив там все лишнее, Иван отправился изучать мастерскую по ремонту и настройке искинов. Посчитав, что его личное участие в открывании дверей даст весьма незначительный выигрыш во времени, землянин предпочел «довериться» в этом вопросе резаку дроида, а самому разобраться с режимом обучения нейросети. Заодно, сосредоточенность на своих внутренних проблемах весьма сильно отвлекала от надоевших темных коридоров.

Нейросеть некоторое время пыталась сопротивляться включению нужного режима, ссылаясь на недостаточный ранг изученных ПБЗ. Но вынуждена была признать, что включить режим обучения можно и сейчас. Не успел Иван удовлетворенно пробормотать «Ну, то-то же!», как появилось новое предупреждение: нейросеть обещала существенное замедление работы. Прикинув, что в ближайшее время не предвидеться ничего такого, для чего потребовалась бы молниеносная работа нейросети, Иван запустил режим обучения.

– В конце концов, выключить всегда успею. – Буркнул он себе под нос.

И понеслось! Общая идея, в принципе, оказалась понятной и не несла ничего нового. Но количество запросов от нейросети в ответ на любую мало-мальски связную мысль росло в геометрической прогрессии. А как иначе, если для ответа на один вопрос, нужно было подумать, что, соответственно, порождало еще несколько. Причем, некие процедуры, всплывающие при этом, сопровождались значком «неактивно» из-за низкого уровня изученных баз. Иван продержался до того момента, как был открыт проход на первую палубу. После этого, он приостановил режим обучения, отдав приказ сохранить текущее состояние и всю историю процесса. У землянина возникла идея привлечь к процессу кибернетика «Рафина». Во-первых, у него можно было вытребовать объяснение всех непонятных процедур, а, во-вторых, проконсультироваться «вообще». Усмехнувшись, Иван подумал, что с этого нужно было бы начать, но уж очень хотелось попробовать побыстрее. Благо, обстановка располагала.

Мастерская по работе с искинами оправдала самые радужные надежды. И, даже, немножко больше. Полуоткрытый сейф, например, оказался оружейным, и Иван впервые смог реально подержать в руках инопланетное оружие. Суда по имеющейся у него информации, это была укороченная разновидность одного из самых массовых в Первой Империи автоматов. Эдакий галактический «калаш». Рассматривая автомат, землянин вспомнил, как был разочарован, когда выяснилось, что продвинутые галактические армии вооружаются банальным огнестрельным оружием. Увы, но энергетическое или разгонное личное оружие так и не стало массовым из-за размеров, сложности и дороговизны. В массовый обиход вошли, разве что, маломощные гражданские разрядники и их «старшие» полицейские варианты. Вот и приходилось солдатам вести сражения с инопланетными чудовищами, держа в руках банальный «огнестрел». Правда, банальным оружие являлось только по принципу действия. Любая армия Земли с радостью обменяла бы весь свой арсенал на тот, далеко не самый лучший, вариант автомата, который Иван держал в руках. Судя по некоторым деталям, укороченный вариант обычного пехотного оружия, адаптированный под использование техническим персоналом флота.

Дома, Иван отнюдь не был фанатом оружия, но при этом был нормальным мужиком. А какой нормальный мужик удержится, чтобы не пострелять? Мельком глянув на навороченную технику мастерской и решив, что никуда она не денется, Иван вышел в коридор для испытания новой «игрушки». И неважно, что за минувшую прорву лет вся высокоинтеллектуальная начинка перестала работать. Сам автомат и патроны к нему были рассчитаны и на использование в условиях вакуума и сверхнизких температур. Иван, правда, не знал, как скажется столь долгое воздействие указанных факторов, но расчёт показывал, что и в самом плохом случае скафандр не пострадает. Убедившись, что боезапас состоит из так называемых «корабельных» патронов, землянин приготовил оружие к бою.

Сделав одиночный выстрел, Иван отметил, что и без того малая отдача была полностью погашена усилителями скафандра. Но не это было главным. Главное, что тщательный, хоть и поверхностный, осмотр показал, что оружие в норме. Предвкушающе улыбнувшись и порадовавшись, что никто не сможет его увидеть, Иван воплотил на практике то, чему научился в тренажере Учебного Центра. А если говорить прямо, немного поиграл в «войнушку». Много поиграть, увы, не получилось. Кончились патроны. Сияя в темноте мертвого корабля довольной улыбкой, Иван вернулся обратно в мастерскую. Правда, внутренний голос ехидно подсказывал, что для подобной улыбочки лучше подойдет другой эпитет. Тоже на букву «д». Послав внутренний голос куда подальше, землянин вернул автомат на место. «Огрызок» он и в космосе «огрызок». Если обзаводиться оружием, то брать нужно что-то более продвинутое.

С хорошим настроением и новыми моральными силами Иван вернулся к инвентаризации мастерской. Специальная аппаратура для восстановления искинов и их периферии, землянина заинтересовала значительно меньше, чем «Ступенчатый комплекс дешифрации «Криптограф-18». Особенно его первая и вторая ступени. Собственно, первая ступень представляла собой простейший, хоть и многофункциональный, переносной дешифратор, годный, разве что, для открывания не очень сложных дверных замков. Довольно бесполезное устройство, если бы не одно но. Блок связи со второй ступенью. А вторая ступень это уже мобильный полевой дешифратор, способный на очень серьезные дела. Ограничение серьезности этих самых дел являлось наличие искина. Естественно, как и все остальные искины, искин второй ступени не пережил прошедшие века. А без него, время решения задач средней сложности возрастало на несколько порядков. Это не считая того, что оператор должен был бы иметь восьмой ранг ПБЗ «Кибернетика» и «Дешифровка» и все время работы комплекса вести непосредственное управление через нейросеть. Желательно, непрерывно.

Иван тяжело вздохнул. Получался какой-то дурацкий замкнутый круг, разорвать который можно было только с помощью весьма немалых средств. Землянин мысленно представил себе обитателей «Рафина» в поисках союзников. Увы! Таких было максимум три человека. Остальные, однозначно, не согласятся на огромные траты сейчас, чтобы совсем не гарантированно получить еще большие деньги потом. Иван кивнул сам себе. Именно с гарантиями дело обстояло весьма проблематично. Искины стоили дорого, даже, без специализированных искинных баз. Как только обитатели «Рафина» попытаются начать закупать в больших количествах все необходимое для их восстановления, то немедленно привлекут к себе внимание. А тогда останутся только два пути. Либо «ложиться» под одну из корпораций, либо под воротил черного рынка.

Еще раз вздохнув, Иван, все-таки, решил, что умыкнет мобильную часть «Криптографа». Мало ли как дело в будущем повернется, а иметь такое мощное устройство, особенно тому, кто собирается и дальше иметь дело со старой техникой, будет весьма не лишним. К тому же, кибернетик на «Рафине» большую часть времени обходился навороченным компьютером, лишь в самых сложных случаях прибегая к помощи менее занятого искина. Может и здесь так получится? Понятно, что эффективность будет совсем не та, но, что делать. Хорошо еще, что сами принципы за столько лет почти не изменились, и не придется полностью «перепрошивать» дешифратор.

А вообще, землянин уже не первый раз подивился тому, что современная техника и техника времен Первой Империи очень и очень близка друг другу, как по принципу действия, так и по конструктивным особенностям. На первый взгляд, пальцев рук будет достаточно, чтобы пересчитать отличия. И не всегда эти отличия окажутся в пользу современной техники. В принципе, объяснение этого Ивану было известно: Темные Века. Время, когда человеческая цивилизация едва не исчезла с галактической карты. И, похоже, что только сейчас самые продвинутые государства стали выходить на тот уровень, с которого начался откат.

Оценив, каким именно образом он будет эвакуировать присмотренный комплекс, Иван неожиданно для самого себя потерял интерес к техническим богатствам мертвого корабля. То ли сказалась усталость, то ли наступило пресыщение, но землянину уже не хотелось исследовать ремонтные палубы. С сомнением посмотрев на часы, он стал раздумывать над дилеммой: принять стимулятор и продолжить осмотр дальше или попытаться какое-то время поспать. Осматривать техническую часть корабля не хотелось, а значит, оставались помещения команды и офицеров. В помещениях для флотских нижних чинов вряд ли что-то могло быть иначе, чем в помещениях техников. А вот каюты старших офицеров могли подарить интересные мелочи. С другой стороны, Иван прикинул, что времени до прилета «Малыша» у него хватит с запасом и можно не травить организм стимуляторами, а просто поспать. Опыт сна в невесомости у него уже был, хоть и не в скафандре. Подумав, что в излишних телодвижениях во время сна он был не замечен, а значит, скафандр никак не повлияет на сон, Иван выбрал сон.

Закрыв двери и, на всякий случай, подперев их платформой с оборудованием, землянин «упал в объятия морфея». Естественно, в двери никто не ломился и никоим другим образом сон Ивана не тревожил. Ну, а пробуждение, благодаря нейросети, вообще не представляло проблем. Ни малейшей дезориентации, остается только отдать приказ на включение фиксаторов. Обманув голод несколькими глотками питательного бульона, Иван почувствовал себя готовым к новым свершениям. Хотя была и темная полоса: чисто рефлекторно землянину по-прежнему не нравилось пользоваться встроенной системой удаления отходов. Но, как говорится, назвался груздем, привыкай гадить в «памперсы». Ради порядка поменяв топливные элементы, чтобы ресурс скафандра стал полным, Иван отправился осматривать «флотскую часть» корабля.

Первым настораживающим моментом для Ивана стал открытый переход из «технической» в «экипажную» часть. Разобранная контрольная панель давала четкий ответ на вопрос «почему». Посветив внутрь панели, Иван сделал однозначный вывод: дверь вскрывали еще тогда, когда корабль не был «обесточен». Кто-то нарушил протоколы безопасности, и прошел из технической в «экипажную» часть корабля. Следов столкновения с караулом вокруг не было, а значит, либо караул отсутствовал на своем месте, либо сам участвовал в проникновении. Не сработавшая автоматическая система обороны говорила, скорее, в пользу второго варианта.

Иван задумался над тем, что здесь могло произойти, и что ожидает его дальше. Причину необычного поведения техников и охраны Иван видел только в одном: эвакуация. Представив, сколько было уничтожено спасательных шлюпок на разрушенном борту БРК, и сколько трупов было найдено в одном только секторе одной палубы, Иван решил, что минимум три десятка человек могли остаться без средств эвакуации. Плюс какое-то количество бойцов контрабордажной команды, застрявших на своих постах. Зачем они все рвались в головную часть корабля? Вариантов было несколько. Тут и надежда воспользоваться спассредствами экипажа, и желание, захватив управление, заставить изменить курс, и банальное желание отомстить. Это, если экипаж был еще на борту. Если же нет…. Иван покачал головой. В принципе, отчаявшиеся люди могли понадеяться взять корабль под контроль и управлять им самостоятельно. Вариант весьма маловероятный, но, мало ли.

Как бы там ни было, Иван начал морально готовиться к трупам, которые ему могут встретиться на пути. Возникло даже иррациональное желание иметь в руках оружие. Хотя, разум, естественно, никакой опасности не усматривал. Вздохнув, землянин шагнул внутрь. Минуя жилые помещения и второстепенные боевые посты, он направился к главной рубке. По пути только один раз попались следы боя. На перекрестке двух коридоров боевая мобильная платформа пыталась задержать нападающих, но проиграла. Поврежденная платформа, как и семь трупов, была вытолкнута в боковой коридор. Следы, которые обнаружил на ней Иван, были как от легкого оружия, так и от тяжелых резаков. Похоже, что нападавшим удалось приблизиться вплотную и задействовать резаки, способные вскрывать корабельную броню. Трупы же, как и ожидал Иван, были в скафандрах техников.

Странно, но у центрального поста следы боя оказались весьма скромные. Несколько трупов, в том числе и контрабордажники. Погибшие хаотично распределились по коридору, как и защитные щиты, явно сдвинувшиеся со своего места. Из-за этого точно определить, кто был в рядах нападавших, а кто защищавшихся было трудно. Разве что два скафандра, вскрытые резаками, наверняка, принадлежали оборонявшимся. Тут же «летало» и несколько стрелковых комплексов. Очевидно, победили те, кому оружие оказалось ненужным. А вот Иван воспользовался представившейся возможностью и подхватил стрелковый комплекс, мирно «паривший» в метре над полом коридора. Как и ожидалось, «начинка» комплекса не работала, но выстрелить из основного* «ствола» было можно. Сам комплекс относился к специализированной корабельной версии и для боев на поверхности планет был слабоват.

-

*Предположим, что-то на подобии так и оставшихся экспериментальными американца XM-29 OICW или австралийца AICW VX3

-

Тем не менее, почувствовав себя значительно увереннее, Иван задумался, куда же направились нападавшие, если здесь их было совсем мало. Выходило, что, все-таки, проверять нужно стартовые позиции спасательных шлюпок. В отличие от ремонтно-технической части, разбитой на секторы, со своими средствами спасения в каждом, здесь такие позиции располагались на условном «правом» и «левом» борту. По традиции, капитан покидал кораблю на спасательной шлюпке, расположенной справа и сзади, если смотреть «по ходу» корабля. Все говорило о том, что боевые столкновения происходили уже после того, как часть экипажа покинула БРК. А значит, велика вероятность, что именно «капитанская» спасательная шлюпка могла быть одной из последних оставшихся.

То, что он все рассчитал верно, Иван понял еще на подходе. А осмотрев место основного сражения, землянин сделал вывод, что отчаявшиеся техники и часть космопехов вполне могли прорваться к шлюпкам, если бы не гвардейцы. Трое гвардейцев остановили почти полтора десятка противников, но и сами остались здесь же. Особенно Ивана поразил один из них, с растерзанным очередью в упор бедром. Судя по тому, что он аккуратно снял шлем и выстрелил из штатного пистолета себе в висок, гвардеец пережил бой, но не был эвакуирован с корабля. В принципе, Иван мог его понять. При таком раскладе, наверное, он и сам предпочел бы быструю смерть долгой агонии на умирающем корабле.

Не понятным для Ивана оставалось произошедшее на корабле в целом. Судя по малому количеству отбивавшихся, основная часть экипажа к этому времени уже была эвакуирована. Но, наличие гвардейцев говорило о том, что безымянный «сэр» еще оставался на борту. Зачем? Почему? На эти вопросы у Ивана был только один ответ: обеспечение того самого режима «Отчуждение». Что же такое было на крейсере, что совсем не выглядевший героем член императорской фамилии рисковал своей жизнью? Сколько землянин не раздумывал над этим вопросом, вариантов напрашивалось только два: информация или оружие. Причем, оружие не для космических сражений, а планетарное. Иначе, наверняка, были бы приложены все силы, чтобы отбить его обратно.

И это было плохо. Если информация за прошедшие века вполне могла стать абсолютно бесполезной, то оружие…. Тем более, оружие из запрещенного списка, если судить по предпринятым мерам безопасности. А это уже сулило немалые проблемы для обитателей станции «Рифар». Представив, как засуетятся и Служба Безопасности, и военные, Иван подумал и о таинственных хозяевах Учебного Центра «Выжгар». Мимо них информация точно не пройдет, как-никак, целых два представителя в системе. А неучтенное оружие планетарного масштаба это такая вещь, которая много у кого может странные мысли вызвать.

Начав раздумывать над тем, кому может захотеться присвоить себе тайну крейсера и что они могут для этого сделать, Иван сообразил, что упускает из вида еще один очень важный момент. Искин БРК принял код нулевого уровня и, наверняка, сохранил его где-то в недрах своей памяти. Получается, что тот, кто сможет оживить и взломать искин, получит отмычку к еще действующей технике Первой Империи. А ее, как подозревал землянин, на просторах человеческих держав еще очень и очень много. И при этом обладателю такого кода не придется портить имущество, менять искины и так далее, и тому подобное. Пожалуй, даже для государства такой куш стоил бы затраченных средств. Хотя, то немногое что Иван успел узнать о поисках наследия Первой Империи, свидетельствовало о весьма слабом интересе самых развитых держав к этому самому наследию. А вот государства второй-третьей очереди и криминальные структуры, скорее всего, заинтересовались бы такой находкой весьма сильно. Вот и получалось, что желание Ивана покопаться в остатках БРК, кроме некоторых плюсов и ему лично, и всем обитателям «Рафина», могло обеспечить немалый геморрой.

Глава 9.

Десантный бот вернулся точно в назначенное время. Иван как раз заканчивал переноску четвертой капсулы, когда пришел сигнал. Не смотря на весьма тяжелые двое суток, землянин чувствовал себя на удивление бодрым, но прикинув, что боту до причаливания еще не меньше часа, Иван решил больше никуда не ходить. В конце концов, лично у него денег хватало на приведение в рабочее состояние только двух капсул. Остальные две он планировал только подключить, а все остальные действия оставить на откуп населению станции. Правда, он очень надеялся, что родители Лати «проспонсируют» обучение дочери под разгоном. Это позволило бы потратиться только на одну капсулу, а значит, оставляло средства на приведение в более-менее рабочее состояние «Интегрального Дешифрационного Комплекса 1-2 ступени».

За час, Иван не только отдохнул, но и еще раз продумал, что и как скажет Рифару. Выманить того из бота под предлогом помощи не должно было составить никакого труда. И, к тому же, не вызвало бы подозрений. Все на «Рафине» прекрасно знали, что Рифар Шерсткор, по одному ему ведомым причинам, взял над новичком шефство и никогда не отказывал в помощи.

– Привет, отшельник. – Едва распахнулись створки люка, приветствовал Ивана Рифар. – Как ты тут? Призраки не докучали?

– Они разбегались от запаха моих носков. – Буркнул в ответ Иван, чем вызвал понимающие смешки всех прибывших.

– Тогда, добро пожаловать на борт. – Приглашающе махнул рукой Рифар.

– Увы, увы, господин Шерсткор. Вам придется спуститься ко мне и помочь. – С деланым сожалением возразил Иван. – Но, не волнуйтесь. Вся работа, требующая интеллекта, уже выполнена. Осталась только физическая, как раз, для вас.

– Наглец! – Возмутился Рифар под смех коллег в боте. – Подожди-ка! Ты хочешь сказать, что все те ящики, на которых ты сидишь….

– Именно так. И, это, господин Гровалпуртр, не нужно столь скромно прятаться, работы хватит и вам.

– Точно, наглец. – Поддержал товарища Кург, появляясь у обреза люка.

– Пошевеливайтесь, господа, пошевеливайтесь. – Теперь пришла очередь Ивана призывно махать рукой.

Когда техники приблизились и смогли по-настоящему оценить трофеи Ивана, то какое-то время было слышно только многозначительное, удивленное, восхищенное и прочее хмыканье. Продолжалось это достаточно долго для того, чтобы пилот не выдержал и потребовал объяснений.

– Пожалуй, тебе повезло, и отсюда мы полетим прямиком домой. – Задумчиво ответил пилоту Рифар.

– Это еще не все, господа. – Продолжил выполнять свой план Иван. – Пока Кург будет грузить всю эту прелесть в бот, мы с тобой, Риф, кое-куда сходим.

– Неужели нашлось что-то такое, чего ты не смог отвинтить в одиночку?! – Изумился Кург, забыв, даже, возмутиться ролью грузчика.

– Скорее, не решил, стоит ли отвинчивать. – Почти не соврал в ответ Иван.

А когда они уже почти покинули «причальный зал», Иван, словно только вспомнив, сообщил:

– Кстати, там, в паре мест, связь пропадает, так что не волнуйтесь особо. Если призраки опять полезут, я применю испытанный способ с носками.

Приведя Рифара к комнате, в которой сложил оружие и броню императорских гвардейцев, Иван остановился и знаками показал технику, чтобы тот отключил связь. А когда не сильно удивившийся техник проделал требуемое, землянин просто сбросил ему на нейросеть запись с искина.

Если бы Иван не ожидал с нетерпением реакции товарища, то, наверное, не заметил бы едва уловимого движения техника. Движения, которое вновь сделало актуальным вопрос, который Иван себе уже много раз задавал: а каков реальный уровень боевой подготовки Рифара Шерсткора? Советы, которые Рифар иногда давал, упражнения, которые он выполнял в спортивном зале, манеры, в конце концов, для внимательного наблюдателя прямо-таки кричали о его военном прошлом. Иван был уверен, что реакция у него лучше, но столь же был уверен и в том, что опыта больше у Рифара. И если у техника боевые базы хотя бы пятого уровня….

Не успели подобные мысли промелькнуть в голове у Ивана, как Рифар расслабился и, даже, повернулся к землянину спиной. Иван оценил этот жест. Похоже, что Рифар что-то знал. Что-то такое, из-за чего у него на мгновение возникли мысли об устранении свидетеля. Возникли и пропали. По какой именно причине техник передумал его устранять, Ивану было безразлично. Главное, что можно было продолжить разговор. Толкнув Рифара в плечо, Иван придвинулся ближе. Словно нехотя, техник повторил это движение, и шлемы обоих соприкоснулись.

– Чего ты хочешь? – Голос Рифара звучал глухо, но даже при таком способе общения в нем слышалась усталость.

– Что будем делать с искином? – В первую очередь спросил Иван и пояснил. – Вырубить его не составит труда. Ему для активации средств обороны нужно не менее пятнадцати секунд. А у нас есть это.

Оторвавшись от общения, землянин распахнул дверь и посветил внутрь комнаты. Когда Рифар рассмотрел лежащие там вещи, Иван снова сдвинул шлемы.

– И это второй вопрос. Хотелось бы забрать это себе.

– Ты разобрался, что здесь произошло? – Вместо ответа спросил техник.

Иван рассказал ему свои наблюдения и соображения. Покивав головой, Рифар неожиданно включил связь.

– Колин описается от зависти. – Уже нормально сказал Рифар.

– Ну, там еще три есть. Только…. – Иван замялся.

– С содержимым. – Цинично закончил за него Рифар и переключился на общую связь. – Эй, Кург, если ты еще не закончил, бросай и топай к нам.

– Я вам что, мальчишка? – Возмутился Кург. – То грузи, то беги сюда!

– Будешь себя хорошо вести, Иван, может быть, поделится с тобой кое-чем интересным. – Усмехнулся Рифар.

– Пусть он грузит дальше. Давайте я вам помогу. – Вступил в разговор заинтересовавшийся пилот.

– Сиди уж! – Рыкнул Кург. – Помогальщик. Куда идти-то?

– Лови схему. – Иван отправил второму технику сообщение на нейросеть.

Добрался подстегиваемый любопытством Кург очень быстро. Не выдержав очередного многозначительного хмыканья, которое раздалось, когда Кург увидел трофеи Ивана, землянин не выдержал и поинтересовался:

– Слушайте, с чего бы такие восторги? Современная броня такого же класса ничуть не хуже.

– Не понимает. – Вздохнул Рифар.

– Не понимает. – Согласился Кург.

– Но, у него есть оправдание. – Продолжил Рифар. – Молодой еще. К тому же, голый и босый, можно сказать. Вот и гребет все под себя.

– Это, да. Но для того-то и есть старшие товарищи…. – Подхватил Кург, но Иван его перебил.

– Слышите, вы, старые пердуны! Хорош выделываться!

– Но наглый!

– И везучий.

– И умный. – Не обращая внимания на возмущения Ивана, продолжили валять дурака техники.

– Дело не в характеристиках. – Снизошёл, все-таки, до объяснений Рифар. – В своем классе «ОШБ-8ИГ» в верхнем сегменте, но, по современным меркам, ничего выдающегося. Добротная, качественная броня. Но! Как предмет коллекционирования…! Иван, если продать вот этот кофр, то можно купить пару современных ТШБ (тяжелая штурмовая броня) четвертого-пятого поколения. Шестое гражданским просто не продадут.

– Хм. Об этом я как-то не думал. – Озадачился Иван. – А эти, побитые?

– Естественно, они будут дешевле. Но, если придумать к ним легенду…. – Рифар многозначительно замолчал.

– Без Колина не обойтись. – Вставил свою реплику Кург.

– Все равно, что-то у меня не складывается. – Покачал головой Иван. – Если первоимперские вещи стоят так дорого….

– Стоп, стоп, стоп! – Поднял руку Рифар. – Далеко не все вещи. Всякие массовые изделия высоко ценились на заре Старой Империи. Когда только-только начали вылезать из Темных Веков. А сейчас…. Сейчас они идут как БэУ оборудование. Их много. Понимаешь?

– Теперь понятно. – Кивнул Иван. – Подозреваю, что таких и в те-то годы было не много, а до наших дней дожили вообще считанные единицы.

– Вот! Я же говорил, что он умный. – Снова принялся дурачиться Рифар.

– Умный, умный. Только зачем меня сюда позвали? – Не поддержал попытку товарища Кург.

– Есть еще три брони. Но не пустые. Наш парень то ли побрезговал, то ли мертвецов боится….

– Пожри тебя ящеры, Рифар! – Возмутился Кург. – Обязательно было меня звать, чтобы в дерьме вываляться?!

– У нас хоть опыт есть. – Примирительно поднял руки Рифар. – А парню в первый раз, сам понимаешь….

– Я этот опыт с удовольствием бы забыл. – Проворчал Кург. – Ладно, куда идти?

Предупредив пилота о длительном отсутствии, техники последовали за Иваном к месту последнего боя гвардейцев. Замерев на мгновение над останками павших бойцов в местном аналоге земной минуты молчания, в дальнейшем «ветераны» действовали быстро и цинично. Глядя на них и Иван включился в работу. Землянину помог тот факт, что за несколько сотен лет трупы абсолютно мумифицировались и совершенно не воспринимались, как останки живых людей. Хотя, неприятный осадок остался.

Закончив неприятную работу, очень быстро договорились выделить самую «убитую» броню в долю пилоту. А потом сильно поругались, когда Иван объявил, что не только не будет продавать броню из кофра, но и хочет восстановить одну из поврежденных для Лати.

– Да, понимаю я все! – Пытался отбиться от насевших на него техников землянин. – Сами же говорите – статусная вещь. Зачем такую продавать?

– Еще раз! На вырученные деньги ты купишь ничуть не хуже, еще и с прибылью останешься!

– Не сорю. Но это будет ширпотреб! А здесь…. Как говорится, по одежке встречают….

– Ты посмотри на него! Броня пятого поколения от «Вристпсуна» или риголдовской «АБО» для него ширпотреб!

– Они на голову лучше? Нет? Тогда в чем у меня имидж круче будет?

– Кург! Ну, хоть ты ему скажи!

– Ну-у…. Что-то в его словах есть. Я другое не могу понять. Зачем тебе для девчонки старье ремонтировать? За одну из «битых» можно будет хорошую броню четвертого поколения взять. Если ты не собираешься ее воевать отправлять, то этого более чем достаточно!

– Пусть тренируется. Да и мне тренировка не помешает. – Пытался объяснить Иван. – Там, где хватит новой брони четвертого поколения, и латаная имперская сойдет.

Спор зашел в тупик и был принят компромиссный вариант: обсудить с Колином все возможности и только после этого принимать решение. Зато, решение оставить у себя все три стрелковых комплекса гвардейцев оба механика согласились единодушно. Только посоветовали набрать побольше «корабельных» боеприпасов, чтобы можно было тренироваться и на «Рафине».

В общем, когда перетащили в бот все, что собирались, о первоначальной цели полета и не вспомнили. А по возвращении на станцию, на Ивана навалилось множество новых забот. Хорошо еще, что «выездная бригада» почти не занималась своими непосредственными обязанностями, а помогала остальным разбираться со всеми теми богатствами, которые уже скопились на «Рафине».

Глава 10.

Наверное, впервые за минувшие восемь месяцев, Иван чувствовал себя словно выжатый лимон. И морально, и физически. Но это была приятная усталость. Усталость человека, хорошо сделавшего свое дело.

После приснопамятного возвращения с первоимперского БРК, землянин крутился, словно белка в колесе, успевая делать сразу множество дел. Тут и ремонт брони для Лати, и организация стрельбища для тренировок, и сами тренировки, плюс, никто не отменял штатную, так сказать, работу. И все это сопровождалось неодобрительным гомоном большей части населения «Рафина» за спиной. А когда диспетчеры зафиксировали минимум три чужих корабля за неполные две недели, «наезды» на Ивана стали более конкретными. Пожалуй, только четыре человека полностью поддерживали землянина. Рифар и Кург по одним только им ведомым соображениям, Колин – радостно потирая руки от увеличения количества кредитов на счету, и Лати, скорее, по молодости и наивности, чем взвешенно и осознанно.

И что самое смешное, Иван был согласен с «обвинителями»: именно с его появлением на станции сонное болото «Рафина» зашевелилось. И он считал этот факт весьма позитивным. Большинство же ждало того момента, когда Иван со станции исчезнет и можно будет жить тихой размеренной жизнью. Даже потяжелевшие «кошельки» не могли их примирить с резко возросшим темпом жизни.

– А что ты хотел? – Как-то обмолвился Рифар. – Мы все здесь либо прячемся от жизни, либо просто достигли своего предела.

Как бы там ни было, а при появлении чужих кораблей, Иван смог провернуть еще одну аферу. Ему очень давно не давал покоя небольшой кораблик, под пушки которого он едва не попал во время своего первого выхода в открытый космос. С большим трудом, перелопатив кучу информации, удалось найти описание этого корабля. Малоизвестная фирма, занимавшаяся в основном проектированием малотоннажных кораблей, попыталась выйти на рынок военных аппаратов с проектом универсального истребителя-штурмовика. Характеристики были заявлены весьма «вкусные» и флот заказал пробную партию для испытаний. Чем закончились испытания, можно было судить только по тому, что на вооружении ВКС империи Аурун новая машина не появилась, а фирма была поглощена одной из корпораций.

В принципе, военных можно было понять. Империя Аурун как раз ввязалась в очередную войну, и принимать на вооружение новую технику стало не ко времени. Тем более, если эта техника не пойми к какому классу относится: то ли тяжелый истребитель, то ли легкий штурмовик. А вот Ивану боевой кораблик чем-то напоминал внешне неказистую, но весьма эффективную технику его якобы Родины, Пограничья. Трудно сказать, как повел бы себя «Ударный истребитель-штурмовик модель два» в «правильном» бою, но для патрулирования системы, борьбы с контрабандистами и нелегальными мусорщиками, на взгляд Ивана, он подходил идеально.

И как раз сегодня УИШ-М2 был поставлен на крыло. Испытательный полет пришлось отложить, скорее, из вредности Ивана, чем по реальной необходимости. Землянин очень хотел первым опробовать боевую машину, и не хотел пускать за штурвал местных пилотов, палец о палец не ударивших, чтобы помочь.

В общем, открывая дверь в свою каюту, Иван мечтал принять душ и завалиться спать. И совершенно не обратил внимания на то, что сзади к нему кто-то подходит. Как оказалось, зря. Не успел он сделать и шага внутрь, как ему на плечи легли женские руки и участливый голос произнес:

– Совсем вымотался, бедняга.

Иван резко развернулся и оказался в объятиях Айюлы Танол. И дверь за спиной женщины уже закрылась. Несмотря на усталость, землянин быстренько «прокачал» ситуацию, и обреченно вздохнул. Вынужденное воздержание уже вполне серьезно давало о себе знать, а виртуальный секс, на который подсел компьютерщик, и услуги эристилийки Ивана совсем не привлекали. Но…. Не выставлять же женщину за дверь силой. Глупо это как-то. И Иван решил сдаться.

Тем более что к радостному огорчению парня, эристилийка отложила сексуальные домогательства и начала с массажа. Млея под опытными руками, Иван едва не пропустил, заданный женщиной вопрос:

– Ты презираешь меня?

– Тебя? Скорее нет. Не мне тебя судить. – Попытался пожать плечами Иван. И понимая подоплеку вопроса, решил сразу же ответить и на незаданный вопрос. – Мне не нравиться вся ситуация в целом, и, может быть, я ханжа, но мне не нравится продажная любовь.

– Хм. – То ли хмыкнула, то ли усмехнулась женщина. – А если бы ты не знал…. Нет, не так! Если бы ты не знал лично тех мужчин, с которыми я сплю, ты бы относился ко мне так же?

Иван несколько секунд молчал, пытаясь честно ответить на вопрос. Например, он прекрасно знал, что дома, у последней его пассии мужчины были и до него, и будут после. Так в чем же разница? Ответ напрашивался только один: в каждый момент времени у сокурсницы был только один «ухажер». Кажется, она даже гордилась такой «порядочностью». Вот и получалось….

– Тогда, – Иван сел и повернулся лицом к эристилийке, – я бы уже давно занялся с тобой сексом.

Айюла едва заметно вздрогнула и выдохнула задержанный воздух. Почему-то ответ Ивана был ей очень важен. Но думать над этим оказалось некогда.

Значительно позже, когда первое, и не только первое, желание Ивана было умело удовлетворено, и оба просто расслабленно лежали в постели, эристилийка неожиданно спросила:

– Знаешь, сколько мне лет?

– Женщинам такие вопросы задавать не рекомендуется. – Попытался отшутиться Иван.

– Мне двадцать четыре года. А контракт я заключила в девятнадцать. – Не обратив внимания на слова парня, продолжила Айюла. – Но не всем нравятся молоденькие девочки. Поэтому специалисты и разработали такой образ неопределенного возраста. Кто-то видит женщину за тридцать, кто-то – до двадцати пяти….

– Суки! – Искренне вырвалось у Ивана. – Долго тебе еще?

– Год. – Айюла замолчала, но потом, все-таки, продолжила. – Я хочу тебя попросить…. Через полтора года…. Если тебе в команде потребуется боец и медик…. Можно, я обращусь к тебе?

– Эк, ты хватила! – Изумился Иван. – Чего ты решила, что…. Подожди-ка! Ты что, решила, как боец специализироваться?!

– Даже в анекдотах женские коллективы сравнивают со змеиным гнездом. – Грустно усмехнулась Айюла. – А, представь себе, целую планету…. Даже за возможность стать подстилкой по контракту и то идет такая борьба..! Увы, но добрые чистые девочки не достигают на моей планете НИЧЕГО.

– Вот жешь, тра-тарарам! – Покачал головой Иван.

– Я уже боец. Безо всяких там баз, я вполне тяну на третий уровень. – Продолжала откровенничать эристилийка. – Зачем же добру пропадать? На серьезный уровень медицины мне средств не хватит, а вот так, два в одном…. Я хотела в наемники податься. Для такой, как я, со всех сторон самый удачный выбор. – Айюла криво усмехнулась.

– Почему же передумала? – Попытался заглянуть в глаза эристилианке Иван.

– Почти и не передумала. – Айюла Танол смело встретила взгляд землянина. – Ты, ведь, не скрываешь, что собираешься стать изыскателем. А зная тебя, я уверена, что в чужую команду ты не пойдешь. Значит….

– Эк, у тебя все красиво получается. – Покачал головой Иван и откинулся на подушку.

– Да, ладно! – Вроде бы развеселилась эристилийка. – Глядя на то, как ты за несколько месяцев разворошил здешнее болото, можно не сомневаться, что дай тебе волю и через годик у тебя будет и своя команда, и многое другое.

– Твоими бы устами…. – С сомнением произнес Иван.

– Ты, просто, пообещай, что если будет такая возможность…. – За внешней легкостью в голосе эристилийки слышалось нешуточное напряжение.

Иван поднялся, опираясь на локоть, и снова заглянул в глаза вынужденной проститутке. Кротостью в ответном взгляде и не пахло. Что ж, по меньшей мере, женщина заслуживала на шанс.

– Не знаю, где я буду через полтора года, но надежный человек рядом пригодится всегда. – Свои слова Иван сопроводил резким кивком.

– Спасибо. – Просто ответила эристилийка.

Наверное, в психологии Айюла Танол тоже разбиралась, и поэтому не попыталась «отблагодарить» Ивана каким-то еще способом. А спустя некоторое время, и вовсе выскользнула из постели. Позволив парню напоследок полюбоваться стриптизом наоборот, женщина тихонько выскользнула из комнаты.

Глава 11.

Все-таки, есть в настоящей боевой технике что-то такое, что недоступно гражданским моделям. И пусть они будут какие угодно спортивные и пилотажные, но вот не дают они того ощущения подконтрольной мощи, что боевая машина. А ведь, Иван пилотировал и шлюпку, и бот, и, хоть и виртуально, пару-тройку видов истребителей. Но все это было не то!

Тяжелая, семидесятиметровая машина медленно вышла из ангара и отдалилась от станции. Мысленно перекрестившись, Иван «дал полный газ». Компенсаторы отработали на «ять» и никаких неприятных ощущений пилот не испытал. Хотя, динамика разгона, все-таки, была помягче, чем у обычного истребителя. И по маневренности УИШ-2 немного истребителю проигрывал. Иван подумал, что будь на подвесках положенные две средние противокорабельные ракеты, пилотажные характеристики были бы еще хуже. Что ж, законы природы никто не отменял, и если где-то прибудет, то где-то, естественно, убудет. Было похоже, что неизвестные конструкторы сознательно пожертвовали динамикой и маневренностью ради огневой мощи и продолжительности полета.

На что способны легкие вертлявые истребители современных флотов? На три вполне нужные вещи: сражаться с себе подобными, перехватывать противокорабельные ракеты, штурмовики и десантные боты, мешать противоракетной системе противника, при удобном случае поражая выступающие элементы конструкции больших кораблей. Это если речь идет о боевых кораблях. Против гражданских, даже одиночный истребитель, может сотворить почти все, что пожелает. А что такое штурмовик? А штурмовик – бронированная платформа для доставки на дистанцию уверенного поражения, в идеале, конечно, мощной ракеты. Попытки скрестить уже с ежом предпринимались неоднократно, но у всех в результате получался корвет. Корабль соовсем другого класса.

По субъективным ощущениям, сейчас Иван управлял вполне удачной «помесью», которая осталась в габаритах сверхмалой «авиации», но приблизилась к функциональности корветов. По крайней мере, против пиратских переделок гражданских судов УИШ-2 был бы вполне адекватным ответом. Две курсовых, но в отличие от обычных истребителей, отклоняемых до 25 градусов во всех плоскостях, пусковых установки неуправляемых ракет с боезапасом по тысяче на каждую, такая же кормовая установка, спрятавшаяся между разнесенными двигателями, являлись аналогами земных пушек. При этом, чисто внешне, они очень напоминали Ивану блоки НУРСов у земных вертолетов. Стреляли космические НУРСы и одиночными, и очередями, и залпами, перезаряжаясь подобно револьверам. В качестве оборонительного вооружения Иван с немалым изумлением опознал сильно продвинутый вариант земной установки « Metal Storm», о которой читал в интернете. А так напугавшая в свое время землянина башенка оказалась лазером средней мощности. Зачем создатели влепили на истребитель-штурмовик малоэффективный в маневренном бою лазер, Иван не очень понял. На его взгляд, самую здравую идею высказал Рифар, предположивший, что лазер нужен для «ослепления» вражеских систем наблюдения.

Жалко, что остальные хором отказались от установки положенных ракет, но и без этого Иван чувствовал себя в системе свалки самым крутым на несколько десятков астрономических единиц. Поэтому, погоняв УИШ-2 на всех возможных режимах, он отправился к одному из наиболее «живых» обломков, чтобы проверить боевые возможности кораблика. Ну, и не без задней мысли продвинуть уровень «Боевого пилотирования» еще на одну ступеньку. Благоразумно не поставив в известность о своих планах никого из обитателей «Рафина», Иван принялся претворять идею в жизнь.

Под матерные крики диспетчеров, Вага Сарона и Рифара, землянин имитировал полноценный космический бой. И хотя выбранный в качестве «противника» фрегат был далеко не в лучшем состоянии, но треть оборонительных систем у него работали. В общем, по неподвижной и неравномерно защищенной цели истребитель-штурмовик с не самым опытным пилотом отработал на отлично. Что давало уверенность в благополучном исходе противостояния с незаконно проникающими на свалку кораблями.

Примерно так и высказался Иван, когда «комитет по встрече» только набирал побольше воздуха, чтобы высказать все, что думает об Иване. Глядя на довольное выражение лица землянина, оцет Лати только махнул рукой. Диспетчер ограничился фразой, что всяких идиотов видал, но такого…. А Рифар пробормотал, что видимо тренировки слишком легкие, если у кое-кого остаются силы и желание на всякие глупости.

Обиженные пилоты, все-таки, не выдержали и тем же вечером устроили коллективный разбор полетов. А на следующий день и сами по очереди слетали опробовать УИШ-2. Хотя и не стали устраивать эскапад, подобных ивановой. В общем, через неделю обсуждения, истребитель-штурмовик, получивший собственное имя «Кусака», с согласия лейтенанта Сэлма, был поставлен на дежурство. Крестным кораблика стал один из пилотов, случайно высказавшийся, что УИШ способен хорошенько покусать любого противника. А сподвиг пилота на такое высказывание, собственноручный расстрел из носовых НУРСов крупного «мирного» обломка.

Вот только, желание руководства «Рафина» побыстрее избавиться от присутствия Ивана только возросло. А сам землянин посчитал, что наступило время сделать перерыв, чтобы оценить собственные достижения и перспективы. Он, даже, тренировки своей будущей напарницы забросил, чему Лати была безумно рада. Некоторое время. Потому что, знамя подготовки некоей девицы к выходу в большой мир подхватили и смирившийся отец, и Рифар, и, в большой тайне, Айюла Танол. А если добавить маму, которая решила напихать в голову дочери как можно больше знаний, видимо, в надежде выбить оттуда дурные мысли, то для девушки наступил настоящий армагедец.

Но обо всем этом Иван узнал значительно позже. Пока что, он все свободное время валялся на кровати и думал. С наличным капиталом, как в прямом, так и в переносном смысле, разобраться не составило труда. Почти четыреста тысяч кредитов на временном счету, универсальный ремонтный и средний дешифрационный комплексы без искинов, модернизированный скафандр «Ремонтник», облегченная штурмовая броня «Гвардеец», три полулегальных стрелковых комплекса – вот и вся материальная составляющая. Не считая всякой мелочи типа одежды, коммуникатора и тому подобного.

Официальная «интеллектуальная» составляющая тоже радовала условно-активированными тремя шестиранговыми «Техниками», четвертым уровнем «Пилота малых пространственных кораблей», «Инженером» и «Боевым пилотированием» третьего ранга, и максимально доступными для гражданских лиц вторым рангом «Бойца» и «Стрелка». Второй ранг «Пилота средних пространственных кораблей» тоже присутствовал, но, по большому счету, позволял в лучшем случае нести вахту в спокойной обстановке. Это, если официально. А не официально, где-нибудь на окраинах обитаемых миров, можно было и покапитанствовать на старом «ушатаном» корыте.

В целом, стартовый «капитал» весьма и весьма неплох. Такого с руками оторвут на любом изыскательском корабле. Вот только, права эристилийка: нет у Ивана желания идти в чужую команду рядовым членом. И вот тут начинаются мучительные раздумья. Пути заработка изыскателя, в просторечье «мусорщика», изучены и почти все требуют финансовых вливаний, значительно превышающих возможности Ивана.

Для свободного поиска всевозможных остатков космических сражений или, еще круче, наследия древних цивилизаций нужен вместительный корабль с хорошей защитой, мощными сканерами и большой дальностью полета. Иначе, изыскатель будет обречён отщипывать маленькие кусочки, которые едва покроют расходы на перелет. И это не считая всех рисков, связанных с полетами вне цивилизованных систем. Подобного класса корабль не всякая корпорация может себе позволить. Но именно на него и нацеливался Иван в дальней перспективе.

Для картографии и исследования необжитых систем тоже требовался солидный корабль. Требование вместительности в этом случае заменялось необходимостью иметь либо продвинутый разведкомплекс, способный охватить всю систему и весь спектр задач, либо два отдельных: для навигационного и для производственного исследования. Плюс, мощный искин, который будет координировать весь процесс разведки. А гарантий в таком деле, ну, совершенно никаких. Подобными вещами изыскатели, как правило, занимались по конкретным контрактам. Доход небольшой, но гарантированный.

Корабля у Ивана не было, как и средств на покупку чего-то подходящего. Можно, конечно, было бы взять кредит и купить что-нибудь в размерах корвета или подержанного фрегата. Но «отобить» такую покупку быстро получится только при невероятной удаче. Становиться настоящим мусорщиком, не пренебрегающим и перевозками, и контрабандой, и другими подработками Ивану не хотелось.

Оставался, правда, еще один вариант. Изыскатели, ведь, работают не только в космосе, но и на планетах. И средства для такой работы нужны совсем другого порядка. Одно но. Со своими умениями и навыками Иван мог рассчитывать только на деятельность все того же «мусорщика» на полях сражений или в развалинах древних поселений. Затраты меньше, но меньше и доход. Наземная техника стоила в разы меньше космической. Идеальный вариант – найти старую, но не разрушенную базу на планете в начальном этапе колонизации. Но, снова «но». Такие планеты отслеживались очень тщательно, и конкуренция на них могла принять и совсем нецивилизованные формы. Кроме того, на эти планеты технику пришлось бы везти с собой, а это ой как не дешево.

Ни один из вариантов Ивану не нравился, и не приближал его к заветной цели: собственному кораблю, способному к поиску Земли. Вот, казалось бы, под рукой свалка найди искомый корабль, почини, и вперед. Увы! Даже, если предположить, что удастся провернуть аферу и выкупить более-менее целый корабль по цене металлолома, что удастся его отремонтировать наличными силами, что найдется нужной квалификации экипаж, готовый работать за спасибо, все равно, имеющихся четырехсот тысяч едва хватит на регистрацию корабля, уплату налогов и расходные материалы на один рейс. Правда, есть вариант с потрохами продаться той же Службе Изысканий. Но и гонять они будут такого товарища полностью на свое усмотрение. То есть, опять не вариант.

Чисто теоретически Иван рассмотрел даже откровенно криминальные варианты. Например, восстановить и угнать приснопамятный крейсер, пристыкованный к БРК. Судя по всему, механических повреждений у него быть не должно, только программно-интеллектуальные. Разрешив себе пострадать манией величия и предположить, что способен в одиночку оживить крейсер, землянин задумался над извечным вопросом «А что дальше?». Пришлось расширить манию величия до возможности в одиночку управлять крейсером не только в обычном пространстве, но и при «прыжке». И, все равно, перспектива не вырисовывалась. Либо, стоило сразу начать считать себя вторым после бога. А это уже попахивало съехавшей крышей и весьма невнятно озвученными в Галонете мерами, которые в империи Аурун к психам применялись.

Вернувшись к конструктивным идеям, Иван обнаружил их отсутствие и решил упорядочить свои требования. Предстоящее «место работы» должно было располагаться на планете с не очень агрессивной окружающей средой, иметь определенный набор объектов и возможность покупать технику и расходные материалы на месте. Неожиданно, последний пункт в мыслях Ивана расцвел новым цветом. Преимущественно, камуфляжным. Если бы не было лень, землянин хлопнул себя по лбу. Наличие военной базы и армейских интендантов решало много вопросов. При наличии денег, естественно. Программа продажи устаревшего военного оборудования обросла поистине титанических размеров злоупотреблениями. Конечно, были определенные позиции, с которыми даже самый отмороженный взяточник связываться не будет, из-за боязни контрразведки и СБ. Но из ТАКОЙ номенклатуры товаров Ивану, как раз, ничего и не требовалось.

В очередной раз пожалев, что на «Рафине» нет доступа в Галонет, а наличествует, «всего лишь», жутко продвинутый аналог земной «Википедии» в смеси с какой-нибудь там «Библиотекой Конгресса», землянин принялся искать. Поистине титаническая работа осложнялась еще и тем, что регулярные обновления «Энциклопедии Галонета», привозимые транспортником из более обжитых районов, касались технических и торговых новостей. Но, как бы там ни было, через несколько часов Иван имел целых три варианта.

– Ну, надо же, живой! – Глядя на релаксирующего в кресле Ивана, делано изумился Рифар. – А меня уже послали проверить, может, загнулся, наконец-то.

– Ха-ха-ха. – Лениво ответил землянин и приоткрыл один глаз. – А вот, кстати..!

Иван принял нормально сидячее положение и теперь уже в оба глаза уставился на посетителя. Рифар занервничал и принялся прощаться, медленно отступая к двери.

– Риф, дружище! – Радостно оскалился Иван, игнорируя бормотание старшего приятеля. – У меня к тебе вопрос.

– Нет, нет, нет! – Рифар для верности выставил перед собой руки. – После твоих вопросов и идей, Лентина готова убить каждого встречного. А количество жаждущих крови одного варвара из Пограничья скоро превысит количество живых организмов на станции.

– Это как?! – Изумился Иван, вытаращившись на техника.

– Ну-у, госпожа Сарон, наверняка, не откажется прибить тебя десяток раз…. – Скорчил глубокомысленную мину Рифар.

– Понятно. – Облегченно кивнул Иван. – А то, я подумал было, что и искины решили включиться в этот процесс.

– Хм! Нужно будет поинтересоваться…. – Оживился Рифар.

– Слушай, раз ты передумал срочно уходить, вот тебе мой вопрос. – Перебил техника Иван. – Что ты можешь рассказать о Барбуре из системы ВРЗС-0375-347, Пихтфинконе из ВРЗС-0212-3 и Мурте из ….

– А тебе зачем? – Удивленно спросил Рифар.

Будь Иван обычным землянином, он бы точно ничего не заметил. В начале своего пребывания на «Рафине» – тоже. Но слишком хорошо он успел изучить Рифара Шерсткора, да и инцидент на разбитом БРК был слишком свеж в памяти. И кроме неподдельного удивления, в голосе техника мелькнула явная настороженность. И вызвана она была упоминанием Пихтфинкона. В этот раз Иван ничем не выдал, что заметил реакцию собеседника, и спокойно ответил:

– А куда еще бедному крестьянину… тьфу! Я хотел сказать, мусорщику. Куда еще мусорщику податься?

– Ты сумасшедший! Но, клянусь Предтечами, очень умный и везучий сумасшедший. Или…. – Рифар нахмурился и о чем-то задумался, а после паузы спросил. – Ты не против, если я Курга позову?

– А в чем дело?! – Не на шутку встревожился Иван.

– Значит, не против. – Не обращая внимания на хозяина каюты, Рифар отправил сообщение приятелю.

Посмотрев на отрешенное выражение лица техника, Иван решил смиренно дождаться разъяснений. Было похоже, что по незнанию он в очередной раз задел скелет из чьего-то шкафа. Из чьего только?

– Ну, что он опять натворил? – Едва переступив порог, Кург обвиняюще ткнул пальцем в Ивана.

– А чё Иван? Чуть что, сразу Иван! – Припомнил фразу из фильма Иван, но слегка переделал ее, чтобы не объяснять инопланетянам, кто такой Косой.

– Рассказывай, чем тебя так заинтересовали именно эти планеты. – Не повелся на шутки Рифар, взмахом руки призывая Курга сесть и слушать.

Иван взглянул прямо в глаза старшего товарища, убедился, что тот весьма серьезен и принялся рассказывать. Оказалось, что все размышления и идеи, когда они уже продуманы, можно уложить в пять минут. По истечении которых, Кург задумчиво покивал:

– В целом, грамотно и толково. А выводы?

– Барбур, Пихтфинкор, Мурт. – Кривая улыбка Рифара совсем не вязалась с весельем.

– Клянусь яйцами арахнидов! – Изумился Кург. – Хотя…. А, собственно, чего ты хотел? У нас других вариантов и нет. Да и в других державах столь лакомых кусочков, пожалуй, тоже.

– Да, понимаю я все. – Сердито нахмурился Рифар. – Но, как-то оно все…. Очень уж совпадения какие-то…. Ну, не знаю, многозначительные, что ли.

– Дяденьки! – Вроде бы и ерничая, но на полном серьезе воскликнул Иван. – Может, и меня в курс дела введете? А то, я уже бояться начинаю ваших глубокомысленных недомолвок.

– Расскажем, расскажем. – Отмахнулся Кург. – Вот Риф сейчас и начнет.

– Я? Логичнее было бы тебе. – Попробовал переложить работу на чужие плечи Рифар.

На что Кург демонстративно откинулся в кресле и заложил ногу за ногу. Рифар вздохнул и принялся рассказывать.

– Итак, господа полковники и старшие изыскатели. – Пребывая в некотором обалдении от услышанного, попытался собрать мысли в кучу Иван. – Получается, что судьба каждого из вас, так или иначе, завязана на Пихтфинкор. Ну, и в меньшей степени, на Мурт. И услышав от меня эти названия, полковник Шерсткор решил…. Кстати, Риф, а что ты решил? Из-за чего такой ажиотаж?

Оказавшийся отставным полковником ВКС, бывшим заместителем командира бригады Имперских Рейдеров по технической части, Рифар Шерсткор какое-то время собирался с мыслями. Но, едва он открыл рот, чтобы ответить на вопрос Ивана, как на нейросеть землянина поступил запрос от входной двери. Лейтенант Пори Сэльм просил разрешение войти в каюту. Изумленно заломив бровь, Иван открыл дверь.

– Какая компания! – Лейтенант, похоже, отыгрывал роль любителя легкой «дури». – Уж не заговор ли против Империи здесь происходит? Хи-хи!

– Сэльм! – Сморщился Рифар. – Кончай этот цирк! Ты чего приперся?

– Ну, точно, заговорщик. Так обращаться с лейтенантом СБ. – Обиженно пожаловался Ивану с Кургом лейтенант. – А если серьезно…. Подкинуть плазмы в реактор, дружище Риф.

– В смысле?

– На Пихтфинкоре служит мой сводный брат, лейтенант военной разведки Игур Виртранди. – С невинной улыбкой пояснил безопасник.

– Ну, и что! – Буквально взвыл Иван, глядя на обалделые лица Рифара и Курга. – Вы, что, меня в чем-то подозреваете?!

– Нет. – Ответил лейтенант, под неуверенное покачивание головой остальных собеседников. – Зато, скорее всего, мы разгадали загадку нашего начальства.

– Вы о чем? – Изумился Иван.

– А ведь и правда! – Прищурился Рифар, быстро сообразив, о чем говорит лейтенант.

– А я вам сразу говорил, тут политика дальнего прицела. – Наставительно погрозил товарищам Кург.

– Господа, мать вашу! – От избытка чувств Иван высказался по-русски. – Объясните, в конце концов!

– Все очень просто. Тебе предложили сотрудничество, а ты отказался. И после этого, тебя не оставили барахтаться самостоятельно, а помогли, и помогли весьма основательно. – Лейтенант Сэльм усмехнулся. – Так не бывает. Вернее, бывает, если на тебя имеют виды и в дальнейшем. Или собираются использовать «в темную». Скорее всего, именно второй вариант мы и наблюдаем. Кто-то очень умный просчитал и тебя, и нас. Думаю, если бы не появился ты, в ближайшем будущем появился бы кто-то подобный.

– Сложно как-то. – Недоверчиво покрутил головой Кург. – Если у НАШИХ какие-то планы на Пихтфинкоре…. Зачем так сложно?

– Не нам судить обо всех подводных течениях. – Покачал головой безопасник.

То ли давая Ивану время на осмысление, то ли увлекшись, один действующий и два отставных офицера принялись обсуждать последние новости с Пихтфинкора и предполагаемые планы начальства. Сам же Иван, мельком отметив, что, пожалуй, теперь знает всех агентов «Имперского Легиона» на станции, задумался о другом. Выходило, что внедряли его через этот самый «Легион», но вот кто стоял за «Легионом», кто тот мужик в стиле «барин у камина», который сообщил ему о принудительном путешествии к звездам, вот это оставалось непонятным. Судя по косвенной информации искина «Выжгара» начальство «Легиона» и похититель – не одно и то же. Вот только, интерпретировать данный, несомненно, важный факт, Иван не мог. Получалось что-то невразумительное. Кто-то находит у черта на рогах дикую планету, цепляет на ней совершенно рядового парня, чего-то с ним делает и отфутболивает на секретную станцию «Имперского Легиона». А искин и начальство страшно секретной станции воспринимают это как должное и награждают внезапный «подарочек» кучей плюшек. И совершенно ни на чем не настаивают, позволяя, в добавок, делать глупости вроде спасения «левых» девиц. Вывод?

«А хрен его знает!» – констатировал Иван, – «Понятно только одно: все, что сказал лейтёха, может быть правдой. Мало ли, должны они тому мужику. Вот и отработали долг. А попутно и свои дела провернуть решили. Логично? Логично. Что с этим делать? А ни хрена! Можно подумать, у меня другой выход есть. Наоборот! Все это очень похоже на очередные «плюшки». Ой, мля! Как бы от такого количества «сладкого» несварение не приключилось или не слиплось бы кое-где».

– Значит так, господа! – Вынырнул из своих мыслей Иван, попутно отметив, что из реплик собеседников целостная картина событий на Пихтфинкоре не складывается. – Спасибо за информацию. Но! Голыми руками рептилоида не завалишь. А значит, деваться мне некуда.

– Всегда сомневался в правильности этой пословицы. – Буркнул Рифар.

– В те времена, когда она возникла…. – Начал, было, лейтенант Сэльм.

– В задницу. – Резко перебил Иван. – Деваться мне некуда, задач я никаких не получал, но рядом есть вы. И я собираюсь вами попользоваться по полной! Раз уж ваше начальство пользует меня, то мне сами боги велели сделать то же самое с вами.

– Нахал! – Возмущение Рифара выглядело достаточно естественно, но все портили веселые нотки.

Глава 12.

– Послушай, Кург, – обратился к технику Иван, не отрываясь от тестирования ремкомплекса, – вот, сколько информации про эту вашу Службу Изысканий ни нахожу, все равно, не понимаю, что это за зверь. Ну, не бывает таких контор в нормальных государствах!

– Если я тебе скажу, что и сам не понимаю, поверишь? – Судя по всему, усмехнулся бывший старший изыскатель, на соседнем рабочем месте «мучающий» дроида.

– Да ладно! – Иван отложил тестер и повернулся к собеседнику. – Наверняка изнутри и информации больше, и версий.

– Не угадал. Поначалу, все, как и у «договорников», и у «вольников». А потом, просто, понимаешь, что смотришь на все с несколько иной стороны. – Кург помолчал. – Ты по-прежнему далеко не все понимаешь, но уже видишь, что есть шелуха, а есть ядро. И ядро, едва ли, не крепче армии и СБ вместе взятых.

– Хренасе! – Вырвалось у Ивана по-русски.

– Плохой из тебя шпион получился бы. – Улыбнулся техник. – Все никак от своих дикарских словечек не отучишься.

– А что делать, если у вас, высокоразвитых, такой бедный язык. – Привычно отшутился Иван. – Ты, давай, зубы мне не заговаривай. В принципе, что Служба Изысканий имеет серьезный вес понятно. Но, чтобы вот так….

– Это только мои ощущения. – Покачал головой Кург. – Я, как ты понимаешь, едва-едва перешагнул границу «шелухи» и своим в «ядре» стать не успел. Так что….

– Ну, хоть по ощущениям. А то, сам уговариваешь стать полным сотрудником, а информацией не делишься. – Зашел с другой стороны Иван.

– По ощущениям? По ощущениям – пожалуйста. Если внимательно присмотреться, то оказывается, что с определенного уровня и СБ, и вояки ВСЕГДА идут навстречу Службе. Это не афишируется, более того, зачастую кто только Службу Изысканий не ругает, но…. Создается впечатление, что это все игра. И стоит руководству изыскателей отдать распоряжение, как оно выполняется всеми ведомствами незамедлительно.

– Н-да. Прямо теневое правительство какое-то. – Озадаченно потер подбородок Иван.

– Не думаю. – Кург покачал головой. – Скорее, там, наверху, знают больше.

– Это-то понятно. Просто…. Ну, вот глава СБ, например, приравнен к министру. А Служба Изысканий похожа вообще на коммерческую организацию. Даром, что государственная структура. – Высказал свои мысли Иван.

– А это, как раз, и есть внешний слой, та самая «шелуха». – Улыбнулся Кург. – И все очень стараются, чтобы за ней не было видно сердцевины.

– Эй! – Раздалось из глубин мастерской. – Вы сюда работать или болтать пришли? Если болтать, так освободите место!

Иван с Кургом усмехнулись, но вернулись к работе. В принципе, ничего совершенно нового для землянина бывший изыскатель не сказал. Но, наверное, именно «взгляда изнутри» не хватало Ивану, чтобы ворох разнообразной информации стал более-менее системным. И выходило так, что Кург подтолкнул землянина к противоположному решению. Иван твердо решил не поддаваться на уговоры бывшего старшего изыскателя и не подписывать контракт постоянного сотрудника, а ограничиться «золотой серединой». Вольнонаемный сотрудник. Хотя, Ивану больше нравился термин «вольноопределяющийся», хоть он и вызывал ассоциации с бравым солдатом Швейком.

Если постоянный сотрудник работал за зарплату и премии, но обеспечивался Службой всем необходимым, а «договорняк», по терминологии Курга, получал только минимальный пакет информации и возможность сбывать Службе любые находки, не морочась с рынком, то вольнонаемный занимал промежуточное положение. Они не получали никакого довольствия, но могли покупать по «внутренним» ценам необходимое оборудование. Все находки принадлежали нашедшему, но продавались Службе по фиксированным ценам. Продажи в обход службы, мягко говоря, не приветствовались. Разве что, если Служба Изысканий официально отказывалась что-то приобретать. Ну, и самое главное, хоть вольнонаемный сотрудник и имел право выбрать место службы-работы, но уже там подчинялся старшему представителю Службы Изысканий и сменить это место просто так уже не мог.

Иван отложил инструменты и отстраненно оглядел ремкомплекс. Собранный из разнокалиберных компонентов, комплекс за последние месяцы претерпел существенные изменения. Мало того, что основной упор теперь делался на работу с наземной техникой, так еще и транспортная основа с космической должна была поменяться на планетарную. Идеально подошел бы транспортер на базе тяжелой армейской платформы «Фубруст», но бывший изыскатель огорчил Ивана, что в его время у Службы Изысканий на Пихтфинкоре такой техники не было. Услышав об этом, Рифар и Колин только рассмеялись: если техника есть у военных, то обязательно найдется и интендант, который ее продаст. Вот Иван и подгонял свое имущество под нужные параметры.

А вообще, чем ближе оказывалось окончание «испытательного срока», тем больше нервничали заинтересованные лица. Иван тоже было начал нервничать, но в один прекрасный момент остановился, подумал и решил перестать. В конце концов, хоть один спокойно мыслящий индивидуум из посвященных в проблему должен же быть! А то, Лати нервничала из-за свалившихся на ее голову нагрузок и боязливого предвкушения новой жизни, ее родители – из-за беспокойства о судьбе дочери, лейтенант Сэлм – из-за опасения подковерной борьбы в недрах СБ, в результате которой Ивана могут сильно прижать с неясными последствиями для всех остальных, Рифар и Кург – из-за того, что увидели в Иване инструмент для выполнения того, что не смогли в свое время сделать лично. Иван, хоть и разделял какую-то часть опасений всех вышеназванных, но «пережевывать» их по много раз считал глупым. Стоило ему успокоиться, как пришли в себя и Рифар с Кургом. За ними последовал лейтенант. После откровенного, мужского, разговора с Вагом Сароном, отцом Лати, успокоился и он. Оставались женщины. И если на Лати еще как-то повлиять было можно, но Лентина Сарон психовала конкретно.

Для Ивана разговор с Вагом Сароном имел гораздо более важные последствия. И дело было не в том, что бывший комбат пообещал взять на себя все недовольство супруги. А в том, что после первого же стакана ядрёного алкоголя с замысловатым названием, нейросеть Ивана рапортовала о тридцати процентной адаптации модернизированного КБТС «Дракон» и предложила использовать доступные ресурсы для установки уровня воздействия алкоголя. К счастью, Ваг Сарон списал растерянность Ивана на действие выпивки. А Иван был вынужден уподобиться Цезарю и делать сразу несколько дел: поддерживать разговор, регулировать влияние алкоголя, чтобы не надраться, но и не выглядеть трезвым, и разбираться, с чего бы это вдруг пресловутый КБТС «Дракон» до сих пор не адаптирован. Нет, он помнил про оговорку искина про активацию дополнительных функций, но про модернизацию и адаптацию едва на треть за почти год речи тогда не шло. Тем более, обещанное увеличение скорости реакции, крепости костей и повышение силы землянин получил.

Две недели Иван пытался разобраться, несколько раз ложился в медкапсулу, перерыл всю доступную информацию. И пришел к сногсшибательному выводу: супер-мега-крутой имплант буквально ПЕРЕВАРИВАЛСЯ организмом, чтобы стать его неотъемлемой частью. При этом, он не только сохранял свою функциональность, но и обещал еще большие возможности. Органика уже была заменена на собственные клетки организма, и процесс перешел на псевдоорганическую часть. Что будет с неорганикой Иван понять не сумел, не хватило знаний. Знаний хватило только для того, чтобы высказать два предположения: или имплант создавали на конкретно его собственном генетическом материале, или…. Второе «или» вызывало у Ивана внутреннюю дрожь и заставляло внимательно вглядываться в отражение в зеркале. И задаваться вопросами: что такого могли сделать с организмом землянина похитители и остался ли он человеком? Если нейросети и импланты Иваном воспринимались как своеобразные протезы, то непонятное поведение организма на клеточном уровне, сильно напрягало. Показания недоразвитого медкомплекса «Рафина» никаких аномалий не содержали, но не могли унять беспокойства. Искин Учебного Центра тоже ни о чем таком не говорил, хоть и «хвастался» совершенством аппаратуры. Но у него могли быть и свои резоны не давать Ивану всей информации.

Так что, пришлось землянину смириться с «непонятками» и утешать себя философскими рассуждениями, что не биология делает человека человеком. А дел и кроме бесполезных рассуждений хватало.

Все свободное время Иван старался посвящать зарабатыванию кредитов. Быстрее всего это получалось делать через Колина, но тут землянин сознательно пошел на некоторое снижение собственных доходов. Прожжённый делец, естественно, не мог не заметить такого отношения Ивана и напрямую поинтересовался причиной. Рассчитывавший на такую реакцию, Иван откровенно признался, что едва ли не больше денег его интересует пара-тройка контактов с людьми, готовыми продать/купить разные товары в обход официальных площадок. Колин оценил и откровенность, и деловую хватку Ивана. После не очень продолжительной торговли, Иван получил два адреса.

А вот попытка «подкатить» к кибернетику окончилась неудачей. Вникать в проблему Ивана с настройкой режима обучения нейросети он отказался, ограничившись банальным советом выучить соответствующие ПБЗ. Да и за программы для компьютеров на ремкомплекс и дешифратор запросил такую цену, что Иван плюнул и решил поискать позже и в другом месте. К тому же, землянина не покидала надежда, все-таки, найти для своих главных богатств по малому искину.

Вот так и получалось, что дни пролетали в сплошных трудах, тренировках и учебе, исправно пополняя интеллектуальный, физический и материальный багаж будущего изыскателя. Где-то больше, где-то меньше, а где-то и совсем «облом».

Глава 13.

– Нервничаешь? – Первый пилот, он же капитан транспортника, искоса взглянул на Ивана.

– Есть такое дело. – Кивнул головой землянин, прислушавшись к своим ощущениям.

– Еще бы! – Радостно поддержал разговор второй пилот. – Пассажиром – это совсем не то! А ты сегодня сможешь увидеть изнанку нашего мира.

– Началось. – Недовольно буркнул первый пилот и строгим голосом добавил. – Начинаем, господа.

По мнению Ивана, команда была отдана несколько раньше, чем необходимо. Видимо, капитан, таким образом, просто заткнул своего напарника, любящего потеоретизировать о природе внепространственного перехода. И за это землянин был капитану благодарен. Лишние секунды позволили Ивану собраться и приготовиться к первому осознанному погружению в гипер.

Удивительно, но земные «гипер-«, «над-«, «под-« и прочие пространства встречались и здесь. Другое дело, что их всех вытеснил официальный термин «внепространство». И только иногда пилоты для краткости использовали неофициальное сокращение «гипер». Физику внепространственных полетов Иван не понимал, и понять не стремился. Ему было достаточно уметь управлять кораблем.

Сигнал начала перехода вымел посторонние мысли из головы землянина и заставил сосредоточиться на работе. Хотя, у третьего пилота в такой ситуации и работы-то никакой не было, но Иван подошел со всей ответственностью. Все показатели подсвечивались зеленым, и капитан отдал команду на разгон генераторов. Тон басовитого урчания запущенных генераторов внепространственного перехода стал повышаться. Иван знал, что при самостоятельном прыжке, этот звук превратился бы в душераздирающий визг, переходящий в ультразвук. А так, звук еще не успел стать раздражающим, как произошло нечто и корабль «провалился» в чревоточину.

«Чревоточина», «Зона перехода» и еще пара десятков приличных и не очень названий. Именно в таких местах ткань мироздания оказывалась несколько слабее, чем обычно, и именно в них можно было с меньшими затратами энергии вырваться из привычного пространства. И попасть в «поток», «трубу», «нору», «проход». Изощренная людская фантазия родила множество определений, которые, так или иначе, описывали происходящее. А происходило следующее: корабль подхватывался неизвестными силами и стремительно двигался до следующей «червоточины». Что случалось с теми, кто пытался «свернуть» с пути не знал никто. Их, просто, больше никогда не видели. Иногда везло тем, кто проскакивал финишную «червоточину». Иван знал, что известны четыре «длинных пути», где можно было пройти максимум пять «червоточин», прежде чем корабль исчезал навсегда.

Посторонние мысли проскочили фоном, совершенно не помешав Ивану выполнять свои обязанности. Первый пилот уверенно направил транспортник на ось потока, а второй, как положено, озвучил показания приборов. Все было в норме. Первый – управлял, второй – страховал и следил за приборами, а Иван страховал страхующего. То есть, пребывал в готовности взять управление на себя, если что-то случиться с другими пилотами. Двух пилотов обычно хватало на переход любой продолжительности, поэтому у Ивана получилась экскурсия с элементом присутствия.

Полет вызвал у Ивана ассоциации с плаванием по горной речке. Тоже какие-то завихрения, подводные камни, повороты и течение, стремительно несущее плавсредство вперед. В таком полете искусство пилота заключалось как раз в том, чтобы маневрируя в загадочных потоках минимизировать нагрузку на генераторы, но не сильно потерять в скорости. Из-за этого и существовало так поразившее Ивана в самом начале противоречие. Большие, корабли оказывались быстрее своих более мелких собратьев. Естественно, это относилось только к внепространственным полетам, где большой размер позволял ставить более мощные генераторы и реакторы. И, естественно, это не означало, что все без исключения большие корабли были быстрее маленьких. Тот же средний транспорт, приписанный к «Рафину», был конструкцией весьма тихоходной, просто по тому, что никому не пришло в голову делать скоростной рудовоз.

Наблюдая за действиями пилота, Иван сначала мысленно просто повторял его действия, а потом начал моделировать, как сам поступил бы в данной обстановке. Получалось, что разница между четвертым рангом и опытом у пилота и шестым рангом без опыта у Ивана получалась процентов на сорок эффективнее в пользу землянина. При той же нагрузке на генераторы, Иван был бы быстрее.

Убедившись, что навыки, привитые ПБЗ, при нем и работают, Иван несколько отстранился от полета и задумался о делах предстоящих. Пилотская часть нейросети исправно отслеживала ситуацию, позволяя вспоминать и планировать.

»– В этот раз, ты только получишь ПКГ, Персональную Карту Гражданина. Не нужно ни подтверждать свои ранги, ничего другого. И покупать ничего не нужно. – В один голос твердили Риф и Кург. – Через две недели мы полетим в систему Ксартрайт, и там сделаем все, что нужно.»

А Лати наматывала круги вокруг Ивана, словно овчарка вокруг стада, постоянно попадаясь на глаза. Землянин, в конце концов, не выдержал и провел разъяснительную беседу в том духе, что он летит без вещей, и если одна бестолковая девица считает, что смыться от нее ему настолько важно, чтобы бросить имущество на несколько сотен тысяч уникредов, то вот ей фиг. И хотя Лати так и не решила, считать сказанное просто объяснением или гнусным оскорблением, но, хотя бы, успокоилась. В отличие от своей мамы, которая каждый раз смотрела на землянина с надеждой: а вдруг не вернется. Ваг Сарон, по мнению Ивана, давно смирился с решением дочери, и, кажется, даже им гордился. Но самоубийцей бывший комбат не был, поэтому подобные чувства тщательно скрывал. В общем, Иван с облегчением вздохнул, когда транспорт отчалил от станции. И постарался отогнать от себя видения того дурдома, который будет твориться на «Рафине» через две недели, когда они с Лати окончательно будут покидать станцию.

Полет по-прежнему проходил штатно, и Иван с воспоминаний переключился на ожидающую его процедуру принятия гражданства империи Аурун. Ничего экстраординарного, по словам лейтенанта Сэлма, его не ожидало, но нужно было быть готовым к тому, что СБ захочет еще раз произвести обследование нейросети землянина. Такой поворот событий был ожидаем еще во время подготовки «легенды», и Иван не особо нервничал. Мало того, что искин «Выжгара» заверял о неспособности аппаратуры, которую могут применить, распознать истинные характеристики нейросети, так Иван еще и сам полазил в доступных информационных «залежах». Оказалось, что попытки «сращивания» нейросетей далеко не новость и, порой, удавалось достичь неплохих результатов. Но в целом, этот путь был признан не особо перспективным. Еще бы: нигде и близко не встречалось упоминание нейросети марки «Координатор». А вот то, что на законсервированном Учебном Центре она нашлась, и была запросто установлена непонятно откуда свалившемуся землянину, многое говорило о хозяевах этого самого Центра.

И, кстати, качество аппаратуры на «Выжгаре» в размышлениях Ивана о неведомых хозяевах Учебного Центра играло немаловажную роль. Понятно, что бывший авианесущий линкор готовили к роли элитного учебного корабля. Но…. По современным меркам, аппаратура нейросканирования и установки нейросетей ТАКОГО уровня, едва ли не достояние государства. И, уж, точно ее не могли установить во времена Старой Империи, когда модернизировали «Выжгар».

Почувствовав, что снова скатывается в пучину бесполезных рассуждений о таинственных хозяевах «Выжгара», их отношениях с Имперским Легионом и с его, Ивана, похитителем, землянин сосредоточился на управлении транспортом. Оставшийся час до выхода в обычное пространство прошел хоть и скучно, но без надоевшего перебирания дурацких и не очень предположений, все равно, не подкрепленных никакими фактами.

Точка выхода определялась по резкому падению нагрузки на поля перехода корабля, и искусство пилота заключалось в том, чтобы вовремя «затормозить» и сбросить мощность прыжкового генератора до минимума. Теоретически, можно было не гасить скорость и не выходить в нормальное пространство, но еще не один корабль, который проделал подобное, не вернулся, чтобы рассказать о последствиях. Правда, существовали пять «каскадных» или «длинных» червоточин, у которых было обнаружено от трех до пяти выходов. Вот только, промежуточный выход в них разрешалось осуществлять лишь мастер-пилотам.

Как бы там ни было, но вся эта информация так и осталась для Ивана чистой теорией, потому что пилоты транспортника сработали быстро и слаженно, выведя его в нормальное пространство. И тут же искин сообщил об установлении связи с навигационной службой системы, и принялся выводить поступающие данные на обозрение пилотов.

– Хорошо вышли. – Пробормотал второй пилот, когда «карта» системы была готова.

– Ага. – Подтвердил первый пилот. – Ну, все, я пошел отдыхать. Дальше – сами.

– Есть, босс. – Ерничая козырнул второй пилот. А после того, как капитан покинул рубку, обратился к Ивану. – Ну, что, разыграем?

Зная нездоровую страсть пилота ко всяким пари, Иван безропотно кивнул головой. Пилот добыл из кармашка комбинезона монету.

– Герб. – Привычно произнес землянин.

– И чего ты всегда герб выбираешь? – Покачал головой пилот, прежде чем подбросить монету в воздух. – Опа! Угадал. Ну, что ж, ты главный.

– Принял. – Ответил Иван, принимая командные функции. – А «герб»…. Ну, не понимаю я, зачем было тискать физиономии императоров на мелких монетках.

– Никто не понимает. – Пожал плечами пилот. – Хотя, где-то в Галонете валяется целое исследование на эту тему.

– Представляю. – Усмехнулся Иван.

Тем временем, транспорт, повинуясь командам землянина, вышел на курс. До цели, Главной Базы Сектора, расположившейся на орбите второй планеты, на экономичном ходу транспорта было «чапать» шесть часов. И только в последний час предвиделись маневры. Система была достаточно захолустной и малоперспективной, поэтому и особого движения в ней не наблюдалось. Иван прикинул, что на истребителе добрался бы раза в три быстрее. Да и транспорт можно было бы разогнать, чтобы выиграть лишний час, но расход активного вещества реакторов влетел бы в копеечку. Увы, но этот проект транспорта-рудовоза создавался совсем не для того, чтобы один землянин мог с ветерком пронестись по звездной системе.

Мысленно похихикав над всплывшим из глубин подсознания образом эдакого мажора «за рулем» крутой космической «тачки», Иван озаботился поиском занятия на ближайшие несколько часов. И снова помогла чисто земная ассоциация: убить время – полазить в интернете. Хлопнув себя по лбу, Иван через искин транспорта вошел в Галонет. Пятнадцать минут, и он стал обладателем месячного подключения, оплатив его со своего счета в Имперском Банке. Можно было бы оплатить и более длительное подключение, но Иван решил не торопиться, так как, не был уверен, что оставит свои деньги именно в Имперском Банке. Ведь получив гражданство, он сможет выбирать финансовое учреждение, а выбрать было из чего.

«Галактическая паутина» отличалась от своего земного аналога довольно сильно. Собственно, сама корпорация «Галонет», монополист на услуги межзвездной связи для гражданских, предоставляла только два три «сервиса»: что-то наподобие Скайпа в поистине галактических масштабах, «Справочник Галонета», представлявший собой чрезвычайно продвинутую версию земной Вики, и услуги поисковых искинов. Все. Самое интересное скрывалось как раз за последней услугой – поисковым искином. Откуда у «Галонет» такие вычислительные мощности было неизвестно, но любой абонент, задав вопрос, получал четко структурированную по некоему «индексу достоверности» систему ссылок. И в отличие от земного интернета, всевозможные «перепосты» здесь были исключены. Стоимость перехода по приведенным ссылкам сильно варьировалась по непонятной для Ивана системе. Кстати, как выводился «индекс достоверности» тоже было непонятно. Землянин пытался прочитать доступные ему материалы на эту тему, но понял, что, либо этими исследованиями занимались только весьма недалекие люди, либо нормальная информация спрятана в недрах заинтересованных организаций.

Но, как бы там ни было, «информационная помойка» не выплескивалась на просторы обитаемого ареала. Нет, каждый желающий мог в нее окунуться, но или находясь на соответствующей планете, или за собственные деньги. Вот только, цены Галонета не поощряли желания «посидеть в сети». К тому же, система оказалась настолько эффективной, что и на продвинутых планетах, как правило, информационное пространство делилось на две мало пересекающиеся части: некий аналог Галонета и «помойку».

Вначале, привыкший к другим реалиям, Иван, читая информацию о Галонете, никак не мог определиться нравится ему такая «всемирная паутина» или нет. Но отстранившись от собственных привычек и прикинув, сколько народа «голосует рублем» за такое положение дел, решил что, наверное, это хорошо. Кроме того, попытавшись разобраться, почему ни одно из государств не подмяло под себя столь лакомый кусок, Иван обнаружил, что две войны и три экономических кризиса как раз и были спровоцированы такими попытками. В результате, со своим четвертым уровнем «Юриста» землянин едва смог понять краткую выжимку из законов и межгосударственных соглашений по поводу Галонета.

Как бы там ни было, настроив себе доступ, Иван решил не лезть ни в какие дебри, а ограничиться «Справочником Галонета». Для него и там информации было намного больше, чем он смог бы осознать. Собственно, на «Рафине» имелся именно вариант этого справочника. Урезанный и обновляющийся только тогда, когда транспорт привозил обновления, скачанные из Галонета. Вот и решил землянин большую часть полета посвятить той информации, которой на «Рафине» было до обидного мало.

Оставшийся в рубке управления второй пилот тоже добрался до Галонета. И судя по смешкам, хмыканью и прочим атрибутам, отнюдь не до «Справочника». Так они и просидели все оставшееся до начала маневрирования время.

Само же маневрирование под управлением Навигационной Службы Ивану не понравилось. Землянин почувствовал себя «прокладкой» между диспетчером и искином корабля. Но, как бы там ни было, факт управления средним кораблем при подлете и стыковке со станцией в «личное дело» Ивана будет занесен.

Сама же станция, а еще точнее, комплекс ГБС (Главной Базы Сектора), заставил Ивана восторженно покрутить головой. Поразившие, в свое время, землянина масштабы «Рафина», меркли перед циклопичностью ГБС. К чему-то подобному он был готов, недаром заранее узнавал куда летит, но увиденное воочию…. Тысячекилометровая мешанина конструкций, перемигивающаяся мириадами огоньков, словно улей постоянно выпускала-принимала десятки «мошек»-кораблей. И это захолустье. Попытка представить масштабы того, что будет в более развитых мирах, приводила землянина в трепет. Хотя, все познается в сравнении. Покосившись на безмятежного напарника по управлению кораблем, Иван решил, что пара-тройка визитов на подобные станции, и он тоже будет реагировать столь же спокойно.

Транспорт с «Рафина» причалил к одному из «парковочных» мест, и Иван с наслаждением выбрался из кресла. Пришло время сделать шаг в «большой мир». Дойти до шлюза, кивнуть Кургу, подождать Вага Сарона, отдающего последние указания, и можно выходить. Благо, переодеваться ни во что необходимости не было. За исключением центрального модуля, во всех остальных помещениях Базы люди предпочитали ходить в универсальных комбинезонах.

А потом был поход по разного рода коридорам и туннелям, перемежающийся поездками на лифтах. Если бы землянин шел один, и не пользовался подсказками искина, то точно заблудился бы. А так, кроме чувства разочарования «архитектурой» станции, особых эмоций у Ивана не было.

Зато, центральный сектор, наконец-то, оправдал футуристические надежды Ивана. В принципе, центральный сектор напоминал увеличенный «стакан» какого-нибудь земного бизнесцентра. Цилиндрическое помещение с мощной колонной посередине и «офисами» по стенкам цилиндра. Центральная колонна, кроме всего прочего служила еще и опорой для лифтов, к которым были переброшены ажурные мостки различной ширины. В целях безопасности, каждый двухэтажный ярус был отделен от соседей сверху и снизу прозрачной броней. То тут, то там виднелись пятна зелени. Как объяснили Ивану спутники, выставить перед входом живое растение, а еще лучше, декорировать всю стену чем-то растительным, признак определенного достатка и стиля. Зато, чего было в избытке, так это голографической рекламы. Начиная от «примитивных» голонадписей, переливающихся всеми оттенками радуги, заканчивая целыми голопостановками.

Спутники провели Ивана на самый нижний ярус, где буйство рекламных красок почти отсутствовало. Зато, сквозь прозрачный «пол» были видны части станции и кусок планеты. Этот ярус считался административным и именно здесь располагался офис Службы Безопасности Империи Аурун. Естественно, данное помещение было не единственным, и даже не главным, а, скорее, представительским. Но в теории, по вопросу землянина большего и не нужно было. На всякий случай, еще на «Рафине» Рифар и лейтенант Сэлм обсудили с Иваном разные ситуации. Так что, в помещение СБ землянин вошел спокойным и расслабленным.

То, что предстоит нечто большее, чем простое подтверждение документов, Ивану стало понятно, когда пошла пятнадцатая минута ожидания. Сопровождающий землянина Ваг Сарон начал нетерпеливо притоптывать ногой, но на более откровенные проявления нетерпения не отважился. Иван прикинул, что, скорее всего, будет разыгран сценарий с дополнительным обследованием. Все-таки, данные реаниматора «Рафина» не могли полностью устроить СБ. Значит, либо его сейчас поведут куда-то «в недра» Службы Безопасности, либо, в офис «Имперских Нейросетей». Вероятность того, что в одном из этих мест стоят дорогущие диагносты, едва ли не научного класса, была исчезающе мала. А значит и опасности для себя Иван никакой не видел.

Как предполагалось, так и получилось. Появившийся через двадцать минут молодой человек в строгом гражданском костюме поблагодарил Вага Сарона за сотрудничество со Службой безопасности, а Ивана пригласил проследовать в один из кабинетов. Там уже присутствовала более возрастная копия эсбэшника. Иван мысленно улыбнулся, подумав, что и здесь, похоже, затевается игра в доброго и злого следователей.

Молодой эсбэшник, неторопливо уселся за стол и, подавшись вперед, уставился на землянина «пронзительным взглядом». Позволив улыбке чуть коснуться губ, Иван принялся демонстративно разглядывать комнату, попутно уделив внимание и второму эсбэшнику. Молодой безопасник еще какое-то время буравил землянина взглядом, но осознав бесперспективность этого занятия, откашлялся и начал говорить.

– Господин Берст, мы рассмотрели ваше прошение. В принципе, мы готовы пойти вам навстречу, но…. Есть определенные нюансы, которые необходимо обсудить.

– Я внимательно слушаю. – Изобразил повышенное внимание Иван.

– Обследования вашей нейросети, проделанное нашим коллегой, к сожалению, не соответствуют стандартам, необходимым для выдачи вам Индивидуальной Карты Гражданина. Поэтому, вам необходимо пройти дополнительное обследование.

– Я готов. – Пожал плечами Иван.

– Замечательно. – Обрадовался офицер-безопасник. – Тогда прямо сейчас мы с вами пройдем в офис «Имперских Нейросетей» и….

– Минуточку! – Перебил офицера Иван. – Поправьте меня, если я ошибаюсь. Вы собираетесь провести обследование с использованием оборудования и персонала коммерческой организации?

– А у вас есть какие-то возражения?! – Искренне изумился офицер.

– Естественно! – Не менее искренне воскликнул Иван.

– А вам не кажется, что вы находитесь не в том положении, чтобы возражать против действий Службы Безопасности? – Закаменел лицом молодой офицер.

Иван насмешливо улыбнулся и посмотрел на второго офицера, который оторвался от разглядывания коммуникатора и теперь тоже смотрел на землянина.

– Уважаемый…. Кстати, вы так и не представились. – Иван выжидающе замолчал, снова глядя на младшего из офицеров.

– Лейтенант Брынгвурд. – Выдавил из себя безопасник и хотел добавить еще что-то, но Иван уже перевел взгляд на второго офицера.

По губам того скользнула едва заметная усмешка.

– Капитан Сергейм.

– Очень приято. – Кивнул головой Иван. – Так вот, господа офицеры. Я понятия не имею, что именно придумали умники в той клинике, в которой я провел столько времени. Но! Все, что они со мной сделали, работает и работает неплохо. А значит, может представлять коммерческий интерес.

Иван сделал многозначительную паузу и выразительно посмотрел на каждого из безопасников. Лейтенант никак не прореагировал на слова землянина, сохраняя недовольную мину на лице. Капитан же поощрительно кивнул, предлагая продолжать.

– И, кроме того…. Господин лейтенант, вы что-то говорили о положении, в котором я нахожусь. Не объясните ли мне ваши слова более подробно. – Сменил тему Иван.

– Ваше нежелание сотрудничать…. – Многозначительно начал было говорить лейтенант.

– Минуточку! – Возмутился Иван. – Это когда это я отказывался от сотрудничества?!

– Попытки ставить условия…. – Попытался объяснить лейтенант.

– Ни в коей мере не означают отказа от сотрудничества, а лишь включают защиту моих интересов перед третьей стороной! – Снова перебил Иван.

– У вас «Юрист» в каком ранге? – С улыбкой поинтересовался капитан.

– Только во втором. – С сожалением развел руками Иван.

– Что ж, в данной ситуации и этого достаточно. – Кивнул капитан. – Скажите, господин Берст, а чего, собственно, вы хотите?

– Хм, если попытаться сформулировать официальным языком, то гарантий, что обследование не выйдет за рамки стандартной процедуры идентификации. – После секундной паузы выдал землянин.

– Неужели вам самому не интересно, что, как вы выразились, «придумали умники в этой клинике»? – Подначил капитан.

– Господин капитан. – Скривился Иван. – Я готов поверить, что в любом отделении «Имперских Нейросетей» смогут легко определить, что и как сделали исследователи удела Вариот, но…. Господин капитан, что Я буду с этого иметь, кроме сомнительного факта морального удовлетворения?

– А вы не задумывались над тем, что Служба Безопасности так же заинтересована в получении исчерпывающей информации об экспериментах с нейросетями в Пограничье? – Задал очередной вопрос старший безопасник.

– И поэтому готова отдать эту информацию коммерческой корпорации? – Поддержал «еврейскую» манеру разговора Иван.

– Для таких случаев существует отработанная процедура.

– А учитываются ли в этой процедуре интересы источника информации? – Проникновенно поинтересовался Иван, продолжая отыгрывать желание заработать энное количество кредитов. – Причем, прошу заметить, совершенно законопослушного источника информации.

– Да? Хм, лейтенант, как вы считаете, господина Берста можно считать законопослушным источником информации? – Словно находясь в сомнениях, обратился к коллеге капитан.

– Ну-у-у…. – Протянул лейтенант. – Наш коллега на станции «Рафин» считает, что можно.

– Убедили, господин Берст. – Расплылся в улыбке старший безопасник. – Кстати, вы позволите называть вас просто Иваном?

– Буду весьма польщен. – Ответил Иван, думая о том, что разговор наконец-то добрался до главного: финансовой заинтересованности эсбэшников.

– Так вот, Иван. Все было бы просто замечательно, если бы не ваш промежуточный юридический статус. – Землянин почти поверил в искренность огорчения капитана СБ. – Поверьте, чтобы ОФИЦИАЛЬНО учесть ваш интерес придется устроить такую бюрократическую волокиту….

– Ненавижу бюрократическую волокиту. – Согласно кивнул Иван. – А скажите, господин капитан, сотрудники Службы Безопасности, скажем, во внеслужебное время, в частном, так сказать, порядке, могут выступать в роли посредников?

– Хм. Во внеслужебное время? Я не помню ни одного запрета на подобные действия. А вы, лейтенант?

– Ни одного, господин капитан. – Покачал головой лейтенант.

Как только консенсус был достигнут, все остальное стало делом техники. Буквально чрез пару минут Иван получил на нейросеть контракт, согласно которому гражданин Блурт Сергейм выступал представителем интересов Ивана Берста, и за это получал шестьдесят процентов от суммы, в которую эти самые интересы будут оценены корпорацией «Имперские Нейросети». Вздернутая бровь Ивана была понята правильно, после чего капитан Сергейм пошутил над невезением коллеги, который как раз находится «при исполнении». Намек Иваном был понят и контракт немедленно подписан. А еще через пятнадцать минут все трое, мило улыбаясь друг другу, входили в офис «Имперских Нейросетей», где их уже ожидали.

После окончания обследования Ивану пришло уведомление о получении двух тысяч кредитов и пакет документов, подтверждающих получение гражданство империи Аурун. Уставший изображать из себя невесть что, землянин был вынужден еще выслушать сотрудника корпорации, который озвучил результаты обследования. Искин «Выжгара» оказался прав: даже аппаратура специализированной корпорации не смогла «увидеть» все, что было сделано с мозгами Ивана. Пренебрежительно кривясь, сотрудник «Имперских Нейросетей» сообщил Ивану и безопасникам, что в клинике Пограничья пошли по признанному тупиковым пути сращивания нескольких простых нейросетей. Иван вяло возмутился, что результат ему вполне нравится. В ответ специалист рассказал, что затраты на получение позитивного результата и риски, сопровождающие операцию, не соизмеримы с конечным результатом. Безопасники задумчиво покивали головами, вспомнив, видимо, «легенду» Ивана. После чего рапрощались, оставив землянина разбираться с остальными делами самостоятельно.

Заплатив корпорации почти половину от полученной на халяву суммы, Иван еще через десять минут получил на руки Индивидуальную Карту Гражданина. Переполненный чувством удовлетворения от достигнутого очередного «промежуточного финиша», землянин тут же связался со спутниками с «Рафина». Получив в ответ поздравления и информацию где именно их найти, новоиспеченный гражданин империи Аурун сунул руки в карманы, и непатриотично насвистывая популярную мелодию из репертуара заграничной дивы, отправился в названный спутниками бар.

Празднование обретения Иваном статуса полноценного гражданина ограничилось выставлением им по порции выпивки обоим спутникам. Отмахнувшись от расспросов, Иван налег на еду. Ваг Сарон на ответе не настаивал, так как был занят финансово-хозяйственными вопросами, а Кург, в свою очередь, понимал, что услышит развернутый отчет позже. Единственно, техник не удержался чтобы не подколоть Ивана, когда тот в очередной раз проводил взглядом очередную представительницу женского пола, которые в отличие от обитательниц «Рафина», утилитарному стилю одежды предпочитали одежду, подчеркивающую различия полов.

– Иван, может, останешься на эти две недели здесь? – Как бы невзначай поинтересовался Кург, вслед за Иваном провожая глазами очередную представительницу слабого пола.

– Э-эх! – Мечтательно вздохнул землянин. – И не жалко тебе «Рафин», Кург.

– В смысле? – Удивился не уловивший подоплеки, но заинтересовавшийся самим разговором Ваг Сарон.

– Боюсь, если я останусь здесь, то до следующего рейса жизнь на «Рафине» станет невыносимой, уважаемый господин Сарон. – Язвительно улыбнулся отцу Лати Иван.

Ваг Сарон, видимо, представил что начнется, когда его дочь не обнаружит Ивана на прибывшем корабле, и передернул плечами. Потом, он представил, как этим фактом постарается воспользоваться жена, до сих пор не смирившаяся с отъездом дочери. Представил себя посреди этого тайфуна…. Показав кулак хихикающим собеседникам, Ваг Сарон еще раз передернул плечами и вернулся к делам.

Глава 14.

Система Ураисташ, куда после трех «чревоточин» прибыл транспорт с «Рафина» гораздо больше соответствовала представлениям Ивана о могучих звездных империях, чем все виденное до сих пор. И, видимо, это впечатление как-то отразилось на его лице, потому что второй пилот не замедлил поинтересоваться:

– Впечатляет? Небось, в вашем этом Пограничье ничего такого не видел?

– Да, я и в империи еще ничего такого не видел. – Обиделся за свою «родину» Иван.

– Ну…. – Не нашелся, что ответить насмешник.

– А вообще, да, впечатляет. – Не дал ему долго раздумывать Иван.

– То-то же!

Землянин с интересом следил за многочисленными отметками на экране сканера, хоть большинство из них и были дорисованы искином по информации диспетчерской службы. «Трафик» в центральной системе, пусть и окраинной, провинции впечатлял. А еще больше впечатляли орбитальные сооружения. Иван с восторгом разглядывал и две из трех (третью закрывала планета) станции планетарной обороны, и титанический грузопассажирский терминал, и верфи, способные принять в свои внутренности пару линкоров. Сами линкоры, кстати, гордо дрейфовали на дальних орбитах вокруг планеты. И пусть корабли были устаревшие, и находились здесь, скорее, в качестве дополнительных орбитальных мини крепостей, но…. Оставалось только пожалеть, что вторая планета системы, у которой, собственно, и была расположена база флота, оставалась в стороне, а диспетчерский искин, естественно, не собирался «отрисовывать» военные корабли на схеме движения заштатного грузовика.

Так как «порулить» в этой системе ему не светило, Иван распрощался с пилотами и направился в пассажирский отсек. Там Кург и Ваг Сарон тихонько о чем-то разговаривали, стараясь не обращать внимание на мечущуюся, словно зверь в клетке, Лати. Впрочем, за последнее время подобная картина стала довольно привычной для большинства обитателей «Рафина». И если на станции девушка могла занять себя работой, то оказавшись в «нескольких шагах» от «новой жизни» она бросала негодующие взгляды на мирно беседующих спутников. Появление Ивана дало распирающим девушку эмоциям новую цель.

************

За мгновение до того, как подскочившая к Ивану девушка успела что-либо произнести, землянин принялся говорить сам:

– Да. Нет. Семь часов. Нет. Нет. Два часа. Не стоит. Да. Не знаю. Не знаю. Да. Нет.

– А-а-а…. – У Лати натурально отвисла челюсть.

– Ну, это я сразу на все твои вопросы ответил. – Мило улыбнулся Иван.

– На какие?! – Изумилась девушка.

– На ВСЕ! – Категорично рубанул рукой воздух Иван.

Под смешки сидящих на диване отца и Курга, Лати внимательно, даже, слегка прищурившись, несколько секунд, молча смотрела на Ивана. А потом тихо и очень серьезно спросила:

– Ты что, правда, совсем-совсем не волнуешься?

– Волнуюсь, конечно. – Тоже тихо ответил Иван. – И всякие разности себе представляю. И хорошие, и плохие…. Вот только, сестренка, кому станет легче, если я все это буду выплескивать на окружающих? К тому же…. Мы, ведь, уже обсуждали, что в этом пруду, мы – мальки. И при случае нас сожрут. Не потому, что они плохие, а потому, что….

– Могут решить, что места и пищи на всех не хватит. – Продолжила за Ивана Лати, демонстрируя, что ничего не забыла. – Помню. Только…. Ну, ты, хотя бы, в рубке был занят. А я…. Вот и лезут всякие мысли. Знаю, знаю! Только не начинай опять, про учебу! У меня скоро все эти ПБЗ из ушей полезут!

– Ну, ты даешь! У тебя была такая возможность, а ты так бездарно ее не воспользовалась! – Подмигнул девушке Иван, переводя разговор в шутливую плоскость.

– Какая такая возможность? – Насторожилась Лати.

– В спокойной обстановке приобщиться к мудрости почтенных старцев! – Повысив голос, Иван демонстративно скосил глаза в сторону сидящих на диване.

– Кх-гм! – Поперхнулся Ваг Сарон. – Кург, я не понял, он нам сделал комплимент или оскорбил?

– Мудрость почтенных старцев. – Задумчиво произнес Кург, словно пробуя фразу «на вкус». – Получается, два против одного, что комплимент.

– Учись, мелкая! Вот тебе яркий пример позитивного мышления. – Подтолкнул Лати локтем землянин.

– Ну, вас! – Обреченно махнула рукой Лати.

Махнуть махнула, но и успокоилась при этом. А там и время обеда подоспело. В общем, беситься девушка перестала, и на корабле воцарился мир и спокойствие.

Но, обдумывать свое поведение Лати, похоже, не переставала. И в помещение грузо-пссажирского терминала вошла с видом августейшей особы, посетившей захолустный гарнизон. Поймав смеющийся взгляд Ивана, девушка незаметно для других показала ему язык. Так же незаметно, Иван показал в ответ большой палец.

Пассажирский челнок на столичный космодром напоминал скорее экскурсионный автобус, чем утилитарное транспортное средство. А сама столица провинции, возникшая на месте первого поселения людей, удивительную смесь музея и делового центра. Причем, большая часть тщательно сохраненных или воссозданных «музейных» строений являлась полнофункциональной. В «старой» деловой части располагались офисы наиболее солидных компаний и административные здания. Соответственно, в «старой» жилой части города жили наиболее состоятельные граждане.

И, словно специально для контраста, по другую сторону от космопорта расположились полностью современные кварталы. Старый город чем-то походил на виденные на Земле фотографии и фильмы старых европейских городов. Не столько архитектурой, сколько любовно лелеемой стариной. Современная же часть ассоциировалась у землянина с каким-нибудь мегаполисом, намного обгоняя его по футуристичности.

Специально нанятое такси с живым водителем, за лишние пару сотен кредитов, позволило в полной мере оценить этот контраст стилей и времен. К моменту, когда вся компания выгрузилась у трехэтажной гостиницы на окраине «старых кварталов», от деланого равнодушия Лати не осталось и следа. Да и Иван в «новом городе» старался вертеть головой на все триста шестьдесят. А холл гостиницы, отделанный натуральным деревом, вообще вогнал девушку в ступор.

– Смотрю, тебя не впечатлило? – Подметил сдержанную реакцию Ивана отец Лати, обводя взглядом окружающий интерьер.

– Миленько. – Усмехнулся Иван и добавил. – Ваг, ты забыл, откуда я прибыл. Мне, скорее, в диковинку «новый город». По крайней мере, в таких масштабах. А это…. Обыденностью, конечно, не назовешь, но и чем-то экстраординарным тоже.

– Действительно. – Качнул головой Ваг Сарон. – Не сообразил.

Заселение завершилось в самом начале раннего вечера, и вся компания отправилась на прогулку в парковую зону. Где Иван с Кургом под благовидными предлогами отделились, оставив отца и дочь наедине.

И почти сразу Кург отправил послание своему знакомому в местное Управление Службы Изысканий. А еще через пятнадцать минут бывший старший изыскатель извинился перед Иваном и отправился на встречу со своим знакомым. Землянин же, оставшись один, облюбовал террасу уютного кафе и, наблюдая, как с наступлением темноты зажигаются тысячи фонариков в парке, занялся мелкими, но важными делами. Благо, ничего кроме доступа в Галонет и планетарную сеть, ему не требовалось.

Table of Contents

Ефименко Дмитрий Евгеньевич. Изыскатель-мусорщик

ЧАСТЬ 1.

Глава 1.

Глава 2.

Глава 3.

Глава 4.

Глава 5.

Глава 6.

Глава 7.

Глава 8.

Глава 9.

Глава 10.

Глава 11.

Глава 12.

Глава 13.

Глава 14.

Глава 15.

Глава 16.

Глава 17.

ЧАСТЬ 2.

Глава 1.

Глава 2.

Глава 3.

Глава 4.

Глава 5.

Глава 6.

Глава 7.

Глава 8.

Глава 9.

Глава 10.

Глава 11.

Глава 12.

Глава 13.

Глава 14.